АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-8278/2021

г. Краснодар

26 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  26 декабря 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Калашниковой М.Г. и Посаженникова М.В., при участии в судебном заседании от публичного акционерного общества «Банк ВТБ» – ФИО1  (доверенность от 02.10.2023), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу ФИО2 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2023 по делу № А32-8278/2021 (Ф08-13243/2023), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник) Арбитражным судом Краснодарского края рассмотрен отчет о результатах реализации имущества гражданина и ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Определением суда от 06.07.2023 принят отчет финансового управляющего о результатах проведения реализации имущества должника; процедура реализации имущества гражданина завершена; должник освобожден от исполнения требований кредиторов, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2022 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Постановлением апелляционного суда от 23.10.2023 определение суда от 06.07.2023 отменено в части применения к должнику освобождения от исполнения обязательств перед ПАО «Банк ВТБ» (далее – банк)  по кредитному договору № 

<

***> в размере 861 459 рублей 10 копеек; к должнику не применено освобождение от исполнения обязательств перед банком по кредитному договору № 

<

***> в размере 861 459 рублей 10 копеек; в остальной части определение суда от 06.07.2023 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе должник просит отменить постановление апелляционного суда и принять новый судебный акт об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед банком. По мнению заявителя жалобы, выводы апелляционного суда о сокрытии должником своего имущества не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Должник в процедуре реализации имущества вел себя добросовестно, активно участвовал и не воспрепятствовал реализации выявленного у него имущества.

В судебном заседании представитель банка просил в удовлетворении жалобы отказать.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, должник обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом). Решением суда от 13.04.2021 должник  признан несостоятельным (банкротом), введена реализация имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3

По результатам проведения мероприятий, предусмотренных процедурой реализации имущества, финансовый управляющий представил в арбитражный суд отчет и ходатайство о завершении процедуры реализации имущества, в связи с тем, что все мероприятия в рамках процедуры реализации имущества им выполнены.

Суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества гражданина и освободил должника от исполнения требований кредиторов, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд не согласился с выводом суда первой инстанции в части освобождения должника от исполнения требований перед банком. При этом апелляционный суд обоснованно руководствовался следующим. 

 В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее  освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 данной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в том числе случае, если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Из приведенных норм права и разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

По результатам исследования и оценки имеющихся в деле доказательств, осуществленных по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд установил, что банк и должник заключили кредитный договор № 

<

***> на сумму 861 459 рублей 10 копеек для приобретения автотранспортного средства, а заемщик обязался вернуть вышеуказанный кредит. В обеспечение исполнения обязательств по данному кредитному договору должник предоставил в залог транспортное средство FORD Kuga, VIN 

<

***>, год выпуска 2016, номер двигателя ? GG43309. 

Определением суда от 27.07.2021 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование банка по кредитному договору № 

<

***> в размере 861 459 рублей 10 копеек, как обеспеченные залогом имущества должника; в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование банка по кредитным договорам №№ 625/0055-0468872, 625/0055-0498875, 633/005-0442382 на сумму 1 855 841 рублей 69 копеек.

Определением суда от 23.06.2022 внесены изменения в реестр требований кредиторов должника путем изменения статуса кредитора – банка; его требования в реестре требований кредиторов должника по кредитному договору № 

<

***> в размере 861 459 рублей 10 копеек учтены как не обеспеченные залогом имущества должника, поскольку транспортное средство (FORD Kuga) по состоянию на 26.10.2021 за должником не зарегистрировано, что подтверждается ответом ГУ МВД России по Краснодарскому краю № 3/216105012057.

Должник, заключив с банком кредитный договор с условием о залоге транспортного средства, 25.09.2020 произвел отчуждение предмета залога. Указанные действия должника воспрепятствовали в погашении задолженности банку.

Согласно статье 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Предоставляя кредит должнику и определяя условия его предоставления, банк  исходил из факта его обеспечения высоколиквидным имуществом должника и возможности погасить задолженность либо ее существенную часть за счет переданного в залог имущества. 

Апелляционный суд отметил, что предоставление указанного залога повлияло на решение банка о предоставлении кредита и на условия такого предоставления, при предоставлении кредита и принятии имущества в залог банк действовал добросовестно, рассчитывая на участие в определении порядка и условий продажи залогового имущества и удовлетворение своих требований за счет его стоимости в случае неисполнения должником своих обязательств по кредитному договору.

В рассматриваемом случае спорное транспортное средство являлось предметом залога, обеспечивало обязательства должника перед банком по кредитному договору, в связи с чем банк рассчитывал на приоритетное удовлетворение своих требований за счет данного имущества.

Вместе с тем должник не представил доказательства, что залоговый кредитор дал согласие на отчуждение транспортного средства, являющегося предметом залога, как и использования денежных средств от реализации транспортного средства для погашения требований залогового кредитора.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что действия должника по отчуждению предмета залога, повлекшие невозможность погашения требований кредиторов за счет предмета залога, являются недобросовестным поведением при исполнении должником своих обязательств перед банком, что является основанием для отказа в освобождении должника от исполнения обязательств перед банком по кредитному договору № 

<

***> в размере 861 459 рублей 10 копеек.

Завершение процедуры реализации имущества должника не сводится к автоматическому освобождению должника от обязательств перед его кредиторами.

В силу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами.

Апелляционный суд отметил, что в рассматриваемом случае требования залогового кредитора (банка) в установленном Законом порядке в рамках дела о банкротстве не погашены вследствие неправомерных действий должника по отчуждению автомобиля, находящегося в залоге у банка, без согласия залогодержателя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 343 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, залогодатель или залогодержатель в зависимости от того у кого из них находится заложенное имущество обязан: не совершать действия, которые могут повлечь утрату заложенного имущества или уменьшение его стоимости, и принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности заложенного имущества; принимать меры, необходимые для защиты заложенного имущества от посягательств и требований со стороны третьих лиц; немедленно уведомлять другую сторону о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества, о притязаниях третьих лиц на это имущество, о нарушениях третьими лицами прав на это имущество.

Должник как лицо, заинтересованное в уплате долга кредитору, должен был предпринять все возможные меры для сохранения имущества, являющегося предметом залога, поскольку за счет его реализации могли быть погашены требования указанного кредитора.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что отчуждение должником предмета залога привело к невозможности формирования конкурсной массы и, как следствие, к невозможности удовлетворения требований залогового кредитора.

Доказательства того, что денежные средства, полученные от продажи предмета залога, были получены должником и направлены на погашение требований банка, в материалы дела не представлены.

В рассматриваемом случае факт реализации должником предмета залога подтверждается материалами дела. При этом, отчуждая предоставленное в залог имущество, должник не уведомил банк об указанных обстоятельствах, не получил его разрешение и не представил иное обеспечение своего обязательства.

Вышеуказанное поведение должника в период исполнения обязательства не отвечает критерию добросовестности и не может быть признано правомерным, поскольку направлено на причинение ущерба кредитору (банку), который был вправе рассчитывать на удовлетворение своих требований за счет реализации предмета залога, в то время как именно недобросовестное поведение должника привело к невозможности реализовать спорное транспортное средство в процедуре банкротства.

То обстоятельство, что переход права на транспортное средство к третьему лицу не лишило банк права обратить взыскание на предмет залога, не опровергает наличие в действиях должника признаков недобросовестности при исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве.

Право банка как залогодержателя обратиться с требованием к новому собственнику об обращении взыскания на предмет залога не создают для должника правовой основы для отчуждения имущества, являющегося предметом залога, без согласия залогодержателя, в ином случае залог утрачивает функцию гарантирования исполнения обязательств перед кредитором, на что разумно рассчитывал банк при вступлении в правоотношения с должником. Наличие права на обращение взыскания на залог, находящийся у третьего лица, не свидетельствует само по себе о наличии у банка реальной возможности погасить требования за счет заложенного имущества и не имеет в рассматриваемом случае правового значения при оценке действий должника с точки зрения их соответствия положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не исключает основания для применения пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

При указанных обстоятельствах апелляционный суд пришел к верному выводу о том, что действия должника по реализации предмета залога в отсутствие согласия залогодержателя и ненаправлению вырученных от продажи предмета залога средств на исполнение обязательств перед банком являются умышленным уклонением от погашения кредиторской задолженности, а также сокрытием принадлежащего должнику имущества, за счет которого банк мог получить удовлетворение требований преимущественно перед иными кредиторами, что свидетельствует о недобросовестности поведения должника.

Поскольку отчуждение предмета залога, повлекшее невозможность получения банком соответствующего возмещения за счет залогового имущества, является основанием для неприменения к должнику правил об освобождении от обязательств, суд апелляционной инстанции правомерно указал на отсутствие оснований для освобождения должника от исполнения обязательств перед банком по кредитному договору.

Выводы апелляционного суда соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Оспаривая судебный акт, заявитель жалобы документально не опроверг правильности выводов апелляционного суда. Доводы кассационной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суд оценил с соблюдением норм главы 7 Кодекса.  Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2023 по делу № А32-8278/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                               Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                              М.Г. Калашникова

                                                                                                                         М.В. Посаженников