ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-34166/2018

город Ростов-на-Дону

27 июня 2022 года

15АП-8999/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 июня 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Долговой М.Ю.,

судей Сурмаляна Г.А., Шимбаревой Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии:

от ФИО2: представитель по доверенности от 19.01.2022 ФИО3;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Леонтьевское» ФИО4 посредством  веб-конференции: представитель по доверенности от 09.06.2022 ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Леонтьевское» ФИО4 

на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.04.2022 по делу № А32-34166/2018 

об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Леонтьевское» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Леонтьевское» (далее – должник, ООО «Леонтьевское») в Арбитражный суд Краснодарского края обратилась конкурсный управляющий должника ФИО4 с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО7, ФИО2, ФИО8 по денежным обязательствам должника в размере 48 476 417,88 руб. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.02.2022 в отдельное производство выделено заявление конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО2 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.04.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Леонтьевское» о привлечении ФИО2 в субсидиарной ответственности отказано. Требование конкурсного управляющего ООО «Леонтьевское» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 выделено в отдельное производство.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО4 обжаловала его в порядке, определенном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ФИО4 просит отменить определение суда в части отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, ссылаясь на то, что включение судом первой инстанции в мотивировочную часть оспариваемого судебного акта сведений о Протоколе внеочередного собрания участников от 22.12.2015, исключенным из числа доказательств, является нарушением норм процессуального права. Также апеллянт указывает на то, что по итогам совершения всех оспоренных сделок из собственности должника выбыло имущество, превышающее 89% балансовой стоимости активов должника. Совершение совокупности сделок по реализации всего имущества, участвовавшего в производственной деятельности, не только усугубило признаки неплатежеспособности должника, но и сделало невозможным погашение требований кредиторов. Так как воля должника на выбытие его активов была не сформирована и не выражена надлежащим образом, а все имущество, задействованное в производственно-хозяйственной деятельности, выбыло в распоряжение ФИО9 и ФИО2, соответственно, должник стал несостоятельным (банкротом) вследствие поведения контролирующих лиц – ФИО9 и ФИО2 

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 просит оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить.

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Усть-Лабинское ДРСУ» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании ООО «Леонтьевское» несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.08.2018 заявление принято, возбуждено производство по делу. 

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.11.2018 ООО «Леонтьевское» признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО10. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.12.2019 ФИО10 освобожден от обязанностей конкурсного управляющего ООО «Леонтьевское». 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2020 конкурсным управляющим утверждена ФИО4. 

Конкурсный управляющий, посчитав наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (совершение ряда сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, не подача контролирующим лицом заявления о банкротстве должника) 08.11.2021 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности наследников умершего бывшего руководителя должника ФИО9 - ФИО6 и ФИО7, а также одного из участников общества - ФИО2 и ее бывшего супруга ФИО8. 

В настоящем обособленном споре рассматривается требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2.

Исследовав представленные в дело доказательства, оценив их по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, апелляционная коллегия поддерживает выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, и отклоняет доводы апелляционной жалобы заявителя в силу следующего.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 названного Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности). 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Пунктом 3 статьи 4 Федерального закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ.

Ранее институт субсидиарной ответственности в рамках дел о банкротстве уже реформировался - переход от положений статьи 10 в ред. Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ к редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ. 

В этой связи информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, были выработаны определенные правовые позиции относительно подлежащих применению материальных норм. 

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ. 

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. 

Таким образом, подлежат применению те положения Закона о банкротстве, которые действовали на момент существования обстоятельств, являющихся основаниями привлечения к субсидиарной ответственности. 

При этом предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017. 

В рассматриваемом случае заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд после 01.07.2017, соответственно, заявление подлежит рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ. Вместе с тем, вменяемые действия были совершены до указанной даты, то есть до вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, таким образом, в указанной части, спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве, действовавших на момент спорных правоотношений. 

Как установлено судом первой инстанции и не оспаривается участвующими в деле лицами, ФИО9 с 21.01.2013 по 05.09.2018 являлся генеральным директором должника. 

При этом участниками общества - учредителями являлись следующие лица: 

1) ФИО9, имеющий долю 33 % уставного капитала Общества; 

2) ФИО2, имеющая долю 34% уставного капитала Общества; 

3) ФИО11, имеющий долю 11 % уставного капитала Общества; 

4) ФИО12, имеющий долю 11 % уставного капитала Общества; 

5) ФИО13, имеющий долю 11 % уставного капитала Общества.

Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника. 

Конкурсным управляющим отмечено, что задолженность перед ООО «Усть-Лабинское ДРСУ» начала образовываться в 2014 году, перед бюджетом в 2015 году. Кроме того, участники общества и взаимозависимые с ними лица периодически предоставляли займы пополнения оборотных средств. Признаки неплатежеспособности предприятия имелись по состоянию на 01.01.2014. 

Фактически доводы о неисполнении обязанности по подаче заявления о признании ООО «Леонтьевское» несостоятельным (банкротом) вменяются вину контролирующему лицу ФИО9, однако, управляющим приводятся доводы о неисполнении обязанности контролирующими должника лицами. 

В части неисполнения обязанности по подаче заявления должника судом первой инстанции установлено следующее. 

Предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством была введена Федеральным законом № 266-ФЗ.

Федеральным законом № 266-ФЗ установлены основания для привлечения к субсидиарной ответственности участников должника за неисполнение обязанности по созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о признании его банкротом в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве). 

Федеральный закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы. 

Поскольку на дату, определенную конкурсным управляющим, пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве предусматривал ответственность руководителя и ликвидационной комиссии за неподачу заявления должника в арбитражный суд, обязанность учредителя и собственника имущества по принятию решения об обращении должника в суд не была предусмотрена статьей 9 Закона о банкротстве (в старой редакции); в статье 10 Закона о банкротстве также отсутствовала корреспондирующая норма о субсидиарной ответственности учредителя, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что у ФИО2 как у участника должника, отсутствовала обязанность по принятию решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Судебная коллегия не усматривает оснований для переоценки указанных выводов суда первой инстанции.

Также из материалов дела следует, что обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий вменяет в вину ФИО2 совершение действий по выводу активов и доведению до банкротства. 

При разрешении спора суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.  

Пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положении данного Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: 

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона; 

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. 

Лицо, которое в силу Закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно. 

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами; кроме того, необходимо установить вину ответчика для возложения на него ответственности. 

Помимо объективной стороны правонарушения, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Из материалов дела следует и судом первой инстанции установлено, что 24.12.2015 между ответчиком (покупатель) и ООО «Леонтьевское» (продавец) заключены договоры купли-продажи №№ 21-1 12/К, 21-2 12/К, 21-3 12/К, 21-4 12/К, 21-5 12/К, согласно условиям которых произведено отчуждение техники, ТС, вагончиков - бытовок, в частности: 

- договор № 21-1 12/К, предмет сделки Белаз -7522, заводской номер машины 019052, год выпуска 1991, двигатель № 003783, цена сделки 910 000 руб. Пункт 1.2 договора предусматривает, что самосвал передается в счет погашения долга. 24.12.2015 сторонами составлен акт приема-передачи самосвала. 31.12.2015 сторонами составлен акт № 00000000007 о приеме-передаче объекта ОС по унифицированной форме ОС-1;

- договор № 21-2 12/К, предмет сделки Белаз -7522, заводской номер машины 013134, год выпуска 1990, двигатель № 0696, цена сделки 910 000 руб. Пункт 1.2 договора предусматривает, что самосвал передается в счет погашения долга. 24.12.2015 сторонами составлен акт приема-передачи самосвала. 31.12.2015 сторонами составлен акт № 00000000008 о приеме-передаче объекта ОС по унифицированной форме ОС-1;

- договор № 21-3 12/К, предмет сделки весы автомобильные тензометрические ВЭА - «Номинал», цена сделки 620 000 руб. Пункт 1.2. договора предусматривает, что весы передаются в счет погашения долга. 24.12.2015 сторонами составлен акт приема-передачи. 31.12.2015 сторонами составлен акт № 00000000005 о приеме-передаче объекта ОС по унифицированной форме ОС-1;

- договор № 21-4 12/К, предмет сделки дренажный насос WILLO, цена сделки 1 650 000,00 руб. Пункт 1.2 договора предусматривает, что весы передаются в счет погашения долга. 24.12.2015 сторонами составлен акт приема-передачи. 31.12.2015 сторонами составлен акт № 00000000006 о приеме-передаче объекта ОС по унифицированной форме ОС-1. 

- договор № 21-5 12/К, предмет сделки вагон-бытовка 3м*2,5м по цене 51 000 руб.; вагон-бытовка 9м*3м по цене 130 000 руб. Пункт 1.2 договора предусматривает, что сооружения передаются в счет погашения долга. 24.12.2015 сторонами составлен акт приема-передачи сооружений. 31.12.2015 сторонами составлены акты № 00000000003 и № 00000000004 о приеме-передаче объектов ОС по унифицированной форме ОС-1. 

Расчет по данным сделкам осуществлен путем прекращения обязательств ООО «Леонтьевское» перед ответчиком ФИО2 по договору займа № 08/08 от 20.08.2008. 

02.12.2015 между ФИО2 (цедент) и ФИО8 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает права требования к должнику - ООО «Леонтьевское» в сумме1 350 000 руб. Согласно пункту 1.2 договора, право требования цедента к должнику по договору займа № 08/08 от 20.08.2008 по состоянию на дату подписания договора цессии составляет 5 850 000 руб.

Согласно протоколу внеочередного собрания участников ООО «Леонтьевское» от 22.12.2015 по первому вопросу повестки принято решение одобрить погашение долга общества участнику общества ФИО2 по договору займа № 08/08 от 20.08.2008 в размере 4 271 000 руб. путем передачи имущества общества: 

- самосвал карьерный Белаз-7522, заводской номер 019052, двигатель 003783, год выпуска 1991 рыночной ценой, согласно произведенной оценке (оценщик ФИО14), в размере 910 000 руб.; 

- самосвал карьерный Белаз-7522, заводской номер 013134, двигатель 0696, год выпуска 1990 рыночной ценой, согласно произведенной оценке (оценщик ФИО14), в размере 910 000 руб.; 

- весы автомобильные тензометрические ВЭА - «Номинал» рыночной ценой, согласно произведенной оценке (оценщик ФИО14), в размере 620 000 руб.; 

- дренажный насос wilo рыночной ценой, согласно произведенной оценке (оценщик ФИО14), в размере 1 650 000 руб.; 

- вагон бытовка 3*2,5 м. рыночной ценой, согласно произведенной оценке (оценщик ФИО14), в размере 51 000 руб.; 

- вагон бытовка 9*3 м. рыночной ценой, согласно произведенной оценке (оценщик ФИО14), в размере 130 000 руб. 

По второму вопросу повестки принято решение одобрить погашение долга общества ИП ФИО8 по договору займа № 090/10 3 от 05.07.2010 и договору займа № 08/08 от 20.08.2008 выданному обществу ФИО2 с учетом договора возмездной уступки прав требования (цессии) от 02.12.2015 в размере 3 300 000 руб. путем передачи имущества общества - бульдозер SHANTUI SD16 2014 года выпуска, заводской номер машины CHSD16AAAE1035436, двигатель С9142000625, цвет желтый, рыночной ценой, согласно произведенной оценке (оценщик ФИО14), в размере 3 300 000 руб. в счет уплаты долга по указанным займам. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.12.2021 заявление конкурсного управляющего ООО «Леонтьевское» о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок удовлетворено, суд признал заключенные между ООО «Леонтьевское» и ФИО2 24.12.2015 договор № 24-1 12/К (предмет сделки Белаз -7522, заводской номер машины 019052, год выпуска 1991, двигатель № 003783, цена сделки 910 000 руб.), договор № 24-2 12/К (предмет сделки Белаз -7522, заводской номер машины 013134, год выпуска 1990, двигатель № 0696, цена сделки 910 000 руб.), договор № 24-3 12/К (предмет сделки весы автомобильные тензометрические ВЭА - «Номинал», цена сделки 620 000 руб.), договор № 24-4 12/К (предмет сделки дренажный насос WILLO, цена сделки 1 650 000 руб.), договор № 24-5 12/К (предмет сделки вагон-бытовка 3м*2,5м по цене 51 000 руб.; вагон-бытовка 9м*3м по цене 130 000 руб.) недействительными сделками. 

Судом применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить ООО «Леонтьевское» все полученное по недействительной сделке. Суд восстановил право требования ФИО2 к ООО «Леонтьевское» по договорам займа, заключенным с ООО «Леонтьевское», послуживших основанием для зачета требований по вышеназванным недействительным сделкам. 

Признавая сделки недействительными, суд первой инстанции установил, что на момент их заключения должник обладал признаками неплатежеспособности. 

Так, у должника имелась задолженность перед МИФНС № 14 по Краснодарскому краю по уплате обязательных платежей в бюджет - 2 153 710,38 руб., в том числе: основной долг - 1 601 507,34 руб., пеня - 491 804,75 руб., штрафы - 60 398,29 руб. Данная задолженность образовалась: в результате начисления налога на добавленную стоимость (НДС), согласно предоставленным налоговым декларациям за апрель 2015 года, за январь, февраль 2016 года, несвоевременной уплаты налога, в размере 1 222 776,21 руб., в том числе: основной долг - 931 250,63 руб., пени - 291 525,58 руб.; начисления налога на добычу общераспространенных полезных ископаемых, согласно предоставленным налоговым декларациям за ноябрь 2015 года, на основании решений камеральных налоговых проверок № 21667 от 18.04.2016, № 23644 от 26.08.2016, несвоевременной уплаты налога, в размере 179 948,11 руб., в том числе: основной долг - 106 693 руб., пени - 34 238,22 руб., штрафы - 39 016,89 руб.; начислений по налогу на доходы физических лиц (НДФЛ), согласно представленным налоговым декларациям за 1, 2 кварталы 2016 года, несвоевременной уплаты налога, на основании решений камеральных налоговых проверок № 24129 от 13.10.2016, № 26192 от 26.01.2017, в размере 135 676,19 руб., в том числе: основной долг - 89 279 руб., пени - 25 015,79 руб., штрафы - 21 381,40 руб.; расчетов по страховым взносам на ОПС в ПФ РФ на выплату страховой пенсии за 2016 год, несвоевременной уплаты налога, в размере 451 722,15 руб., в том числе: основной долг - 347 808,78 руб., пени - 103 913,37 руб.; расчетов по страховым взносам на ОСС по временной нетрудоспособности и в связи с материнством за 2016 год, несвоевременной уплаты налога, в размере 59 354,08 руб., в том числе: основной долг - 45 847,54 руб., пени - 13 506,54 руб.; расчетов по страховым взносам на ОМС в ФФОМС за 2016 год, несвоевременной уплаты налога, в размере 104 223,04 руб., в том числе: основной долг - 80 628,39 руб., пени - 23 594,65 руб.; несвоевременной уплаты по налоговым обязательствам в размере 10,60 руб. 

При рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности судом первой инстанции проведен анализ отчета о финансовых результатах должника за 2013 – 2015 годы, на основании чего суд первой инстанции пришел к выводу о постоянном увеличении себестоимости товара по основному виду деятельности при отставании цены продажи этого товара, что приводило к увеличению разницы между себестоимостью товара и ценой его продажи (выручкой). При этом, судом отмечено, что в 2013 году убыток от основного вида деятельности составил 665 000 руб., в 2014 г. уже 1 787 000 руб., а в 2015 году - 7 354 000 руб. Также судом установлено, что разница между активами ООО «Лентьевское» и займами, кредитами общества уже существовала в 2013 году, а потом и в 2014 году.

Таким образом, из отчетов о финансовых результатах должника за 2013, 2014, 2015 годы следует, что основной вид деятельности приносил только не покрытый убыток, а прочая деятельность (не основной вид деятельности должника) приносила должнику прибыль. 

Оценивая экономический эффект совершения сделок, учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции отклонил довод конкурсного управляющего о несостоятельности должника вследствие сделок с ФИО2 

Довод о прекращении деятельности должника вследствие отчуждения самосвалов Белаз в пользу ФИО2 также признан судом несостоятельным, поскольку противоречит бухгалтерской отчетности должника. 

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции установил, что сделки с ФИО2 к увеличению этой разницы не привели, так как, получив технику (уменьшились активы должника на размер балансовой стоимости этой техники) произошло уменьшение обязательств - заемных средств (уменьшились пассивы путем погашения долга перед ФИО2 на сумму больше чем балансовая стоимость этой техники). Фактически участники общества предоставляли займы для пополнения оборотных активов, что не оспаривается лицами, участвующими в деле. 

Кроме того, суд первой инстанции правомерно указал, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на лицо, имевшее право давать обязательные указания и иным образом определять его действия, является вина названного лица в банкротстве должника. 

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 постановления № 53, следует, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

Судом принято во внимание, что на момент совершения сделки (24.12.2015) у должника уже имелась кредиторская задолженность. При этом сделки ФИО2 на сумму 3 360 000 руб. не отвечают критериям крупных сделок. 

Ссылки конкурсного управляющего на признание сделок недействительными без раскрытия их прямой связи с фактическим наступившим банкротством последнего, не имеют правового значения. 

Фактически в отсутствие статуса контролирующего лица у ответчика нет обязанности, отвечать по всем неисполненным обязательствам должника. 

При этом заявителем не подтвержден факт принятия ответчиком ключевых управленческих решений в деятельности общества, их влияния на внутреннюю деятельность общества и на его взаимоотношения с контрагентами. 

Кроме того, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что фактическое руководство обществом осуществлял ФИО9 

При таких обстоятельствах, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Леонтьевское», поскольку конкурсный управляющий не доказал, что именно заключение сделок с ответчиком повлекло несостоятельность (банкротство) должника, что действиями (бездействием) причинены убытки должнику. 

Доводы о существенности вреда, причиненного должнику сделками ООО «Леонтьевское» и ФИО2 отклоняются судом апелляционной инстанции ввиду следующего. 

Определяя размер вреда, причиненного сделками, совершенными ООО «Леонтьевское» и ФИО2, и заявляя о его существенности, конкурсный управляющий суммирует все сделки, совершенные должником как с ФИО2 (ответчиком), так и с ФИО9 В результате этого управляющий указывает в апелляционной жалобе, что стоимость всего отчужденного имущества всем приобретателям составляет 98% активов общества. 

Вместе с тем, поскольку конкурсным управляющим заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, то учитываться должны только ее действия и только сделки, совершенные ею/в ее пользу, а не иными лицами. 

Из материалов дела следует, что ФИО2 получила от должника: самосвал Белаз по цене 910 000 руб. - 2 шт.; весы автомобильные тензометрические ВЭА -«Номинал» по цене 620 000 руб.; дренажный насос wilo по цене 1 650 000 руб.; вагон - бытовку 3*2,5 м. по цене 51 000 руб.; вагон - бытовку 9*3 м. по цене 130 000 руб., а всего на сумму 4 271 000 руб. 

При рассмотрении заявления конкурсного управляющего о недействительности сделок должника и ФИО2 была проведена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости части имущества, отчужденного должником в пользу ФИО2 (определение от 28.12.2021 дело № А32-34166/2018-38/80-Б-89-С). 

Согласно заключению эксперта № 07/21 от 20.01.2021, рыночная стоимость двух самосвалов Белаз составляет 810 000 руб. каждый. Рыночная стоимость всего имущества, полученного ФИО2 от должника, составляет 4 000 000 руб. (определена на основании судебной экспертизы и отчета независимого оценщика). Остаточная стоимость этого имущества 3 600 000 руб. 

Поскольку имущество было приобретено ФИО2 в 2015 году, то для определения процента стоимости имущества от стоимости активов общества необходимо учитывать бухгалтерскую отчетность за предыдущий год - 2014г. (в которой не учтены данные сделки). 

По балансу ООО «Леонтьевское» за 2014 год активы составляли - 41 755 000 руб. 

Так как имущество в балансе отражается по остаточной стоимости, то процент стоимости имущества от стоимости активов ООО «Леонтьевское» составляет 8,8% (остаточная стоимость имущества, равная 3 600 000 руб., от остаточной стоимости активов должника, равных 41 миллион рублей, составляет 8,8%). 

Указанное не свидетельствует о крупности и существенности сделок по отчуждению имущества должника в пользу ФИО2 

Доказательств существенности и значимости отчужденного имущества конкурсный управляющий не представил. 

Помимо этого суд обоснованно указал в обжалуемом определении, что основная хозяйственная деятельность ООО «Леонтьевское» (при осуществлении которой использовалось отчужденное имущество) была убыточна, что подтверждается финансовой отчетностью должника за 2012, 2013, 2014, 2015 годы. 

Так, весь 2015 год должник использовал имущество, которое было отчуждено ФИО2 по договору от 24.12.2015, однако чистый убыток за 2015г. составил 5 924 000 руб., а валовая прибыль/убыток по основному виду деятельности за 2013-2015гг. была следующая: 2013г. -  (- 665 000 руб.); 2014г. - (-1 859 000 руб.); 2015г. - (-7 354 000 руб.). Указанные данные свидетельствует об отсутствии рационального смысла в осуществлении хозяйственной деятельности по основному виду деятельности, так как размер убытков ООО «Леонтьевское» увеличивался ежегодно. 

Очевидно, что при себестоимости товара, превышающей полученную выручку от реализации этого же товара, осуществление данного вида деятельности на этих же условиях не целесообразно, а динамика этих показателей свидетельствует об отсутствии каких-либо положительных тенденций в изменении хозяйственной деятельности ООО «Леонтьевское». 

Все указанное свидетельствует об отсутствии существенного вреда, причиненного ООО «Леонтьевское» при отчуждении имущества в пользу ФИО2 и об отсутствии последствий указанных сделок в виде наступления неплатежеспособности должника или существенного ухудшения его положения. 

Доказательств, подтверждающих осуществление ФИО2 контроля над должником, не представлено. В материалах дела отсутствуют доказательства заключения сделок с ответчиком, под влиянием ответчика, отсутствуют доказательства последствий этих сделок в виде изменения экономического состояния должника. 

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ФИО4 также указывает на допущенное судом процессуальное нарушение, выразившееся во включении в мотивировочную часть оспариваемого судебного акта сведений о Протоколе внеочередного собрания участников от 22.12.2015, исключенным из числа доказательств. 

Вместе с тем, из мотивировочной части судебного акта следует, что суд первой инстанции указал на Протокол внеочередного собрания участников от 22.12.2015 при описании процесса выбытия имущества, заключения сделок, явившихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. В обжалуемом определении от 25.04.2022 в качестве доказательства каких-либо обстоятельств по существу спора Протокол общего собрания участников ООО «Леонтьевское» от 22.12.2015 не указан, соответственно, доказательством по делу не является. 

При этом на первой странице обжалуемого определения указано: «Протокольным определением от 01.03.2022 суд исключил протокол внеочередного собрания участников ООО «Леонтьевское» от 22.12.2015 из числа доказательств по делу № А32-34166/2018-38/80-Б-5-СО, и отклонил заявление о фальсификации доказательств в связи с исключением протокола внеочередного собрания участников ООО «Леонтьевское» от 22.12.2015 из числа доказательств по делу № А32-34166/2018-38/80-Б-5-СО».

В связи с изложенным, доводы конкурсного управляющего подлежат отклонению. 

Иные приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции в полном объеме, но учтены быть не могут, так как не опровергают обстоятельств, установленных судом первой инстанции и, соответственно, не влияют на законность принятого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.04.2022 по делу          № А32-34166/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

ПредседательствующийМ.Ю. Долгова

СудьиГ.А. Сурмалян

Н.В. Шимбарева