227/2023-15545(3) 

 

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А74-7504/2022

г. Красноярск

25 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «18» апреля 2023 года.  Полный текст постановления изготовлен «25» апреля 2023 года.  

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Морозовой Н.А., судей: Белан Н.Н., Хабибулиной Ю.В., при ведении протокола судебного заседания ФИО1, 

при участии: от истца (публичного акционерного общества «Федеральная  гидрогенерирующая компания – Русгидро») - ФИО2, представителя по  доверености от 02.03.2022 № 8983, от ответчика (общества с ограниченной  ответственностью «Телекор») - ФИО3, представителя по доверенности от  03.03.2020,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного  общества «Федеральная гидрогенерирующая компания – Русгидро», общества с  ограниченной ответственностью «Телекор»  

на решение Арбитражного суда Республики Хакасия от «27» января 2023 года по делу № А74-7504/2022, 

установил:

публичное акционерное общество «Федеральная гидрогенерирующая компания –  Русгидро» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее - ПАО «ФГК-Русгидро», истец)  обратилось в Арбитражный суд Республики Хакасия с исковым заявлением к обществу с  ограниченной ответственностью «Телекор» (далее - ООО «Телекор», ответчик) о  взыскании 478 984 рублей 27 копеек неустойки по договору подряда от 20.08.2021   № 1310-471-2021/322-11-1, начисленной за период с 17.02.2022 по 15.03.2022.  

Решением от 27.01.2023 судом удовлетворены исковые требования частично,  взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Телекор» в пользу публичного  акционерного общества «Федеральная гидрогенерирующая компания – Русгидро» 70 960  рублей 63 копейки неустойки, а также 1863 рубля 70 копеек расходов по оплате  государственной пошлины. В удовлетворении остальной части иска отказано.  

Не согласившись с данным судебным актом, истец и ответчик обратились с  апелляционными жалобами в Третий арбитражный апелляционный суд, в которых  просили решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель - публичного  акционерного общества «Федеральная гидрогенерирующая компания – Русгидро»  указывает следующее:  

- ответчиком в материалы дела не представлены доказательства того, что до  выполнения непредвиденных работ было невозможно закончить в срок основные работы  по договору. Срок выполнения работ по договору истек 16.02.2022, а письмо ответчика о  

согласовании непредвиденных работ было направлено истцу только 01.03.2022, то есть  после нарушения срока окончания выполнения работ в целом на 12 календарных дней.  Соответственно, основания для исключения из периода просрочки, за который истцом  рассчитана неустойка, периодов согласования непредвиденных работ, заявленных после  истечения срока исполнения обязательств по договору, у суда первой инстанции  отсутствуют;  

- истцом в материалы дела представлены возражения, в которых неоднократно  указывалось на затягивание ответчиком процесса выполнения работ, что свидетельствует  о его непрофессиональных действиях, приведших к нарушению сроков выполнения работ,  предложенных им же;  

- таким образом, в отсутствие доказательств внесения сторонами изменений в  условия договора в порядке, предусмотренном договором, доказательств того, что до  выполнения дополнительных работ было невозможно закончить основные работы, а  также учитывая тот факт, что ответчик уведомил заказчика о дополнительных работах за  пределами срока выполнения работ в целом по договору, судом неправомерно принято  решение об изменении периода просрочки, за который подлежит расчёту неустойка;  

- вывод суда о согласовании истцом изменения сроков окончания выполнения  работ по договору на 28.02.2022 не соответствует обстоятельствам дела;  

- условиями договора не предусмотрены сроки согласования сметных и локальных  расчетов на непредвиденные работы, при этом согласно пункту 3.8.1 договора, объем  непредвиденных работ, выполняемый подрядчиком, должен быть предварительно  согласован с заказчиком и выполняться на основании утвержденных заказчиком  локальных смет, в рамках лимита на непредвиденные работы и затраты.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель - общества с ограниченной  ответственностью «Телекор» указывает следующее:  

- суд первой инстанции, установив допущенную истцом просрочку по передаче  места производства работ, не дал оценку доводам истца в части влияния, допущенной  истцом просрочки на невозможность завершить работы в оговоренный срок, принимая  решение о частичном удовлетворении исковых требований суд первой инстанции исходил  только из необходимости согласования и выполнения дополнительных работ. Довод  ответчика о том, что в результате несвоевременной передачи места производства работ,  конечный срок выполнения работ был нарушен, судом первой инстанции рассмотрен не  был;  

- судом не было учтено, что указанные дни увеличивают срок проведения работ не  от первоначально согласованного срока – 16.02.2022, а от нового срока – 28.02.2022,  который ответчик обозначил истцу, а последний его согласовал, пусть и постфактум.  Таким образом, правовые основания для взыскания неустойки у суда первой инстанции  отсутствуют;  

- судом первой инстанции не рассмотрено ходатайство ответчика о снижении  неустойки по правилам, установленным статьёй 333 Гражданского кодекса Российской  Федерации, хотя факт обращения в суд с таким ходатайством отражен в обжалуемом  судебном акте.  

В судебном заседании представители сторон поддержали свои доводы, изложенные  письменно.  

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие  обстоятельства.  

Между ПАО «ФГК-РусГидро» (заказчиком) и ООО «ТЕЛЕКОР» (подрядчиком)  заключен договор подряда от 20.08.2021 № 1310-471-2021/322-11-1 на выполнение работ  по техническому перевооружению щита постоянного тока ПЗ ОРУ-5004 в соответствии с  техническим заданием (приложение № 1 к договору).  

В соответствии с пунктом 1.6 договора, работы выполняются подрядчиком в срок не  позднее 180 календарных дней с даты, следующей за датой заключения договора.  

Согласно пункту 3.1 договора, цена договора в соответствии со сводным сметным  расчетом с приложениями (приложение № 3 к договору) является предельной и составляет  14 783 466 рублей (без учёта НДС), при этом НДС исчисляется дополнительно по ставке,  установленной статьей 164 НК РФ.  

В соответствии с пунктом 3.1.1 предельная цена работ (без учёта лимита на  непредвиденные работы и затраты) составляет 14 352 879 рублей 60 копеек, без учёта  НДС, при этом НДС исчисляется дополнительно по ставке, установленной статьей  164 НК РФ.  

Письмом от 23.08.2021 ответчик попросил истца представить техническую  документацию и информацию о месте производства работ.  

30 августа 2021 года стороны подписали акт сдачи-приемки технической  документации, согласно которого заказчик передал, а подрядчик принял техническую  документацию для выполнения работ.  

Письмом от 31.08.2021 истец сообщил ответчику о направлении в его адрес  технической документации в рамках заключенного договора подряда от 20.08.2021   № 310-471-2021/322-11-1 «Техническое перевооружение щита постоянного тока  П3 ОРУ-500».  

Письмом от 31.08.2021 ответчик уведомил истца о том, что по результатам проверки  проектной документации, полученной в рамках договора, были выявлены замечания,  учитывая изложенное, ответчик просил предоставить подробные ответы на выявленные  замечания.  

Письмом от 10.09.2021 истец уведомил ответчика о том, что замечания,  направленные ответчиком им рассмотрены.  

Стороны подписали акт сдачи-приемки места производства работ от 20.09.2021. 

Письмом от 25.10.2021 ответчик попросил истца разрешить допуск лицам,  ответственным за безопасное производство работ.  

Письмом от 24.01.2022 истец сообщил ответчику о том, что работы по договору  должны быть завершены не позднее 180 календарных дней с даты, следующей за датой  заключения договора, а именно не позднее - 16.02.2022. Согласно утвержденному  рабочему графику на 19.01.2022 отставание по выполненным работам составляет 3  рабочих дня. В целях недопущения указанного риска, ООО «Телекор» необходимо  увеличить численность персонала.  

Письмом от 24.01.2022 ответчик уведомил истца о направлении в его адрес на  экспертизу сметной документации, выполненной в рамках лимита непредвиденных затрат  и работ.  

Письмом от 24.01.2022 истец уведомил ответчика о согласовании пакета сметной  документации на непредвиденные работы.  

Письмом от 11.02.2022 ответчик уведомил истца о том, что за счет собственных  средств приступил к закупке материалов и оборудования, а также к выполнению  строительно-монтажных работ в ноябре 2021. Как указал ответчик в письме, в процессе  производства работ у него возникли сложности, в том числе был получен отказ в  отключении питания 1-й секции щита ПЗ на 2-ю секцию, по причине рисков, связанных с  отсутствием резервного питания в период январских праздников. Также, указал ответчик,  12.01.2022 при выполнении работ по системам КСБ рабочий персонал ответчика  столкнулся с отсутствующей маркировкой на всех жилах оптических кабелей в шкафах  Р1-21 и Р1-22.  

Письмом от 17.02.2022 истец сообщил ответчику о том, что работы по договору  должны быть завершены не позднее 180 календарных дней с даты, следующей за датой  заключения договора, а именно не позднее - 16.02.2022. Вместе с тем, указал истец, в  соответствии с рабочим графиком по состоянию на 07.02.2022 отставание по  

выполняемым работам составляет 14 календарных дней и темп их выполнения не  увеличивается. В целях исключения риска нарушения сроков выполнения работ по  договору в целом, истец рекомендовал увеличить численность персонала,  непосредственно выполняющего работы и/или участвующего в процессе их надлежащей  организации, а также перейти на круглосуточный режим работы. Повторно обратил  внимание ответчика на то, что в случае неисполнения обязательств в срок, установленный  договором, будет вынужден инициировать претензионно-исковую работу.  

Письмом от 22.02.2022 истец сообщил ответчику о том, что авансовый платеж за  работы был перечислен подрядчику в течение 8 календарных дней с даты подписания  дополнительного соглашения от 20.12.2021 № 2 о согласовании твердой стоимости работ  по договору, что подтверждается платежными поручениями от 28.12.2021 №№ 3649, 3650  и свидетельствует об отсутствии нарушений обязательств по оплате аванса со стороны  заказчика. В период возможного отключения 1 секции щита П35 (ноябрь 2021 года),  персонал ООО «ТЕЛЕКОР» к работам так и не приступил, несмотря на то, что в  официальном письме от 28.10.2021 № 629/21 обозначена готовность подрядчика к началу  производства работ по договору в октябре 2021 года.  

Письмом от 01.03.2022 ответчик уведомил истца о том, что принял меры по  наращиванию темпов производства работ и увеличению числа персонала, но в процессе  выполнения работ была выявлена потребность проведения непредвиденных работ, в связи  с чем, с учетом дополнительного объема работ срок выполнения работ составит  11.03.2022.  

Письмом от 10.03.2022 истца уведомил ответчика о выявленных им замечаниях, в  связи с чем, просил скорректировать сметную документацию.  

Письмом от 10.03.2022 ответчик уведомил истца о направлении в его адрес  скорректированной сметной документации.  

Стороны подписали акт сдачи-приемки работ по договору от 15.03.2022. 

Как пояснил истец, работы по договору выполнены в полном объеме, что  подтверждается актами о приемке выполненных работ от 15.03.2022 №№ 1-11 по форме  КС-2. Актом приемки законченного строительством объекта от 15.03.2022 № 1 по форме  КС-31, при этом нарушение сроков составляет 27 календарных дней (17.02.202215.03.2022).  

В соответствии с пунктом 7.4 договора, в случае нарушения подрядчиком  обязательств по выполнению работ, в том числе сроков выполнения работ, установленных  пунктом 1.6 договора, а также в случае несвоевременного устранения выявленных  недостатков результата работ, заказчик вправе требовать уплаты подрядчиком штрафной  неустойки в размере 0,1 % от цены договора за каждый день просрочки.  

Таким образом, сумма неустойки за нарушение сроков выполнения работ составляет  17 740 158 (с учетом НДС) х 0,1 % х 27 = 478 984 рубля 27 копеек.  

В адрес ответчика 23.06.2022 истцом была направлена претензия с требованием  оплатить неустойку, в ответ на которую подрядчик сообщил о том, что, по его мнению,  основания для начисления неустойки у заказчика отсутствуют в соответствии со статьей  406 ГК РФ.  

Нарушение сроков выполнения работ послужило основанием для обращения в  арбитражный суд с настоящим иском.  

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из  доказанности факта нарушение сроков выполнения работ, вместе с тем, наличия ошибки в  определении периода нарушения такого срока.  

Исследовав представленные доказательства, суд апелляционной инстанции  пришел к следующим выводам.  

Как верно установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  заключенный между сторонами договор по своей правовой природе является договором  строительного подряда, отношения по которому регулируются нормами главы 37 ГК РФ.  

В соответствии со ст. 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик  обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика  определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется  создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и  уплатить обусловленную цену.  

Согласно п. 1 ст. 746 ГК РФ оплата выполненных подрядчиком работ производится  заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые  установлены законом или договором строительного подряда. При отсутствии  соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в  соответствии со ст. 711 настоящего Кодекса.  

Согласно п. 1 ст. 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный  сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть  предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные  сроки).  

Как следует из пункта 1 статьи 329 Кодекса исполнение обязательств может  обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством,  независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами,  предусмотренными законом или договором.  

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором  денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или  ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.  По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему  убытков (пункт 1 статьи 330 Кодекса).  

В соответствии с пунктом 7.4 договора, в случае нарушения подрядчиком  обязательств по выполнению работ, в том числе сроков выполнения работ, установленных  п.1.6. договора, а также в случае несвоевременного устранения выявленных недостатков  результата работ, заказчик вправе требовать уплаты подрядчиком штрафной неустойки в  размере 0,1 (ноль целых одна десятая) % от цены договора за каждый день просрочки.  

Истец требует взыскать с ответчика неустойку за просрочку исполнения договора. 

В соответствии с пунктом 1.6 договора, работы выполняются подрядчиком в срок не  позднее 180 календарных дней с даты, следующей за датой заключения договора.  

Как следует из материалов дела, работы по договору были завершены ответчиком  15 марта 2022 года.  

Заявляя о нарушении срока выполнения работ ответчиком, истец посчитал период  нарушения с 17.02.2022 - 15.03.2022 (27 календарных дней).  

Суд первой инстанции исключил период согласования (25 января 2022 года - 02  февраля 2022 года, 02 марта 2022 года - 15 марта 2022 года) в 23 календарных дня из  общего периода нарушения срока сдачи работ в 27 дней и взыскал неустойку за 4 дня.  

Истец и ответчик солидарны в том, что дополнительные работы стороны  согласовывались с 25.01.2022 по 02.02.2022 и с 02.03.2022 по 15.03.2022. Согласно части  3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих  требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею  прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных  доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа  заявленных требований. Поэтому апелляционный суд считает доказанным факт того, что  ответчиком были выявлены дополнительные работы, процесс согласования которых занял  у истца 16 рабочих дней: с 25.01.2022 по 02.02.2022 и с 02.03.2022 по 15.03.2022. Итого:  23 календарных дня.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы истец указывает, что основания для  исключения из периода просрочки, за который истцом рассчитана неустойка, периодов  согласования непредвиденных работ, заявленных после истечения срока исполнения  обязательств по договору, у суда первой инстанции отсутствуют.  

Апелляционный суд данный довод не принимает. 

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 743 ГК РФ подрядчик обязан осуществлять строительство и  связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей  объем, содержание работ и другие, предъявляемые к ним требования, и со сметой,  определяющей цену работ.  

При отсутствии иных указаний в договоре строительного подряда предполагается,  что подрядчик обязан выполнить все работы, указанные в технической документации и в  смете.  

Согласно абз. 1 п. 3 ст. 743 ГК РФ подрядчик, обнаруживший в ходе строительства  не учтенные в технической документации работы и в связи с этим необходимость  проведения дополнительных работ и увеличения сметной стоимости строительства,  обязан сообщить об этом заказчику.  

На основании абз. 2 п. 3 ст. 743 ГК РФ при неполучении от заказчика ответа на свое  сообщение в течение десяти дней, если законом или договором строительного подряда не  предусмотрен для этого иной срок, подрядчик обязан приостановить соответствующие  работы с отнесением убытков, вызванных простоем, на счет заказчика.  

Под дополнительными понимаются работы, необходимость проведения которых  обнаруживается подрядчиком в ходе проведения строительных работ и которые  отсутствуют в технической документации, то есть таких работ, без проведения которых  продолжение строительства невозможно. Бремя доказывания необходимости  дополнительных работ лежит на подрядчике.  

Письмом от 24.01.2022 ответчик уведомил истца о направлении в его адрес на  экспертизу сметной документации, выполненной в рамках лимита непредвиденных затрат  и работ.  

Письмом от 24.01.2022 истец уведомил ответчика о согласовании пакета сметной  документации на непредвиденные работы.  

Письмом от 01.03.2022 ответчик уведомил истца о том, что принял меры по  наращиванию темпов производства работ и увеличению числа персонала, но в процессе  выполнения работ была выявлена потребность проведения непредвиденных работ, в связи  с чем, с учетом дополнительного объема работ срок выполнения работ составит  11.03.2022.  

Таким образом, в процессе выполнения работ подрядчик обосновал необходимость  выполнения дополнительных работ, притом, что истцом такая необходимость не  оспорена.  

В соответствии с ст. 406 ГК РФ кредитор считается просрочившим если он не  совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором  либо вытекающих из обычаев или из существа обязательства, до совершения которых  должник не мог исполнить своего обязательства.  

Без согласования дополнительных работ, которое проходило в форме согласования  сметной документации, ответчик, в силу пункта 3.8.1 договора, не имел возможности  полностью выполнить условия договора, с получением результата обеспечивающего  полное выполнение работ и достижения цели поставленной истцом.  

При этом истец, поставив условия обязательного согласования дополнительных  работ, не озаботился возможностью продления общего срока для их выполнения, что  поставило ответчика в неравное положение. Также истец не обосновал и не доказал, что  выполнение дополнительных работ было результатом неправомерных  (непрофессиональных) действий со стороны ответчика.  

По этим же основаниям апелляционный суд не принимает довод жалобы о том, что  суд первой инстанции неправомерно в отсутствие доказательств внесения сторонами  изменений в условия договора в порядке, предусмотренном договором, доказательств  того, что до выполнения дополнительных работ было невозможно закончить основные  работы, а также учитывая тот факт, что ответчик уведомил заказчика о дополнительных  

работах за пределами срока выполнения работ в целом по договору, исключил из расчета  неустойки периоды согласования дополнительных работ.  

Так, из материалов дела следует, что в период допущенной просрочки, стороны  выполняли «Подготовительные работы, организационные мероприятия» (пункт 1, таблица   № 5.1. Приложения № 1 к договору «Техническое задание»), на которые было отведено  100 календарных дней с даты, следующей за заключением договора: договор заключен  20.08.2021, следующий день 21.08.2021; начало первого этапа – 21.08.2021, а окончание –  29.11.2021. 28.10.2021 ответчик письмом № 629/21 направил истцу план сетевого графика  поставки оборудования и производства работ (срок окончания работ – 28.02.2022).  

11.02.2022 ответчик письмом № 87/22 повторно направил истцу указанный график,  указав, что не смог выходить на работы в период январских праздников (с 31.12.2021 по  09.12.2022 включительно). Письмом № 363.СШГЭС/95-АВ/001 от 22.02.2022, истец  согласился с необходимостью продлить сроки выполнения работ до 28.02.2022. Данное  письмо, указал ответчик, истец не включил в таблицу, прилагаемую к пояснениям от  20.12.2022. Ответчик письмом № 37/22 от 24.01.2022 направил истцу на согласование  сметы на непредвиденные работы. Истец 02.02.2022 письмом от № 200.СШГЭС/95- ТЮ/002 согласовал сметы на непредвиденные работы. Ответчик 01.03.2022 в связи с  выявлением дополнительных работ письмом направил на согласование локальный  сметный расчёт, с учётом ранее согласованной ведомости производства работ. 10.03.2022  истец письмом № 484.СШГЭС/95-ТЮ/002 выдал ответчику замечания и попросил их  откорректировать в течение трёх рабочих дней.  

Суд первой инстанции верно указал, что согласно доводам истца, им фактически не  отрицается ни факт производства дополнительных работ, ни их необходимость, ни их  согласование подрядчику, при этом он лишь выражает несогласие со сроками, в которые  ответчик сдал итог работ.  

Более того, выполнение дополнительных работ было необходимо для выполнения  договора, что истцом не оспаривается, данные работы не выполнялись ответчиком  произвольно по своей инициативе, а осуществлялись по согласованию с заказчиком, что  последним и не оспаривалось, и без их выполнения объект в целом не был бы принят  истцом.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно  предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при  обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком  материала, оборудования, технической документации, или переданной для переработки  (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения  его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика  обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы,  либо создают невозможность ее завершения в срок.  

Подрядчик, не предупредивший заказчика о таком обстоятельстве или  продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его  отсутствии - разумного срока для ответа на предупреждение, или, несмотря на  своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к  нему или им к заказчику соответствующих требований, ссылаться на указанные  обстоятельства (пункт 2 статьи 716 ГК РФ).  

В силу пункта 1 статьи 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а  начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих  обязанностей по договору подряда, в частности непредставление материала,  оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке)  вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии  обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных  обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).  

Материалами дела подтверждается факт обращения ответчика к истцу с письмами о  согласовании сметы на непредвиденные работы, и в связи с выявлением дополнительных  работ ответчик письмом направил на согласование локальный сметный расчёт, с учётом  ранее согласованной ведомости производства работ.  

Истец данные согласования произвел, что им не оспаривается. 

При этом указания в переписке на необходимость соблюдения сроков, что  подчеркивает заявитель жалобы, апелляционный суд считает недобросовестным  поведением последнего – признавая необходимость производства работ, располагая  данными об их объёме, заказчик имел возможность оценить сроки их выполнения.  

В жалобе истец указывает, что у него имелось 10 дней для согласований  дополнительных работ, и что данный срок не был учтен подрядчиком.  

Суд так же считает, что действуя в том числе и в своих интересах, заказчик был  заинтересован в согласовании дополнительных работ, результаты которых приняты, в  скорейшие сроки.  

Кроме того, оценив переписку сторон, учитывая специфику объекта истца  (режимный объект) суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в период  выполнения работ на объекте выявлены обстоятельства, препятствующие выполнению  всех работ и наличия обстоятельств, препятствующих выполнению одних видов работ до  решения вопросов по корректировкам других видов работ.  

С учетом изложенного, довод истца о том, что судом первой инстанции  неправомерно принято решение об изменении периода просрочки, за который подлежит  расчёту неустойка, отклоняется коллегией судей как необоснованный и противоречащий  материалам дела.  

Кроме того, учитывая факт согласования дополнительных работ и результат  выполненных работ, к которому истец возражений не имеет, и достижение цели  заключения договора, апелляционный суд считает установленным факт наличия для истца  потребительской ценности результата работ.  

Действительно, спорные обстоятельства наступили в период исполнения договора и  частично за пределами его срока.  

Согласно пункту 1 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации  подрядчик обязан предупредить заказчика об обстоятельствах, которые могут повлечь за  собой нарушение сроков выполнения работ.  

Вместе с тем статья 716 Гражданского кодекса Российской Федерации  устанавливает обязанность уведомления заказчика об обстоятельствах, обнаруженных  подрядчиком при выполнении работ, которые не могли быть известны заказчику.  (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 11 декабря 2019 года,  вынесенное по делу № А41-27721/2019).  

Между тем продолжение работ подрядчиком при наличии оснований для их  приостановления в силу статьи 719 Кодекса само по себе не исключает возможности  применения судом положений статьи 404 Кодекса для определения размера  ответственности при наличии вины кредитора. Однако суды не применили упомянутые  положения Кодекса, в нарушение пункта 3 части 4 статьи 170 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации не обосновав их неприменение  (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15  июля 2014 года № 5476/14, вынесенное по делу А53-10062/2013).  

Подрядчик справедливо отмечает в пояснениях от 23.12.2022, что из буквального  прочтения пунктов 2.3.21.1-2.3.21.3 договора не следует обязанность ответчика  уведомлять истца о том, что его собственные противоправные действия могут послужить  причиной отклонения от конечных сроков выполнения работ.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу наличии  обоснованных и уважительных причин для невозможности привлечения ответчика к  ответственности за нарушение сроков выполнения работ за период с 17.02.2022 по  

15.03.2022 и исключении из расчета периода согласования дополнительных работ  (25 января 2022 года - 02 февраля 2022 года, 02 марта 2022 года - 15 марта 2022 года) в  23 календарных дня из общего периода нарушения срока сдачи работ в 27 дней.  

Согласно статье 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее  его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или  неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные  основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени  заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и  условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.  Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.  

В указанной ситуации суд первой инстанции правомерно исключил спорный период.  

Однако апелляционный суд не принимает и довод ответчика о том, что правовые  основания для взыскания неустойки у суда первой инстанции отсутствовали вовсе.  Ответчик указывает на несвоевременность передачи места производства работ, в  результате чего конечный срок выполнения работ был нарушен.  

Согласно абзацу 2 и 3 пункта 2.1.2. договора истец в течение трёх рабочих дней, но  не ранее получения соответствующего письма, передать ответчику по акту приёма- передачи место производства работ, место для складирования технических ресурсов и  оборудования, а также техническую и иную документацию, указанную в Техническом  задании (приложение № 1 к договору), содержащую исходные данные для выполнения  ответчиком работ по договору.  

Как указывает ответчик, 23 август 2021 года ответчик затребовал у истца  техническую и иную документацию, необходимую для производства работ, а также  передачи места производства работ, что подтверждается письмом № 474/21. 23 августа  2021 года ответчик письмом № 475/21 сообщил истцу персональный состав лиц,  ответственных за производство работ. 30 августа 2021 года истец передал ответчику  техническую и иную документацию необходимую для производства работа, просрочка  составила 5 дней. 20 сентября 2021 года истец передал ответчику место производства  работ, просрочка составила 26 дней.  

Представленный в электронном виде с пояснениями от 25.11.2022 акт сдачи приемки  места работ не подписан.  

В подтверждение данных фактов ответчик ссылается на пояснения истца от 06  сентября 2022 года. Однако пояснения не могут иметь доказательственного значения.  

Более того, в возражениях на отзывы ответчика от 19.10.2022 истец указывает, что  стороны 09.09.2021 по окончании осмотра значительного количества помещений и  принятия совместного решения о необходимости их использования при выполнении работ  по Договору согласовали список передаваемых Подрядчику помещений и одновременно  фактически передали их Ответчику. Подписанный со стороны Истца акт направлен в  адрес Ответчика электронным письмом 09.09.2021, о чем свидетельствует распечатанная  на бумажном носителе электронная переписка ФИО4  (технического куратора проекта со стороны Истца) с ФИО5 (руководителем проекта со стороны Ответчика, согласно письму ООО  «ТЕЛЕКОР» от 23.08.2021 № 475/21). Подписанный со стороны Ответчика акт направлен  на электронную почту ФИО4 - 20.09.2021, о чем также свидетельствует  указанная выше электронная переписка.  

Таким образом, истец указывает, что акт подписан 09.09.2021, а 20.09.2021 акт был  направлен, что опровергает доводы подрядчика о признании фактов заказчиком.  

Так же из указанных пояснений следует, что помещения передавались постепенно, в  ходе обсуждения, и 09.09.2021 был зафиксирован окончательный перечень переданных  помещений.  

Апелляционный суд обращает внимание, что передаются не только место  производства работ, но и дополнительные помещения.  

Кроме того, ответчик ссылается на следующие обстоятельства: 09 сентября 2021  года, то есть уже с просрочкой в 15 дней сотрудник истца ФИО4 (инженер  Электротехнической группы Производственно-технической службы) направил ответчику  на согласование проект акта приёма-передачи места производства работ (Приложение   № 1), что само по себе не является передачей места производства работ, а является  доказательством того, что истец только в указанную дату начал согласования акта приёма- передачи. Причём в процессе согласования документа, участвовали уполномоченные лица  и со стороны самого истца. 09 сентября 2021 года другой сотрудник истца – ФИО6, занимающий должность начальника службы подготовки  сопровождения ремонтов, технического перевооружения и реконструкции  СаяноШушенской ГЭС в ответном письме указал на необходимость приложения к акту  приёма-передачи экспликации со всеми коммуникациями и документов, отражающих  текущее состояние передаваемых помещений. Замечания были выданы спустя 8 минут  после направления проекта акта приёма-передачи на согласование. Таким образом, на 09  сентября 2021 года истец был не готов исполнить обязанность по передаче места  производства работ. Поскольку истец является инициатором заключения договора, он  имел объективную возможность передать место производства работ в оговоренные  договором сроки. 20 сентября 2021 года ФИО4 учёл замечаний ФИО6 и  направил представителю ответчика исправленную копию акта приёма-передачи места  производства работ, после чего состоялась передача места производства работ.  

Однако данная переписка вступает в противоречие с вышеуказанной. 

В данном случае апелляционный суд считает необходимым отталкиваться не от  переписки или утверждений сторон, а от их фактических действий.  

Как указано в возражениях истца на отзывы ответчика от 19.10.2022, ответчик начал  выполнять работы в сроки, предусмотренные договором, предоставлять документы для  проверки (локально-сметные расчеты и ведомости объемов работ для проверки (письмо от  10.09.2021 № 520/21) (приложено в электронном виде к пояснениям от 19.10.2022).  

Соответственно апелляционный суд не может установить наличие взаимосвязи и  объективных препятствий между указанными подрядчиком в жалобе событиями –  оформлением акта передачи помещений и началом работ.  

Подрядчик не приостанавливал работы из-за отсутствия места их проведения.  

Что касается доводов об отсутствии документации, то они тоже опровергаются  материалами дела. Действительно, запрос Подрядчика на предоставление документации  был получен Истцом 24.08.2021, что подтверждается штампом о регистрации входящей  корреспонденции на письме Ответчика от 23.08.2021 № 474.21 с номером регистрации Вх- 3272.СШГЭС/95-ТЮ/002СШГЭС. Техническая документация передана фактически  Ответчику 30.08.2021.  

Однако, как справедливо указывает истец, проектная документация в электронном  виде была у Ответчика еще до подписания Договора, а затем аналогичного содержания  передана на бумажном носителе. Проектная документация в электронной форме входила в  состав закупочной документации и была доступна Ответчику на стадии подачи заявок для  участия в закупочной процедуре. Об этом свидетельствует письмо ответчика от 23.08.2021   № 476/21, в котором последним указано о том, что им проведена проверка проектной  документации, полученной в рамках конкурсной документации.  

Техническое задание – приложение № 1 к договору (в электронном виде  представлено с ходатайством от 06.09.2022), содержит характеристики объекта,  требования к работам и проч.  

Поэтому суд не находит оснований для исключения этих сроков из расчета. 

Исходя из того, что сумма неустойки составила 478 984 рубля 27 копеек  (17 740 158 (с учетом НДС) х 0,1 % х 27), согласно расчёту суда первой инстанции за 4  дня нарушения срока неустойка составит 70 960 рублей 63 копейки  (478 984 рубля 27 копеек / 27 дней х 4 дня).  

Проверив указанный расчет, апелляционный суд признает его арифметически  верным и соответствующим действующему законодательству.  

Наравне с иным, как указывает ответчик в своей апелляционной жалобе, судом  первой инстанции не рассмотрено ходатайство ответчика о снижении неустойки по  правилам, установленным статьёй 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, хотя  факт обращения в суд с таким ходатайством отражен в обжалуемом судебном акте.  

Апелляционный суд отмечает, что согласно статье 270 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации отсутствие результата рассмотрения  данного ходатайства само по себе не является безусловынм основанием для отмены  судебного акта.  

Рассмотрев ходатайство ответчика о снижении неустойки в соответствии со статьёй  333 Гражданского кодекса Российской Федерации, апелляционный суд не находит  оснований для снижения неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

Согласно статье 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой  (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма,  которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего  исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской  Федерации подлежащая уплате неустойка может быть уменьшена судом, если она явно  несоразмерна последствиями нарушения обязательства.  

Применяя статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд должен  установить реальное соотношение предъявленной неустойки и последствий невыполнения  должником обязательства по договору, дабы соблюсти правовой принцип возмещения  имущественного ущерба, согласно которому не допускается применение мер карательного  характера за нарушение договорных обязательств.  

По смыслу части 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд  обязан выяснить соответствие взыскиваемой неустойки наступившим у кредитора  негативным последствиям нарушения должником обязательства и установить баланс  между применяемой к нарушителю мерой ответственности и отрицательными  последствиями, наступившими для кредитора, о чем Конституционный Суд Российской  Федерации неоднократно указывал в своих определениях (от 14.10.2004 № 293-О;  от 20.12.2001 № 292-О; от 21.12.2000 № 277-О).  

Ответчик заявил ходатайство о снижении размера штрафных санкций на основании  статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагая, что целесообразно  ставить вопрос об уменьшении суммы требований (неустойки), поскольку  ответственность должна быть соразмерна последствиям допущенного нарушения, а  принцип соразмерности, выражает требования справедливости и предполагает  дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и  характера причиненного ущерба, степени вины нарушителя и иных существенных  обстоятельств.  

Из разъяснений, данных в пунктах 2, 3 Информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор  практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса  Российской Федерации», следует, что критериями для установления несоразмерности в  каждом конкретном случае могут быть чрезмерно высокий процент неустойки;  значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных  нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другие. Перечень  критериев для снижения размера штрафных санкций не является исчерпывающим.  

Так как законодательством исчерпывающих критериев определения  несоразмерности неустойки применительно к тем или иным категориям дел не  предусмотрено, данное понятие является оценочной категорией, вопрос о  

соразмерности/несоразмерности штрафа (неустойки) последствиям нарушения  обязательств подлежит установлению в каждом конкретном деле с учетом  представленных сторонам доказательств и обстоятельств спора.  

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан  доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

В соответствии с пунктом 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений  Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение  обязательств» при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения  обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из  своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими  денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия  правомерного пользования (подпункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 № 263- О, разъяснил, что представленная суду возможность снижать размер неустойки в случае  ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним  из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против  злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть по существу,  на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно  которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и  свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 Гражданского кодекса  Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу о его обязанности  установить баланс между применяемой к нарушению мерой ответственности и оценкой  действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате  конкретного нарушения.  

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности  штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до  пределов, при которых она перестанет быть явно несоразмерной, причем указанные  пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему  убеждению.  

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения  обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку  указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств  конкретного дела.  

Заявляя о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации,  доказательств несоразмерности начисленной по договору неустойки последствиям  нарушения обязательств ответчиком в нарушение требований статьи 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено. Других оснований  для снижения неустойки суд не находит.  

Условие о взыскании неустойки определено по свободному усмотрению сторон,  ответчик, в соответствии со статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации  осуществляет предпринимательскую деятельность на свой риск, а, следовательно, должен  был и мог предположить и оценить возможность возникновения негативных последствий  такой деятельности, в том числе связанных с неисполнением или ненадлежащим  исполнением принятых по договору обязательств.  

Таким образом, проанализировав условия договора, приняв во внимание отсутствие  доказательств явной несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям  нарушения обязательства, учитывая срок просрочки исполнения обязательства, коллегия  судей приходит к выводу об отсутствии оснований для применения статьи 333  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно удовлетворил  

требования истца в части взыскания 70 960 рублей 63 копеек неустойки. 

Решение суда является законным и обоснованным. 

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  

Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение  

апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса  

Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Хакасия от «27» января 2023 года по делу   № А74-7504/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.   

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и  может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.  

Председательствующий Н.А. Морозова 

Судьи: Н.Н. Белан  

Ю.В. Хабибулина 

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 13.03.2023 6:38:00Кому выдана Морозова Наталья Александровна