ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-4199/2023

Дело № А41-22985/20

25 апреля 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  17 апреля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 апреля 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Досовой М.В.,

судей Муриной В.А., Семикина Д.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Спецглавснаб» на определение Арбитражного суда Московской области от 06.02.2023 по делу№ А41-22985/20 

о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЕВС»

при участии в судебном заседании: 

от конкурсного управляющего ООО «ЕВС» ФИО2 - ФИО3 по доверенности от 01.03.2023,

от ООО «Спецглавснаб» - ФИО4 по доверенности № 33 от 21.12.2022,

от ООО «ГлобИнвест» - ФИО5 по доверенности от 09.09.2021,

от Боса Марселя - ФИО6 по доверенности от 07.09.2022, ФИО7 по доверенности от 03.10.2022 (веб-конференция),

от ФИО8 - ФИО9 по доверенности от 17.03.2023,

от ФИО10 - ФИО9 по доверенности от 02.06.2021,

от ФИО11 - ФИО12 по доверенности от 01.03.2023, 

от ФИО14 ФИО13 – ФИО12 по доверенности от 09.12.2021,

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 21.01.2021 ООО «ЕВС» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий ООО «ЕВС» и конкурсный кредитор ООО «Спецглавснаб» обратились в арбитражный суд с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО8, Марселя Боса, ФИО11 и ФИО13 ФИО14,

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.02.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ООО «Спецглавснаб» подало апелляционную жалобу, в которой просит его отменить, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, а также неполное выяснение обстоятельств дела.

В суд апелляционной инстанции от ФИО14 ФИО13, ФИО8, ФИО11, Боса Марселя поступили отзывы, в которых они просят отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители ООО «Спецглавснаб», конкурсного управляющего ООО «ЕВС» ФИО2, ООО «ГлобИнвест» поддержали доводы апелляционной жалобы, просили обжалуемый судебный акт отменить.

Представители ФИО14 ФИО13, ФИО8, ФИО10, ФИО11, Боса Марселя возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации в картотеке арбитражных дел на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru. 

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы (п. 1 ст. 61.14 Закона о банкротстве).

Заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом (п. 1 ст. 61.16 Закона о банкротстве).

Обращаясь с настоящими заявлениями, конкурсный управляющий и кредитор указали, что ФИО10 являлся ликвидатором должника с 16.11.2020 по дату введения процедуры конкурсного производства, а также является единоличным исполнительным органом участника должника - ООО «ВЕЛЛТРАНС», владеющего 50% доли в уставном капитале должника.

ФИО8 являлась единоличным исполнительным органом должника (исполняющей обязанности генерального директора) в период с 07.03.2019 по 15.11.2020.

Бос Марсель являлся единоличным исполнительным органом должника (генеральным директором) в период с 13.04.2018 по 06.03.2019.

Принс Гирт являлся единоличным исполнительным органом должника (генеральным директором) в период с 19.02.2014 по 12.04.2018, участником должника (50% доли) в период с 11.12.2014 по 23.11.2015, а также является участником должника (50% доли) через ЗАО «ЭТАНЕР Б.В.» (владеющего 50% доли должника, где Принс Гирт является единоличным исполнительным органом и владеет долей 50% акций) в период с 04.12.2018 по настоящее время.

ФИО11 являлся единоличным исполнительным органом ООО «ЕВС» (генеральным директором) в период с 27.05.2013 по 27.10.2013; единственным участником Общества (100 % доли) в период с 12.10.2012 по 25.04.2017; являлся участником ООО «ЕВС» (50% доли) через ООО «ВЕЛЛТРАНС» (владеющего 50% доли должника, где ФИО11 является единственным участником) в период с 26.04.2017 по настоящее время.

В качестве основания привлечения ответчиков у субсидиарной ответственности заявители ссылаются на неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения).

Заявители считают, что ответчики должны были узнать о признаках банкротства на очередном собрании участников общества, которое общество обязано проводить в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год по инициативе исполнительного органа общества не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Как указывают заявители, на дату подачи настоящего заявления в суд, у ООО «ЕВС» имеется кредиторская задолженность в размере 810 386 684, 17 рублей.

Кредиторская задолженность ООО «ЕВС» с 2017 года постоянно имела высокие показатели, а именно: в 2017 году кредиторская задолженность составляла 633 872 000 рублей; в 2018 году кредиторская задолженность составляла 678 712 000 рублей; в 2019 году кредиторская задолженность составляла 729 813 000 рублей; в 2020 году кредиторская задолженность составляла 1 085 774 000 рублей.

Реальная стоимость активов (сумма активов за исключением суммы дебиторской задолженности) ООО «ЕВС» в 2017 году составляла 428 418 000 рублей; в 2018 году реальная стоимость активов составляла 368 858 000 рублей; в 2019 году реальная стоимость активов составляла 453 484 000 рублей; в 2020 году реальная стоимость активов составляла 376 695 000 рублей.

ООО «ЕВС» имело непокрытый убыток: в 2018 году непокрытый убыток составил 524 411 000 рублей; в 2019 году непокрытый убыток составил 832 831 000 рублей; в 2020 году непокрытый убыток составил 1 252 825 000 рублей.

Указанные данные, согласно заявлению, содержатся в бухгалтерской отчетности должника на сайте casebook.ru.

Заявители указывают, что по итогам проведенного финансового анализа должника после 31.12.2018 значение показателей чистых активов должника отрицательное, что указывает на возникновение признаков объективного банкротства должника.

Полагая, что дата объективного банкротства должника наступила не ранее 31.12.2018, заявители указывают, что для единоличного исполнительного органа должника срок на обращение в суд с заявлением о банкротстве истек не позднее: для ФИО14 – 31.001.2018 (через месяц после наступления даты объективного банкротства); для Боса М. – 13.05.2018 (через месяц после вступления в должность); для ФИО8 – 07.04.2019 (через месяц после вступления в должность); для ФИО10 – 16.12.2020 (через месяц после вступления в должность).

Заявление о банкротстве ФИО10 было подано в суд только 14.01.2021. 

Для участника должника ФИО11 срок истек не позднее 30.04.2018 (общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года).

В качестве другого основания субсидиарной ответственности ответчиков конкурсный управляющий и кредитор ссылаются на совершение сделок, повлекших банкротство Общества и причинение существенного вреда правам кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований к должнику (премирование сотрудников и совершение сделок в рамках хозяйственной деятельности должника).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего и кредитора, не установил необходимой совокупности условий для возложения на ответчиков субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд поддерживает указанные выводы суда первой инстанции.

В отношении требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве должника арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд (п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителя к ответственности за неисполнение в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве - в связи с нарушением обязанности по подаче в арбитражный суд заявления должника о его собственном банкротстве, обусловлена недобросовестным сокрытием от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица, что, в свою очередь, влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Конкурсным управляющим в анализе финансового состояния должника была проанализирована динамика изменения показателей, характеризующих платежеспособность должника за период с 31.12.2017 по 31.12.2020, и установлено существенное ухудшение значений коэффициентов, характеризующих платежеспособность ООО «ЕВС».

Согласно указанному финансовому анализу значение показателя чистых активов должника является отрицательным после 31.12.2018.

Заявители связывают возникновение у ответчиков обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника с определённой конкурсным управляющим датой объективного банкротства должника - не ранее 31.12.2018, с которой началось исчисление месячного срока на подачу заявления о банкротстве.

Вместе с тем неплатежеспособность связана, в первую очередь, не с финансово-экономическими показателями деятельности, а с исполнением должником обязательств перед кредиторами и предполагает изучение динамики погашения должником требований кредиторов.

Методики, указанные в правилах проведения арбитражным управляющим финансового анализа, устанавливают технические параметры расчетов и математические критерии индикаторов, но не позволяют устанавливать факт неплатежеспособности.

В результате арбитражный управляющий не определяет факт неплатежеспособности, а подсчитывает коэффициенты абсолютной ликвидности, текущей ликвидности и др.

Следовательно, из состояния финансово-экономических коэффициентов должника невозможно сделать вывод о возникновении контролирующих должника лиц обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника.

Судом также признаны необоснованными доводы заявителей о том, что датой объективного банкротства необходимо считать 31.12.2018, то есть дата, когда чистые активы должника впервые приобрели отрицательное значение.

Установление даты объективного банкротства компании должно осуществляться не просто установлением даты, когда у компании возникла неоплаченная задолженность, но необходимо учитывать и продолжительность осуществления компанией своей деятельности после возникновения указанного долга (Определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 17.11.2021 № 305-ЭС17-7124(6)).

Исходя из смысла разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), объективное банкротство – это момент времени, когда возникла неспособность удовлетворять требования кредиторов, при этом в дальнейшем данная неспособность непрерывно сохранялась, то есть стала стабильной.

Формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства.

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения руководителя Должника в арбитражный суд с заявлением о банкротстве (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П).

Факт разового превышения обязательств над активами может говорить о временных сложностях в деятельности должника и не предполагает обязанность руководителя общества обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Следовательно, несмотря на то, что 31.12.2018 чистые активы должника впервые приняли отрицательное значение, нельзя утверждать, что именно в это время наступило объективное банкротство должника, и у руководителя возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве в суд.

Определением суда первой инстанции от 27.06.2022 по ходатайству ФИО11 была назначена судебная финансово-экономическая экспертиза, по результатом которой эксперт пришел к выводу о том, что стоимость чистых активов ООО «ЕВС», исходя из их реальной (рыночной) стоимости, имела отрицательное значение и в дальнейшем положительного значения не принимала по состоянию на 30.06.2020.

Относительно финансового состояния должника ранее момента объективного банкротства (до 30.06.2020) эксперт пришел к выводу, что величина чистых активов ООО «ЕВС» по состоянию на 31.12.2017 принимала положительное значение.

В период с 31.12.2017 по 31.12.2018 чистые активы становятся отрицательными.

По состоянию на 31.12.2019 чистые активы ООО «ЕВС» снова принимали положительное значение с учетом переоценки основных средств, корректировки запасов и обязательств, а также с учетом положений плана финансового оздоровления и при осуществлении согласованной с АО «РусВэлл Групп» Дорожной карты реализации сделки по покупке доли в уставном капитале ООО «ЕВС».

Арбитражным апелляционным судом учитывается также то обстоятельство, что согласно сформировавшемуся в судебной практике подходу при установлении момента наступления объективного банкротства необходимо исследовать не только финансовые показатели юридического лица, а также особенности и характер осуществляемой должником в спорный период хозяйственной деятельности.

Материалами дела подтверждается, что должником после 31.12.2018 и до конца 2020 года велась хозяйственная деятельность, в том числе исполнялись обязательства по договорам с ООО «Газпромнефть-Хантос», ПАО «СНМНГ», ПАО «Газпром Нефть», ООО «Лукойл-Западная Сибирь», ООО «НьютехВелл Сервис», неоднократно реструктуризировалась задолженность перед банком с государственным участием ПАО «Промсвязьбанк».

В указанный период должник осуществлял нормальную хозяйственную деятельность.

Признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества у должника отсутствовали.

Предприятие осуществляло расчеты с поставщиками и подрядчиками, производило выплату заработной платы.

Подтверждением нормальной деятельности должника, в том числе является заключение 27.08.2018 между должником и ПАО «Промсвязьбанк» кредитных договоров № 

<

***> об открытии кредитной линии с установленным лимитом задолженности в размере 160 000 000 руб.; № 100-0030-18-3-0 об открытии кредитной линии с установленным лимитом задолженности в размере 90 000 000 руб.

Перед принятием решения о выдаче указанных кредитов банком был проведен детализированный финансовый аудит деятельности заёмщика, оценивались его кредитные риски, проанализировано финансовое положение.

По состоянию на 2018-2019 годы у ООО «ЕВС» отсутствовала непогашенная задолженность перед ФНС, что подтверждается справкой налогового органа, представленной в материалы дела и данными сервиса ФНС «Прозрачный бизнес».

В соответствии с абзацем 2 пункта 9 Постановления № 53, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось 10 разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Арбитражным судом установлено, что с декабря 2016 года по октябрь 2020 года должником осуществлялись мероприятия по созданию совместного предприятия с АО «РусВэллГруп» – структурной компанией Госкорпорации «Росатом».

Согласно имеющимся в материалах дела сведениям и документам 12.12.2016 между АО «ТВЭЛ» и ООО «ЕВС» было заключено соглашение о сотрудничестве, согласно которому стороны подтвердили свои намерения по сотрудничеству в сфере оказания нефтесервисных услуг, развития сотрудничества с крупными нефте-газодобывающими компаниями. 

15.09.2017 в рамках совещания представителей NCS Multistage LLC, ООО «ЕВС», Госкорпорации «Росатом» и АО «ТВЭЛ» стороны отметили, что ООО «ЕВС» при ввозе в Россию оборудования для оказания нефтесервисных услуг несет дополнительные расходы на доставку оборудования из-за границы, оплату таможенных и других сборов, повышающих стоимость оказания нефтесервисных услуг для конечных заказчиков. Локализация производства оборудования на мощностях АО «ТВЭЛ» позволит снизить стоимость закупаемого оборудования и создать надежную локальную площадку по выпуску данного оборудования.

15.12.2017 в рамках совещания руководителей ООО «ЕВС», ГК «Росатом» и АО «ТВЭЛ» был утвержден состав рабочей группы для проработки корпоративных, юридических, организационных, финансовых и иных вопросов совместной деятельности из представителей ООО «ЕВС», ГК «Росатом» и АО «ТВЭЛ».

15.05.2019 ЗАО «Этанер Б.В.», ООО «ВЕЛЛТРАНС» и АО «РусВэллГруп» подписали основные условия сделки по проекту «Создание совместного предприятия по оказанию нефтесервисных услуг».

27.12.2019 АО «РусВэллГруп» и должник согласовали дорожную карту реализации сделки по покупке 50 % доли в ООО «ЕВС».

Письмами от 22.04.2020 № 759/01/346 и от 19.06.2020 № 759/01/563 АО «РусВэллГруп» подтвердило намерения о вхождении в состав участников должника, сообщив, что сделка по покупке 50 % доли в ООО «ЕВС» находится в стадии реализации.

23.06.2020 АО «РусВэллГруп» и должником была утверждена вторая дорожная карта реализации сделки покупки 50 % доли в ООО «ЕВС».

Согласно представленным в материалы дела доказательствам сторонами предпринимались следующие действия в рамках реализации указанного экономического плана: ООО «Веллтранс» передало должнику в качестве вклада в имущество должника 70 транспортных средств, указанных в приложении № 1 Основных условий, что подтверждается актами от 19.06.2019 и от 19.07.2019.

В рамках реализации достигнутых договоренностей должник передавал в адрес АО «ТВЭЛ» документы, касающиеся финансово-хозяйственной деятельности компании, в том числе, справки таможенных органов об отсутствии задолженности, что подтверждается актами от 06.08.2019, 04.09.2019, 09.10.2019 приёма-передачи документов с грифом «Коммерческая тайна».

В соответствии с положениями дорожных карт плана финансового оздоровления была осуществлена реструктуризация задолженности по кредитным договорам 

<

***> и №

<

***> от 27.08.2018, заключенным с ПАО «Промсвязьбанк», что подтверждается представленными в материалы дела дополнительными соглашениями к кредитным договорам.

В целях реструктуризации кредиторской задолженности должника достигнуты договоренности об отсрочке взыскания задолженностей, в частности достигнуто соглашение с кредитором ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» о необращении в суд с заявлением о банкротстве в связи с ведением должником переговоров с компанией из группы лиц ГК «Росатом», о чем указывается ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» в процессуальных возражениях, приобщенных ответчиками в материалы настоящего спора.

В оценке финансового положения заемщика, отраженной в Профессиональном суждении ПАО «Промсвязьбанк» о категории качества ссудной задолженности 2 квартала 2020 года ООО «ЕВС» от 30.09.2020, банком отмечено, что затянувшийся по объективным причинам процесс вхождения нового участника и, соответственно, задержка в инвестициях привел к сложному финансово-экономическому состоянию компании; причиной изменения первоначальных условий договора от 28.02.2020 является сдвиг сроков реализации сделки по покупке 50% доли ООО «ЕВС» АО «РусВеллГрупп» (ГК «Росатом»).

Причиной изменений условий договора от 30.06.2020 послужил сдвиг сроков по покупке 50% доли в компании ООО «ЕВС» АО «РусВэллГрупп» (ГК «Росатом»), предусмотренных дорожной картой от 27.12.2019, в связи с эпидемиологической ситуацией на территории г. Москвы и перевода структурных подразделений контура управления ГК «Росатом» на удалённый / дистанционный режим работы, а также заключение новой Дорожной карты от 23.06.2020 с обновлёнными сроками реализации сделки.

Сумма взноса в добавочный капитал ООО «ЕВС» со стороны АО «РусВэллГруп» составляла бы 1389 млн. руб.

Таким образом, вышеуказанный экономический план предусматривал погашение требований кредиторов должника, включая налоговые обязательства согласно пункту 3.4 Дорожной карты от 23.06.2020.

При этом судом учитывается, что на дату составления Дорожной карты от 27.12.2019 задолженность перед налоговым органом у ООО «ЕВС» отсутствовала, что подтверждается справкой налогового органа № 61382.

Согласно пунктам 5.14, 5.16-5.19 анализа финансового состояния должника (стр. 12) задолженность перед бюджетом РФ возникла и впервые не была погашена должником в период с августа 2020 года.

В силу достигнутых между сторонами сделки договоренностей в рамках реализации мероприятий дорожной карты по покупке 50% доли в компании ООО «ЕВС» в период с даты возбуждения производства по делу о банкротстве (30.04.2020) до даты подачи заявления ООО ПКФ «Камадеталь» о признании должника банкротом (13.10.2020) ООО «ЕВС» погашало требования по принятым к производству аналогичным заявлениям следующих кредиторов: АО «Башнефтегеофизика» (определение от 30.04.2020), ООО «ГК Сокол» (определение от 12.05.2020), ООО «ГК Асмодей» (определение от 22.05.2020).

Согласно пояснениям ответчиков по настоящему спору ООО «ЕВС» прекратило погашение требований кредиторов 02.10.2020, после вынесения ФНС России решений о блокировке его расчетных счетов.

Согласно представленным сведениям осуществление мероприятий по реализации сделки по покупке 50% доли в компании ООО «ЕВС» было прекращено также в октябре 2020 года по инициативе АО «РусВэллГруп».

Таким образом, изложенные обстоятельства и представленные ответчиками доказательства, в частности: наличие у общества планируемой к заключению сделки, которая предполагала поступление денежных средств для погашения обязательств, свидетельствуют о том, что руководителями ООО «ЕВС» предпринимались все необходимые меры для погашения задолженности перед контрагентами и продолжения функционирования компании.

Указанное свидетельствует о реализации ответчиками экономически обоснованного плана выхода из кризиса, на который стороны обоснованно рассчитывали и после возбуждения дела о банкротстве ООО «ЕВС»: переговоры между сторонами продолжались, стороны придерживались установленного ранее экономического плана.

Таким образом, ответчики по настоящему спору в течение периода реализации экономически обоснованного плана вплоть до октября 2020 года правомерно рассчитывали на возможность преодоления финансовых затруднений, что является основанием освобождения от субсидиарной ответственности.

Согласно абзацу второму пункта 4 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 224 Закона о банкротстве ликвидатор обязан обратиться с заявлением о банкротстве, если стоимость имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, или при наличии признаков банкротства юридического лица.

В силу пункта 3 статьи 9 Закона о банкротстве в случае, если при проведении ликвидации юридическое лицо стало отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, ликвидационная комиссия должника обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в течение десяти дней с момента выявления каких-либо из указанных признаков.

Обязанность ликвидатора обратиться с заявлением о банкротстве должника наступает не ранее даты составления промежуточного ликвидационного баланса общества.

Согласно имеющимся в материалах дела сведениям ФИО10 вступил в должность ликвидатора ООО «ЕВС» 02.11.2020 на основании протокола общего собрания участников ООО «ЕВС», опубликовал сообщение о ликвидации ООО «ЕВС» в Федресурсе 10.11.2020 и в Вестнике государственной регистрации 09.12.2020.

Таким образом, срок на предъявление требований кредиторов в процедуре ликвидации, а также составление промежуточного ликвидационного баланса ООО «ЕВС» истекал не позднее 09.02.2021.

При этом ФИО10 по результатам анализа финансового состояния ООО «ЕВС» установил невозможность полного погашения требований кредиторов, в связи с чем 29.12.2020 опубликовал сообщение о намерении обратиться с заявлением о банкротстве ООО «ЕВС» и 14.01.2021 подал заявление о банкротстве должника.

Таким образом, ФИО10 своевременно исполнил предусмотренную законом обязанность по обращению с заявлением о банкротстве должника в связи с чем не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по данному основанию.

По смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий: это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации, о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке; оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности; данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения; оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

В отношении ФИО11 и ФИО14 ФИО13 судом установлено, что указанные лица не являлись руководителями или участниками ООО «ЕВС» на дату наступления объективного банкротства.

С учетом изложенного ни ФИО11, ни Принс Гирт не обладали полномочиями и предусмотренной законом обязанностью по обращению с заявлением о банкротстве ООО «ЕВС» или созыву соответствующего собрания в ООО «ЕВС».

Таким образом, ответчиками по настоящему спору представлены относимые и допустимые доказательства подготовки и реализации экономически обоснованного плана, в том числе после возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве ООО «ЕВС».

С учетом изложенного, а также суммы взноса в добавочный капитал ООО «ЕВС» со стороны АО «РусВэллГруп» в размере 1 389 млн. руб. согласно плану финансового оздоровления, потенциально покрывшего бы размер реестра требований кредиторов должника, суд приходит к выводу, что ответчиками опровергнуты установленные законодательством о банкротстве презумпции и доказано, что все действия и мероприятия совершались в соответствии с указанным экономически обоснованным планом по приобретению 50% доли в компании ООО «ЕВС», и лишь непредвиденное изменение экономической ситуации и не зависящие от ответчиков обстоятельства, в том числе выход АО «РусВэллГруп» из сделки привели к невозможности его реализации.

Таким образом, ни конкурсным управляющим, ни кредитором не опровергнуты документально подтверждённые возражения ответчиков об отсутствии в их деятельности вины (недобросовестного и неразумного поведения).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Целью правового регулирования, содержащегося в указанных выше положениях Закона о банкротстве, является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательств того, что удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов привело или могло привести к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; расчет размера обязательств, возникших после истечения месячного срока, установленного в п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве, равно как и сведений ни об одном новом обязательстве, возникшем после истечения срока, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, тогда как это обязательное условие для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом; безусловных доказательств того, что должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Также конкурсным управляющим не доказано наличие вины и причинно-следственной связи между неподачей руководителями ООО «ЕВС» заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов (абзац второй пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, пункт 12 Постановления № 53).

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требования конкурсного управляющего и кредитора о привлечении ФИО10, ФИО15, ФИО14 ФИО13, ФИО11, Бос Марселя к субсидиарной ответственности на основании п. 1 ст. 9 и ст. 61.12 Закона о банкротстве.

В своих заявлениях конкурсный управляющий ООО «ЕВС» и конкурсный кредитор ООО «Спецглавснаб» просят привлечь ответчиков в субсидиарной ответственности также за совершение сделок, повлекших банкротство Общества и причинение существенного вреда правам кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований к должнику (искажение финансовой отчетности ООО «ЕВС», вывод ликвидных активов (денежных средств) путем выплат необоснованных надбавок и премирования сотрудников, вывод основных средств при отсутствии поступлений денежных средств на расчетные счета Общества).

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Ответственность, предусмотренная указанной номой Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника) (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», абзац 1 пункта 1, пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Таким образом, исходя из вышеуказанных норм права, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, следует установить, что должник признан несостоятельным (банкротом) в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Пунктом 16 Постановления № 53 установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8) по делу № А40-208852/2015, при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

- наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника;

- реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (при этом не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

- ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 Постановления № 53).

Также согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что банкротство ООО «ЕВС» наступило непосредственно в результате деятельности, по вине руководителей и участников общества: ФИО10, ФИО15, ПринсГирт, ФИО11, Бос Марселя.

Исходя из подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в Постановлении № 53, заявитель должен не только указать конкретные действия или бездействие контролирующего лица, принятые им решения, совершенные сделки, дача указаний, а также подтвердить надлежащими доказательствами, что они непосредственно привлеки к банкротству организации (явились необходимой причиной банкротства), то есть к состоянию неплатежеспособности и недостаточности имущества, и доказать вину руководителя.

Таких доказательств в рамках настоящего дела кредитором и конкурсным управляющим не представлено.

Как установлено конкурсным управляющим по результатам анализа финансового состояния основной причиной неплатежеспособности стало прекращение (существенное уменьшение) в 2018-2020гг. доходов по договорам, по сравнению с 2017г., со следующими контрагентами: ОАО «Варьеганнефть», ООО «ГазпромнефтьХантос», ОАО ИНГА, ООО "Лукойл-Западная Сибирь", ФИО16 Н.В., ПАО «СЛАВНЕФТЬ-МЕГИОННЕФТЕГАЗ», ООО «Директ Нефть», ООО «НьютехВелл Сервис». Это привело к резкому падению выручки. 

По данным годовой бухгалтерской отчетности, деятельность должника была убыточной во все исследуемые периоды, за исключением 2017 года. 

Убыток от курсовых разниц за 2017-2020гг. составил 106 365 тыс. руб.

Арбитражный управляющий указал, что ООО «ЕВС» в 2020 году подписаны дополнительные соглашения по увеличению отсрочки по оплате работ, выполняемых должником по договору № ХНТ-19/10406/981/Р/27 от 30.09.2019 с ООО «Газпромнефть-Хантос» (дополнительное соглашение подписано 28.05.2020) и по договору № ВР-23-10406/18-20 от 15.11.2017 с ПАО «СН-МНГ» (дополнительное соглашение подписано 16.06.2020).

В Письме № НК-84/007013 от 28.05.2020 ПАО «Газпром Нефть» указало, что в случае отказа от перехода на оплату в течение 180 дней в отношении должника будут рассмотрены следующие действия: расторжение договора или значительное сокращение объемов работ (50% и более).

Согласно оценке финансового положения заемщика, отраженной в представленном в материалы дела Профессиональном суждении ПАО «Промсвязьбанк» о категории качества ссудной задолженности второго квартала 2020 года ООО «ЕВС» от 30.09.2020, «…основная причина убытка это – снижение объема выручки, вызванного как внутренними, так и внешними факторами, и наличие большой доли условно-постоянных расходов, которые остаются неизмененными несмотря на сокращение объемов работ».

Суд первой инстанции также обоснованно отклонил довод заявителей о неправомерном отчуждении должником транспортных средств по неэквивалентным сделкам и причинении ущерба кредиторам ООО «ЕВС»

В соответствии с пунктом 23 Постановления № 53, подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные ст. 61.2 (подозрительные сделки) и ст. 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В материалах дела нет доказательств, свидетельствующих о неправомерном отчуждении должником спорных транспортных средств.

Так, транспортные средства с VIN номерами XLWFM200075657473, WDB93218311679632 согласно вступившим в законную силу определениям арбитражного суда от 28.01.2022 и 01.02.2022 исключены из конкурсной массы должника, поскольку использовались должником на праве аренды.

Транспортные средства с VIN номерами XW8ZZZ5NZCG107739, XVU6673E0G0000064, XVU6673E0G0000062, XVU6673E0G0000063, XVU6673E0G0000061, XVU6673E0G0000060, X896634C1F0FD3088, X896634C1F0FD3073, X896634C1F0FD3080, X896634C1F0FD3081, WDB93218311674794 (MERCEDES BENZ 3344AK) включены конкурсным управляющим в инвентаризационную опись имущества должника, что свидетельствует о том, что в указанные заявителями периоды данные транспортные средства должником не отчуждались.

Транспортные средства с VIN номерами XTT315148E1005629, XTT315148E1005630, SALGA3JF8GA243519, XTT236380F1047637, XTT315148E1005635 отчуждены должником по возмездным сделкам.

Сведения об оспаривании вышеуказанных сделок лицами, участвующими в деле, не представлено.

В отношении транспортного средства с VIN номером WDB93218311674794 (МИНСК) лицами, участвующими в деле, не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих его нахождение во владении или собственности ООО «ЕВС».

Заявленные в качестве необоснованных расходов при отсутствии экономической целесообразности для ООО «ЕВС» платежи и сделки оцениваются судом критически, поскольку, по своей сути, как напрямую, так и косвенно связаны с осуществлением должником хозяйственной деятельности, в том числе во исполнение обязательств в рамках сделки по созданию совместного предприятия с компанией из группы лиц Госкорпорации «Росатом», а также объективными экономическими причинами.

Каких-либо иных сделок по основаниям причинения вреда кредиторам должника, в том числе согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в рамках дела установлено и оспорено не было, что свидетельствует об отсутствии доказательств совершения контролирующими лицами неправомерных действий, причинивших вред кредиторам.

Заявителями также не подтверждены надлежащими доказательствами обстоятельства искажения органами управления финансовой отчетности ООО «ЕВС» и осуществления вывода ликвидных активов должника путем выплат необоснованных надбавок и премирования сотрудников.

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание, что ни кредитором, ни конкурсным управляющим не подтверждены обстоятельства возникновения у должника признаков объективного банкротства на дату, с которой заявитель связывает обязанность ответчиков по подаче заявления о признании должника банкротом, не подтверждены факты совершения сделок, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов и приведших к банкротству должника, равно как не подтверждены иные заявленные основания привлечения заявленных лиц к субсидиарной ответственности, арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе ООО «Спецглавснаб», сводящиеся к несогласию с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, отклонены, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Так, довод заявителя апелляционной жалобы о том, что датой наступления объективного банкротства ООО «ЕВС» является 31.12.2017, противоречит представленным в дело доказательствам.

На основании совокупности представленных участвующими в деле лицами доказательств, в том числе проведенной по определению суда финансово-экономической экспертизы суд пришёл к обоснованному выводу о том, что признаки неплатежеспособности возникли не ранее 30.06.2020.

До указанной даты показатели финансово-хозяйственной деятельности не позволяли сделать однозначный и безусловный вывод о нахождении предприятия в настолько критической ситуации, что руководителям необходимо было обращаться в суд с заявлением должника. 

Довод ООО «Спецглавснаб»о наличии признаков банкротства по состоянию на 31.12.2017 основан на выводах аудиторского заключения по итогам 2019 года, содержащего мнение с оговоркой в связи с отсутствием всех документов, наличие которых для подготовки аудиторского заключения является обязательным.

В рамках финансового анализа конкурсный управляющий пришел к выводу о том, что отрицательным значение показателя чистых активов должника стало после 31.12.2018.

В то же время конкурсный управляющий при подготовке финансового анализа использовал вышеуказанное аудиторское заключение, подготовленное в отсутствие всех необходимых документов.

Судом также  установлено, что у ответчиков не было оснований для инициирования процедуры банкротства, поскольку с декабря 2016 года по октябрь 2020 года Обществом осуществлялись мероприятия по созданию совместного предприятия с АО «РусВэллГруп» - структурной компанией Госкорпорации «Росатом».

Довод апелляционной жалобы ООО «Спецглавснаб» о совершении ответчиками действий, которые привели к ухудшению финансового состояния должника, также опровергается представленными в материалы дела доказательствами.

Суд установил, что причиной возникновения у должника признаков неплатежеспособности стало снижение выручки, вызванное как внутренними, так и внешними факторами, при значительном объеме условно- распорядительных расходов.

Материалами дела опровергается довод кредитора о том, что должником заключены сделки, причинившие вред кредиторам и ставшие причиной банкротства должника.

В частности, суд обоснованно отклонил довод о неправомерном отчуждении транспортных средств, поскольку материалы дела содержат доказательства наличия правомерных оснований выбытия указанного имущества.

Довод подателя жалобы о том, что заключение между должником и компанией Эста Групп АГ дополнительных соглашений к договорам о продлении срока исполнения обязательств причинило вред кредиторам также несостоятелен, поскольку при отказе должника от подписания указанных дополнительных соглашений компания Эста Групп АГ взыскала бы задолженность с ЕВС, общий размер кредиторской задолженности бы не сократился.

Довод ООО «Спецглавснаб» о том, что оспаривание сделок в порядке статьи 61.3 Закона о банкротстве подтверждает недобросовестность ответчиков, обоснованно отклонен судом первой инстанции, поскольку признание недействительными сделок должника в силу положений статьи 61.3 Закона о банкротстве в связи с оказанием отдельным, кредиторам предпочтения не может быть положено в обоснование субсидиарной ответственности, поскольку в результате совершения преференциальных сделок кредиторская задолженность должника не увеличилась и, следовательно, их совершение не могло повлиять на ухудшение финансового состояния с учетом масштабов деятельности должника.

Довод заявителя апелляционной жалобы о наличии оснований для привлечения ФИО14 ФИО13 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов также несостоятелен, поскольку заявителем не доказано совершение Принсом Гиртом неправомерных действий, повлекших причинение вреда кредиторам ООО «ЕВС».

Судом установлено, что вменяемые Принсу Гирту действия (с учетом периода руководства должником) не повлекли причинение вреда должнику или его кредиторам  (отсутствуют доказательства искажения Принсом Гиртом финансовой отчетности Общества и наличия негативных последствий для кредиторов, которые наступили в результате такого искажения, также отсутствуют доказательства того, что расходы выходили за пределы обычной хозяйственной деятельности ООО «ЕВС», повлекли причинение существенного вреда кредиторам).

Довод ООО «Спецглавснаб» об оспаривании в рамках дела ряда сделок в порядке статьи 61.3 Закона о банкротстве также не может являться основанием для привлечения ФИО14 ФИО13 к субсидиарной ответственности, поскольку указанные сделки совершены должником после освобождения ответчика от должности генерального директора.

В отношении ФИО8 и Марселя Боса арбитражным апелляционным судом также не установлено совершение ими сделок и принятие решений,повлекших банкротство общества.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 06.02.2023 по делу № А41-22985/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий cудья

Судьи

 

М.В. Досова

В.А. Мурина

Д.С. Семикин