ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-13800/2020

город Ростов-на-Дону

23 мая 2024 года

15АП-5428/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 мая 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Долговой М.Ю.,

судей Деминой Я.А., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Мезенцевой В.Д.,

при участии:

от финансового управляющего ФИО1: представитель ФИО2 по доверенности от 25.11.2023;

от ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 31.10.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 

на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.03.2024 по делу № А32-13800/2020 об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 о признании сделки должника недействительной,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5                                     (ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее – должник) финансовый управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании сделок по отчуждению автомобиля БМВ Х5 XDRAIVE40D, переводу денежных средств ничтожными.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.03.2024 по делу № А32-13800/2020 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО1 обжаловал определение суда первой инстанции от 12.03.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении заявления. Податель апелляционной жалобы указывает, что должник действовал в обход закона.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 просил оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Представитель ФИО3 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов, выслушав лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, АО «ЮниКредит Банк» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.06.2020 заявление принято, возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.04.2021 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1

Сообщение о введении процедуры опубликовано в издательском доме «КоммерсантЪ» от 17.04.2021 № 68, в ЕФРСБ - 09.04.2021.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.10.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1

Сообщение о введении процедуры опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 23.10.2021 № 194, в ЕФРСБ - 20.10.2021.

Финансовый управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением, в котором просил признать ничтожными (мнимыми) договор купли-продажи транспортного средства от 25.05.2022, заключенный между ФИО5 и ФИО6, договор купли-продажи транспортного средства от 26.11.2022, заключенный между ФИО5 и ФИО6, договор купли-продажи транспортного средства от 06.07.2023, заключенный между ФИО6 и ФИО7, договор купли-продажи транспортного средства от 06.10.2023, заключенный между ФИО7 и ФИО3. Применить последствия недействительности (ничтожных) взаимосвязанных сделок в виде обязания ФИО3 передать финансовому управляющему ФИО1 автомобиль марки БМВ Х5 XDRAIVE40D 2016 г. в., VIN 

<

***>. Обязать Управление ГИБДД ГУ МВД России по Краснодарскому краю восстановить регистрацию автомобиля марки БМВ Х5 XDRAIVE40D 2016 г.в., VIN 

<

***> за ФИО5.

Признать недействительными (ничтожными) взаимосвязанные сделки по переводу денежных средств в ОСП по Прикубанскому округу г. Краснодара ГУ ФССП России по Краснодарскому краю по чек-ордеру № 25 от 25.05.2022 и по чек-ордеру № 26 от 25.05.2022 на общую сумму 3 124 032,13 руб., по уплате комиссии ПАО «Сбербанк России» Краснодарское отделение 8619/149 по чек-ордеру № 25 от 25.05.2022 и по чек-ордеру № 26 от 25.05.2022 на общую сумму 2 680 руб., по переводу в АО «Юникредитбанк» 23.06.2022 денежных средств в размере 1 559 016,07 руб. Применить последствия недействительности сделок в виде взыскания денежных средств в конкурсную массу должника в следующем размере: с ОСП по Прикубанскому округу г. Краснодара 6 000 руб., с ПАО «Сбербанк» 2 680 руб., с АО «Юникредитбанк» 1 559 016,07 руб. (с учетом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно требованиям пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, пунктом 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично (абзац второй пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу третьему пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом, сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума № 63 в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (Далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума № 25 добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в названном постановлении Пленума, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью создание подконтрольной фиктивной кредиторской задолженности для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Наличие либо отсутствие у должника на момент заключения спорного договора признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества не имеет правового значения для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

При этом аффилированность сторон сделки презюмирует осведомленность контрагента должника о наличии указанной цели совершения сделки.

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов включено требование единственного кредитора АО «ЮниКредит Банк» в размере 3 039 070,09 руб., из которых 2 275 022,28 руб. – основной долг, 728 897,84 руб. – проценты, 35 149,97 руб. – неустойка как обеспеченные залогом автомобиль БМВ Х5 XDRAIVE40D.

В ходе процедуры реализации финансовому управляющему стало известно, что 25.05.2022 между должником и ФИО6 заключен договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого должник (продавец) продал, а ФИО6 (покупатель) купил автомобиль марки БМВ Х5 XDRAIVE40D 2016 г. в., VIN 

<

***>, г/н 

<

***> по цене 3 125 000 руб.

В ОСП по Прикубанскому округу г. Краснодара ГУ ФССП России по Краснодарскому краю 10.06.2022 поступила сумма в размере 3 118 032,13 руб. по исполнительному производству № 636005/19/23041-ИП, исполнительный лист ФС 029153804.

Исполнительный лист ФС 029153804 от 22.09.2019 выдан Прикубанским районным судом г. Краснодара на основании заочного решения от 03.06.2019 по делу № 2-5695/2019 о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на предмет залога по иску АО «ЮниКредитБанк».

По данному исполнительному листу службой судебных приставов было возбуждено исполнительное производство № 636005/19/23041-ИП.

Денежные средства в размере 3 118 032,13 руб. перечислены в ССП должником через Сбербанк по чек-ордеру № 25 от 25.05.2022.

25.05.2022 должником в ССП перечислено через Сбербанк по чек-ордеру № 26 денежные средств в размере 6 000 руб. с основанием платежа по исполнительному производству № 577567/21/23088-ИП от 21.09.2021.

За осуществление данных платежей Сбербанком удержана комиссия в сумме по чек-ордеру № 25 от 25.05.2022 - 2 500 руб.; по чек-ордеру № 26 от 25.05.2022 - 180 руб.

Таким образом, 25.05.2022 должником перечислено в ССП 3 124 032,13 руб., уплачено комиссии Сбербанку 2 680 руб. Всего 3 126 712,13 руб.

Финансовый управляющий считает, что спорные платежи в сумме 3 126 712,13 руб., произведенные должником 25.05.2022 являются недействительными (ничтожными) поскольку осуществлены должником 25.05.2022, то есть уже после признания его несостоятельным (банкротом). Транспортное средство было отчуждено должником 25.05.2022, процедура реализации имущества в отношении должника введена решением суда от 14.10.2021.

После обращения в суд финансовому управляющему также стало известно, что между ФИО6 (продавец) и ФИО7 (покупатель) 06.07.2023 заключен договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого спорный автомобиль перешел в собственность ФИО7 по цене 3 125 000 руб.

В связи с этим финансовый управляющий считает, что оспариванию подлежит и сделка с ФИО7, так как ничтожная сделка от 25.05.2022 не породила последствий, в том числе право собственности у ФИО6

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ФИО6 по существу требований пояснил, что в мае 2022 года между ФИО5 и ФИО6 достигнута договоренность по заключению договора купли продажи автомобиля BMW Х5, 2016 года выпуска VIN 

<

***>. ФИО6 проявил должную осмотрительность, проверил автомобиль и обнаружил наличие арестов, а также исполнительное производство № 636005/19/23041-ИП. В последующем ФИО5 и ФИО6 обратились в службу судебных приставов и уточнили сумму для погашения задолженности. Судебный пристав-исполнитель ФИО8 сообщил, что с учетом исполнительного сбора необходимо погасить 3 118 032,13 руб.

25.05.2022 между ФИО5 и ФИО6 заключен договор купли продажи автомобиля BMW Х5, 2016 года выпуска VIN 

<

***> по цене3 125 000 руб.

При этом сделку стороны проводили в ПАО Сбербанк, где ФИО5 в присутствии ФИО6 перевел денежные средства на погашения задолженности по исполнительному производству № 636005/19/23041-ИП.

После погашения задолженности, ФИО5 также обратился в Прикубанский районный суд города Краснодара с заявлением об отмене обеспечительных мер в отношении автомобиля. Определением суда от 04.07.2022 обеспечительные меры отменены.

15.11.2022 ФИО6 зарегистрировал спорное транспортное средство за собой. Однако в ходе выполнения вышеуказанного действия выяснилось, что автомобиль до сих пор находится в залоге у банка.

В последующем ФИО6 обратился в банк и выяснил, что задолженность перед банком погашена только в размере 2 600 000 руб.

Для выяснения обстоятельств ФИО6 обратился к судебному приставу-исполнителю, который пояснил, что после поступления денежных средств стало известно о том, что в отношении ФИО5 введена процедура банкротства и денежные средства в размере 2 940 524,20 руб. переведены на счет должника, пристав также сообщил, что о наличии банкротства в отношении должника им стало известно 03.06.2022, то есть после проведения сделки, в качестве подтверждения было предоставлено уведомление № 47 от 03.06.2022 за подписью финансового управляющего.

В этот же день по указанному в запросе телефону ФИО6 позвонил финансовому управляющему ФИО1 с просьбой разъяснить причину не поступления в адрес банка денежных средств. На заданный вопрос финансовый управляющий пояснил, что из полученной суммы он удержал сумму в размере 218 262 руб. в качестве своего вознаграждения.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 95 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) следует, что в силу положений пункта 2 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае распоряжения имуществом должника с нарушением запрета - права кредитора или иного управомоченного лица, чьи интересы обеспечивались арестом, могут быть реализованы только в том случае, если будет доказано, что приобретатель имущества знал или должен был знать о запрете на распоряжение имуществом должника, в том числе не принял все разумные меры для выяснения правомочий должника на отчуждение имущества. Само по себе размещение судебного акта в сети «Интернет» не означает, что приобретатель является недобросовестным.

Заинтересованным лицом по отношению к должнику, ФИО6 не являлся. У ФИО6 не было сомнений в правомерности совершаемой сделки. В материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что при совершении договора стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, не представлены.

Доводы финансового управляющего о том, что оплата по договору отсутствует, подлежат отклонению, поскольку в материалы дела представлена расписка от 25.05.2023 о получении должником от ФИО6 денежных средств в размере 3 125 000 руб., кроме того, в этот же день денежные средства перечислены в ФССП в счет погашения долга ФИО5 перед единственным кредитором.

Уже после заключения договора купли-продажи между ФИО5 и ФИО6 и после перечисления 25.05.2022 ФИО5 3 118 032,13 руб. на счет службы судебных приставов по исполнительному производству № 636005/19/23041-ИП, финансовый управляющий направил судебному приставу, ведущему указанное исполнительное поизводство, уведомление запрос (исх. № 47 от 03.06.2022), в котором, ссылаясь на процедуру банкротства гражданина ФИО5 потребовал от судебного пристава перечислить все поступившие от ФИО5 денежные средства, на специальный банковский счет, право распоряжения которым принадлежит финансовому управляющему. Платежным поручением № 850878 от 10.06.2022 судебным приставом вся сумма 3 118 032,13 руб. перечислена в распоряжение финансового управляющего.

23.06.2022 финансовым управляющим перечислено кредитору АО «ЮниКредит Банк» 2 600 000 руб. в счет частичного погашения задолженности ФИО5

В распоряжении финансового управляющего осталось более 518 000 руб.

Таким образом, в рамках процедуры банкротства задолженность ФИО5 перед АО «ЮниКредит Банк» до настоящего времени полностью не погашена, несмотря на наличие достаточных средств, поступивших в распоряжение финансового управляющего.

Согласно отчету финансового управляющего о своей деятельности от 09.03.2022, последний удерживает в качестве зарезервированной сумму 218 262 руб. «вознаграждение финансового управляющего», определяемое как специальный его вид «сумма процентов».

Сумма 218 262 руб. исчислена финансовым управляющим как 7% от вышеуказанной, перечисленной 10.06.2022 судебным приставом суммы 3 118 032,13 руб.

Определением суда первой инстанции от 07.09.2022 установлена сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего ФИО1

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2022 определение суда первой инстанции от 07.09.2022 отменено, в удовлетворении заявления финансового управляющего об установлении суммы процентов вознаграждения отказано.

В мотивировочной части постановления апелляционной инстанции указано, что поступившие денежные средства не являлись результатом деятельности финансового управляющего по реализации имущества должника, по взысканию дебиторской задолженности. Указанные денежные средства поступили на банковский счет должника в результате действий самого должника по перечислению денег на счет службы судебных приставов и действий службы судебных приставов по перечислению данных денежных средств на банковский счет должника в процедуре реализации имущества. Судом апелляционной инстанции установлено, что исполнение в рамках реализации имущества должника происходило без какого-либо активного участия финансового управляющего.

Ссылки финансового управляющего на нарушение прав кредиторов ФИО9, состоящей в браке с ФИО5, подлежат отклонению, поскольку подлежат применению положения пункта 2 статьи 138 Закона о банкротстве, в силу которой за кредитором АО «ЮниКредит банк» закреплено 80% от выручки по договору купли-продажи автомобиля от 22.05.2022.

Должник и ответчики не являются аффилированными/заинтересованными лицами.

С целью проверки довода ответчика о равноценности встречного предоставления определением суда от 30.08.2023 назначена судебная экспертиза с целью установления рыночной стоимости автомобиля.

В материалы дела поступило подготовленное во исполнение определения суда от 30.08.2023 заключение судебной оценочной экспертизы № 214/23 от 30.10.2023, подготовленное экспертом ООО «КраснодарЭкспертЦентр» ФИО10, согласно которому рыночная стоимость автомобиля BMW Х5, 2016 года выпуска, VIN 

<

***>, по состоянию на 25.05.2022 составляет 3 300 000 руб.

По оспариваемому договору купли-продажи от 25.05.2022 автомобиль был продан по цене 3 125 000 руб.

Отклонения в сторону повышения или понижения цены в пределах 20% не являются нарушением и цена признается действительной для целей сделки (статья 40, пункт 3 Налогового кодекса Российской Федерации).

ФИО5, получив от ФИО6 денежные средства в размере 3 125 000 руб., 25.05.2022 перечислил на счет отдела судебных приставов по Прикубанскому округу г. Краснодара 3 124 032,13 руб. (по чек-ордерам № 25 и 26 от 25.05.2022) для погашения задолженности перед АО «ЮниКредит банк», включая исполнительский сбор.

Как указывалось выше, единственным кредитором ФИО5 по делу о банкротстве является АО «ЮниКредит банк», согласно реестру размер задолженности составляет 3 114 388,19 руб.

Платежным поручением № 850878 от 10.06.2022 денежные средства в размере 3 118 032,13 руб. перечислены судебным приставом на счет должника в процедуре банкротства, что превышает размер требований реестра.

Как следует из заявления финансового управляющего, управляющий просит признать недействительными и последующие договоры купли – продажи от 06.07.2023, от 06.10.2023.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2019 № 305-ЭС18-19945 (8) также изложен правовой подход, согласно которому в ситуации, когда отношения сторон являются сложноструктурированными, оспаривание одной из взаимосвязанных сделок (даже при наличии условий для признания ее недействительной) не может приводить к полноценному восстановлению положения, существовавшего до совершения всех сделок, в связи с чем такой способ защиты нельзя признать надлежащим.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Таким образом, по основанию притворности может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение иных правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Из существа притворной сделки следует, что стороны не собирались ее исполнить уже в самом совершении сделки. Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее заключения. Соответственно, сделка признается притворной, если заявитель доказал, что воля всех сторон сделки на момент ее совершения не была направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий, а имела целью достижение иного правового результата.

Согласно правовому подходу, сформулированному в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678 по делу № А11-7472/2015, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

Во-первых, возможна ситуация, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Во-вторых, возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, или другими лицами за счет должника и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

В материалах отражено и документально подтверждено, что 06.07.2023 ФИО6 продал автомобиль ФИО7, органами ГИБДД 06.07.2023 автомобиль зарегистрирован за ФИО7 ФИО3 купил указанный автомобиль в октябре 2023 у ФИО7 Договор купли-продажи заключен 06.10.2023 по цене3 100 000 руб. Органами ГИБДД МВД РФ в установленном порядке совершенырегистрационные действия, 13.10.2023 выдано свидетельство о регистрации.

В рассматриваемом случае материалами дела не подтверждается, что оспариваемые сделки являются цепочкой взаимосвязанных сделок, направленных на отчуждение должником своего имущества. Не представлены доказательства, что в результате совершения этих сделок должник ФИО5 сохранил фактический контроль над имуществом.

Так, цепочка сделок предполагает единый план действий, цепочку различных действий, объединенных одной конечной целью - вывод активов должника во вред имущественным интересам кредиторов. Участники цепочки единой сделки действуют не как равноправные или противоположные стороны, а как единое целое.

Применительно к рассматриваемому случаю, при отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок взаимосвязанными (цепочкой), единой сделкой, отсутствуют основания для признания этих сделок недействительными.

Согласно статье 61.7 Закона о банкротстве арбитражный суд может отказать в признании сделки недействительной в случае, если стоимость имущества, приобретенного должником в результате оспариваемой сделки, превышает стоимость того, что может быть возвращено в конкурсную массу в результате оспаривания сделки. Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры и заключается в пополнении конкурсной массы и наиболее полном удовлетворении требований кредиторов с учетом принципов очередности и пропорциональности. При оценке законности заключенных в период подозрительности, установленный законодательством о банкротстве, сделок, необходимо принимать во внимание наличие или отсутствие экономической обоснованности в предпринимаемых действиях, а также учитывать и поддерживать баланс интересов, с точки зрения защиты прав кредиторов за счет формирования конкурсной массы в максимально возможном размере и в то же время минимизации негативного воздействия на гражданский оборот в результате оспаривания сделок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2019 N 305-ЭС16-11128).

Судебная практика ориентирует суды при разрешении конкретных дел на необходимость соблюдать баланс между принципом правовой определенности, стабильностью гражданского оборота и обеспечением разумных имущественных интересов участников данного оборота, с одной стороны, и недопустимостью злоупотребления правом, незаконного вывода активов, с другой.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.03.2015 N 308-ЭС15-1657 по делу N А32-2716/2012 указано, что обязательным условием признания сделки недействительной в силу оспоримости является доказанность нарушения прав и законных интересов заинтересованного лица вследствие заключения такой сделки, а также того, что выбранный способ защиты приведет к восстановлению нарушенного права или защите законного интереса.

При отсутствии соответствующего правового эффекта от признания сделки недействительной арбитражный суд даже при наличии совокупности обстоятельств, необходимых и достаточных для вывода о недействительности сделки, может отказать заявителю в ее оспаривании (в удовлетворении заявленного требования) на основании статьи 61.7 Закона о банкротстве.

В рамках рассматриваемого спора управляющий не представил надлежащие доказательства, которые обосновывают полезный экономический эффект для должника от удовлетворения настоящего требования.

Ключевой характеристикой подозрительных сделок является причинение вреда имущественным интересам кредиторов, чьи требования остались неудовлетворенными. Отсутствие вреда предполагает, что подобные имущественные интересы не пострадали, а осуществленные в рамках оспариваемой сделки встречные предоставления (обещания) являлись равноценными (эквивалентными). В свою очередь, это исключает возможность квалификации сделки в качестве недействительной, независимо от наличия иных признаков, формирующих подозрительность (неплатежеспособность должника, осведомленность контрагента об этом факте и т.д.).

В результате заключения спорной сделки от 25.05.2022 не причинен вред имущественным правам кредиторам должника. Управляющий не доказал наличие обязательного элемента для признания оспариваемых сделок недействительными (признак причинения вреда имущественным права должника и его кредиторам).

Как установил суд первой инстанции, последовательность действий участников процесса свидетельствует о следующем.

Должник реализовал спорный автомобиль в целях самостоятельного погашения реестра требований кредиторов. Вырученная сумма перечислена в службу судебных приставов-исполнителей. Получив от приставов названную сумму, управляющий посчитал, что имеет право получить 7% от нее. Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2022 управляющему отказано в получении такой суммы. Ответчик указывает на неправомерное не погашение управляющим реестра требований кредиторов и удержание названных 7%. На вопросы суда о соответствующих погашениях после вынесения постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2022 управляющий пояснений не дал.

В конкурсную массу поступили денежные средства в размере, превышающем требования единственного кредитора.

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что основания для удовлетворения заявления отсутствуют.

Целью процедуры банкротства является наиболее полное удовлетворение требований кредиторов, а также восстановление платежеспособности должника.

При этом, в случае появившейся у должника самостоятельной возможности удовлетворения требований всех своих кредиторов, Закон предоставляет должнику такую возможность, так как после погашения всех требований кредиторов, дело о признании должника банкротом прекращается в соответствии с абзацем 7 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве, предусматривающим такое основание для прекращения производства по делу о банкротстве как погашение всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей» индивидуальный предприниматель вправе удовлетворить все требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов, в любое время до завершения конкурсного производства, что в соответствии с абзацем 7 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве является основанием для прекращения производства по делу.

Как было указано выше, в конкурсную массу поступили денежные средства в размере, превышающем требования единственного кредитора.

По смыслу Закона о банкротстве интерес любого кредитора состоит прежде всего в наиболее полном погашении требований. И как следствие, на достижение этой цели должны быть направлены и все предоставленные кредитору инструменты влияния на ход процедуры.

Положения Закона о банкротстве не ограничивают должника в принятии мер к поиску вариантов погашения задолженности доступными в сложившейся ситуации способами, достижении с кредиторами соглашения о балансе взаимных интересов в удовлетворении требований к нему имеющимися у него способами, при отсутствии нарушения прав кредиторов должника.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.03.2024 по делу № А32-13800/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО5 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий                                                                                  М.Ю. Долгова

 

Судьи                                                                                                                Я.А. Демина

 

                                                                                                                           Н.В. Шимбарева