АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-101/22 

Екатеринбург

19 мая 2023 г.

 

Дело № А50-1942/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 мая 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н. В.,

судей Плетневой В. В., Новиковой О. Н.,

при ведении протокола помощником судьи Мясниковой О.В., рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края кассационную жалобу финансового управляющего имуществом должника ФИО1 - ФИО2 на определение Арбитражного суда Пермского края от 13.12.2022 по делу № А50-1942/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Пермского края приняли участие:

финансовый управляющий ФИО2 (лично), его представитель -  ФИО3  (по устному заявлению, сделанному в судебном заседании);

представитель ФИО4 и ФИО5 - ФИО6 (доверенность от 09.07.2022);

представитель ФИО7 - ФИО8 (доверенность от 01.07.2022). 

 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 14.05.2020 ФИО1 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО9.

Определением суда от 23.09.2020 ФИО9 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО1; в данном статусе утвержден ФИО2.

Финансовый управляющий ФИО2 14.04.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным брачного договора от 20.02.2019, заключенного между должником ФИО1 и его супругой ФИО7; применении последствий недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности супругов. 

Кроме того, финансовый управляющий ФИО2 08.09.2022 обратился с заявлением о признании недействительной сделкой действий ФИО7 по снятию наличных денежных средств с ее расчетного счета № 

<

***> в акционерном обществе «Райффайзенбанк» (далее – общество «Райффайзенбанк», Банк) в размере 8 612 583 руб. 15 коп. 

Определением суда от 09.11.2022 указанные обособленные споры объединены в одно производство для совместного рассмотрения. К участию в споре в качестве третьего лица привлечен ФИО10. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 13.12.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2023, в удовлетворении заявлений финансового управляющего о признании  недействительными сделками брачного договора, заключенного между ФИО1 и ФИО7, действий по снятию ФИО7 наличных денежных средств с расчетного счета, отказано.

В кассационной жалобе финансовый управляющий просит отменить обжалуемые судебные акты, принять по спору новый судебный акт, 

В обоснование кассационной жалобы приводит доводы аналогичные заявленным при апелляционном обжаловании, а именно: то обстоятельство, что денежные средства, находящиеся на расчетных счетах супруги должника, получены ею в дар от сына и являются исключительно ее собственностью, не подтверждено материалами дела, обосновано лишь утверждениями семьи должника; должник, ФИО7, ФИО10 являются родственниками по прямой нисходящей линии (абзац 3 статьи 14 Семейного кодекса Российской Федерации), то есть заинтересованными лицами в соответствии с пунктом 3 статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Кассатор указывает на то, что согласно пояснениям должника в ином споре (определение от 15.03.2021), ФИО10, будучи обеспеченным человеком, оказывал им с супругой как родителям ранее и оказывает до настоящего времени финансовую помощь. Ссылается на то, что судебными актами подтверждено недобросовестное поведение семьи М-вых, которые неоднократно пытались выдавать мнимые надуманные обстоятельства за якобы фактические, в том числе подготавливая для этого различного рода документы, давая пояснения, пытаясь придать им юридически верную форму. Настаивает на том, что целью заключения брачного договора являлось недопущение пополнения конкурсной массы должника за счет денежных средств, имеющихся на счетах супруги должника, которые являются общей собственностью супругов и подлежат разделу в равных долях; действия семьи М-вых ставят по сомнение действительность доводов ФИО10, ФИО7 о том, что денежные средства от сына перечислены исключительно в дар ФИО7 Также кассатор полагает, что дарение денежных средств только одному из родителей противоречит семейному законодательству. Кроме изложенного, кассатор обращает внимание на то, что при рассмотрении настоящего спора ФИО7 поспешила закрыть счет, открытый в обществе «Райфайзенбанк».

ФИО7 и ФИО4 представлены письменные отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представитель кредиторов ФИО4 и ФИО5 поддержал позицию кассатора; представитель ФИО7 против доводов кассационной жалобы возражал.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284 - 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

При рассмотрении спора судами установлено, что между ФИО1 и ФИО11 14.07.1978 зарегистрирован брак. 

 Впоследствии - 20.02.2019 между ФИО1 и ФИО7 заключен брачный договор по урегулированию имущественных прав и обязанностей супругов в браке и в случае его расторжения. 

В числе прочего брачный договор содержит условие о том, что супруги пришли к соглашению, что денежные средства во вкладах, счетах (в том числе счетах по любым банковским картам), хранящихся в любых банках, сделанные супругами во время брака, до заключения настоящего договора и после заключения настоящего договора, а также проценты по ним, являются во время брака и в случае его расторжения, собственностью того супруга, на чье имя открыт вклад (счет) (пункт 2.1 брачного договора).

Финансовый управляющий установил, что на расчетный счет ФИО7, открытый в обществе «Райффайзенбанк», за период с 20.02.2019 по 05.06.2022 ФИО10 переведены денежные средства в размере 17 225 166 руб. 30 руб., которые в последующем были сняты со счета ФИО7 

Ссылаясь на то, что в результате заключения брачного договора супруги М-вы изменили установленный законом режим совместной собственности, что, в свою очередь, позволило супруге должника единолично пользоваться денежными средствами, поступающими на ее расчетный счет, в то время как у должника не осталось ликвидного имущества, за счет которого возможно удовлетворение требований его кредиторов, а также на то, что должник и его супруга совершили оспариваемые сделки в противоправных целях, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми заявлениями о признании брачного договора, а также действий по снятию ФИО7 денежных средств со своего счета недействительными сделками.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексам Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве (статья 6.2 Закона о банкротстве).

Так, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Таким образом, законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделок, совершенных должником в преддверии банкротства. Такие сделки оспоримы и могут быть признаны судом недействительными в соответствии с приведенными выше нормами, в которых указаны признаки их недействительности, подлежащие установлению, а также установлены ретроспективные периоды глубины проверки сделок.

В соответствии с пунктом постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Суды установили, что брачный договор заключен 20.02.2019, действия супруги должника по снятию денежных средств со своего расчетного счета, поступавших с 2019 года, совершены в течение года до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (17.03.2020), то есть в пределах трехлетнего периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; ФИО1 и ФИО7 являются заинтересованным лицами; на момент совершения оспариваемого договора у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед кредиторами.

Вместе с тем, в данном случае суды не установили оснований для вывода о том, что в результате заключения спорного договора стало невозможным погашение кредиторской задолженности должника (наличие факта причинения вреда), а также то, что у сторон имелась противоправная цель, связанная с причинением вреда кредиторам должника. 

Так, материалами дела подтверждено, что ФИО10 (сыном ФИО7) на банковский счет (валютный) ФИО7 перечислены денежные средства в сумме 17 225 166 руб. 

Согласно данным при рассмотрении настоящего спора пояснениям, денежные средства в спорный период перечислялись ФИО10, проживающим в Швейцарии, своей матери в качестве дара, в том числе на строительство дома на земельном участке, расположенном по адресу: Пермский край, г. Добрянка, д. Талица, Дивьинский с/с, с/т Горный-1, участок № 25 (дом и земельный участок обладают исполнительским иммунитетом). 

В силу пункта 1 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно. Передача дара осуществляется посредством его вручения.

Каких либо свидетельств тому, что указанные денежные средства могли предназначаться супругам ФИО12 в связи с иными правоотношениями и по иным основаниям, в том числе, из которых можно было бы прийти к выводу о том, что денежные средства не принадлежали ФИО10, а являлись денежными средствами должника, возражающими лицами не приведено.

Имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью (статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

В данном случае суды обоснованно отметили, что заключение брачного договора не повлекло изменение объемов имущественных активов должника. 

Согласно пояснениям финансового управляющего, данным им при рассмотрении спора по существу, а также подтвержденных им в суде округа, какого-либо иного имущества, которое на момент заключения брачного договора принадлежало должнику либо являлось совместной собственностью супругов, и в дальнейшем в результате совершения брачного договора перешло в единоличную собственность ФИО7, не имеется; доказательств, подтверждающих обратное, в материалы дела не представлено. 

Из данных суду пояснений супругов следует, что оспариваемый брачный договор был заключен для дополнительного подтверждения принадлежности безвозмездно поступающих на счет ФИО7 от сына денежных средств, адресованных исключительно ей. 

         При этом веских оснований полагать, что в отсутствие брачного договора денежные средства безусловно бы поступили от ФИО10 в собственность должника, не имеется. 

Ввиду изложенного нижестоящие суды правильно пришли к выводу  о том, что оспариваемый брачный договор не является сделкой, совершенной с целью причинения вреда и причинившей вред кредиторам, а также верно сочли, что действия ФИО7 по снятию наличных денежных средств с ее расчетного счета, полученных от сына в дар, не являются сделкой, совершенной за счет должника. Проанализировав представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в силу недоказанности совокупности условий, равно как и по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации ввиду отсутствия в данном случае обстоятельств, выходящих за пределы диспозиции специальной нормы.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций все приведенные сторонами рассматриваемого спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, определены верно, нормы семейного и банкротного законодательства применены судами обеих инстанций правильно, выводы судов о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Ссылка финансового управляющего на то, что дарение сыном денежных средств только матери противоречит положениям семейного законодательства, отклоняется, как несостоятельная. Каких-либо положений, ограничивающих детей в возможности одарить только одного из своих родителей, обязывающих их одарять обоих родителей в равных долях, действующее законодательство не содержит.

Доводы кассатора, а также представителя кредиторов ФИО4, ФИО5 о преюдициальном значении определения Арбитражного суда Пермского края от 15.03.2021 для настоящего спора в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской судом не имеет, отвергается, поскольку указанное определение касалось иных правоотношений (приобретения сыном автомобиля родителям), каких-либо установленных судом обстоятельств, касающихся поступления на счет ФИО7 денежных средств, рассматриваемых в настоящем споре, не содержит. 

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции также отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, мотивированно ими отклонены, оснований для постановки иных по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводов относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, у суда округа не имеется (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 13.12.2022 по делу № А50-1942/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего имуществом должника ФИО1 - ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

 

Председательствующий                                                                Н.В. Шершон 

 

Судьи                                                                                             В.В. Плетнева 

 

                                                                                                        О.Н. Новикова