﻿﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-7281/2019(5)-АК

Дело №А60-53643/2018

16 декабря 2019 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 декабря 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 декабря 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Плаховой Т.Ю., 

судей                                   Романова В.А., Чепурченко О.Н.,     

при ведении протокола судебного заседания секретарем Чадовой М.Ф.,       

при участии:

от заявителя жалобы, лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, Администрации городского округа Дегтярск – Ананьева Т.В., доверенность от 20.03.2019, паспорт,

от конкурсного управляющего – Трифонов А.В., доверенность от 12.04.2019, паспорт; Звонарев А.С., доверенность от 12.04.2019, паспорт,

от уполномоченного органа – Чудинова С.В., доверенность от 01.10.2019, удостоверение, 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, Администрация городского округа Дегтярск

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 11 сентября 2019 года

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками:

-  изъятие из хозяйственного ведения МУП « Теплоснабжающая компания городского округа Дегтярск» нежилого помещения, общей площадью 763,9 кв.м., расположенного по адресу: Свердловская область, г. Дегтярск, ул. Калинина,31А на основании постановления Администрации городского округа Дегтярск от 01.08.2016 №706-ПА и передаче МКУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства  и обеспечения деятельности органов местного самоуправления на праве оперативного управления»;

- изъятие из хозяйственного ведения МУП « Теплоснабжающая компания городского округа Дегтярск» объект теплоснабжения – здание Центральной котельной на основании постановления Администрации городского округа Дегтярск от 23.07.2018 №601-ПА и передаче в казну городского округа Дегтярск,

вынесенное в рамках дела № А60-53643/2018	

о признании несостоятельным (банкротом) МУП «Теплоснабжающая компания городского округа Дегтярск» (ИНН6684016487, ОГРН 1146684004060)

третьи лица: МКУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства и обеспечения деятельности органов местного самоуправления на праве оперативного управления»,

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.04.2019 МУП «Теплоснабжающая компания городского округа Дегтярск» (далее – должник, МУП «ТСК» ГО Дегтярск) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Бармина Д.А.

13.06.2019 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего МУП «ТСК» ГО Дегтярск Барминой Д.А. о признании недействительными сделками:

-  изъятие из хозяйственного ведения должника нежилого помещения, общей площадью 763,9 кв.м., расположенного по адресу: Свердловская область, г. Дегтярск, ул. Калинина,31А на основании постановления Администрации городского округа Дегтярск от 01.08.2016 №706-ПА и передаче МКУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства  и обеспечения деятельности органов местного самоуправления на праве оперативного управления»;

- изъятие из хозяйственного ведения должника объект теплоснабжения – здание Центральной котельной на основании постановления Администрации городского округа Дегтярск от 23.07.2018 №601-ПА и передаче в казну городского округа Дегтярск,

и  о применении последствий недействительности указанных сделок.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.09.2019 (резолютивная часть от 05.09.2019) заявление конкурсного управляющего о признании сделок недействительными удовлетворено.

Признать недействительными сделки:

- по изъятию из хозяйственного ведения должника нежилого помещения, общей площадью 763,9 кв. метров, расположенное на третьем этаже здания по адресу: Свердловская область, город Дегтярск, улица Калинина, дом 31а на основании постановления Администрации городского округа Дегтярск от 01 августа 2016г. № 706-ПА и передаче муниципальному казенному учреждению «Управление жилищно-коммунального хозяйства и обеспечения деятельности органов местного самоуправления» на праве оперативного управления;

- по изъятию из хозяйственного веления должника объект теплоснабжения - здание Центральной котельной на основании постановления Администрации юродского округа Дегтярск от 23.07.2018г. № 601-ПА и передаче в казну городского округа Дегтярск.

Этим же определением применены последствия недействительности сделок, в виде обязания Администрации городского округа Дегтярск возвратить в конкурсную массу МУП «ТСК» ГО Дегтярск: нежилого помещения, общей площадью 763,9 кв. метров, расположенное на третьем этаже здания по адресу: Свердловская область, город Дегтярск, улица Калинина, дом 31а; здание Центральной котельной.

Не согласившись с вынесенным определением, Администрация городского округа Дегтярск (далее – Администрация) обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела. 

В апелляционной жалобе ее заявитель ссылается на неправомерность вывода суда о том, что  у должника когда-либо возникло и/или прекратилось право хозяйственного ведения на спорное имущество. Отмечает, что передача  должнику нежилого помещения, площадью 763,9 кв.м в г.Дегтярск по ул. Калинина, 31а и здания центральной котельной не состоялась, акты приема-передачи отсутствуют; из материалов дела не следует, что на объекты недвижимости, изъятые спорными постановлениями Администрации у должника, производилась государственная регистрация права хозяйственного ведения; вопреки доводам конкурсного управляющего, у должника не возникло право хозяйственного ведения на спорное недвижимое имущество, поэтому его изъятие, в том числе и в отсутствие акта изъятия, не может быть квалифицировано  как недействительная сделка. Также, по мнению апеллянта, конкурсным управляющим не доказаны основания для признания сделок недействительными по п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего и уполномоченного органа поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, согласно которым позицию апеллянта считают необоснованной, обжалуемое определение – законным.

В судебном заседании представитель Администрации доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, на отмене обжалуемого определения настаивал.

Представители конкурсного управляющего и уполномоченного органа по мотивам, изложенным в письменных отзывах, против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в силу ст.ст. 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, постановлением Администрации городского округа Дегтярск от 01.08.2016 № 706-ПА изъято из хозяйственного ведения должника нежилое помещение, общей площадью 763,9 кв. метров расположенное на третьем этаже здания по адресу: Свердловская область, город Дегтярск, улица Калинина, дом 31а, и закреплено за муниципальным казенным учреждением «Управление жилищно- коммунального хозяйства и обеспечения деятельности органов местного самоуправления» на праве оперативного управления нежилое помещение общей площадью 763.9 кв. метров расположенное на третьем этаже здания по адресу: Свердловская область, город Дегтярск, улица Калинина, дом 31а.

Кроме того, постановлением Администрации городского округа Дегтярск от 23.07.2018 № 601-ПА изъято из хозяйственного веления должника объект теплоснабжения - здание Центральной котельной и передано, в казну городского округа Дегтярск ПО акту приема - передачи. 

Ссылаясь на то, что изъятие у должника имущества его собственником произведено с нарушением норм действующего законодательства, в период, когда должник отвечал признакам неплатежеспособности, и имело целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с требованием о признании действий по изъятию имущества недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным п. 2. ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), применении последствий недействительности сделки.

При рассмотрении спора суд первой инстанции, пришел к выводу о  доказанности материалами дела наличия признаков недействительности оспариваемых сделок, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Суд апелляционной инстанции, проанализировав нормы материального права, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в порядке ст. 71 АПК РФ, обсудив доводы жалобы, считает, что оснований для отмены определения суда первой инстанции не имеется в силу следующего.

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом в соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (ст. 61.8 Закона о банкротстве).

В силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В соответствии с п.5 постановления Пленума ВАС РФ № 63 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В силу п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве руководитель должника, в том числе освобожденный от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве, признается заинтересованным лицом по отношению к должнику – юридическому лицу.

В п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 указано на то, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве. 

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения. 

В п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что при определении соотношения п.п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных п. 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В данном случае заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству 24.09.2018, изъятие имущества из хозяйственного ведения имело место 01.08.2016, 23.07.2018, то есть в пределах периода подозрительности, определенного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Вопреки утверждению апеллянта, материалами дела (в частности, реестром требований кредиторов) подтверждается, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед налоговым органом (на момент совершения первой оспоренной сделки на исполнении в службе судебных приставов находились поступившие из налоговой инспекции исполнительные документы от 14.07.2016, 10.08.2016, задолженность по которым не была погашена на дату возбуждения настоящего дела о банкротстве (задолженность более 2 млн. руб.). Вторая оспоренная сделка совершена менее чем за 2 месяца до поступления в арбитражный суд заявления налогового органа о признании должника банкротом; на этот момент у должника сформировалась задолженность по налогам, сборам, страховым взносам, санкциям более 19 млн. руб., из них основной долг порядка 12 млн. руб. 

При этом Администрация является учредителем должника и в силу подпункта 5 п. 1 ст. 9 Федерального закона "О защите конкуренции", п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве считается заинтересованным лицом, при заключении спорных сделок ей должно было быть известно как о признаках неплатежеспособности должника, так и о наличии у него неисполненных перед кредиторами обязательств.

Согласно ч. 1 ст. 114 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) унитарное предприятие, основанное на праве хозяйственного ведения, создается по решению уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления. Государственное или муниципальное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с указанным Кодексом (ст. 294 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 299 ГК РФ право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника.

Право хозяйственного ведения или оперативного управления имуществом возникает у предприятия на основании решения, принятого собственником в отношении этого имущества, о закреплении его за предприятием на указанном праве, при наличии самого факта передачи собственником имущества во владение предприятию.

Аналогичное положение закреплено в ст. 11 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" (далее - Закон № 161-ФЗ).

Право хозяйственного ведения и право оперативного управления имуществом прекращаются по основаниям и в порядке, предусмотренным ГК РФ, другими законами и иными правовыми актами для прекращения права собственности, а также в случаях правомерного изъятия имущества у предприятия или учреждения по решению собственника (п. 3 ст. 299 ГК РФ).

В силу п. 6 ст. 113 ГК РФ унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

Движимым и недвижимым имуществом муниципальное предприятие распоряжается только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом предприятия (п. 3 ст. 18 Закона № 161-ФЗ).

Сделки, совершенные государственным или муниципальным предприятием с нарушением этого требования, являются ничтожными.

Из разъяснений, изложенных в абзаце 3 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" следует, что поскольку ст. 295 ГК РФ, определяющей права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении, не предусмотрено иное, собственник, передав во владение унитарному предприятию имущество, не вправе распоряжаться таким имуществом независимо от наличия или отсутствия согласия такого предприятия.

Таким образом, добровольный отказ предприятия от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, не допускается.

Аналогичным образом положения п. 1 ст. 295 ГК РФ, ст. 20 Закона № 161-ФЗ не предоставляют собственнику имущества, переданного унитарному предприятию на праве хозяйственного ведения, права изымать у него указанное имущество.

Собственник (управомоченный им орган) не наделен правом изымать, передавать в аренду либо иным образом распоряжаться имуществом, находящимся в хозяйственном ведении государственного (муниципального) предприятия (п. 40 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.07.1996 № 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ").

Акты государственных органов и органов местного самоуправления по распоряжению имуществом, принадлежащим государственным (муниципальным) предприятиям на праве хозяйственного ведения, по требованиям этих предприятий должны признаваться недействительными.

В соответствии с п. 3 ст. 299 ГК РФ право хозяйственного ведения прекращается, в том числе, в случае правомерного изъятия имущества у предприятия по решению собственника.

Вместе с тем, отказ или согласие унитарного предприятия, на основании которого собственник изымает имущество, не должны приводить к прекращению осуществления уставной деятельности предприятия, имеющего специальную правоспособность (п. 1 ст. 49 ГК РФ).

В заседании суда представителем конкурсного управляющего даны пояснения о том, что спорные объекты недвижимости использовались должником в хозяйственной деятельности, в частности, нежилое помещение использовалось как офисное, здание котельной использовались в качестве склада.  

С учетом приведенных положений и установленных обстоятельств следует признать, что суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что изъятие у должника имущества по спорным постановлениям Администрации противоречит вышеназванным положениям Закона, поскольку после изъятия должник был лишен возможности осуществлять свою хозяйственную деятельность.

Таким образом, в результате совершения оспариваемых сделок кредиторам должника был причинен вред, выразившийся в уменьшении конкурсной массы и в отсутствии реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет имущества должника.

В связи с этим у суда  первой  инстанции имелись  основания  для  признания  обоснованными доводов  конкурсного управляющего о совершении оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и о том, что сторона по сделкам знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту ее совершения.

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п.1 ст.61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Принимая во внимание существо спорных сделок, в порядке применения последствий недействительности суд правомерно обязал Администрацию возвратить спорные объекты в конкурсную массу должника.

Доводы апеллянта об отсутствии у должника права хозяйственного ведения на спорное недвижимое имущество, подлежат отклонению.

Из материалов дела следует, что спорное имущество было передано должнику именно на праве хозяйственного ведения.

При введении процедуры также было указано на наличие у должника имущества на праве хозяйственного ведения. 

Причем Администрация представляла отзыв на заявление о признании должника банкротом и дополнение к нему, в которых ею указано, что МУП «ТСК» было определено единой теплоснабжающей организацией городского округа Дегтярск, для него определен тариф для осуществления поставки тепловой энергии;  предприятию для ведения деятельности передано и закреплено на праве хозяйственного ведения постановлениями от 02.10.2014 № 927-ПА, от 13.06.2017 № 484-ПА, от 03.10.2017 № 1140-ПА, от 25.09.2018 № 867-ПА имущество – объекты теплоснабжения, в том числе тепловые сети, блочно-модульные котельные; в подтверждение данных доводов Администрацией представлены соответствующие доказательства. 

Из материалов дела следует, что изъятое по спорным сделкам имущество было закреплено за предприятием на основании постановлений Администрации № 1265-ПА от 15.12.2014, № 484-ПА от 13.06.2017 (с учетом изменений постановлением № 858-ПА от 15.08.2017).

В соответствии с пп. 2 п. 1 ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают, в том числе из актов государственных органов и органов местного самоуправления которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 2 ст. 8.1 ГК РФ, права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

В силу ст. 131 ГК РФ вещные права, включая право хозяйственного ведения, на недвижимое имущество подлежат государственной регистрации. В то же время отсутствие государственной регистрации вещного права не свидетельствует об отсутствии у лица права владения вещью, полученной им на законной сделке.

Право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника (п. 1 ст. 299 ГК РФ).

Как указывалось ранее, в силу абз. 5 п. 1 ст. 216 ГК РФ, право хозяйственного ведения и право оперативного управления относятся к вещным правам лиц, не являющихся собственниками. В этой связи право хозяйственного ведения и право оперативного управления на недвижимое имущество возникают с момента их государственной регистрации (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22).

Вместе с тем, учитывая, что срок государственной регистрации права хозяйственного ведения в отношении имущества, переданного предприятию собственником, законом не ограничен, в том числе осуществление государственной регистрации возможно и в период конкурсного производства для целей формирования конкурсной массы, отсутствие государственной регистрации права хозяйственного ведения на недвижимое имущество, находившееся в законном владении и пользовании должника, не может послужить препятствием для оспаривания сделки и применения последствий ее недействительности.

Как указано ранее, спорное имущество было передано должнику на праве хозяйственного ведения, какие-либо неясности, разногласия относительно права, на котором последний владел этим имуществом, у сторон отсутствовали; Администрация, как указано ранее, прямо ссылалась на передачу имущества должнику именно на праве хозяйственного ведения; с учетом заявительного характера регистрации вещного права, зависимости предприятия от собственника имущества, не совершение необходимых действий по регистрации права хозяйственного ведения на спорное имущество в рассматриваемом случае свидетельством не возникновения у должника такого права не является; поведение Администрации, занимающей различную позицию в отношении спорного имущества, следует признать недобросовестным.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции Администрацией были заявлены доводы о том, что спорное здание котельной по своему назначению использоваться не могло, поскольку оборудование вышло из строя, взамен этой котельной были построены и переданы должнику другие котельные, здание подлежало сносу, а вместо изъятого помещения площадью 763,9 кв. м в том же здании должнику были предоставлены иные офисные помещения меньшей площадью, достаточные для осуществления деятельности, с учетом чего изъятие данного имущества не нарушило права должника и его кредиторов.

Ранее данные доводы не заявлялись, то есть являются новыми; соответствующие обстоятельства судом первой инстанции не исследовались. 

Согласно пояснениям представителя конкурсного управляющего, действительно после изъятия помещения площадью 763,9 кв. м Администрацией были предоставлены в пользование несколько кабинетов без какого-либо оформления, в них расположились сотрудники должника, которые вели работу по взысканию дебиторской задолженности, хранилась документация должника, но вскоре Администрация начала требовать освобождения данных помещений; котельная действительно не функционирует, здание давно уже используется в качестве склада, а также для размещения работников должника; новые котельные какими-либо помещениями для хранения материалов, инструментария для ремонта, размещения обслуживающего персонала не оборудованы; при этом сети теплоснабжения, подключенные к новым котельным, проходят под зданием спорной котельной, их обслуживание осуществляется через помещения спорного здания, при сносе которого возможно повреждение участком этих сетей.

Данные пояснения конкурсного управляющего Администрацией не оспорены, несогласие с заявленными конкурсным управляющим фактическими обстоятельствами не выражено.

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе относительно недоказанности оснований для признания спорных сделок недействительными, подлежат отклонению как противоречащие фактическим обстоятельствам дела.

При отмеченных обстоятельствах и с учетом проверки законности и обоснованности судебного акта в пределах доводов апелляционной жалобы оснований для отмены определения суда не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 11 сентября 2019 года по делу № А60-53643/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

В.А. Романов 

 

О.Н. Чепурченко