﻿/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-125864/2018

17 июня 2019 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена  11 июня 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 июня 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей В.Б. Слобожаниной, В.В. Черемошкиной

при ведении протокола судебного заседания секретарем И.С. Хариной

при участии: 

от истца: представитель Д.А. Николаев по доверенности от 01.11.2018 г.

от ответчиков: от ЗАО «Радуга Продакшн» - представитель А.В. Николаев по доверенности от 21.01.2019 г., от АО «Нижфарм» - представители О.Ю. Сударская и В.Н. Кудряшов по доверенности от 01.12.2018 г.

от 3-х лиц: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-8053/2019) Л.Г. Коминой на решение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.02.2019 г. по делу № А56-125864/2018 (судья Е.Е. Бойкова), принятое

по иску компании Л.Г. Коминой 

к ЗАО «Радуга Продакшн» и АО «Нижфарм»

третьи лица: ООО «Ники Инвест» и АО «Роста» 

о признании сделки недействительной 

установил:

Участник закрытого акционерного общества «Радуга Продакшн» (далее – Общество) Комина Лидия Георгиевна (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с иском к Обществу (далее также – ответчик-1) и акционерному обществу «Нижегородский химико-фармацевтический завод» (далее – ответчик-2, Завод, АО «Нижфарм») о признании недействительным заключенного между ответчиками договора залога движимого имущества от 14.03.2017 г. 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Ники Инвест» и акционерное общество «Роста». 

Решением арбитражного суда от 13.02.2019 г. в удовлетворении иска отказано.

Данное решение обжаловано истцом в апелляционном порядке, в жалобе ее податель просит решение отменить, исковые требования удовлетворить, мотивируя жалобу доводами, положенными в обоснование иска, и в частности – ссылаясь на то, что сделка была совершена при злоупотреблении правом со стороны ответчика-1 и в ущерб истцу, а также без необходимых корпоративных процедур ее одобрения и при превышении полномочий со стороны исполнительного органа Общества, что влечет ее недействительность в силу пункта 1 статьи 173 и пункта 1 статьи 174 Гражданского кодекса РФ.

В этой связи истец указывает, что сделка была заключена во исполнение обязательств третьего лица - АО «Роста», находящегося в предбанкротном состоянии, при сомнительности его долга перед Заводом, а суд, при этом, не проверил экономическую целесообразность сделки, которая, по мнению истца, сводилась к предпочтительному удовлетворению требований ответчика-2 (по сравнению с другими конкурсными кредиторами) к АО «Роста», при фактическом отчуждении (угрозы этого) в результате сделки всего производственного комплекса Общества и прекращении ввиду этого его деятельности (последующем банкротстве).

Также податель жалобы не согласен с выводами суда первой инстанции о наличии заинтересованности ответчика-1 при совершении спорной сделки и пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям (в т.ч. ввиду отсутствия доказательств осведомленности единственного акционера Общества о совершении сделки ранее даты проведения годового собрания акционеров по итогам года, в течении которого была совершена сделка).

В заседании апелляционного суда истец поддержал доводы своей жалобы; ответчик-1 поддержал его позицию, представив соответствующие письменные пояснения, в т.ч. ссылаясь на рассмотрение дела без участия (привлечения) лица, чьи права и обязанности могут быть затронуты обжалуемым решением – единоличного исполнительного органа Общества на момент совершения сделки – А.С. Романюка, что, по мнению ответчика-1, должно влечь переход апелляционного суда к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции (с привлечением к участию в нем указанного лица); ответчик-2 возражал против удовлетворения жалобы (доводов истца и Общества) по мотивам, изложенным в представленном отзыве.

Третьи лица возражений (отзывов, позиций) на жалобу не представили, в заседание не явились, однако, при этом, о месте и времени судебного разбирательства надлежаще извещены (считаются надлежаще извещенными в силу части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ – ввиду  возврата отделением связи с отметками об истечении срока хранения направленных им по имеющимся в материалах дела адресам почтовых отправлений с копией определения о назначении судебного заседания), а равно как считаются они извещенным и в соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ (с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, и при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса РФ)), в связи с чем и в соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ дело (апелляционная жалоба) рассмотрено в их отсутствие. 

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке, предусмотренном статьями 268-270 Арбитражного процессуального кодекса РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

Как установлено судом первой инстанции, подтверждается материалами дела и не оспаривается участвующими в деле лицами, Л.Г. Комина с 20.04.2018 г. является единственным акционером Общества, что следует из информации из реестра акционеров по состоянию на 15.01.2019 г., а как усматривается из существа искового заявления, после приобретения акций Общества и ознакомления с годовым отчетом за 2017 г., истцу стало известно о том, что в 2017 г. имела место невыгодная сделка, совершенная без одобрения акционера Общества, а именно - между ответчиком-1 (залогодателем) и Заводом (залогодержателем) был заключен договор от 14.03.2017 г. залога движимого имущества, стоимость которого составляет 323 934 016 руб. 86 коп., и полагая, что данная сделка заключена со злоупотреблением правом по стороны ответчика-2 и в отсутствие обязательного одобрения со стороны акционера Общества,  Л.Г.Комина обратилась в арбитражный суд с настоящим иском. 

Однако суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства и руководствуясь, помимо прочего, статьей 166 Гражданского кодекса РФ, не нашел оснований для удовлетворения иска, исходя, в частности, из того, что согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 и 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ), при том, что для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, а для признания недействительным договора на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обеих сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что обе стороны сделки действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника (третьим лицам) 

В данном случае, судом установлено, что между Заводом (поставщиком) и АО «Роста» (покупателем) заключены договоры поставки медицинской продукции № 417-П от 15.12.2014 и № 100-ФЛ от 25.12.2014 г., по условиям которых поставщик обязался поставщик обязался поставить, а покупатель принять и оплатить медицинскую (фармацевтическую) продукцию, биологические добавки к пище (БАД), парфюмерно-косметическую продукцию в количестве и ассортименте, которые являются неотъемлемой частью договора; поставщик выполнил свою обязанность поставить товар в адрес покупателя, однако встречные обязательства по оплате поставленного товара покупатель в установленные договорами поставки сроки не исполнил. 

В этой связи 10.03.2017 г. между АО «Роста» и Заводом заключено соглашение об урегулировании задолженности по указанным договорам поставки (далее – соглашение), согласно пункту 1 которого по состоянию на 01.01.2017 г. покупатель имеет  дебиторскую задолженность перед поставщиком по оплате товара, переданного покупателю по договорам поставки, в размере 2 556 296 477 руб. 35 коп.; в рамках соглашения просроченная дебиторская задолженность была уменьшена и ее размер составил 2 217 123 274 руб. 46 коп.; указанные денежные средства подлежали оплате покупателем в соответствии с согласованным сторонами графиком, а в соответствии с пунктом 8 соглашения выполнение обязательств должника в рамках настоящего соглашения обеспечено залогом движимого имущества в рамках договора залога движимого имущества между ответчиками от 14.03.2017 г., и в этой связи - для обеспечения исполнения обязательств, возникших из договоров поставки от 15.12.2014 и 25.12.2014 г., зафиксированных и подлежащих исполнению в соответствии с условиями соглашения от 10.03.2017 г. - между Обществом (залогодатель) и Заводом (залогодержатель, кредитор) и был заключен договор залога движимого имущества от 14.03.2017 г. 

Общая стоимость имущества, переданного в залог, была определена по соглашению сторон и составила 323 934 016 руб. 86 коп.; перечень движимого имущества, являющегося предметом Договора залога, стоимость отдельных единиц имущества была указана в приложении № 1 к договору залога от 14.03.2017 г. 

Таким образом, оценив обстоятельства заключения оспариваемого договора, судом, вопреки доводам истца, не было установлено признаков злоупотребления правом со стороны Завода, позволяющих квалифицировать оспариваемый договор в качестве ничтожной сделки, поскольку заключение спорного договора было направлено на обеспечение исполнения обязательств АО «Роста» перед отвпетчиком-1 при отсутствии доказательств недобросовестности в действиях ответчика и совершения им действий в ущерб интересам представляемого истцом юридического лица. 

В этой связи суд сослался на то, что согласно пункту 1 статьи 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон № 208-ФЗ), крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом: связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату, при том, что в соответствии с пунктом 4 статьи 78 Закона № 208-ФЗ, под сделками, не выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности, понимаются любые сделки, заключаемые при осуществлении деятельности соответствующим обществом либо иными организациями, осуществляющими аналогичные виды деятельности, независимо от того, совершались ли такие сделки данным обществом ранее, если такие сделки не приводят к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов, а  соблюдения предусмотренного законом порядка одобрения крупных сделок не требуется в случаях, когда сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности общества. 

Также, как указал суд, в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 г. № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее - Постановление Пленума № 27), в силу подпункта 2 пункта 6.1 статьи 79 Закона об акционерных обществах и абзаца третьего пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью на истца возлагается бремя доказывания того, что другая сторона по сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой (как в части количественного (стоимостного), так и качественного критерия крупной сделки) и (или) что отсутствовало надлежащее согласие на ее совершение; при этом, заведомая осведомленность о том, что сделка является крупной (в том числе о значении сделки для общества и последствиях, которые она для него повлечет), предполагается, пока не доказано иное, только если контрагент, контролирующее его лицо или подконтрольное ему лицо является участником (акционером) общества или контролирующего лица общества или входит в состав органов общества или контролирующего лица общества; однако, отсутствие таких обстоятельств не лишает истца права представить доказательства того, что другая сторона сделки знала о том, что сделка являлась крупной, например письмо другой стороны сделки, из которого следует, что она знала о том, что сделка является крупной. 

Также, по общему правилу, закон не устанавливает обязанности третьего лица по проверке перед совершением сделки того, является ли соответствующая сделка крупной для его контрагента и была ли она надлежащим образом одобрена (в том числе отсутствует обязанность по изучению бухгалтерской отчетности контрагента для целей определения балансовой стоимости его активов, видов его деятельности, влияния сделки на деятельность контрагента), а третьи лица, полагающиеся на данные единого государственного реестра юридических лиц о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу, вправе исходить из наличия у них полномочий на совершение любых сделок (абзац второй пункта 2 статьи 51 Гражданского кодекса РФ); кроме того, из разъяснений пункта 9 Постановления Пленума № 27 следует, что любая сделка считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 4 статьи 78 Закона № 208-ФЗ), при том, что бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце; согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в соответствии со статьей 9 данного Кодекса лицо, участвующее в деле, несет риск наступления последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий. 

В данном случае, судом установлено и сторонами не оспаривается, что договор залога относится к категории крупных сделок, поскольку балансовая стоимость переданного в залог оборудования на дату совершения сделки (14.03.2017 г.) составляла 323 934 016 руб. 86 коп., в то время как балансовая стоимость активов на последнюю отчетную дату (31.12.2016 г.) составляла 1 375 881 000 руб., соответственно, оспариваемая сделка составляет 23,54% от балансовой стоимости активов Общества; вместе с тем, как было указано выше, суд может отказать в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением предусмотренных данной статьей требований к ней, недействительной, в частности, если при рассмотрении дела в суде доказано, что другая сторона по данной сделке не знала и не должна была знать о ее совершении с нарушением предусмотренных данной статьей требований к ней. 

В этой связи, проанализировав условия оспариваемого договора, а также принимая во внимание обстоятельства его заключения, непредставление истцом доказательств, подтверждающих, что другая сторона по данной сделке знала и должна была знать о ее совершении с нарушением требований к ней, предусмотренных Законом № 208-ФЗ,  суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, а кроме того, суд посчитал, что срок исковой давности для оспаривания сделки, предусмотренный пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ, о применении которого заявлено ответчиком, истек. 

В этой части суд сослался на то, что соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, а как следует из пункта 1 статьи 84 Закона № 208-ФЗ, сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных Законом требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его акционера, при том, что срок исковой давности по требованию о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит, а как разъяснено в постановлении Пленума № 27, иски о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности могут предъявляться в течение срока, установленного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ для оспоримых сделок, и аналогичное разъяснение изложено в пункте 102 Постановления Пленума № 25. 

В соответствии же с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год; течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, а срок давности по иску о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее одобрения, исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что такая сделка требовала одобрения в порядке, предусмотренном законом или уставом, хотя бы она и была совершена раньше; при этом, предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставленных участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом). 

Также, как указал суд в этой связи, в соответствии с пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума № 43), по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления; кроме того, согласно абзацу второму подпункта 2 пункта 7 Постановления Пленума № 27, переход доли (акции) к иному лицу не влияет на течение срока исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности; в этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 Гражданского кодекса РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

В данном случае, из определения Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2018 г. по делу № А41-79022/2018 видно, что в ходе рассмотрения заявления Общества о включении требований в реестр кредитором должника по делу о признании АО «Роста» несостоятельным (банкротом) суд установил, что  единственный акционер Общества (на момент заключения оспариваемой сделки) И.В. Григорьев был участником ООО «Роста», также аффилированного с должником, и указанное физическое лицо, исходя из общедоступных источников массовой информации, представленных кредитором, является родственником (пасынком) Д.И. Паникашвили, который, в свою очередь, является акционером АО «Роста», а также являлся с 2006 до начало 2018 г. единоличным исполнительным органом (президентом) АО «Роста»; наличие родственных связей между физическими лицами И.В. Григорьевым и Д.И. Паникашвили подтверждается сведениями о браке между Д.И. Паникашвили и Т.Н. Григорьевой, согласно записи акта гражданского состояния № 1490 от 18.05.2003 г. Дворца бракосочетания № 2 Управления ЗАГС Администрации Санкт-Петербурга, и при таких обстоятельствах, при рассмотрении требований Общества в рамках дела № А41-79022/2018 суд установил юридическую заинтересованность Общества и АО «Роста», а также вхождение в одну группу лиц Д.И. Паникашвили и И.В.Григорьева.

Таким образом, суд первой инстанции по настоящему делу признал, что единственный акционер Общества (на момент заключения сделки) И.В. Григорьев знал о совершении указанной сделки с момента подписания оспариваемого договора и был заинтересован в его заключении (доказательств обратного в материалы дела истцом не представлено), и так как право собственности на акции ответчика-1 приобретено истицей у И.В. Григорьева, и как следствие, к истице на основании данной сделки перешли обязательственные права по отношению к Обществу, то она является правопреемником корпоративных прав И.В. Григорьева, и в этой связи, поскольку срок исковой давности по оспоримой сделке составляет один год и начинает течь со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, последующее отчуждение акций акционерного общества иному лицу не влечет перерыва течения срока исковой давности, т.е., так как правопредшественник истца должен был и мог узнать о совершении оспариваемого договора в момент его заключения (14.03.2017 г.), а иск подан в арбитражный суд 11.10.2018 г., то  срок исковой давности пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований (пункт 15 постановления Пленума № 43), при том, что иное толкование истцом норм права о начале течения срока исковой давности при переходе права собственности на акции акционерного общества недопустимо, поскольку фактически позволяет заинтересованным лицам исключить применение исковой давности посредством продажи акций. 

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки изложенных выводов, как сделанных в результате полного, подробного и всестороннего исследования и анализа обстоятельств (материалов) дела и доводов/возражения сторон, исходя, в частности из доказанности материалами дела экономической целесообразности сделки (предоставление Обществом обеспечения по обязательствам лица, входящего с ним в одну хозяйственную группу, т.е. имеющих единые предпринимательские цели) и – в то же время - недоказанности истцом наличия при совершении сделки исключительно цели причинения вреда (Обществу, его акционерам) не только у обеих сторон сделки, но наличия такой цели хотя бы у одного из ее участников, а равно как недоказанности реального причинения вреда Обществу (его акционеру), а также осведомленности ответчика-2 об установленных ограничениях для ответчика-1 применительно к размеру сделки (отсутствии необходимого в этом случае одобрения сделки акционерами и т.п.).

Также апелляционный суд полагает, что в решении содержатся надлежащая оценка обстоятельствам (доказательствам), свидетельствующим о пропуске истцом срока исковой давности, и, в частности, суд первой инстанции подробным образом проанализировал связь между истцом и АО «Роста», которая влечет безусловную осведомленность правопредшественника истца (единственного акционера Общества на момент совершения сделки) о ее заключении именно с момента такого заключения, что истец какими-либо доказательствами не опроверг.

В этой связи суд признает, что путем подачи иска акционер Общества на данный момент, как и само Общество пытаются обойти установленные корпоративным и гражданским законодательством ограничения при оспаривании сделки и уклониться от исполнения обязательств по ней, при том, что в случае неосведомленности Л.Г. Коминой при покупке акций Общества у предыдущего акционера о спорной сделке, она вправе – при доказанности фактических и правовых оснований для этого - требовать защиты своих прав в иных формах: расторжения договора покупки акций, взыскания убытков с продавца и т.д., а равным образом не усматривает апелляционный суд и наличие со стороны суда первой инстанции процессуальных нарушений, относящихся к безусловным основаниям для отмены решения, не признавая, в частности, таким нарушением рассмотрение дела без участия единоличного исполнительного органа Общества на момент совершения сделки, поскольку в суде первой инстанции ни он сам, ни иные лица, участвующие в деле, о его привлечении к участию в деле не заявляли; апеллируемое решение он в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса РФ не обжаловал (если бы полагал, что его права затронуты решением), а возможность предъявления к какому-либо лицу самостоятельных требований с учетом установленных в настоящем деле обстоятельств само по себе не влечет необходимость привлечения этих лиц к настоящему делу, в т.ч. с учетом того, что для него обстоятельства настоящего дела не будут считаться преюдициальными, в связи с чем суд расценивает такое поведение Общества (сославшегося не необходимость привлечения к участию в деле его бывшего руководителя только на стадии апелляционного рассмотрения), как направленное исключительно на затягивание спора.

Таким образом, апелляционный суд признает обжалуемое решение соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела (при отсутствии помимо прочего и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ), а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 269 и 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.02.2019 г. по делу № А56-125864/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу Л.Г. Коминой - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

В.Б. Слобожанина

 

В.В. Черемошкина