№ 09АП-77071/2023

Дело № А40-9169/2023

г. Москва

13 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 декабря 2023 года  

Постановление

 изготовлено в полном объеме 13 декабря 2023 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Верстовой М.Е., судей: Веклича Б.С., Мартыновой Е.Е., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  ФИО2, ФИО3  

на решение Арбитражного суда г. Москвы от «28» сентября 2023г.  по делу № А40-9169/2023, принятое судьёй О.Н. Жура  

по иску ИП ФИО4 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304691210600098) 

к ФИО3; ФИО5;  ФИО2  

о взыскании денежных средств 

при участии в судебном заседании:  от истца: не явился, извещен;  

от ответчиков: от ФИО3: ФИО6 по доверенности от 13.02.2023; 

от ФИО2: ФИО7 по доверенности от 06.12.2023,  

от ФИО5: не явился, извещен,  

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее –  истец) обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ФИО3, ФИО5, ФИО2 о взыскании денежных средств.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.09.2023 иск удовлетворен.  

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ФИО2 и ФИО3 подали апелляционные жалобы в  которых просят отменить решение Арбитражного суда города Москвы и принять по  делу новый судебный акт об отказе в иске.  

В обоснование доводов апелляционных жалоб, заявители указали, что решение  суда первой инстанции является незаконным и необоснованным, вынесенным с  нарушением норм материального и процессуального права.  

В судебном заседании представители заявителей поддержали доводы  апелляционных жалоб, просили решение суда отменить, в иске отказать.  

Истец и ФИО5 в судебное заседание представителей не направили, о  времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.  

Дело рассмотрено в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации в отсутствие истца и ФИО5  

Девятый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело по правилам статей  266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив  доводы апелляционных жалоб, исследовав и оценив представленные доказательства,  не находит оснований для отмены или изменения решения Арбитражного суда города  Москвы на основании следующего.  

ФИО2 являлась генеральным директором общества с 13.01.2017, то есть с  момента его регистрации, ФИО3 с даты с регистрации общества являлся  единственным участником общества.  

02.08.2018 между ООО «Альбамоторс» в лице ФИО2 и ИП ФИО4 заключен договор купли-продажи.  

Во исполнение указанного договора истец перечислил ООО «Альбамоторс»  стоимость товара в размере 1 816 000 руб. платежными поручениями от 04.08.2018,  10.09.2018.  

Соглашение от 25.10.2018 о расторжении договора со стороны общества также  подписано ФИО2  

В соответствии с указанным соглашением продавец – ООО «Альбамоторс»  обязался возвратить уплаченные по договору денежные средства в размере 1 816 000  руб. и забрать у истца товар, не соответствующий условиям договора.  

На основании решения единственного участника общества ФИО3 от  19.02.2019 утверждены итоги внесения ФИО5 вклада в уставный капитал  общества, ФИО5 назначен на должность генерального директора общества.  

06.03.2019 ФИО3 оформлено заявление о выходе из состава участников  ООО «Альбамоторс».  

Решением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-17660/2019 от  11.04.2019 с ООО «Альбамоторс» в пользу ИП ФИО4  взыскано 1 515 000 руб. задолженности, 979 170 руб. неустойки, 35 471 руб. расходов  по уплате госпошлины по иску.  

Арбитражным судом города Москвы истцу 07.06.2019 выдан исполнительный  лист серия ФС № 032962707, который истцом предъявлен для исполнения в  Даниловский ОСП ГУФССП России по г. Москве.  

22.10.2020 ООО «Альбамоторс» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее  юридическое лицо.  

Постановлением ведущего судебного пристава-исполнителя Даниловского ОСП от  20.02.2023 исполнительное производство от 10.02.2023 № 33942/23/77005,  возбужденное на основании исполнительного листа серия ФС № 032962707, выданного  Арбитражным судом г. Москвы 07.06.2019, прекращено на основании ст. 6, ст. 14, п. 7  ч. 2 ст. 43, ст. 44, ст. 45 ФЗ от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном  производстве», поскольку в ходе исполнительного производства было установлено, что  внесена запись в ЕГРЮЛ об исключении должника организации.  

Сумма взыскания по ИП составляет 0 руб. 

Согласно доводам иска, решение арбитражного суда о взыскании с ООО  «Альбамоторс» задолженности в пользу истца фактически не исполнено и исполнение  его невозможно по причине исключения ООО «Альбамоторс» из ЕГРЮЛ.  

Данные обстоятельства ответчиками не опровергнуты. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской  Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения  

причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение  убытков в меньшем размере.  

Поскольку заявленные истцом требования по сути являются требованиями о  взыскании убытков, причиненных противоправным поведением руководителя  контрагента (статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), истец  должен доказать совокупность условий для данного вида гражданско-правовой  ответственности (противоправность, виновность поведения причинителя вреда,  собственно вред в виде невозможности получить исполнение за счет имущества  основного должника и причинно-следственная связь между противоправным и  виновным поведением ответчика и наступившими для истца негативными  последствиями в виде имущественного вреда).  

Материалами дела подтверждается, что на момент заключения Договора купли -  продажи N23/08, возникновения задолженности генеральным директором являлась  ФИО2, единственным учредителем (участником) юридического лица (лицом,  владеющим 100 % долей в обществе) являлся ФИО3, указанные лица  контролировали деятельность ООО «Альбамоторс».  

На дату принятия решений о смене директора общества (19.02.2019) и решения  контролирующего участника ФИО3 о выходе из состава участников ООО  «Альбамоторс» (06.03.2019) ответчикам ФИО3 и ФИО8 было  известно о наличии задолженности у ООО «Альбамоторс» перед ИП ФИО4  

То обстоятельство, что ФИО3 знал об имеющейся перед истцом  задолженности подтверждает и ответчик ФИО2, которая в своем отзыве на  исковое заявление указывает, что ею после увольнения с должности генерального  директора Общества вся документация ООО «Альбамоторс» была передана  учредителю данного Общества ФИО3  

Кроме того, на основании Устава, копия которого имеется в материалах дела,  ФИО3, как участник Общества, имел право получать информацию о  деятельности Общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной  документацией.  

Также, на основании Устава ФИО3, как участник Общества, был обязан  оказывать содействие Обществу в осуществлении своей деятельности.  

ФИО2, являясь генеральным директором ООО «Альбамоторс» в  спорный период, непосредственно располагала документами ООО «Альбамоторс»,  подписывала договоры, соглашения о расторжении договоров купли-продажи, в  ситуации с истцом подписывала договор купли-продажи и Соглашение о его  расторжении, в котором указывалась обязанность ООО «Альбамоторс» по возврату  денежных средств в размере 1 816 000 руб. в срок по 24.11.2018, тем самым знала об  обязанности ООО «Альбамоторс» по оплате денежных средств за возвращенный ИП  ФИО4 товар ненадлежащего качества.  

Кроме того, ответчик ФИО2 не оспаривает то обстоятельство, что она  была осведомлена о наличии у ООО «Альбамоторс» обязательств в отношении ИП  ФИО4, а также подтверждает, что у Общества имелась задолженность перед  иными юридическими лицами.  

При этом, контролирующий участник общества ФИО3 и генеральный  директор ФИО2, достоверно зная о наличии задолженности у ООО  «Альбамоторс» перед истцом, не предприняли мер к погашению задолженности, хотя  имели такую возможность, напротив, денежными средствами в сумме, достаточной для  исполнения обязательств перед ИП ФИО4, ответчики ФИО2 и  ФИО3 распорядились в ущерб интересам истца.  

Тот факт, что ООО «Альбамоторс» имело возможность вернуть истцу денежные  средства, уплаченные последним Обществу по договору купли-продажи, подтвержден  

представленной истцом в материалы дела копией решения Арбитражного суда г.  Москвы по делу № А40-223932/2019 от 01.11.2019.  

Доказательств обратного ответчиками суду не представлено.  

Ответчиком ФИО2 в подтверждение довода о том, что перечисленные  20.12.2018 денежные средства в размере 1 815 600 руб. были израсходованы на  текущие платежи Общества, доказательств суду не представлено.  

Кроме того, истцом в материалы дела представлены копии судебных актов и  скриншот сайта Федеральной службы судебных приставов (Банка данных  исполнительных производств), подтверждающих тот факт, что на момент выхода  ФИО3 и ФИО2 из состава учредителей и директоров ООО  «Альбамоторс» контролируемое и управляемое ими юридическое лицо имело  задолженность более 4 000 000 руб.  

Указанное подтверждает, что контролирующий участник общества ФИО3 и  генеральный директор ФИО2 своими недобросовестными действиями довели  ООО «Альбамоторс» фактически до банкротства и чтобы не проводить процедуру  банкротства указанного юридического лица, при которой, в случае недостаточности  имущества для погашения требований кредиторов, требования кредиторов могли быть  предъявлены к ним, вышли из состава лиц, уполномоченных выступать от имени  юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц,  определяющих действия юридического лица.  

Вышеуказанные доказательства также подтверждают недобросовестность  действий лиц (ФИО3 и ФИО2), контролирующих и управляющих  ООО «Альбамоторс», заключающуюся в том, что ООО «Альбамоторс» принимало на  себя обязательства перед контрагентами, однако систематически не исполняло их.  

ФИО3, являясь единственным участником ООО «Альбамоторс», своим  решением № 3 от 19.02.2019 освобождает от занимаемой должности генерального  директора Общества ФИО2 и назначает на должность генерального директора  Общества ФИО5, а также принимает ФИО5 в Общество, после чего  размер долей каждого из участников общества ФИО3 и ФИО5 равен 50%.  

В материалах дела также имеются доказательства того, что ФИО5, будучи  директором и контролирующим участником ООО «Альбамоторс», не принимал какие-либо действия по фактическому управлению обществом, в частности имеющиеся в  материалах дела копии справок МИФНС № 46 по г. Москве от 25.06.2020  подтверждают тот факт, что по данным инспекции в течении последних 12 месяцев  сведения об открытых банковских счетах отсутствуют, а также то, что последняя дата  предоставления документов отчетности в налоговый орган – 11.02.2019, то есть  последняя сдача отчетности производилась незадолго до увольнения ФИО2 с  должности генерального директора общества и выхода ФИО3 из участников  Общества.  

То обстоятельство, что ФИО5, будучи директором и контролирующим  участником ООО «Альбамоторс», не принимал какие-либо действия по фактическому  управлению обществом, подтверждается также представленными истцом в материалы  дела копиями постановления Даниловского ОСП ГУФССП России по г. Москве от  07.02.2020 об окончании исполнительного производства и исполнительного листа ФС   № 032962707, из которых следует, что исполнительное производство №  110343/19/77005-ИП, возбужденное 03.09.2019 в отношении ООО «Альбамоторс» на  основании исполнительного листа серии ФС № 032962707 от 07.06.2019, было  окончено на основании п. 3 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-З «Об  исполнительном производстве» в связи с невозможностью установить  местонахождения должника, его имущества либо получить сведения о наличии  принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, сумма взыскания по ИП  составляет 0, 00 руб.  

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства того, что Усиков С.А.,  будучи генеральным директором ООО «Альбамоторс», принимал какие-либо действия  по фактическому управлению обществом, в частности отсутствуют сведения о наличии  каких-либо хозяйственных операций, сведения о наличии движения по счетам, о сдаче  обязательной отчетности и т.д.  

В материалы дела также представлены сведения, подтверждающие, что ФИО5 являлся индивидуальным предпринимателем, директором и/или учредителем  шести юридических лиц, деятельность которых также прекращена регистрирующим  органом.  

При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами истца о том, что ФИО9 являлся номинальным участником и генеральным директором ООО  «Альбамоторс», назначенным учредителем не с целью осуществления ООО  «Альбамоторс» экономической деятельности.  

Вместе с тем, несмотря на указанные обстоятельства ФИО3, как  единственный участник, принял решение о принятии ФИО5 в Общество и  назначении его генеральным директором ООО «Альбамоторс».  

При этом очевидным является, что ФИО3, являющийся лицом,  контролирующим ООО «Альбамоторс», располагал сведениями о данных  обстоятельствах.  

ФИО3, при наличии большого объема задолженности, совершил  одностороннюю сделку по выходу из состава учредителей, на которую другое  контролирующее лицо (ФИО5) не могло повлиять. Указанные недобросовестные  действия ФИО3 привели к тому, что общество стало не способно исполнять  обязательства перед кредиторами.  

Кроме того, ФИО3 на момент выхода из ООО «Альбамоторс» являлся и до  настоящего времени является учредителем и директором ООО «Карго.  

Изложенные в отзыве доводы о том, что ФИО3 с момента выхода из ООО  «Альбамоторс» 06 марта 2019 года, ни в каких обществах, в том числе акционерных,  участие не принимает, долями уставных капиталов не владеет и контроль над  обществами в какой-либо их организационно-правовой формы не осуществляет, не  занимает должностей единолично-исполнительного органа, опровергаются  материалами дела.  

Адрес регистрации ответчика ФИО3 указан в качестве места нахождения и  адреса еще двух юридических лиц ООО «ЛПМ» (дата регистрации юридического лица  23.12.2013, дата прекращения юридического лица 16.12.2021.  

ФИО2 с 19.05.2017 являлась лицом, имеющим право без  доверенности действовать от имени юридического лица ООО «ЛПМ», а с 03.11.2021  стала руководителем ликвидационной комиссии указанного Общества, учредитель  ФИО10) и ООО «Складкар» (дата регистрации юридического лица  21.07.2020, генеральный директор и учредитель ФИО10), которые  имеют такие же виды экономической деятельности, как и ООО «Альбамоторс» и ООО  «Карго», что подтверждается Выписками из ЕГРЮЛ, представленными истцом в  материалы дела.  

Ответчик ФИО5 на момент исключения ООО «Альбамоторс» из ЕГРЮЛ  являлся единственным участником юридического лица, не мог не знать о наличии  обязательств перед истцом, вместе с тем, не предпринял никаких действий к ее  погашению, допустил ситуацию, при которой общество не вело хозяйственную  деятельность, не сдавало отчетность, предусмотренную о налогах и сборах, не  осуществляло операций по банковскому счету, что привело к прекращению  деятельности организации в административном порядке, в том числе не принял  действий ни к прекращению, либо отмене процедуры исключения ООО «Альбамоторс»  

из ЕГРЮЛ, ни к прекращению юридического лица в предусмотренных законом  процедурах ликвидации или банкротства.  

Таким образом, к причинению убытков истцу привели описанные  последовательные совместные действия ответчиков, целью которых являлось  избежание исполнения судебного решения о взыскании с Общества денежных средств.  

При этом, объективных препятствий для исполнения у ответчиков не имелось. 

О рассрочке либо отсрочке исполнения, ответчики не заявляли, действий,  направленных на частичное погашение задолженности не совершали.  

Исходя из статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 Конституции Российской  Федерации и из специального требования о добросовестности, закрепленного в  Гражданском кодексе Российской Федерации и в Законе об ООО, стандарт разумного и  добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что  обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в  себя не только формирование имущества корпорации в необходимом размере,  совершение действий по ликвидации юридического лица в установленном порядке и  т.п., но и аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности  должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда,  причиненного доведением должника до объективного банкротства.  

Отказ же или уклонение контролирующих лиц от представления суду  характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи  пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном  процессуальном поведении, о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на  судебную защиту.  

В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к сведениям и  документации о хозяйственной деятельности должника и при отказе или уклонении  контролирующего лица от дачи пояснений (отзыва) о своих действиях (бездействии)  при управлении должником, о причинах неисполнения обязательств перед кредитором  и прекращения обществом хозяйственной деятельности (в том числе при неявке в суд)  или при явной неполноте пояснений, при непредставлении доказательств  правомерности своего поведения (т.е. при установлении судом недобросовестности  поведения контролирующего должника лица в процессе) обязанность доказать  отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается  судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности.  

По настоящему делу отсутствие нарушения обязанности действовать в интересах  юридического лица добросовестно и разумно, должны доказать ответчики.  

Доказательств таких ответчики суду не представили. 

Факт неисполнения обществом обязательств перед истцом и размер  задолженности истца установлен вступившим в законную силу судебным актом.  

Ответчики не могли не знать о наличии обязательства перед истцом, мер по  погашению задолженности не предприняли, напротив, не обеспечили сдачу отчетности  обществом и не воспрепятствовал исключению общества из ЕГРЮЛ, чем обеспечили  невозможность удовлетворения требований истца за счет имущества общества.  

Указанные обстоятельства ответчиками не опровергнуты, доказательства  обратного не представлены.  

Суд первой инстанции установил, что в действиях ответчиков имеются признаки  злоупотребления правом.  

Ответчики, заведомо зная о наличии права требования, будучи извещенным судом  о возбуждении искового производства, о наличии исполнительного производства, не  принял мер к погашению задолженности и не воспрепятствовал исключению общества  из ЕГРЮЛ, чем обеспечил невозможность удовлетворения требований истца за счет  имущества общества.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о  наличии предусмотренных пунктом 3.1 статьи 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственность» оснований привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности  по обязательствам общества.  

Девятый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены или  изменения решения суда.  

В отношении доводов апелляционной жалобы ФИО3 судом апелляционной  инстанции установлено следующее.  

Ответчик в своей апелляционной жалобе указывает, что суд, вопреки  объективности и всесторонности, положился на субъективное трактование  обстоятельств и основания искового заявления, в котором истец представляет наличие  коллективной вины ответчиков. Судом проявлен исключительно формальный подход к  разрешению спора по делу, при исследовании представленных истцом материалов к  иску, суд посчитал их допустимыми доказательствами. Тем самым суд проявил  формальный подход в исследовании доказательств истца, ограничившись  представленными с его стороны доказательствами, спорность которых прямо не  указывает на состав правонарушения ответчика.  

Однако указанные ответчиком доводы не соответствуют действительности,  поскольку опровергаются представленными в материалы дела бесспорными  доказательствами, и не ставят под сомнение законность и обоснованность вынесенного  судом решения по делу.  

Вопреки доводам ответчика судом принято решение по делу с соблюдением  требований статей 71, 168, 170 АПК РФ.  

Суд оценил представленные сторонами доказательства исходя из требований ч.ч.  1, 2 ст. 71 АПК РФ, по результатам оценки доказательств суд в своем решении  подробно привел мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле  доказательства (ч. 7 ст. 71, п. 2 ч. 4 ст. 170 АПК РФ).  

Решение суда основано на допустимых и согласующихся между собой  доказательствах, подтверждающих причинение мне убытков, их размер, виновность,  недобросовестность и неразумность действий ответчиков, которые привели к тому, что  Общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, наличие  причинно-следственной связи между недобросовестными и неразумными действиями  ответчиков и возникшими убытками.  

Ответчик необоснованно полагает, что приложенные мной к иску доказательства,  в том числе и из интернета, не являются допустимыми доказательствами, поскольку  согласно ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в  предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке  сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или  отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц,  участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного  рассмотрения дела.  

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные  доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов,  консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные  документы и материалы.  

Из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О  применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»,  допустимыми доказательствами являются в том числе сделанные и заверенные лицами,  участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с  которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки  подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами  

(статья 67 ГПК РФ, статья 71 АПК РФ). Представленные мной распечатки материалов,  размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот),  соответствуют указанным требованиям.  

На основании ч. 1 ст. 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в  законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не  доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором  участвуют те же лица.  

В данном случае все иски связаны с неисполнением обязательств ООО  «Альбамоторс», поэтому обстоятельства, установленные как решениями Арбитражных  судов г. Москвы от 11.04.2019 по делу № А40-17660/2019, от 01.11.2019 по делу №  А40-223932/2019, так и другими решениями Арбитражных судов, представленными  мной в материалы дела, являются преюдициальными и не подлежат доказыванию.  

Довод ответчика о том, что доказательства и возражения отсутствия вины со  стороны ответчика судом не приняты во внимание в противоречие ч. 1 ст. 65 АПК РФ,  не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку таких доказательств в  деле не имеется, возражения ответчика об отсутствии вины с его стороны, в нарушение  ч.ч. 1,3 ст. 65 АПК РФ, документально не подтверждены.  

При этом, в определении Арбитражного суда г. Москвы от 30.01.2023 о принятии  искового заявления к производству, подготовке дела к судебному разбирательству  судом было предложено ответчикам представить документально и нормативно  обоснованный отзыв на иск, документы в обоснование возражений относительно иска.  В силу ч. 2 ст. 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления  последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

ФИО3 указывает на то, что «ввиду неявки в суд ответчика ФИО5,  которому переданы дела ООО «Альбамоторс» от ФИО3 в марте 2019 года,  ответчик ФИО3 объективно не располагал оправдательными документами  финансово-хозяйственной деятельности общества в бытность своего участия в этом  юридическом лице, из которых следуют финансовые транзакции, учет движения  денежных средств, расходов и доходов, оплата заработной платы персоналу, налоговые  отчисления, первичная учетная бухгалтерская документация с контрагентами,  договоры, акты и другие документы».  

Однако судом были предприняты исчерпывающие меры к извещению ответчика  ФИО5, при этом ответчик ФИО3 не воспользовался своим правом,  предусмотренным ч. 4 ст. 66 АПК РФ, не обратился в арбитражный суд с ходатайством  об истребовании указанных доказательств у ответчика ФИО5, а также в  государственных и иных органах и организациях, например, в налоговой службе, в  Фонде пенсионного и социального страхования Российской Федерации, ревизора  Общества и в банках.  

Все перечисленные ответчиком доказательства можно было истребовать в  указанных органах и организациях.  

Напротив, представитель ответчика в своем отзыве на иск просил суд отказать в  истребовании дополнительных материалов, запрашиваемых в иске, в числе которых я  просил суд истребовать сведения о наличии счетов у ООО «Алъбамоторс» в период с  25.10.2018 (с момента заключения Соглашения от 25.10.2018 о расторжении договора  купли-продажи № 23/08 от 02.08.2018) по 22.10.2020 (дата прекращения деятельности  ООО «Альбамоторс»), выписки о движении денежных средств на счетах ООО  «Альбамоторс» в период с 25.10.2018 (с момента заключения Соглашения от 25.10.2018  о расторжении договора купли-продажи № 23/08 от 02.08.2018) по 22.10.2020 (дата  прекращения деятельности ООО «Альбамоторс»).  

Кроме того, при повтором заявлении мной ходатайства об истребовании  указанных доказательств, представитель ответчика в судебном заседании также  возражал против удовлетворения заявленного ходатайства, то есть препятствовал  

установлению истины по делу, а в апелляционной жалобе в подтверждение отсутствия  своей вины ссылается на отсутствие указанных доказательств, что свидетельствует о  недобросовестном процессуальном поведении ответчика.  

Довод ответчика о том, что суд в решении по делу нарушил баланс бремени  доказывания, сместив в пользу истца, а также незаконно возложив ответственность за  недоказанность ФИО3 и бывшим генеральным директором ФИО2  отрицательных фактов, основан на неверном толковании закона, в частности в п. 32  Обзора судебной практики ВС РФ № 3, утв. Президиумом ВС 12.07.2017, на который  ссылается ответчик в своей апелляционной жалобе, говорится об обратном, о том, что  недопустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их  обеспечения возлагать на конкурсного кредитора бремя доказывания отрицательного  факта.  

Предметом иска по сути является взыскание убытков, причиненных  противоправным поведением лиц, контролировавших деятельность Общества согласно  положениям п.п. 1-3 ст. 53.1 ГК РФ.  

В связи с изложенным вывод ответчика о том, что суд в решении по делу нарушил  баланс бремени доказывания, сместив в пользу истца, противоречит позиции Пленума  Верховного Суда РФ, выраженной в пункте 12 Постановлении Пленума Верховного  Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», на положения  которого ссылается и сам ответчик.  

Так из пункта 12 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ  следует, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2  статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от  возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи  1064 ГК РФ).  

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем  обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в  причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.  

В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к сведениям и  документации о хозяйственной деятельности должника и при отказе или уклонении  контролирующего лица от дачи пояснений (отзыва) о своих действиях (бездействии)  при управлении должником, о причинах неисполнения обязательств перед кредитором  и прекращения обществом хозяйственной деятельности (в том числе при неявке в суд)  или при явной неполноте пояснений, при непредставлении доказательств  правомерности своего поведения (т.е. при установлении судом недобросовестности  поведения контролирующего должника лица в процессе) обязанность доказать  отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается  судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности.  

В данном случае ФИО3, в нарушение ч.ч. 1,3 ст. 65 АПК РФ, не представил  доказательств правомерности своего поведения и отсутствия вины, а в случае  невозможности их представления суду, не заявил перед судом ходатайство в порядке ч.  4 ст. 66 АПК РФ, об истребовании таких доказательств, напротив возражал против  удовлетворения ходатайства истца об истребовании доказательств.  

Такое поведение ответчика является недобросовестным поведением  контролирующего должника лица в процессе.  

Бывший генеральный директор Общества ФИО2 от дачи пояснений  отказалась, в судебное заседание не явилась и явку своего представителя не  обеспечила, ограничилась лишь направлением противоречивого отзыва на исковое  заявление, без приложения доказательств, обосновывающих ее доводы, в Арбитражный  суд с ходатайством об истребовании каких-либо доказательств, подтверждающих ее  доводы, в порядке ч. 4 ст. 66 АПК РФ также не обращалась.  

Участник и генеральный директор Общества Усиков С.А. при надлежащем  извещении вообще проигнорировал судебный процесс, тем самым уклонился от  представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника  доказательств, и от дачи пояснений, а также, как и Авакян А.С. и Васильева О.А., не  представил суду доказательств, подтверждающих то, что при той степени заботливости  и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота  и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью  предпринимательских рисков, он действовал добросовестно и принял все меры для  исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами, а также не представил  доказательств того, что он не мог в силу каких-либо объективных причин провести  процедуру банкротства.  

Ввиду изложенного, суд обоснованно указал в решении на то, что отсутствие  вины, отсутствие нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица  добросовестно и разумно, должны доказать ответчики. Доказательств таких ответчики  не представили. Положенные в основу иска юридические факты - не оспорили.  

Кроме того, стоит отметить, что ответчик пришел к ошибочному выводу о том,  что суд возложил на ответчиков ФИО3 и ФИО2 бремя доказывания  отсутствия виновных действий за весь период нахождения контролирующим лицом  общества Усиковым А.С, то есть до 22.10.2022, оспариваемое ответчиком решение суда  таких выводов не содержит.  

Вопреки доводам ответчика, истцом доказано не только наличие убытков,  вызванных неисполнением обществом обязательств передо мной, исключение  общества из единого государственного реестра юридических лиц, но и наличие  оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, наличие всех  элементов состава гражданского правонарушения: противоправное (недобросовестное  и неразумное) поведение, вред, причинная связь между ними и вина  правонарушителей, а также, что ответчики являются лицами, указанными в п.п. 1-3 ст.  53.1 ГК РФ, в результате действий (бездействий) которых возник ущерб.  

Истцом доказан факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым  ответчиками Обществом обязательства в ситуации искусственно спровоцированной  недобросовестными и неразумными действиями ответчиков, а также, что исключение  должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим  невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролировавших  общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных  действий (бездействия).  

Вопреки доводам заявления обжалуемое решение суда содержит правовое  обоснование привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по  обязательствам общества и взыскания убытков солидарно, ссылки на доказательства,  подтверждающие противоправное и виновное поведение каждого из ответчиков  (недобросовестные и неразумные действия ответчиков, которые привели к тому, что  Общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами),  причинение убытков каждым из ответчиков, вред (убытки), причинно-следственную  связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим  исполнением обязательств, вину каждого из ответчиков, в решении подробно описано в  чем именно состоит противоправность поведения каждого из ответчиков при  совместном причинении убытков.  

Довод заявителя о том, что судом неправильно приняты доводы иска о солидарной  ответственности всех ответчиков, является несостоятельным по следующим  основаниям.  

В силу п. 2 ст. 322 ГК РФ обязанности нескольких должников по обязательству,  связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких  

кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными  правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное.  

При этом п. 3.1 ст. 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной  ответственностью», которым предусмотрена субсидиарная ответственность лиц,  указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, по обязательствам общества,  исключенного из единого государственного реестра юридических лиц в  административном порядке, не предусмотрено иное (например, не содержится указание  на то, что указанные лица не могут быть солидарными должниками, или могут быть  солидарными должниками, но при определенных условиях). В данном случае  обязательство носит предпринимательский характер для всех лиц.  

В силу изложенного, что суд законно и обоснованно применил положения п. 2 ст.  322 ГК РФ.  

Кроме того, по делу одоказано совместное причинение вреда, что в силу ст. 1080  ГК РФ является основанием для солидарной ответственности.  

Ответчик указывает, что дело о банкротстве ООО «Альбамоторс» не возбуждалось  Арбитражным судом г. Москвы по заявлению о признании должника банкротом.  

Следовательно, истец обратился в суд с незаконным иском о привлечении к  субсидиарной ответственности ответчиков в солидарном порядке, не обосновав  достоверно, как и в каком материальном размере каждый из них в периоды контроля  над Обществом своими действиями повлиял на его несостоятельность».  

Указанный довод ответчика несостоятелен, основан на неверном толковании  закона.  

Ответчик ссылаясь на статьи 61.11, 61.20 Закона о банкротстве, ошибочно  полагает, что привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности возможно  только в деле о банкротстве, что только Закон о банкротстве устанавливает виды  ответственности руководителя и иных контролирующих лиц в процессе  несостоятельности (банкротства), и только согласно данному закону допустима  исключительно имущественная ответственность в виде взыскания убытков по  корпоративным основаниям.  

Истцом заявлены требования к ответчикам на основании пункта 3.1 статьи 3  Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью», статей 53, 53.1, 64.2, 401, 1064 ГК РФ.  

В пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с  ограниченной ответственностью" прямо указано, что исключение общества из единого  государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным  законом о государственной регистрации юридических лиц, влечет последствия,  предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного  должника от исполнения обязательства.  

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе  вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3  статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали  недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть  возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.  

В связи с чем, вопреки доводам ответчика суд первой инстанции верно определил  характер спорного правоотношения и подлежащее применению законодательство.  

ФИО3 ошибочно указывает на то, что суд только на основании увольнения  ФИО2 с должности генерального директора общества и выхода ФИО3  из состава участников общества приходит к выводу о их нежелании погашать  задолженность общества перед истцом.  

Суд пришел к такому выводу на основании согласующихся между собой фактах,  подтвержденных не опровержимыми доказательствами.  

По этим же основаниям суд обоснованно признал увольнение Васильевой О.А. с  должности генерального директора общества и выход Авакяна А.С. из состава  участников общества как недобросовестное поведение.  

Вопреки доводам ответчика, в силу ст. 7 Закона о банкротстве обращение  кредитора с заявлением о признании должника банкротом является правом кредитора, а  не обязанностью.  

В арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Альбамоторс» истец не  обращался.  

Поскольку из материалов исполнительного производства № 110343/19/77005-ИП,  возбужденного в отношении ООО «Альбамоторс» на основании исполнительного листа  серии ФС № 032962707 от 07.06.2019, мне было известно об отсутствии какого-либо  имущества у должника, исполнительное производство было окончено на основании п. 3  ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-3 «Об исполнительном  производстве» в связи с невозможностью установить местонахождения должника, его  имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и  иных ценностей, что подтверждается представленной в материалы дела копией  постановления Даниловского ОСП ГУФССП России по г. Москве от 07.02.2020 об  окончании исполнительного производства и копией акта судебного пристава-исполнителя Даниловского ОСП ГУФССП России по г. Москве от 07.02.2020 о  наличии обстоятельств, в соответствии с которыми исполнительный лист возвращается  взыскателю.  

Кроме того, действующее законодательство, в частности пункт 3.1 статьи 3  Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», не  предусматривает обязательного обращения кредитора с заявлением о признании  должника банкротом при предъявлении требований о возложении субсидиарной  ответственности по обязательствам этого общества на основании пункта 3.1 статьи 3  Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».  

Как следует из постановления Конституционного Суда РФ от 07 февраля 2023  года № 6-П, кредиторы, в том числе ведущие предпринимательскую деятельность,  прибегая к судебной защите своих имущественных прав, вправе рассчитывать на  добросовестное поведение контролирующих должника лиц не только в материально- правовых, но и в процессуальных отношениях: на их содействие правосудию, на  раскрытие информации о хозяйственной деятельности контролируемой организации,  на представление документов и иных доказательств, необходимых для оценки судом  наличия либо отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.  

Принятие же кредитором на себя - вместо лиц, контролирующих должника и  призванных произвести его ликвидацию, - обязанности по финансированию процедур  банкротства исключительно для целей сбора доказательств по делу о привлечении этих  лиц к субсидиарной ответственности может, с учетом потенциально высокой  стоимости такого пути получения доступа к сведениям о деятельности должника,  привести к увеличению имущественных потерь кредитора, нередко для него  значительных, в отсутствие гарантий взыскания долга перед ним.  

При этом, вопреки доводам ответчика судом в решении дана оценка довода  ответчика о том, что истец не воспользовался правом на признание должника  банкротом со ссылкой на ст. 7 Федерального закона № 127-ФЗ и положения  постановления Конституционного Суда РФ от 07 февраля 2023 года № 6-ГТ.  

Ответчик указывает, что решение № 4 от 06.03.2019 единственного участника  Общества с ограниченной ответственностью «Альбамоторс» ФИО5 в  последующем не оспаривалось.  

Однако данное утверждение противоречит действующему законодательству. 

Положения ст. 26, п. 7 ст. 45 Закона об ООО прямо указывают на невозможность  оспаривания односторонней сделки по выходу участника из общества.  

На основании п. 9 ст. 67.2 ГК РФ корпоративный договор между мной и  участником общества Авакяном А.С. не заключался.  

Ввиду изложенного истец не имел правовых оснований оспаривать  одностороннюю сделку по выходу ФИО3 из общества.  

Ответчик ФИО3 полагает, что срок исковой давности истек 14 марта 2022  года, начало течения трехлетнего срока исковой давности связывают с датой, когда  налоговым органом зарегистрированы изменения в сведениях ЕГРЮЛ о выходе из  общества ответчика ФИО3  

В соответствии с ч. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение  срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать  о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о  защите этого права.  

14 марта 2019 года только ответчики ФИО2, ФИО3 и ФИО5  знали о том, что должник ООО «Альбамоторс» стал неплатежеспособным должником с  момента, когда ФИО5 стал участником и генеральным директором данного  общества, поскольку располагали информацией о том, что ФИО5 номинально  принимает на себя управление ООО «Альбамоторс», что подтверждает утверждение  ответчика о том, что срок исковой давности истек 14 марта 2022 года.  

Истец пояснил, что не знал и не должен был знать, что ФИО5 является  номинальным участником и генеральным директором ООО «Альбамоторс», а также то,  что Общество стало неплатежеспособным должником, поскольку с ФИО5 я не  знаком, о его деловой репутации, а также о хозяйственной деятельности ООО  «Альбамоторс» мне ничего известно не было, так как к документации и сведениям о  хозяйственной деятельности Общества у истца доступа не было, полномочиями по  установлению имущества Общества истец не обладал.  

Тот факт, что о неплатежеспособности ООО «Альбамоторс» истцу не было  известно в марте 2019 года подтверждает то, что исполнительный лист серия ФС №  032962707 о взыскании с ООО «Альбамоторс» задолженности в мою пользу, выданный  мне 07.06.2019 Арбитражным судом г. Москвы, был направлен мной в Даниловский  ОСП ГУФССП России по г. Москве для принудительного исполнения.  

На основании указанного исполнительного листа Даниловским ОСП 03.09.2019  было возбуждено исполнительное производство № 110343/19/77005-ИП.  

Судебным приставом-исполнителем Даниловского ОСП, который вправе в рамках  исполнительного производства запрашивать документы в отношении должника в  любых учреждениях, осуществлять розыск должника, а также его имущества,  указанное исполнительное производство 07.02.2020 было окончено на основании п. 3 ч.  1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном  производстве» в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его  имущества, либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств  и иных ценностей.  

Вывод о том, что ФИО5, принимая управление ООО «Альбамоторс», не  намеревался осуществлять какую-либо экономическую деятельность в Обществе, был  сделан мной на основании постановления судебного пристава-исполнителя об  окончании исполнительного производства, а также на основании решений МИФНС -  государственного органа, обладающего полномочиями по оценке финансового  состояния юридического лица, о прекращении деятельности ООО «Альбамоторс» и  других юридических лиц, которыми руководил ФИО11, как недействующих  юридических лиц и исключении их из единого государственного реестра юридических  лиц.  

Кроме того, истцом заявлены требования к ответчикам на основании пункта 3.1  статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью», статей 53, 53.1, 64.2,401, 1064 ГК РФ.  

Как предусмотрено пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14- ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», что исключение общества из  единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном  федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для  недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским  кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения  обязательства.  

Учитывая положения пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14- ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», и руководствуясь статьями 195,  196, 199, 200 ГК РФ, начало течения срока исковой давности по иску к субсидиарному  должнику связано с моментом установления невозможности взыскания долга с  основного должника и в данном случае таким моментом является дата внесения записи  в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности юридического лица и исключении его из  ЕГРЮЛ - 22 октября 2020 года.  

Исковое заявление поступило в суд 23 января 2023 года, то есть без пропуска  срока исковой давности.  

В отношении доводов апелляционной жалобы ФИО2,  суд апелляционной инстанции отмечает следующее.  

Заявитель указывает, что вывод суда о доказанности наличия оснований для  привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскания с нее  денежных средств в пользу истца нельзя признать правильным, поскольку не доказаны  имеющие значение для дела обстоятельства, которые суд посчитал установленными, а  выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела.  

Как следует из постановления Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 № 20-П  «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об  обществах с ограниченной ответственностью», на положения которого также ссылается  ответчик, предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность  контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности,  функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества,  восстановлении их имущественного положения.  

При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг,  возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму,  что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота.  

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований  гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности  необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения:  противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина  правонарушителя.  

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с  ограниченной ответственностью», рассматриваемого в системной взаимосвязи с  положениями пункта 3 статьи 53. статей 53.1, 401 и 1064 Гражданского кодекса  Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого  государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной  ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность  действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении  принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества,  причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц  образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.  

Вопреки доводам заявителя, по делу объективно наличие оснований для  привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, наличие всех элементов  состава гражданского правонарушения: противоправное (недобросовестное и  неразумное) поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителей, а  

также, что ответчики являются лицами, в результате действий (бездействий) которых  возник ущерб.  

Обжалуемое решение суда содержит правовое обоснование привлечения  ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества и взыскания  убытков солидарно, ссылки на доказательства, подтверждающие противоправное и  виновное поведение каждого из ответчиков (недобросовестные и неразумные действия  ответчиков, которые привели к тому, что Общество стало неспособным исполнять  обязательства перед кредиторами), причинение убытков каждым из ответчиков, вред  (убытки), причинно-следственную связь между понесенными убытками и  неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, вину каждого из  ответчиков, в решении подробно описано в чем именно состоит противоправность  поведения каждого из ответчиков при совместном причинении убытков. Каждый вывод  суда, изложенный в решении, соответствует обстоятельствам дела и подтвержден  согласующимися между собой доказательствами.  

ФИО2 указывает, что она с ФИО5 не знакома, всю  документацию общества передала учредителю Общества ФИО3 так как новый  директор Общества еще не был назначен, однако обратное следует из материалов дела,  в частности из копии решения № 3 единственного участника общества ФИО3 от  19.02.2019 и копии письма генерального директора ООО «Альбамоторс» ФИО2 от 19.02.2019, из которых следует, что она была освобождена от занимаемой  должности генерального директора Общества в тот день, когда ФИО5 был принят  в Общество и назначен на должность генерального директора, ФИО2 в своем  письме лично подтвердила факт внесения ФИО5 денежных средств в кассу  Общества на основании решения № 3 единственного участника ООО «Альбамоторс»  ФИО3 от 19.02.2019.  

ФИО2 указывает, что судом не принято во внимание то обстоятельство,  что ею во исполнение Соглашения о расторжении Договора купли-продажи № 23/08 в  адрес истца были перечислены 316 000 руб., остальные денежные средства должны  были быть возвращены до 30.11.2018, но через месяц она уволилась, остальные  денежные средства ею не были возвращены в связи с отсутствием их в декабре 2018  года на банковском счете Общества.  

Указанные доводы не принимаются судом апелляционной инстанции.  

На основании Соглашения о расторжении договора купли-продажи,  заключенного 25.10.2018 между мной и ООО «Альбамоторс» в лице генерального  директора ФИО2, денежные средства должны были быть мне возвращены в  течение 30 календарных дней, то есть в срок по 24.11.2018, а не до 30.11.2018 как  указывает ответчик.  

В срок по 24.11.2018 денежные средства за возвращенный товар истцом  возвращены не были, в связи с чем, 29.11.2018 истец претензию на юридический адрес  Общества и на адрес регистрации ответчика ФИО2, в которой сообщалось о  намерении обратиться в суд с иском в случае неисполнения обязательств в течение  пяти рабочих дней.  

ФИО2 указывает, что она не могла совершать после своего увольнения  31.12.2018 действия во избежание исполнения решения суда, которое состоялось  11.04.2019, в связи с чем, она не согласна с решением суда в данной части.  

Однако в оспариваемом решении описаны согласованные, скоординированные  действия ответчиков, в том числе и ФИО2, и направленные на реализацию  общего для всех действующих лиц намерения - избежание исполнения обязательств  передо мной и другими контрагентами, которые соответствуют фактическим  обстоятельствам дела и подтверждены согласующимися между собой  доказательствами.  

Судом установлен и подтвержден доказательствами тот факт, что ответчик  Васильева О.А. управляла Обществом до момента принятия Усикова С.А. в Общество  и назначения его на должность генерального директора - 19.02.2019, а не до 31.12.2018,  как указывает ответчик.  

Тот факт, что ФИО2 не управляла Обществом на момент вынесения  решения суда - 11.04.2019 правового значения для ее привлечения к субсидиарной  ответственности по обязательствам Общества не имеет, поскольку обязательства,  установленные решением суда от 11.04.2019, возникли в период ее управления  Обществом в качестве генерального директора, об обязательствах Общества перед  истцом ответчик знала, так как непосредственно она подписывала Соглашение о  расторжении договора купли-продажи, которым устанавливалась обязанность  Общества по возврату денежных средств за товар ненадлежащего качества.  

При этом, обязательства могли быть исполнены Обществом в период ее  управления, но не были исполнены в том числе и в результате ее недобросовестных  действий.  

При таких обстоятельствах, приведенные в апелляционных жалобах доводы не  нашли правового и документального обоснования, не могут являться основанием для  отмены судебного акта.  

Арбитражный суд города Москвы полно, всесторонне и объективно установил и  рассмотрел обстоятельства дела, представленным доказательствам дана надлежащая  правовая оценка с позиции их относительности, допустимости и достоверности,  правильно применил нормы материального и процессуального права.  

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за подачу  апелляционных жалоб относятся на заявителей.  

Руководствуясь статьями 176, 266-268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от «28» сентября 2023г. по делу   № А40-9169/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без  удовлетворения.  

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную  силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня  изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского  округа.  

Председательствующий судья: М.Е. Верстова Судьи: Б.С. Веклич  Е.Е. Мартынова 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.