﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А81-6502/2018

Резолютивная часть постановления объявлена  03 сентября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  05 сентября 2019 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			 Севастьяновой М.А.,

судей							 Демидовой Е.Ю.,

								 Зиновьевой Т.А.,

при ведении судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СГК-Механизация» на решение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 30.10.2018 (судья Соколов С.В.)                 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2019 (судьи Верёвкин А.В., Еникеева Л.И., Краецкая Е.Б.) по делу                                  № А81-6502/2018 по иску общества с ограниченной ответственностью «Ямал-Логистик» (629305, Ямало-Ненецкий автономный округ, город Новый Уренгой, улица Сибирская, дом 21, офис 8, ОГРН 1148904001938, ИНН 8904075491) к обществу с ограниченной ответственностью «СГК-Механизация» (196084, город Санкт-Петербург, улица Ташкентская, дом 3, корпус 3 лит. Б, эт/пом. 17/1718, ОГРН 1167847236226, ИНН 7810442793)       о взыскании долга, пени, обязании освободить открытую площадку                         и передать ее по акту приема-передачи.

В заседании приняли участие представители: ООО «ГСП-Механизация» - Тимофеева В.И. по доверенности от 20.08.2019, общества с ограниченной ответственностью «Ямал-Логистик» - Калашник, директор, выписка                      из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ)                и Зуева Я.А., представитель по доверенности от 10.01.2019.   

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «Ямал-Логистик» (далее -ООО «Ямал-Логистик») обратилось в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СГК-Механизация» (далее - ООО «СГК-Механизация») о взыскании5 000 000 руб. долга за пользование открытой площадкой на основании договора возмездного пользования от 01.07.2017 № 25/17 за период с января по май 2018 года и 1 225 000 руб. пени за просрочку внесения платы                         по указанному договору в период с 06.07.2017 по 09.08.2018 и по день фактического исполнения обязательства из расчета 0,1% за каждый день;                2 299 999 руб. долга за фактическое пользование территорией (открытой площадкой) с 01.06.2018 по 09.08.2018 и по день подписания акта приема передачи из расчета 33 333 руб. 33 коп. за каждый день и 100 000 руб. пени                          за просрочку оплаты указанной суммы долга за период с 06.06.2018                        по 09.08.2018 и по день фактического исполнения обязательства из расчета 0,1% за каждый день; 70 000 руб. пени за фактическое пользование территорией (за просрочку освобождения территории (открытой площадки)) за период с 01.06.2018 по 09.08.2018 и по день подписания акта приема передачи из расчета 0,1% от суммы месячной оплаты или 1 000 руб.               за каждый день; обязании ответчика освободить открытую площадку                     от товарно-материальных ценностей и иного имущества и передать ее истцу по акту приема-передачи.

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округаот 30.10.2018, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2019, исковые требования удовлетворены, с ООО «СГК-Механизация» в пользу ООО «Ямал-Логистик» взыскано 5 000 000 руб. основного долга по договору возмездного пользования от 01.07.2017 № 25/7, 1 225 000 руб. пени за просрочку оплаты за период с 06.07.2017 по 09.08.2018 и по день фактического исполнения обязательства из расчета 0,1 % от суммы долга за каждый день просрочки,2 299 999 руб. за фактическое пользование имуществом за периодс 01.06.2018 по 09.08.2018 и по день подписания акта приема передачи                  из расчета 33 333 руб. 33 коп. за каждый день, 70 000 руб. пениза фактическое пользование территорией за период с 01.06.2018по 09.08.2018 и по день подписания акта приема передачи из расчета 0,1 %от суммы месячной оплаты или 1 000 руб. за каждый день, 100 000 руб. пени за период с 06.06.2018 по 09.08.2018 и по день фактического исполнения обязательства из расчета 0,1 % за каждый день от суммы долга                                за фактическое пользование имуществом за каждый день просрочки по день освобождения территории и составления акта приема-передачи, а также                66 475 руб. расходов по уплате государственной пошлины. Суд обязал               ООО «СГК-Механизация» освободить открытую площадку от товарно-материальных ценностей и иного имущества и передать ее ООО «Ямал-Логистик».

Не согласившись с решением и постановлением, ООО «СГК-Механизация» обратилось с кассационной жалобой, в которой проситих отменить, направить дело на новое рассмотрение.

В судебном заседании представитель заявителя жалобы сообщила суду кассационной инстанции о смене наименования на ООО «ГСП-Механизация», представила копии соответствующего решения единственного участника ООО «СГК-Механизация» от 01.08.2019 № 1/0819 и листа записи ЕГРЮЛ о внесении записи государственного регистрации изменений, внесенных в учредительные документы юридического лица, связанных с внесением изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, совершенной 13.08.2019.

В связи с указанным в порядке части 4 статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) судом принимается во внимание изменение ответчиком с 13.08.2019 своего наименования.

В обоснование жалобы заявитель приводит доводы о необоснованном неприменении судами положений пункта 6.7 договора возмездного пользования от 01.07.2017 № 25/17, ограничивающих размер ответственности ответчика суммой, равной 5-ти процентам от суммы просроченного обязательства, и отказе в применении указанного договорного условия на основании пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). При этом ООО «СГК-Механизация» считает, что указанное условие договора является не ограничением ответственности                по смыслу пункта 4 статьи 421 ГК РФ, а ограничением размера ответственности, которую стороны вправе ограничить независимо от формы вины лица, нарушившего обязательство.

Кроме того, заявитель отмечает, что истцом неверно рассчитан период просрочки внесения платы за фактическое пользование открытой площадкой, так как после расторжения договора не могут применяться его положения,               в том числе о порядке внесения арендной платы, в связи с чем на основании статьи 314 ГК РФ с 01.06.2018 по 12.07.2018 плата подлежала внесению                   в срок, указанный в требовании истца от 12.07.2018. По мнению кассатора, договорная неустойка за нарушение срока внесения арендной платы                         за указанный период фактического пользования не применима, а проценты            за пользование чужими денежными средствами за указанный период составят 5 005 руб. 48 коп. При  этом, поскольку требование об оплате                      за фактическое пользование участком за период с 13.07.2018 по 09.08.2018 истцом не было заявлено до обращения в арбитражный суд, то и проценты                за пользование чужими денежными средствами за этот период начислению не подлежат.

В дополнении к кассационной жалобе заявитель также ссылается на то, что, поскольку истец после истечения срока договора продолжает предоставлять ответчику открытую площадку, выставляет к оплате                        за пользование ею универсальные передаточные акты со ссылкой на спорный договор, то это свидетельствует о продлении договора сторонами, в связи               с чем требование об освобождении открытой площадки не подлежало удовлетворению.

В отзыве на кассационную жалобу ООО «Ямал-Логистик» просит отказать в ее удовлетворении и оставить обжалуемые решение                                 и постановление без изменения. 

Доводы жалобы и отзыва на нее поддержаны представителями сторон в судебном заседании.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд округа приходит к выводу                             о наличии оснований для ее частичного удовлетворения.

Как установлено судами и следует из материалов дела, междуООО «Ямал-Логистик» (сторона-1) и ООО «СГК-Механизация» (сторона-2) заключен договор возмездного пользования от 01.07.2017 № 25/17 (далее - договор № 25/17), по условиям которого сторона-1 предоставилаза обусловленную договором плату стороне-2 открытую площадку общей площадью 10 га для хранения специальной техники, товарно-материальных ценностей и иного имущества на территории земельного участкас кадастровым номером 89:11:080101:510 в Ямало-Ненецком автономном округе Пуровского района, принадлежащего ООО «Ямал-Логистик» на праве аренды по договору аренды лесного участка в составе земель лесного фонда от 19.05.2015 № 59/Л-15, зарегистрированному в установленном законом порядке.

Согласно пункту 2.1 договора № 25/17 территория передаетсяв пользование стороне-2 сроком на 11 месяцев с 01.07.2017 по 31.05.2018 включительно.

В соответствии с пунктами 3.1, 3.4 договора № 25/17 платаза пользование площадкой составляет 1 000 000 руб. в месяц из расчета100 000 руб. за 1 га; оплата производится ежемесячно путем перечисления  на расчетный счет стороны-1. Оплата за пользование территорией за текущий месяц производится до 5 числа текущего месяца.

Пунктом 6.2 договора № 25/17 предусмотрено, что в случае просрочки оплаты за пользование территорией сторона-2 выплачивает стороне-1 пени             в размере 0,1 % от суммы долга за каждый день просрочки.

Кроме того, согласно пункту 6.3 договора № 25/17 в случае несвоевременного освобождения территории ответчик оплачивает истцу плату, рассчитанную пропорционально периоду фактического использования, а также выплачивает пени в размере 0,1 % от суммы месячной оплаты за каждый день фактического использования территории. При этом началом периода фактического использования объекта является день, следующий за днем отказа стороны-2 от дальнейшего использования территории либо истечения срока действия договора, окончанием периода фактического использования является день освобождения территории ответчиком и составления акта приема-передачи.

В соответствии с пунктом 6.7 договора № 25/17 ответственность стороны-2 по договору за неисполнение, ненадлежащее исполнение своих обязательств составляет не более 5% от суммы просроченного обязательства. Стороны оставляют за собой право не применять друг к другу штрафные санкции.

На основании пункта 6.9 договора № 25/17 сторона договора, имущественные интересы или деловая репутация которой нарушеныв результате неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательствпо договору другой стороной, вправе требовать полного возмещения причиненных ей этой стороной убытков, под которыми понимаются расходы, которые сторона, чье право нарушена, произвела или произведет для восстановления своих прав и интересов; утрата, порча или повреждение имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые эта сторона получила бы при обычных условиях делового оборота, если бы ее права и интересы не были бы нарушены (упущенная выгода).

Открытая площадка передана истцом ответчику по акту приема-передачи от 01.07.2017.

Учитывая наличие задолженности за период с декабря 2017 по март 2018 года и оставление ответчиком без внимания претензии истца от 12.03.2018              о ее погашении, в письме от 23.04.2018 № 167 ООО «Ямал-Логистик» уведомило ООО «СГК-Механизация» о прекращении договора № 25/17                с 01.06.2018 в связи с истечением срока его действия и предложило  освободить открытую площадку, возвратить ее по акту приема-передачи.

В письме от 18.05.2018 ООО «СГК-Механизация» гарантировало произвести оплату задолженности по договору № 25/17 в срок до 30.06.2018.

За весь период действия договора (с июля 2017 года по май 2018 года),            а также за период с июня по сентябрь 2018 года за пользование открытой площадкой сторонами подписаны универсальные передаточные документы на сумму 1 000 000 руб. за каждый месяц.

Согласно подписанным сторонами актам сверки взаимных расчетов                за период январь-май 2018 года, за 9 месяцев 2018 года задолженность ответчика перед истцом составила, соответственно, 5 000 000 и 9 000 000 руб.

Претензия истца от 12.07.2018 об оплате долга в сумме5 000 000 руб. и пени в соответствии с пунктом 6.2 договора № 25/17, долгаи пени за фактическое пользование открытой площадкой на основании пункта 6.3 данного договора оставлена ответчиком без ответа, что явилось основанием для обращения ООО «Ямал-Логистик» в арбитражный суд                   с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 330, 606, пункта 1 статьи 614, статьи 622 ГК РФ, части 2 статьи 62 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ), условиями договора № 25/17 и исходил из доказанности факта пользования ответчиком открытой площадкой истца в спорном периоде и задолженности по оплате за пользование, наличия оснований для взыскания предусмотренных договором пеней за просрочку оплаты долга, сложившегося в период действия договора № 25/17 и по истечении его срока, и за просрочку возврата открытой площадки.

Оставляя без изменения решение суда первой инстанции, апелляционный суд также указал на отсутствие оснований для ограничения размера ответственности ООО «СГК-Механизация», предусмотренного пунктом 6.7 договора, так как в связи с тем, что в нарушение пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации                         от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности                          за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 7) ответчик не доказал отсутствие умысла в нарушении обязательства,                       то указанное условие договора является ничтожным.

Выводы судов относительно взыскания с ответчика долга                            за пользование открытой площадкой, как в пределах срока действия договора, так и по истечении его срока, а также договорной неустойки                в связи с просрочкой оплаты за пользование в указанные периоды и за несвоевременное освобождение территории после прекращения договора являются правильными.

Исходя из предмета договора, иных его условий, документов, подтверждающих исполнение договора № 25/17 и доказанности факта пользования ответчиком открытой площадкой истца после истечения срока действия договора, пояснений сторон, суды первой и апелляционной инстанции правильно квалифицировали спорные правоотношения сторон как арендные в отношении части земельного участка.

Согласно статье 606 ГК РФ по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владениеи пользование или во временное пользование.

В соответствии с пунктом 1 статьи 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Согласно статье 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии,в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения.

В силу приведенных нормативных положений обязанность по уплате арендных платежей возлагается на арендатора в течение всего периода использования арендованного имущества с момента передачи арендодателем такого имущества и прекращается в момент возврата имущества арендатором.

При этом согласно правовой позиции, выраженной в пункте 38 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой», взыскание арендной платы за фактическое использование арендуемого имущества после истечения срока действия договора производится в размере, определенном этим договором.

Кроме того, согласно пункту 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35                              «О последствиях расторжения договора» в случае расторжения договора, предусматривавшего передачу имущества во владение или пользование (например, аренда, ссуда), лицо, получившее имущество по договору, обязано в разумный срок возвратить его стороне, передавшей это имущество. Порядок исполнения этого обязательства определяется положениями общей части обязательственного права, включая правила главы 22 ГК РФ,                          и специальными нормами об отдельных видах договоров (например, статьи 622, 655, 664 Кодекса) либо договором, в том числе если договор регулирует порядок возврата имущества по окончании срока его действия. В таком случае положения главы 60 ГК РФ применению не подлежат.

При этом в случае расторжения договора аренды взысканию также подлежат установленные договором платежи за пользование имуществом                 до дня фактического возвращения имущества лицу, предоставившему это имущество в пользование, а также убытки и неустойка за просрочку арендатора по день фактического исполнения им всех своих обязательств (статья 622 ГК РФ).

В абзаце втором пункта 66 постановления Пленума ВС РФ № 7 также разъяснено, что если при расторжении договора основное обязательство                   не прекращается, например, при передаче имущества в аренду, ссуду, заем                и кредит, и сохраняется обязанность должника по возврату полученного имущества кредитору и по внесению соответствующей платы за пользование имуществом, то взысканию подлежат не только установленные договором платежи за пользование имуществом, но и неустойка за просрочку их уплаты (статья 622, статья 689, пункт 1 статьи 811 ГК РФ).

В соответствии с приведенными правовыми позициями высшей судебной инстанции при рассмотрении настоящего спора суды, установив, что после истечения срока действия договора № 25/17 и до окончания спорного периода ответчик не возвратил принятое им в аренду имущество, пришли к верному выводу о том, что и после прекращения договора                       на ответчика возлагается не только обязанность по уплате предусмотренной таким договором арендной платы, но и установленных им неустоек.

Таким образом, доводы заявителя кассационной жалобы                                    о недопустимости взыскания неустойки на задолженность, образовавшуюся после истечения срока действия договора, отклоняются в связи с их несостоятельностью.

Учитывая, что договор № 25/17 является срочным, предусматривает прекращение действия после истечения срока, и не предусматривает  пролонгации в отсутствие достигнутого об этом соглашения                                    и согласованного сторонами порядка возврата имущества из аренды, суды первой и апелляционной инстанции правомерно удовлетворили требование истца об обязании ответчика освободить открытую площадку и передать ее по акту приема-передачи истцу.

Доводы заявителя кассационной жалобы со ссылкой на судебную практику (дело № А40-28123/2014) об отсутствии оснований для возврата открытой площадки истцу в связи с тем, что принятие истцом платежей                    в оплату за фактическое пользование открытой площадкой после истечения срока действия договора, проведение взаимозачетов свидетельствует                        о продлении договора, отклоняется, поскольку такие доводы не заявлялись ответчиком при рассмотрении спора в суде первой и апелляционной инстанции и впервые заявлены только на стадии кассационного пересмотра судебных актов. 

Между тем при определении размера ответственности ответчика судом первой инстанции не учтены условия пункта 6.7 договора № 25/17, ограничивающие размер ответственности арендатора пределами суммы, равной 5% от суммы просроченного обязательства, а суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы ответчика о необоснованном неприменении истцом и судом первой инстанции предусмотренного указанным условием договора ограничения ответственности, неправильно применил положения пункта 4 статьи 401 ГК РФ и разъяснения, данные в пункте 7 постановления Пленума ВС РФ, в связи с чем не включил в предмет исследования вопрос              о наличии таких фактических обстоятельств, при которых предусмотренное сторонами ограничение ответственности должника не применимо.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 421 ГК РФ граждане                                и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

По приведенным нормативным положениям в пункте 6 постановления Пленума ВС РФ № 7 разъяснено, что, свободные в выборе                                       не противоречащих закону условий договора стороны, своим усмотрением могут, в частности определить условие об ограничении ответственности должника. При этом заключение такого соглашения не допускается и оно является ничтожным, если нарушает законодательный запрет (пункт 2 статьи 400 ГК РФ) или противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства (например, ничтожными являются условия договора охраны или договора перевозки об ограничении ответственности профессионального исполнителя охранных услуг или перевозчика только случаями умышленного неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства).

Применительно к рассматриваемому спору отсутствует закон, устанавливающий пределы ответственности арендатора. Учитывая это, неприменение согласованного сторонами в пункте 6.7 договора № 25/17 ограничения размера ответственности может иметь место только при доказанности факта умышленного нарушения ответчиком обязательства (пункт 4 статьи 401 ГК РФ).

Так, согласно пункту 4 статьи 401 ГК РФ ничтожным является заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства.

В пункте 7 постановления Пленума ВС РФ № 7 разъяснено, что, если                 в пределах, установленных пунктом 4 статьи 401 ГК РФ, в заранее заключенном соглашении указаны обстоятельства, устраняющие или ограничивающие ответственность должника за неумышленное нарушение обязательства, то на него возлагается бремя доказывания их наступления.

Заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности не освобождает от ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт 4 статьи 401 ГК РФ). Отсутствие умысла доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункты 1 и 2 статьи 401      ГК РФ). Например, в обоснование отсутствия умысла должником, ответственность которого устранена или ограничена соглашением сторон, могут быть представлены доказательства того, что им проявлена хотя бы минимальная степень заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства.

Таким образом, ничтожным является предусмотренное в заранее заключенном сторонами соглашении такое условие, которое устраняет или ограничивает ответственность должника при умышленном нарушении им своих обязательств. Кроме того, заключенное сторонами заранее соглашение  об устранении или ограничении ответственности обязанной стороны, хотя             и не предусматривающее полного или частичного освобождения такой стороны от ответственности, само по себе не может освобождать или ограничивать ответственность такого контрагента, если при исполнении обязательства он действует, умышленно нарушая обязательства, учитывая предусмотренное для него полное или частичное освобождение от уплаты неустойки.

В связи с указанным для неприменения согласованного сторонами                       в договоре № 25/17 условия пункта 6.7 должны быть установлены фактические обстоятельства умышленного нарушения ответчиком обязательства по оплате за пользование открытой площадкой и за просрочку ее освобождения. В порядке статьи 65 АПК РФ наличие умысла ответчика                в нарушении обязательства должно быть доказано истцом, в свою очередь, обратное (отсутствие умысла) доказывается ответчиком, в частности предоставление доказательств того, что им проявлена хотя бы минимальная степень заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства.

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что непредставление ответчиком доказательств отсутствия у него умысла на нарушение обязательства, свидетельствует о наличии последнего, является ошибочным.

В исковом заявлении и при рассмотрении дела в суде первой инстанции истец не заявлял об основаниях неприменения им условия пункта 6.7 договора № 25/17, не содержащего оговорки об ограничении ответственности ответчика при умышленном нарушении им обязательств,                а также о наличии обстоятельств, свидетельствующих о неприменении указанного условия по тому основанию, что при исполнении договора ответчик нарушает принятые на себя обязательства умышленно, а суд                     не включил указанный вопрос в предмет исследования.

Возражая по доводам апелляционной жалобы, в отзыве на нее истец также не привел фактических обстоятельств, подтверждающих наличие умышленного неисполнения ответчиком обязательств в условиях предусмотренного для него договором ограничения размера ответственности, а апелляционный суд не устранил недостатки, допущенные судом первой инстанции, и не принял меры к установлению имеющих значение для дела обстоятельств.

На основании изложенного, рассмотрев кассационную жалобу                          в пределах приведенных в ней доводов, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене                 в части взысканных судом первой инстанции пени за просрочку оплаты пользования открытой площадкой в период действия договора и за период фактического пользования после истечения срока его действия,                       а также за просрочку возврата открытой площадки после прекращения договора, и в части распределения судебных расходов.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду следует учесть вышеотмеченные недостатки, исследовать вопрос о наличии или отсутствии фактических обстоятельств, препятствующих применению установленного договором № 25/17 ограничения ответственности ответчика, а при наличии таковых – определить размер подлежащих взысканию с ответчика пеней, предусмотренных указанным договором, распределить судебные расходы, исходя из размера удовлетворенных по иску исковых требований.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа 

постановил:

решение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округаот 30.10.2018 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2019 по делу № А81-6502/2018 отменить в части удовлетворения исковых требований о взыскании пени и распределения судебных расходов. 

В указанной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа.

В остальной  части обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий					М.А. Севастьянова

Судьи									Е.Ю. Демидова

										Т.А. Зиновьева