ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                 Дело № А23-217/2023

Резолютивная часть постановления объявлена   19.12.2023 

Постановление изготовлено в полном объеме    21.12.2023 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Капустиной Л.А., судей Филиной И.Л.  и Мосиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии от истца – публичного акционерного общества «Меткомбанк» (Свердловская область, г. Каменск-Уральский, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 25.03.2023) и  ФИО3 (доверенность от 05.04.2023), от ответчика – муниципального казенного учреждения «Служба единого заказа городского хозяйства»  (г. Калуга, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО4 (доверенность от 30.12.2022), в отсутствие  третьих лиц –  общества с ограниченной ответственностью «Липецк дорога», городской управы города Калуги, ФИО5, Федеральной службы по финансовому мониторингу,  рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу муниципального казенного учреждения «Служба единого заказа городского хозяйства»  на решение Арбитражного суда Калужской  области от 16.10.2023 по делу  № А23-217/2023 (судья Пашкова Е.А.),

                                           УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество «Меткомбанк» (далее – банк) обратилось в Арбитражный суд Калужской области с исковым заявлением к муниципальному казенному учреждению «Служба единого заказа городского хозяйства» (далее – учреждение) о взыскании убытков, причиненных необоснованностью требования о выплате по банковской гарантии от 28.03.2019 № ЭБГ-110/2019 в размере 75 867 689 рублей 93 копеек.

Определением суда от 20.01.2023, принятым на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Липецк дорога» (далее – общество), городская управа города Калуги (далее – управа), ФИО5, Федеральная служба по финансовому мониторингу.

Решением суда от 16.10.2023 (с учетом определения об исправлении опечатки от 19.10.2023) исковые требования удовлетворены. 

В апелляционной жалобе (с учетом дополнения)  учреждение  просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. Оспаривая судебный акт, заявитель ссылается на вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2020 по делу № А60-14500/2020, которым  признаны  правомерными  требования учреждения к банку  о взыскании денежных средств по банковской гарантии в размере 81 270 780 рублей  84 копеек. Указывает, что размер неисполненных обязательств общества по муниципальному контракту составляет 241 063 778 рублей 94 копеек (общая стоимость работ 269 548 089 рублей 79 копеек – общая стоимость выполненных подрядчиком работ 28 484 310 рублей 85 копеек), исполнение контракта составляет  10,57 %. В связи с этим считает,  что  обоснованный  размер выплаты по банковской гарантии, пропорционально объему фактически исполненных обязательств, составляет 78 083 550 рублей 22 копеек (размер банковской гарантии 81 270 780 рублей 84 копеек – 8 590 321 рубль 53 копеек (10,75 % исполненных обязательств по банковской гарантии) – штраф за неисполнение контракта 5 403 090 рублей 91 копейки). Ссылается на  то, что  пункты 29, 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017  не применяются при одностороннем отказе от договора.  Указывает,  что неисполнение судебного акта о взыскании в пользу банка с  поручителя ФИО5 выплаченных по банковской гарантии  денежных средств  обусловлено ненадлежащей  работой  службы судебных приставов, которой  не установлено место проживания должника и осуществлен  розыск  его финансовых активов. Указывает на отсутствие в материалах дела надлежащего уведомления третьих лиц.  

В отзыве банк (с учетом дополнительных пояснений) просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на то, что при рассмотрении  дела № А60-14500/2020 не устанавливались  обстоятельства нарушения принципалом обязательств перед  бенефициаром.  Указывает, что на  момент предъявления требования о выплате по банковской гарантии ответчик не обосновал существование обязательств принципала перед бенефициаром, в обеспечение исполнения которых была выдана гарантия. Отмечает, что  условия контракта не содержат положений, предоставляющих учреждению  право удержания всей суммы денежных средств, предусмотренных гарантией, вне зависимости от характера нарушения условий контракта и размера ответственности принципала.  Ссылается на то, что в предмет доказывания по делу № А60-14500/2020 входило лишь установление соблюдения бенефициаром требований о выплате по банковской гарантии по форме и срокам направления такого требования в соответствии со статьями 370,  374 Гражданского кодекса Российской Федерации, в то время как  в  настоящем споре  предъявлено требование о взыскании  убытков, причиненных  необоснованным предъявлением  требования по банковской гарантии.  Указывает, что взыскание по банковской гарантии не исключает возможность последующего предъявления  убытков, причиненных необоснованностью требований о выплате по банковской гарантии. В связи с этим считает, что выводы   судебных актов по делу № А60-14500/2020  не имеют преюдициального значения. Сообщает, что авансовый платеж по муниципальному контракту не предусматривался (раздел 3 муниципального контракта) и не производился бенефициаром, что исключает возврат аванса по контракту за счет средств гаранта и исключает какие-либо убытки у самого заказчика.  Информирует об отсутствии у заказчика права на предъявление   штрафных  санкций по контракту (пени, штрафы, неустойки) на дату его расторжения на всю сумму банковской гарантии (81 270 780 рублей  84 копеек), равно как право на взыскание убытков, подлежащих возмещению подрядчиком. Обращает внимание на то, что отсутствие платежей по регрессным требованиям подтверждается выпиской по счету учета наличия непогашенной задолженности. 

В судебном заседании представители сторон поддержали позиции, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее.

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в том числе путем размещения информации о движении дела в сети Интернет, в суд представителей не направили. Управой  заявлено  письменное ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное невозможностью присутствия его представителя ввиду его занятости в судебном заседании по другому делу.

Рассмотрев указанное ходатайство, суд не нашел оснований для его удовлетворения.

В соответствии с частью 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Из анализа указанной нормы следует, что отложение судебного заседания вследствие неявки по уважительной причине представителя является правом суда, а не его обязанностью.

Применительно к разъяснениям, изложенным в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», не могут рассматриваться в качестве уважительных причин необходимость согласования с вышестоящим органом (иным лицом) вопроса о подаче апелляционной жалобы, нахождение представителя заявителя в командировке (отпуске), кадровые перестановки, отсутствие в штате организации юриста, смена руководителя (его нахождение в длительной командировке, отпуске), а также иные внутренние организационные проблемы юридического лица, обратившегося с апелляционной жалобой.

В данном случае  управой, исходя  из ее организационно-штатной структуры,   не обоснована  невозможность  направления в   разные  судебные процессы  разных представителей, с учетом того,  что определение о назначении  судебного заседания по настоящему делу вынесено 24.11.2023, а судебная повестка адресована не управе, а  УГХ г. Калуги и поступила в указанную организацию 06.12.2023.

Помимо этого, ходатайствуя об отложении судебного заседания,   управа   не указала, какие доказательства и обстоятельства дела могут быть раскрыты суду при личном присутствии представителя в судебном заседании, с учетом того, что согласно части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации позиции сторон должны быть раскрыты до судебного заседания.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание установленные законодателем сокращенные сроки рассмотрения апелляционной жалобы, а также то, что отложение судебного разбирательства будет способствовать затягиванию спора, суд апелляционной инстанции считает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся третьих  лиц в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, выслушав представителей истца и ответчика, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению. 

Как видно из материалов дела,  01.04.2019   между учреждением (заказчик) и                 ООО «Липецк Дорога» (подрядчик) заключен муниципальный контракт                                         № 0137300043319000002_310945  (т. 1, л. д. 10) на выполнение работ по ремонту автомобильных дорог в соответствии с условиями контракта, локальными ресурсными сметными расчетами, техническим заданием,  требованиями к техническим характеристикам строительных материалов, адресным перечнем, в соответствии с календарным графиком выполнения работ, содержащим начальный, конечный сроки, а также промежуточные сроки выполнения отдельных этапов работ.

В соответствии с пунктом 1.2 контракта  срок выполнения работ, указанных в пункте  1.1 контракта,  – непрерывно со дня выдачи заявки в соответствии с календарным графиком выполнения работ, но не позднее 01.09.2019. Окончание выполнения работ определяется датой подписания заказчиком акта о приемке выполненных работ (приложение 6 к  контракту) и справки о стоимости выполненных работ и затрат (приложение 7 к контракту), а также акта подписанного приемочной комиссией.

Сроки, указанные в пункте  1.2. контракта, а также в календарном графике работ (приложение 10 к контракту), являются исходными для определения имущественных санкций в случае нарушения подрядчиком начальных и конечных сроков выполнения работ по контракту.

Цена контракта, согласно  пункту 2.1,  составляет 269 548 089 рублей 79 копеек.

За каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, размер штрафа определяется в 0,5 % цены контракта (этапа) в случае, если цена контракта (этапа) составляет от 100 млн. рублей до 500 млн. рублей (включительно). Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения подрядчиком обязательства, предусмотренного контрактом, в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком (пункты 7.3.1,  7.3.3 контракта). 

В обеспечение исполнения обязательств подрядчика  (принципал) перед заказчиком (бенефициар)   по контракту банком  (гарант) выдана банковская гарантия от 28.03.2019 №  ЭБГ-110/2019 (т. 1, л. д. 23).

Согласно пункту  1.1 банковской гарантии гарант обязуется уплатить бенефициару по его первому требованию денежную сумму в размере 81 270 780 рублей  84 копеек, в случае ненадлежащего исполнения принципалом любых обязательств по контракту, в том числе:  обязательств по выплате неустоек (пеней, штрафов), предусмотренных контрактом;  обязательств принципала по возврату авансового платежа (в случае если документацией о закупке предусмотрена выплата аванса). 

Пунктом 2.1 банковской гарантии предусмотрено, что гарант обязуется выплатить бенефициару сумму гарантии и (или) ее части после получения на бумажном носителе или в форме электронного документа требования бенефициара об уплате денежной суммы по банковской гарантии в размере цены контракта, уменьшенном на сумму, пропорциональную объему фактически исполненных принципалом обязательств, предусмотренных контрактом и оплаченных бенефициаром, но не превышающую суммы, указанной в пункте 1.1 банковской гарантии, в течение 5 (пяти) рабочих дней с даты получения требования бенефициара, содержащего указание на то, в чем состоит нарушение принципалом обязательств, в обеспечение которого выдана банковская гарантия.

Пунктом 2.2 банковской гарантии предусмотрен перечень документов, которые необходимо приложить к требованию, а именно:

платежное поручение, подтверждающие перечисление бенефициаром аванса принципалу, с отметкой банка бенефициара либо органа Федерального казначейства об исполнении (если выплата аванса предусмотрена контрактом, а требование по банковской гарантии предъявлено в случае ненадлежащего исполнения принципалом обязательств по возврату аванса); 

документ, подтверждающий полномочия лица, подписавшего требование по банковской гарантии (доверенность) (в случае, если требование по банковской гарантии подписано лицом, не указанным в Едином государственном реестре юридических лиц в качестве лица, имеющего право без доверенности действовать от имени бенефициара); 

документ, подтверждающий факт наступления гарантийного случая в соответствии с условиями контракта (если требование по банковской гарантии предъявлено в случае ненадлежащего исполнения принципалом обязательств в период действия гарантийного срока);

расчет суммы, включаемой в требование по банковской гарантии. 

Обязательство гаранта перед бенефициаром считается надлежаще исполненным при условии фактического поступления денежных средств на счет бенефициара, на котором в соответствии с законодательством Российской Федерации учитываются операции со средствами, поступающими заказчику, указанный им в требовании по банковской гарантии (пункт 2.3 договора).

В связи с нарушением подрядчиком срока выполнения работ, заказчиком 21.08.2019 принято решение об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта  № 01-10/2168 (решение от 21.08.2019 № 01-10/2168, требование от 26.09.2019 № 01-10/2610, уведомление от 26.09.2019 № 01-10/2610, т. 1 л. 24–25, 146–147).

26.09.2019  в банк  поступило требование учреждения   № 01-10/2610  о выплате денежных средств в размере  81 270 780 рублей 84 копеек, ввиду неисполнения принципалом (подрядчиком) своих обязательств по контракту надлежащим образом (т. 1, л. д. 24).

Указанная сумма взыскана с гаранта в пользу учреждения на основании вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2020 по делу № А60-14500/2020. 

Судебный акт  по делу № А60-14500/2020 исполнен  банком  27.04.2021, что подтверждается платежным поручением № 11012 (т. 1, л. д. 26).

Размер требований заказчика  к подрядчику на дату  предъявления требования о выплате по банковской гарантии  составлял    5 403 090 рублей 91 копейку (требования от 23.05.2019 № 01-10/1212, от 18.09.2019 № 01-10/2544, претензии от 18.06.2019 № 01-10/1431, от 23.07.2023 № 01-10/1858, от 03.09.20219 № 01-10/2314, т. 1, л. д. 130–141).

Ссылаясь, что на то, что на момент  предъявления требования  о выплате по банковской гарантии, учреждение не имело  оснований  для взыскания  полной суммы по гарантии,  излишне  полученными  является  75 867 689 рублей 93 копейки,  банк, не получив удовлетворения  претензии от 11.06.2022, обратился  в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 370 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, банковская гарантия является средством обеспечения основного обязательства, за счет которого заказчик (бенефициар) получит удовлетворение своих требований к подрядчику (принципалу), возникших при исполнении договора подряда, таких как взыскание неустойки, убытков, возврат аванса и иных требований.

Институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили (пункт 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017).

При этом правила пункта 1 статьи 370 Гражданского кодекса Российской Федерации о независимости банковской гарантии не исключают требований принципала к бенефициару о возмещении убытков, вызванных недобросовестным поведением последнего при получении суммы по банковской гарантии.

Безусловная обязанность банка выплатить денежные средства по банковской гарантии не исключает возможности проверки правомерности действий заказчика по предъявлению к оплате всей суммы банковской гарантии, а получение заказчиком денежных сумм по банковской гарантии в объеме, предусмотренном такой гарантией, не лишает исполнителя права на возмещение убытков в виде разницы между выплаченной суммой и размером имущественных требований, имевшихся у заказчика в соответствии с обеспечиваемым гарантией обязательством.

В соответствии со статьей 375.1 Гражданского кодекса Российской Федерации бенефициар обязан возместить гаранту или принципалу убытки, которые причинены вследствие того, что представленные им документы являлись недостоверными либо предъявленное требование являлось необоснованным.

С указанного момента принципал получает право требовать взыскания с бенефициара убытков, связанных с реальным возмещением затрат гаранту.

Указанные обстоятельства, в силу правовой природы независимой гарантии, принципов разумности, справедливости, процессуально-правовой экономии, а также прямого указания статьи 375.1 Гражданского кодекса Российской Федерации  наделяют правом аналогичного требования и гаранта в качестве лица, которое понесло реальные убытки в связи с выплатой по гарантии и исключительно право собственности которого в действительности нарушено (определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2018 № 305-ЭС18-11950, от 14.10.2020 № 305-ЭС20-15733, от 12.07.2021 № 305-ЭС21-11025, от 28.07.2021 № 305-ЭС21-8413, от 26.10.2021 №  306-ЭС21-9964).

Иной подход будет означать необоснованное освобождение бенефициара от ответственности перед гарантом как лицом, понесшим реальные убытки в результате выплаты по гарантии в связи с необоснованным требованием бенефициара, приведет к длительному и неэффективному судебному разбирательству.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права. Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии определенных условий гражданско-правовой ответственности.

С учетом изложенного, в предмет доказывания по настоящему спору о взыскании убытков входят наличие фактов причинения убытков, ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязанностей, а также причинно-следственной связи между противоправным поведением ответчика и причиненными убытками, которая должна подтверждаться допустимыми и относимыми доказательствами, предусмотренными законом и иными нормативными актами.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ» также разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Согласно пункту  5 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства того, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ).

Положения действующего законодательства, в том числе нормы Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»  не содержат императивных требований, согласно которым неисполнение или ненадлежащее исполнение подрядчиком (исполнителем) обязательств по контракту является безусловным основанием для удержания всей суммы обеспечения обязательств.

В рассматриваемой ситуации требование бенефициара удовлетворено гарантом в судебном порядке в рамках дела № А60-14500/2020 в размере 81 270 780 рублей 84 копеек. Указанное решение  исполнено  банком  27.04.2021, что подтверждается платежным поручением № 11012. 

При определении размера убытков истца, судом первой инстанции, в целях установления  обоснованных требований заказчика к подрядчику на момент предъявления требования к гаранту и исходя из  условий  муниципального  контракта,   произведен расчет неустойки, исходя из предусмотренных  контрактом   сроков выполнения работ и  признано  обоснованным требование учреждения  о взыскании неустойки (пени)  за просрочку выполнения работ (этапов работ) в общей сумме 2 622 346 рублей 32 копейки и  штрафа за невыполнение  работ  в сумме 1 347 740 рублей 45 копеек, всего - 3 970 086 рублей  77 копеек,  в связи с чем сделан вывод о  необоснованном предъявлении  к оплате 77 300 694 рублей 07 копеек (81 270 780 рублей 84 копеек уплаченная гарантом бенефициару сумма  по банковской гарантии – 3 970 086 рублей  77 копеек).

Однако, принимая во внимание,  что  истцом  в качестве  убытков к взысканию предъявлено   75 867 689 рублей 93 копейки (исходя из   указанных  заказчиком имевшихся  требований к подрядчику  на дату предъявления требования о выплате по гарантии в 5 403 090 рублей 91 копейки), суд не вправе выйти за пределы  заявленного иска, удовлетворил  заявление в указанной сумме  (81 270 780 рублей 84 копеек уплаченная гарантом бенефициару сумма  по банковской гарантии – 5 403 090 рублей 91 копейка). 

Довод заявителя о том, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2020 по делу № А60-14500/2020  установлена правомерность требований о взыскании  по банковской гарантии  81 270 780 рублей  84 копеек, не принимается судом апелляционной инстанции.

Независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также отсутствием у гаранта права на отказ в выплате при предъявлении ему повторного требования (пункты 2, 5 статьи 376 Гражданского кодекса Российской Федерации), что неоднократно отмечалось высшими судебными инстанциями (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 14 «Об отдельных вопросах практики разрешения споров, связанных с оспариванием банковских гарантий», пункт 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.1998         № 27 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии», пункт 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019).

По общему же правилу гарант не вправе выдвигать против требования бенефициара возражения, вытекающие из основного (обеспеченного) обязательства, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих возражениях против требования бенефициара об исполнении независимой гарантии не вправе ссылаться на обстоятельства, не указанные в самой гарантии (пункт 2 статьи 370 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Изложенное согласуется с  правовыми позициями,  содержащимися в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20.05.2015 № 307-ЭС14-4641, от 25.11.2016 № 305-ЭС16-10078, от 30.01.2017 № 305-ЭС16-15440).

Это означает, что даже если кредитор в обеспечительном правоотношении (бенефициар) потребовал от гаранта исполнения в большем объеме, чем ему причитается от должника в основном (обеспеченном) правоотношении, гарант по общему правилу не может отказать в выплате, если требование бенефициара заявлено в срок действия гарантии и соответствует требованиям гарантии по форме и приложенным документам (пункт 4 статьи 368, статья 374, пункты 2 и 3 статьи 375 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 9 Обзора от 05.06.2019).

Таким образом, институт независимой гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили.

В предмет доказывания по делу № А60-14500/2020 входило лишь установление соблюдения бенефициаром требований банковской гарантии по форме и срокам направления требования о выплате по банковской гарантии, в то время как  в рамках настоящего спора предъявлено требование о взыскании гарантом убытков, причиненных необоснованным предъявлением  требования по банковской гарантии. 

С учетом этого, выводы, содержащиеся в судебных актах по делу № А60- 14500/2020  не имеют преюдициального значения, поскольку в предмет доказывания по делу № А60-14500/2020 входили лишь установление соблюдения бенефициаром требований банковской гарантии по форме и срокам направления требования о выплате по банковской гарантии в соответствии с требованиями статей 370 и 374 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Само по себе взыскание выплаты по банковской гарантии в судебном порядке не исключает возможности взыскания убытков, причиненных необоснованностью требований о выплате по банковской гарантии.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Центрального округа от 28.06.2023 по делу № А84-6766/2021, от 20.07.2023 по делу                      № А08-2449/2022.

Ссылка заявителя на взыскание уплаченной  банком по требованию учреждения суммы по банковской гарантии с общества, как принципала (подрядчика) и поручителя  ФИО5 (решение Советского районного суда г. Липецка от 18.11.2021 по делу № 2-4312/2021), наличие  исполнительного производства в отношении  поручителя (общество находится в процедуре банкротства)  не является основанием  для  отказа в иске.

Отношения между  принципалом и поручителем  по  договору о предоставления банковской гарантии по своей правовой природе схожи с кредитными правоотношениями и являются самостоятельными и не влияющими на обязательства бенефициара возместить убытки.    

В целях защиты своего  права гарант вправе использовать любые, гарантированные ему законом способы защиты. Суды при этом обладают правомочиями по оценке соразмерности присуждаемых сумм объему нарушенного права и пресечению возможного фактического двойного взыскания.

Такие действия не будут являться попыткой двойного взыскания, а лишь являются справедливым правовым механизмом, с помощью которого гарант может защитить свои права и взыскать с недобросовестного бенефициара убытки в виде разницы между выплаченной суммой по банковской гарантии и суммой, выплаченной банку принципалом и/или его поручителем (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2021 № 306-ЭС21-9964, от 12.07.2021 № 305-Эс21-11025 по делу № А40-81132/19-137-676).

Ссылка заявителя на  ненадлежащее извещение  судом третьих лиц – общества и ФИО5 не основана на материалах дела, в которых имеются  соответствующие почтовые уведомления, подтверждающие направление судебных извещений (т. 1, л. д. 2 на обороте, т. 2, л. д. 35 на обороте, т.3. л. д. 82 на обороте).  

Иные доводы выражают несогласие  заявителя с выводами  суда, сделанными  по итогам оценки фактических обстоятельств  дела. Рассмотрев спор повторно, апелляционная инстанция оснований для    переоценки указанных обстоятельств не нашла. 

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену  судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

В соответствии со статьей 110, частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит отнесению на заявителя.

На основании изложенного,  руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 269, статьей  271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд       

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Калужской  области от 16.10.2023 по делу                                        № А23-217/2023  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской 

Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

                         Л.А. Капустина

                         И.Л. Филина              

                         Е.В. Мосина