ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

11.06.2024

Дело № А40-108249/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена  30.05.2024

Полный текст постановления изготовлен  11.06.2024

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Калининой Н.С.,

судей: Каменецкого Д.В., Голобородько В.Я.

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО2, дов. от 10.04.2023,

от ФИО3: ФИО4, дов. от 02.08.2022,

от ФИО5: ФИО6, дов. от 30.09.2021,

от ООО «ЮРИСТИС»: ФИО7, дов. от 01.03.2022,

рассмотрев 30 мая 2024 года в судебном заседании кассационные жалобы ФИО3, ФИО1, ФИО5

на определение Арбитражного суда города Москвы от 22 июня 2023 года

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 06 февраля 2024 года

о признании доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «БО-Строй» ответчиков ФИО5, ФИО1, ФИО3 о приостановлении производства по обособленному спору - заявлению конкурсного управляющего и кредитора о привлечении лиц, контролирующих должника к субсидиарной ответственности, - до окончания расчетов с кредиторами,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «БО-Строй», 

 

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд города Москвы 26.04.2019 поступило заявление кредитора ООО «Силанар Инжиниринг» о признании должника ООО «БО-Строй» несостоятельным (банкротом), определением от 30.05.2019 указанное заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.08.2019 в отношении ООО «БО-Строй» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8, ИНН 

<

***>, член ААУ «Гарантия», о чем опубликовано сообщение в газете «КоммерсантЪ» 07.09.2019.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.08.2020 ООО «БО-Строй» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО9, член САУ СРО «ДЕЛО», о чем опубликовано сообщение в газете «КоммерсантЪ» 04.09.2020.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2022 арбитражный управляющий ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «БО-Строй».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.12.2022 конкурсным управляющим ООО «БО-Строй» утвержден ФИО10, член ВАУ «Достояние».

В Арбитражный суд города Москвы 16.06.2020 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении лиц, контролирующих должника, к субсидиарной ответственности.

Также в Арбитражный суд города Москвы 08.02.2023 поступило заявление кредитора ООО «ЮРИСТИМ» о взыскании убытков с ФИО5, ФИО1, ФИО3 солидарно в размере 19 727 521,18 руб.

Кроме того, 01.12.2022 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление кредитора ФИО11, в котором заявитель просит взыскать с бывшего руководителя и участника ООО «БО-Строй» ФИО5 убытки в размере 19 727 521,18 руб.

Указанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.06.2023 суд признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «БО-Строй» ответчиков ФИО5, ФИО1, ФИО3, приостановил производство по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО3, ФИО5, ФИО1 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2024 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

При рассмотрении обособленного спора судами установлены следующие обстоятельства.

На протяжении всего периода деятельности должника ФИО5 являлся руководителем, а также участником с размером доли 33%; ФИО3 является участником с долей в размере 34%; ФИО1 – участник с долей 33%.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2022 по настоящему делу признаны недействительными сделками платежи, совершенные должником ООО «БО-Строй» в пользу ответчика ООО «Бизнес.Оптима», применены последствия недействительности сделок в виде взыскания  с ответчика ООО «Бизнес.Оптима» в пользу должника ООО «Бо-Строй»  денежных средств в размере 19 727 521,18 руб.

Судами установлена согласованность действий ответчиков по выводу активов должника, поскольку на момент спорных перечислений ФИО5, ФИО3, ФИО1 являлись одновременно участниками должника и ООО «Бизнес.Оптима», ответчики получили личную выгоду из указанной сделки, имели возможность и распорядились в результате своего неправомерного поведения полученными денежными средствами.

Кроме того, апелляционный суд отметил, что ответчик ФИО1 одновременно будучи участником должника являлась участником ООО «ТРЕАРТЕКС» (ИНН 

<

***>) с долей участия в размере 80 %, а также исполняла обязанности генерального директора данной организации.

Таким образом, ответчики ФИО5, ФИО3, ФИО1, были руководителями и участниками ООО «Бизнес.Оптима», ООО «ТРЕАРТЕКС» (преемник ООО «СИРИУС ТРЕЙД»), аффилированными лицами с ООО «БО-Строй» в силу положений ст. 19 Закона о банкротстве, ст. 4 Закона РСФСР о конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках, ст. 9 Закона о защите конкуренции, в связи с чем указанные лица привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании п.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Судами также установлено наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «БО-Строй» контролирующих его лиц за ненадлежащее ведение бухгалтерской отчетности общества, неисполнение обязанности по передаче документов должника конкурсному управляющему в объеме, достаточном для формирования конкурсной массы и полноценного проведения процедуры банкротства.

Арбитражным судом города Москвы установлено, что проведенная конкурсным управляющим инвентаризация в период с 25.08.2020 по 19.11.2020 имущество должника не выявила. При этом, согласно бухгалтерской отчетности должник ООО «БО-Строй» на 31.12.2017 и 31.12.2018 располагал активами (имуществом) и пассивами (обязательствами).

Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами. В соответствии с частью 9 статьи 13 Федерального закона "О бухгалтерском учете" утверждение бухгалтерской отчетности осуществляется в порядке и случаях, которые установлены федеральными законами.

В частности, статьей 33 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» к компетенции общего собрания участников общества отнесено утверждение годовых бухгалтерских балансов общества с ограниченной ответственностью, то есть его участниками ФИО5, ФИО1, ФИО3

Данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета (п. 1 ст. 10 Федерального закона о бухгалтерском учете). Данными регистрами и документами являются: договора, кассовые книги, книги учета покупок и продаж, счета на оплату, платежные документы: кассовые чеки, бланки строгой отчетности, товарные накладные, акты выполненных работ или оказанных услуг, счета-фактуры.

Должник ООО «БО-Строй» должен был вести финансовую и хозяйственную деятельность, вести бухгалтерский учет, факты хозяйственной жизни, документировать в первичных учетных документах, которые подлежали своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета. Контролирующие должника лица ФИО5, ФИО1, ФИО3 были обязаны хранить первичную документацию (договора, счета на оплату, платежные документы, кассовые чеки, бланки строгой отчетности, товарные накладные, акты выполненных работ или услуг, счета-фактуры) отражающую хозяйственную деятельность и финансовое положение организации.

Однако контролирующие должника лица ФИО5, ФИО1, ФИО3 документы бухгалтерского учета, налоговые регистры, прочие документы, в том числе договоры, соглашения, товарно-транспортные накладные, накладные, товарно-материальные ценности (сырье, материалы, продукцию) арбитражному управляющему не предали. Регистры по учету первичной документации по учету работ в капитальном строительстве и ремонтно-строительных работ (формы КС) ими также не переданы, местонахождение их неизвестно. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Согласно актам инвентаризации, проведенной конкурсным управляющим ФИО9, в период с 25.08.2020 по 19.11.2020 имущество должника не обнаружено. Также отсутствуют бухгалтерские и налоговые документы организации, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, Девятый арбитражный апелляционный суд  пришел к выводу, что в результате бездействия со стороны контролирующих должника лиц ФИО5, ФИО3 и ФИО1, то есть неисполнения обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника, а также печатей, штампов, материальных и иных ценностей (п. 2 ст. 126 Федерального закона о банкротстве), сформировать конкурсную массу за счет материалов и прочих запасов не представилось возможным.

По основанию привлечения к ответственности ФИО5 за неподачу заявления о признании ООО «БО-Строй» несостоятельным (банкротом) судами сделаны следующие выводы.

Согласно Выписке из ЕГРЮЛ, должник ООО «БО-Строй» создан 25.11.2016. Основной вид деятельности: Строительство жилых и нежилых зданий (ОКВЭД 41.20).

Как указывали кредиторы и конкурсный управляющий, обращаясь в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, на 18.08.2017 у должника сформировалась кредиторская задолженность, которая впоследствии была включена в реестр требований кредиторов, соответственно, не позднее 18.09.2017 руководитель должника должен был инициировать обращение в арбитражный суд заявлением о признании должника банкротом, однако, уклонился от исполнения данной обязанности, что является самостоятельным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Судами сделан вывод, что ответчик ФИО5 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве, поскольку имея основания для инициирования банкротства должника уже с 18.09.2017, уклонился от исполнения обязанности, предусмотренной ст. 9 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд также отметил представленный конкурсным кредитором в материалы дела расчет размера субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, согласно которому общий размер задолженности составил 19 794 782,09 рублей, из которых 13 803 892,96 руб. – основной долг перед ФИО11 и 5 990 889,13 руб. – пени, штрафы, перед ООО «Меркатура». В частности, решением Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2019 по делу № А40-90933/19 с ООО «БО-Строй» в пользу ООО «СТРОЙАЛЬЯНС» взысканы 13 803 892,96 руб. – задолженности, 5 990 889,13 руб. – пени и 121 974 руб. – государственной пошлины. Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2020 указанное решение Арбитражного суда города Москвы оставлено в силе.

После 18.09.2017 года и до подачи ООО «Силанар Инжиниринг» заявления о признании ООО «Бо-Строй» банкротом 30.05.2019 у общества возникли следующие обязательства:

- перед ООО «СТРОЙАЛЬЯНС» и его правопреемниками ООО «Меркатура» и ФИО11 в размере 19 794 782, 09 рублей, из которых 13 803 892,96руб. – задолженности, 5 990 889,13 руб. – пени, что подтверждается решением Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2019 и постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2020 по делу № А40-90933/19.

30.09.2019 в Арбитражный суд города Москвы поступило требование ООО «СТРОЙАЛЬЯНС» о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника ООО «Бо-Строй».

27.11.2019 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО «Меркатура» о процессуальном правопреемстве кредитора ООО «Стройальянс» на правопреемника ООО «Меркатура». Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.01.2020 произведена замена с ООО «Стройальянс» на его правопреемника ООО «Меркатура» к должнику ООО «БО-Строй» на сумму 19 794 782,09 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.02.2020 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «БО-Строй» требование ООО «Меркатура» в общем размере 13 803 892,96 руб. – основной долг, 5 990 889,13 руб. – пени, с учетом положений п. 3 ст. 137 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.09.2022 была произведена замена кредитора в реестре требований кредиторов с ООО «Меркатура» на его правопреемника ФИО11 к должнику ООО «БО-Строй» по требованию в размере 13 803 892,86 руб. (основной долг).

На основании изложенного, судами заключено, что общий размер задолженности в связи с неисполнением обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве составил 19 794 782,09 рублей, из которых 13 803 892,96 руб. – основной долг перед ФИО11 и 5 990 889,13 руб. – пени, штрафы, перед ООО «Меркатура».

Апелляционным судом расчет, представленный конкурсным кредитором, приобщен к материалам дела.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии обстоятельств для привлечения ответчика ФИО5 к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве.

С выводами судов первой и апелляционной инстанций не согласились ФИО5, ФИО3 и ФИО1, обратившись в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить определение и постановление, ссылаются на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права.

Так, участники должника ФИО1 и ФИО3 указывают, что указаний совершения должником сделок, признанных впоследствии недействительными, не давали, выгоды из их совершения не извлекли, отмечают, что степень вовлеченности в процесс управления должником судами не устанавливался, вопреки требованиям Закона о банкротстве.

Кроме того, ФИО1 и ФИО3 указывают, что обязанности по ведению бухгалтерской отчетности и передаче документов должника конкурсному управляющему возложена на руководителя должника, а не его участников.

ФИО5 в обоснование кассационной жалобы указывает, что наличие судебного акта о признании сделок должника недействительными преюдицией относительного настоящего обособленного спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не является. Также ФИО5 полагает недоказанным наличие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Бо-Строй» в связи с неисполнением обязанности по обращению в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о банкротстве подконтрольного общества, поскольку наличие кредиторской задолженности перед кредитором наступления такой обязанности не влечет, наступление объективного банкротства ООО «Бо-Строй» в указанную конкурсным управляющим дату считает недоказанным, поскольку решение о взыскании с ООО «Бо-Строй» задолженности состоялось  значительно позднее, нежели 18.08.2017.

Кассатор также отмечал, что определением от 08.07.2020 суд отказал временному управляющему ФИО8 в истребовании документации должника от бывшего руководителя ФИО5, установив, что руководителем должника исполнена установленная п. 3.2 ст. 64 Закона о банкротстве обязанность по передаче временному управляющему копий документов и сведений.

До рассмотрения жалобы по существу в Арбитражный суд Московского округа от конкурсного кредитора ООО «ЮРИСТИМ» поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ФИО5, ФИО1, ФИО3 поддержали доводы кассационной жалобы, просили об отмене определения и постановления.

Представитель  ООО «ЮРИСТИМ» по доводам кассационной жалобы возражал. 

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 53) разъяснено, что само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника. Из указанных положений Закона о банкротстве - подпунктов 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, следует, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии, имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В силу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника

Из пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

- в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

- в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Из разъяснений Постановления Пленума ВС РФ № 53 следует, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В данном деле судами установлено, что бухгалтерская отчетность ООО «БО-Строй» за 2018,2018 годы указывала на наличие у общества активов, однако, документы в подтверждение таких активов конкурсному управляющему переданы не были. Такие обстоятельства вызваны либо ненадлежащим ведением ответственным лицом бухгалтерской отчетности, то есть искажение ее содержания, либо неисполнением ответственным лицом обязанности по передаче документов должника конкурсному управляющему.

Доказательств надлежащего исполнения такой обязанности в материалы дела представлено не было, при этом, вопреки доводам ФИО12, наличие судебного акта в процедуре наблюдения, которым отказано в истребовании копий документов, установленной Законом о банкротстве презумпции не опровергает.

В пункте 24 Постановления Пленума ВС РФ № 53 разъяснено, что лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 по делу N 302-ЭС17-9244, указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Вместе с тем, обязанность по ведению бухгалтерской отчетности общества с ограниченной ответственность, как и обязанности по передаче документов должника, возложена на исполнительный орган общества, а не на его участников.

На наличие в материалах дела доказательств, позволяющих сделать вывод о наличии такой обязанности и участников, на утверждение недостоверной бухгалтерской отчетности ФИО1 и ФИО3 судебные акты не указывают.

Таким образом, по данному основанию субсидиарная ответственность обоснованно возложена на руководителя должника ФИО13, ФИО1 и ФИО3 в данной части к ответственности привлечены необоснованно.

Постановлением Пленума ВС РФ № 53 разъяснено, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Приведенный перечень примеров не является исчерпывающим.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве  пока не доказано иное, предполагается, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Как разъяснено пунктом 23 Постановления Пленума ВС РФ № 53 по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Пунктом 17 Постановления Пленума ВС РФ № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Привлекая ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с совершением сделок, суды обоснованно исходили из наличия вступивших в законную силу судебных актов о признании сделок недействительными, совершенных в пользу юридических лиц, в том числе, подконтрольных ответчикам ФИО5, ФИО1 и ФИО3, а также вхождения всех ответчиков в состав участников ООО «Бо-Строй».

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве.

Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи.

Пунктом 14 Постановления Пленума ВС РФ № 53 разъяснено, что согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, в статьях 9 и 61.12 Закона о банкротстве исчерпывающе определены условия для привлечения руководителя должника, ответственного за подачу должником в арбитражный суд заявления о банкротстве, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, равно как и размер такой ответственности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу приведенных норм права, а также принимая правила определения размера ответственности, по данному основанию надлежит установить дату возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с соответствующим заявлением, а также объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Такая правовая позиция подтверждается Определением Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992.

Между тем, с выводами судов о наличии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по данному основанию суд кассационной инстанции согласиться не может, поскольку момент наступления объективного банкротства, понятие которого не тождественно кредиторской задолженности, не установлен, а также не установлен размер обязательств, возникших после наступления объективного банкротства, в связи с чем судебная коллегия Арбитражного суда Московского округа соглашается с доводами кассатора Пятницкого Д.Л об отсутствии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «БО-Строй» за неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве общества.

Вместе с тем, допущенные судами нарушения к вынесению неверного судебного акта не привели, поскольку установлено наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Бо-Строй» в связи с совершением сделок, существенно ухудшивших экономическое состояния общества, кроме того, установлен факт неисполнения ФИО5 обязанности по передаче документов должника конкурсному управляющему, надлежащему, соответствующего действительности ведению бухгалтерской отчетности.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 22 июня 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 февраля 2024 года по делу № А40-108249/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                        Н.С. Калинина

 

Судьи:                                                                                    Д.В. Каменецкий

 

В.Я. Голобородько