АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-3210/2023

Дело № А65-19578/2020

г. Казань

30 января 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 30 января 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Васильева П.П.,

судей Минеевой А.А., Самсонова В.А.,

при участии представителя:

финансового управляющего ФИО1 – ФИО2, доверенность от 10.10.2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.09.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2024

по делу № А65-19578/2020

по заявлению финансового управляющего ФИО1 о признании договора купли-продажи земельного участка от 20.05.2019, заключенного между должником и ФИО3, недействительным и применении последствий его недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4.

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 , (далее – ФИО4, должник), финансовый управляющий должника обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, (далее – АПК РФ), о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 16:50:350103:818, расположенного по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, п. Салмачи, Совет Салмачинского местного самоуправления, общ. пл. 3500+/-21 кв. м, от 20.05.2019, заключенного между ФИО4 и ФИО3 (далее - ФИО3), и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника - ФИО4 10 398 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.08.2023 заявление финансового управляющего удовлетворено. Признан недействительным договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 16:50:350103:818, расположенного по адресу: Республика Татарстан, п. Салмачи, Совет Салмачинского местного самоуправления, общ.пл. 3500+/-21 кв. м, от 13.05.2019, заключенный между ФИО4 и ФИО3 Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника - ФИО4 10398000 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.08.2023 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 20.02.2024 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.08.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023 по делу №А65-19578/2020 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

По результатам рассмотрения обособленного спора при новом рассмотрении  Арбитражный суд Республики Татарстан вынес определение от 02.09.2024 об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Заявитель обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.09.2024. 

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2024 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.09.2024 по делу № А65-19578/2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.09.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2024 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления. 

Согласно кассационной жалобе финансовый управляющий не согласен с выводами судов относительно рыночной стоимости имущества, указывает на допущение судами нарушений при оценке результатов экспертизы и рыночной стоимости имущества, установленной и кредитном договоре.

Считает, что суды необоснованно сочли недоказанным наличие фактической аффилированности должника и ответчика, нарушив принцип распределения бремени доказывания, сложившийся в правоприменительной практике по данной категории дел.

До начала судебного заседания в суд округа поступил отзыв ФИО3, в котором изложены доводы против удовлетворения кассационной жалобы.

 В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержал кассационную жалобу, просил определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.09.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2024 отменить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс), кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемого судебного акта в соответствии со статьей 286 АПК РФ, изучив материалы дела, заслушав представителя финансового управляющего, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия считает жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Право арбитражного управляющего на предъявление исков о признании недействительными сделок должника основано на положениях статями 61.9, 129 и 213.32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В то же время, по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как указано в абзаце 7 пункта 5 вышеназванного Постановления № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 7 Постановления № 63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

В пункте 3 статьи 19 Закона о банкротстве установлено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.08.2020 заявление некоммерческой  микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан» о признании несостоятельным (банкротом) гражданина ФИО4 принято к производству, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.12.2020 (резолютивная часть оглашена 16.12.2020) требования некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан», г.Казань, признаны обоснованными и в отношении гражданина ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.04.2021 (резолютивная часть оглашена 08.04.2021) ФИО4, признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО1

Как установлено судами и материалами дела, 13.05.2019 между ФИО4 (продавец, должник по делу) и ФИО3 (покупатель, ответчик по спору) был заключен договор купли-продажи земельного участка, кад. № 16:50:350103:818, расположенного по адресу: РТ, г. Казань, п. Салмачи, Совет Салмачинского местного самоуправления, общ. пл. 3500 +/21 кв. м, вид разрешенного использования: для строительства индивидуального жилого дома и выращивания сельхозпродукции (регистрация произведена 20.05.2019).

Финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, полагая, что оспариваемая сделка совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, безвозмездно, при наличии признаков неплатежеспособности.

Судом первой инстанции установлено, что дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 26.08.2020, оспариваемая сделка совершена 13.05.2019, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Также установлено, что 15.10.2015 между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи спорного земельного участка, в соответствии с которым продавец продал, а покупатель приобрел в собственность спорный земельный участок. Стоимость определена в размере 300 000 руб.

Спорный земельный участок 17.03.2016 принят в качестве обеспечения по договору об открытии кредитной линии, заключенному между АО «Автоградбанк» (залогодержатель) и ФИО4 Залогодатель и залогодержатель на момент подписания договора оценили стоимость земельного участка в размере 6 720 000 руб. (пункт 1.2 договора). Обязательства по кредитному соглашению исполнены в полном объеме.

В последующем, 13.05.2019 между ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен оспариваемый договор купли-продажи земельного участка (регистрация произведена 20.05.2019). В соответствии с пунктом 3.1 договора стоимость земельного участка определена в размере 4 150 000 руб.

В дальнейшем, 28.10.2019 между ФИО3 (продавец) и ФИО5 (далее - ФИО5) (покупатель) заключен договор купли-продажи спорного земельного участка. В соответствии с пунктом 3.1 договора стоимость земельного участка определена в размере 4 250 000 руб.

Между ФИО5 (продавец) и ФИО6 (покупатель) 21.09.2020 заключен договор купли-продажи спорного земельного участка. В соответствии с пунктом 3.1 договора стоимость земельного участка определена в размере 4 375 000 руб. В последующем ФИО6 в период времени с 01.09.2021 по 22.10.2021 спорный земельный участок размежеван на 6 отдельных земельных участков.

В целях установления рыночной стоимости земельного участка на дату его реализации арбитражным судом первой инстанции была назначена судебная экспертиза, согласно результатам которой (заключение эксперта АНО «ФЭСЭ» № 55-22/08/29-АС от 29.08.2022) по состоянию на 13.05.2019 стоимость спорного земельного участка без учета НДС составляет 7 529 000 руб. 

В связи с поступившими письменными пояснениями Управления архитектуры и градостроительства Исполнительного комитета г. Казани судом первой инстанции назначена дополнительная экспертиза, согласно результатам которой (заключение эксперта АНО «ФЭСЭ» № 2723/06/09- АС от 09.06.2023) стоимость спорного земельного участка без учета НДС по состоянию на 13.05.2019 с учетом вида разрешенного использования архивного земельного участка, характерного для территориальной зоны предприятий отрицательного воздействия на среду (V класса опасности) (П 1) составляет 10 398 000 руб. 

При первоначальном рассмотрении спора судами первой и апелляционной инстанции сделан вывод о заключении оспариваемого договора купли-продажи в период наличия задолженности ФИО4 перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов должника, при наличии признаков фактической аффилированности между сторонами сделки, в отсутствие доказательств встречного предоставления по договору со стороны ответчика и финансовой возможности у ФИО3 для оплаты по договору, совершении сделки по выводу единственного ликвидного имущества по существенно заниженной стоимости в условиях явной неравноценности. 

С учетом установленной совокупности обстоятельств совершения сделки суды пришли к выводу о наличии оснований для признания договора купли-продажи земельного участка от 13.05.2019 недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Применяя последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 10 398 000 руб., суды исходили из стоимости спорного земельного участка, определенной заключением дополнительной судебной экспертизы от 09.06.2023.

Суд кассационной инстанции, отменяя судебные акты и направляя на новое рассмотрение, указал, что судами не принято во внимание, что в дальнейшем спорный земельный участок был отчужден по договорам купли-продажи от 28.10.2019, 21.09.2020 примерно по такой же стоимости (4 250 000 руб., 4 375 000 руб.). При этом финансовый управляющий, отказываясь от оспаривания последующих сделок, в отличие от договора купли-продажи от 13.05.2019, фактически согласился с ценой реализации земельного участка по указанным сделкам и вопрос о недобросовестности дальнейших покупателей и заниженности цены по сделкам не ставил.

Делая вывод о стоимости спорного земельного участка в размере 10 398 000 руб. исходя из установленной на дату сделки территориальной зоны П 1, суды не исследовали, возможно ли осуществление строительства на данном земельном участке вышеназванных объектов (производственные и промышленные предприятия; технопарки, индустриальные парки, технополисы; склады; стоянки и гаражи для транзитного транспорта; автозаправочные станции; административные офисы; объекты научных организаций и т.д.), при наличии на дату сделки в выписке из ЕГРН и в свидетельстве о регистрации права вида использования спорного земельного участка - для строительства индивидуального жилого дома, без проведения каких-либо дополнительных мероприятий для разрешения указанных противоречий, и каким образом данные расхождения влияют на рыночную стоимость земельного участка.

Суд округа отметил, что выводы судов о рыночной стоимости земельного участка, о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика 10 398 000 руб. сделаны преждевременно, без учета доводов заявителя кассационной жалобы о наличии обстоятельств, влияющих на установленную стоимость земельного участка, и доказательств финансовой возможности у ответчика произвести оплату по договору купли-продажи.

При новом рассмотрении, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции отметил, что при рассмотрении обособленного спора ФИО3 приводила доводы о том, что оплата по договору была произведена, в том числе денежными средствами в размере 3,5 млн. руб., полученными от ООО «Стандарт»; в материалы дела были предоставлены сведения о финансовой возможности проведения расчетов с должником; при этом земельный участок на момент совершения сделки находился в территориальной зоне (П 1), зоне предприятий незначительного отрицательного воздействия на среду (V класса опасности), виды использования которого запрещают его использование для строительства индивидуального жилого дома.

Представленным в материалы дела определением Вахитовского районного суда  г. Казани от 22.11.2019 по делу № 2-2812/2019 по иску ФИО3 к  ООО «Стандарт» о взыскании задолженности по договору купли-продажи в размере 20 500 000 руб., которым утверждено мировое соглашение между сторонами, установлено, что ответчик произвел истцу оплату задолженности по договору в размере 3 500 000 руб., денежные средства в размере 17 000 000 рублей ООО «Стандарт» уплачивает  ФИО3 в соответствии с графиком платежей.

В обоснование произведенного ООО «Стандарт» погашения задолженности по договору и во исполнение определения суда об утверждении мирового соглашения в указанном размере ответчиком были представлены два приходно-кассовых ордера от 04.04.2019 на сумму 2 млн руб. и от 24.04.2019 на сумму 1,5 млн руб., выписка по счету ответчика, в которой отражены соответствующие банковские операции с назначением платежей - взыскание денежных средств по исполнительному листу, выданному Вахитовским районным судом г. Казани по вышеуказанному делу.

Исполнение денежного обязательства ФИО3 подтверждается представленными в материалы дела доказательствами - расписка о получении ФИО4 денежных средств, доказательствами финансовой возможности ФИО3 осуществить возврат денежных средств.

Суд первой инстанции посчитал в указанной связи, что ответчиком представлены надлежащие и достаточные доказательства наличия у нее финансовой возможности для оплаты по оспариваемой сделке.

Отклоняя доводы финансового управляющего об аффилированности сторон сделки, суд первой инстанции указал на отсутствие доказательств юридической аффилированности (родственных отношений, принадлежность к одной группе компаний через корпоративное участие), а также недостаточность доказательств фактической аффилированности участников сделки.

Суд первой инстанции сделал вывод, что финансовый управляющий, отказываясь от оспаривания последующих сделок, в отличие от договора купли-продажи от 13.05.2019, фактически согласился с ценой реализации земельного участка по указанным сделкам и вопрос о недобросовестности дальнейших покупателей и заниженности цены по сделкам не ставил.

В материалах дела имеется представленный финансовым управляющим скриншот объявления с сайта «Авито» о продаже спорного земельного участка ФИО3 в мае 2019 за 7 млн руб., при этом представитель ответчика пояснял, что земельный участок за указанную цену реализован не был, в связи с чем спорное имущество было продано позднее лишь за 4 250 000 руб.

Также, согласно имеющимся в материалах дела свидетельстве о регистрации права за земельный участок, копии регистрационного дела, заключениям судебной экспертизы, видом разрешенного использования земельного участка на момент совершения оспариваемой сделки являлось строительство индивидуального жилого дома и выращивание сельхозпродукции.

При этом из представленного в материалы дела письма Управления архитектуры и градостроительства Исполнительного комитета г. Казани следует, что по состоянию на 13.05.2019 спорный земельный участок находился в территориальной зоне предприятий незначительного отрицательного воздействия на среду (V класса опасности) (П 1), основными видами разрешенного использования которых является: производственные и промышленные предприятия; технопарки, индустриальные парки, технополисы; склады; стоянки и гаражи для транзитного транспорта; автозаправочные станции; административные офисы; объекты научных организаций и т.д.

Вместе с тем в ходе судебного разбирательства от лиц, участвующих в деле, ходатайств о назначении повторной, дополнительной экспертизы не поступило.

Судом первой инстанции установлено, что, между ФИО3 и ФИО4 фактически было заключено соглашение о займе с использованием способа обеспечения исполнения обязательства, не поименованного в Гражданском кодексе Российской Федерации, - передача права собственности на имущество до исполнения заемного обязательства.

Так, согласно предварительному договору от 15.10.2015 ФИО4 передает ФИО3 1 500 000 руб. под проценты в размере 3% ежемесячно (45 000 руб.) и обязуется возвратить ей право собственности на земельный участок с кад. № 16:50:350103:818, а ФИО3 обязуется возвратить долг и произвести передачу права собственности на земельный участок с кад. № 16:50:350103:818 до момента расчета по долгу.

Во исполнение указанного соглашения был заключен договор купли-продажи земельного участка от 15.10.2015, который является обязательством ФИО3

После исполнения ФИО3 с просрочкой обязательства о возврате долга, ФИО4 осуществил возврат права собственности на земельный участок с кад. № 16:50:350103:818, где фактически ценой земельного участка указана не его рыночная цена, а совокупность элементов исполнения заёмного обязательства: основной долг, проценты за пользование, неустойка за нарушение сроков исполнения обязательства.

Суд первой инстанции посчитал, что данной сделкой не был причинен вред кредиторам ФИО4, а описанная совокупность сделок (предварительный договор от 15.10.2015; договор купли-продажи земельного участка от 15.10.2015; договор купли-продажи земельного участка от 13.05.2019) является составными элементами единого правоотношения, данное правоотношение являлось возмездным, стороны не имели цели причинения вреда кредиторам должника и фактически не причинили такой вред, поскольку как ФИО4, так и ФИО3 получили соразмерное исполнение.

Оценивая ссылку финансового управляющего на договор от 17.06.2016 между АО «Автоградбанк» и ФИО4 где цена объекта (залоговая стоимость) определена в размере 6 720 000 руб., суд первой инстанции пришел к выводу о том, что установление залоговой стоимости свидетельствует лишь о принятии кредитором рисков в части возможного обращения взыскания на заложенное имущество.

Учитывая, что спорный земельный участок в последующем ФИО3 (после возврата ФИО4 после исполнения ответчиком заёмных обязательств) за указанную в объявлении цену (7 млн руб.) реализован не был, по этой причине спорное имущество было продано позднее лишь за 4 250 000 руб. по сделке от 28.10.2019, а 21.09.2020 отчуждено примерно по такой же стоимости (4 375 000 руб.), суд первой инстанции посчитал, что определенная экспертным путем рыночная стоимость отчужденного по оспариваемой сделке имущества не свидетельствует безусловно о наличии признаков подозрительности сделки.

Недоказанность же факта занижения стоимости имущества, переданного по оспариваемой сделке, при установленных возмездном характере оспариваемой сделки и фактическом исполнения покупателем принятых на себя в соответствии с условиями оспариваемого договора обязательств, свидетельствует об отсутствии одного из необходимых условий для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (причинении вреда имущественным правам кредиторов).

Суд первой инстанции установил, что заявителем не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания спорного договора недействительным, по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также не нашел в данном случае оснований для применения положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку указанные заявителем недостатки оспариваемой сделки не выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, регулирующей подозрительные сделки.

Основываясь на установленных обстоятельствах и руководствуясь положениями статьи 19 Закона о банкротстве, статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» и Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», суд первой инстанции не нашел оснований полагать ответчика и должника заинтересованными лицами.

Доводы о фактической аффилированности сторон оспариваемой сделки, основанные на обстоятельствах ее заключения и исполнения отклонены судом первой инстанции, поскольку сам по себе факт вступления лиц в экономические правоотношения не свидетельствует об их взаимной зависимости, тогда как анализ совокупности правоотношений сторон не выявил выход таких правоотношений за рамки ординарных.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что фактически спорная сделка являлась частью иного правоотношения и оформляла возврат имущества, предоставленного ответчиком в обеспечение исполнения заемного обязательства ответчика перед должником, после исполнения ответчиком обязательства по возврату такого займа.

Судом апелляционной инстанции сделан вывод, что поскольку в процессе судебного разбирательства от лиц, участвующих в деле ходатайство о назначении повторной, дополнительной экспертизы не поступило, оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.

Учитывая, что иные доказательства, подтверждающие, что реальная рыночная цена земельного участка выше и без разрешения упомянутых противоречий, сторонами не представлены, суд первой инстанции обоснованно критически оценил результаты ранее проведенной судебной экспертизы, отметив, что в дальнейшем земельный участок продавался по цене, существенно не отличающейся от цены оспариваемой сделки, то есть цена спорной сделки соответствует рынку.

Закон установил достаточно жесткие последствия сделки, признанной недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: содействие достижению противоправной цели влечет не только возврат покупателем приобретенного им имущества в конкурсную массу должника, но и субординирует требования такого кредитора (пункт 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве). В реальных условиях банкротства, когда нередко не погашаются даже требования кредиторов третьей очереди, такие меры по своей экономической сути приближены к конфискационным. В связи с этим осведомленность контрагента должника о противоправных целях последнего должна быть установлена судом с высокой степенью вероятности.

Применение кратного критерия осведомленности значительно повышает такую вероятность, поскольку необъяснимое двукратное или более отличие цены договора от рыночной должно вызывать недоумение или подозрение у любого участника хозяйственного оборота. К тому же кратный критерий нивелирует погрешности, имеющиеся у всякой оценочной методики.

Иной подход подвергает участников хозяйственного оборота неоправданным рискам полной потери денежных средств, затраченных на покупку (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707 по делу № А40-35533/2018).

С учетом упомянутой оценки результатов ранее проведенной судебной экспертизы, цена оспариваемой сделки не превышала рыночную цену отчужденного имущества в два и более раза. Кроме того, как отметил суд первой инстанции, с учетом  характера всего правоотношения, цена земельного участка при его возврате должником ответчику определялась не рыночной его стоимостью, а совокупностью элементов исполнения заёмного обязательства: основной долг, проценты за пользование, неустойка за нарушение сроков исполнения обязательства.

Суд апелляционной инстанции сделал вывод, что наличие финансовой возможности ответчика для расчета по заемному обязательству судом первой инстанции установлено, учитывая в том числе получение ответчиком накануне сделки 3,5 млн руб. от ООО «Стандарт». 

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, которые не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, считает, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценили их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Довод о том, что суды критически отнеслись к заключениям экспертов, к цене, установленной в договоре, судебная коллегия считает необоснованным, поскольку судами указанные доказательства исследовались, им дана надлежащая оценка. При этом финансовый управляющий ходатайства о назначении дополнительной либо повторной судебной экспертизы не заявил.

Судами сделан обоснованный вывод о том, что заявитель жалобы не представил каких-либо доказательств фактической аффилированности должника и ответчика, а также доказательств совокупности условий для признания сделки недействительной.

Таким образом, доводы, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают законность и обоснованность принятого судом апелляционной инстанции судебного акта, и правильность выводов, содержащихся в нем.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса. 

Исходя из изложенного, принимая во внимание положения статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы, а принятые по делу судебные акты считает законными и обоснованными. Кроме того, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса (в том числе нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), для отмены обжалуемого судебного акта не усматривается.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.09.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2024 по делу № А65-19578/2020 оставить без изменений, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его 

принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяП.П. Васильев

СудьиА.А. Минеева 

В.А. Самсонов