ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-70814/2023

Дело № А40-255601/20

г. Москва

18 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 18 декабря 2023 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной, 

судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Вигдорчика Д.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

ООО «Энергия»на определение Арбитражного суда г. Москвы от 14.09.2023,о признании Соглашения от 12.10.2020г. о перемене лица в обязательстве по договору лизинга № ДЛ-00258-18 от 30.11.2018 года недействительнымпо делу № А40-255601/20 о банкротстве ООО «СТРОЙМОНТАЖСЕРВИС»

при участии в судебном заседании:

к/у ООО «СТРОЙМОНТАЖСЕРВИС» ФИО2 по решению суда от 05.08.2021,

от ООО «Энергия»– ФИО3 по доверенности от 26.09.2023

Иные лица не явились, извещены.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.08.2021 в отношении ООО «СТРОЙМОНТАЖСЕРВИС» введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2 

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании Соглашения от 12.10.2020 о перемене лица в обязательстве по договору лизинга № ДЛ-00258-18 от 30.11.2018 недействительным,  применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ЭНЕРГИЯ» в пользу должника 2 455 752,20 руб., с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.09.2023 признано Соглашение от 12.10.2020г. о перемене лица в обязательстве по договору лизинга № ДЛ-00258-18 от 30.11.2018 года недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ЭНЕРГИЯ» в пользу Должника 2 455 752,20 руб. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

От конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал апелляционную жалобу в полном объеме.

Представитель управляющего возражал на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Как установил суд первой инстанции, за должником было зарегистрировано транспортное средство BMW 530d xDrive, 2018 г.в., VIN 

<

***>, которое состояло с 19.12.2018 по 04.01.2022 на учете за должником по договору лизинга № ДЛ-00258-18 от 30.11.2018, и впоследствии снято с учета на основании соглашения от 12.10.2020 о перемене лица в обязательстве по договору лизинга № ДЛ-00258-18 от 30.11.2018. 

12.10.2020 между ООО «СТРОЙМОНТАЖСЕРВИС» и ООО «Энергия» заключено соглашение о перемене лица в обязательстве по Договору лизинга. 

Как указывает конкурсный управляющий, согласно выписке с расчетного счета ООО «СТРОЙМОНТАЖСЕРВИС» №40702810901600004694 в АО «АЛЬФА-БАНК» г. МОСКВА в период с 03.12.2018 по 10.01.2020 в адрес ООО «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» были совершены платежи с формулировкой «Очередной платеж по договору фин. аренды (лизинга) ДЛ-00258-18 от 30.11.18г.» на общую сумму 2 455 752,20 руб. 

Полагая, что спорное соглашение причинило вред имущественным правам кредиторов, поскольку в результате его заключения была произведена безвозмездная замена лизингополучателя (должника) без компенсации расходов по уплате лизинговых платежей, понесенных должником, конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований, предусмотренных пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания сделки недействительной, с чем апелляционный суд соглашается.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда города Москвы от 24.12.2020 возбуждено производство по делу о банкротстве должника, оспариваемая сделка совершена 12.10.2022, то есть в период срока подозрительности, установленного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В пункте 6 указанного постановления указано, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, а именно: под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

Судом первой инстанции установлено, что должник на момент заключения оспариваемого соглашения имел неисполненные обязательства перед иными кредиторами, в частности, перед ООО «РЕМСТРОЙСЕРВИС», которые впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

По смыслу правовой позиции, приведенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие у должника в спорный период неисполненных обязательств, вытекающие из которых требования в настоящее время включены в реестр, подтверждают факт его неплатежеспособности в период заключения оспариваемой сделки. 

Между тем, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. 

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ). 

Данный правовой подход отражен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4). 

С учетом изложенного отсутствие признака неплатежеспособности должника на момент совершения сделки не исключает цель причинения вреда в результате совершения такой сделки и не является достаточным и безусловным основанием для отказа в признании сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о причинении спорным соглашением вреда имущественным правам кредиторов.

Исходя из анализа условий договора лизинга, он является договором с правом выкупа. Следовательно, выкупная цена фактически включена сторонами договора лизинга в периодические лизинговые платежи. 

Согласно пункту 38 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2021, в случае оспаривания соглашения о передаче лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, факт причинения имущественным правам кредиторов устанавливается путем определения соотношения между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя. Последствия недействительности упомянутой сделки в случае признания ее недействительной определяются с учетом того, исполнены ли новым лизингополучателем в полном объеме обязательства перед лизингодателем.

Из смысла абзаца 13 пункта 38 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, следует, что если бы судом при оценке последствия недействительности сделки, было бы установлено, что новый лизингополучатель на момент рассмотрения дела еще не выплатил все установленные договором лизинговые платежи и не приобрел права собственности на предмет лизинга, то в порядке реституции на основании пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве первоначальный лизингополучатель мог бы быть восстановлен в правах и обязанностях по договору лизинга.

В соответствии со статьей 665 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

Под договором выкупного лизинга в соответствии с частью 1 статьи 624 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 19 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» понимается договор, который содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 21.01.2014 N 6878/13, под договором выкупного лизинга понимается договор, в котором содержится условие о праве лизингополучателя выкупить по окончании срока действия данного договора предмет лизинга по цене, настолько меньшей, чем его рыночная стоимость на момент выкупа, что она является символической. При этом не установление в договоре лизинга выкупной стоимости, уплачиваемой по окончании срока лизинга, либо определение ее в символическом размере при превышении срока полезного использования предмета лизинга над сроком лизинга означает, что выкупная стоимость вошла в состав периодических лизинговых платежей.

Аналогичным образом договор выкупного лизинга понимается в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Должник, заключив оспариваемое соглашение, уступил свое право на заключение договора выкупа предмета лизинга с лизингодателем и приобретение права собственности на транспортное средство.

Соразмерность встречного предоставления по спорному договору должна оцениваться исходя из фактической выкупной цены предмета лизинга. 

При этом, исходя из фактических обстоятельств, значение для оценки взаимных обязательств сторон имеет только та часть выкупной цены, которая была уплачена должником в составе уже внесенных им лизинговых платежей.

В течение действия договора лизинга должник осуществлял пользование предметами лизинга и вне зависимости от результата взаимоотношений с лизингодателем (будет ли договор исполнен в полном объеме или нет) должен был вносить плату за такое пользование.

Новый лизингополучатель, приобретая права по договору лизинга, получает, в том числе право на зачет уплаченной прежним лизингополучателем части выкупной стоимости объекта лизинга при определении наступления у него права на получение имущества в собственность.

Поэтому при передаче прав по договору лизинга в порядке замены лица в обязательстве прежний лизингополучатель имеет право на компенсацию таких своих затрат на оплату лизинговых платежей, которые не были обеспечены встречным предоставлением со стороны лизингодателя в период действия договора.

Судебной практикой выработан подход к оценке взаимных предоставлений сторон по договору лизинга путем определения сальдо встречных обязательств.

Сущность такого подхода состоит в том, что в случае расторжения договора лизинга ни одна из сторон не должна получить необоснованных преимуществ, по сравнению с условиями, в которых стороны оказались бы при выполнении ими условий договора.

Перемена лизингополучателя не должна приводить к тому, что новый лизингополучатель приобретает право на получение предмета лизинга в собственность, не уплатив экономически обоснованную стоимость такого предмета лизинга, в том числе в результате того, что большую часть такой стоимости уплатил прежний лизингополучатель.

Однако в данном случае из материалов дела следует, что обязательства прежнего лизингополучателя (Должник) перед лизингодателем исполнены в размере внесенных должником лизинговых платежей в период с 03.12.2018г. по 10.01.3020г. – 2 455 752, 20 руб.

В соответствии с оспариваемым соглашением от 12.10.2020г. все права по договору лизинга переданы от лизингополучателя к новому лизингополучателю с согласия лизингодателя, в том объеме и на тех условиях, которые существовали на дату подписания соглашения Общая стоимость выкупа составляет 4 986 363,70 рублей, а общий размер выплаченных лизингополучателем платежей составляет 3.463.626,27 руб.

Стороны договорились, что остаток незачтенного аванса, внесенного прежним лизингополучателем, полностью зачитывается в счет стоимости лизинга до передачи новому лизингополучателю всех прав и обязанностей по договору лизинга.  

Согласно п. 5 соглашения от 12.10.2020г., остаток лизинговых платежей по договору лизинга к исполнению начиная с №23 по № 36 платеж составляет 1 660 663, 37 руб., включая выкупную цену предмета лизинга. 

Также ответчик как новый лизингополучатель принял на себя обязательство погасить имеющуюся у прежнего лизингополучателя обязанность по оплате лизинговых платежей в размере 126599, 37 руб. и неустойки в размере 16269, 53 руб.

В последующем 12.11.2021г. между ответчиком и ФИО4 заключено соглашение о передаче договора лизинга с последующим выкупом предмета лизинга, в соответствии с п. 5 которого ФИО4 обязалась внести за ответчика выкупной платеж в размере 117.551, 86 руб. (л.д. 80, том 1).

07.12.2021г. право собственности на спорное транспортное средство было передано ФИО4, что подтверждается соответствующим актом. (л.д. 82, том 1).

Как следует из материалов дела и приведенных выше по тексту обстоятельств, позиция должника по договору обладала большей коммерческой ценностью, в связи с чем с нового лизингополучателя подлежала взиманию дополнительная плата за передачу договора.

Тогда как в результате совершения оспариваемой сделки должник потерял свою договорную позицию и не получил в обмен никакого встречного предоставления.

Доказательств, опровергающих презумпцию осведомленности о целях должника причинить вред имущественным правам кредиторов, ответчиком в нарушение норм статей 9, 65 АПК РФ не представлено.

Таким образом, оспариваемая сделка совершена в период подозрительности при неравноценном встречном исполнении, в результате ее совершения произошло уменьшение имущества должника, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, совершением оспариваемой сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Следовательно, конкурсным управляющим доказана необходимая совокупность условий для признания спорной сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленное требование.

Оснований для выводов о ничтожности сделки на основании ст.ст. 10, 168 ГК РФ апелляционный суд не усматривает, поскольку не представлено доказательств наличия у сделки пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Однако, выводы суда первой инстанции об обратном не повлекли за собой принятие незаконного и необоснованного судебного акта.

Применительно к последствиям недействительности сделки и доводам апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не ставил переда сторонами вопрос об определении коммерческой ценности договорной позиции, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

По пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В определении от 21.07.2015 N 303-ЭС15-2858 по делу N А51-7114/2012 Верховный Суд Российской Федерации высказал свое непринятие практики сальдо-взыскания, согласно которому уменьшая подлежащую взысканию с приобретателя действительную стоимость имущества, приобретенного по признанной недействительной сделке, на сумму, уплаченную приобретателем должнику по этой сделке, проигнорировал специальные правила Закона о банкротстве, регулирующие последствия недействительности сделок несостоятельного должника.

Верховный Суд Российской Федерации посчитал, что взыскание разницы влечет предпочтительное удовлетворение требований одного кредитора перед требованиями других кредиторов, чем указал на необходимость взыскания в конкурсную массу всего полученного контрагентом и недопустимость вычитания из суммы полученного сумм, уже уплаченных должнику, поскольку заставляя контрагента возвращать в конкурсную массу полную рыночную стоимость имущества, приобретенного по недействительной сделке, независимо от суммы уже уплаченного должнику, серьезно перераспределяет риски, связанные с оборотом имущества, которое может продавать будущий банкрот.

В данном случае это означает, что имущественные права должника при таких обстоятельствах исполнения договора лизинга защищаются либо путем взыскания денежных средств с нового лизингополучателя, либо путем истребования у него предмета лизинга (если ли он к этому времени выкуплен новым лизингополучателем).

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Следовательно, имущественные права должника должны быть защищены либо путем взыскания денежных средств с нового лизингополучателя, либо путем истребования у него предмета лизинга (если он к этому времени выкуплен новым лизингополучателем).

У нового лизингополучателя появляется требование к должнику о возврате сбереженных должником денежных средств в связи с уплатой остатка лизинговых платежей новым лизингополучателем.

Перемена лизингополучателя не должна привести к получению новым лизингополучателем предмета лизинга в собственность без уплаты экономически обоснованной стоимости такого предмета лизинга, в том числе ввиду уплаты большей части такой стоимости прежним лизингополучателем, поэтому для решения вопроса о равноценности сделок по перенайму необходимо учитывать не всю совокупность выплаченных должником лизинговых платежей, а размер выкупной стоимости предмета лизинга, фактически выплаченной должником.

Так, пункте 39 «Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021), указано, что при применении последствий недействительности соглашения о передаче прав и обязанностей по договору лизинга, обязательства по которому были исполнены последующим лизингополучателем, с него может быть взыскана действительная стоимость договорной позиции на момент ее приобретения.

Таким образом, в случае признания недействительным договора цессии, все имущественные последствия недействительности, в том числе взыскание действительной стоимости договорной позиции, должны быть обращены на цессионария, а не на лизингодателя.

В связи с тем, что право на выкуп предмета лизинга в последующем было переуступлено ответчиком, конкурсный управляющий уточнил заявленные требования в части применения последствий недействительности сделки и просил взыскать в конкурсную массу должника сумму лизинговых платежей, уплаченных должником как первым лизингополучателем в размере 2 455 752 руб.

Исходя из обстоятельств настоящего обособленного спора следует, что должником - первоначальным лизингополучателем выплачена существенная часть лизинговых платежей. При этом износ предмета лизинга является незначительным. В связи с этим не исключено (с учетом ликвидности спорного транспортного средства), что рыночная стоимость имущества на момент заключения соглашения превышала оставшуюся величину денежных обязательств лизингополучателя перед лизинговой компанией.

В соответствии со спецификацией к договору лизинга от 30.11.2018г. стоимость предмета лизинга (автомобиль легковой BMW 5-series) составляла 3.819.200 руб.

Согласно данным Росстата, опубликованным на официальном сайте в сети Интернет, автомобили иностранных марок с пробегом в 2020 году стали дороже в России на 4,6%.

Новый лизингополучатель в результате заключения соглашения о передаче прав и обязанностей по договору лизинга получил возможность пользоваться предметом лизинга и извлекать доход из него с незначительным износом, а также приобрести его впоследствии в собственность по стоимости ниже рыночной.

В свою очередь по последующему соглашению по уступке прав по договору лизинга право выкупа спорного транспортного средства было передано ответчиком ФИО4

При этом размер вознаграждения за передачу договорной позиции, подлежащего выплате должнику, является символическим в сравнении с рыночной стоимостью предмета лизинга, уменьшенной на оставшуюся часть лизинговых платежей, финансовых санкций по договору.

Так, согласно п. 7 оспариваемого соглашения о перемене лиц от 12.10.2020г. взаиморасчеты за передачу прав по договору лизинга между новым лизингополучателем ООО «Энергия» и прежним лизингополучателем (должником) регулируются условиями отдельного соглашения, подписываемого новым лизингополучателем и прежним лизингополучателем без участия лизингодателя.

Такое соглашение, обосновывающее встречное предоставление должнику со стороны ООО «Энергия», не было представлено ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции, несмотря на неоднократное отложение рассмотрения спора в суде первой инстанции. 

Следовательно, суд первой инстанции обоснованно отметил, что в результате заключения соглашения о передаче прав и обязанностей по договору лизинга произошло уменьшение стоимости имущества должника за счет выбытия актива (договорной позиции) без равноценного встречного предоставления.

Конкурсный управляющий определил, что стоимость уступки по договору лизинга составила не менее 2 455 752 руб., что значительно выше установленного по оспариваемому договору. Данное обстоятельство ответчиком не оспорено.

В нарушение требований ч. 1 ст. 65 АПК РФ, а также в соответствии с п. 2 ст. 9 АПК РФ, ответчик, не раскрывая находящиеся у него доказательства относительно цены выкупа у должника права в обязательстве по договору лизинга и цены последующей продажи этого права ФИО4, ссылается лишь на несогласие с доводами конкурсного управляющего и примененными судом первой инстанции последствиями недействительности сделки, что, исходя их совокупности представленных в материалы дела доказательств, не дает суду апелляционной инстанции оснований для иной оценки коммерческой ценности договорной позиции.

В определении от 21.07.2015 N 303-ЭС15-2858 по делу N А51-7114/2012 Верховный Суд Российской Федерации высказал свое непринятие практики сальдо-взыскания, согласно которому уменьшая подлежащую взысканию с приобретателя действительную стоимость имущества, приобретенного по признанной недействительной сделке, на сумму, уплаченную приобретателем должнику по этой сделке, проигнорировал специальные правила Закона о банкротстве, регулирующие последствия недействительности сделок несостоятельного должника.

Верховный Суд Российской Федерации посчитал, что взыскание разницы влечет предпочтительное удовлетворение требований одного кредитора перед требованиями других кредиторов, чем указал на необходимость взыскания в конкурсную массу всего полученного контрагентом и недопустимость вычитания из суммы полученного сумм, уже уплаченных должнику, поскольку заставляя контрагента возвращать в конкурсную массу полную рыночную стоимость имущества, приобретенного по недействительной сделке, независимо от суммы уже уплаченного должнику, серьезно перераспределяет риски, связанные с оборотом имущества, которое может продавать будущий банкрот.

Доводы апеллянта о неправомерности выводов суда первой инстанции о безвозмездности сделки в связи с уплатой ООО «Энергия» последующем лизинговых платежей в размере 2 044 588, 19 руб., подлежат отклонению как документально не подтвержденные. 

При этом ООО «Энергия» не лишено возможности обращения с требованием о включении в реестр требований о возврате денежных средств в связи с уплатой остатка лизинговых платежей с представлением надлежащих доказательств такой уплаты (в материалы настоящего обособленного спора такие документы ответчиком не представлялись, размер уплаченных ООО «Энергия» лизинговых платежей лизингодателем также не раскрыт).

Установленные при рассмотрении заявленного требования обстоятельства в их совокупности позволяют арбитражному суду сделать вывод о том, что поведение сторон при заключении оспариваемого договора уступки не отвечало стандартам добросовестного и разумного осуществления своих гражданских прав.

Доводы апелляционной жалобы сводятся фактически к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных судом первой инстанции, не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что само по себе не является основанием для признания определения необоснованным 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г.Москвы от 14.09.2023 по делу № А40-255601/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Энергия» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:        В.В. Лапшина 

Судьи:                    Е.Ю. Башлакова-Николаева 

 

        Д.Г. Вигдорчик