ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

11.11.2022

 

Дело № А41-15105/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена   03.11.2022

Полный текст постановления изготовлен  11.11.2022

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Ю.Е. Холодковой,  

судей: Н.Н. Тарасова, В.З. Уддиной 

при участии в заседании: 

от ФИО1 – представитель ФИО2 по доверенности от 07.07.2022,

конкурсный управляющий ООО «Грин Таун» - лично ФИО3, лично

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Московской области от 11.04.2022,постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2022,по жалобе ФИО1 на бездействие конкурсногоуправляющего должником ФИО3, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Грин Таун»

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 09.04.2019 по делу № А41-15105/18 ООО «Грин Таун» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства,  конкурсным управляющим назначен ФИО3.

ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Московской области с жалобой на бездействие конкурсного управляющего ФИО3

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.04.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2022, отказал в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Московской области от 11.04.2022, постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2022, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении жалобы на бездействие конкурсного управляющего должником ФИО3

В обоснование доводов кассационной жалобы кассатор указывает, что судом неверно истолкованы нормы п.6 ст.138 Закона о банкротстве, указывает на нарушение арбитражным управляющим очередности удовлетворения требований кредиторов, указывает на ошибочность выводов судов об отнесении выплаты, начисляемой на реестровые требования, к текущим платежам, указывает на противоречие выводов суда представленным в материалы дела доказательствам, в частности в части указания суммы, перечисленной залоговому кредитору, указывает, что суды не рассмотрели и не дали оценку требованиям заявителя об обязании арбитражного управляющего выплатить компенсацию в порядке ст.236 ТК РФ. 

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

От ГК «АСВ» к/у АО «РМБ» Банк и конкурсного управляющего должником ФИО3 поступили отзывы на кассационную жалобу, которые в порядке ст.279 АПК РФ приобщены к материалам дела. Согласно доводам отзывов возражают против удовлетворения кассационной жалобы.

Письменные пояснения кассатора в соответствии с положениями п. 29 Постановления Пленума ВС РФ N 13 приобщаются в части изложенных ранее доводов кассационной жалобы и обоснований. Новые доводы, не приводимые заявителем в установленный законом срок, судом кассационной инстанции не учитываются.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержала доводы кассационной жалобы.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Грин Таун» возражал по доводам кассационной жалобы при этом пояснил, что не отказывается выплачивать проценты в порядке ст. 236 ТК РФ.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителя заявителя, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Судом первой инстанции установлено, что сумма реализации объекта недвижимости в рамках настоящего дела составила 455 000 000 руб. С учетом норм действующего законодательства, распределение денежных средств должно производиться после учета расходов на проведение торгов, которые составили услуги оценщика - 180 000 руб., услуги организатора торгов - 13 611 572 руб. 40 коп., публикации в газете «Коммерсант» - 123 100 руб.

Судом первой инстанции установлено, что оставшаяся сумма 441 085 327 руб. 60 коп. распределена следующим образом: на удовлетворение судебных расходов, расходов управляющего и его вознаграждения (5% от суммы реализации) - 22 054 266 руб. 38 коп. (израсходовано 21 058 948 руб. 54 коп., остаток 995 317 руб. 84 коп.), на удовлетворение требований 2-й очереди (15% от суммы реализации) - 66 162 799 руб. 14 коп. (израсходовано 65 675 308 руб. 10 коп., остаток 487 491 руб. 04 коп.), на удовлетворение требований залогового кредитора (80% от суммы реализации) - 352 868 262 руб. 08 коп. (израсходовано 352 868 262 руб. 08 коп., были перечислены залоговому кредитору в полном объёме).

Судом первой инстанции установлено, что на счёте должника имеются нераспределенные денежные средства, которые могут быть направлены на погашение требований кредиторов второй очереди реестра и на расходы конкурсного управляющего.

Суд первой инстанции, проверяя и отклоняя доводы заявителя жалобы о  нарушении ее прав тем фактом, что компенсация по статье 236 ТК РФ не погашена, в то время как залоговый кредитор получил денежные средства и о  нарушении очередности удовлетворения требований, исходил из ошибочности отнесения своих требований к 2-й очереди реестровых требований, в то время как требования залогового кредитора относятся к 3 -й очереди требований.

Судом первой инстанции установлено, что требования ФИО1, включенные в реестр требований кредиторов, были погашены в полном объёме, остальные требования (компенсация согласно статье 236 ТК РФ) являются текущими.

Судом первой инстанции установлено, что единственное поступление в конкурсную массу было в размере 797 015 руб. 08 коп. от взыскания по оспоренной сделке. Данная сумма в настоящий момент не распределена, так как процедура конкурсного производства не завершена.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что в нарушение указанной нормы права подателем жалобы не представлены доказательства, подтверждающие доводы о нарушении конкурсным управляющим требований Закона о банкротстве, а также разумности и добросовестности, которые привели к нарушению прав и интересов подателя жалобы.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, указал, что доводы ФИО1 основаны на неверном толковании норм права о правилах распределения денежных средств, полученных от реализации залогового имущества, поскольку законодательство не содержит условий по срокам распределения денежных средств, а значит в настоящий момент, с учетом наличия остатка на счете, права кредиторов не нарушены.

Между тем, принимая обжалуемые судебные акты, судами не было учтено следующее.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Статья 60 Закона о банкротстве предоставляет кредиторам, представителю учредителей (участников) должника и иным лицам право обратиться в арбитражный суд с жалобой о нарушении их прав и законных интересов действиями (бездействием) арбитражного управляющего.

Как указал Верховный суд РФ в Определении от 24 августа 2020 г. N 305-ЭС19-17553, оценка действий (бездействия) конкурсного управляющего на предмет законности не может ставиться в зависимость от осуществления конкурсным кредитором предоставленных ему прав.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.09.2017 N 4-КГ17-48 следует, что процедуры банкротства носят публично-правовой характер, они направлены на защиту публичного порядка, равно как и интересов кредиторов должника.

Арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую данным законом профессиональную деятельность, занимаясь частной практикой; при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (пункт 1 статьи 20, пункт 4 статьи 20.3, пункт 1 статьи 20.4 Закона о банкротстве). Конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником антикризисных отношений, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства.

Законодательство о банкротстве, определяя круг обязанностей конкурсного управляющего, не допускает возможность принятия им произвольных и немотивированных управленческих решений по требованиям кредиторов. Независимый характер деятельности арбитражного управляющего (абзац второй пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве) не предполагает наличие у него самостоятельного интереса в исходе дела о банкротстве.

Управляющий действует в интересах гражданского правового сообщества, объединяющего кредиторов, и должника. Поэтому в подготавливаемых процессуальных документах он не вправе отражать личную позицию о законности требования того или иного кредитора, не имеющую под собой разумного обоснования. Равным образом управляющий не может отказаться от представления мотивированного отзыва - от оценки требования кредитора. При ином подходе (сообщение суду явно недостоверных сведений управляющим, умолчание о существенных обстоятельствах), помимо прочего, возрастает вероятность судебных ошибок, подлежащих исправлению вышестоящими судами.

Разрешая вопрос о том, соотносились ли действия управляющего с принципом добросовестности, следует принимать во внимание разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации". По смыслу указанных разъяснений, несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов, а не отдельных лиц.

Статьей 11 Конвенции Международной организации труда относительно защиты заработной платы (Конвенция N 95), принятой в городе Женеве 01.07.1949, и статьей 5 Конвенции Международной организации труда о защите требований трудящихся в случае неплатежеспособности предпринимателя (Конвенция N 173), принятой в городе Женеве 23.06.1992, предусмотрена защита требований трудящихся, вытекающих из трудовых отношений, на случай неплатежеспособности предприятия посредством установления привилегий.

Соответствующие привилегии закреплены в законодательстве Российской Федерации, в частности, в пунктах 2 и 4 статьи 134 Закона о банкротстве, которыми требования об оплате труда и выплате выходных пособий отнесены ко второй очереди удовлетворения.

При этом согласно Закону о банкротстве на реестровые требования работников по основному долгу не распространяются положения о компенсации потерь, вызванных просрочкой исполнения, через механизм начисления мораторных процентов (пункт 4 статьи 63, пункт 2 статьи 81, абзац четвертый пункта 2 статьи 95 и пункт 2.1 статьи 126 Закона о банкротстве).

Вместо этого в силу привилегированного положения трудящихся федеральный законодатель в пункте 1 статьи 136 Закона о банкротстве установил особые правила о компенсациях, причитающихся работникам в связи с нарушением установленных трудовым законодательством сроков выплат: на требования работников по основному долгу начисляются проценты в соответствии с трудовым законодательством, которые удовлетворяются в составе требований кредиторов второй очереди.

Размер указанных процентов определен статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

По смыслу статьи 136 Закона о банкротстве и статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации для получения процентов (денежной компенсации) не требуется ни предварительного письменного обращения работников к конкурсному управляющему как к представителю работодателя, ни предъявления ими соответствующих требований в порядке статей 71 или 100 Закона о банкротстве. Судебный акт о начислении суммы процентов не выносится, в реестр требований кредиторов они не включаются. Эти суммы исчисляются самим арбитражным управляющим при расчетах с кредиторами и погашаются им одновременно с погашением основных требований работников до расчетов с реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

В таком же порядке исчисляются и погашаются в составе текущих требований кредиторов второй очереди удовлетворения проценты, предусмотренные статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, за задержку выплаты текущей заработной платы и других текущих платежей, причитающихся работникам (пункт 2 статьи 134, пункт 1 статьи 136 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из абзаца 5 пункта 13.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", действуя добросовестно и разумно, конкурсный управляющий обязан приступать к выплате собственного вознаграждения в виде процентов только после погашения иных видов текущих платежей.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.06.2018 N 306-ЭС16-14132(3) по делу N А55-31819/2009 и ошибочно не учитывалась судами при рассмотрении настоящего спора.

Судом округа принимаются во внимание доводы кассатора о том, что судами не дана оценка доводам о том, что согласно отчету арбитражного управляющего он выплатил себе весь объем вознаграждения, а компенсацию работникам в соответствии со ст.236 ТК РФ не исчислил.

В силу залога залогодержатель имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя). Помимо стоимости самого предмета залога залогодержатель также в приоритетном порядке вправе удовлетворить свои требования за счет доходов от использования заложенного имущества третьими лицами или за счет иных источников, непосредственно связанных с предметом залога или заменяющих его (пп. 1 и 2 ст. 334 ГК РФ).

По общему правилу, залог, помимо прочего, обеспечивает возмещение необходимых расходов залогодержателя на содержание предмета залога и связанных с обращением взыскания на предмет залога и его реализацией расходов (ст. 337 ГК РФ).

При реализации имущества должника-банкрота расходы на обеспечение сохранности предмета залога и реализацию его на торгах покрываются за счет средств, поступивших от реализации предмета залога, до расходования этих средств на иные цели (п. 6 ст. 138 Закона о банкротстве).

Содержание и смысл данной нормы в совокупности с прочими положениями ст. 134, 138 Закона о банкротстве, регулирующими очередность удовлетворения требований кредиторов должника-банкрота, указывают на то, что в банкротстве за залоговым кредитором безусловно сохраняется его право преимущественного удовлетворения своих требований перед другими кредиторами, однако реализуется оно в несколько усеченном виде по сравнению с внебанкротными процедурами. Так, часть денежных средств, вырученных от реализации предмета залога, может направляться на погашение требований незалоговых кредиторов (кредиторов первой и второй очередей). Из этих же средств в установленном размере гасятся судебные расходы и расходы по выплате вознаграждения арбитражным управляющим и оплаты услуг привлеченных ими лиц (пп. 1, 2 ст. 138 Закона о банкротстве).

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2021 N 305-ЭС20-20287 по делу N А40-48943/2015.

В силу пункта 1 статьи 334 ГК РФ, требования залогового кредитора в части, обеспеченной залогом, погашаются в приоритетном порядке перед остальными кредиторами, за изъятиями, установленными законом.

Как следует из статьи 131 Закона о банкротстве, после открытия конкурсного производства заложенное имущество включается в конкурсную массу.

При этом, в соответствии с положениями пункта 2 статьи 138 Закона о банкротстве 80 процентов средств, вырученных от реализации предмета залога, гарантированно направляется на погашение требований кредитора по кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника (в пределах непогашенных сумм кредита и процентов за пользование кредитом).

Оставшиеся 20 процентов резервируются на специальном банковском счете должника для погашения требований кредиторов первой и второй очереди (независимо от момента возникновения указанных требований) на случай недостаточности иного имущества должника для проведения расчетов по этим требованиям (15 процентов средств), а также в целях погашения названных в Законе о банкротстве видов текущих платежей (5 процентов средств).

Суд округа принимает во внимание доводы кассатора о том, что выводы суда об удовлетворении требований залогового кредитора в размере 352 868 262,08 руб. не содержат ссылки на представленные в материале дела доказательства. Судом апелляционной инстанции также не дана оценка ссылкам заявителя на противоречие указанной суммы в размере 352 868 262,08 руб. данным изложенным в отчете арбитражного управляющего.

Суд округа соглашается с доводами кассатора о том, что распределению подлежит сумма 455 000 000 руб., а не 441 085 327,60 руб. за вычетом изначально расходов на проведение торгов, в связи с чем, основанные на данном обстоятельстве выводы судов являются преждевременными.

Устные пояснения управляющего о готовности выплатить мораторные проценты не могут свидетельствовать об обоснованности судебных актов, управляющий не представлял свою позицию с подтверждающими документами в судах первой инстанции.

При таких обстоятельствах судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что в соответствии с частью 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанные судебные акты подлежат отмене. 

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, предложить сторонам представить дополнительные доказательства в части обоснования своих позиций, применить правовой подход , изложенный в Определении от 21.06.2018 № 306-ЭС16-14132, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

руководствуясь статьями 176, 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 11.04.2022,постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2022 по  делу № А41-15105/2018 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

          Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судьяЮ.Е. Холодкова

 

Судьи:Н.Н. Тарасов  

В.З. Уддина