Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-7783/2022

г. Владивосток

06 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 декабря 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 06 декабря 2023 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.В. Гончаровой,

судей Н.Н. Анисимовой, С.В. Понуровской,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.Д. Спинка,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Стратус-ДВ»,

апелляционное производство № 05АП-6587/2023

на решение от 27.09.2023

судьи ФИО1 

по делу № А51-7783/2022 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Стратус-ДВ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к Владивостокской таможни (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о признании незаконным решения от 12.03.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/101221/3019879; о признании незаконным решения от 21.03.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/101221/3043059; о признании незаконным решения от 22.03.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/241221/3039977,

при участии: от Владивостокской таможни: представитель ФИО2 по доверенности от 13.09.2023, сроком действия до 12.09.2024, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 1214), служебное удостоверение;

от ООО «Стратус-ДВ»: представитель ФИО3 по доверенности от 09.01.2023, сроком действия до 31.12.2024, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 75177), копия свидетельства о заключении брака, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Стратус-ДВ» (далее - общество, заявитель, декларант) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными решений Владивостокской таможни (далее – таможня, таможенный орган): 

- от 12.03.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/101221/3019879,

- от 21.03.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/101221/3043059, 

- от 22.03.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/241221/3039977.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 27.09.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество обратилось с апелляционной жалобой в Пятый арбитражный апелляционный суд, согласно которой просит решение суда от 27.09.2023 отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование своей позиции заявитель указывает, что вывод суда первой инстанции о том, что общество не представило доказательства согласования порядка оплаты товара, документы, подтверждающие оплату товара продавцу в соответствии с согласованными условиями, противоречит фактическим обстоятельствам дела. Кроме того, общество полагает, что арбитражным судом не дана надлежащая оценка представленной переписке с продавцом товаров о статусе третьих лиц, в адрес которых были осуществлены переводы. Приводит доводы о том, что негативные последствия в оформлении экспортной декларации, содержащей сведения, отличающиеся от сведений, указанных в спорной ДТ, не могут быть возложены на декларанта, тем более что таможенный орган не лишен права самостоятельно запросить указанный документ. По мнению общества, документы, представленные в суде первой инстанции, должны быть приняты на основании пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс).

В письменном отзыве на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 АПК РФ приобщен к материалам дела, таможенный орган выразил несогласие с доводами жалобы, считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, а апелляционную жалобу - не подлежащей удовлетворению.

Представитель ООО «Стратус-ДВ» поддержал доводы апелляционной жалобы: решение суда первой инстанции просил отменить. 

Представитель таможенного органа на доводы апелляционной жалобы возражал по доводам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Из материалов дела коллегией установлены следующие обстоятельства.

На основании контракта от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB, заключенного с иностранной компанией, на таможенную территорию Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС) были ввезены товары.

В целях таможенного оформления товара общество подало в таможню ДТ № 10702070/101221/3019879, № 10702070/101221/3043059, № 10702070/241221/3039977, определив таможенную стоимость товаров по первому методу таможенной оценки «по стоимости сделки с ввозимыми товарами». Одновременно декларантом для подтверждения заявленной таможенной стоимости представлены документы и сведения, предусмотренные таможенным законодательством, необходимые для таможенного оформления ввезенного товара. 

В ходе проведения контроля таможенной стоимости товаров таможенным органом 10.12.2021, 27.12.2021, 24.12.2021 в адрес общества направлены запросы документов и сведений.

В ответ на данные запросы общество представило часть дополнительно запрошенных таможенным органом документов, а также дало пояснения относительно формирования таможенной стоимости. 

Поскольку фактически представленные декларантом документы, по мнению таможенного органа, являлись недостаточными для подтверждения заявленной декларантом таможенной стоимости товаров по первому методу, таможенный орган принял решения от 12.03.2022 по ДТ № 10702070/101221/3019879, от 21.03.2022 по ДТ № 10702070/101221/3043059, от 22.03.2022 по ДТ № 10702070/241221/3039977, определив таможенную стоимость товаров на основе третьего метода определения таможенной стоимости. В результате изменения сведений в части таможенной стоимости, увеличилась сумма начисленных таможенных платежей по всем ДТ. 

Не согласившись с данными решениями таможни, декларант обратился в суд с настоящим заявлением, в удовлетворении которого отказано.

Исследовав материалы дела, проверив в порядке, предусмотренном статьями 268, 270 АПК РФ правильность применения судом норм материального и процессуального права, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе и отзыве на нее, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения суда первой инстанции в связи со следующим. 

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза. 

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса). 

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 Кодекса. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 Кодекса, при выполнении следующих условий: 

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов; 

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено; 

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

 4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи. 

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. 

При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов. Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру. 

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС). 

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в  том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса). 

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами. 

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). 

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза. 

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС). 

Согласно пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 Кодекса.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 14 Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление № 49), рассматривая споры, связанные с результатами таможенного контроля таможенной стоимости, начатого до выпуска товаров, включая споры о возврате таможенных платежей в связи с несогласием плательщика с результатами таможенного контроля, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 Таможенного кодекса вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

Как следует из материалов дела, в ходе контроля заявленной таможенной стоимости таможней были выявлены признаки, указывающие на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными, что исключает возможность их принятия в целях подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу.

В частности, по данным ИСС «Малахит» таможенным органом выявлено отклонение уровня заявленной таможенной стоимости оцениваемого товара в меньшую сторону от аналогичного среднего показателя по наименованию товара по ДВТУ и по ФТС России в целом. Так, уровень заявленной таможенной стоимости за кг веса нетто оцениваемого товара ниже среднесложившегося уровня товаров аналогичного наименования на 23,58 – 18,98% по ДТ № 10702070/101221/3019879, на 28,57% - 25,11% по ДТ № 10702070/101221/3043059, на 28,27% - 24,78% по ДТ № 10702070/241221/3039977.

Таким образом, при проведении контроля таможенной стоимости до выпуска товаров по спорным ДТ таможней были обнаружены признаки, указывающие на то, что заявленные при таможенном декларировании товаров сведения о таможенной стоимости могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения дополнительной проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

Вместе с тем, совокупный анализ представленных обществом пояснений и дополнительных документов показывает, что они фактически не были направлены на обоснование стоимостной характеристики заявленной таможенной стоимости.

Так, по условиям пункта 1.1 контракта от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB продавец продал, а покупатель купил товары для промышленного производства, товары народного потребления, различные виды пленки, пленки ПВХ и т.д., в соответствии с Приложениями на каждую конкретную партию товара, которые являются неотъемлемой частью данного контракта. 

Согласно пункту 3.1 контракта покупателем производится оплата за партию товара следующим образом: 30 % - предоплата с момента подписания приложения на поставку, до отгрузки на судно и 70 % - в течение 90 дней после отгрузки на судно (после получения коносамента). 

Покупатель имеет право оплатить товар до момента его поставки на территорию РФ, условия оплаты отдельной партии товаров могут быть согласованы в приложении на конкретную поставку. 

Продавец обязан выслать следующие документы: коносамент, упаковочный лист, оригинал счета (с обязательным указанием номера контракта). Дополнительные документы для таможенного оформления на территории покупателя высылаются продавцом по соглашению сторон в электронном виде или факсом. 

Пунктом 3.2 контракта указано, что оплата за товар производится в долларах США. 

На основании пункта 3.3 контракта оплата за поставляемый товар по настоящему контракту осуществляется на реквизиты Продавца, в соответствии с Дополнением к контракту оплата может быть произведена в адрес третьего лица. 

В пункте 4.1 контракта стороны согласовании, что поставка осуществляется на условиях FOB Шанхай, Нинбо, Шеньчжень, Янь Тянь, Циндао, Тянцзинь (Инкотермс 2010). 

Во исполнение достигнутых сторонами договоренностей по поставке партий товаров, оформленных приложениями № HALEAD19-436, № HALEAD19-481, № HALEAD19-482, продавцом сформированы и выставлены инвойсы от 30.09.2021 № HALEAD19-436, от 29.10.2021 № HALEAD19-481, от 30.10.2021 № HALEAD19-482, и оформлены упаковочные листы. 

В указанных приложениях к контракту согласованы условия оплаты - в течение 60 дней с момента отгрузки товара продавцом. 

Сторонами внешнеэкономической сделки согласованы условия рассматриваемых поставок товара FOB Шанхай. 

По запросу таможенного органа в рамках таможенного контроля заявителем представлены следующие заявления на перевод: 

- по ДТ № 10702070/101221/3019879 заявления на перевод от 26.11.2021 № 576, от 17.01.2022 № 23, от 24.01.2022 № 48. Оплата товара была произведена по реквизитам, указанным в дополнительных соглашениях от 26.11.2021 № 507 (в сумме 11 000 долл. США на счет SHЕN ZHEN ROMANBERGER INDUSTRIAL LIMITED), от 17.01.2022 № 607 (в сумме 29 700 долл. США на счет BESTART HEAVEN CO., LTD), от 24.01.2022 № 623 (в сумме 46 297,50 долл. США на счет ZHEJIANG SPRINGAIR GROUP CO., LTD). 

- по ДТ № 10702070/101221/3043059 заявление на перевод от 22.12.2021 № 670, 

- по ДТ № 10702070/241221/3039977 заявления на перевод от 22.12.2021 № 673, от 15.02.2022 № 103, от 16.02.2022 № 107, от 17.02.2022 № 112, от 17.02.2022 № 111, от 17.02.2022 № 116, от 22.02.2022 № 322. 

Оплата товара была произведена по реквизитам, указанным в дополнительных соглашениях от 22.12.2021 № 570 (в сумме 25 600 долл. США производится по следующим реквизитам: YOLEX INDUSTRIAL CO., LTD), от 15.02.2022 № 650 (в сумме 86 685 долл. США на счет CHINA EFFORT INTERNATIONAL LIMITED), от 16.02.2022 № 652 (в сумме 31 000 долл. США на счет OUBAO SECURITY TECHNOGY CO., LTD), от 17.02.2022 № 655 (в сумме 7 090 долл. США на счет DONGGUAN KEYCEO ТЕСН CO., LIMITED), от 17.02.2022 № 654 (в сумме 5 388,64 долл. США на счет BESTON (НК) INDUSTRY COMPANY LIMITED), от 17.02.2022 № 656 (в сумме 53 000 долл. США на счет OUBAO SECURITY TECHNOGY CO., LTD), от 22.02.2022 № 657 (в сумме 49 800 долл. США на счет SUZHOU GREAT CHAIN TRANSMISSION CO., LTD).

При этом в графе «назначение платежа» представленные обществом заявления на перевод по ДТ № 10702070/101221/3019879 и по ДТ № 10702070/241221/3039977 содержат лишь указание на реквизиты рассматриваемого контракта. 

Реквизиты коммерческого инвойса или иные сведения, позволяющие идентифицировать платеж с конкретной поставкой, в данных заявлениях на перевод не указаны. 

Представленные в материалы дела и в таможню дополнительные соглашения только согласовывают размеры платежей в адрес третьих лиц без привязки к конкретным поставкам, что не позволяет их идентифицировать с поставками по ДТ № 10702070/101221/3019879 и по ДТ № 10702070/241221/3039977. 

Бенефициарами по представленным заявлениям на перевод являются компании YOLEX INDUSTRIAL CO., LTD, CHINA EFFORT INTERNATIONAL LIMITED, OUBAO SECURITY TECHNOGY CO., LTD, DONGGUAN KEYCEO ТЕСН CO., LIMITED, BESTON (НК) INDUSTRY COMPANY LIMITED, SUZHOU GREAT CHAIN TRANSMISSION CO., LTD, SHЕN ZHEN ROMANBERGER INDUSTRIAL LIMITED, BESTART HEAVEN CO., LTD, ZHEJIANG SPRINGAIR GROUP CO., LTD. 

Таким образом, доводы таможни о том, что все платежи по спорным поставкам осуществлены в адрес третьих лиц является обоснованным.

При этом продавцом по рассматриваемому контракту является компания «HALEAD (Н.К.) CO., LTD». 

Роль и статус иных компаний, поименованных в представленных заявлениях на перевод в отношении исследуемых товаров, в том числе в рамках сделки купли-продажи и иных сделок (на оказание сопутствующих покупке товаров услуг перевозки, агентирования, таможенного декларирования при экспорте и т.п.) с ними не прослеживается ни из содержания контракта, ни из коммерческих, транспортных документов. 

Между тем, обычной целью коммерческой торговли является получение прибыли от продажи товаров, неполучение продавцом эквивалентного установленной им цене товара встречного денежного вознаграждения рассматривается таможенным органом как основание считать недостоверными заявленные декларантом сведения о цене товара. 

В рассматриваемой ситуации, исходя из представленных обществом документов, продавец не получил выгоду за спорные поставки.

К представленным в таможенный орган и материалы дела указанным выше дополнительным соглашениям суд апелляционной инстанции относится критически, поскольку из буквального толкования положений пунктов 1.1 и 3.1 рассматриваемого контракта следует, что первостепенными для конкретной отдельной партии товаров являются условия оплаты, определенные в приложении на конкретную поставку. 

Между тем, из представленных к спорным ДТ приложений к контракту № HALEAD19-436, № HALEAD19-481, № HALEAD19-482 установлено, что оплата за товар должна быть произведена по банковским реквизитам продавца. Указанные приложения к контракту не были изменены либо отменены. 

Однако в противоречие данным положениям к контракту, а также самому контракту обществом в комплектах документов к ДТ представлялись дополнительные соглашения к контракту, согласно которым оплату в определенной сумме следует производить на счета третьих лиц. 

Оплата в адрес третьего лица, указанного кредитором, предусмотрена и российским законодательством (статья 312 Гражданского кодекса Российской Федерации), приоритет которого установлен пунктом 11.9 Контракта. 

При этом в практике договорных отношений дополнительными соглашениями к договорам (контрактам) вносятся изменения в конкретный пункт данных договоров (контрактов). В дополнительных соглашениях к контракту по спорным поставкам не отражено, в какой пункт контракта вносятся изменения (дополнения). 

Кроме того, возможность осуществления перечислений иным лицам в счет исполнения своих обязательств по внешнеторговому контракту не отменяет обязанность декларанта документально подтвердить заявленную таможенную стоимость количественно определяемыми документами. 

Таким образом, у коллегии отсутствуют основания для вывода о том, что размер и факт оплаты ввезенных по ДТ № 10702070/101221/3019879 и по ДТ № 10702070/241221/3039977 партий товаров подтверждены декларантом надлежащим образом, чем устранены сомнения таможенного органа.

Не соглашаясь с выводами суда в данной части, общество ссылается на письмо Продавца о статусе и роли компаний, которым осуществлены переводы по спорным поставкам.  

Вместе с тем, из представленных в материалы дела пояснений не представляется возможным установить отношение указанных выше компаний к спорной поставке и их роль в возникших правоотношениях.

Ведомость банковского контроля по спорному Контракту не может быть принята во внимание в качестве документа, подтверждающего исполнение сделки на основании следующего.

Владивостокской таможней проведена камеральная таможенная проверка (акт камеральной таможенной проверки от 08.07.2022 № 10702000/210/080722/А005277), в рамках которой установлено, что в ходе оперативно-розыскных мероприятий Дальневосточной оперативной таможней были получены документы, содержащие сведения о фактической стоимости ввезенных обществом товаров «пленка ПВХ», задекларированных по 5 ДТ 2019-2020 годов, поданным в рамках спорного Контракта. 

В результате анализа данных документов установлено, что общество заявило недостоверные сведения о таможенной стоимости ввезенных товаров. Фактическая стоимость ввезенных товаров, задекларированных обществом по 5 ДТ в рамках Контракта, превышает задекларированную на 244 336,61 долл. США, что не соответствует величине платежей, указанной в ВБК как по поименованным в акте камеральной таможенной проверки ДТ, так и в целом в рамках Контракта. 

Сведения, представленные декларантом для указания в ВБК, не являются приемлемыми для использования при проведении таможенного контроля, а также не могут быть применены таможенным органом для подтверждения сопоставимости цены, подлежащей уплате по конкретным проверяемым партиям товаров по Контракту, и фактически уплаченным платежам по Контракту. 

Анализируя условия внешнеторгового контракта, платежные документы, таможенный орган устанавливает цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, то есть сумму, которая должна быть перечислена или была перечислена декларантом иностранному контрагенту. 

В рамках настоящего спора, применяя первый метод определения таможенной стоимости товаров, декларант обязан в соответствии с требованиями таможенного законодательства подтвердить цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, платежи за которые, осуществлены или подлежат осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. 

Таким образом, таможенный орган не мог определить размер суммы денежных средств, фактически уплаченных или подлежащих уплате за спорные товары, следовательно, указанное обстоятельство исключает возможность применения 1 метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

С учетом изложенного, коллегия признает обоснованным вывод таможни о том, что декларант не в полной мере воспользовался правом доказать достоверность заявленной таможенной стоимости.

Как следует из материалов дела, декларантом были представлены экспортные декларации по рассматриваемым ДТ.

Однако, представленные обществом экспортные декларации №№ Е222920210004045993, Е222920210004360364, Е20210000755408389 не могли быть приняты таможенным органом в качестве документов, подтверждающих заявленную стоимость товара ввиду того, что в номере присутствует символ «Е», свидетельствующий о том что документы являются предварительными.

 Кроме того, в экспортной декларации № Е222920210004045993 указаны сведения о весе нетто товара – 22485 кг, который на 902,01 кг превышает заявленный в ДТ, а также указанный в упаковочном листе.

Отсутствие надлежащим образом оформленных экспортных деклараций (не предварительных), а также описанные несоответствия исключают возможность рассматривать представленные обществом экспортные декларации в качестве документов, подтверждающих достоверность заявленной таможенной стоимости.

Довод общества о том, что декларант не несет ответственность за достоверность отраженных в экспортной таможенной декларации сведений, так как не участвует в ее оформлении, судом мотивированно отклонено в силу следующего. 

Поставка товара в рамках внешнеэкономической деятельности является единым непрерывным процессом, совершаемым сторонами сделки по обе стороны границы и оформляемым при этом соответствующими документами. В связи с этим указанные документы должны соответствовать содержанию сделки и не противоречить документам, составленным с другой стороны границы. 

При этом сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза, представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих документах по сделке, тем более приводящих к завышению стоимости вывозимого товара (ввиду, в том числе, того, что у экспортера имеется обязанность репатриации валютной выручки в полном объеме). На основании экспортной декларации таможенный орган анализирует сведения о стоимости ввозимого товара в стране отправления, также определяет сведения, заявленные продавцом при вывозе товара в соответствии с законодательством страны вывоза. 

Значение сведений, содержащихся в экспортной декларации, для решения вопроса достоверности сведений о таможенной стоимости обусловлено статусом данного документа. Экспортная декларация, в числе документов, предусмотренных для подтверждения заявленной таможенной стоимости, является официальным документом иностранного государственного органа, содержащим стоимостную информацию.

На основании изложенного, таможенным органом правомерно в качестве документа, подтверждающего определение таможенной стоимости по первому методу, экспортные декларации не приняты, поскольку вышеуказанная информация ставит под сомнение достоверность экспортных деклараций, представленных декларантом, а также информацию, которая она содержит. Отсутствие пояснений по данному факту не позволило таможенному органу устранить сомнения в достоверности сведений, представленных обществом для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров. 

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 № 305-КГ17-14253 по делу № А40-191557/2016. 

Довод таможенного органа об отсутствии полномочий, у лица, подписавшего контракт и коммерческие документы, отклоняется коллегией, как не имеющий в данном споре правового значения, поскольку единственным учредителем компании «Halead (Н.К.) Co., LTD», является компания «Zhejiang Hailide New Material Co., Ltd», а законным представителем компании «Zhejiang Hailide New Material Co., Ltd» является Gao Limin, что подтверждается лицензией на ведение коммерческой деятельности от 28.07.2017. 

Как следует из представленной в материалы дела доверенности от 22.01.2019, она выдана компанией «Наlead (Н.К.) Co., LTD» господину Gao Limin как законному представителю компании учредителя Zhejiang Hailide New Material Co., Ltd», следовательно данная доверенность позволяет подписывать контракты и иные коммерческие документы, документы для валютных операций и таможенного оформления товаров от имени компании «Halead (Н.К.) Co., LTD». 

Таким образом, все коммерческие документы подписаны генеральным директором Gao Limin, чьи полномочия подтверждаются доверенностью. 

Простая письменная форма сделки соблюдена сторонами путем подписания контракта от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB уполномоченными лицами, что соответствует требованиям, как российского законодательства, так и законодательства Гонконга. 

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 183 ГК РФ при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку. Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения. 

Как следует из пункта 123 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься; письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это липом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения. 

В рассматриваемом случае, компанией «Halead (Н.К.) Co., LTD» обязательства исполнялись в полном соответствии с контрактом от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB, подписанным представителем, что свидетельствует о признании сделки юридическим лицом. 

В целях подтверждения действительности заключенного представителем контракта, сторонами в 2021 году был оформлен дополнительный экземпляр контракта от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB, который подписан генеральным директором Gao Wangwei, что свидетельствует о наличии воли и намерений компании «Halead (Н.К.) Co., LTD» на заключение контракта. 

Как следует из представленных объяснений директора ООО «Стратус-ДВ», необходимость оформления дополнительного экземпляра контракта подписанного генеральным директором Gao Wangwei вызвана наличием у Владивостокской таможни сведений о том, что именно Gao Wangwei является руководителем компании «Halead (Н.К.) Co.. LTD», а иные лица в соответствии с законодательством Гонконга не имели права подписывать коммерческие документы. Оформление дополнительного экземпляра контракта подписанного генеральным директором Gao Wangwei, а не представителем Gao Limin не повлияло на объем прав и обязанностей сторон сделки, не изменило или прекратило обязательства продавца или покупателя, в связи с чем довод таможенного органа о невозможности установить волю сторон на заключение договора купли-продажи товаров, не подтверждается материалами дела. 

Довод таможенного органа о том, что контракт и коммерческие документы могут быть подписаны только директором, а у компании «Zhejiang Hailide New Material Co., Ltd» и господина Gao Limin полномочия отсутствуют, противоречит личному закону компании «Halead (Н.К.) Co., LTD» и представленным в материалы дела документам. 

Юридическая сила контракта подтверждается также тем, что он принят сторонами и исполнялся, согласно его условиям. В настоящий момент он не оспорен и не признан недействительным в установленном законом порядке. Доказательств обратного таможней не представлено. 

При этом коллегия отмечает, что в сферу таможенного контроля не входит оценка полномочий участников сделки на ее заключение, с учетом отсутствия спора между ее сторонами, равно как и оценка действий продавца и покупателя, направленных на установление, изменений или прекращение гражданских прав и обязанностей. 

Таможенный орган, не является лицом, полномочным на заявление доводов о недействительности сделки, в связи с чем доводы таможенного органа о подписании внешнеторгового контракта от 29.07.2019 № 3 HLDSTR-FOB неуполномоченным лицом со ссылкой на сведения, полученные от представителей таможенной службы в Китайской Народной Республике, в частности о лицах, действующих от указанной компании и уполномоченных от ее имени подписывать контракты судом отклоняются, как не имеющие значения для рассмотрения данного спора, предметом которого являются решения о внесении сведений, заявленных в декларации на товары.

Вместе с тем, ошибочность отдельных выводов таможни в целом не свидетельствует об отсутствии оснований для принятия решений о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларациях на товары.

Коллегия приходит к выводу о том, что представленными обществом документами, сведениями и пояснениями не обоснован объективный характер значительного отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов по сделкам с однородными товарами, ввезенными в Российскую Федерацию при сопоставимых условиях, иных официальных и общепризнанных источниках информации.

Основываясь на положениях пункта 13 статьи 38, пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС, таможенный орган принимает решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации по результатам проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, если соответствие заявленной таможенной стоимости товаров их действительной стоимости не нашло своего подтверждения по результатам таможенного контроля, в том числе при сохранении признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля. 

Изложенные выше обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что декларант не устранил сомнения таможенного органа относительно правомерности выбора метода по стоимости сделки с возимыми товарами, следовательно, у таможенного органа имелись основания для принятия решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорные ДТ. 

При таких обстоятельствах, следует признать, что таможенный орган объективно констатировал отсутствие со стороны общества должной степени раскрытия информации, позволяющей Владивостокской таможне в ходе контрольных мероприятий удостовериться в наличии всех необходимых сведений, подтверждающих обоснованность применения именно первого метода определения таможенной стоимости товаров (по цене сделки).

По правилам пункта 15 статьи 38 Кодекса в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 Кодекса, применяемыми последовательно.

Согласно пункту 1 статьи 42 ТК ЕАЭС в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 названного Кодекса, таможенной стоимостью таких товаров является стоимость сделки с однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенными на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров. 

Стоимостью сделки с однородными товарами является таможенная стоимость этих товаров, определенная в соответствии со статьей 39 названного Кодекса и принятая таможенным органом. При определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и оцениваемые товары. 

В случае если такие продажи не выявлены, используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на ином коммерческом уровне и (или) в иных количествах, с соответствующей поправкой, учитывающей различия в коммерческом уровне продажи и (или) в количестве товаров. 

В случае если выявлено более одной стоимости сделки с однородными товарами с учетом поправок в соответствии с пунктами 1 и 2 названной статьи, для определения таможенной стоимости ввозимых товаров применяется самая низкая из них (пункт 3 статьи 42 ТК ЕАЭС).

Как установлено судебной коллегией, таможенная стоимость задекларированных в спорной ДТ товаров скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС. 

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми. 

Таким образом, проверив соблюдение принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источника ценовой информации, выбранного таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товаров по спорным ДТ, коллегия пришла к выводу о последовательности выбранного метода определения таможенной стоимости и сопоставимости выбранных таможней источников ценовой информации по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товаре, заявленным в спорных ДТ. 

В этой связи судебная коллегия приходит к выводу о том, что при выборе источника ценовой информации требования статьи 42 ТК ЕАЭС были таможней соблюдены. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что произведенная таможенным органом корректировка заявленной таможенной стоимости товара была произведена при наличии к тому правовых оснований, не нарушает прав и законных интересов заявителя и соответствует положениям таможенного законодательства. 

В связи с чем, судебная коллегия поддерживает вывод арбитражного суда об отсутствии в настоящем случае одновременно двух условий, необходимых в силу части 2 статьи 201 АПК РФ для признания решений от 12.03.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/101221/3019879, от 21.03.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/101221/3043059, от 22.03.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/241221/3039977 незаконными. 

Следовательно, в удовлетворении заявленных требований общества арбитражным судом отказано правомерно. 

Изложенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются несостоятельными, поскольку не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения. 

Само по себе несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права. 

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием к отмене или изменению решения, апелляционной инстанцией не установлено.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 1500 рублей на основании статьи 110 АПК РФ относятся коллегией на заявителя, а в оставшейся части подлежат возврату из бюджета как излишне уплаченные в порядке подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 27.09.2023 по делу № А51-7783/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Стратус-ДВ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) из федерального бюджета 1 500 (одну тысячу пятьсот) рублей государственной пошлины, излишне уплаченной за подачу апелляционной жалобы по чеку-ордеру ПАО Сбербанк Приморское отделение 8635/1 74 от 09.10.2023 (операция 39).

Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

А.В. Гончарова

Судьи

Н.Н. Анисимова

С.В. Понуровская