ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-3031/2020

04 июля 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 июля 2022 года.

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Брежневой О.Ю.

судей Аристовой Е.В., Дубок О.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-1770/2022) конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 17 января 2022 года по делу № А70-3031/2020 (судья Климшина Н.В.,), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ТрансКапиталСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

 

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц,  

 

установил:

Управление Федеральной налоговой службы по Тюменской области (далее – ФНС России) обратилось 04.03.2020 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ТрансКапиталСтрой» (далее – ООО «ТрансКапиталСтрой», должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 06.04.2020 заявление принято, возбуждено производство по делу № А70-3031/2020, назначено судебное заседание по рассмотрению заявления.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 17.06.2020 (резолютивная часть от 09.06.2020) ООО «ТрансКапиталСтрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре отсутствующего должника сроком на пять месяцев (до 09.11.2020), конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2. 

Публикация сообщения о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него процедуры конкурсного производства состоялась в газете «Коммерсантъ» № 121 от 11.07.2020.

Конкурсный управляющий ФИО2 (далее – заявитель, податель жалобы) обратился 17.05.2021 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о привлечении ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с него в пользу ООО «ТрансКапиталСтрой» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности денежных средств в размере 2 144 333 руб. 98 коп. 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 17.01.2022 заявление конкурсного управляющего ФИО2 удовлетворено частично, ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности в конкурсную массу ООО «ТрансКапиталСтрой» взыскано 368 000 руб. В удовлетворении требования конкурсного управляющего ФИО2 в остальной части отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение отменить в части отказа во взыскании в порядке субсидиарной ответственности с ФИО3 в конкурсную массу 1 776 333,98 руб., принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы подателем указано, что ФИО3 не передал документацию должника, обязанность по передаче установлена определением Арбитражного суда Тюменской области от 01.03.2021. Суд первой инстанции не выяснил, какую работу по взысканию дебиторской задолженности и реализации имущества для погашения имеющейся задолженности провел ответчик. При этом судом установлена недобросовестность ответчика, недостоверность и искаженность бухгалтерской отчетности. 

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2022 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 14.03.2022, в последующем ее рассмотрение неоднократно откладывалось для представления сторонами спора письменных пояснений. 

ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу опровергает изложенные в ней доводы, просит оставить принятый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2022 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 27.06.2022.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции проверяет судебный акт в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведённых в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений против проверки в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило.

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено лишь в части доводов апелляционной жалобы, в остальной части обжалуемое определение не проверяется.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Тюменской области от 06.08.2020 по настоящему делу в обжалуемой части.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Порядок рассмотрения вопроса о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности предусмотрен главой III.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, установив, что ФИО3 является контролирующим должника лицом, пришел к выводу о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности в соответствии с нормами подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, указав, что вся имевшаяся у ответчика бухгалтерская и иная документация должника несвоевременно передана конкурсному управляющему, который, проанализировав данные документы, указал, что переданные в ходе рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности документы не содержат информацию об объектах имущества должника, либо указанная информация искажена, в результате чего затруднено проведение процедур банкротства.

В порядке апелляционного производства с учетом доводов жалобы конкурсного управляющего пересмотру подлежит определение суда в части установления размера субсидиарной ответственности ФИО3

В соответствии с пунктом 19 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При рассмотрении споров о привлечении к субсидиарной ответственности в связи с не передачей бывшим руководителем документов должника суды возлагают на заявителя бремя доказывания наличия причинно-следственной связи между такой не передачей и возникшими затруднениями в проведении процедур банкротства.

При этом неполнота переданных бывшим руководителем должника документов не приводит к существенным затруднениям в проведении процедур банкротства в случае, если конкурсный управляющий располагает достаточными сведениями о взаимоотношениях с контрагентами общества.

Предъявляя к ФИО3 требования о привлечении его к субсидиарной ответственности, с учетом уточнения, конкурсный управляющий должника, основывает их на том, что руководителем должника не исполнена обязанность по передаче в полном объеме всей документации должника и материальных ценностей, так как переданные в ходе рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности документы не содержат информацию об объектах имущества должника, либо указанная информация искажена, в результате чего затруднено проведение процедур банкротства, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункты 2, 4 пункта 1 и пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Размер субсидиарной ответственности контролирующего лица за нарушение обязанности действовать добросовестно и разумно по отношению к кредиторам подконтрольного лица определен в пункте 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве в предыдущей редакции) и равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника.

Таким образом, в размер субсидиарной ответственности включается размер непогашенных требований кредиторов, что и является предполагаемым объемом вреда, который причинен контролирующим должника лицом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2020 № 309-ЭС20-10487).

Рассмотрев вопрос об определении размера субсидиарной ответственности, суд первой инстанции заключил о недостоверности ведения ФИО3 бухгалтерской отчетности, так как проверкой выявлено множество ошибок, должник привлечен к налоговой ответственности в виде штрафов в общем размере 16 442 руб.

ФИО3 как директор общества не обеспечивал правильное ведение бухгалтерского учета должника, что подтверждается налоговыми проверками и пояснениями конкурсного управляющего; действовал в интересах кредитора ООО «Строительный Двор» и иных кредиторов (третья очередь) и бездействовал относительно интересов кредитора ФНС России (вторая очередь), то есть при погашении требований кредиторов не соблюдал очередность, установленную статьей 855 ГК РФ, а именно: вместо погашения долга по НДФЛ и страховым взносам на обязательное пенсионное страхование, была погашена задолженность перед ООО «Строительный Двор» по поставке товара за 2017-2018 годы, что соответственно послужило причиной невозможности удовлетворения требований ФНС России второй очереди на сумму 334 154 руб. 48 коп. 

Следовательно, такие действия бывшего руководителя общества являются недобросовестными, причинившими убытки обществу и кредитору второй очереди в размере 334 154 руб. 48 коп. 

Также судом учтено, что конкурсному управляющему не передано имущество должника (фронтальный погрузчик) и основные средства, указанные в бухгалтерском балансе, в представленных актах сверок (поставка товара по товарным накладным), запасы, в результате чего, по мнению конкурсного управляющего, конкурсная масса не сформирована и не реализована. 

При этом, как следует из обжалуемого определения, ФИО3 в судебном заседании пояснил, что готов передать в конкурсную массу фронтальный погрузчик, который не является рабочим (в виде запасных частей), его стоимость как металлолома составляет 20 000 руб. 

Таким образом, погрузчик, который готов передать ФИО3, находится в неудовлетворительном состоянии, то есть фактическая его стоимость значительно ниже стоимости, указанной в бухгалтерских документах должника, а фактически данное имущество не представляет для конкурсной массы какой-либо ценности. Доказательств сохранности погрузчика ФИО3 не представлено.

В свою очередь, ФИО3 указал, что плана выхода из кризисной ситуации у должника не было, деятельность предприятия была остановлена в 2017 году задолженность перед кредиторами, возникшая за 2017 – 2018 годы, была погашена за счет собственных денежных средств и путем зачета взаимных требований. 

Суд первой инстанции также учёл, что доказательства того, что ФИО3 в отношениях с ФНС России как с кредитором второй очереди действовал добросовестно и разумно в интересах кредитора в материалах дела отсутствуют. 

Взыскав с дебиторов приблизительно 1 800 000 руб. для погашения второй и третьей очереди перед ФНС России, не был бы причинен вред имущественным правам кредитора ФНС России и не было бы презумпции виновности контролирующего лица и необходимости привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. 

Однако, несмотря на это, ФИО3 принимал на ООО «ТрансКапиталСтрой» новые обязательства перед ООО «Строительный Двор» – брал товар и платил кредитору в период с 2017 по 2018 годы (акты сверок). 

С учетом этого, имеется причинно-следственная связь между противоправным поведением ФИО3 и неблагоприятными последствиями на стороне кредитора в виде увеличения задолженности (в том числе текущей задолженности в размере 17 639 руб. 74 коп.).

В части неуплаты налогов и пени третьей очереди реестра требований кредиторов на сумму в размере 1 547 630 руб. 04 коп. суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии вины ФИО3, поскольку из представленных в материалы дела документов и реестра требований кредиторов следует, что собственные денежные средства направлялись ФИО3 на гашение иной задолженности третьей очереди, о намерении должника каким-либо образом погасить (реструктуризировать) кредиторскую задолженность свидетельствуют также акты зачетов взаимных требований кредиторов. 

Признаны обоснованными доводы ФИО3, указывающего, что затруднительное финансовое положение должника не свидетельствует о противоправности действий руководителя, при этом недоказанность виновности и противоправности действий руководителя в части третьей очереди требований кредиторов исключает его привлечение к субсидиарной ответственности по указываемому конкурсным управляющим основанию в части.

Учитывая данные обстоятельства, а также то, что законодателем допускается уменьшение размера ответственности контролирующего должника лица, суд первой инстанции пришел к выводу, что размер ответственности ФИО3 должен быть снижен до 368 000 руб. (долг по второй очереди реестра, по текущим обязательствам должника перед конкурсным управляющим и по штрафам за нарушение налогового законодательства), в удовлетворении требований конкурсного управляющего к ФИО3 в остальной части отказано.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий полагает, что размер субсидиарной ответственности ответчика равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника.

Однако из материалов обособленного спора следует, что налоговым органом конкурсному управляющему должника передана первичная документация общества (копии книг покупок и продаж за 2017-2019 гг., налоговой и бухгалтерской отчетности, в том числе, расчетов по страховым взносам за 2017 – 2 квартал 2019 года, сведений о среднесписочной численности работников 2017-2018 гг., справок о доходах физических лиц по форме 2-НДФЛ за 2016-2018 гг.), в связи с чем конкурсному управляющему предлагалось доказать, как именно бездействие ответчика, выразившееся в несвоевременной передаче документации, создало препятствия в формировании конкурсной массы для погашения реестровой задолженности перед ФНС России.

В нарушение норм статьи 65 АПК РФ надлежащего обоснования материалы спора не содержат.

По сути выводов суда первой инстанции с ФИО3 взысканы убытки, вызванные ненадлежащим и недостоверным ведением бухгалтерского учета (согласно пояснениям ответчика в обществе отсутствовал постоянный бухгалтер), а также нарушением очередности погашения требований и непринятием мер по погашению задолженности перед бюджетом, вследствие чего по заявлению уполномоченного органа было возбуждено дело о банкротстве, повлекшее увеличение обязательств ООО «ТрансКапиталСтрой» в виде текущих расходов. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что арбитражный суд вправе переквалифицировать заявление о привлечении к субсидиарной ответственности в требование о взыскании с контролирующего должника лица убытков, в этом проявляется принцип содействия в реализации прав участвующих в деле лиц, создании условий для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела (часть 3 статьи 9 АПК РФ), однако указанное не отменяет и не может заменить активную позицию заявителя при доказывании факта нарушения прав.

В пункте 20 Постановления № 53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

При рассмотрении апелляционной жалобы судебной коллегией было предложено подателю жалобы обосновать возможность (невозможность) применения к предъявленному требованию правил об убытках (пункт 20 Постановления № 53).

Между тем, конкурсный управляющий какую-либо позицию не выразил.

Сам по себе факт непередачи имущества – фронтального погрузчика, который согласно пояснениям ответчика не является рабочим (в виде запасных частей), не обуславливает собой требование о привлечении ФИО3 именно к субсидиарной ответственности, поскольку данное обстоятельство с учетом доводов о том, что ответчик не обеспечил сохранность погрузчика, невозможность погасить требования кредиторов в полном объеме очевидно не повлекло.

С учетом установленного судом первой инстанции и не опровергнутого подателем жалобы факта недостоверного и ненадлежащего ведения бухгалтерского учета, отражения в нем искаженных сведений, не представляется возможным утверждать, что на момент открытия в отношении ООО «ТрансКапиталСтрой» процедуры конкурсного производства, у последнего действительно имелись запасы на сумму 4 261 000 руб., дебиторская задолженность на сумму 3 521 000 руб.

Суд апелляционной инстанции с учетом фактических обстоятельств, установленных по делу, не может исключить реализацию таким образом возможности манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на внешне благополучное состояние общества.

Презумпция непередачи документации применяется в целях привлечения к ответственности не за доведение до банкротства, а за невозможность полного или частичного удовлетворения требований кредиторов по причине невозможности сформировать конкурсную массу из-за отсутствия документов бухгалтерского учета.

При отсутствии уважительных причин несохранности и непередачи такой документации конкурсному управляющему применяется законная презумпция невозможности погашения требований кредиторов по вине руководителя должника.

В настоящем случае конкурсный управляющий подтвердил, что документация должника частично передана ответчиком в сентябре 2021 года после обращения с настоящим заявлением. Кроме того, в августе 2020 года ФНС России предоставило конкурсному управляющему копии книг покупок и продаж за 2017-2019 гг., налоговой и бухгалтерской отчетности, в том числе, расчетов по страховым взносам за 2017 год – 2 квартал 2019 года, сведений о среднесписочной численности работников 2017-2018 гг., справок о доходах физических лиц по форме 2-НДФЛ за 2016-2018 гг.

Таким образом, из материалов дела не следует невозможность полного погашения требований кредиторов в связи с действиями (бездействием) ФИО3

Конкурсным управляющим не представлен анализ переданной документации на предмет возможности (невозможности) формирования конкурсной массы, установления возможности погашения требований кредиторов.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 АПК РФ).

По результатам повторной оценки представленных суду пояснений и подтверждающих последние документов апелляционный суд не усматривает оснований для определения субсидиарной ответственности в большем размере, чем установлено судом первой инстанции.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Тюменской области.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 17 января 2022 года по делу № А70-3031/2020 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

Председательствующий

 

О.Ю. Брежнева

Судьи

 

Е.В. Аристова

О.В. Дубок