ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-30054/2019

20 марта 2024 года

г. Санкт-Петербург

/сд.23

Резолютивная часть постановления объявлена     04 марта 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  20 марта 2024 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Слоневской А.Ю.,

судей  Барминой И.Н., Сотова И.В.,

 

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

 

при участии:  

от ПАО «Сбербанк России»: ФИО2 по доверенности от 29.06.2022;

от конкурсного управляющего ООО «А Плюс Девелопмент»: ФИО3 по доверенности от 09.01.2024,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-521/2024)  публичного акционерного общества «Сбербанк России» на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.12.2023 по обособленному спору                                  № А56-30054/2019/сд.23, принятое

 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «А Плюс Девелопмент» о признании сделки недействительной, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «А Плюс Девелопмент», 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.04.2021 в отношении общества с ограниченной ответственностью «А Плюс Девелопмент» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>, Санкт-Петербург, ул.Возрождения, д.20А, литера А, пом.17Н, ком.20-2; далее - Общество) введена процедура банкротства наблюдение., временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением от 09.09.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий ФИО5 обратился с заявлением о признании недействительной сделкой договора залога прав по договору залогового счета №1/2020, заключенного между Обществом и публичным акционерным обществом «Сбербанк России» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, Москва, ул.Вавилова, д.19; далее – Банк), 12.03.2020 в целях обеспечения обязательств по договору №5053 об открытии невозобновляемой кредитной линии от 16.05.2019.

Определением от 11.12.2023 заявление удовлетворено.

Банк не согласился с определением суда от 11.12.2023 и обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить, в удовлетворении заявления отказать, ссылаясь на неправильное применение норм материального права. По мнению подателя жалобы, судом неправильно квалифицирован договора как новое обеспечение, предоставленное после возбуждения дела о банкротстве. Ответчик полагает, что переданное исполнение в силу абзаца второго пункта 2 статьи 334, подпункта 3 пункта 2 статьи 345 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) автоматически обременяется залогом, в связи с чем заключение договора залогового счета направлено на обособление денежных средств, поступивших от контрагента должника в счет требования по контракту, права по которому изначально заложены в пользу Банка. Ответчик обращает внимание на то, что права требования должника по контракту уже находились в залоге у Банка в силу договора о залоге 16.05.2019 и договор залогового счета заключен для защиты прав залогодержателя на случай исполнения денежных обязательств по контракту. По мнению ответчика, открытие специального залогового счета для обособления денежных средств по заложенному требованию не направлено на возникновение нового обеспечения в пользу кредитора и служит лишь способом отделить денежные средства с залоговым приоритетом от остальной конкурсной массы. Ответчик ссылается на пропуск заявителем срока исковой давности. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

Дополнения, пояснения Банка, конкурсного управляющего приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представитель Банка поддержал доводы жалобы; представитель конкурсного управляющего отклонил доводы жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Из материалов дела следует, что Обществом и ООО «ИКЕА МОС (Торговля и Недвижимость)» 19.04.2016 заключен договор строительного подряда № MOS-1194-2016/Agr (далее - Контракт), в соответствии с которым Общество обязалось выполнить работы по строительству и реконструкции за плату в размере                 2,6 млрд.руб.

Должником и ПАО «Банк «Санкт-Петербург» 10.02.2017 заключен кредитный договор № 

<

***> с лимитом на сумму 250 млн.руб. на финансирование расходов по выполнению работ в рамках Контракта. Должником и ПАО «Банк «Санкт-Петербург» 28.09.2017 заключен кредитный договор 

<

***> с лимитом на сумму 250 млн.руб. на финансирование расходов по выполнению работ в рамках Контракта. 

Между Банком и Обществом 15 16.05.2018 заключен договор № 5053 (далее  Кредитный договор) об открытии невозобновляемой кредитной линии с лимитом на сумму 657 млн.руб. с целевым назначением: на погашение текущей задолженности по кредитным договорам № 

<

***> от 10.02.2017, № 0155-17-011206 от 28.09.2017, заключенным должником и ПАО «Банк «Санкт-Петербург», на финансирование затрат по Контракту. 

В обеспечение исполнения кредитных обязательств между Банком и должником 16.05.2018 заключен договор залога имущественных прав № З/5053/1 (далее – Договор залога имущественных прав от 16.05.2018), в соответствии с которым в залог переданы все имущественные права (требования) по Контракту, в том числе право на получение денежных средств. 

Определением от 27.03.2019 возбуждено дело о банкротстве Общества. 

Банком и должником заключен 12.03.2020 договор залога прав по договору залогового счета № 1/2020 (далее – Договор залога прав по залоговому счету 12.03.2020), в соответствии с которым должник передал в залог Банку права по договору залогового счета. 

На залоговый счет должника 26.06.2020 по 20.08.2020 поступили денежные средства по Контракту в размере 119 890 983,80 руб., которые списаны в счет погашения кредитных обязательств должника перед Банком (112 890 983,79 руб. – 94%) и в счет погашения заработной платы перед работниками должника                   (5 213 010,48 руб. – 4,3%). 

В отношении Общества 20.04.2021 введена процедура наблюдения, должник 08.09.2022 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. 

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании Договора залога прав по залоговому счету от 12.03.2020, полагая, что она имеет признаки недействительности, предусмотренные статьей 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  Конкурсный управляющий считает, что сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства Общества перед Банком, возникшего до совершения оспариваемой сделки (16.05.2018), что свидетельствует об оказании предпочтения ответчику перед иными кредиторами,  которые имелись на момент заключения сделки. В отношении финансового положения конечного бенефициара группы «А Плюс», являющегося поручителем по кредитному договору, возник существенный факто, влияющий на категорию качества ссуды должника, а с учетом наличия в отношении Общества судебных разбирательств о взыскании задолженности, по которым должник выступал ответчиком, Банк, по мнению заявителя, знал об обстоятельствах неплатежеспособности или недостаточности имущества, при этом совершал действия, направленные на получение от должника денежных средств в обход имевшим место быть требований иных кредиторов, то есть действовал недобросовестно. 

Возражая против удовлетворения заявления, Банк указывает на то, задолго до возбуждения дела о банкротстве Общества в соответствии с Договором залога прав от 16.05.2018 должник передал в залог Банку права требования по Контракту и Договор залога прав по залоговому счету от 12.03.2020 заключен во исполнение Договора залога прав от 16.05.2018. Банк считает, что Договор залога прав по залоговому счету от 12.03.2020 не является новым обеспечением обязательств должника перед Банком, а выступает механизмом обособления денежных средств, поступивших от контрагента должника в счет требований по Контракту, права по которым изначально были заложены в пользу Банка. 

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, исходил из того, что в результате совершении оспариваемой сделки у ответчика возникло предпочтение перед иными кредиторами, поскольку на обремененный правом залога счет 20.06.2020 и 20.08.2020 поступили денежные средства в размере 112,8 млн.руб., соответственно у Банка появилось преимущество, обусловленное правом залога, в отношении указанных денежных средств перед иными кредиторами. Суд первой инстанции сделал вывод о том, что оспариваемый договор заключен в целях обеспечения исполнения ранее возникших обязательств по Кредитному договору. 

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Законом о банкротстве предусмотрены условия, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки (абзац второй пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве); сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки (абзац третий пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве); сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами (абзац четвертый пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве); сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законом (абзац пятый пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка с предпочтением может быть признана недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному абзацем пятым пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, при условии, что сделка совершена в период, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, подлежат доказыванию следующие обстоятельства: оспариваемая сделка совершена в срок, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве; при расчете с кредиторами в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве, требование стороны по оспариваемой сделке не подлежало преимущественному удовлетворению; на момент совершения оспариваемой сделки существовали требования иных кредиторов.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце восьмом пункта 12 Постановления N 63, в качестве сделок, предусмотренных абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве могут рассматриваться, в частности, сделки по установлению залога по ранее возникшим требованиям.

Согласно правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 17.10.2016 N 307-ЭС15-17721(4), по смыслу разъяснений, изложенных в абзаце восьмом пункта 12 Постановления N 63, действия по установлению залога соответствуют как диспозиции абзаца второго пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку такие действия направлены на обеспечение исполнения обязательства должника, возникшего до совершения оспариваемой сделки, так и абзаца третьего названного пункта по причине того, что установление залога приводит к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки.

В соответствии со статьей 358.10 ГК РФ в договоре залога прав по договору банковского счета должны быть указаны банковские реквизиты залогового счета, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом прав по договору банковского счета.

Гражданский кодекс Российской Федерации разделяет два разных случая возникновения залога прав по залоговому счету: залог прав как самостоятельный вид обеспечения (пункт 1 статьи 358.9) и залог прав как средство обособления денежных средств в целях защиты прав залогодержателя по договору залога имущественных прав (пункт 4 статьи 358.6, пункт 5 статьи 358.9).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2018 N 305-ЭС18-8062(2) в отсутствие залогового счета с момента установления залогового требования в процедуре конкурсного производства залоговый кредитор вправе претендовать на преимущественное получение предоставленного контрагентом несостоятельного залогодателя денежного исполнения по заложенному требованию. Поэтому с названного момента конкурсный управляющий как лицо, осуществляющее исполнение судебного акта об обращении взыскания на заложенное требование, обязан открыть специальный банковский счет должника, указанный в статье 138 Закона о банкротстве, для аккумулирования как денежных платежей по заложенному требованию, так и выручки от реализации заложенного требования (при его продаже в конкурсном производстве).

Согласно пункту 1.2 Договора залога прав по залоговому счету от 12.03.2020 предмет залога обеспечивает исполнение должником всех обязательств по Кредитному договору, заключенному 16.05.2018, с учетом дополнительных соглашений. 

В силу пункта 1.1 Договора залога прав от 16.05.2018 залогодатель передает в залог залогодержателю (Банку) все свои имущественные права (требования) по Контракту. Подлинник Контракта, удостоверяющего закладываемые имущественные права, находится у залогодателя. В соответствии с пунктом 1.1 этого договора залогом предмета залога обеспечивается исполнение должником всех обязательств по Кредитному договору. 

Совокупность условий договоров свидетельствует о том, что Договор залога прав по залоговому счету от 12.03.2020 не является новым обеспечением требований Банка в понимании статьи 61.3 Закона о банкротстве, а является механизмом обособления денежных средств, поступивших от контрагента должника в счет требований по Контракту, права по которым изначально заложены в пользу Банка.

Права требования должника по Контракту уже находились в залоге у Банка с 16.05.2018 и Договор залога прав по залоговому счету от 12.03.2020 заключен не для получения нового обеспечения в пользу Банка, а для защиты его прав на случай исполнения денежных обязательств по Контракту.

К кредитному договору 

<

***> сторонами заключено дополнительное соглашение № 3, в соответствии с которым установлена обязанность заемщика по открытию и использованию залогового счета. На основании заявления о присоединении 13.03.2020 заключен договор об открытии должнику залогового счета. 

Таким образом, Банк кредитовал должника под конкретные цели – финансирование затрат по Контракту  и изначально согласовано погашение по Кредитному договору за счет средств, поступающих должнику по итогам завершения этапов строительства. 

При изложенных обстоятельствах заключение оспариваемого договора направлено на обособление денежных средств, поступивших от контрагента должника в счет требования по Контракту, права по которому заложены в пользу банка 16.05.2018. 

Принимая во внимания разъяснения, указанные в определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2018 N 305-ЭС18-8062(2) и от 10.05.2017 N 303-ЭС14-5449, чтобы обособить в конкурсном производстве денежные средства, поступившие от контрагента должника, конкурсный управляющий должника открыл бы специальный залоговый счет и предоставил залоговый приоритет по этому счету в пользу кредитора Банка, другие кредиторы не вправе были бы рассчитывать на погашение своих требований за счет указанных денежных средств. При этом открытие такого счета не считалось бы оказанием предпочтения в пользу Банка как кредитора, независимо от того, что в изначальном Договоре залога прав отсутствовало условие о залоговых счетах.

Средства с залогового счета подлежат распределению по правилам статьи 138 Закона о банкротстве – в пользу залогового кредитора, а также на погашение требований второй очереди, что соответствует установленному порядку распределения средств, который конкурсный управляющий реализовывал бы аналогичным образом в случае поступления денежных средств в процедуре конкурсного производства с открытием залогового счета. 

При этом апелляционный суд, отклоняя доводы конкурсного управляющего о залоговом счете, отмечает, что у Банка залоговый приоритет на денежные средства возник и в случае отсутствия в изначальном Договоре залога прав от 16.05.2018 условий о зачислении денежных средств на залоговый счет, поскольку такая же ситуация приведена в указанных правовых позициях Верховного Суда РФ. Кроме того, правовая защита Банка как залогодержателя по Договору залога прав от 16.05.2018 не зависит от того, до или после возбуждения дела о банкротстве контрагент должника перевел ему денежные средства (исполнил обязательство по Контракту, права по которому находятся в залоге Банка) и от наличия/отсутствия залогового счета. 

Доводы конкурсного управляющего о том, что с залогового счета осуществлялись платежи в пользу работников и режим залогового счета не соблюдался, не имеют правового значения для рассмотрения настоящего обособленного спора о признании недействительным Договора залога прав по залоговому счету от 12.03.2020.

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности. 

В соответствии со статьей 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве. 

В абзаце 2 пункта 32 Постановления № 63 разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. 

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры, то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. 

Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. 

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям. 

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права. 

Решением от 09.09.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5 С указанного момента, по общему правилу, у конкурсного управляющего возникло право на оспаривание сделок должника. 

При этом в рассматриваемой ситуации имеются доказательства, свидетельствующие о том, что о существе оспариваемой сделки конкурсный управляющий узнал позже открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства. 

Однако не опровергнуты пояснения Банка о том, что об оспариваемой сделке конкурсный управляющий Обществом мог узнать из выписок по счету должника, в которых указано, что счет является залоговым. В материалах дела имеются сведения об открытии залогового счета – 13.03.2020. 

Действуя разумно, управляющий должен был прийти к очевидному выводу о том, что договор залога прав по залоговому счету заключен после возбуждении дела о банкротстве Общества. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 358.9 ГК РФ предметом залога могут быть права по договору банковского счета при условии открытия банком клиенту залогового счета. В силу пункта 1 статьи 358.10 ГК РФ в договоре залога прав по договору банковского счет должны быть указаны банковские реквизиты залогового счета.

Приведенные нормы свидетельствуют о том, что конкурсный управляющий, зная о дате открытия залогового счета, должен был установить, что заключен договора залога прав. Конкурсный управляющий имел возможность получить информацию о дате открытия залогового счета, и как следствие, заключении договора залога прав в период подозрительности с момента его утверждения (08.09.2022). 

Фактическая осведомленность конкурсного управляющего о залоговом счете подтверждается фактом обращения конкурсного управляющего в Банк с запросом от 13.09.2022 о предоставлении выписки по залоговому счету, которую Банк предоставил 19.09.2022. 

Не опровергнуто конкурсным управляющим, что в рамках дела № А41-19824/2021 Арбитражным судом Московской области по иску Общества исследовался вопрос расчетов между заказчиком (ООО «ИКЕА ТОРГ») и подрядчиком (Обществом) по контракту, права по которому изначально переданы в залог Банку. В указанном деле принимал участие временный и конкурсный управляющие Обществом. При рассмотрении указанного дела судом установлено, что заказчик перечислял на залоговый счет средства по контракту, средства с указанного счета направлялись на погашение кредитного договора. 

Таким образом, еще в процедуре наблюдения у временного управляющего имелись достаточные сведения о наличии у Общества залоговых правоотношений, вытекающих из оспариваемого договора залога прав по договору залогового счета. 

В соответствии со статьей 358.9 ГК Ф договор залога прав по залоговому счету не может быть заключен ранее открытия залогового счета. 

С учетом изложенного, конкурсный управляющий располагал сведениями о дате открытия залогового счета, а также информации о существовании залога прав по указанному счету. Уже в момент получения выписки по счету заявитель был осведомлен, что договора залога прав по залоговому счету заключен после возбуждения дела о банкротстве и мог своевременно заявить об оспаривании Договора залога прав по залоговому счету от 12.03.2020.

Действуя осмотрительно и добросовестно, конкурсный управляющий, являющийся в силу пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве процессуальным правопреемником временного управляющего, с 08.09.2022 имел возможность ознакомиться с материалами дела о банкротстве и получить сведения об оспариваемом договоре. Следовательно, срок исковой давности подлежит исчислению с даты открытия конкурсного производства (08.09.2022). 

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании сделок лишь 11.09.2023, то есть с пропуском годичного срока исковой давности. 

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении заявленных требований. 

Доводы ответчика о необоснованном отказе в объединении обособленных  споров № А56-30054/2019/сд.22 и № А56-30054/2019/сд.23 отклоняются апелляционным судом, поскольку оспаривание сделки не препятствует взысканию исполнения по соответствующей сделки. Отказ суда в объединении споров не привел в данном случае к принятию неправильного судебного акта. 

В соответствии с пунктом 21 Постановления № 63 по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлины в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации). 

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя. 

Руководствуясь статьей 110, пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд, 

 

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 11.12.2023 по делу №  А56-30054/2019/сд.23 отменить.

В удовлетворении заявления отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «А Плюс Девелопмент» в пользу публичного акционерного общества «Сбербанк России» 3 000 руб. в возмещении расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «А Плюс Девелопмент» в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

А.Ю. Слоневская

 

Судьи

 

И.Н. Бармина

 

 И.В. Сотов