ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-16701/2022

Дело № А41-19457/21

05 октября 2022 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 сентября 2022 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 05 октября 2022 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Терешин А.В., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 02 августа 2022 года по делу  № А41-19457/21, 

при участии в заседании:

от ФИО2 - ФИО3, доверенность от 12.07.2022;

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом;

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 26.05.2021ООО «АГРОПАРК» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника была открыта процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО4.

В рамках дела о банкротстве 12.04.2022 конкурсный управляющий должника ФИО4 обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Московской области от 02.08.2022 заявление конкурсного управляющего было удовлетворено, ФИО2 был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности было приостановлено до завершения расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, указывает на недоказанность наличия оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В качестве оснований заявленных требований конкурсный управляющий указывает следующее.

Заявление о признании должника банкротом было принято Арбитражным судом Московской области к своему производству 30.03.2021 г.

Реестр требований кредиторов ООО «Агропарк» составляет на дату подачи заявления 1 448 772,89 руб.

Согласно заявлению ФИО2 с 30.03.2018 по 30.03.2021 занимал должность единоличного исполнительного органа должника, а также являлся участником должника с долей в уставном капитале 50%.

Таким образом, заявитель полагал, что с 30.03.2018 по 30.03.2021 ФИО2 являлся контролирующем должника лицом.

Заявитель указывает, что ответчик подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным стать 61.11 Закона о банкротстве на основании следующего.

В пунктах 1, 2, 8, 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершении таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы:

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности. возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения` в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) нa дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению: В ЕГРЮЛ на основании представленных таким лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Как указывал заявитель, 22.09.2020 ФИО2 как руководитель ООО «АГРОПАРК» заключил с ФИО5 договор купли-продажи автомобиля PORSCHE CAYENNE, VIN WPlZZZ9YZKDA06768, 2018 г.в., по цене 5 500 000 рублей при реальной стоимости данного автомобиля примерно в два раза выше. При этом доказательств перечисления ФИО5 денежных средств в сумме 5 500 000 рублей в адрес OOO «Агропарк» y конкурсного управляющего должника не имеется.

Заявитель считал, что в результате безвозмездного выбытия автомобиля PORSCHE CAYENNE, VIN WPlZZZ9YZKDA06768, 2018 г.в., из собственности OOO «Агропарк», по инициативе ответчика, был причинен вред имущественным правам кредиторов ООО «Агропарк» на сумму более 10 000 000 рублей.

Ответчик как участник и руководитель OOO «Агропарк» обязан был обеспечивать платежеспособность должника, аккумулируя денежные средства для решения возникших финансовых проблем, а вместо этого он вывел из Общества дорогостоящее имущество.

Следовательно, данное лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Также ФИО2 как генеральный директор OOO «Агропарк» обязан был передать бухгалтерскую и документацию OOO «Агропарк» конкурсному управляющему OOO «Агропарк» в период до 29.05.2021 (26.05.2021 г. + 3 дня), но до настоящего времени указанную обязанность не исполнил.

Заявитель полагал, что в результате совершения вышеуказанных действий ответчиком у конкурсного управляющего ООО «Агропарк» отсутствуют документы бухгалтерского учета и отчетности, обязанность по ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.

Отсутствие данных документов делает невозможным определение признаков преднамеренного банкротства ООО «Агропарк» и выявление подозрительных сделок должника.

Следовательно, ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Также заявитель указывал, что ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с решением Арбитражного суда г. Москвы от 18.09.2018 по делу №А40-110142/2018, задолженность ООО «Агропарк» перед ООО «Торговый дом «Сенатор», с которым впоследствии ИП ФИО6 заключила договор Цессии, образовалась в связи с ненадлежащим исполнение должником обязательств по договору поставки от 20.06.2017, заключенному с OOO «Торговый дом «Сенатор».

В соответствии с условиями договора, спецификации от 20.06.2017 № 1, счета от 28.06.2017 №2, поставщик обязался передать покупателю продукцию на сумму 1 180 000 руб.

Во исполнение условий договора истец произвел предоплату в размере 1 180 000 руб. платежным поручением от 28.06.2017 № 212.

При этом ответчиком согласно счету-фактуре от 11.07.2017 № 2, товарной накладной от 11.07.2017 № 2 поставлен товар истцу на общую сумму 999 309,88 руб.

Кроме того, покупатель возвратил некачественный товар на сумму 352 395,88 рублей.

Обязательство по возврату 533 086 руб. основного долга возникло у OOO «Агропарк» 12.07.2017.

Как указывал заявитель, в период до 13.11.2017 (12.07.2017 + 3 месяца + 1 месяц) генеральный директор ООО «Агропарк» ФИО2 обязан был обратиться в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании должника банкротом и прекратить наращивать кредиторскую задолженность.

Данных действий ответчиком совершено не было, следовательно, вышеуказанное лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве.

Кредиторская задолженность, образовавшаяся после 13.11.2017, составляет недоимку по налогам в размере 543 816,29 руб., пени и штрафы в размере 226 212,65 руб., а также задолженность перед ФИО6 в размере 145 657,95 руб., а всего: в сумме 915 686,89 py6.

Указанное обстоятельство, по мнению заявителя, влечет субсидиарную ответственность на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как следует из материалов дела, ФИО2 с 30.03.2018 по 30.03.2021 ФИО2 занимал должность единоличного исполнительного органа должника, а также являлся участником должника с долей в уставном капитале 50%.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагалось, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Исследовав материалы дела и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд пришел к выводу о наличии у ФИО7 статуса контролирующего должника лица.

Согласно подпунктам 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существеннозатруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В пункте 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

Указанная ответственность соотносится с обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Данная ответственность является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.12.2021 у бывшего руководителя должника ФИО7 истребованы документы и сведения в отношении должника, а также печати, штампы, материальные и иные ценности ООО «АГРОПАРК».

Суд обязал бывшего руководителя должника ФИО2 представить указанные документы, сведения конкурсному управляющему ООО «АГРОПАРК» Х.А.ФБ. и доказательства исполнения определения представить в Арбитражный суд Московской области. Указанное определение ФИО2 не исполнено.

Ввиду изложенного, суд пришел к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Проверяя доводы конкурсного управляющего о совершении ФИО2 сделок по выводу активов должника, суд указал на следующее.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона).

В силу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве вышеназванные положения Закона применяются независимо от того, были ли предусмотренные вышеуказанным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В то же время, в пункте 19 постановления Пленума № 53 указано, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В свою очередь в силу положений пункта 23 постановления Пленума № 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону.

Учитывая изложенное, суд признал обоснованным привлечение к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве ввиду совершения ФИО2 неэквивалентной сделки – договора купли-продажи автомобиля PORSCHE CAYENNE, VIN WPlZZZ9YZKDA06768, 2018 г.в., от 22.09.2020, в отношении которой в материалах дела отсутствует информация соразмерном встречном представлении. Указанные обстоятельства свидетельствуют о причинении ФИО2 существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом одной или нескольких сделок должника.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции считает указанный вывод несоответствующим материалам дела в связи со следующим.

В рамках дела о банкротсве11.02.2022 конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании сделки должника – договора купли-продажи от 22.09.2020, заключенного между ООО «АГРОПАРК» и ФИО5 в отношении автомобиля Порше, VIN 

<

***>, 2018 г.в. - недействительной и применении последствий их недействительности в виде взыскания действительной стоимости имущества.

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.06.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника было отказано, поскольку судом было установлена реальность исполнения спорного договора, т.е. факт его оплаты, в связи с чем был сделан вывод о недоказанности цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов оспариваемой сделкой.

Учитывая указанные обстоятельства и положения пункта 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности наличия основания привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, предусмотренного подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Однако допущенное судом первой инстанции нарушение норм материального и процессуального права не привело к принятию неправильного судебного акта по существу спора и не может служит основанием для его отмены.

Проверяя довод о неисполнении ответчиком обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), суд указал на следующее.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.04.2011 № 15201/10, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган организации обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности организации, но и в надлежащем исполнении публично- правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.

Из приведенных норм права следует, что привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий:

- неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона;

- возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В соответствии с пунктом 4 вышеуказанного постановления Пленума, для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

При этом, согласно правовой позиции, изложенной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Таким образом, для определения момента возникновения обязанности руководителя должника обратится в суд с заявлением о банкротстве необходимо определить момент объективного банкротства должника, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов. Указанный момент со ссылкой на сведения о совокупном размере обязательств должника и реальной стоимости его активов заявителем не определен, что делает невозможным не только определить момент, когда должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, но и определить размер субсидиарной ответственности по заявленному основанию с учетом пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, суд посчитал недоказанным требование о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по основанию, указанному в статье 61.12 Закона о банкротстве.

Приостанавливая производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности, суд исходил из следующего.

В соответствии с абзацем 1 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

При этом, в силу положений абзаца 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Установив, что на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, суд пришел к выводу о приостановлении производства по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности до завершения расчетов с кредиторами.

Учитывая установленные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы Закона о банкротстве в их истолковании высшей судебной инстанции, суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановлении производства по заявлению в части определения размера ответственности, с которым суд апелляционной инстанции соглашается

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, заявителем апелляционной жалобы в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 02 августа 2022 года по делу №А41-19457/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области. 

 

Председательствующий

С.Ю. Епифанцева

Судьи

А.В.  Терешин

Н.В. Шальнева