ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Дело № А23-3411/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 16.02.2022

Постановление изготовлено в полном объеме 17.02.2022

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Дайнеко М.М., судей Суркова Д.Л. и Капустиной Л.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии от Администрации муниципального района «Тарусский район» - ФИО2 (доверенность от 13.09.2021 № 04-08/4112, паспорт, диплом), от индивидуального предпринимателя ФИО3 - ФИО4 (доверенность от 20.06.2020 № 77 АГ 3606761, удостоверение), в отсутствие иных лиц, рассмотрев апелляционную жалобу Администрации муниципального района «Тарусский район»  на решение Арбитражного суда Калужской области от 29.11.2021 по делу                 № А23-3144/2021 (судья Жадан В.В.), принятое по иску Администрации муниципального района «Тарусский район» (г. Таруса, ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП 312774631800020, 774314003211), обществу с ограниченной ответственному «Инжкапстрой Сервис» (г. Москва, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании мнимым договора подряда №01/17-П от 01.01.2017.,

УСТАНОВИЛ:

решением суда области от 29.11.2021 в иске отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой об отмене принятого судебного акта. В обоснование своей позиции указывает мнимость договора подряда от 01.01.2017 № 01/17-П, что подтверждается обстоятельствами его заключения.

Представитель истца доводы жалобы поддержал в полном объеме, просил решение отменить, иск – удовлетворить.

Представитель ответчика с доводами жалоба не согласился по основаниям, изложенным в отзыве, решение просил оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. 

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

01.01.2017 между ИП ФИО3 и ООО «Инжкапстрой Сервис» заключен договор № 01/17-П, предметом которого согласно п.2.1 являлось осуществление в соответствии с проектно-сметной документацией, зданиями заказчика и условиями настоящего договора, выполнение работ по добыче и реализации песчано - гравийной смеси месторождения на участке «Латынский», расположенного на территории муниципального района «Тарусский» Калужской области. Планируемый объем песчано-гравийной смеси составляет 25 000 метров кубических в год, в течение срока действия настоящего договора. Допускается отклонение годового объема добычи в большую или меньшую сторону в размере 20 процентов. 

15.07.2014 ИП ФИО3, Министерством природных ресурсов Калужской области была предоставлена лицензия КЛЖ 80123 ТЭ «в целях геологического изучения, разведки и добычи песчано-гравийной смеси», 11.12.2014 целевое назначение вида разрешенных работ было изменено на «геологическое изучение, разведку и добычу строительных песков на Латынинском месторождении».

Обращаясь с иском в суд истец указывает, что фактические обстоятельства реализации договора не состоялись, работы ООО «Инжкапстрой Сервис» не начались, добыча недр, ни в виде песчано-гравийной смеси, ни в виде строительных песков, на земельном участке, принадлежащем ИП ФИО3, места не имела. Заключение договора, по мнению истца, имеет целью обогащение ответчиков, поскольку в рамках другого арбитражного дела рассматривается спор о взыскании с ответчика убытков, обусловленных невозможностью осуществления работ по договору.

По правилам пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 16.07.2009 N 738-О-О указал, что под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и может повлиять на его правовое положение. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 84 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» лицо, не являющееся стороной договора и заявляющее иск о признании договора недействительным, должно доказать наличие своего материально-правового интереса в удовлетворении иска, указав, какие его права или охраняемые законом интересы нарушены, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.

В рассматриваемом случае истцом не приведено обоснования нарушения его прав и законных интересов при заключении оспариваемой сделки. Истец стороной договора не является.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

По смыслу приведенных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, формальное исполнение для вида условий сделки ее сторонами не может являться препятствием для квалификации судом такой сделки как мнимой.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для удовлетворения требований истца о взыскании задолженности, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществить проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по аренде. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора и недопущение создания нереальной задолженности, которое приводит к нарушению прав и законных интересов должника и его участников (учредителей).

В соответствии с пунктом 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 N 65 "О подготовке дела к судебному разбирательству" в процессе подготовки дела к судебному разбирательству судья определяет предмет доказывания, достаточность представленных доказательств и рассматривает ходатайства об истребовании доказательств от третьих лиц. Если судья установит, что представленных доказательств недостаточно для подтверждения требований истца или возражений ответчика либо они не содержат иных необходимых данных, восполнить которые стороны не могут, он вправе предложить сторонам представить дополнительные доказательства. В случаях, когда представление дополнительных доказательств лицом, участвующим в деле, затруднительно, суд на основании частей 4, 6 статьи 66 АПК РФ истребует их, о чем выносится соответствующее определение.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). При наличии убедительных доказательств невозможности поставки бремя доказывания обратного возлагается на ответчика. Указанная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 N 7204/12 по делу N А70-5326/2011.

По общему правилу в соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование своей позиции истец указывает, что фактические обстоятельства реализации договора не состоялись, работы ООО «Инжкапстрой Сервис» не начались, добыча недр, ни в виде песчано-гравийной смеси, ни в виде строительных песков, на земельном участке, принадлежащем ИП ФИО3, места не имела. Дополнительное соглашение по измененным условиям лицензии, и, как существенное изменение условий договора, между ответчиками также не состоялось. Сведений и материалов о каких либо материальных вложениях ответчиками для реализации договора, о подготовке к работам по договору, о присутствии ООО «Инжкапстрой Сервис» на земельном участке для исполнения работ по договору; о наличии причинно-следственной связи между обстоятельствами по отсутствию работ по договору и действиями и/или бездействиями истца, не имеется. Истец также ставит под сомнение возможность добычи ископаемых на спорном земельном участке.

Вместе с тем, указанные обстоятельства сами по себе не свидетельствуют о мнимости договора, а относятся лишь к предпринимательским рискам сторон договора.

Доводы истца о том, что указанные обстоятельства нарушают права и законные интересы Администрации муниципального района «Тарусский район», выраженное в намерениях ИП ФИО3, неосновательно обогатиться за счет истца, без выполнения каких либо работ по договору, извлечь прибыль из обстоятельств, сопряженных с собственными неправильными и незаконными действиями, выраженных в заключении договора ответчиками ранее начала процедуры перевода земельного участка в иную категорию, и ранее чем ИП ФИО3, обратился в администрацию муниципального района «Тарусский района» для разрешения указанного вопроса, а также без учета периода процедуры, обусловленной статьями 9,20,21 Градостроительного кодекса РФ, выходящей за пределы даты окончания договора, 31.12.2018, без намерений реализации договора ответчиками, носят предположительный характер.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе получении необходимой информации. 

По общему правилу, п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий). В п. 7 данного постановления указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пп. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ). 

Согласно разъяснениям, данным в п. 86 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче 5 данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ. 

По смыслу приведённых норм ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 для признания сделки недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Заявленные доводы истца не могут свидетельствовать о порочности воли сторон при исполнении договора, а также злонамеренном сговоре ответчиков с целью причинения вреда третьим лицам.

Обращение ответчика с иском в суд к истцу о взыскании убытков самом по себе не свидетельствует о том, что договор нарушает права и законные интересы администрации. 

Иных, влекущих отмену или изменение обжалуемого судебного акта доводов, апелляционная жалоба не содержат.

Руководствуясь пунктом 110, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

                                          ПОСТАНОВИЛ: 

решение Арбитражного суда Калужской области от 29.11.2021 по делу № А23-3144/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                М.М. Дайнеко

Судьи Л.А. Капустина

Д.Л. Сурков