АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

03 октября 2024 года

Дело №

А56-5000/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Воробьевой Ю.В., Колесниковой С.Г.,

при участии от публичного акционерного общества «Банк «Санкт-Петербург» представителя ФИО1 (доверенность от 11.01.2024), от финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 24.11.2023), от акционерного общества «Коммерческий центр «Скороход» представителя ФИО5 (доверенность от 16.08.2024),

рассмотрев 18.09.2024 в открытом судебном заседании кассационные жалобы публичного акционерного общества «Банк «Санкт-Петербург» и финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2024 по делу № А56-5000/2021/уб.3, 

 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.02.2021 возбуждено производство по делу о банкротстве акционерного общества «Талион», адрес: 191186, Санкт-Петербург, ФИО6 ул., д. 14, лит. А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>                 (далее – Общество).

Определением суда первой инстанции от 24.12.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7.

Решением суда первой инстанции от 25.07.2022 в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО7

Определением суда первой инстанции от 11.11.2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО8.

В поступившем в суд первой инстанции заявлении конкурсный кредитор публичное акционерное общество «Банк «Санкт-Петербург», адрес: 195112, Санкт-Петербург, Малоохтинский пр., д. 64, лит. А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Банк), просило взыскать с ФИО2 и закрытого акционерного общества «Коммерческий центр «Скороход», адрес: 196006, Санкт-Петербург, Заставская ул., д. 31, корп. 2, лит. В, пом. 5Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>(далее – Центр), 232 560 000 руб. в возмещение убытков.

Определением суда первой инстанции от 12.02.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2024 определение от 12.02.2024 отменено в части отказа во взыскании с ФИО2 в пользу Общества 232 560 000 руб.в возмещение убытков, в этой части принят новый судебный акт, которым заявление удовлетворено; в остальной части определение от 12.02.2024 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Банк, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, просит отменить определение от 12.02.2024 и постановление от 29.05.2024 в части отказа в удовлетворении заявления, направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

По мнению подателя жалобы, вывод судов об отсутствии вины Центра в причинении убытков должнику ошибочен, поскольку фиктивные сделки и транзитные платежи Общество и ФИО2 совершали через Центр, который не мог не знать о противоправности действий бенефициара должника.

Кроме того, Банк просил произвести процессуальное правопреемство на стороне Центра в связи с его преобразованием из закрытого акционерного общества в акционерное общество.

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО2 – ФИО3, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, просит постановление от 29.05.2024 отменить, определение от 12.02.2024 оставить в силе.

ФИО3 полагает, что вынесение судом апелляционной инстанции обжалуемого постановления привело к двойному взысканию с ФИО2 денежных средств за совершение платежей, которые в рамках обособленного спора «сд.15» признаны недействительными с применением последствий их недействительности.

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.08.2024 судебное заседание отложено на 18.09.2024.

В связи с нахождением в отпуске судьи Александровой Е.Н., принимавшей участие в рассмотрении дела до его отложения, определением суда кассационной инстанции от 18.09.2024 в порядке пункта 2 части 3 статьи 18 АПК  РФ произведена ее замена на судью Воробьеву Ю.В., рассмотрение кассационных жалоб на основании части 5 статьи 18 АПК РФ начато сначала.

В отзыве на кассационную жалобу Банка Центр просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

В судебном заседании представители Банка и ФИО3 поддержали доводы кассационных жалоб доверителей, представитель Центра возражал против удовлетворения кассационной жалобы Банка.

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалоб.

Законность постановления от 29.05.2024 проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов обособленного спора, публичное акционерное общество (далее – ПАО) «Балтийский инвестиционный банк» (кредитор) и ФИО2 (заемщик) 27.12.2013 заключили кредитный договор № 13-0008-8b000013, по условиям которого кредитор обязался предоставить заемщику 300 000 000 руб. в кредит под 16% годовых.

В обеспечение исполнения обязательств ФИО2 по указанному кредитному договору Центр заключил с кредитором договор последующего залога недвижимого имущества (последующей ипотеки) от 27.12.2013, по условиям которого передал в залог все свои активы, в том числе нежилые помещения коммерческого назначения.

Центр и ФИО2 27.12.2013 заключили предварительный договор купли-продажи недвижимости, по условиям которого ФИО2 внес на расчетный счет Центра обеспечительный взнос в размере 300 000 000 руб.; в тот же день Центр и Общество заключили договор займа б/№, по условиям которого Центр обязался передать Обществу 300 000 000 руб. в заем под 5% годовых.

Общество (должник), ФИО2 (новый должник) и Центр (кредитор) 31.01.2020 заключили договор о переводе долга, по условиям которого обязательство Общества по возврату Центру 300 000 000 руб. займа перешло к  ФИО2, за что Общество перечислило ФИО2 232 560 000 руб.; в тот же день Центр и ФИО2 расторгли предварительный договор купли-продажи недвижимости от 27.12.2013, подписав соответствующее соглашение, на основании которого Центр обязался вернуть ФИО2 обеспечительный платеж в размере 300 000 000 руб., и совершили зачет встречных требований на 300 0000 000 руб.

Указанные обстоятельства установлены определением суда первой инстанции от 16.05.2022 по обособленному спору «тр.2», оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 05.07.2022, в котором также указано, что приведенная выше цепочка сделок является мнимой и направленной на создание фиктивной кредиторской задолженности Общества перед Центром.

В рассматриваемом заявлении Банк указал, что ФИО2 и Центр своими согласованными действиями по переводу фиктивной задолженности совместно причинили Обществу убытки в размере 232 560 000 руб. – сумма платежей, совершенных Обществом в пользу ФИО2 по договору перевода долга.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, указав, что переводом долга и зачетом встречных требований прекратились реальные обязательства Общества перед Центром в размере 300 000 000 руб., при этом вся цепочка сделок направлена на транзитный перевод денежных средств от ФИО2 к Обществу, следовательно, должнику не был причинен вред в результате совершения этих сделок. 

Суд апелляционной инстанции также не усмотрел оснований для привлечения к ответственности Центра, но признал заявление обоснованным в части требований к ФИО2, так как последний являлся контролирующим должника лицом и безосновательно получил от Общества денежные средства, ранее перечисленные ему в качестве компенсационного финансирования.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Западного округа не нашел оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции от 29.05.2024.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу пункта 1 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Бремя доказывания факта причинения Обществу убытков действиями контролирующего его лица, а также причинной связи между недобросовестным, неразумным поведением такого лица и наступлением неблагоприятных экономических последствий для должника возложено на заявителя (в данном случае на Банк). Вместе с тем на ответчике как лице, осуществляющем распорядительные и иные функции, предусмотренные законом, учредительными и иными локальными документами организации, лежит бремя доказывания добросовестности и разумности своего поведения.

Суды первой и апелляционной инстанций сделали правильный вывод о том, что в результате заключения кредитного договора, предварительного договора купли-продажи недвижимости, договоров займа и перевода долга Центр как промежуточный получатель транзитных платежей не получил каких-либо преимуществ, поэтому не может быть привлечен к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков.

В результате заключения указанных сделок Общество получило в кредит 300 000 000 руб., возврат которых обеспечен залогом имущества Центра, на которое ПАО «Балтийский инвестиционный банк» вправе обратить взыскание.

При этом суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для возложения на ФИО2 обязанности возместить должнику 232 560 000 руб.

Во вступившем в законную силу определении по обособленному спору «тр.2» суд первой инстанции указал, что вся цепочка сделок, включая предварительный договор купли-продажи, внесение по нему ФИО2 обеспечительного платежа в размере 300 000 000 руб., последующий перевод той же суммы в тот же день в качестве займа в пользу Общества, последующий перевод долга с Общества на ФИО2 и зачет встречных требований, с учетом непогашения задолженности по договору займа в течение восьми лет, неистребования займа до введения процедуры банкротства в отношении должника, незаключения основного договора купли-продажи в срок до 30.04.2014 и расторжения предварительного договора спустя шесть лет после указанной даты (21.01.2020) носит притворный характер, сделки совершены для транзитного перечисления денежных средств и наращивания формальной кредиторской задолженности. 

Кроме того, вступившим в законную силу определением суда первой инстанции от 17.11.2022 по обособленному спору «сд.1» признан недействительным платеж на 30,5 млн руб., совершенный Обществом в пользу Центра в счет погашения фиктивной задолженности по уплате процентов по кредитному договору от 27.12.2013, что дополнительно подтверждает ничтожность перевода долга.

Из материалов дела следует, что ФИО9 является акционером Общества и его бывшим единоличным исполнительным органом.

Действия ФИО2 по переводу денежных средств в пользу Общества транзитом через Центр фактически являлись компенсационным финансированием, поэтому ответчик не мог рассчитывать на получениЕ этих средств преимущественно перед независимыми кредиторами. 

Суд кассационной инстанции отклонил довод ФИО3 о двойной ответственности ФИО9 в результате привлечения его к ответственности в форме возмещения убытков за совершение платежей, признанных недействительными в рамках обособленного спора «сд.15».

Согласно пункту 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Указанное разъяснение отражает общую идею о возможности участника гражданского оборота использовать как один, так и несколько способов защиты своих прав и законных интересов (часть 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, статья 12 ГК РФ).

В пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденного его Президиумом 19.10.2016, приведена такая же правовая позиция.

Таким образом, обществу (представителю сообщества его кредиторов) предоставлено право предъявлять соответствующие требования (о недействительности сделок, о применении последствий их недействительности, в том числе в виде истребования имущества у ответчиков в свою пользу, о взыскании неосновательного обогащения, убытков с генерального директора) до полного возмещения своих имущественных потерь, и требование не может быть отклонено только по причине того, что в пользу юридического лица уже вынесен судебный акт по иску о виндикации, реституции, взыскании убытков с непосредственных причинителей вреда и т.п., необходимо именно фактическое получение юридическим лицом присужденного по этим судебным актам. Только реальное возмещение имущественных потерь юридического лица может служить основанием для отказа в иске. При отсутствии такого возмещения у общества имеется право на обращение в суд с другими требованиями, направленными на возмещение имущественных потерь.

Иными словами, возможна ситуация, при которой будут иметь место несколько судебных актов, вынесенных по искам (заявлениям), направленным на компенсацию потерь общества тем или иным способом (например, о применении последствий недействительности сделки, которой были выведены активы, и о взыскании убытков с директора в связи с этой сделкой) и, соответственно, два исполнительных листа, из которых может быть исполнен только один.

Приведенная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.10.2022 № 307-ЭС22-6119.

Вступившими в законную силу судебными актами по обособленному спору «сд.15» платежи по договору о переводе долга, совершенные Обществом в пользу ФИО9, признаны недействительными на основании пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве в связи с нарушением очередности удовлетворения требований кредиторов Общества. 

Суды установили, что ФИО9, злоупотребив своими правами, совершил действия, направленные на возврат ранее предоставленного Обществу компенсационного финансирования.

В случае возврата Обществу денежных средств, полученных с нарушением очередности, ФИО9 приобрел бы право требования от должника возврата компенсационного финансирования с соблюдением предусмотренной Законом о банкротстве очередности (пункт 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

Изложенное свидетельствует о различных правовых последствиях признания платежей недействительными (обособленный спор «сд.15») и привлечения ФИО9 к ответственности в форме возмещения Обществу убытков за совершение этих платежей (обособленный спор «уб.3»).

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО2 неправомерно перечисленной ему должником суммы в возмещение убытков.

С учетом названных обстоятельств кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

В связи с тем, что обжалуемое постановление оставлено без изменения, оснований для процессуального правопреемства на стороне Центра не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2024 по делу № А56-5000/2021/уб.3 оставить без изменения, кассационные жалобы публичного акционерного общества «Банк «Санкт-Петербург» и финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

Е.В. Зарочинцева

Судьи

 

Ю.В. Воробьева

С.Г. Колесникова