АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, 

<

...>, тел. 

<

***>

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-55803/2019

Дело №А55-7863/2019

г. Казань

28 июля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 июля 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.П.,

судей Богдановой Е.В., Самсонова В.А.,   

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Актив Капитал Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда Самарской области от 09.08.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2025 

по делу №А55-7863/2019

по заявлению (вх.№37807 от 26.01.2024) акционерного общества «Актив Капитал Банк» о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО1 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, ИНН 

<

***>.

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  ФИО2 (далее – ФИО2, должник) Акционерное общество «Актив Капитал Банк» (далее - АО «АК Банк») обратилось в арбитражный суд с заявлением (в уточненной редакции) о признании незаконными действия и бездействия  финансового управляющего ФИО1 по несвоевременному оспариванию недействительных сделок должника ФИО2, непринятию мер по оспариванию сделки должника ФИО2; несвоевременному оспариванию решений собрания кредиторов «Лира» и неучастию в споре по утверждению начальной стоимости имущества ООО «Лира» и взыскании с ФИО1 убытков в размере 674 983 106,20 руб.

Определениями Арбитражного суда Самарской области от 06.02.2024 и 29.02.2024 к участию в рамках обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Росреестра по Самарской области, Ассоциацию «КМ СРО АУ «Единство», НКО ПОВС «Содружество», ООО «Страховая Компания «Арсеналъ».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 09.08.2024 заявление АО «АК Банк» о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО1 оставлено без удовлетворения.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2025 определение Арбитражного суда Самарской области от 09.08.2024 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе АО «АК Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» просит обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, удовлетворить заявление АО «АК Банк» и взыскать с ФИО1 убытки в размере 674 983 106,20 руб.

В кассационной жалобе приведены доводы о том, что обжалуемые судебные акты об отказе во взыскании убытков с ФИО1 являются незаконными; судами не дана оценка доводам АО «АК Банк» о причинении убытков в связи с утратой возможности участия ФИО2 в деле о банкротстве ООО «Лира», несвоевременной подачей финансовым управляющим заявлений об оспаривании сделок и включении в реестр требований кредиторов.

В суд кассационной инстанции от арбитражного управляющего ФИО1 и финансового управляющего ФИО3 поступили отзывы.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ). 

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, отзывов на нее, проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, не находит оснований для отмены принятых судебных актов.

Из материалов дела следует, что АО «АК Банк» в обоснование заявленных требований о взыскании убытков размере 674 983 106 руб. 20 коп. с арбитражного управляющего ФИО1 ссылалось на ненадлежащее исполнение обязанностей в период осуществления полномочий финансового управляющего должника: пропуск сроков исковой давности на оспаривание сделок;  непринятие мер по оспариванию сделки, в том числе в вышестоящих инстанциях/непринятие мер по поиску и возврату имущества должника; пропуск сроков по взысканию задолженности с дебиторов должника (ООО «Лира»); непринятие мер по оспариванию решений собраний кредиторов ООО «Лира» об утверждении Положения о порядке, условиях и сроках продажи имущества.

Так, заявитель указывал, что при рассмотрении заявления об оспаривании сделки по перечислению ФИО2 денежных средств в размере 250 000 руб. в пользу ФИО4, суд апелляционной инстанции указал, что поскольку финансовый управляющий обратился с соответствующим заявлением лишь 26.04.2021, то годичный срок исковой давности пропущен как с даты введения процедуры реструктуризации долгов, так и с даты введения процедуры реализации имущества.

В отношении сделки по перечислению должником денежных средств в размере 400 000 руб. ФИО5, суд апелляционной инстанции указал, что финансовый управляющий обратился с соответствующим заявлением лишь 26.04.2021 и пытался преодолеть пропуск срока, ссылаясь на недействительность сделки по общегражданским основаниям для обхода правил о сроке давности по оспоримым сделкам.

Аналогичные выводы сделаны судом вышестоящей инстанции в отношении оспаривания сделки по перечислению ФИО2 денежных средств в размере 270 000 руб. в пользу ФИО6

По мнению заявителя, пропуск финансовым управляющим сроков исковой давности на оспаривание сделок, равно как и непринятие мер к их оспариванию, являются основаниями для взыскания с него убытков.

Кроме этого, АО «АК Банк» указывало на то, что первоначально заявления о признании данных сделок недействительными были удовлетворены, то есть в судебном порядке признано наличие у перечисленных сделок должника признаков недействительности, применена реституция в виде взыскания с ФИО4, ФИО6, ФИО5 денежных средств в конкурсную массу должника.

Определением суда от 30.04.2021 отказано в признании недействительными операций по перечислению ФИО2 денежных средств на лицевой счет ФИО7 в размере 180 000 000 руб.

Согласно тексту судебного акта (стр. 10-11), в период действия договора займа от 16.03.2018 ФИО2 имел в собственности объекты недвижимости, что было им подтверждено заверенными копиями свидетельств о государственной регистрации права, которые были представлены ответчиком ФИО7 при заключении договора и при погашении задолженности по договору займа.

В частности, ФИО2 были представлены копии документов о принадлежащих ему на праве собственности земельных участках: - площадью 2910 кв. м под зданиями дома отдыха «Дубравушка», кадастровый номер 63:01:0702002:0071, копия свидетельства № 087394 серия 63-АЕ; - площадью 582 кв. м под ИЖС, по адресу г. Самара, Восьмая просека, кадастровый номер 63:01:0702002:554, копия свидетельства № 145550 серия 63-АЖ; - площадью 582 кв. м под ИЖС, по адресу г. Самара, Восьмая просека, кадастровый номер 63:01:0702002:555, копия свидетельства № 145422 серия 63-АЖ; - площадью 582 кв. м под ИЖС, по адресу г. Самара, Восьмая просека, кадастровый номер 63:01:0702002:556, копия свидетельства № 145549 серия 63-АЖ; - площадью 582 кв. м под ИЖС, по адресу г. Самара, Восьмая просека, кадастровый номер 63:01:0702002:558, копия свидетельства № 145421 серия 63-АЖ; - площадью 582 кв. м под ИЖС, по адресу г. Самара, Восьмая просека, кадастровый номер 63:01:0702002:557, копия свидетельства № 368441 серия 63-АЖ».

Перечисленные в тексте судебного акта земельные участки в г. Самаре в состав конкурсной массы должника не включены.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.08.2019 в отношении должника была введена процедура реструктуризации долгов.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 26.12.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении ФИО2 введена процедура реализации имущества гражданина.

По мнению кредитора, если должник, как он сам сообщал, действительно по состоянию на 16.03.2018 владел несколькими земельными участками в г. Самара, а в 2019 году уже не был их собственником, значит, они выбыли в период подозрительности, установленный статьей 61.2 Закона о банкротстве, однако каких-либо мер по установлению обстоятельств выбытия участков и мер по оспариванию такого выбытия финансовый управляющий не предпринимал.

В случае наличия ошибки в пояснениях ФИО7, сообщения ею и/или должником недостоверной информации, и, как следствие, в определении от 30.04.2021, оно подлежало оспариванию в вышестоящей инстанции, однако финансовый управляющий этих действий не произвел. Ответчик по данной сделке  ФИО7 является супругой члена совета директоров «МРСК-Волги» и ЗАО «ССК» Александра Розенцвайга, что косвенно свидетельствует о реальной возможности пополнения конкурсной массы должника в случае успешного оспаривания сделки, однако по причине процессуальной пассивности финансового управляющего ФИО1 и не предоставления им возражений на доводы ответчиков, которые с большой степенью вероятности не соответствуют действительности, привели в конечном итоге к невозможности такого пополнения.

В отношении пропуска срока для предъявления требований к ООО «Лира» заявителем (АО «АК Банк») указывалось, что решением Арбитражного суда Ростовской области от 09.07.2019 (резолютивная часть судебного акта объявлена 02.07.2019) по делу № А53-33429/2018 ООО «Лира» (ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом); в отношении ООО «Лира» введена процедура конкурсного производства; ФИО2 является совладельцем ООО «Лира».

В Арбитражный суд Ростовской области 30.03.2022 (29.03.2022 посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр») от ФИО2 поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов задолженности в общей сумме 1 000 000 000 руб., основанное на том, что ООО «ПФО «Траст» на кредитные денежные средства, полученные от АО «АК Банк», приобрел у Банк «ВТБ» (ПАО) права требования к ООО «Лира» по кредитному соглашению КС-730000/2012100025 от 12.07.2012 на сумму 5 947 421 864,07 руб. Между ООО «ПФО «Траст» и Банк «ВТБ» (ПАО) заключен договор об уступке прав (требований) № 4045 от 12.09.2016.

В дальнейшем, ООО «ПФО «Траст» часть полученной задолженности ООО «Лира» уступило ФИО2, стороны заключили 30.06.2017 Соглашение об уступке права требования (цессии) № 1.

ООО «Лира» находится в процедуре банкротства с 17.12.2018, однако с требованиями о включении в реестр требований кредиторов к ООО «Лира» ФИО1 обратился только в марте 2022 г. Пропуск срока послужил основанием для отказа во включении требований в реестр требований кредиторов ООО «Лира», согласно определения от 07.06.2023 по делу № А53-33429/2018.

По мнению кредитора, позднее обращение должника с требованием свидетельствует о ненадлежащем исполнении ФИО1 обязанностей по выявлению имущества гражданина, пассивности в сборе документов в отношении должника. При необходимой степени заботливости и осмотрительности ФИО1 должен был и мог своевременно узнать о наличии у ФИО2 прав требований к ООО «Лира».

Кроме этого, по мнению конкурсного кредитора, бездействие привело к утрате кредиторского контроля над процедурой банкротства ООО «Лира», в собственности которого находится часть Бизнес-центра «Шератон» (г. Ростов-на-Лону, Ленинский район, пр. Сиверса, дом № 2е).

Конкурсным управляющим ООО «Лира» 29.07.2021 опубликовано сообщение в ЕФРСБ № 7075932 о заключении договора купли-продажи данного имущества, исходя из которого торги в отношении имущества ООО «Лира» признаны несостоявшимися, т.к. в них принял участие единственный участник ФИО8, выступающий по агентскому договору в интересах ООО «Монолит» (ИНН 

<

***>).

Соответственно, с ООО «Монолит» как с единственным участником торгов в силу пункта 17 статьи 110 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) заключен оспариваемый договор купли-продажи Л-1 от 26.07.2021. Цена приобретения составила 100 000 000 руб.

Данная цена была изначально определена собранием кредиторов ООО «Лира», состоявшимся 26.03.2021. Вопрос о необходимости проведения независимой оценки помещений БЦ «Шератон» был отклонен кредиторами ООО «Лира» на данном собрании, в котором ФИО2 не мог участвовать по причине не заявления своевременно требований к ООО «Лира».

Кадастровая стоимость реализованных помещений и долей в земельном участке 504 436 803,96 руб.

ООО «Монолит» купило часть помещений БЦ «Шератон», площадью 31 395,1 кв. м за 100 млн. руб. Всего площадь БЦ «Шератон» составляет 45 421,2 кв. м. Остальная часть площадей (14 026,1 кв. м), ООО «ПФО «Траст». В рамках дела о банкротстве ООО «ПФО «Траст» проведена независимая оценка рыночной стоимости 14 026,1 кв. м помещений БЦ «Шератон», которая согласно отчету № Р001618, подготовленному 16.09.2022 ООО «2К-Оценка активов», составляет 272 583 000 руб. 

По мнению конкурсного кредитора, если часть помещений БЦ «Шератон», площадью 14 кв. м стоит 272 млн руб., тогда 31 кв. м (ООО «Лира) должно стоить 602 млн. руб.

ФИО1, действуя от имени ФИО2 ни как от кредитора ООО «Лира», потому что требования к ООО «Лира» из Соглашения об уступке права требования (цессии) № 1 от 30.06.2027 еще не были заявлены, а как от участника ООО «Лира», пытался в деле № А53-33429/2018 оспорить собрание кредиторов от 26.03.2021, утвердившее Положения о порядке продаже помещений БЦ «Шератон» по столь низкой цене, а также сами торги. В удовлетворении требований было отказано.

Однако в случае если бы требования ФИО2 к ООО «Лира», вытекающие из Соглашения об уступке права требования (цессии) № 1 30.06.2017, были заявлены своевременно, ФИО1 мог бы участвовать в собрании кредиторов ООО «Лира» 26.03.2021 и не допустить утверждения положения о продаже имущества.

Общий размер требований к ООО «Лира» составляет 34 764 714,4 руб. (согласно отчету конкурсного управляющего ООО «Лира» ФИО9), то есть ФИО2 обладал бы абсолютным большинством голосующих требований. При реализации имущества ООО «Лира» по цене, близкой к оценочной - 600 млн. руб., большая часть данной суммы причиталась бы ФИО2

Даже при реализации помещений за 100 млн. руб., за вычетом требований по текущим обязательствам, согласно отчету конкурсного управляющего ООО «Лира» составляли 5 383 161,22 руб., ФИО2 могло быть перечислено 93 670 670,39 руб.

По мнению конкурсного кредитора, указанные обстоятельства являются основанием для взыскания  убытков с ФИО1 в размере 274 590 670, 39 руб.

Разрешая данный обособленный спор, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Относительно доводов АО «АК Банк» о том, что финансовым управляющим должника причинены убытки вследствие несвоевременного обжалования (обжалование за пределами специальных сроков давности) сделок должника по перечислению 06.07.2018 270 000 руб. ФИО6; условие совершения - частный перевод;  06.07.2018 400 000 руб. ФИО5; условие совершения - частный перевод;  21.11.2018 250 000 руб. ФИО4; условие совершения - частный перевод, суды указали, что период исполнения ФИО1 возложенных на него обязанностей - с 26.12.2019 по 27.11.2023, однако финансовый управляющий не мог обратиться к должнику по вопросу наличия у него какого-либо имущества, обязательств, прав требований, поскольку последний до сентября - октября 2020 года находился в СИЗО и не мог предоставить информацию финансовому управляющему. Указанные сведения он предоставил финансовому управляющему только после освобождения в октябре 2020 года, в связи с чем иски об оспаривании сделок были предъявлены в апреле 2021 года.

Суды указали, что само по себе истечение срока давности при подаче заявления об оспаривании не является основанием для взыскания убытков с управляющего. В таком случае необходимо доказать порочность сделки и реальную возможность оспорить сделку в случае своевременного предъявления иска, а в данном случае в качестве объективной вероятности признания сделок недействительными заявитель ссылается исключительно на то, что определениями суда первой инстанции от 03.09.2021 все указанные сделки признаны недействительными.

Между тем, судами установлено, что согласно определений суда первой инстанции, при рассмотрении требований финансового управляющего о признании данных сделок недействительными судом принималась во внимание только позиция самого финансового управляющего, так как ни по одной из оспоренных сделок ответчики не представили отзывов и не обеспечили явку своих представителей. В таком случае суд первой инстанции не мог принять никакого иного решения, кроме решения об удовлетворении требований, поскольку сделки действительно представлялись как не имеющие под собой никаких юридических оснований.

При рассмотрении дел об оспаривании данных сделок в судах апелляционной и кассационной инстанций ответчики обеспечили явку представителей и представили доводы и документы, подтверждающие отсутствие пороков сделок, а также доказательства того, что сделки не были совершены с целью причинить вред правам кредиторов. 

При этом сами платежи были совершены за пределами сроков преимущественного удовлетворения. Должник имел реальные обязательства перед ответчиками, которые представили в суд подтверждающие данные обязательства документы.

В части доводов кредитора о том, что при наличии оснований для оспаривания данных сделок по основаниям, установленным Законом о банкротстве, ФИО1 пропустил установленные специальным законодательством сроки и оспаривал сделки по общим основаниям, установленным ГК РФ, вследствие чего в признании сделок недействительными было отказано, и, следовательно, конкурсным кредиторам был причинен имущественный ущерб, суды указали на следующее.

С учетом правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда  РФ от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225, в спорах о взыскании с арбитражного управляющего убытков вследствие не обжалования (несвоевременного обжалования) сделок должника подлежат установлению следующие обстоятельства: вероятность признания сделок недействительными и возможные последствия, в том числе размер денежных средств, который подлежал бы возвращению в конкурсную массу. 

Однако в данном случае заявитель никаких доводов, подтверждающих высокую вероятность признания данных сделок недействительными в случае их оспаривания в сроки, установленные законодательством о банкротстве, не привел.

Кроме этого, с учетом разъяснений пунктов 5, 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»,  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  суды установили, что в данном случае совокупность указанных признаков не просто отсутствует, но уже установлена вступившими в законную силу судебными актами, принятыми по этому же делу, в которых участвовали те же лица:  определением суда от 29.06.2022 рассмотрено заявление финансового управляющего о признании сделки (платежа) по перечислению должником денежных средств в размере 1 000 000 руб. ответчику - Фонд защиты прав инвесторов в иностранных государствах, при этом в судебном акте об отказе в удовлетворении заявления было указано на отсутствие в материалах дела доказательств  того, что Фонд является аффилированным лицом по отношению к должнику и входит  с ним в одну группу лиц, а также то, что ФИО5 и ФИО10 являются заинтересованными лицами по отношению к должнику.

Судами было установлено, что в рамках дела о банкротстве ФИО2 финансовый управляющий обращался с заявлениями о признании сделок должника недействительными -  об отчуждении имущества (объекты недвижимости, транспортные средства), по перечислению денежных средств.

Всего в деле о банкротстве должника признаны недействительными четыре сделки по отчуждению имущества, из которых в трех сделках выявлены заинтересованные лица, однако в отношении них отсутствуют прямые и косвенные доказательства какой-либо иной зависимости. 

Суды установили, что ФИО2 не имел никаких корпоративных связей ни с Фондом защиты прав инвесторов в иностранных государствах, ни с его учредителями ФИО5, ФИО6 

Постановлениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 и от 20.01.2022 по обособленным спорам по оспариванию сделок должника с ФИО5, ФИО10 и ФИО4 было установлено, что на момент совершения банковской операции должник не обладал признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества и не мог предвидеть наступление неблагоприятного финансового состояния, а также о том, что сумма сделки не превышает один процент от стоимости активов должника. На момент совершения спорных платежей у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, поскольку неисполненных и просроченных обязательств у должника на тот момент не имелось. 

По мнению судов, совершенные сделки не могли привести к нарушению прав и законных интересов кредиторов. При этом высокая вероятность удовлетворения заявления финансового управляющего об оспаривании сделки в случае, если бы своевременная подача такового финансовым управляющим в арбитражный суд состоялась, не доказана.

Недоказанность данного обстоятельства является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворения заявления о взыскании убытков.

Таким образом, суды пришли к выводу, что требование кредитора о взыскании с ФИО1, как с лица, ранее исполнявшего обязанности финансового управляющего, убытков в размере 920 000 руб. в связи с несвоевременным обжалованием (обжалование за пределами специальных сроков давности) сделок должника по перечислению денежных средств ФИО6, ФИО5 и ФИО4, не подлежит удовлетворению, поскольку ФИО1 не имел объективной возможности оспорить данные сделки в пределах специальных сроков, установленных законодательством о банкротстве, а также вследствие отсутствия оснований для удовлетворения данных сделок даже при предъявлении требования в пределах данных сроков.

В части требований  о взыскании убытков на сумму 180 000 000 руб., как указывал кредитор, возникших вследствие непринятия мер по оспариванию сделок, в том числе в вышестоящих инстанциях, суды указали на следующее.

Кредитор указывал, что ФИО1 не были предприняты меры к обжалованию определения суда первой инстанции от 30.04.2021, которым было отказано в удовлетворении требования финансового управляющего к ответчику ФИО7 о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств на общую сумму в 180 000 000 руб.

Суды в данной части пришли к выводу, что по смыслу пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве обязанность конкурсного управляющего предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании, заявления о признании сделок недействительными подлежит реализации не в силу формального исполнения, а при наличии для этого правовых оснований, определенной судебной перспективы и при отсутствии для должника неблагоприятных финансовых последствий, ведущих к уменьшению конкурсной массы; в конкурсном производстве деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (статья 2 Закона о банкротстве, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) от 14.11.2018 со ссылкой на Определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС15-10675).

Оценив доводы кредитора и действия финансового управляющего, суды признали, что, применительно к дальнейшему оспариванию сделок по перечислению денежных средств ФИО7, действия ФИО1, воздержавшегося от бесперспективного оспаривания сделок с указанными лицами, являются рациональными и обоснованными.

При этом суды отметили, что  к выводу о бесперспективности дальнейшего оспаривания указанных сделок пришел не только ФИО1, но и сам конкурсный кредитор, который также не оспорил судебный акт арбитражного суда Самарской области.

Суды, проанализировав характер взаимоотношений заявителя и ФИО1, установили, что заявителю было известно о спорных платежах должника в адрес ФИО7 Более того, как указывал ФИО1 в возражениях на заявление, проект заявления о признании данных сделок недействительными был подготовлен самим заявителем.

По мнению судов, из совокупности доказательств является установленным факт того, что АО «АК Банк» хотя и не принимал участия в судебных заседаниях, но был полностью осведомлен о ходе судебного разбирательства, о позициях сторон, а также о принятом судом первой инстанции решении, однако несмотря на свою полную осведомленность, АО «АК Банк», обладая теми же правами, что и финансовый управляющий, правом на обжалование судебного акта не воспользовался.

Относительно довода кредитора о том, что оценка действий финансового управляющего не может ставиться в зависимость от осуществления конкурсным кредитором предоставленных ему прав,  не может относиться к рассматриваемому случаю, так как в нем финансовый управляющий представлял в суд отзывы на заявления кредиторов без должного анализа этих требований.

При этом ФИО1 не представлял отзыв, а сам обжаловал сделку должника на основании подготовленного при помощи самого заявителя проекта искового заявления.

Следовательно, заявитель сам стимулировал ФИО1 к предъявлению требования ФИО7, помог подготовить исковое заявление, однако в дальнейшем самоустранился, как от участия в судебных заседаниях, так и от возможного обжалования принятого судебного акта.

Отклоняя доводы кредитора о том, что именно ФИО1 в рассматриваемых правоотношениях являлся профессиональным участником антикризисных отношений, суды исходили из того, что это обстоятельство не может являться допустимым аргументом применительно к рассматриваемому спору, поскольку заявитель также является профессиональным участником арбитражного процесса с возможностью предъявления требований, заявлений, возражений и обжалований принятых судебных актов.

Суды признали, что требование заявителя о взыскании с ФИО1, как с лица, ранее исполнявшего обязанности финансового управляющего в размере 180 000 000 руб. в связи с отказом от обжалования принятого по выделенному спору определения суда первой инстанции основано на неверном толковании правовых норм и не подлежит удовлетворению.

Относительно доводов кредитора о том, что конкурсным управляющим ФИО1 не были исполнены требования письма, направленного АО «АК Банк» в адрес конкурсного управляющего, о необходимости оспаривания сделок, судами было установлено, что в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника ФИО1 были предприняты исчерпывающие меры по оспариванию сделок, на оспаривание которых указывал кредитор АО «АК Банк».

В части доводов о взыскании убытков, причиненных финансовым управляющим ФИО1 вследствие несвоевременной подачи заявления о включении в реестр требований кредиторов ООО «Лира» и не обжалования собрания кредиторов ООО «Лира», суды исходили из следующего.

В отношении требования о взыскании убытков на сумму 93 670 670,39 руб. вследствие пропуска срока для предъявления требования ООО «Лира»,  судами было установлено, что период исполнения ФИО1 возложенных на него обязанностей - с 26.12.2019 по 27.11.2023.

Должник ФИО2 до сентября - октября 2020 года находился в СИЗО и не мог предоставить информацию финансовому управляющему, при этом  должнику направлялись запросы по месту регистрации, в том числе, о наличии  прав требований к третьим лицам. 

Поскольку должник информацию в письменном виде о наличии у него права требования к ООО «Лира» на 1 млрд. руб.  предоставил только 28 марта 2022 года,   были переданы документы по акту приема-передачи, финансовый управляющий ФИО1 предъявил требование в рамках дела № А53-33429/2018.

Учитывая, что должник является физическим лицом и не ведет бухгалтерский и налоговый учет, поэтому определить состав имущества должника, имущественных прав возможно только либо по ответам на запросы от регистрирующих органов либо по информации, полученной от самого должника. В данном случае о наличии прав требований знал только должник, а также ООО «ТРАСТ», с которым он заключил договор цессии.

При этом суды установили, что ни один из кредиторов должника, в том числе и заявитель, ни разу за весь период осуществления ФИО1 обязанностей финансового управляющего должника с жалобами на его действия не обращались, отстранить его от исполнения обязанностей не пытались.

Судами было установлено, что решением Арбитражного суда Ростовской области от 09.07.2019 (резолютивная часть объявлена 02.07.2019) по делу № А53-33429/2018 ООО «Лира» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства. Сообщение о признании должника банкротом и открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 122 от 13.07.2019. Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.03.2020 конкурсным управляющим ООО «Лира» утвержден ФИО11.

Дата закрытия реестра требований ООО «Лира» - 14.09.2019. 

В период с 13.07.2019 по 14.09.2019 ФИО1 обязанности финансового управляющего ФИО2 не исполнял.

Таким образом,  суды пришли к выводу, что реестр требований кредиторов  ООО «Лира» был закрыт еще до назначения финансовым управляющим ФИО1 26.12.2019.

По мнению судебных инстанций, при условии, если бы заявление было подано сразу после назначения финансовым управляющим, требование к ООО «Лира» подлежало бы удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований включенных в реестр требований ООО «Лира», и никаких предпосылок для восстановления двухмесячного срока не было: требования ФИО2 не были подтверждены судебными актами, исполнительное производство не возбуждалось.

Относительно обстоятельств  включения требования ФИО2 в реестр требований кредиторов ООО «Лира», суды установили, что в Арбитражный суд Ростовской области 30.03.2022 (29.03.2022 посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр») от ФИО2 поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов задолженности в общей сумме 1 000 000 000 руб.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2022 определение Арбитражного суда Ростовской области по делу № А53-33429/2018 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 29.11.2022 определение Арбитражного суда Ростовской области от 30.05.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2022 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области, при этом судом кассационной инстанции указано на необходимость разрешения материально-правового спора по существу, надлежащей оценки представленных в обоснование требований доказательств.

Выполняя указания суда кассационной инстанции, судом первой инстанции неоднократно было предложено заявителю представить доказательства оплаты цессии, пояснить, каким образом рассчитана заявленная сумма, представить доказательства передачи векселей, доказательства реальности их существования, представить доказательства, подтверждающие наличие задолженности должника перед ПАО ВТБ на даты заключения цессии, доказательства выдачи кредита банком и сведения о его погашении, доказательства оплаты цессии ПФО «Траст», ФИО2, указать цель приобретения права требования.

Между тем, заявителем требования суда первой инстанции исполнены не были, документы и пояснения не представлены. Конкурсным управляющим в рамках настоящего спора заявлено о применении срока исковой давности по принудительному взысканию задолженности.

С учетом положений статей 195, 196, 200 Гражданского кодекса РФ, проанализировав материалы обособленного спора по делу № А53-33429/2018, суды установили, что задолженность в размере 1 000 000 000 руб. возникла из кредитного соглашения КС- 73000/2012/00025 от 12.07.2012 между ООО «Лира» и ПАО «Банк «ВТБ».

Впоследствии 30.06.2017 между ФИО2 (цессионарий) и ООО «ПФО «Траст» (цедент) заключено соглашение об уступке прав требования (цессии) № 1 согласно условиям которого цедент уступает цессионарию права денежного требования к ООО «Лира» на сумму 1 000 000 000 (один миллиард) руб. основного долга.

При этом требование заявителя посредством сервиса подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» направлено в суд 29.03.2022.

Срок исполнения обязательства по кредитному соглашению определен до 11.07.2019, конкурсное производство введено 13.07.2019, следовательно, с учетом введения процедуры наблюдения 17.12.2018 (оглашена резолютивная часть) с этой даты срок исполнения обязательства считается наступившим, течение срока исковой давности начинается на следующий день - 18.12.2018, последним днем срока с учетом выходных дней считается 20.12.2021, заявитель же обратился в суд лишь 29.03.2022, то есть, пропустив трехгодичный срок на включение требования в реестр.

С учетом установленных обстоятельств, определением Арбитражного суда Ростовской области от 07.06.2023 в удовлетворении заявления было отказано.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2024 заявление конкурсного управляющего должника о фальсификации доказательства (справки ГБУЗ «Городская поликлиника № 45 Департамента Здравоохранения г. Москвы» от 22.09.2023) оставлено без рассмотрения. В удовлетворении ходатайств конкурсного управляющего о прекращении производства по апелляционной жалобе, оставлении апелляционной жалобы без рассмотрения, об истребовании дополнительных доказательств, об отложении судебного заседания и о привлечении к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, отказано. В удовлетворении ходатайств финансового управляющего ФИО2 об отложении судебного заседания, о привлечении к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, отказано. Определение от 07.06.2023 отменено. Требование ФИО2 признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 31.07.2024 в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего АО «АктивКапитал Банк» - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, отказано. Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2024 по делу № А53-33429/2018 отменено, производство по апелляционной жалобе ФИО2 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 07.06.2023 по данному делу - прекращено.

Исходя из обстоятельств, установленных судебными актами, суды указали,  что требование о включении в реестр ООО «Лира» не было удовлетворено не только в связи с пропуском срока на принудительное взыскание, но и по причине отсутствия достоверных доказательств, подтверждающих реальность самого требования, в связи с чем даже своевременное обращение должника и (или) его финансового управляющего с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Лира», не привело бы к пополнению конкурсной массы ФИО2

Следовательно,  отсутствуют основания полагать, что финансовый управляющий ФИО1 мог бы повлиять на процедуру банкротства ООО «Лира» через собрание кредиторов, а также провести новые торги в отношении гостиницы «Шератон» с целью пополнения конкурсной массы.

Вместе с тем, суды установили, что в рамках дела о банкротстве ООО «Лира» были рассмотрены заявления, в том числе, поданные от ГК «АСВ»: о признании торгов недействительными; о назначении судебной оценочной экспертизы гостиницы «Шератон»; о признании решения собрания кредиторов ООО «Лира» недействительным в части проведения торгов и утверждения начальной цены, по которым были приняты судебные акты об отказе в удовлетворении заявлений.

С учетом вышеизложенного, суды не усмотрели оснований для взыскания убытков с арбитражного управляющего ФИО1 в связи с пропуском сроков по взысканию задолженности с дебиторов должника (ООО «Лира») и непринятию мер по оспариванию решений собраний кредиторов ООО «Лира» об утверждении Положения о порядке, условиях и сроках продажи имущества.

Судебная коллегия соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций.

Согласно положениям пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда».

Из разъяснений, данных в пункте 48 постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» следует, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно статьям 8, 12, 15 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Защита гражданских прав может осуществляться путем возмещения убытков. Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение данной меры ответственности возможно лишь при наличии условий наступления ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие и размер убытков, причинно-следственную связь между наличием убытков и противоправностью поведения ответчика.

Доказывание указанных обстоятельств в соответствии с положениями статьи 65 АПК РФ относится на истца. При этом удовлетворение заявления возможно при доказанности совокупности названных выше обстоятельств. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Вместе с тем, по смыслу пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве обязанность конкурсного управляющего предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании, заявления о признании сделок недействительными подлежит реализации не в силу формального исполнения, а при наличии для этого правовых оснований, определенной судебной перспективы и при отсутствии для должника неблагоприятных финансовых последствий, ведущих к уменьшению конкурсной массы.

Деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (статья 2 Закона о банкротстве, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) от 14.11.2018 со ссылкой на Определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС15-10675).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики по спорам, связанным со взысканием убытков с арбитражных управляющих, существенным обстоятельством, которое исследуют суды при рассмотрении споров о взыскании с арбитражного управляющего убытков, причиненных неоспариванием сделок в пределах срока исковой давности, является в том числе: наличие достаточных оснований полагать о недействительности сделок и дата, когда каждый из управляющих должен был знать об указанных основаниях; наличие у конкурсного управляющего объективных препятствий для оспаривания сделок; вероятность признания сделок недействительными и возможные последствия, в том числе размер денежных средств, который подлежал бы возвращению в конкурсную массу; размер причиненных убытков.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225 по делу № А40-154653/2015, в спорах о взыскании с арбитражного управляющего убытков вследствие не обжалования (несвоевременного обжалования) сделок должника подлежат установлению следующие обстоятельства: дата и условия совершения сделок; период исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей; дата, когда первый конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о сделках (начало течения срока исковой давности), а также дата, когда об этих сделках узнали или должны были узнать последующие конкурсные управляющие; наличие достаточных оснований полагать о недействительности (подозрительности или предпочтительности) сделок и дата, когда каждый из конкурсных управляющих должен был знать об указанных основаниях; наличие у конкурсного управляющего объективных препятствий для оспаривания сделок; вероятность признания сделок недействительными и возможные последствия, в том числе размер денежных средств, который подлежал бы возвращению в конкурсную массу; размер убытков, причиненных конкретному кредитору.

Оценив представленные в материалы дела доказательства с позиции статьи 71 АПК РФ, принимая во внимание выводы, изложенные в судебных актах, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о недоказанности заявителем всей совокупности условий для применения к арбитражному управляющему гражданско-правовой меры ответственности в виде возмещения убытков.

Судебная коллегия выводы судов находит не противоречащими примененным нормам права и установленным по спору обстоятельствам.

Доводы кассационной жалобы  об  отсутствии оценки судами  доводов АО «АК Банк» о причинении ему убытков в связи с утратой возможности участия ФИО2 в деле о банкротстве ООО «Лира», несвоевременной подачей финансовым управляющим заявлений об оспаривании сделок и включении в реестр требований кредиторов, изучены судом кассационной инстанции и подлежат отклонению, поскольку были предметом изучения судов первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую правовую оценку и обоснованно отклонены.

Вопреки доводам заявителя, суды полностью установили обстоятельства, имеющие значение для разрешения настоящего обособленного спора. В описательной и мотивировочной части обжалуемых судебных актов судами полно и всесторонне приведены все исследуемые доказательства, доводы участников процесса, подробно изложены мотивы, по которым суд пришел к итоговым выводам относительно заявленных требований.

При этом кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Несогласие заявителя жалобы с выводами судов, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положений закона, не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права.

Поскольку судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Принимая во внимание, что при подаче кассационной жалобы АО «АК Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, доказательства ее уплаты не представлены, с АО «АК Банк» в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере, предусмотренном подпунктом 20 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 09.08.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2025 по делу №А55-7863/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с акционерного общества «Актив Капитал Банк» в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение кассационной жалобы в размере 50 000 руб.

Поручить Арбитражному суду Самарской области в соответствии со статьей 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                            Е.П. Герасимова

Судьи                                                                                    Е.В. Богданова

                                                                                              В.А. Самсонов