ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-249033/2018

21 марта 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2023 года

Полный текст постановления изготовлен  21 марта 2023 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Уддиной В.З.,

судей Перуновой В.Л., Тарасова Н.Н.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по дов. от 28.03.2022,

от ФИО3 – ФИО4 по дов. от 23.08.2022,

от к/у ООО «Финансовая лизинговая компания «Доверие» - ФИО5 по дов. от 13.03.2023,

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО3 и ФИО1

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20 декабря 2022 года

по заявлению о признании доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6, ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Финансовая лизинговая компания «Доверие» 

по делу о признании несостоятельным (банкротом)

ООО «Финансовая лизинговая компания «Доверие», 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.08.2022 суд признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6, ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО »Финансовая лизинговая компания «Доверие» (далее – должник, ООО ФЛК «Доверие», общество).

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2022 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20 декабря 2022 года определение Арбитражного суда города Москвы от 18.08.2022 отменено, суд признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Финансовая лизинговая компания «Доверие». Рассмотрение заявления в части определения размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами ООО «Финансовая лизинговая компания «Доверие».

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят:

ФИО1 – судебный акт отменить и направить дело на новое рассмотрение в апелляционной инстанции;

ФИО3 – судебные акты отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности, принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

В кассационных жалобах заявители указывают на неправильное применение судом апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. 

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

До рассмотрения жалобы по существу в Арбитражный суд Московского округа от конкурсного управляющего должником поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представители заявителей кассационных жалоб в судебном заседании суда округа поддержали заявленные ими требования по изложенным в жалобах доводам, представитель конкурсного управляющего против удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего должника возражал.

Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационных жалоб, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом. Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационные жалобы рассматриваются в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено данным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пунктами 2 и 4 данной статьи установлены признаки и презумпции, в силу которых лицо может быть признано контролирующим.

Согласно разъяснениям пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, необходимым условиям отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. Также в силу пункта 7 данного постановления предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения руководителя, является контролирующим.

Исходя из положений статьи 61.10 Закона о банкротстве с учетом вышеприведенных разъяснений, для признания лица контролирующим суд должен установить: наличие у определенного лица фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия; - степень вовлеченности лица в процесс управления должником; - влияние лица на совершение сделок или определение их условий; извлечение лицом выгоды из незаконного или недобросовестного поведения руководителя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

В соответствии с частью 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В силу пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал не способен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной (то есть рыночной) стоимостью его активов.

Так, суд апелляционной инстанции установил, что конкурсным управляющим факт увеличения кредиторской задолженности по причине неисполнения ответчиками ФИО6 и ФИО3 обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, документально не подтвержден, в связи с чем пришел к выводу о том, что заявителем не доказан круг обстоятельств, подлежащих доказыванию в части довода о неисполнении обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве).

В части довода о совершении сделок, которые причинили вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этими лицами или в пользу этих лиц либо одобрения этими лицами одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этих лиц), суд апелляционной инстанции, приняв во внимание судебные акты, принятые в рамках рассмотрения настоящего дела, которыми признаны недействительными договоры купли-продажи транспортных средств, заключенные с должником, а также установив, что сделки со стороны должника были совершены ФИО3 в пользу ФИО1, сделка по отчуждению транспортного средства со стороны должника была совершена ФИО7 в пользу ФИО3, пришел к выводу о том, что ФИО6 до передачи своих полномочий ФИО3 осуществляла вывод активов должника, в то время как ФИО1 на момент совершения оспариваемых сделок являлся единственным участником должника, а его близкая родственница ФИО6 (родная сестра) являлась генеральным директором должника, подписавшим спорные договоры.

Поскольку все признанные судом недействительные договоры заключались должником в лице генерального директора ФИО6, т.е. генеральный директор должен был отдавать отчет своим действиям при отчуждении транспортных средств должника аффилированному с ним лицу, суд апелляционной интонации пришел к выводу о том, что ФИО6 и ФИО1 знали о цели причинения вреда кредиторам к моменту совершения сделок. 

При этом ФИО1 имел возможность как единственный участник давать обязательные для исполнения должника указания или иным образом определять действия должника, что и было им сделано при совершении сделок купли-продажи, которые признаны недействительными, как совершенные с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ФИО6 и ФИО1 знали о цели причинения вреда кредиторам к моменту совершения сделок. 

На момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед ООО «СК «Политар» по оплате основного долга в размере 19 767 585 руб. по Договору подряда № 2.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что такое поведение ФИО6 и ФИО1 свидетельствует о недобросовестности контролирующих лиц должника.

В результате совершенных сделок между ФИО6 в качестве генерального директора ООО «ФЛК «Доверие» и ФИО1, было утрачено имущество должника на сумму 11 141 172 руб. 80 коп. Судом также установлено, что оплата по сделкам не производилась, встречное предоставление ООО «ФЛК «Доверие» не получено. То есть контролирующими Должника лицами совершены действия по выводу активов Общества, причинившие ущерб в размере 11 141 172 руб. 80 коп., без осуществления мер по реабилитации его финансового положения.

При этом судом апелляционной инстанции отклонен довод ФИО1 о том, что данные сделки были несущественными относительно деятельности должника, поскольку, действуя разумно и добросовестно, руководители должника могли погасить задолженность перед заявителем по делу более чем на 70%. Указанные сделки, с учетом изложенного, являются существенными для должника. Кроме того, иного имущества конкурсным управляющим не обнаружено.

Довод ФИО1 о том, что совершенные сделки между должником и ФИО1 не явились причиной объективного банкротства и невозможности удовлетворения требований кредиторов судом апелляционной инстанции не принят, поскольку установлено, что ФИО1 имел возможность как единственный участник давать обязательные для исполнения ООО «ФЛК Доверие» указания или возможность иным образом определять действия ООО «ФЛК «Доверие», что и было им сделано при совершении сделок купли-продажи, которые Арбитражным судом города Москвы признаны недействительными, как совершенные с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО «ФЛК «Доверие», что подтверждается судебными актами, имеющимися в материалах дела.

Суд апелляционной инстанции установил, что между ООО «ФЛК «Доверие» (продавец) и ФИО1 (покупатель), одобренная со стороны должника ФИО6, 18.10.2017 был заключен договор купли-продажи ценной бумаги № ЦБ/2017-01 - векселя серии ААА номер 001, эмитент ООО «Строй механика» на сумму 5 422 425 руб., который определением Арбитражного суда города Москвы от 23.09.2020 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки, а именно: обязать ФИО1 возвратить ООО ФЛК «Доверие» вексель серии ААА номер 001, эмитент: ООО «Строй механика», номиналом 5 422 425 руб., однако за период с 18.10.2017 по 30.07.2021 ни ФИО1, ни его финансовым управляющим не было предпринято мер по представлению векселя ООО «Строймеханика» к обозрению и заявлении должнику требования по оплате спорного векселя, не был осуществлен протест в неоплате векселя, не осуществлено обращения с иском в суд о взыскании долга по векселю, в связи с чем пришел к выводу о том, что недобросовестное поведение ФИО1 привели к невозможности не только вернуть в конкурсную массу должника спорный вексель, но и обратиться к векселедателю или к суду с требованием об оплате векселя и удовлетворить требования кредиторов ООО «ФЛК «Доверие» на сумму 5 422 425 руб.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО1, одобрил сделку по отчуждению недвижимого имущества, находящегося в собственности ООО «ФЛК «Доверие», с условием погашения возникших обязательств аффилированного с ним лица перед банком, посредством чего произвел вывод активов должника и лишил кредиторов ООО «ФЛК «Доверие» на право удовлетворения требований в размере 40 000 000 руб.

Суд апелляционной инстанции, применительно к определению Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 №305-ЭС14-7302(18) по делу №А40-110070/2010, пришел к выводу, что в период исполнения своих обязанностей ответчики, обладая правами давать обязательные для исполнения ООО «ФЛК Доверие» указания или возможность иным образом определять действия ООО «ФЛК «Доверие», действовали неразумно и недобросовестно, лишив кредиторов, обязательства перед которыми существовали на момент заключения признанных недействительными сделок, на удовлетворение их требований. Сделки совершены в период подозрительности и на заведомо невыгодных для Должника условиях, в результате которых был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, суд апелляционной инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что оспоренные в суде сделки, заключенные ФИО1, а также действия по продаже принадлежащего должнику имущества на заведомо невыгодных условиях, нанесли вред кредиторам на сумму 11 141 172 руб. 80 коп. и 40 000 000 руб., что является основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 61.10, подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, отметив, что ФИО1, проявляя должную степень заботливости и осмотрительности, обязан был принимать меры для надлежащего формирования активов предприятия и не допускать ухудшения его финансового состояния, ФИО1 скрыл от Банка информацию об имеющейся задолженности ООО «ФЛК «Доверие» перед кредиторами в целях получения денежных средств под предлогом развития предпринимательской деятельности юридического лица и своевременного возврата кредита с процентами.

При этом судом апелляционной инстанции отклонены доводы ФИО3 и ФИО6 о том, что они не могут быть признаны контролирующими должника лицами, поскольку указанные ответчики входят в число контролирующих должника лиц на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Помимо этого судом установлено, что сделки, описанные выше и приведшие к банкротству должника, были подписаны от имени должника ФИО3, ФИО6, а учитывая родственные и семейные связи между всеми ответчиками, то суд пришёл к однозначному выводу, что действия по выводу активов должника осуществлялись ответчиками намеренно, по предварительному сговору, что свидетельствует об их недобросовестности. Каких-либо доказательств номинального характера занимаемой должности, ответчиками не представлено.

Данные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что ФИО6 и ФИО3 в период осуществления своих полномочий в силу должностного положения были наделены правом давать должнику обязательные для исполнения указания, что ими неоднократно и делалось.

Рассмотрев довод о непередаче документации должника конкурсному управляющему, суд апелляционной инстанции, с учетом положений пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пункт 24 Постановления Пленума от 21.12.2017 №  53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума №  53), указал, что конкурсным управляющий, в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не доказано нарушение норм Закона, или того, что документация общества находилась у его участника.

При этом судом отклонен довод ФИО1 о том, что конкурсным управляющим не были предприняты меры по сохранности и выявлению имущества, не предъявлены требования о возмещении ущерба, поскольку ответчиком не представлено достоверных и достаточных доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины ФИО1 в доведении ООО «ФЛК «Доверие» до банкротства, в то время, как бремя доказывания в рамках спора о привлечении к субсидиарной ответственности лежит на ответчиках.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу, что в отсутствие доказательств встречного исполнения, а также документов, подтверждающих наличие оснований совершения указанных сделок, контролирующими должника лицами совершены действия и сделки, очевидно не отвечающие интересам должника и его независимым кредиторам, которые впоследствии послужили в совокупности причиной банкротства должника, в связи с чем пришли к правомерному выводу, что ФИО6 и ФИО1 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Исследовав доводы, изложенные в кассационной жалобе ФИО1 суд округа пришел к выводу, что они направлены на несогласие с выводами суда апелляционной инстанции  и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки, следовательно, кассационная жалоба конкурсного управляющего должника на отказную часть судебных актов подлежит не подлежит удовлетворению.

Вместе с тем суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы ФИО3, проверив правильность применения судебными инстанциями норм материального и процессуального права, считает выводы судов недостаточно обоснованными.

Устанавливая наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 (с 27.04.2018 занимал должность генерального директора общества, что отражается в личной карточке работника), суд апелляционной инстанции указал, что сделка, признанная определением Арбитражного суда города Москвы от 12.10.2020 недействительной, была заключена ФИО7 в пользу ФИО3

По смыслу статей 6, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны и должен рассмотреть спор, исходя из заявленных оснований иска (обстоятельств, на которые ссылается истец в подтверждение исковых требований к ответчику) и его предмета (требования истца к ответчику), определив подлежащие применению законы и иные нормативные правовые акты.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760, по смыслу пунктов 4, 16 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Учитывая изложенное, судам необходимо было установить обстоятельства того, существенно либо несущественно совершенная в пользу ФИО3 сделка ухудшила финансовое положение должника.

В данном случае судом апелляционной инстанции не указаны обстоятельства того, что ФИО3 принимал какие-либо решения, одобрял или заключал сделки, которые привели к объективному банкротству должника.

Вместе с тем получение ФИО3 от должника транспортного средства, не приведшее к наступлению признаков объективного банкротства должника, при отсутствии факта одобрения или заключения ФИО3 иных вышеуказанных сделок, в результате которых у должника наступило объективное банкротство, само по себе не может служить основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по всем обязательствам должника. 

Принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», а также положения статей 6, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду при повторном исследовании обстоятельств дела следует установить, повлекла ли совершенная сделка в пользу ФИО3 существенное ухудшение финансового состояния должника.

В случае если при повторном исследовании обстоятельств дела судом будет установлено, что совершенная сделка по купле-продаже транспортного средства не повлекла существенное ухудшение финансового состояния должника, а также ФИО3 как генеральным директором должника не одобрялись иные вышеуказанные сделки, приведшие в возникновению признаков объективного банкротства должника, суду необходимо рассмотреть вопрос о привлечении ФИО3 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям в размере полученной выгоды от совершенной в ее пользу сделки должника.

При таких обстоятельствах судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что в соответствии с частью 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанные судебные акты в указанной части подлежат отмене.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в отмененной части в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области. 

При новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, с соблюдением требований норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по данному спору, дать оценку доводам заявителя. 

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20 декабря 2022 года по делу № А40-249033/2018 – отменить в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Девятый арбитражный апелляционный суд.

В остальной части постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20 декабря 2022 года по делу № А40-249033/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 В.З. Уддина

 

Судьи:                                                                                             В.Л. Перунова

 

                                                                                                          Н.Н. Тарасов