﻿﻿СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

   № 17АП-20402/2018(3)-АК

Дело № А50-33598/2018

05 декабря 2019 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 ноября 2019 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 05 декабря 2019 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Мухаметдиновой Г. Н.  

судей  Плаховой Т.Ю., Чепурченко О.Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания Филиппенко Р.М., в судебном заседании приняли участие: 

представитель должника Кречетова П.А.: Морозова Е.А., паспорт,  доверенность от 15.04.2019,  

финансовый управляющий Маркова Е.М., паспорт, 

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и  времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей  121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том  числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного  заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного  суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу Кречетовой Татьяны Викторовны на определение Арбитражного суда Пермского края от 17 сентября 2019 года 

о признании брачного договора от 10.03.2017, заключенного должником с  Кречетовой Татьяной Викторовной недействительной сделкой  

вынесенное в рамках дела № А50-33598/2018 

о признании несостоятельным (банкротом) Кречетова Павла Андреевича (ИНН  591800089106),  

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.12.2018 года  (резолютивная часть от 13.12.2018) признано обоснованным заявление  

акционерного общества «Райффайзенбанк» о признании Кречетова Павла  Андреевича (далее - должник) несостоятельным (банкротом), в отношении него  введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым  управляющим должника утверждена Маркова Екатерина Михайловна.  

Решением Арбитражного суда Пермского края от 05.04.2018  (резолютивная часть от 29.03.2018) Кречетов Павел Андреевич признан  несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура  реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена  Маркова Екатерина Михайловна.  

Финансовый управляющий 19.04.2019 обратилась в арбитражный суд с  заявлением о признании брачного договора от 10.03.2017 № 59АА 1782884,  заключенного между Кречетовым Павлом Андреевичем и Кречетовой Татьяной  Викторовной недействительной сделкой и применении последствий его  недействительности в виде признания имущества, поименованного в брачном  договоре, совместно нажитым имуществом супругов.  

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее - АПК РФ) к участию в рассмотрении  настоящего обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  общество с ограниченной ответственностью общество с ограниченной  ответственностью «Торговый Дом «СтройСтальКомплект» и орган опеки и  попечительства над несовершеннолетними.  

Определением Арбитражного суда Пермского края о 17.09.2019 заявление  финансового управляющего удовлетворено. Признан недействительной  сделкой брачный договор от 10.03.2017, заключенный Кречетовым Павлом  Андреевичем с Кречетовой Татьяной Викторовной, применены последствия  недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной  собственности в отношении следующего имущества:  

- части 1-этажного нежилого кирпичного здания, площадью 923,1 кв.м,  расположенного по адресу гор. Лысьва, район Челпашки, кадастровый номер  59:09:0011801:568;  

- жилых помещений со встроенным гаражом в 1-эт. кирпичном здании  площадью 315,2 кв.м, находящегося по адресу: гор. Лысьва, ул. Чусовская, 8  «г», кадастровый номер 59:09:0011702:108;  

- кирпичного пристроя к гаражу с холодным металлическим складом  площадью 553,8 кв.м, одноэтажный, расположенного по адресу: гор. Лысьва,  ул. Чусовская, 8 «г», кадастровый номер 59:09:0011702:109;  

- жилого здания, 1-этажное площадью 259,6 кв.м, находящегося по адресу:  гор. Лысьва, ул. Чусовская, 8 «г», кадастровый 1 номер 59:09:0011702:134;  

- земельного участка площадью 2194 кв.м, находящегося по адресу: гор.  Лысьва, ул. Чусовская, 8 «г», кадастровый номер 59:09:0011702:7;  

- жилого дома, 2-этажный, площадью 18,6 кв.м, находящегося по адресу:  гор. Лысьва, ул. Худеньких, 61, кадастровый номер 59:09:0000000:2232.  

- земельного участка площадью 771 кв.м, находящегося по адресу: гор.  

Лысьва, ул. Худеньких, 61, кадастровый номер 59:09:0011419:2;  

- объекта незавершенного строительства, фундамент жилого дома,  находящегося по адресу: гор. Лысьва, ул. Бортникова, 10, кадастровый номер  59:09:0011412:15;  

- шлакоблочного гаража площадью 16,6 кв.м, расположенного по адресу:  Пермский край, гор. Лысьва, ул. Мира, 9, место № 2, кадастровый номер  59:09:0014501:1289.  

- земельного участка площадью 21 кв.м, расположенного по адресу:  Пермский край, гор. Лысьва, ул. Мира, 9, место № 2, кадастровый номер  59:09:0014501:7;  

- объекта незавершенного строительства - незавершенного строительством  жилого дома со служебным строением, находящегося по адресу: гор. Лысьва, с.  Кын, ул. Набережная, 10а, кадастровый номер 59:09:0440001:2574;  

- земельного участка площадью 423 кв.м, расположенного по адресу: гор.  Лысьва, с. Кын, ул. Набережная, 10а, кадастровый номер 59:09:0260001:538;  

- земельного участка площадью 461 кв.м, расположенного по адресу: гор.  Лысьва, с. Кын, ул. Набережная, 11а, кадастровый номер 59:09:0260001:1077;  

- земельного участка площадью 1100 кв.м, расположенного по адресу: гор.  Лысьва, с. Кын, ул. Колхозная, 22, кадастровый номер 59:09:0260001:351;  

- земельного участка площадью 1100 кв.м, расположенного по адресу: гор.  Лысьва, с. Кын, ул. Колхозная, 24, кадастровый номер 59:09:0260001:352;  

- земельного участка площадью 1000 кв.м, расположенного по адресу: гор.  Лысьва, с. Кын, ул. Колхозная, 26, кадастровый номер 59:09:0260001:594;  

- автомобиля марки MERCEDES-BENZ GLK220 CDI4MATIC, 2013 г.в., peг.  знак В 276 УА 159, VIN WDC2049841G13631;  

- автомобиля марки BMW 530D XDRIVE GT, 2015 г.в., рег.знак Е 645 ХС 159,  VIN WBA5N61020GT62635;  

- автомобиля марки TOYOTA LAND CRUSER 150 (PRADO) 2015 г.в., VIN  JTEBR3FJ305001626;  

- автомобиля марки TOYOTA-TUNDRA, 2009 года выпуска VIN  5TFBV54149X090705.  

Не огласившись с вынесенным определением, Кречетова Т.В. обратилась  с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт  отменить, отказать в удовлетворении заявления финансового управляющего.  

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает, что на  момент заключения оспариваемой сделки у Кречетова П.А. имелись доли в  уставном капитале других (действующих) обществ, помимо банкротящегося в  настоящий момент времени ООО «ТД «СтройСтальКомплект», а именно: ООО  «Эверест», ООО «СтройСтальКомплект», ООО «УЗМ», транспортные средства.  Полагает, что единственный кредитор Кречетова П.А. - АО «Райффайзенбанк»  оценивал его состояние как платежеспособное на дату 06 июля 2017 года.  Кредитор ООО «Инсаюр-Автотрейд-ТЛ» отсутствует в перечне кредиторов  лично Кречетова П.А. в настоящем банкротном деле, следовательно,  определять момент возникновения неплатежеспособности Кречетова П.А.  

необходимо исходя из контекста взаимоотношений Кречетова П.А. лично и АО  «Райффайзенбанк» по договору поручительства. Считает, что моментом  наступления неплатежеспособности Кречетова П.А. необходимо считать  сентябрь 2017 года, когда возникла просрочка по кредиту перед банком и  впервые банком выставлено требование о досрочном возврате суммы долга  заемщику и поручителю. Отмечает, что брачный договор между Кречетовыми  был заключен в связи с тем, что в период с 24.06.2002 по 14.03.2018 Кречетова  Татьяна Викторовна активно занималась предпринимательской деятельностью,  имела статус ИП, обладала значительным размером дохода от своей  экономической деятельности, которые направляла на приобретение имущества  в период брака. Таким образом, супруги договорились о справедливом  совместном решении путём подписания брачного договора, согласно которому  имущество, приобретенное главным образом, Кречетовой Т.В., отходило ей и  она в силу договоренности между бывшими супругами не претендовала на  личное имущество Кречетова П.А. и на алименты с него. После подписания  брачного договора, т.е. после 10.03.2017 за Кречетовым П.А. осталось  имущество, которое было зарегистрировано и находилось в пользовании  Кречетова П.А. Полагает, что факт отсутствия злонамерения со стороны  Кречетова П.А. дополнительно подтверждается тем фактом, что согласно  имеющемуся в настоящем деле отчету конкурсного управляющего ООО «ТД  СтройСтальКомплект» Леонгардт М.А., конкурсная масса общества суммарно  (дебиторская задолженность + имущество) равна размеру всех требований  кредиторов общества. Это означает то, что у Кречетова П.А. отсутствовали  намерения выводить имущество в предбанкротный период.  

Должник в отзыве на апелляционную жалобу поддерживает позицию  Кречетовой Т.В.  

В письменном отзыве финансовый управляющий Маркова Е.М. против  доводов апелляционной жалобы возражает.  

Кредитор АО «Рйффайзенбанк» в своем письменном отзыве также  считает обжалуемое определение законным и обоснованным.  

Принявший участие в судебном заседании представитель должника  доводы апелляционной жалобы Кречетовой Т.В. поддерживал в полном объеме.  

Финансовый управляющий Маркова Е.М. против доводов  апелляционной жалобы возражала по мотивам, изложенным в письменном  отзыве.  

Иные лица, участвующие в деле, участвующие в деле, извещенные  надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих  представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке  ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их  отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, между Кречетовой Татьяной  

Викторовной и Кречетовым Павлом Андреевичем зарегистрирован брак  01.06.2001.  

10.03.2017 между супругами заключен брачный договор, по условиям  которого супруги определили, что все имущество, нажитое во время брака до  момента заключения данного договора, является совместной собственностью  вне зависимости от того, кто является титульным собственником имущества.  

Из пункта 1.2 указанного брачного договора следует, что в течение брака  приобретено следующее имущество:  

- часть 1-этажного нежилого кирпичного здания, площадью 923,1 кв.м,  расположенного по адресу гор. Лысьва, район Челпашки, кадастровый номер  59:09:0011801:568;  

- жилые помещения со встроенным гаражом в 1-эт. кирпичном здании  площадью 315,2 кв.м, находящиеся по адресу: гор. Лысьва, ул. Чусовская, 8  «г», кадастровый номер 59:09:0011702:108;  

- кирпичный пристрой к гаражу с холодным металлическим складом  площадью 553,8 кв.м, одноэтажный, расположенный по адресу: гор. Лысьва, ул.  Чусовская, 8 «г», кадастровый номер 59:09:0011702:109;  

- жилое здание, 1-этажное площадью 259,6 кв.м, находящееся по адресу:  гор. Лысьва, ул. Чусовская, 8 «г», кадастровый 1 номер 59:09:0011702:134;  

- земельный участок площадью 2194 кв.м, находящийся по адресу: гор.  Лысьва, ул. Чусовская, 8 «г», кадастровый номер 59:09:0011702:7;  

- жилой дом, 2-этажный, площадью 18,6 кв.м, находящийся по адресу: гор.  Лысьва, ул. Худеньких, 61, кадастровый номер 59:09:0000000:2232.  

- земельный участок площадью 771 кв.м, находящийся по адресу: гор.  Лысьва, ул. Худеньких, 61, кадастровый номер 59:09:0011419:2;  

- объект незавершенного строительства, фундамент жилого дома,  находящийся по адресу: гор. Лысьва, ул. Бортникова, 10, кадастровый номер  59:09:0011412:15;  

- шлакоблочный гараж площадью 16,6 кв.м, расположенный по адресу:  Пермский край, гор. Лысьва, ул. Мира, 9, место № 2, кадастровый номер  59:09:0014501:1289.  

- земельный участок площадью 21 кв.м, расположенный по адресу:  Пермский край, гор. Лысьва, ул. Мира, 9, место № 2, кадастровый номер  59:09:0014501:7;  

- объект незавершенного строительства - незавершенный строительством  жилой дом со служебным строением, находящийся по адресу: гор. Лысьва, с.  Кын, ул. Набережная, 10а, кадастровый номер 59:09:0440001:2574;  

- земельный участок площадью 423 кв.м, расположенный по адресу: гор.  Лысьва, с. Кын, ул. Набережная, 10а, кадастровый номер 59:09:0260001:538;  

-  земельный участок площадью 461 кв.м, расположенный по адресу: гор.  Лысьва, с. Кын, ул. Набережная, 11а, кадастровый номер 59:09:0260001:1077;  

-  земельный участок площадью 1100 кв.м, расположенный по адресу: гор.  Лысьва, с. Кын, ул. Колхозная, 22, кадастровый номер 59:09:0260001:351;  

-  земельный участок площадью 1100 кв.м, расположенный по адресу: гор.  Лысьва, с. Кын, ул. Колхозная, 24, кадастровый номер 59:09:0260001:352;  

-  земельный участок площадью 1000 кв.м, расположенный по адресу: гор.  Лысьва, с. Кын, ул. Колхозная, 26, кадастровый номер 59:09:0260001:594;  

-  автомобиль марки MERCEDES-BENZ GLK220 CDI4MATIC, 2013 г.в.,  peг. знак В 276 УА 159, VIN WDC2049841G13631;  

-  автомобиль марки BMW 530D XDRIVE GT, 2015 г.в., рег.знак Е 645 ХС  159, VIN WBA5N61020GT62635;  

-  автомобиль марки TOYOTA LAND CRUSER 150 (PRADO) 2015 г.в., VIN  JTEBR3FJ305001626;автомобиль марки TOYOTA-TUNDRA, 2009 года выпуска  VIN 5TFBV54149X090705.  

Согласно пункту 1.3 брачного договора от 10.03.2017 стороны изменяют  законный режим совместной собственности супругов и устанавливают  раздельный режим собственности таким образом, что в раздельную  собственность Кречетовой Татьяны Викторовны переходят все единицы  имущества из вышеперечисленных, за исключением шлакоблочного гаража  площадью 16,6 кв.м и земельного участка площадью 21 кв.м, расположенных  по адресу: Пермский край, гор. Лысьва, ул. Мира, 9, место № 2, кадастровые  номера соответственно 59:09:0014501:1289 и 59:09:0014501:7.  

Полагая, что названный брачный договор является недействительной  сделкой, поскольку совершен с заинтересованным лицом в целях причинения  имущественного вреда правам кредиторов в условиях неплатежеспособности  возглавляемого Кречетовым Павлом Андреевичем общества с ограниченной  ответственностью «Торговый Дом «СтройСтальКомплект», по обязательствам  которого перед акционерным обществом «Райффайзенбанк» должник являлся  поручителем, финансовый управляющий обратилась в суд с рассматриваемым  заявлением, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о  банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее - ГК РФ), а также статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации.  

Удовлетворяя заявленные требования, арбитражный суд первой  инстанции исходил из наличия всей совокупности обстоятельств, необходимых  для признания сделки недействительной применительно к положениям статьи  61.2 Закона о банкротстве.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и  возражений на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в  порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права,  арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" и части 1 статьи 223 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности  

(банкротстве).  

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения,  связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой,  регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2  главы XI указанного Закона.  

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса РФ имущество, нажитое  супругами во время брака, является их совместной собственностью.  

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу  супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности,  предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной  деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные  выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы  материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с  утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения  здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также  приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые  вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные  учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое  супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из  супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены  денежные средства.  

Статьями 40, 42 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что брачным  договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение  супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке  и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить  установленный законом режим совместной собственности (ст. 34 Кодекса),  установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все  имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из  супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении  имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги  вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному  содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым  из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано  каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный  договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений  супругов. Брачный договор может быть признан судом недействительным  полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским  кодексом РФ для недействительности сделок (ст. 44 Семейного кодекса РФ).  

В соответствии с абзацами 2, 5 пункта 9 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых  вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения  конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" (далее - постановление  Пленума N 48) финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи  требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о  

банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в  пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о  банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества  (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим  соглашением прав и законных интересов кредиторов (ст. ст. 61, 2, 61.3 Закона о  банкротстве, ст. ст. 10, 168, 170, п. 1 ст. 174.1 ГК РФ). Данные разъяснения  подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов  брачным договором.  

В силу приведенных в пункте 1 постановления Пленума ВАС РФ от  23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее -  постановление Пленума ВАС РФ N 63) разъяснений, по правилам главы III.1  Закона о банкротстве могут в частности оспариваться брачный договор,  соглашение о разделе общего имущества супругов.  

С учетом этого финансовый управляющий имеет право на оспаривание  спорного брачного договора в судебном порядке в рамках данного  обособленного спора, как по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ, так  и по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о  банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Федерального закона "О  несостоятельности (банкротстве)" сделка, совершенная должником в течение  одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия  указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств  другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или)  иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от  цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах  совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным  встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая  передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная  стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного  исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного  встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и  обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до  принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого  заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств,  указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие  иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности,  недобросовестности контрагента), не требуется.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N  63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального  закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63),  

судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих  оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

При этом, для признания оспариваемой сделки недействительной по  указанному выше основанию необходимо установить совокупность следующих  обстоятельств:  

- сделка должна быть совершена с целью причинения вреда  имущественным правам кредиторов;  

- в результате совершения сделки такой вред был причинен; 

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (пункт 5 Постановления Пленума ВАС  РФ N 63).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 Постановления  Пленума ВАС РФ N 63).  

Согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки  должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности  имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных  абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное  

не доказано другой стороной сделки (пункт 6 Постановления Пленума ВАС РФ  N 63).  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать  об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она  могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Таким образом, необходимым условием для признания сделки  недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  является уменьшение в результате такой сделки стоимости или размера  имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к  должнику, а также наступление иных последствий, влекущих полную или  частичную утрату кредиторами возможности получить удовлетворение своих  требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Оспариваемый брачный договор заключен 10.03.2017, то есть в течение  трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (06.11.2018)  и попадает в период подозрительности, предусмотренный как пунктом 1, так и  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Брачный договор не  предусматривает каких-либо финансовых расчетов сторон, а потому является  безвозмездной сделкой.  

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов  Кречетова Павла Андреевича в качестве обеспеченных залогом имущества  должника включены требования акционерного общества «Райффайзенбанк» в  общем размере 43 503 988,56 рублей, из которых 40 979 070,42 руб. основной  долг и 2 458 918,14 руб. финансовые санкции.  

Соответствующие требования кредитора основаны на заключенных  акционерным обществом «Райффайзенбанк» с Кречетовым Павлом  Андреевичем договоре поручительства от 01.12.2016 № 7033/S1 (с учетом  изменений от 23.12.2016 № 1, от 06.07.2017 № 2) и договоре об ипотеке от  23.12.2016 № 7033/Р3 с дополнительным соглашением к нему от 06.07.2017 №  1.  

Данные договоры являлись обеспечением исполнения обществом с  ограниченной ответственностью «Торговый Дом «СтройСтальКомплект»  обязательств по соглашению об условиях и порядке открытия кредитной линии  с лимитом задолженности от 01.12.2016 № 7033-PRM о предоставлении  заемщику кредитной линии на сумму 46 800 000 руб. с датой погашения  28.12.2017 (с учетом изменений от 23.12.2016 № 1 и от 06.07.2017 № 2).  

В силу норм статьи 361 ГК РФ обязанность поручителя исполнить  обязательство должника возникает в случае неисполнения или ненадлежащего  исполнения последним своего обязательства.  

Исходя из положений пункта 1 статьи 363 ГК РФ при неисполнении или  ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством  обязательства поручитель и должник, по общему правилу, отвечают перед  кредитором солидарно, что предполагает право кредитора требовать  исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в  

отдельности, притом как полностью, так и в части долга (пункт 1 статьи 323 ГК  РФ).  

Кречетова Т. В. и должник, заявляя об отсутствии цели причинения  вреда кредитору при заключении оспариваемого брачного договора, ссылаются  на тот факт, что брачный договор заключен в марте 2017 года, при том, что  требования об исполнении обязательств по договору поручительства  предъявлены банком только в сентябре 2017 года.  

Однако, как верно отмечено судом первой инстанции, в данном случае,  исходя из вышеприведенных норм права, сам по себе факт того, что на момент  заключения спорной сделки сам должник не обладал признаками  неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества не имеет  определяющего значения. Установлению подлежит момент, когда для него с  достаточной степенью стало очевидным, что возникает риск предъявления  требований займодавцем к нему.  

При этом, судом первой инстанции установлено, что на протяжении  длительного времени (начиная с конца 2014 года) у общества с ограниченной  ответственностью «Торговый Дом «СтройСтальКомплект», единоличным  исполнительным органом и учредителем которого являлся Кречетов Павел  Андреевич, имелась задолженность перед кредитором - обществом с  ограниченной ответственностью «Инсаюр-Автотрейд-ТЛ», по иску которого  еще в мае 2016 года возбуждено дело № А55-10185/2016 о взыскании  задолженности по договору поставки от 22.11.2012 № 160/К-28/2012 в размере  79 654 877 руб. 20 коп. и неустойки в размере 5 215 446 руб. 69 коп.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 08.07.2016  производство по делу № А55-10185/2016 прекращено, утверждено мировое  соглашение на условиях признания ответчиком задолженности по названному  договору по состоянию на 28 июня 2016 года (включительно) в размере 55 400  000 руб., установления графика погашения задолженности в срок до 31 декабря  2016 года; а также на условиях передачи истцу в залог, в том числе  недвижимого имущества должника.  

Между тем, впоследствии утвержденное судом мировое соглашение не  было исполнено, в связи с чем на основании указанного определения в порядке  принудительного исполнения выдан исполнительный лист ФС № 014477122 и  27.06.2017 судебным приставом исполнителем МО по ИОИП РД и ИИ УФССП  России по Пермскому краю возбуждено исполнительное производство №  263668/17/59046-ИП.  

Соответствующие обстоятельства установлены при рассмотрении в  рамках дела № А50-5278/2018 обособленного спора о признании сделок по  выплате Кречетову Павлу Андреевичу дивидендов недействительными (статьи  16, 69 АПК РФ).  

Таким образом, судом установлено и не опровергнуто лицами,  участвующими в деле, что заключение обществом с ограниченной  ответственностью «Торговый Дом «СтройСтальКомплект» с акционерным  обществом «Райффайзенбанк» соглашения об условиях и порядке открытия  

кредитной линии с лимитом задолженности от 01.12.2016 № 7033-PRM и  заключение в качестве обеспечения исполнения данного соглашения договора  поручительства с Кречетовым Павлом Андреевичем на условиях солидарной  ответственности имело место при недостаточности оборотных денежных  средств у возглавляемой должником организации (иного не доказано), о чем  должник не мог не знать, являясь руководителем организации-заемщика.  

При этом, долг общества с ограниченной ответственностью «Торговый  Дом «СтройСтальКомплект» перед обществом с ограниченной  ответственностью «Инсаюр-Автотрейд-ТЛ» включен на сегодняшний день в  реестр требований кредиторов в рамках дела № А50-5278/2018, поскольку,  несмотря на привлечение заемных денежных средств, так и не был полностью  погашен, в том числе по причине совершения Кречетовым Павлом  Андреевичем сделок по выплате дивидендов, признанных недействительными  вступившим в законную силу определением от 18.06.2019.  

Должник не мог не осознавать, что неисполнение условий мирового  соглашения, утвержденного судом по делу № А55-10185/2016, неотвратимо  повлечет возбуждение исполнительного производства, чему будет  сопутствовать наложение ареста на денежные средства общества с  ограниченной ответственностью «Торговый Дом «СтройСтальКомплект», что,  в свою очередь, не позволит исполнять надлежащим образом обязательства  перед иными кредиторами, в том числе перед акционерным обществом  «Райффайзенбанк».  

Доказательств того, что на момент заключения брачного договора размер  дохода Кречетов П. А. позволял ему исполнить принятые на себя обязательства  по кредитным обязательствам общества в соответствии с условиями договора  поручительства, должником не представлено.  

Рыночная стоимость имущества, принадлежащего должнику и  обеспечивающего исполнение обязательств перед банком (здание  производственных мастерских и земельный участок), согласно проведенной  оценке в целях реализации в деле о банкротстве Кречетова П. А. составляет  5 451 000 рублей.  

Доказательств того, что имущества, оставшегося у Кречетова П. А., в  результате заключения брачного договора будет достаточно для исполнения его  обязательств в материалы дела не представлено.  

Оспариваемая сделка совершена в отношении заинтересованного по  отношению к должнику лица (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве), так как  имела место в период нахождения супругов Кречетовых в зарегистрированном  браке, который расторгнут лишь 07.07.2017.  

Наличие брачных отношений между супругами презюмирует  осведомленность Кречетовой Т.В. как супруги Кречетова П.А. о всех  существенных фактах в деятельности последнего, которые сколько-нибудь  значительно могли повлиять на экономический аспект их совместной жизни.  

Данная презумпция со стороны Кречетовой Т.В. не опровергнута.  

На момент заключения брачного договора супруги Кречетовы не могли  

не осознавать, что обязанность по исполнению кредитных обязательств ООО  «Торговый Дом «СтройСтальКомплект», обеспеченных поручительством  должника, будет возложена на него в порядке солидарной ответственности.  

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, апелляционный суд  соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что спорная сделка  совершена фактически именно в целях уменьшения объема обеспечения, за  счет которого акционерное общество «Райффайзенбанк» могло рассчитывать на  погашение поручителем долга по соглашению об условиях и порядке открытия  кредитной линии от 01.12.2016 № 7033-PRM.  

Довод ответчика о том, что фактически брачные отношения между ней и  Кречетовым П.А. прекратились в декабре 2016 года, не подтверждается  материалами дела.  

В качестве доводов в опровержение наличия противоправной цели  совершения оспариваемого брачного договора и своей осведомленности об  этом Кречетова Татьяна Викторовна ссылалась, во-первых, на то, что в  решении Мирового судьи судебного участка № 2 Лысьвенского судебного  района Пермского края от 07.07.2017 по делу № 2-507/2017 указано на  преюдициальный, по мнению ответчика, факт прекращения брачных  отношений между супругами с декабря 2016 года.  

Между тем, по смыслу норм статьи 69 АПК РФ преюдициальное  значение приобретают лишь фактические обстоятельства, установленные  судом, а не пояснения участвующих в деле лиц или правовые выводы суда. При  этом указание на прекращение брачных отношений с декабря 2016 года  изложено в указанном решении суда общей юрисдикции в качестве  исключительно цитирования доводов истца - Кречетовой Татьяны Викторовны,  лежащих в основе требований о расторжении брака.  

Вызванные и допрошенные судом свидетели Оржеховский Валерий  Семенович и Оржеховская Наталья Васильевна не смогли дать точного ответа  относительно того, когда должник прекратил совместно проживать с  Кречетовой Татьяной Викторовной, поясняя при этом, что знают о  прекращении брачных отношений между супругами со слов ответчика, а также  указывая, что действительно на сегодняшний день видят Кречетова Павла  Андреевича реже, чем ранее.  

При этом судом установлено, что из имеющейся в материалах дела  адресной справки, Кречетов Павел Андреевич по тому адресу, где в настоящее  время проживает (г. Лысьва, ул. Мира, 10-20), имеет временную регистрацию с  31.08.2018 по 31.08.2021, а до этого смена регистрации на г. Перми на ул.  Металлистов, 5-41 была только с 31.01.2018.  

Кроме того, как верно отмечено судом первой инстанции, даже в случае  если супруги действительно прекратили брачные отношения между собой, сам  по себе данный факт не может опровергнуть презумпцию осведомленности  супруги должника о цели заключения спорной сделки, поскольку брачные  отношения, которые в данном случае являлись длительными, предполагают  постановку супругами друг друга в известность о тех или иных событиях,  

способных существенно повлиять на их имущественное положение.  

Доводы относительно того, что Кречетова Т.В. давала согласие лишь на  передачу в залог недвижимого имущества, но не давала согласие на  поручительство, отклоняются, поскольку не опровергают указанную выше  презумпцию. Письменное нотариально удостоверенное согласие на передачу в  залог имущества предполагает как минимум обладание сведениями о том, в  обеспечение исполнения какого обязательства имущество обременяется.  

При этом по условиям оспариваемого брачного договора существенно  большая и наиболее ликвидная часть имущества, принадлежащего Кречетову  Павлу Андреевичу и Кречетовой Татьяне Викторовне на праве общей  совместной собственности, переведена в режим раздельной собственности  супруги должника.  

Довод ответчика о том, что все имущество, поименованное в брачном  договоре, приобреталось за счет ее личных денежных средств также не  подтверждается материалами дела.  

Кроме того, пунктом 2 ст. 34 СК РФ установлено, что к имуществу,  нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся  доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской  деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими  пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального  целевого назначения. Общим имуществом супругов являются также  приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые  вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные  учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое  супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из  супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены  денежные средства. Исходя из положений данной нормы права доходы  Кречетовой Т.В., полученные в период брака, являются общим имуществом  супругов, а, соответственно и имущество, приобретённое на такие доходы,  является совместной собственностью супругов.  

Заключение оспариваемого брачного договора с целью урегулирования  отношений супругов по алиментным обязательствам также не подтверждается  материалами дела и не следует из содержания оспариваемого брачного  договора.  

При изложенных обстоятельствах следует признать, что заключение  спорной сделки в условиях существования обязательств, которые в дальнейшем  были включены в реестр требований кредиторов должника, свидетельствует о  заключении брачного договора с целью вывода имущества и причинения вреда  имущественным правам кредиторов, поскольку в результате заключения  брачного договора был изменен режим общей собственности супругов, и  Кречетовой Т. В. перешла значительная часть имевшихся у супругов активов,  за счет которых могли быть исполнены обязательства перед кредиторами, что  является основанием для признания указанного договора недействительной  сделкой в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с  оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом  "О несостоятельности (банкротстве)", пункте 9 Информационного письма  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008  N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, если при  заключении договора одной из сторон было допущено злоупотребление  правом, и (или) сделка должника, направлена на нарушение прав и законных  интересов кредиторов, данные сделки могут быть признаны судом  недействительными в том числе на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168  ГК РФ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия  граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.  

Положения названной нормы предполагают недобросовестное поведение  (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права  исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением  реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным  хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.  

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица  по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с  нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления  гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторам должника)  или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут  быть не удовлетворены, в частности, вследствие совершения сделки по выводу  имущества из собственности должника).  

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со  злоупотреблением правом должно быть доказано, что, совершая оспариваемую  сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо  противоправный интерес.  

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от  23.07.2018 № 305-ЭС18-3009, в условиях банкротства должника, а значит  очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества  для расчета по всем долгам, нередко возникает ситуация, при которой  происходит столкновение материальных интересов его кредиторов,  конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу, и самого  должника на сохранение принадлежащего ему имущества за собой (через  родственные связи, если должник - физическое лицо).  

Данная позиция базируется на разъяснениях, данных в пункте 7  постановления Пленума ВАС РФ № 63, содержащих опровержимую  презумпцию осведомленности заинтересованного по отношению к должнику  лица (статья 19 Закона о банкротстве) о совершении оспариваемой сделки с  целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Из приведенных правовых позиций высших судебных инстанций и  устойчиво сложившейся по данной категории споров судебной практики  однозначно следует, что до тех пор, пока не доказано иное, факт совершения  должником-гражданином в преддверии собственного банкротства, в условиях  своей неплатежеспособности сделки по отчуждению принадлежащего ему  имущества в пользу заинтересованного лица в достаточной степени  подтверждает факт направленности такой сделки на причинение вреда  имущественным правам и законным интересам его кредиторов (статьи 10 и 168  ГК РФ).  

В тексте брачного договора от 10.03.2017 прямо указано, что стороны  исходили из того, что все имущество, составляющее предмет сделки, является  общей совместной собственностью (статья 34 СК РФ), при этом и должник и  ответчик поясняли суду, что при заключении брачного договора от 10.03.2017  между ними отсутствовали какие-либо разногласия.  

Учитывая, что при заключении оспариваемого брачного договора  действия Кречетова П. А. и Кречетовой Т. В. были направлены не на  справедливое распределение имущества супругов, а на вывод имущества  должника в условиях, очевидно свидетельствующих о дальнейшем взыскании с  Кречетова П. А. задолженностей по уже существовавшим обязательствам,  позволяет также сделать вывод о том, что при заключении оспариваемого  договора имело место злоупотребления правом, что влечет за собой признание  такой сделки недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.  

Указаний на то, что практически все ликвидное имущество  приобреталось только за счет доходов Кречетовой Т.П. ни в брачном договоре,  ни в иных соглашениях не содержится.  

Представленные со стороны должника в последнем судебном заседании  документы относительно расходования денежных средств на производственные  нужды никоим образом не могут обоснованность позиции Кречетовой Татьяны  Викторовны, поскольку не позволяют установить непосредственно источники  таких средств, а также сделать вывод об отсутствии у должника иного дохода,  который мог быть направлен на приобретение имущества, вошедшего  впоследствии в предмет спорной сделки.  

Кроме того, судом принято во внимание, что в результате совершения  спорной сделки изменен режим не всего имущества, являющегося совместно  нажитым.  

Так судом первой инстанции установлено и не опровергнуто лицами,  участвующими в деле, что в предмет оспариваемого договора не включены  доли Кречетова Павла Андреевича в уставных капиталах юридических лиц, а  также земельный участок 2450 кв.м и нежилое здание площадью 904,7 кв.м,  расположенных по адресу: г. Лысьва, ул. Орджоникидзе, 55 А.  

При этом, как следует из материалов дела, в отношении данных объектов  недвижимости ответчик подавала заявление на получение 50% от денежных  средств, вырученных от продажи на торгах (определение суда от 26.08.2019 по  данному делу).  

Доводы заявителя жалобы о том, что на момент заключения  оспариваемой сделки Кречетов П. А. не отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества, так как у него  отсутствовали просроченные обязательства перед банком, а факт заключения  договора поручительства сам по себе не свидетельствует о  неплатежеспособности должника, а также о том, что суд неправомерно пришел  к выводу о недобросовестности сторон, наличии противоправного интереса  участников оспариваемой сделки, наличия цели причинения вреда интересам  кредиторам должника, подлежат отклонению.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4),  сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из  составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность  квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и  иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).  

В рассматриваемом случае финансовый управляющий ссылался на то, что  на момент совершения оспариваемой сделки Кречетов П. А. являлся  поручителем ООО «Торговый Дом «СтройСтальКомплект» по кредитному  договору с АО «Райффайзенбанк», требование которого включено в реестр  требований кредиторов должника.  

При этом, в соответствии с правовой позицией, изложенной в  определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.11.2015 N 89-КГ15- 13 обязательства по договору поручительства возникают с момента подписания  такого договора.  

Тем самым, заключая договор поручительства, поручитель должен  осознавать возможность предъявления в любой момент к нему требования об  исполнении солидарной обязанности.  

Принимая во внимание всю совокупность вышеизложенных  обстоятельств, нужно признать заявленные управляющим требования  обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.  

Согласно пункту 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество  гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом  (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по  общим правилам, предусмотренным указанной статьей. В таких случаях супруг  (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при  решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную  массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов  (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе,  остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если  при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии  солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого  поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть  

выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего  супруга) по этим общим обязательствам.  

Возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной  сделке осуществляется в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 167  Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при  недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все  полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в  натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании  имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его  стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не  предусмотрены законом.  

Признав спорную сделку недействительной, руководствуясь  положениями ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая  предмет оспариваемой сделки и установленные по делу обстоятельства, суд  первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для  применения последствий недействительности сделки в виде восстановления  законного режима общей совместной собственности супругов на спорное  имущество.  

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, супруга  должника не лишена возможности обращения в суд с требованиями о разделе  общего имущества супругов, об определении долей супругов в их общем  имуществе, которые подлежат рассмотрению судом общей юрисдикции с  соблюдением правил подсудности. К участию в деле о разделе общего  имущества супругов привлекается финансовый управляющий. Все кредиторы  должника, требования которых заявлены в деле о банкротстве, вправе принять  участие в рассмотрении иска в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 43 ГПК РФ).  

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы подлежат отклонению,  поскольку не имеют правового отношения к рассматриваемому спору.  

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал  материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам,  применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив  нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном  акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его  отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.  

При указанных обстоятельствах оснований для отмены обжалуемого  определения, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального  кодекса РФ не имеется. Нарушений судом первой инстанции норм  материального и(или) процессуального права апелляционным судом не  установлено. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.  

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по госпошлине по  апелляционным жалобам относятся на заявителя.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269,  

270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 17 сентября 2019 года  по делу № А50-33598/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий Г.Н. Мухаметдинова 

Судьи Т.Ю. Плахова  

 О.Н. Чепурченко