Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-53673/2020

30 декабря 2020 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  22 декабря 2020 года.

Полный текст решения изготовлен  30 декабря 2020 года.

 

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Виноградовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гирсовой С.В.

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: ООО "Принткор" 

ответчик: ООО "СВ-ЛАЙТ" 

о признании договора недействительным и применении последствий недействительности сделки

при участии

- от истца: ФИО1 представитель по доверенности от 03.10.2020

- от ответчика: ФИО2 представитель по доверенности от 26.01.2018

установил:

Истец - ООО "Принткор" обратился в суд с иском к ответчику - ООО "СВ-ЛАЙТ" о признании договора №121-11/2017 от 24.01.2017 недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде прекращения его действия.

К участию в деле привлечен конкурсный управляющий ФИО3 (190020, Санкт-Петербург, наб. Обводного канала, д. 132-134-136, лит. БЛ, пом. 11Н, ком. 202) в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований.

Ответчик исковые требования не признает по основаниям, изложенным в отзыве.

Заслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, суд установил следующее.

Истец в исковом заявлении указывает, что 24.01.2017 между ООО «СВ-ЛАЙТ» (Ответчик) и ООО «Принткор» (Истец) был заключен договор №121-11/2017 (Договор). Предметом указанного договора является передача Ответчиком во временное владение и пользование Истцу комплекта полиграфического оборудования с правом выкупа.

Как следует из предмета договора, Ответчик обязался передать Истцу оборудование, которое находится по адресу: 

<

...> и принадлежит Ответчику на праве собственности.

Пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) установлено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Однако Ответчик на момент заключения договора, а также по сегодняшний день не являлся и не является собственником оборудования переданного Истцу.

На основании Постановления о производстве обыска (выемки) 11.03.2020 старший дознаватель ОД УМВД России по Всеволожскому району Ленинградской области ФИО4, в рамках уголовного дела№12001410018000413 произвел по адресу: 

<

...> изъятие оборудования, указанного в названом Постановлении,.

Как следует из постановления, оборудование подлежащие изъятию, расположенное по адресу: 

<

...>, принадлежит ООО «ТМ-ПРИНТ». То есть оборудование подлежало изъятию по адресу, по которому ООО «СВ-ЛАЙТ» в рамках Договора аренды (п.8.5 договора) осуществляло передачу оборудования Истцу.

При этом, дознавателем было изъято полностью все оборудование по указанному адресу, то есть, то оборудование, которое указано в Договоре аренды №121-11/2017.

Вместе с тем в момент изъятия ООО «ТМ-ПРИНТ» не сообщало дознавателю о каких-либо правах Ответчика на оборудование, что подтверждает в свою очередь только то, что Ответчик не являлся и не является собственником оборудования и ООО «ТМ-ПРИНТ» не намеренно передавать Ответчику какие-либо права.

Более того, стоит отметить то обстоятельство, что на момент заключения Договора аренды между Истцом и Ответчиком, ООО «ТМ-ПРИНТ» являлось неплатёжеспособным, о чем свидетельствует, рассматриваемое Арбитражным судом с 05.12.2016, дело №А56-84869/2016 о признании ООО «ТМ-ПРИНТ» должником (банкротом).

Как следует из отчета арбитражного управляющего, размещенного на официальном сайте ЕФРСБ, сумма требований кредиторов в общем размере составляет 127 342 654,10 руб. 

Балансовая стоимость имущества ООО «ТМ-ПРИНТ» составляет 515 829 000,00 руб. 

Таким образом, оборудование на момент заключения договора аренды являлось конкурсной массой ООО «ТМ-ПРИНТ», о чем Ответчик не мог не знать и в силу п.1 ст.3 ГК РФ обязан был поставить об этом в известно Истца, между тем Ответчик повел себя недобросовестно и сообщил Ответчику, что он является собственником оборудования и при этом обязался предать оборудование в собственность Истцу после оплаты выкупной стоимости.

Только 11.03.2020 выяснилось, что оборудование имеет статус улики в уголовном деле и Ответчик не имеет прав на оборудование, при этом противоправными действиями пытается завладеть оборудованием ООО «ТМ-ПРИНТ».

Учитывая, что договор, заключенный между Истцом и Ответчиком, являлся смешанным договором, предметом которого являлась аренда оборудования с последующим переходом права собственности к Истцу после уплаты выкупной стоимости, но, при этом, Ответчик не обладал вещными правами на оборудование, а следовательно, заведомо не мог исполнить такой договор, то таким образом, если бы Истец мог это предвидеть, договор вообще не был бы заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ, статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Истец считает, что с учетом того, что Ответчиком допущено злоупотребление правом, то в силу п.2 ст. 10 ГК РФ единственной защитой прав Истца и третьих лиц может являться признание ничтожного договора аренды с правом выкупа, недействительной сделкой и применение последствий недействительности сделки.

Ответчик против иска возражал, указывая следующее.

Если договор аренды предусматривает переход в последующем права собственности на это имущество к арендатору, к нему применяются правила договора купли-продажи (п. 3 ст. 609 ГК РФ), а, в соответствии с правилами договора купли-продажи, передаваемое имущество может быть приобретено продавцом в будущем (п. 2 ст. 455 ГК РФ).

Таким образом, Ответчик законодательно управомочен передавать в аренду имущество, на которое в момент заключения договора аренды у него нет права собственности.

Все договоры аренды, заключенные с собственниками Оборудования содержат согласие этих собственников на передачу Ответчиком Оборудования в субаренду Истцу; кроме того, все Договоры с собственниками предусматривают переход права собственности на Оборудование к Ответчику по завершении им выплат согласно графику платежей к указанным договорам, равно как право собственности на Оборудование, переданное Ответчиком Истцу по Договору, должно перейти к Истцу по завершении им выплат согласно графику платежей к Договору. 

Из всех Договоров с собственниками следует, что окончание выплат должно произойти не позже 2024 г., после чего собственником оборудования становится Ответчик. Согласно графику платежей из Договора Ответчика с Истцом, окончание выплат должно произойти 20.01.2028 г. Таким образом, в случае надлежащего исполнения Истцом своих обязательств по выплате арендных платежей к моменту последнего платежа Ответчик уже будет собственником Оборудования и сможет передать Истцу право собственности на него.

Часть Оборудования, а именно часть, переданная Ответчику ООО «ТМ-Принт» по Договору аренды оборудования с правом выкупа №А 122-8/16 от 08.12.2016, Ответчиком уже выкуплена, и является собственностью не ООО «ТМ-Принт», а собственностью Ответчика.

Изъятое согласно Постановлению о производстве обыска (выемки) от 11.03.2020 (Постановление) имущество является собственностью ООО «ТМ-Принт» лишь в части, в большинстве своем имущество принадлежит на праве собственности Ответчику, его арендодателям и другим лицам; большая часть изъятого согласно постановлению имущества вообще не относится к Договору между Ответчиком и Истцом и никакой связи с их взаимоотношениями не имеет.

Довод Истца о недобросовестности Ответчика из-за заключения Договора с Истцом в период неплатежеспособности ООО «ТМ-Принт» не может приниматься во внимание: возбуждение дела о банкротстве не является подтверждением неплатежеспособности; ООО «ТМ-Принт» было признано судом несостоятельным (банкротом) 22.12.2017, уже после заключения Договора между Истцом и Ответчиком, и именно с этой даты подтвердилась неплатежеспособность ООО «ТМ-Принт» и начала образовываться его конкурсная масса, а не на дату заключения Договора (24.01.2017).

Ответчик также обращает внимание на то, что он уже обращался в суд с целью взыскания с Истца образовавшейся задолженности по Договору (дело №А56-125488/2018). В ходе судопроизводства Истцом заявлялись аналогичные претензии в адрес Ответчика о невозможности сдачи последним в аренду имущества, которое не находится у него в собственности, однако данная позиция Истца не помешала ему заключить с Ответчиком Дополнительное соглашение к Договору от 19.05.2019 (Дополнительное соглашение к Договору), в котором Истец признал свою задолженность перед Ответчиком и обязался ежемесячно ее погашать наряду с внесением регулярных арендных платежей. Ввиду дальнейшего неисполнения Истцом обязанностей по выплате задолженности и регулярных арендных платежей Ответчик вновь обратился в суд (дело №А56-128429/2019), по результатам которого Истца обязали погасить образовавшуюся задолженность в пользу Ответчика.

Как следует из п. 5 ст. 166 ГК РФ, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. 

Рассмотрев доводы сторон, обстоятельства дела и представленные доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Свои требования истец основывает на том обстоятельстве, что на момент заключения спорного договора ответчик не являлся собственником переданного в аренду с правом выкупа имущества. Ответчик не отрицал, что на момент заключения договора он не являлся собственником имущества, пояснив, что у него, в свою очередь, были заключены договоры аренды с выкупом с собственниками этого имущества, и он рассчитывал стать собственником к моменту перехода права собственности к истцу. Все договоры аренды с собственниками имущества содержат согласие собственников на передачу имущества в субаренду истцу; в договорах содержится условие о переходе к ответчику права собственности на имущество по окончании расчетов согласно графику платежей, установленному договором. 

Согласно статье 608 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ), право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду. Арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) (статья 610 ГК РФ).

В соответствии с указанными нормами, в части передачи ответчиком имущества по спорному договору в аренду истцу не усматривается оснований для признания этого договора недействительным. 

Также следует принять во внимание, что, оспаривая действительность договора от 08.12.2016 г., истец 19.05.2019 подписал с ответчиком дополнительное соглашение к договору, в котором признал свою задолженность и обязался погашать ее. 

В соответствии с пунктом 5 статьи 166 ГК РФ, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Истец использовал имущество, заключал дополнительные соглашения к спорному договору.

Пунктом 2 статьи 455 ГК РФ предусмотрено, что договор может быть заключен на куплю-продажу товара, имеющегося в наличии у продавца в момент заключения договора, а также товара, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом или не вытекает из характера товара.

Следует принять во внимание, что информация о праве продавца на имущество, являющееся индивидуально-определенной вещью, является существенным условием договора купли-продажи, исходя из правового принципа, что никто не может передать другому больше прав, чем сам имеет. 

Следовательно, договор купли-продажи, в котором отсутствует информация о том, что продавец обязуется передать право собственности на имущество, которое у него самого возникнет в будущем, либо содержащий не соответствующее действительности указание на наличие у продавца права собственности на предмет договора на момент его заключения – как в данном случае – не может быть признан соответствующим требованиям статьи 455 ГК РФ.

11.03.2020 имущество было изъято у истца дознавателем в ходе уголовного дела № 12001410018000413, после чего истец узнал, что имущество принадлежит на праве собственности иным лицам, а у продавца право собственности отсутствовало как на момент заключения спорного договора, так и на момент изъятия имущества. 

Согласно статье 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Заблуждение предполагается достаточно существенным, если сторона введена в заблуждение в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заключая договор аренды с последующим выкупом, истец исходил из заверения продавца/ответчика, что ответчик является собственником имущества. Однако данное заверение не соответствовало действительности, тем более в отношении части имущества, в отношении которой у ответчика был лишь договор аренды (без права выкупа), что исключало возможность перехода к ответчику права собственности на эту часть имущества. 

На основании изложенного требование истца о признании договора недействительным в части условия о выкупе имущества является правомерным и обоснованным. В этой части иск подлежит удовлетворению. 

Расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на ответчика в части.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 

решил:

Признать договор №121-11/2017 от 24.01.2017, заключенный между ООО «СВ-ЛАЙТ» (ОГРН 

<

***>) и ООО «Принткор» (ОГРН 

<

***>), недействительным в части условия о последующем выкупе имущества.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО «СВ-ЛАЙТ» (ОГРН 

<

***>) в пользу  ООО «Принткор» (ОГРН 

<

***>) 3 000,00 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

 

Судья                                                                                        Виноградова Л.В.