734/2023-68128(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-17783/2022

г. Краснодар

21 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2023 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 21 декабря 2023 года. 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Бабаевой О.В., судей Рассказова О.Л. и Тамахина А.В., в отсутствие в судебном  заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом  "Вэлан" – Взрывозащищенные электрические аппараты низковольтные»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ответчика − открытого акционерного  общества «Взрывозащищенные электрические аппараты низковольтные»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), извещенных о времени и месте судебного  заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети  Интернет, рассмотрев кассационную жалобу открытого акционерного общества  «Взрывозащищенные электрические аппараты низковольтные» на решение Арбитражного  суда Ставропольского края от 30.05.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 12.09.2023 по делу № А63-17783/2022, установил следующее.  

ООО «Торговый дом "Вэлан" – Взрывозащищенные электрические аппараты  низковольтные» (далее – торговый дом) обратилось в арбитражный суд  к ОАО «Взрывозащищенные электрические аппараты низковольтные» (далее –  общество) с иском о взыскании 3 405 600 рублей задолженности по договору  купли-продажи от 22.07.2019 № 112/1 и 176 750 рублей 64 копеек неустойки  с 21.10.2019 по 31.03.2022 и с 02.10.2022 по 20.10.2022.  

Общество обратилось со встречным иском о признании договора купли-продажи  от 22.07.2019 № 112/1 недействительным, как мнимой сделки.  

Решением суда от 30.05.2023, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда от 12.09.2023, первоначальный иск удовлетворен, в удовлетворении  встречного иска отказано.  

В кассационной жалобе общество просит отменить обжалуемые судебные  акты и принять новый судебный акт, которым в иске отказать, встречный иск  

удовлетворить. По мнению заявителя, судами не дана надлежащая правовая  оценка доводу общества о том, что договор купли-продажи не исполнялся в натуре.  Общество, торговый дом и общество с ограниченной ответственностью  «Взрывозащищенные электрические аппараты низковольтные» (ИНН 6166081929,  ОГРН 1126193001582) являются аффилированными лицами, их деятельность  направлена на производство, реализацию и сервисное обслуживание взрывозащищенных  электрических низковольтных аппаратов. При этом именно общество производит  взрывозащищенные электрические низковольтные аппараты, а торговый дом  их только реализует. Таким образом, торговый дом не мог изготавливать / поставлять  для общества какую-либо продукцию. Если учитывать структуру сложившихся  отношений сторон в группе компаний «Концерн "Покровский"», то заключение  подобного договора дочерними компаниями (обществом и торговым домом) лишено  всякого экономического смысла. Исполнение договора подтверждается исключительно  формальными документами (акт приема-передачи документов от 22.07.2019,  универсальные передаточные документы № 220719-058 и 220719-059, книга продаж).  Со стороны общества договор и акт подписаны Ушаковым А.Н. (бывшим  генеральным директором общества, который выступает на стороне Чебанова О.А.  в корпоративном конфликте). С 29.09.2022 генеральным директором общества  является Остапенко Олег Владимирович. Заняв должность генерального директора  общества и проведя анализ существующей первичной документации, Остапенко О.В.  обнаружил, что Ушаковым А.Н. (действующим от имени общества) и Чебановым О.А.  (действующим от имени торгового дома) заключен ряд сделок, целью которых  являлось порождение несуществующих обязательств между обществом и торговым  домом. Истинным мотивом заключения договора является попытка получения  торговым домом прав требования к заводу и оказания на него негативного влияния  (уменьшение активов общества на взыскиваемую сумму). По мнению подателя жалобы,  суды при рассмотрении спора должны были применить повышенный стандарт  доказывания. Факт реальности исполнения сторонами договора поставки документально  не подтвержден и опровергается следующими обстоятельствами: торговый дом  не исполнил определение суда от 23.01.2023 и не предоставил в материалы дела  альбомы чертежей на литейные формы ОЭАА-ВЭЛ13 и ОЭАА-ВЭЛ14 (на литейную  форму ОЭАА-ВЭЛ13 представлены чертежи на 15 деталей и не представлены чертежи  на 10 деталей; документы никем не подписаны и не содержат обязательные сведения  о лицах, участвовавших в создании чертежей; на литейную форму ОЭАА-ВЭЛ14  чертежи не представлены); торговый дом фактически не изготавливал и не передавал  

ответчику альбомы чертежей на литейную форму ОЭАА-ВЭЛ13 и на литейную  форму ОЭАА-ВЭЛ14 (альбомы чертежей изготовлены иными лицами (не истцом)  до даты подписания договора (22.07.2019) и зарегистрированы во внутренних  документах общества за несколько лет до заключения договора); сведения  об альбомах чертежей впервые отражены в инвентаризационной ведомости общества  только 01.11.2021 (генеральный директором общества на тот момент являлся  Ушаков А.Н.), в инвентаризационных ведомостях за предыдущие годы сведения  о нахождении их в распоряжении общества не вносились; истец не представил  суду доказательств получения от ответчика технического задания на изготовление  альбомов чертежей; договор и документы на передачу альбомов чертежей  датированы 22.07.2019 (истец не мог изготовить альбомы чертежей в столь  короткие сроки); довод истца о том, что альбомы чертежей переданы ему  ООО «Элекспром» на основании договора от 05.07.2019 № 38, следует оценивать  критически, поскольку у названного лица отсутствуют лицензии на данный вид  деятельности, оно располагались по одному адресу с истцом и по отношении к торговому  дому является аффилированным лицом. Судами не было учтено наличие корпоративного  конфликта. То обстоятельство, что факт продажи альбомов чертежей отражен  в бухгалтерском и налоговом учете истца и в книгах продаж не является безусловным  доказательством реальности спорной сделки. Истцом пропущен срок исковой давности,  что является самостоятельным основанием для отказа в первоначальном иске.  К требованию о признании недействительным договора не применяется исковая  давность (если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию  о признании ее недействительной не течет), а если ее применить к спорным  отношениям, то срок исковой давности по требованию общества о признании  сделки недействительной должен исчисляться с моменты смены генерального  директора, заключившего договор от имени общества.  

В отзыве на кассационную жалобу торговый дом просит оставить судебные  акты без изменения, а жалобу – без удовлетворения.  

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве  на нее, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит  удовлетворению по следующим основаниям.  

Как видно из материалов дела и установлено судами, на основании  заключенного обществом (покупатель) и торговым домом (продавец) договора  купли-продажи от 22.07.2019 № 112/1 (далее – договор) продавец передал покупателю  товар (альбомы чертежей на литейные формы ОЭАА-ВЭЛ13 и ОЭАА-ВЭЛ14)  

стоимостью 3 405 600 рублей по универсальным передаточным документам от 22.07.2019   № 220719-058 и 220719-059 и акту приему-передачи документов от 22.07.2019,  подписанным обеими сторонами.  

Согласно пункту 2.2 договора оплата за поставленный товар производится  покупателем путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца  в течение 90 дней с момента подписания договора.  

По состоянию на 31.08.2022 задолженность ответчика в пользу истца  составила 3 405 600 рублей, что подтверждается актом сверки взаимных расчетов  за период с 22.07.2019 по 31.08.2022.  

За нарушение срок оплаты по договору покупатель несет ответственность  в виде неустойки в размере 0,01% от цены договора за каждый день просрочки  исполнения обязательства, но не более 5%.  

Согласно пункту 6.1 договора все споры, возникающие из договора,  либо связанные с ним разрешаются путем переговоров между сторонами; срок  ответа на претензию составляет 10 календарных дней.  

Невыполнение обществом условий по договору в части оплаты поставленного  торговым домом товара явилось причиной обращения истца в арбитражный суд с иском.  

Ссылаясь на мнимость договора вследствие того, что воля его сторон не могла  быть направлена на достижение заявленного правового результата и отсутствие  равноценного встречного предоставления, общество обратилось в арбитражный  суд со встречным иском.  

Общество, возражая против первоначального иска и настаивая  на удовлетворении встречных требований, указывало на то, что стороны договора  с самого начала не имели намерения создать реальные правовые последствия,  соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах (на момент  заключения сделки торговый дом не намеревался передавать товар в собственность,  общество, в свою очередь, не намеревалось принимать и оплачивать товар); фактически  отношения по поставке товара между ними не возникли.  

Исследовав, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации представленные доказательства, руководствуясь статьями  65.2, 170, 174, 181, 309, 421, 454 Гражданского кодекса Российской Федерации,  разъяснениями, изложенными в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  (далее – постановление Пленума № 25), суды удовлетворили первоначальный иск  

и отказали в удовлетворении встречного иска, установив, что договор сторонами  исполнялся, факт передачи торговым домом и принятия обществом товара по договору  в отсутствие доказательств его оплаты со стороны последнего подтвержден  материалами дела.  

Разрешая спор, суды, исходя из установленных фактических обстоятельств,  подтверждающих реальность оспариваемой сделки и отсутствия у нее признаков  мнимости, а также пропуска обществом срока исковой давности на оспаривание  сделки, пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения встречных  исковых требований.  

Общество указывает, что предъявленный обществом встречный иск призван  оградить его имущество от посягательств торгового дома – контрагента по мнимому  договору; истинным мотивом заключения договора является попытка получения  торговым домом прав требования к заводу и оказания на него негативного влияния  (уменьшение активов общества на взыскиваемую сумму). Так как в данном случае  подача встречного иска обществом связана со вступлением в должность нового  генерального директора общества ФИО3, занявшего место органа  управления общества (генеральный директор ФИО1), непосредственно  совершившего спорную сделку и заинтересованного наряду с торговым домом,  как полагает общество, в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения,  связана не с самим фактом заключения договора купли-продажи и его исполнением  как обычной сделки, отражающей подлинную волю участников, а с наступлением  последствий от искусственно созданной сторонами договора купли-продажи  видимости исполнения и имеет своей целью устранение этих последствий,  то по смыслу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации  начало течения срока давности определяется моментом, с которого новый  генеральный директор общества ФИО3 должен был узнать о формальном  характере начала исполнения мнимого договора, направленного на безосновательное  получение торговым домом денежных средств.  

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации  течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий  недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной  начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае  предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо  узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.  

Течение срока давности по названным требованиям определяется  не субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении  его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения  сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих  сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо  от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса  Российской Федерации), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо  прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.  

Поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением  последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение,  то именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный  от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве  избран в качестве определяющего для исчисления срока давности.  

По смыслу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации,  если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию  о признании ее недействительной не течет (пункте 101 постановления Пленума № 25).  

Суды исходили из того, что стороны приступили к исполнению договора  незамедлительно, что подтверждается универсальным передаточным документам  от 22.07.2019 № 220719-058 и 220719-059 и акту приему-передачи документов  от 22.07.2019, поэтому течение срока исковой давности по встречному иску началось  в июле 2019 года и к моменту обращения общества со встречным иском в суд (15.01.2023)  срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной истек.  

Довод общества о том, что вновь назначенный (избранный) руководитель  узнал о нарушенном праве возглавляемого им юридического лица лишь со времени  своего назначения (избрания), не может служить основанием для изменения  начального момента течения срока исковой давности, поскольку в данном случае  заявлено требование о защите прав юридического лица, а не прав руководителя  как физического лица.  

Сведения о том, что акционер общества не мог получить соответствующую  информацию о деятельности хозяйственного общества и его имуществе (вплоть  до июля 2022 года), в материалах дела отсутствуют.  

Аналогичная позиция изложена и в пункте 3 постановлении Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых  вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации  об исковой давности».  

Поскольку сделка совершена 22.07.2019, исполнение сторонами  обязательств по договору нашло отражение в бухгалтерской (налоговой) отчетности  общества и торгового дома, требование о признании ее недействительной заявлено  самим обществом 15.01.2023, которому о сделке было известно с момента  ее исполнения, вывод судов о пропуске истцом срока исковой давности,  о применении которой заявлено торговым домом, является правильным и служит  самостоятельным основанием для отказа во встречном иске.  

Кроме того, судами учтены разъяснения, содержащихся в абзаце четвертом  пункта 71 постановления Пленума № 25, из которых следует, что возражения  ответчика о том, что требование истца основано на ничтожной сделке, оценивается  судом по существу независимо от истечения срока исковой давности для признания  этой сделки недействительной.  

Суды критически оценили довод общества о том, что альбомы чертежей  изготовлены не истцом (ООО «Форра», ООО «ЛМЗ Виком» и работниками  общества), поскольку представленные обществом в материалы дела чертежи  датированы более поздними числами, чем документы, подтверждающие передачу  торговым домом документов обществу по договору; во внутренних документах общества  имеются расхождения, касающиеся сроков заключения договоров с ООО «Форра»  и ООО «ЛМЗ Виком» и регистрационными действиями в журналах. Факт продажи  альбомов чертей нашел свое подтверждение в бухгалтерском и налоговом учете торгового  дома: книге продаж за период с 01.07.2019 по 30.09.2019, следствием чего явилась уплата  торговым домом налога на добавленную стоимость в размере 20 % и возмещение  обществом из бюджета Российской Федерации соответствующей суммы НДС.  В инвентаризационных ведомостях нематериальных активов общества от 01.12.2021  и 01.11.2022 (составлена после назначения ФИО3 на должность  генерального директора) отражен факт нахождение альбомов чертежей на литейные  формы ОЭАА-ВЭЛ13 и ОЭАА-ВЭЛ14 в распоряжении общества.  

Ссылка общества на то, что документы, подтверждающие передачу торговым  домом документов обществу по договору, изготовлены «задним числом» спустя  несколько лет, опровергается фактом их отражения в бухгалтерской (налоговой)  отчетности общества и торгового дома.  

Предопределенная доводами жалобы иная оценка фактических обстоятельств  спора, в том числе о документальной неподтвержденности реальности исполнения  договора, не относится к компетенции суда кассационной инстанции. Несогласие  заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств и  

нормах законодательства, не свидетельствует о неправильном применении судами  норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела,  не является достаточным основанием для отмены или изменения судебных  актов в кассационном порядке.  

Аргумент заявителя о том, что торговым домом пропущен срок исковой давности  по требованию о взыскании задолженности и неустойки по договору подлежит  отклонению по следующим основаниям.  

В соответствии со статьями 195 и 196 Гражданского кодекса Российской  Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право  которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года.  

Течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день  после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало  (статья 191 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии со статьей 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, если  последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается  ближайший следующий за ним рабочий день.  

Пунктом 2.2 договора предусмотрен порядок оплаты товара, согласно которому,  окончательная оплата производится в течение 90 дней с момента подписания договора.  

Поскольку в договоре установлен срок для исполнения обществом обязательства  по оплате товара, то по смыслу пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской  Федерации срок исковой давности по данному обязательству начинает течь со дня,  следующего за последним днем срока исполнения такого обязательства.  

Последний день срока исполнения обязательства по оплате товара приходился на  нерабочий день (20.10.2019), поэтому днем окончания срока исполнения обязательства  считается ближайший следующий за ним рабочий день (21.10.2019). Трехлетний срок  исковой давности по заявленному истцом требованию начался 22.10.2019 и должен был  истечь 24.10.2019 (с учетом выходных дней и положений статьи 193 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

Между тем соблюдение сторонами предусмотренного законом претензионного  порядка в срок исковой давности не засчитывается, фактически продлевая  его на этот период времени (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных  с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой  давности»).  

Из системного толкования пункта 3 статьи 202 Гражданского кодекса  Российской Федерации и части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации следует правило, в соответствии с которым течение срока  исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения  претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения  отказа в ее удовлетворении), непоступление ответа на претензию в течение 30 дней  либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении  претензии, поступившему на 30 день либо в последний день срока, установленного  договором. Таким образом, если ответ на претензию не поступил в течение 30 дней  или срока, установленного договором, или поступил за их пределами, течение срока  исковой давности приостанавливается на 30 дней либо на срок, установленный договором  для ответа на претензию (абзац 10 пункта 14 Обзора практики применения арбитражными  судами положений процессуального законодательства об обязательном досудебном  порядке урегулирования спора, утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 22.07.2020).  

Претензия от 07.07.2022 № 4503 направлена торговым домом в адрес общества  14.07.2022 и получена ответчиком 18.07.2022 (трек-номер 34402272038571).  

Пунктом 6.1 договора предусмотрен срок ответа на претензию, который  составляет 10 календарных дней, то есть последний день ответа на претензию  приходился на 28.07.2022, однако ответчик на нее не ответил.  

Таким образом, период с 14.07.2022 по 28.07.2022 в срок исковой давности  не засчитывается, фактически продлевая его на этот период времени (на 15 дней).  

Торговый дом обратился в арбитражный суд с иском 25.10.2022,  то есть с соблюдением срока трехлетнего срока исковой давности (с учетом срока  на соблюдение претензионного порядка).  

Судебные акты содержат оценку доказательств и доводов лиц, участвующих  в рассмотрении спора, в обоснование их требований и возражений, раскрытых в ходе  судебного разбирательства.  

Согласно абзацу второму пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел  в арбитражном суде кассационной инстанции» наличие или отсутствие обстоятельств,  имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом  на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции  

доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой  и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства  по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств,  в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства  в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности  (часть 2 статьи 71 названного Кодекса), не допускается.  

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, по сути, связаны  с доказательственной базой, полномочиями по исследованию и оценке которой суд  кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации не наделен.  

Нарушения, предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, не установлены. Основания для отмены или изменения  обжалуемых судебных актов по доводам кассационной жалобы отсутствуют.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 30.05.2023 и постановление  Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2023 по делу   № А63-17783/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,  не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий О.В. Бабаева 

Судьи О.Л. Рассказов  

 А.В. Тамахин