ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-37572/2022

г. Самара

30 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 30 мая 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Харламова А.Ю., 

судей Некрасовой Е.Н., Николаевой С.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от УФНС России по Самарской области - ФИО2, доверенность от 17.11.2022,

от ООО "Промстройпроект" - ФИО3, доверенность от 09.01.2023, ФИО4, паспорт, Выписка из ЕГРЮЛ, после перерыва - ФИО5, доверенность от 09.01.2023, ФИО4, паспорт, Выписка из ЕГРЮЛ, 

от Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области - ФИО2, доверенность от 14.11.2022,

от Межрайонной ИФНС России № 23 по Самарской области - не явился, извещена,

рассмотрев в открытом судебном заседании 22.05.2023 - 24.05.2023 в помещении суда апелляционную жалобу УФНС России по Самарской области и Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области на решение Арбитражного суда Самарской области от 01.03.2023 по делу № А55-37572/2022 (судья Матюхина Т.М.),

по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Промстройпроект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Тольятти, Самарская область,

к Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области, г. Тольятти, Самарская область,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:

-Межрайонная ИФНС России № 23 по Самарской области, Самарская область, г. Самара,

-УФНС России по Самарской области, г. Самара,

о признании недействительным решения,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Промстройпроект» (далее в т.ч. - заявитель, общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором, с учетом принятого судом первой инстанции в порядке, предусмотренном ч.ч. 1 и 2 ст. 49 АПК РФ, уточнения предмета заявленных требований и частичного отказа от ранее заявленных требований, просило:

-признать недействительным Решение Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области (далее в т.ч. - инспекция, налоговый орган) от 22.07.2022 № 10-38/61 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения", в редакции Решения УФНС России по Самарской области (далее в т.ч. - управление) от 07.11.2022 № 03-15/39018@, за исключением привлечения его к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 126 НК РФ, и доначисления ему к уплате транспортного налога.

В соответствии с решением  от 01.03.2023 по делу № А55-37572/2022Арбитражный суд Самарской области решил:

Отказ ООО «Промстройпроект» от требований, в части признания недействительным Решения Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области от 22.07.2022 № 10-38/61 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения", в редакции Решения УФНС России по Самарской области от 07.11.2022 № 03-15/39018@, в части привлечения к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 126 НК РФ, и доначисления транспортного налога, принять. 

Производство по делу в указанной части прекратить.

Заявленные требования удовлетворить частично.

Признать недействительным Решение Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области от 22.07.2022 № 10-38/61 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения", в редакции Решения УФНС России по Самарской области от 07.11.2022 № 03-15/39018@, в части доначисления НДС в размере 23 739 765 руб. 38 коп., налога на прибыль организаций в размере 15 979 108 руб. 67 коп. и соответствующих сумм пени и штрафа.

Обязать Межрайонную ИФНС России № 2 по Самарской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО «Промстройпроект», применительно к той части Решения Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области от 22.07.2022 № 10-38/61, в которой судом оно признано недействительным.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области в пользу ООО «Промстройпроект» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. 00 коп.

Не согласившись с решением суда первой инстанции УФНС России по Самарской области и Межрайонная ИФНС России № 2 по Самарской области обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят решение Арбитражного суда Самарской области от 01.03.2023 по делу № А55-37572/2022 отменить и принято по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных ООО «Промстройпроект» требований.

В соответствии с определением председателя судебной коллегии по рассмотрению споров, возникающих из административных правоотношений Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2023 в порядке, предусмотренном ст. 18 АПК РФ, произведена замена судьи Корнилова А.Б. на судью Некрасову Е.Н., после чего суд апелляционной инстанции объявил рассмотрение настоящего дела по апелляционной жалобе УФНС России по Самарской области и Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области с самого начала.

В порядке, предусмотренном ст. 163 АПК РФ, в судебном заседании судом апелляционной инстанции был объявлен перерыв с 22.05.2023 до 24.05.2023 до 15 час. 25 мин., после чего судебное заседание было возобновлено и продолжено.

В ходе проводимого судом апелляционной инстанции судебного заседания представители Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области и УФНС России по Самарской области поддержали апелляционную жалобу.

В ходе проводимого судом апелляционной инстанции судебного заседания представители ООО "Промстройпроект" возражали против удовлетворения апелляционной жалобы  Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области и УФНС России по Самарской области по основаниям, изложенным в письменных мотивированных Возражениях.

В соответствии со ст.ст. 156 и 266 АПК РФ судебное заседание, с учетом мнения представителей Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области, УФНС России по Самарской области и ООО "Промстройпроект", проводится судом апелляционной инстанции в отсутствие представителя Межрайонной ИФНС России № 23 по Самарской области, извещенной надлежащим образом о времени и месте проведения судом апелляционной инстанции судебного заседания.

Проверив законность и обоснованность принятого по делу судебного акта в порядке гл. 34 АПК РФ, оценив доводы Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области и УФНС России по Самарской области, изложенные в апелляционной жалобе и в Дополнениях к ней, контрдоводы ООО "Промстройпроект", изложенные в письменных Возражениях, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив и оценив материалы по делу, суд апелляционной инстанции не усматривает предусмотренных законом оснований для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта суда первой инстанции.

Как следует из материалов по настоящему делу и было установлено судом первой инстанции, 22.07.2022 Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области по результатам выездной налоговой проверки, проведенной в отношении ООО «Промстройпроект» по всем налогам и сборам за период 01.01.2018 - 31.12.2020, было вынесено Решение № 10-38/61 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения", согласно которого обществу был доначислен к уплате НДС в размере 24 356 331 руб. 00 коп., налог на прибыль организаций в размере 16 440 483 руб. 00 коп., транспортный налог в размере 1 182 руб. 00 коп., начислены пени по ст. 75 НК РФ в сумме 14 000 497 руб. 00 коп., заявитель был привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной, соответственно: п. 1 ст. 126 НК РФ, в виде штрафа в размере 500 руб. 00 коп., п. 1 ст. 122 НК РФ, в виде штрафа в размере 30 руб. 00 коп., п. 3 ст. 122 НК РФ, в виде штрафа в размере 1 883 372 руб. 00 коп.

Общая сумма доначислений по указанному Решению составила 56 672 395 руб. 00 коп.

Не согласившись с принятым инспекцией Решением, заявитель обратился с Апелляционной жалобой в управление, по результатам рассмотрения которой вышестоящий налоговый орган принял Решение от 07.11.2022 № 03-15/39018@, об отмене Решения от 22.07.2022 № 10-38/61 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения", в части: 

-суммы штрафа по п. 3 ст. 122 НК РФ в размере 1 412 529 руб. 00 коп.; 

-суммы штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ в размере 22 руб. 50 коп.; 

-суммы штрафа по п. 1 ст. 126 НК РФ в размере 375 руб. 00 коп.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения общества в суд первой инстанции с рассматриваемым заявлением.

Повторно рассмотрев настоящее дело по правилам, установленным гл. 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает, что при вынесении обжалуемого судебного акта суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В силу ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Частью 4 ст. 200 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: 

-несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту; 

-нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности. 

Оценка требований и возражений сторон производится судом в соответствии с положениями ст.ст. 9, 65 АПК РФ с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, в соответствии со ст. 71 АПК РФ.

Как было установлено судом первой инстанции, в проверяемом налоговом периоде ООО «Промстройпроект» имело взаимоотношения со следующими контрагентами: 

-ООО «Абутор» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Стройресурс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Грэкс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Строй-Монтаж-Сервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «АТК-Гарант» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Анкор» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Интеграл» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Антей» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Рескатор-Строй» (ИНН 

<

***>), ОО «Потенциал» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Профессионал» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Волгастроймонтаж» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Евростройсервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Стройторг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Волгапромсбыт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

По результатам выездной налоговой проверки, налоговым органом был сделан вывод о нарушении ООО «Промстройпроект» п. 1 ст. 54.1, п. 1, п. 2 ст. 171, п. 1 ст. 172, п. 1 ст. 169 НК РФ, т.е., по мнению налогового органа, было установлено:

-занижение выручки от реализации товаров (работ, услуг); 

-не представлены документы для проведения мероприятий налогового контроля;

-налогоплательщиком применена схем ухода от налогообложения, минимизация налоговых обязательств, а именно неправомерное завышение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, по взаимоотношениям с контрагентами.

Основным видом деятельности общества является - Строительство жилых и нежилых зданий.

Инспекция указывает на установление основного покупателя и поставщика ООО «Промстройпроект» в проверяемом налоговом периоде - АО «АВТОВАЗ», для которого выполнялись работы по ремонту зданий и сооружений.

Налоговый орган также указывает, что заявителем неправомерно были приняты налоговые вычеты по НДС и расходы по налогу на прибыль организаций по фактически не выполненным работам, не приобретенным товарам по вышеуказанным спорным контрагентам при отсутствии реальных хозяйственных взаимоотношений и при создании формального документооборота (спорными контрагентами фактически не осуществляли деятельность по оказанию ООО «Промстройпроект» услуг, поставке ТМЦ).

По мнению налогового органа, оформляя договорные отношения со спорными контрагентами, ООО «Промстройпроект» целенаправленно создавало условия для получения налоговой экономии, путем неправомерного завышения налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль организаций. 

Налоговый орган указывает на то, что в ходе выездной налоговой проверки установлено, что в приобретении материалов и ТМЦ у спорных контрагентов не было необходимости, поскольку налоговой проверкой установлена их достаточность у самого общества при производстве работ, оказании услуг по договорам, исполняемым обществом в проверяемый налоговый период. 

Налогоплательщиком использована схема затоваривания ТМЦ без их фактического использования. 

Также налоговый орган указывает на то, что спорные контрагенты не оказывали услуги, арендованная по документам у спорных контрагентов спецтехника не использовалась обществом при производстве работ, работы производились последним либо собственными силами и средствами, либо с привлечением реальных исполнителей услуг. 

Налоговый орган в отношении спорных контрагентов указывает следующие признаки, свидетельствующие об их фиктивности: 

-отсутствие нахождения по юридическому адресу, подтвержденное протоколом осмотра; 

-в ЕГРЮЛ внесены записи о недостоверности сведений о соответствующих контрагентах; 

-отсутствие у соответствующих спорных контрагентов сотрудников; 

-отсутствие у соответствующих спорных контрагентов имущества, земельных участков, транспортных средств на праве собственности; 

-отсутствие у соответствующих спорных контрагентов перечислений на ведение финансово-хозяйственной деятельности, а именно коммунальные, арендные и иные платежи; 

-закупка ТМЦ соответствующими спорными контрагентами для дальнейшей реализации не установлена; 

-установлены операции, свидетельствующие о взаимодействии общества с реальными контрагентами и наличие у последних возможности реального приобретения товаров, поставленных в дальнейшем в адрес ООО «Промстройпроект»;

-отсутствие наличия кредиторской задолженности; 

-документы соответствующего контрагента подписаны умершим руководителем;

-спорные контрагенты не уплачивали налоги и сдавали налоговую отчетность с «нулевыми» показателями; 

-оформление сотрудников, числящихся еще в более 30ти организациях; 

-отсутствие у соответствующих спорных контрагентов открытых расчетных счетов в банках; 

-наличие у соответствующих спорных контрагентов номинальных руководителей.

Изложенные обстоятельства позволили основанием для вывода налогового органа о том, что реальные финансово-хозяйственные отношения у ООО «Промстройпроект» с привлеченными контрагентами: ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «Строй-Монтаж-Сервис», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «РескаторСтрой», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт» в проверяемый налоговый период отсутствовали, а сами взаимоотношения между налогоплательщиком и его спорными контрагентами и далее по цепочке направлены на искусственное создание видимости осуществления работ (оказания услуг), поставки ТМЦ путем фиктивного документооборота, с целью незаконного уменьшения налоговых обязательств и получения налоговой экономии, что по мнению налогового органа свидетельствует о наличии обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 54.1 НК РФ, то есть намеренно был создан фиктивный документооборот в целях неправомерно заявленных налоговых вычетов по данным сделкам. 

Оспаривая Решение инспекции, заявитель указывает, что доводы налогового органа, нашедшие свое отражение в Решении, являются голословными, поскольку налоговым органом не был проведен надлежащий анализ деятельности спорных контрагентов. 

Выводы инспекции об оцениваемых фактах финансово-хозяйственных операций, в первую очередь, между заявителем и его спорными контрагентами, не подтверждены достаточными и надлежащими (достоверными) доказательствами. 

Как указывает заявитель, в проверяемом налоговом периоде спорные контрагенты являлись действующими юридическими лицами, зарегистрированными налоговым органом в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность. 

Заявитель также указывает, что инспекцией не были установлены и не были в полной мере доказаны обстоятельства, свидетельствующие: 

-об умышленных действиях именно самого ООО «Промстройпроект», направленных исключительно на искажение фактов хозяйственной жизни, в части отражения в бухгалтерском учете нереальных операций (создании фиктивного документооборота); 

-о совершении сделок со спорными контрагентами, исключительно с целью неполной уплаты налога в бюджет, в отсутствие экономической обоснованности и разумной деловой цели; 

-о согласованности действий между обществом и спорными контрагентами в целях занижения налогов именно самим обществом; 

-о том, что общество контролировало деятельность организаций - контрагентов, использовало их с целью уклонения от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота по нереальным сделкам (поставкам). 

Заявитель считает, что совпадение IP-адресов не является надлежащим доказательством получения им необоснованной налоговой выгоды. 

По мнению заявителя, материалы налоговой проверки применительно к обществу не содержат достаточных сведений, которые свидетельствовали бы о не проявлении с его стороны должной осторожности и осмотрительности при выборе спорных контрагентов.

В связи с чем, по мнению заявителя, вывод налогового органа о неправомерном применении обществом налоговых вычетов по НДС и принятию расходов по налогу на прибыль организаций по взаимоотношениям со спорными контрагентами документально не подтвержден, фактически не установлен, носит предположительный характер и не может быть признан обоснованным. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, сформулированной в Определении от 16.10.2003 № 329-О, истолкование ст. 57 Конституции РФ в системной связи с другими положениями Конституции РФ не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, а правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестный налогоплательщик» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, непредусмотренные законодательством РФ. 

Также положения НК РФ не позволяют сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия других организаций и за ненадлежащее исполнение такими организациями своих налоговых обязательств. 

Законодательство РФ о налогах и сборах исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. 

В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности, налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость и налога на прибыль, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. 

В соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее в т.ч. - Постановлением № 53), судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. 

В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. 

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены на создание благоприятных налоговых последствий. 

Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. 

Таким образом, при отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора, а также иных обстоятельств, указанных в Постановления № 53. 

В соответствии со ст. 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. 

Прибылью для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с гл. 25 НК РФ. 

Пунктом 1 ст.252 НК РФ определено, что в целях гл. 25 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов, которыми признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, понесенные налогоплательщиком. 

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. 

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством РФ.

Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода. 

Согласно ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее в т.ч. - Федеральный закон № 402-ФЗ) первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, а документы, форма которых не предусмотрена в этих альбомах, должны содержать обязательные реквизиты. 

Также, положениями Федерального закона № 402-ФЗ предусмотрено, что своевременное и качественное оформление первичных учетных документов, передачу их в установленные сроки для отражения в бухгалтерском учете, а также достоверность содержащихся в них данных обеспечивают лица, составившие и подписавшие эти документы. 

Таким образом, из взаимосвязи ст. 254 НК РФ, ст. 9 Федерального закона № 402-ФЗ следует, что факт, основания и размер расходов доказывается путем предоставления совокупности первичных документов, предусмотренных законодательством РФ о бухгалтерском учете. 

Следовательно, право налогоплательщика на уменьшение полученных доходов в целях обложения налогом на прибыль на величину произведенных расходов, непосредственно зависит от представления им соответствующих документов, подтверждающих затраты. 

В соответствии с положениями ст. 146 НК РФ объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость признается операция по реализации товаров (работ, услуг) на территории РФ. 

Пунктом 1 ст. 168 НК РФ установлено, что при реализации товаров (работ, услуг) налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг) обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг) соответствующую сумму налога. 

В силу п. 2 указанной статьи НК РФ сумма налога, предъявляемая налогоплательщиком покупателю товаров (работ, услуг) исчисляется по каждому виду этих товаров (работ, услуг) как соответствующая налоговой ставке процентная доля указанных в п. 1 настоящей статьи цен (тарифов). 

Пунктами 1 и 2 ст. 171 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на полагающиеся налоговые вычеты. 

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ, в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с НК РФ. 

Согласно пункту 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). 

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ, после их принятия на учет. 

Таким образом, при расчете налога на прибыль и налога на добавленную стоимость налогоплательщики основываются на первичных бухгалтерских документах, в частности, счетах-фактурах. 

Пунктом 1 ст. 54.1 НК РФ установлено, что не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика. 

Письмом ФНС РФ от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ разъяснено, что характерными примерами такого "искажения" являются: 

-создание схемы "дробления бизнеса", направленной на неправомерное применение специальных режимов налогообложения; 

-совершение действий, направленных на искусственное создание условий по использованию пониженных налоговых ставок, налоговых льгот, освобождения от налогообложения; 

-создание схемы, направленной на неправомерное применение норм международных соглашений об избежании двойного налогообложения; 

-нереальность исполнения сделки (операции) сторонами (отсутствие факта ее совершения). 

К числу способов искажения сведений об объектах налогообложения, которые могут быть квалифицированы по п. 1 ст. 54.1 НК РФ, могут быть отнесены: 

-неотражение налогоплательщиком дохода (выручки) от реализации товаров (работ, услуг, имущественных прав), в т.ч. в связи с вовлечением в предпринимательскую деятельность подконтрольных лиц, а также отражение налогоплательщиком в регистрах бухгалтерского и налогового учета заведомо недостоверной информации об объектах налогообложения. 

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 54.1 НКРФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы ч. 2 НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий: 

1)основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 

2)обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону. 

Согласно п. 3 ст. 54.1 НК РФ в целях п.п. 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства РФ о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным. 

Доказывание обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 54.1 НК РФ, и (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных п. 2 ст. 54.1 Кодекса, производится налоговым органом при проведении камеральных налоговых проверок налоговых деклараций (расчетов), представленных в налоговый орган после 19.08.2017, а также при проведении выездных налоговых проверок и проверок полноты исчисления и уплаты налогов в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами, решения о назначении которых вынесены налоговыми органами после указанной даты (п. 5 ст. 82 Кодекса, п. 2 ст. 2 Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ "О внесении изменений в ч. 1 НК РФ").

Ранее правовые подходы, аналогичные регулированию, введенному в действие ст. 54.1 Кодекса, были сформированы в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды". 

В соответствии с Постановлением № 53 представление налогоплательщиком документов как в обоснование налоговых вычетов по НДС, так и расходов по налогу на прибыль не является само по себе достаточным основанием для получения соответствующей налоговой выгоды, если налоговым органом доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. П

При этом необходимо учитывать, что положения НК РФ не ограничивают само право налогоплательщиков проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальными, однако в избранном налогоплательщиком варианте сделки (операции) не должно присутствовать признака искусственности, лишенной хозяйственного смысла. 

Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения хозяйственных операций.

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно. 

В этих случаях налоговые органы должны эффективно использовать такие механизмы, как: 

-получение пояснений от лиц, обладающих информацией об обстоятельствах заключения, совершения, исполнения сделки (операции); 

-проведение осмотров территорий, помещений, документов, предметов с применением технических средств; 

-сопоставление объема поставляемых товаров размеру складских помещений (территорий); 

-инвентаризация имущества; 

-анализ и воссоздание полного баланса предприятия (товарного баланса, складского учета и т.п.); 

-истребование документов (информации), а в необходимых случаях проведение выемки документов (предметов), проведение экспертиз и другие. 

Для целей установления фактов выполнения налогоплательщиком работ, услуг собственными силами основным доказательством может являться:

-информация, прямо или косвенно подтверждающая данный факт, полученная посредством опросов должностных лиц проверяемого налогоплательщика, занятых на производстве; 

-истребования документов (информации) у заказчиков и допросов их должностных лиц, лиц, осуществляющих технический надзор; 

-выявления иных, "непроблемных", контрагентов, оказывающих налогоплательщику аналогичные работы, услуги, с последующим проведением в отношении них контрольных мероприятий; 

-исследования локальных актов об установлении пропускного режима охраняемых объектов, пропусков, журналов регистрации. 

Если налоговым органом будут представлены доказательства того, что в действительности реально хозяйственные операции поставщиками (контрагентами) не осуществлялись и налоги в бюджет ими не уплачивались, в систему поставок и взаиморасчетов вовлечены юридические лица, зарегистрированные по подложным или утерянным документам или несуществующим адресам, либо схема взаимодействия производителя, поставщика и покупателя продукции указывает на недобросовестность участников хозяйственных операций, арбитражный суд не должен ограничиваться проверкой формального соответствия представленных налогоплательщиком документов требованиям налогового законодательства РФ, а должен оценить все доказательства по делу в совокупности и во взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними. 

На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 16.07.2009 № 924-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО "ЛК Лизинг" на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст.ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ", нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, и не исключают возможности оценки совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела. 

При рассмотрении настоящего дела суд первой инстанции изучив и оценив по правилам, установленным ст.ст. 71 и 162 АПК РФ, имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, с учетом доводов и контрдоводов лиц, участвующих в деле, пришел к правомерному выводу о том, что в оспариваемом Решении не содержится должным образом обоснованных выводов налогового органа основанных на надлежащих доказательствах, о нарушении обществом п. 1 ст. 54.1, п. 1, 2 ст. 171, п. 1 ст. 252, подп. 6 п. 1 ст. 254 НК РФ, по взаимоотношениям с контрагентами: ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт», по следующим основаниям. 

В ходе судебного разбирательства судом первой инстанции было установлено и подтверждается материалами по данному делу, что налогоплательщиком в рамках рассматриваемой налоговой проверки были представлены инспекции, соответственно:

-договора поставки, договора аренды, договора купли-продажи, договора оказания услуг спецтехникой экипажем, товаросопроводительные документы, бухгалтерские справки, платежные документы, счета-фактуры по поставке ТМЦ, по выполнению работ спорными контрагентами. 

Данные документы, представленные обществом налоговому органу, соответствуют требованиям Федерального закона № 402-ФЗ и ст. 169 НК РФ. 

Из оспариваемого решения следует, что основанием для начисления  обществу к уплате оспариваемых сумм НДС и налога на прибыль организаций по итогам выездной налоговой проверки послужил вывод налогового органа о наличии обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 54.1 НК РФ по взаимоотношениям общества с контрагентами: ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «СтройМонтаж-Сервис», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт», а именно, отсутствие реальных сделок с указанными контрагентами по выполнению работ и оказанию услуг, а также поставке ТМЦ в адрес заявителя. 

Между тем, суд первой инстанции обосновано не согласился с выводами налогового органа, по взаимоотношениям заявителя с контрагентами: ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «РескаторСтрой», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт», поскольку налоговым органом при вынесении оспариваемого решения не были учтены следующие обстоятельства. 

Судом первой инстанции было установлено и подтверждено материалами по настоящему делу, что в проверяемом налоговом периоде заявитель являлся плательщиком НДС и налога на прибыль организаций, фактически осуществлял деятельность по строительству жилых и нежилых зданий. 

Основным контрагентом общества в проверяемом налоговом периоде являлось АО «АВТОВАЗ», для которого выполнялись работы по ремонту зданий и сооружений.

Из материалом по данному делу следует, что в рамках налоговой проверки заявителем были представлены налоговому органу документы по взаимоотношениям со спорными контрагентами, согласно которым в проверяемом налоговом периоде, соответственно: 

-ООО «Абутор» являлось поставщиком строительных материалов (Договор поставки от 01.07.2019 на поставку строительных и иных материалов); 

-ООО «Стройресурс» являлось поставщиком строительных материалов, а также предоставляло услуги аренды спецтехники, нарезки фаски, изготовления кронштейнов (Договор поставки от 01.08.2017 № 08/2017); 

-ООО «Строй-Монтаж-Сервис» являлось поставщиком строительных материалов (Договор поставки материалов от 02.04.2020 № б/н); 

-ООО «Рескатор-Строй» являлось поставщиком строительных материалов (Договор поставки от 30.03.2020); 

-ООО «Профессионал» являлось поставщиком строительных материалов (Договор поставки от 10.04.2020); 

-ООО «Волгастроймонтаж» являлось поставщиком строительных материалов (Договор поставки от 17.04.2020); 

-ООО «Грэкс» оказывало услуги аренды оборудования (Договор аренды оборудования от 09.01.2020 № 04-09/20); 

-ООО «Атк-Гарант» являлось поставщиком строительной техники (автопогрузчиков) (Договор купли-продажи строительной техники от 06.04.2020); 

-ООО «Анкор» оказывало услуги спецтехники с экипажем (Договор оказания услуг спецтехникой с экипажем от 06.03.2020); 

-ООО «Интеграл» являлось поставщиком спецодежды, средств защиты (Договор поставки с отсрочкой платежа от 09.01.2020); 

-ООО «Антей» оказывало услуги аренды оборудования (Договор аренды оборудования); 

-ООО «Потенциал» оказывало услуги по санитарной обработке помещений, а также поставляло спецодежду, средства защиты (Договор оказания услуг от 13.04.2020 по санитарной обработке помещений, Договор поставки от 02.04.2020); 

-ООО «Евростройсервис» являлось поставщиком строительных материалов (Договор поставки строительных и иных материалов и оборудования); 

-ООО «Стройторг» являлось поставщиком строительных материалов (Договоры поставки строительных материалов от 01.04.2020 № 27, от 08.04.2020 № 29, от 13.04.2020 № 31, от 28.04.2020 № 32 (щебень М800 фр. 20/40, щебень М800 фр. 40/70, песок горный, песок речной)); 

-ООО «Волгапромсбыт» являлось поставщиком строительных материалов, а также оказывало услуги аренды спецтехники и оборудования (Договор поставки строительных и иных материалов и оборудования от 17.01.2020). 

1.По взаимоотношениям между ООО «Промстройпроект» и контрагентами - ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ООО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт» судом первой инстанции было установлено следующее. 

При проведении налоговой проверки общество представляло налоговому органу пояснения о том, что все договоры оно заключало с организациями (спорными контрагентами) после соответствующей предварительной их проверки, проявляя при этом должную осторожность и осмотрительность при их выборе на предмет добросовестности и благонадежности последних, а именно при выборе организаций-контрагентов и на дату заключения гражданско-правовых договоров заявителем в силу представленных ему законодателем в отличие от налогового органа ограниченных полномочий была использована общедоступная информация, в т.ч. из сети Интернет (просматривались имеющиеся страницы (сайты)), в частности, проведена проверка наличия/отсутствия судебных процессов с участием контрагентов по картотеке арбитражных дел на официальном Интернет сайте - https://kad.arbitr.ru/, наличия/отсутствия возбужденных в отношении соответствующих контрагентов исполнительных производств на официальном Интернет сайте - https://r52.fssp.gov.ru/. 

Как было установлено судом первой инстанции и не было оспорено налоговым органом, в проверяемом налоговом периоде все организации-контрагенты заявителя числились в ЕГРЮЛ, были зарегистрированы в установленном законом порядке, официально поставлены на налоговый учет, осуществляли реальную хозяйственную деятельность, что не может свидетельствовать об их неблагонадежности. 

Контрдовод налогового органа об отсутствии контрагентов по адресу государственной регистрации судом первой инстанции правомерно был отклонен, поскольку в соответствии с позицией Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 30.06.2009 № 2635/09, отсутствие спорных контрагентов по юридическому адресу на момент проведения налоговой проверки само по себе не свидетельствует о необоснованности налоговой выгоды, заявленной налогоплательщиком. 

В частности, исходя из Ответа Межрайонной ИФНС России № 15 по Самарской области от 29.12.2021 № 01-46/074104 по юридическому адресу ООО «Грэкс» было установлено наличие административного здания, сотрудники на ресепшене подтвердили факт нахождения офиса данного юридического лица по указанному юридическому адресу (

<

...> лит. А1, офис 9). 

Собственник здания - ООО «Колекс» отказалось представить сведения о недостоверности адреса ООО «Грэкс» ввиду того, что данное юридическое лицо в установленном договорном порядке исполняет перед арендодателем обязательства по оплате арендной платы. 

В части контрдоводов налогового органа об исключении из ЕГРЮЛ контрагентов, соответственно:

-ООО «Потенциал» - только 09.12.2021, ООО «Абутор» - только 14.10.2021, ООО «Грэкс» - только 03.03.2022, ООО «Атк-Гарант» - только 26.08.2021, ООО «Анкор» - только 23.06.2022, ООО «Антей»  - только 05.05.2022, ООО «Волгапромсбыт» - только 17.03.2022, суд первой инстанции правильно отметил, что в рассматриваемый налоговый период все данные контрагенты были действующими юридическими лицами - зарегистрированы в установленном законом порядке и поставлены на налоговый учет. 

Суд первой инстанции верно указал, что само по себе последующее (вне рамок проведенной налоговой проверки, по истечении длительного периода после совершения сделок с заявителем) исключение спорных контрагентов из ЕГРЮЛ не может свидетельствовать о том, что в проверяемый налоговый период они не являлись действующими юридическими лицами в полной мере осуществляющими финансово-хозяйственную деятельность или, как минимум, надлежащим образом исполняющими (исполнившими) принятые на себя перед заявителем договорные обязательства.

Прекращение деятельности контрагентов в связи ликвидацией (исключением из ЕГРЮЛ, в т.ч. контрагентов 2го и 3го звена) не может свидетельствовать об отсутствии в проверяемом налоговом периоде фактических договорных отношений между заявителем и указанными выше контрагентами.

При этом судом первой инстанции также было установлено, что соответствующие необходимые мероприятия по проверке организации (ий) (спорного  (ых) контрагента (ов)) в целях установлений нарушений их деятельности, в т.ч. совершения ими сомнительных сделок, получения спорным  (ми) контрагентов (ми)) необоснованной налоговой выгоды) налоговым органом не были проведены.

Кроме того, суд первой инстанции сделал правомерный вывод о том, что  само по себе нарушение контрагентом (ми) заявителя своих налоговых обязанностей в силу положений действующего законодательства РФ не может вменяться в вину именно самому заявителю и само по себе не может являться надлежащим доказательством получения самим заявителем, как самостоятельным налогоплательщиком, необоснованной налоговой выгоды.

Суд первой инстанции также установил, что спорные контрагенты, согласно анализа расчетных счетов, вели ФХД, взаимодействовали с иными юридическими лицами (третьими лицами), оплачивали НДС в бюджет (правовая позиция Конституционного Суда РФ, изложенная в Определении от 16.10.2003 № 329-О). 

В материалах настоящего дела отсутствуют, а самим налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не было представлено, надлежащих доказательств того, что применительно к спорным сделкам у самого общества отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что общество умышленно действовало совместно со спорными контрагентами исключительно с целью получения необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые позволили бы утверждать о недобросовестности самого налогоплательщика. 

Таким образом, как установил суд первой инстанции и подтверждено имеющимися в настоящем деле доказательствами, обществом были правильно учтены операции со спорными контрагентами в соответствии с их действительным экономическим смыслом.

Суд первой инстанции верно указал, что в рассматриваемом случае на само ООО «Промстройпроект» не может быть возложена ответственность за неправомерные действия всех участников сделки (сделок). 

Само по себе такие обстоятельства, как отсутствие контрагентов на момент проведения налоговой проверки по их юридическому адресу, последующее по истечении значительного периода после совершения сделок с прекращение их деятельности в качестве юридического лица, не свидетельствует о невозможности осуществления данными организациями указанных в их учредительных документах основной и факультативных видов деятельности (предпринимательской деятельности).

Налоговый орган в силу п. 2 ст. 32 НК РФ обязан осуществлять контроль за соблюдением законодательства РФ о налогах и сборах всеми налогоплательщиками.

Налоговый орган в целях легализации объектов налогообложения на постоянной основе приглашает налогоплательщиков на комиссии, в т.ч. и налогоплательщиков с низкой налоговый нагрузкой. 

Таким образом, именно налоговый орган обязан своевременно выявлять допущенные налогоплательщиками нарушения налогового законодательства, запрашивать у налогоплательщиков причины низкой налоговой нагрузки, пресекать участие в схемах уклонения от налогообложения и предпринимать меры к легализации плательщиками объектов налогообложения. 

По тем же основаниям суд первой инстанции правомерно отклонил в качестве несостоятельного контрдовод налогового органа о непредставлении спорными контрагентами налогоплательщика документов и в последующем контрагентами по цепочке (в т.ч.: сертификатов соответствия, пожарного, гигиенического), поскольку само по себе не представление данных документов спорными контрагентами не может свидетельствовать о наличии умысла у самого заявителя на искажение фактов реальной финансово-хозяйственной деятельности. 

Из п. 10 Постановления № 53 следует, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом. 

Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей. 

В силу ч. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Оценив представленные в материалы дела заявителем доказательства в порядке ст.ст. 65, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции, по мнению суда апелляционной инстанции, пришел к обоснованным выводам о реальности финансово-хозяйственных операций, совершенных между налогоплательщиком и указанными выше спорными контрагентами, о недоказанности в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ налоговым органом недобросовестности самого налогоплательщика и исключительной направленности его действий на получение необоснованной налоговой выгоды по спорным сделкам. 

Контрдоводы налогового органа о неявке руководителей организаций-контрагентов  налогоплательщика - ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс» на допросы в налоговую инспекцию, что, по мнению налогового органа, свидетельствует об их номинальности, судом первой инстанции правильно были признаны необоснованными и отклонены, поскольку сама по себе неявка руководителей организаций-контрагентов на допрос в налоговую инспекцию без выяснения (установления) налоговым органом причин такой неявки, не может являться безусловным основанием для вывода о нереальности совершенных между заявителем и данными контрагентами сделок и, как следствие, предусмотренным законом основанием для отказа заявителю в налоговом вычете по НДС. 

Кроме того, как верно отметил суд первой инстанции, данное обстоятельство не может негативным образом отражаться на положении самого заявителя, добросовестно предпринявшего все меры по предварительной проверке контрагентов на этапе заключения с ними гражданско-правовых договоров (совершения сделок), поскольку в силу положений действующего законодательства РФ он никаким образом не мог повлиять на это обстоятельство. 

Исполнение либо неисполнение контрагентами требований законодательства РФ находится вне сферы возможностей и полномочий самого общества, а поэтому такие обстоятельства не могут быть предъявлены ему в вину. 

Суд первой инстанции правомерно указал, что указанный вывод налогового органа о номинальности должностных лиц - руководителей спорных контрагентов не является достаточным подтверждением фиктивности совершенных ими сделок с ООО «Промстройпроект», поскольку первичные документы данных организаций подписаны уполномоченными должностными лицами, сведения о которых официально содержатся в ЕГРЮЛ.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что подлежит отклонению в качестве несостоятельного контрдовод налогового органа о том, что подписи руководителей ООО «Абутор» - ФИО6, ООО «Интеграл» - ФИО7, ООО «Стройторг» - ФИО8 и ООО «Волгастроймонтаж» - ФИО9 в представленных заявителем документах только визуально отличаются от подписей на гражданско-правовых договорах, в паспортах и в регистрационном деле данных обществ с ограниченной ответственностью, поскольку инспекция не воспользовалась предоставленным ей законодателем правом, установленным ст. 95 НК РФ, и не провела почерковедческую экспертизу в рамках рассматриваемой налоговой проверки. 

Кроме того, при рассмотрении судом первой инстанции данного дела существу налоговый орган по своему волеизъявлению не заявил ходатайство о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы (ст. 82 АПК РФ).

Как верно указал суд первой инстанции, визуальное сличение подписей не является надлежащим доказательством по арбитражному процессу, подтверждающим их отличие. 

Действующее законодательство РФ в императивном порядке не возлагает на налогоплательщика обязанности установления подлинности подписи на документах его контрагентов, принимаемых к бухгалтерскому и налоговому учету, что возможно установить только посредством проведения почерковедческой экспертизы. 

Налоговым органом также было указано, что в адресах и реквизитах сторон, указанных в заключенном между ООО «Промстройпроект» и ООО «Евростройсервис» гражданско-правовом договоре отсутствуют реквизиты банка ООО «Евростройсервис», что свидетельствует о формальном подходе со стороны заявителя к составлению данного документа. 

Согласно п. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ). 

Для договора поставки условие о банковских реквизитах сторон не является существенным (обязательным) условием. 

Следовательно, стороны вправе не включать условие о банковских реквизитах в договор. 

Информацию о действующем расчетном счете контрагента всегда возможно получить в ходе исполнения сторонами договора, в т.ч. из выставленного поставщиком (подрядчиком, исполнителем) счета на оплату или товарной накладной (акта приема-передачи выполненных работ (оказанных услуг)). 

Согласно условиям заключенного между ООО «Промстройпроект» и ООО «Евростройсервис» гражданско-правового договора оплата по нему осуществляется по факту получения товара. 

В товарных накладных и в счете на оплату указаны конкретные и необходимые для оплаты банковские реквизиты ООО «Евростройсервис». 

Судом первой инстанции было установлено, что все расчеты между ООО «Промстройпроект» и ООО «Евростройсервис» были произведены в полном объеме, а, следовательно, заявитель имел информацию о действующем расчетном счете данного контрагента.

Кроме того, в соответствии с информацией, содержащейся в ЕГРЮЛ, ООО «Евростройсервис» является действующей организацией, продолжает в полной мере осуществлять свою хозяйственную деятельность. 

Сведений о недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ в отношении указанного контрагента не имеется. 

Таким образом, указанный контрдовод налогового органа не может служить предусмотренным законом основанием для отказа обществу в применении налогового вычета по НДС по спорному контрагенту. 

Суд первой инстанции также обосновано отклонил в качестве несостоятельного контрдовод налогового органа о том, что ряд руководителей спорных организаций при их допросе отказались от участия в финансово-хозяйственной деятельности рассматриваемых юридических лиц, поскольку такое обстоятельство не может являться законным основанием для непринятия налоговых вычетов по НДС при реальности финансово-хозяйственных операций между заявителем и его контрагентами.

Суд первой инстанции правильно ответил, что сами по себе свидетельские показания однозначно не опровергают факт осуществления реальных финансово-хозяйственных операций (исполнение сторонами принятых на себя по гражданско-правовым договорам обязательств) между налогоплательщиком и его контрагентами.

Суд первой инстанции правильно указал, что физические лица (должностные лица организаций-контрагентов, учредители (участники)) могут отрицать причастность к принятию решений по ведению созданных и руководимыми ими организациями хозяйственной деятельности, в целях избежания ответственности, предусмотренной ст. 173.1 УК РФ. 

Действия должностных лиц спорных контрагентов, отрицающих свою причастность к деятельности их организаций, могут свидетельствовать лишь о том, что руководители данных организаций (учредители (участники)), по сути, стремились уйти от ответственности за совершение налоговых правонарушений. 

В соответствии со сложившейся судебной арбитражной практикой, свидетельские показания физических лиц не могут являться достаточным основанием для установления отсутствия фактических финансово-хозяйственных отношений между налогоплательщиком и его контрагентом, т.к. данные физические лица являются заинтересованными лицами, отрицая свое отношение к обществу, с целью ухода от ответственности, в т.ч. и за возможную неуплату налогов по указанным сделкам, на что указано, в т.ч., Арбитражным судом Северо-Западного округа в постановлении от 02.09.2014 по делу № А26-6639/2014, Арбитражным судом Поволжского округа в постановлении от 26.07.2016 № Ф06-10803/2016 по делу № А49-9189/2015.

При этом факт приобретения товара и результата выполненных работ (оказанных услуг) в том объеме, который указан в представленных заявителем документах, материалами налоговой проверки не опровергнут. 

Таким образом, налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не представлено надлежащих доказательств, свидетельствующих, как о недобросовестности самого общества по выбору спорных контрагентов и согласованности действий между заявителем и указанными контрагентами, с целью получения необоснованной налоговой выгоды, а также отсутствия реальных финансово-хозяйственных отношений между заявителем и данными контрагентами в проверяемый налоговый период.

Как уже было установлено судом первой инстанции, в проверяемый налоговый период спорные контрагенты были зарегистрированы в качестве юридических лиц и в период совершения сделок с ООО «Промстройпроект» официально состояли в налоговых органах на налоговом учете. 

Факт государственной регистрации регистрирующим органом - налоговым органом юридического лица публично подтверждает реальность существования и правоспособность участника гражданского оборота. 

Государственная регистрация вышеуказанных контрагентов в качестве юридического лица и постановка их на налоговый учет означает признание государством их права на совершение сделок, на заключение гражданско-правовых договоров с третьими лицами, а также на использование и несение определенных законом прав и обязанностей. 

При отсутствии в рассматриваемом случае надлежащих доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику налоговому органу необходимо было исследовать и доказать недобросовестность действий самого налогоплательщика по выбору контрагента (ов) и обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом (ми) налогоплательщика (по первому звену), что им сделано не было. 

Относительно Протокола допроса руководителя ООО «Потенциал» - ФИО10, которая пояснила, что никакого отношения к данному обществу не имеет и, что ею была предоставлена копия паспорта для оформления данного юридического лица, а сама она никуда не ездила, суд первой инстанции правомерно отметил следующее. 

Отношения, возникающие в связи с государственной регистрацией юридических лиц при их создании, реорганизации и ликвидации, при внесении изменений в их учредительные документы, государственной регистрацией физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей и государственной регистрацией при прекращении физическими лицами деятельности в качестве индивидуальных предпринимателей, а также в связи с ведением государственных реестров - единого государственного реестра юридических лиц и единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, регулируются от Федеральным законом 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее в т.ч. – Закон о госрегистрации). 

Заявление, представляемое в регистрирующий орган, удостоверяется подписью уполномоченного лица, подлинность которой должна быть засвидетельствована в нотариальном порядке (п. 1 ст. 9 Закона о госрегистрации). 

Согласно Постановлению Правительства РФ от 17.05.2002 № 319 Министерство по налогам и сборам РФ является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим государственную регистрацию юридических лиц. 

На основании Письма Министерства по налогам и сборам РФ от 20.09.2004 № 09-0-10/3733@ "О свидетельствовании нотариусом подлинности подписи заявителя на заявлении" при свидетельствовании подлинности подписи уполномоченного лица на заявлении о государственной регистрации юридического лица нотариус обязан проверить, надлежащее ли лицо обратилось за совершением нотариального действия, предусмотренного ст. 9 Закона о госрегистрации. 

Действующее законодательство РФ обязанность по контролю в сфере соблюдения законодательства о налогах и сборах налогоплательщиками возлагает на налоговые органы. 

В материалах настоящего дела отсутствуют доказательства, соответственно: признания недействительной государственной регистрации юридического лица - контрагента заявителя - ООО «Потенциал», исключения регистрирующим органом указанного общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ по основанию формальности его создания, признания недействительным спорного гражданско-правового договора, заключенного между ООО «Потенциал» и ООО «Промстройпроект», осуществления государственной регистрации ООО «Потенциал» с нарушениями положений ст.ст. 9, 12, 13, подп. "а" п. 1 ст. 23 Закона о госрегистрации, ст. 13 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью". 

В связи с чем, суд первой инстанции правильно оценил критически показания руководителя ООО «Потенциал» - ФИО10, сведения о которой содержатся в ЕГРЮЛ и, которая в установленном законом порядке данные сведения не оспаривала.

С учетом изложенных обстоятельств, суд первой инстанции обосновано констатировал, что в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ налоговым органом не представлено надлежащих доказательств, свидетельствующих о том, что заявитель должен был знать о «возможных» нарушениях, допущенных данным контрагентом, который самим налоговым органом (регистрирующим органом) был включен в рассматриваемый период в ЕГРЮЛ. 

Суд апелляционной инстанции при повторном рассмотрении настоящего дела по правилам гл. 34 АПК РФ соглашается с выводом суда первой инстанции о несостоятельности контрдовода налогового органа о том, что спорные контрагенты в рассматриваемый налоговый период не имели возможности осуществлять хозяйственную деятельность, ввиду отсутствия недвижимого и движимого имущества (складских помещений, транспортных средств, материалов, необходимых для выполнения работ (оказания услуг)), поскольку налоговым органом не было учтено, что отсутствие у контрагентов материальных и трудовых ресурсов, по сути, не исключает реального осуществления ими хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды самим заявителем, по причине возможности привлечения данными контрагентами в целях исполнения принятых перед заявителем договорных обязательств третьих лиц - физических лиц по договорам гражданско-правового характера, привлечения материально-технических ресурсов на условиях договора аренды имущества (безвозмездного пользования имуществом). 

Как указано Верховным Судом РФ в Определении от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399, отсутствие работников у контрагента само по себе не является признаком недобросовестности, поскольку закон не обязывает организацию иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности.

Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести деятельность. 

Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.04.2017 № Ф06-19325/2017 по делу № А12-20203/2016. 

Отсутствие у спорных контрагентов задекларированной материально-технической базы, персонала, минимизация им уплаты налогов, неисполнительность в своих налоговых обязанностях, сами по себе не порочат сделки с их участием по налоговым последствиям для ООО «Промстройпроект», а касаются оценки деятельности спорных контрагентов, за которую заявитель ответственность нести не может. 

Данный вывод подтверждается позицией Арбитражного суда Поволжского округа, изложенной в постановлениях, соответственно: от 29.06.2018 № Ф06-34135/2018 по делу № А12-37867/2017, от 13.02.2018 по делу № Ф06-28668/2017 № А12-10631/2018, от 13.09.2018 № Ф06-24135/2017 по делу № А55-2995/2016 и т.д. 

Суд первой инстанции правильно отметил, что приведенные налоговым органом в оспариваемом Решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о несовершении хозяйственных операций между заявителем и его спорными контрагентами, о наличии в действиях самого заявителя умысла, в отсутствие надлежащих доказательств, что он знал об указанных фактах и заключил с спорными контрагентами гражданско-правовые договора и совершая сделки с последними, желал либо сознательно допускал наступление вредных последствий. 

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. 

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

То есть, налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности. 

Однако, как было установлено судом первой инстанции, такие обстоятельства в рамках настоящего дела налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не были подтверждены. 

Обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на само общество, являющееся покупателем товаров (заказчиком работ, услуг). 

Суд апелляционной инстанции разделает вывод суда первой инстанции о том, что инспекцией не были соблюдены Методические рекомендации об исследовании и доказывании фактов умышленной неуплаты или неполной уплаты сумм налогов (далее в т.ч. - Методические рекомендации), разработанные ФНС России совместно со Следственным комитетом РФ. 

Инспекцией не было выявлено (установлено), действия каких конкретно должностных лиц организации привели к недоплате (не уплате) налога (п. 5 Методических рекомендаций), не проверено, есть ли внешние источники, которые подтверждают наличие умысла в противоправных действиях должностных лиц (п. 6 Методических рекомендаций), не собраны доказательства умышленного уклонения от налогов (п. 7 Методических рекомендаций), не сопоставлены противоречащие друг другу показания разных лиц, не проведены повторные опросы и допросы (п. 9 Методических рекомендаций), не собранны свидетельства умышленного уклонения от налогов, цели и мотивы действий должностных лиц, виновность которых доказывается (п.п. 4, 8 Методических рекомендаций). 

В силу положений ГК РФ юридические лица и индивидуальные предприниматели приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, условий договора. 

Пунктом 1 ст. 105.1 НК РФ предусмотрено, что взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц. 

Лица, признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных п. 2 ст. 105.1 НК РФ. 

При этом взаимозависимость участников сделок сама по себе не является доказательством получения какой-либо налоговой выгоды. 

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. 

То есть, налоговый орган должен представить доказательства, подтверждающие, что контрагент налогоплательщика (взаимозависимые с ними лица) имел возможность влиять на определение условий совершаемых налогоплательщиком сделок, а налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой он принадлежит, был связан в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок. 

Как было установлено судом первой инстанции при рассмотрении данного дела, в нарушение вышеуказанных положений НК РФ, налоговым органом в ходе налоговой проверки, соответственно:

-не были собраны (получены) достаточные надлежащие доказательства и не были установлены факты согласованности действий группы лиц, факты подконтрольности фирмы - "однодневки", с которой заявитель заключил гражданско-правовой договор (совершил сделку); 

-не были установлены факты имитации хозяйственных связей заявителя с фирмами - "однодневками"; 

-не была установлена сложность, запутанность повторяющихся (продолжающихся) действий налогоплательщика, свойственные налоговым схемам, а не обычной финансово-хозяйственной деятельности субъекта предпринимательской деятельности. 

В материалах настоящего отсутствуют, а налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не представлены доказательства управления финансово-хозяйственной деятельностью спорных контрагентов именно заявителем. 

В Постановлении от 06.04.2010 № 17036/09 Президиум ВАС РФ указал на то, что по делам, связанным с взаимозависимостью участников сделки, следует устанавливать, каким образом взаимозависимость повлекла необоснованную выгоду и за счет чего конкретно, такая выгода образовалась. 

Аналогичную правовую позицию изложил Арбитражный суд Поволжского округа в постановлении от 26.09.2014 по делу № А72-10625/2013. 

Суд первой инстанции верно указал, что отсутствие в собственности недвижимого и движимого имущества, в т.ч., транспортных средств, штатной численности сотрудников (работников) о фиктивности заключенных между заявителем и спорными контрагентами гражданско-правовых договоров не свидетельствуют, а также не является подтверждением недобросовестности соответствующего спорного контрагента, поскольку не исключают возможность привлечения последним (ми) транспортных средств, имущества, работников в рамках гражданско-правовых договоров.

В соответствии с правовой позицией Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597, суд исходит из того, что именно налоговый орган обязан доказать то, что выбор Обществом контрагента не отвечал условиям делового оборота. Однако материалы дела таких доказательств не содержат. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что предусмотренные законом основания для отнесения указанных выше спорных контрагентов к категории недобросовестных налогоплательщиков отсутствуют.

Выявление налоговым органом по АСК НДС-2 налоговых разрывов, возникших между заявителем и спорными контрагентами, никак не может вменяться в вину именно самому ООО «Промстройпроект», поскольку организации-контрагенты являются самостоятельными юридическими лицами, за деятельность которых налогоплательщик не может и не должен нести ответственности. 

Вместе с тем из совокупности установленных по делу юридически значимых обстоятельств, подтвержденных имеющимися в деле доказательствами следует, что обществом были соблюдены требования ст.ст. 169, 171, 172, п. 1 ст. 54.1 НК РФ по сделкам с указанными выше спорными контрагентами. 

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений. Частью 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого Решения, возложена на налоговый орган, который его принял. 

В связи с этим, при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. 

Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям ст. 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений ст. 71 АПК РФ. 

Как следует из материалов данного дела, такого рода обстоятельства, налоговым органом в ходе проведения налоговой проверки установлены не были и в ходе судебного разбирательства соответствующие доказательства суду первой инстанции не были представлены. 

Напротив, материалами дела подтвержден факт представления налогоплательщиком в рамках налоговой проверки налоговому органу всех необходимых документов, подтверждающих взаимоотношения между заявителем и спорными контрагентами, которые указаны судом первой инстанции, по каждому из спорных контрагентов в отдельности. 

Суд первой инстанции правильно отметил, что изложенные инспекцией в оспариваемом Решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о не совершении обществом финансово-хозяйственных операций с указанными выше контрагентами, о наличии именно в его действиях умысла без наличия надлежащих доказательств того, что оно знало об указанных фактах и заключило с данными спорными контрагентами гражданско-правовые договора (совершило сделки), желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий. 

Из оспариваемого Решения инспекции не следует, что применительно к рассматриваемому налоговому периоду данные организации-контрагенты не исполняли своих обязанностей по исчислению и уплате налогов, в т.ч. по взаимоотношениям с обществом. 

Также в оспариваемом Решении не приведены доказательства того, что целью перечисления налогоплательщиком денежных средств на расчетные счета контрагентов было их последующее «обналичивание» в интересах именно самого заявителя, а также  не приведены доказательства не проявления обществом должной осторожности и осмотрительности при выборе указанных контрагентов. 

Налоговый орган в целях легализации объектов налогообложения на постоянной основе приглашает налогоплательщиков на комиссии, в т.ч. и налогоплательщиков с низкой налоговый нагрузкой. 

Таким образом, именно налоговый орган обязан своевременно выявлять допущенные налогоплательщиками нарушения налогового законодательства РФ, запрашивать у налогоплательщиков причины низкой налоговой нагрузки, пресекать участие в схемах уклонения от налогообложения и предпринимать меры к легализации плательщиками объектов налогообложения. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 16.10.2003 № 329-О, налоговое законодательство РФ не возлагает на налогоплательщика обязанность по проверке деятельности его контрагентов, которые являются самостоятельными налогоплательщиками и несут в случае недобросовестного исполнения налоговых обязательств налоговую ответственность. 

Тем более, в рассматриваемом конкретном случае общество не может нести ответственность за всю цепочку контрагентов и контролировать налоговую добросовестность поставщиков товаров, подрядчиков работ, исполнителей услуг 2го, 3го и последующих звеньев, что также следует из Письма ФНС России от 23.03.2017 № ЕД-5- 9/947@. 

Общество, как налогоплательщик, не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. 

При этом, ни Общество, ни его контрагенты, ни иные налогоплательщики не имеют доступа к ИР ФКУ «Налог-сервис» и иным специальным информационным ресурсам, к которым имеют доступ должностные лица налоговых органов.

Налогоплательщики могут использовать только данные, имеющиеся в открытом доступе, а также документы, предоставленные самим контрагентом. 

Налоговый орган в силу п. 2 ст. 32 НК РФ обязан осуществлять контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах всеми налогоплательщиками. 

С 01.01.2015 налоговые органы с помощью программы АСК НДС-2 имеют возможность контролировать исчисление НДС всеми плательщиками. 

Данная программа позволяет проанализировать книги - покупок и продаж налогоплательщиков, его контрагентов всех звеньев и выявить расхождения в отчетности.

Доказательств, подтверждающих данный факт, в отношении спорных контрагентов налоговым органом в материалы настоящего дела в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не было представлено. 

Исходя из Письма Минфина РФ от 31.12.2008 № 03-02-07/2-231, совместного Письма Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 № 3-7-07/84, Письма Минфина РФ от 29.11.2013 № 03-02-07/1/51753, меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента и проявлению должной осмотрительности включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта занесения сведений о контрагенте в ЕГРЮЛ, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников, характеризующих деятельность контрагента.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. 

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. 

Иными словами, налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности. 

Декларации по НДС проходят автоматизированную камеральную налоговую проверку. 

Для этого используется АСК «НДС-2» (Письмо ФНС России от 05.05.2016 № ЕД-4-15/8122). 

Эта система в автоматическом режиме: проверяет, правильно ли рассчитан НДС и заявлены вычеты (возмещение); анализирует данные деклараций по НДС, сопоставляя их с данными деклараций всех контрагентов. АСК «НДС-2» позволяет сравнивать показатели счетов-фактур, книг покупок и продаж, журналов учета полученных и выставленных счетов-фактур плательщиков с аналогичными данными у контрагентов. 

В результате такой перекрестной проверки налоговый орган не только проверяет, в полном ли объеме исчислен и уплачен в бюджет НДС, но и отслеживает, заявленные вычеты по НДС с операций, по которым контрагент не уплатил налог в бюджет, то есть выявляет налоговый разрыв. То есть уже на моменте принятия деклараций по НДС и ее камеральной налоговой проверки инспекция устанавливает факт неотражения реализации контрагентом. 

Далее происходит сопоставление записей о счетах-фактурах у покупателя и продавца и в случае выявления расхождений автоматически формируется требование с протоколом расхождений. 

В рамках камеральной проверки, представленных налогоплательщиками налоговых деклараций по НДС, налоговый орган направляет им требование о представлении пояснений и представлении уточенной декларации. 

Суд первой инстанции применительно к рассматриваемой ситуации верно указал, что общество не должно нести ответственность за недобросовестное поведение юридических лиц, являющихся самостоятельными налогоплательщиками. 

О  самостоятельности и осуществлении реальной хозяйственной деятельности контрагентов свидетельствует наличие взаимоотношений с иными контрагентами, представление налоговой отчетности, уплаты налогов, что подтверждается выписками с расчетных счетов контрагентов. 

Согласно требованиям налогового законодательства РФ (п. 3 ст. 100, п.п. 4, 5 ст. 101 НК РФ) факты, отраженные в акте и в решении налоговой инспекции, должны быть результатом тщательно проведенной проверки, исключающей неточности и обеспечивающей полноту вывода о несоответствии налоговому законодательству совершенных проверяемым лицом действий. 

Решение не должно содержать предположений, не основанных на доказательствах. 

Каждый вывод о допущенных проверяемым лицом нарушениях, в т.ч. о не проявлении должной осмотрительности должен быть подтвержден первичными документами и ссылками на эти первичные документы либо иными доказательствами.

Из материалов по данному делу следует и установлено судом первой инстанции, что налоговый орган не изучил и не учел при проведении налоговой проверки и вынесении оспариваемого Решения специфику деятельности самого общества, ведения им бухгалтерского учета, его специфичные производственные процессы, что явилось следствием для необоснованного вменения заявителю со стороны налогового органа указанных в оспариваемом Решении правонарушений. 

Данный подход к проведению налоговой проверки суд первой инстанции обосновано признал неправомерным. 

Согласно п. 2 ст. 87 НК РФ налоговые проверки проводятся в целях контроля за соблюдением налогоплательщиком законодательства о налогах и сборах. 

Установленный законодательством о налогах и сборах порядок должен обеспечивать надлежащую реализацию прав и законных интересов налогоплательщиков в правовом государстве, что предполагает обязанность руководителя (заместителя руководителя) налогового органа провести всестороннюю и объективную проверку обстоятельств, влияющих на вывод о наличии недоимки (суммы налога, не уплаченной в срок), не ограничиваясь содержанием налоговой декларации, установить действительный размер налоговой обязанности, в т.ч. при разумном содействии налогоплательщика - с учетом сведений и документов, представленных им с возражениями на акт налоговой проверки и в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки в соответствии с п. 6 ст. 100, п. 4 ст. 101 НК РФ. 

При этом, исходя из положений п. 2 ст. 22 НК РФ, устанавливающих обязанность налоговых органов обеспечивать права налогоплательщиков, налоговое администрирование должно осуществляться с учетом принципа добросовестности, предполагающего учет законных интересов плательщиков налогов и недопустимость создания формальных условий для взимания налогов сверх того, что требуется по закону.

Установленные судом первой инстанции по делу факты, свидетельствуют об ошибочности выводов налогового органа, основанных на неполном выяснении обстоятельств взаимоотношений заявителя со спорными контрагентами в проверяемом налоговом периоде, на ненадлежащих доказательствах, на противоречивых показаниях допрошенных отдельных свидетелей, на информации не относимой к периоду налоговой проверки, на противоречивости выводов налогового органа по предыдущим выездным налоговым проверкам и рассматриваемой выездной налоговой проверки. 

Таким образом, налоговый орган не опроверг реальность сделок совершенных в рассматриваемом налоговом периоде между заявителем и его указанными выше контрагентами. При этом реальность надлежащего исполнения спорными контрагентами принятых на себя в рамках указанных выше гражданско-правовых договоров обязательств перед заявителем подтверждается представленными последним в исполнение требований ч. 1 ст. 65 АПК РФ относимыми и допустимыми в силу ст.ст. 67 и 68 АПК РФ доказательствами.

Как уже было установлено судом первой инстанции, спорные контрагенты в рассматриваемый налоговый период фактически вели реальную финансово-хозяйственную деятельность, не являлись именно "фирмами однодневками", представляли налоговую и бухгалтерскую отчетность и уплачивали обязательные платежи.

Данный факт налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не опровергнут. 

Верховным Судом РФ в Определении от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597 указано, что если организация доказала факт приобретения товаров, то налоговый орган не вправе отказать ей в вычете НДС даже в том случае, если ее контрагент (поставщик) имеет признаки фирмы-однодневки и не платит в бюджет НДС. 

В Письме ФНС России от 23.03.2017 № ЕД-5-9-547/@ указано, что нельзя возлагать на налогоплательщика ответственность за недобросовестные действия его контрагентов второго и последующих звеньев, если не доказано, что этот недобросовестный контрагент не подконтролен налогоплательщику. 

По контрдоводу налогового органа о наличии у контрагентов заявителя - ООО Стройресурс» и ООО «Абутор» в качестве их контрагентов фирм, имеющих признаки «однодневок» («технических фирм»), суд первой инстанции пришел к следующим правомерным выводам.

Согласно п. 10 Постановления № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом. 

В Письме от 23 03 2017 № ЕД-5-9/947@ ФНС России отметила, что налоговым органам следует исходить из того, что об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операций с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в т.ч. на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников сделки (сделок), а также (или) доказательства нереальности хозяйственной операции (операций) по поставке товаров (выполнению работ, оказанию услуг). 

Вместе с тем, как в полной мере установил суд первой инстанции, организации - контрагенты не взаимозависимы, не аффилированы с обществом и ему не подконтрольны, а какие-либо согласованные действия, совершенные обществом и данными контрагентами, направленные на уход от уплаты налогов, отсутствуют (не установлены). 

Из материалов по настоящему делу также следует, что инспекцией не были установлены какие-либо факты (подтвержденные соответствующими доказательствами, материалами налогового дела), доказывающие, что общество учредило организации - контрагентов, давало им обязательные указания и каким-либо образом контролировало или имело возможность контролировать деятельность указанных организаций, управляло их деятельность, давало обязательные указания, определяло действия спорных контрагентов и каким-либо образом получало обратно на свои счета от данные контрагентов денежные средства, перечисленные им на счета организаций – контрагентов.

Само общество не имеет никакого отношения к определению действий, принятию решений организациями-контрагентами по осуществлению ими хозяйственной деятельности и, следовательно, не должно нести ответственность за то, каким образом указанные организации распоряжались поступающими к ним денежными средствами.

Таким образом, как установил суд первой инстанции доказательства использования обществом налоговой схемы в материалах данного дела отсутствуют.

Инспекция указывает на минимальные налоговые перечисления контрагентами: ООО «АТКГарант», ООО «Рескатор-Строй», ООО Потенциал», ООО «Евростройсервис», ООО «Грэкс», обязательных платежей в бюджет. 

Однако, налоговым органом не были установлены признаки возврата денежных средств контрагентами самому заявителю, фиктивность совершаемых операций и иные порочащие достоверность представленной контрагентами налоговой отчетности и полноту уплаты ими налогов в бюджет. 

Как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда РФ, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (Постановление от 19.12.2019 № 41-П, Определения от 16.10.2003 № 329-О, от 10.11.2016 № 2561-О, от 26.11.2018 № 3054-О и др.). 

Таким образом, отказ в праве на налоговый вычет "входящего" налога обуславливается фактом неисполнения обязанности по уплате НДС контрагентом налогоплательщика или (и) поставщиками предыдущих звеньев в той мере, в какой это указывает на отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога, но один лишь этот факт не может быть достаточным, чтобы считать применение налоговых вычетов покупателем неправомерным. 

Лишение права на вычет НДС налогоплательщика-покупателя, который не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели - не знал и не должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от разумного участника хозяйственного оборота, по существу означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в т.ч., при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти нарушения и (или) избежать наступления их последствий. 

Дифференциация вызванных указанными нарушениями последствий для налогоплательщиков-покупателей с учетом того, знали и должны ли последние были знать о допущенных контрагентом и третьими лицами нарушениях при исполнении обязанности по уплате НДС, необходима, поскольку позволяет обеспечить нейтральность налогообложения по отношению ко всем плательщикам НДС, которые действовали осмотрительно в хозяйственном обороте, и имеет превентивный характер для обеспечения стабильности налоговой системы, стимулируя участников оборота к вступлению в договорные отношения преимущественно с контрагентами, ведущими реальную хозяйственную деятельность и уплачивающими налоги. 

Как указано Пленумом ВАС РФ в Постановлении № 53, в признании обоснованности получения налоговой выгоды может быть отказано, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность (п. 9) или в случаях, когда налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом, в силу того, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц ведется преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей (п. 10). 

Принимая во внимание изложенное, к обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком-покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик-покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо в отсутствие такой цели - знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях. 

Названный подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) НДС, ранее также нашел отражение в п. 31 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017, в постановлениях Президиума ВАС РФ от 25.02.2010 № 12670/09, от 30.06.2009 № 2635/09, от 12.02.2008 № 12210/07. 

Аналогичный вывод содержит Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597 по делу № А42-7695/2017.

Оценивая действия заявителя при заключении договоров, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что им была проявлена должная осторожность и осмотрительность. Так, заявитель удостоверился в правоспособности контрагентов, контрагентами были предоставлены заявителю, в т.ч. правоустанавливающие документы.

Действия заявителя полностью соответствовали указаниям Минфина РФ, изложенным в Письме от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177, по проявлению должной осмотрительности. 

Суд первой инстанции верно указал, что данный контрдовод инспекции, по сути, подтверждает факт получения от заявителя денежных средств в оплату исполнения спорными контрагентами принятых на себя перед ним по гражданско-правовым договорам обязательств, в связи с чем, ссылка налогового органа на транзитный характер платежей опровергается имеющимися в настоящем деле доказательствами, а ссылка налогового органа на минимальный объем налоговых платежей организаций-контрагентов сама по себе не свидетельствует об отсутствии у них финансово-хозяйственной деятельности в проверяемый налоговый период. 

Кроме того, как верно отмечено судом первой инстанции, уплата налогов в минимальных размерах не свидетельствует о нарушении спорными контрагентами налогового законодательства РФ, так как нарушение налогового законодательства РФ, в виде неуплаты налогов может быть выявлено только в ходе камеральных или выездных налоговых проверок, которые в отношении организаций-контрагентов налоговым органом не проводились. 

Суд первой инстанции правильно оценил в качестве обоснованного довод общества об отсутствии у него реальной возможности убедиться как в указанных выше обстоятельствах, так и в иных фактах финансово-хозяйственной деятельности спорных контрагентов, их взаимоотношений с налоговыми органами, как в силу банковской, так и налоговой тайны. 

Из материалов по данному делу следует, что контрагенты к ответственности за совершение налоговых правонарушений не привлекались. 

Меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента (ов) по гражданско-правовому договору включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта внесения сведений о контрагенте в ЕГРЮЛ, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников информации, характеризующих деятельность контрагента. 

Об этом сказано в совместном Письме Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 № 3-7-07/84, в Письме Минфина РФ от 31.12.2008 № 03-02-07/2-231, в Письме Минфина РФ от 29.11.2013 № 03-02-07/1/51753. 

В части контрдоводов налогового органа о взаимозависимости и подконтрольности контрагента (ов) налогоплательщику суд первой инстанции правильно отметил следующее. 

Совпадение IP-адреса налогоплательщика и IP-адресов у его контрагентов и адресов у иных организаций (последующих звеньев), номера телефона, само по себе не может свидетельствовать о подконтрольности указанных организаций налогоплательщику и согласованности их действий. 

IP-адрес – это сетевой адрес узла в компьютерной сети, а не адрес конкретного компьютера. 

IP адреса бывают двух видов. 

IP-адрес называют статическим (то есть постоянным, неизменяемым), если он не может быть присвоен другому устройству. 

IP-адрес называют динамическим (непостоянным, изменяемым), если он назначается автоматически при подключении устройства к сети и используется в течение ограниченного промежутка времени, как правило, до завершения сеанса подключения.

Таким образом, динамический IP-адрес, а именно они в большинстве случаев используются, не уникален. 

IP адрес соединения узла с сетью Интернет может совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если Интернет- соединения были сделаны в разное время. 

В большинстве случаев для подключения к сети применяются динамические IP- адреса, что дает провайдеру возможность обслуживать больше клиентов, чем реальное количество свободных адресов, находящихся во владении провайдера. 

В результате динамические IP-адреса соединения с Интернетом могут совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если подключения к сети Интернет были осуществлены в разное время. 

Следовательно, одинаковый динамический IP-адрес - это отнюдь не один компьютер, а чаще всего сервер, расположенный, например, в офисном здании или группе зданий. 

Один и тот же IP-адрес без использования ключа электронной цифровой подписи не является средством идентификации клиента автоматизированной системы расчетов.

При каждом подключении пользователь Интернета получает от провайдера один и тот же номер сети, при этом уникальный номер компьютера (узла), с которого осуществляется выход в сеть, каждый раз может меняться. 

Само по себе совпадение IP-адресов не может достоверно и безусловно свидетельствовать о подконтрольности и согласованности действий налогоплательщика и его контрагентов. 

Такие сведения, как IP-адрес, не носят характер индивидуальных и не являются идентификационными данными клиента, поскольку вход в программу банковского обслуживания может быть осуществлен из общих точек доступа интернет (Wi-Fi в гостиницах, аэропортах и т.д.). 

Совпадение IP-адресов может свидетельствовать только о совпадении интернет-шлюза, территории (адреса), оператора связи, его оборудования, (что имеет место в рассматриваемом случае). 

Суд первой инстанции верно указал, что такие сведения, как IP-адрес, не носят характер индивидуальных и не являются идентификационными данными клиента, поскольку вход в программу банковского обслуживания может быть осуществлен из общих точек доступа интернет (Wi-Fi в гостиницах, аэропортах и т.д.). 

Совпадение IP-адресов может свидетельствовать только о совпадении оператора связи (его оборудования), интернет-шлюза, территории (адреса). 

Кроме того, авторизация клиентов в банке производится не по IP/MAC-адресам, а по логинам, паролям и ЭЦП. 

Фиксируемая на оборудовании банка информация об IP-адресах может соответствовать как компьютеру клиента, так и сетевому оборудованию клиента или провайдера клиента. 

В большинстве случаев IP-адрес компьютера клиента является динамическим и может меняться в разные сеансы связи. 

Данный довод подтверждается судебной арбитражной практикой (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 05.12.2016 по делу № А72-16136/2014, постановления Арбитражного суда Центрального округа от 28.08.2017 по делу № А64-8137/2015 и от 04.05.2017 по делу № А54-6206/2015, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2018 № 09АП-29181/2018 по делу № А40-174817/17). 

Диапазон IP-адресов, присвоенный оборудованию общества - маршрутизатору, мог использоваться для выхода в сеть Интернет любыми лицами с любого устройства, подключенного к этому оборудованию как посредством локальной сети, так и с использованием сети беспроводного доступа (Wi-Fi).

До рассмотрении судом первой инстанции данного дела по существу налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ также не были представлены надлежащие доказательства того, что необходимые для управления расчетными счетами посредством интернет-систем типа "банк-клиент" ключи электронно-цифровых подписей, предоставленных банковскими учреждениями названным организациям-клиентам, находились в распоряжении сотрудников заявителя или связанных с ним лиц. 

Таким образом, на основании изложенного, суд первой инстанции сделал правомерный вывод о том, что контрдовод налогового органа об отсутствии реальности совершенных между заявителем и его спорными контрагентами сделок является необоснованным, поскольку налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не доказано наличие согласованных неправомерных и умышленных действий заявителя и спорных контрагентов, а также создании заявителем видимости гражданско-правовых отношений со спорными контрагентами, направленных на получение заявителем необоснованной налоговой выгоды. 

Как уже было установлено судом первой инстанции, в материалах настоящего дела отсутствуют надлежащие доказательства подконтрольности контрагентов заявителю, взаимозависимости указанных контрагентов с заявителем, «обналичивания» денежных средств самим налогоплательщиком, а сами совпадения IP-адресов с указанными спорными контрагентами, наличие разрывов по данным АСК НДС-2 сами по себе не могут свидетельствовать об "искусственности" рассматриваемых сделок, в связи с чем, выводы налогового органа о нарушении налогоплательщиком положений ст. 54.1 НК РФ являются необоснованными.

Таким образом, как было установлено судом первой инстанции, обществом были учтены операции со спорными контрагентами: ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт», в соответствии с их действительным экономическим смыслом, так как поставка комплектующих и выполненные работы (оказанные услуги) осуществлялась именно указанными контрагентами в соответствии с требованиями каждого покупателя. 

Все операции общества были им учтены в соответствии с действующим законодательством РФ и обусловлены экономическим смыслом, в виде получения дохода, ни один из участников сделок не является убыточным. 

Представленные обществом по Требованию (ям) налогового органа все необходимые документы в совокупности подтверждают реальность совершенных финансово-хозяйственных операций, действительное исполнение гражданско-правовых договоров, заключенных между заявителем и его контрагентами. 

Материалами по данному делу подтверждается факт именно надлежащего исполнения обществом Требования (ий) налогового органа по представлению необходимых документов на налоговую проверку, в т.ч. Счетов-фактур, поскольку после их представления обществом и получения налоговым органом, последним какие-либо замечания, претензии или дополнительные требований в адрес налогоплательщика не высказывались и не направлялись.  

По указанному вопросу в проводимом судом апелляционной инстанции - 24.05.2023 судебном заседании уполномоченными представителями ООО «Промстройпроект» были даны надлежащим образом аргументированные пояснения.

Таким образом, судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела в действиях заявителя и его спорных контрагентов не было установлена  недобросовестность самого налогоплательщика, поскольку все представленные им  в рамках налоговой проверки документы подтверждают реальность совершенных сделок и их разумную деловую цель, обусловленную характером предпринимательской деятельности заявителя. 

Расчеты между заявителем и его контрагентами произведены посредством безналичного перечисления денежных средств, так и по их Письмам в адрес третьих лиц.

Из материалов данного дела следует, что реальность хозяйственных операций заявителя с его спорными контрагентами подтверждена гражданско-правовыми договорами, счетами-фактурами, товарными накладными, платежными поручениями, а также документами, представленными по запросу налогового органа, указанных судом первой инстанции по каждому спорному контрагенту в отдельности, надлежащих доказательств недостоверности которых в материалах данного дела не имеется. 

При этом субъективные выводы налогового органа о создании заявителем фиктивного документооборота, не подтверждаются имеющимися в настоящем деле доказательствами и установленными судом первой инстанции фактами. 

Суд первой инстанции правомерно отклонил в качестве несостоятельного контрдовод налогового органа о том, что в приобретении материалов и ТМЦ у спорных контрагентов у самого заявителя не было необходимости, поскольку налоговой проверкой установлена их достаточность у самого заявителя при производстве работ, оказании услуг по договорам, исполняемым обществом в проверяемый налоговый период, а самим налогоплательщиком использована схема затоваривания ТМЦ без их фактического использования (ООО «Рескатор-Строй», ООО «Грэкс», ООО «Евростройсервис»).

Суд первой инстанции верно указал, что в рассматриваемой ситуации налоговый орган, по сути, подменяя общество, как самостоятельного субъекта предпринимательской деятельности, дает со своей позиции контролирующую оценку целесообразности совершенных обществом хозяйственных операций. 

Между тем, исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 04.06.2007 № 320-О-П налоговое законодательство РФ не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. 

В силу принципа свободы экономической деятельности (ст. 8 ч. 1 Конституции РФ) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. 

В указанном Определении Конституционным Судом РФ отражено, что по смыслу правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельной и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. 

В силу принципов свободы экономической деятельности и свободы договора налоговый орган не вправе вмешиваться в финансово-хозяйственную деятельность налогоплательщика, в т.ч. определять с какими контрагентами вступать в договорные правоотношения, определять объем ТМЦ, необходимых для выполнения обязательств перед своими контрагентами по заключенным с ними договорам, осуществлять контроль за объемом расходования заявителем ТМЦ в производстве по заключенным договорам. 

Общество наделено законодателем правом самостоятельно определять ассортимент и количество ТМЦ, необходимых как для текущей хозяйственной деятельности и выполнения принятых на себя договорных обязательств перед своими контрагентами, гарантийных обязательств, так и обязательств перед третьими лицами, которые возникнут в будущем. 

Согласно аргументированным пояснениям заявителя, у общества имеются постоянные заказчики, в т.ч. АО «АВТОВАЗ» и другие организации, и номенклатура ТМЦ, необходимая для выполнения плановых ремонтных работ, известна. Поэтому у общества существует постоянная потребность в определенных ТМЦ. Учитывая это обстоятельство, а также сроки поставки, возможные задержки с поставкой ТМЦ, увеличение цен на материалы и во избежание рисков неисполнения обязательств по заключенным сделкам, часть ТМЦ приобретается обществом в запас и для использования в будущей своей хозяйственной деятельности, а также выполнения гарантийных обязательств. 

По данному вопросу надлежащие и полные пояснения были также даны руководителем ООО «Промстройпроект» в ходе проводимого судом апелляционной инстанции судебного заседания - 24.05.2023.

Таким образом, учитывая характер предпринимательской деятельности общества определение точного количества приобретение материалов и ТМЦ, а также необходимости аренды оборудования, требующихся для качественного оказания работ и услуг, при их приобретении невозможно. Следовательно, тот факт, что ряд наименований ТМЦ или арендованная по документам у спорных контрагентов спецтехника не использовалась при производстве работ обществом, не свидетельствует о нереальности операций по их приобретению, а напротив свидетельствует об обратном. 

Кроме того, принимая настоящий судебный акт, суд первой инстанции правомерно учитывал показания свидетеля - ФИО11 (Протокол допроса от 21.09.2021 № 07-19/728), который показал, что ему знакомы спорные организации: ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт» и, что они поставляли необходимый соответствующий материал обществу. 

Как следует из материалов поданному делу и уже было установлено судом первой инстанции, в ходе проведения налоговой проверки налоговым органом не было установлено наличие признаков взаимозависимости между обществом и спорным (ми) контрагентом (ми). Инспекцией не было установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязательств. 

Это соотносится с правовой позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 16.10.2003 № 329-О, согласно которой налоговое законодательство РФ не возлагает на налогоплательщика обязанность по проверке деятельности его контрагентов, которые являются самостоятельными налогоплательщиками и несут в случае недобросовестного исполнения налоговых обязательств налоговую ответственность.

Налоговым органом в ходе налоговой проверки не были установлены факты участия заявителя в схеме, направленной на противоправное обналичивание денежных средств (в силу, в частности, взаимозависимости указанных лиц), равно как не установлено, что денежные средства, перечисленные заявителем контрагентам, впоследствии ему возвращены. 

Кроме того, как верно отмечено судом первой инстанции, транзитный характер расчетов сам по себе не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды (недобросовестности) налогоплательщиком (Постановление № 53). 

При этом обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестности контрагентов 2го и последующего звеньев, учитываться в качестве самостоятельных оснований для предъявления претензий самому налогоплательщику не должны (Письмо ФНС России от 16.08.2017 № СА-4-7/16152@). 

Как уже было отмечено судом первой инстанции, до рассмотрения настоящего дела по существу, налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ в материалы дела не было представлено доказательств, опровергающих в совокупности достоверность сведений, содержащихся в представленных налогоплательщиком всех необходимых документах, а сама реальность финансово-хозяйственных операций заявителя с его контрагентами подтверждена договорами, счетами-фактурами, товарными накладными, платежными поручениями, и, документами, представленными по запросу налогового органа, надлежащих доказательств недостоверности которых не имеется. 

При этом выводы налогового органа о создании заявителем фиктивного документооборота, не подтверждаются представленными заявителем в материалы дела доказательствами и прямо опровергаются установленными судом первой инстанции фактами. 

Таким образом, с учетом установленных судом первой инстанции юридически значимых обстоятельств, указанные выше сделки являются реально исполненными их сторонами. 

При этом согласно п. 7 ст. 3 НК РФ, все неустранимые сомнения, противоречия и неясности акта законодательства о налогах и сборах трактуются в пользу налогоплательщика. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что налоговый орган в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не доказал факт получения обществом необоснованной налоговой выгоды во взаимоотношениях со спорными указанными выше контрагентами. 

Кроме того, как верно отметил суд первой инстанции, в соответствии с правовой позицией Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 по делу № А40-71125/2015 противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров. 

Таким образом, обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган в обоснование своей позиции по делу, не опровергают и не свидетельствуют о недобросовестности самого общества, а относятся исключительно к деятельности рассматриваемых его контрагентов. 

Указанные обстоятельства не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на само общество, являющееся покупателем товаров (заказчиком работ, услуг). 

В ст. 252 НК РФ содержатся общие критерии, которым должны соответствовать производимые налогоплательщиками расходы: расходы должны быть обоснованными, документально подтвержденными и производиться для осуществления деятельности, направленной для получения дохода. 

В силу положений ст.ст. 146, 169, 171, 172 НК РФ для получения налогового вычета необходима совокупность следующих условий: 

-наличие счетов-фактур, документов, подтверждающих принятие указанных товаров (работ, услуг) на учет, а также строгое соответствие выставленных счетов-фактур требованиям п.п. 5, 6 ст. 169 НК РФ. 

В п.п. 1, 3 и 4 Постановления № 53 разъяснено, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики, в связи с чем предполагается, что:

-действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны; 

-представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; 

-налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера); 

-налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в рассматриваемой ситуации налоговым органом не представлено надлежащих, относимых и допустимых в силу ст.ст. 64, 67 и 68 АПК РФ доказательств в подтверждение своего контрдовода о нереальности спорных хозяйственных операций, связанных с закупкой обществом материалов (комплектующих) для доукомплектования оборудования, выполнения работ, недобросовестности самого общества и направленности его действий на получение необоснованной налоговый выгоды. 

Достоверность представленных обществом документов и сведений, связанных с использование спорных комплектующих и работ, налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не опровергнута. 

Таким образом, на основании изложенного, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что предусмотренных законом оснований для исключения понесенных обществом затрат из состава расходов при определении налогооблагаемой прибыли и уменьшение предъявленного к возмещению НДС у налогового органа в рассматриваемом случае не имелось. 

В связи с чем, а также учитывая отсутствие надлежащих доказательств умышленных действий заявителя со спорными контрагентами: ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт», у налогового органа отсутствовали также законные основания для начисления пени за несвоевременную уплату налога в соответствии со ст. 75 НК РФ и привлечения общества к налоговой ответственности, предусмотренной п.п. 1 и 3 ст. 122 НК РФ. 

2.По взаимоотношениям заявителя с контрагентом - ООО «Строй-Монтаж-Сервис» судом первой инстанции было установлено следующее. 

Как следует из оспариваемого Решения, основанием для непринятия суммы налоговых вычетов по НДС по контрагенту - ОО «Строй-Монтаж-Сервис» в размере 606 566 руб. 03 коп., по налогу на прибыль организаций в размере 461 374 руб. 22 коп., послужили следующие установленные налоговым органом обстоятельства. 

Из материалов настоящего дела следует, что ООО «Строй-Монтаж-Сервис» состояло на учете в ИФНС России № 21 по г. Москве. Юридический адрес: 109444, Россия, 

<

...> д 16, строение 2, 21 (Протокол осмотра от 03.02.2020 № 320КВ об отсутствии данной организации по адресу). 

Учредители ООО «Строй-Монтаж-Сервис», соответственно: 

-ФИО12, доля 20 %, период полномочий с 24.08.2010 по н.в. (Справки по 2-НДФЛ отсутствуют); 

-ФИО13 доля 20 %, , период полномочий с 24.08.2010 по н.в. (Справки по 2-НДФЛ отсутствуют, является учредителем/руководителем в организациях с недостоверными сведениями); 

-ФИО14 доля 60 %, период полномочий с 24.08.2010 по дату смерти - 22.05.2019. (Справки по 2-НДФЛ отсутствуют). 

Руководитель ООО «Строй-Монтаж-Сервис»: ФИО14 с 01.11.2005 по дату смерти - 22.05.2019. 

Ранее по повесткам на допрос в налоговый орган ФИО14 не являлся (Уведомление о невозможности допроса от 24.05.2018 № 210). 

Учредитель с долей 20 % - ФИО12 номинальный учредитель (Протокол допроса от 15.05.2018) показал следующие: «… Никакую деятельность в ООО "Строй-Монтаж-Сервис", ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, не веду, никаких договоров, доверенностей, накладных и других финансово-хозяйственных документов не подписывал. Счета в банке не открывал по просьбе третьих лиц. 

С организациями контрагентами никаких взаимоотношений не имел, никаких документов с ними не подписывал. Никаких других юридических лиц также не знаю и договора с ними не заключал ...». 

Учредитель с долей 20 % - ФИО13 представил в регистрирующий орган Заявление о недостоверности сведений о нем в ЕГРЮЛ от 22.10.2020 по форме Р34001. 

Сведения об учредителе в ЕГРЮЛ были признаны регистрирующим органом признаны недостоверными - 11.11.2020. 

Недвижимое имущество и движимое имущество у ООО «Строй-Монтаж-Сервис» отсутствуют. 

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов данного дела, между ООО «Промстройпроект» и ООО «Строй-Монтаж-Сервис» был подписан Договор поставки материалов от 02.04.2020 № б/н. 

В представленных обществом документах по взаимоотношению с ООО «СтройМонтаж-Сервис» указан руководитель - ФИО14. 

При этом, как установил суд первой инстанции, руководитель (директор) ООО «Строй-Монтаж-Сервис» - ФИО14 умер еще - 22.05.2019, а, следовательно, данный Договор и первичные документы от имени указанного контрагента в 2020 году не могли быть подписаны умершим физическим лицом - ФИО14 в 2020. 

При таких обстоятельствах, налоговый орган пришел к обоснованному выводу о том, что документы по взаимоотношению с указанным контрагентом не могут являться предусмотренным законом основанием для применения обществом налогового вычета по НДС и отнесению его расходов по налогу на прибыль организаций.

Кроме того, как также было установлено судом первой инстанции, на нереальность заявленной обществом с ООО «Строй-Монтаж-Сервис» сделки также указывают следующие установленные налоговым органом в рамках налоговой проверки факты. 

По Книгам покупок ООО «Строй-Монтаж-Сервис» отражены исключительно фиктивные операции с фирмами-однодневками. 

Операции, свидетельствующие о взаимодействии с реальными контрагентами и возможности реального приобретения товаров, поставленных в дальнейшем в адрес ООО «Промстройпроект», отсутствуют. 

На основании проведенных налоговым органом допросов сотрудников и должностных лиц ООО «Промстройпроект» установлено, что материалы закупаются под необходимость работ и срок хранения на складе не превышает месяца, данные ТМЦ были закуплены и не списаны в производство. 

При осмотре налоговым органом территорий складов на АО «АВТОВАЗ» не было установлено хранение данного вида материалов. 

Из проведенных налоговым органом допросов, соответственно: ФИО15 (Протокол от 12.04.2022 № 10-19/186), ФИО16 (Протокол от 22.09.2021 № 07-19/732), ФИО17 (Протокол от 24.09.2021 № 07-19/746) сотрудников кровельщиков ООО «Промстройпроект», было установлено что материалы (РУФБаттс Н 80 мм (2,4 м2 в упак), лист хризотилцементный прессованный 10 мм, бикрост ТПП, РУФБаттс Д 60 мм (2,4 м2 в упак), стеклоизол) заявленные по контрагенту - ООО «Строй-Монтаж-Сервис» свидетелями в производстве кровельных работ не использовались. 

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному и обоснованному выводу об отсутствии со стороны ООО «Строй-Монтаж-Сервис» реальной возможности осуществлять заявленные налогоплательщиком хозяйственные операции,  представленные обществом документы, оформленные за подписью руководителя ООО «Строй-Монтаж-Сервис» после его смерти, составлены с нарушением действующего законодательства РФ, а само общество не проявило со своей стороны должной осторожности и осмотрительности при выборе указанного контрагента при  заключении с ним гражданско-правового договора.

При таких обстоятельствах, заявленные обществом требования о признании недействительным оспариваемого Решения инспекции, в части доначисления НДС, налога на прибыль организаций и соответствующих сумм пени и штрафа по контрагенту - ООО «Строй-МонтажСервис» правомерно были оставлены судом первой инстанции без удовлетворения.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному и обоснованному выводу о том, что Решение Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области от 22.07.2022 № 10-38/61 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения", в части доначисления НДС в размере 23 739 765 руб. 38 коп., налога на прибыль организаций в размере 15 979 108 руб. 67 коп. и соответствующих сумм пени и штрафа (по контрагентам ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт»), не соответствует требованиям закона - НК РФ и нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, что в силу ст.ст. 198, 201 АПК РФ является основанием для признания его недействительным, и, возложения на налоговый орган обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что заявленные обществом требования подлежат удовлетворению частично, при правильном применении положений п. 3 ч. 4 ст. 201 АПК РФ.

Судебные расходы ООО "Промстройпроект" по уплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ распределены судом первой инстанции правильно.

Суд апелляционной инстанции, повторно проанализировав предоставленные в материалы дела доказательства, в соответствии с правилами, определенными ст. 71 и гл. 34 АПК РФ, поддерживая в качестве правомерных и обоснованных контрдоводы представителей ООО "Промстройпроект", в т.ч., изложенные в письменных Возражениях на апелляционную жалобу, приходит к выводу о том, что доводы, изложенные апеллянтами в апелляционной жалобе и в дополнениях к ней, по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом первой инстанции, опровергаются материалами дела и не отвечают требованиям действующего законодательства РФ.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении дела по существу суд первой инстанции полно и всесторонне определил круг юридических фактов, подлежащих исследованию и доказыванию, которым дал обоснованную юридическую оценку, и сделал правильный вывод о применении в данном случае конкретных норм материального и процессуального права, а поэтому у суда апелляционной инстанции нет оснований для изменения или отмены судебного акта.

Иных доводов, которые могли послужить основанием для отмены обжалуемого решения, которое в полной мере соответствует положениям ст. 170 АПК РФ, в соответствии со ст. 270 АПК РФ, из апелляционной жалобы не усматривается.

Таким образом, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, в связи с чем, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 01.03.2023 по делу № А55-37572/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

Председательствующий    

А.Ю. Харламов

Судьи  

Е.Н. Некрасова

С.Ю. Николаева