АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ 

Дело № А27-10185/2024 

Р Е Ш Е Н И Е

 именем Российской Федерации 

25 сентября 2025 г. г. Кемерово 

Резолютивная часть решения объявлена 11 сентября 2025 г., решение в полном объеме изготовлено 25 сентября 2025 г.  

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Гисич С.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Булочниковой А.А.,  

рассмотрев в судебном заседании при участии 

от истца – ФИО1 по доверенности от 01.01.2025, от ответчика – ФИО2 по доверенности № 1427/25 от 27.07.2025  

ООО «Стальной канат» – представитель ФИО3 по доверенности от 02.09.2024,  

дело по иску акционерного общества «Кемеровоспецстрой» (г. Кемерово, ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (г. Москва, ИНН 

<

***>) о взыскании суммы страхового возмещения,  

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Дельтализинг» (г. Владивосток, ИНН 

<

***>); общество с ограниченной ответственностью «Строительное управление № 7» (г. Кемерово, ИНН 

<

***>); общество с ограниченной ответственностью «Стальной канат» (г. Москва, ИНН 

<

***>); ФИО4 (Кемеровская область – Кузбасс, п. Новостройка, ДД.ММ.ГГГГ г.р.), индивидуальный предприниматель ФИО5 (г. Москва, ИНН: 

<

***>),  

у с т а н о в и л:

акционерное общество «Кемеровоспецстрой» обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» о взыскании суммы страхового возмещения по договору страхования специальной техники № 4522 MS 0090 от 29.08.2022 в размере 14 682 717 руб. 51 коп. (с учетом уточнений) – сумма фактических затрат на восстановление имущества.  

В обоснование заявленных требований истец указывает на то, что ответчик необоснованно отказал в перечислении страхового возмещения.  

Ответчик с требованиями истца не согласился, считает, что заявленное событие не является страховым случаем. По поручению ответчика ООО «ЭКЦ «Независимость» подготовлено заключение специалиста № 27-07-10/23 от 05.10.2023, которым установлено что, заявленное событие произошло в результате провала задней левой выносной опоры в асфальтобетонное покрытие дорожного полотна рабочей площадки. Единственно возможной причиной произошедшего провала задней левой опоры автокрана является недостаточная несущая способность асфальтобетонного основания и грунта под ним. Организационной причиной повреждения стрелового самоходного крана послужило неквалифицированные действия должностных лиц, связанные с выбором рабочей площадки и установкой выносных опор автокрана на поверхность, не имеющую достаточные прочностные характеристики.  

В соответствии с подпунктом «в» пункта 4.1.3 Правил страхования, имущество, указанное в договоре страхования, не является застрахованным на случай его утраты,  

гибели, повреждения, произошедших вследствие нарушения лицом, использующим застрахованное имущество, техники безопасности, предусмотренной инструкцией по эксплуатации соответствующей специальной техники, действующим законодательством, внутренними документами Страхователя.  

При этом возможность применения вышеуказанного исключения из страхового покрытия не ставится в зависимость от наличия или отсутствия в действиях должностных лиц умысла на причинение ущерба застрахованному имуществу.  

Поскольку материалами дела подтверждается, что заявленное событие произошло вследствие допущенных лицом, эксплуатирующим застрахованное имущество, нарушений по эксплуатации застрахованного имущества при производстве работ, оно не относится к страховым случаям, наступление которых влечет обязательства страховщика по выплате страхового возмещения.  

ООО «Строительное управление № 7» не проводило исследование прочностных характеристик площадки до начала погрузочно-разгрузочных работ. Действия страхователя способствовали наступлению страхового случая. Истец является профессиональным участником в области эксплуатации специальной техники, следовательно, должен и обязан был осознавать последствия своих действий при игнорировании установленных правил.  

После проведенной судебной экспертизы ответчик указал, что согласно выводам экспертов при эксплуатации поврежденного самоходного крана были допущены множественные нарушения требований Руководства по эксплуатации, Правил безопасности опасных производственных объектов и т.д. Кроме того, экспертами установлено наличие причинно-следственной связи между допущенными нарушениями и опрокидыванием самоходного крана.  

Истец указал, что в соответствии с пунктом 3.3. Правил страхования при заключении договора страхования на условии "С ответственностью за поименованные риски" договором страхования могут предусматриваться страховые выплаты при наступлении страховых случаев по следующим рискам: подпункт «г» пункт 3.3.1.1. Правил страхования - гибель или повреждение застрахованного имущества (специальной техники, а также дополнительного оборудования, если оно застраховано) в результате просадки грунта, провала дорог или мостов, обвала тоннелей.  

В договоре страхования № 4522 MS 0090 от 29.08.2022 подпункт «г» пункта 3.3.1.1 Правил страхования указан в качестве страхового риска.  

Таким образом, событие, в ходе которого имущество подверглось повреждению в результате просадки грунта, является страховым случаем.  

С учетом совокупности доказательств (документов от ООО «Строительное управление № 7») и обстоятельств (до спорного события неоднократно были аналогичные разгрузки балок) у истца (его контрагента) оснований усомниться в несущей способности грунта не имелось (пункт 2.4.2.2 «Давление опор на грунт» Руководства по эксплуатации «Стрелового самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V»).  

Актом технического расследования от 04.09.2023 не установлено нарушение норм охраны труда или правил техники безопасности лицами, производившими погрузочно-разгрузочные работы, а в качестве единственной причины произошедшего события комиссией установлено - разрушение асфальтобетонного покрытия под левой задней опорой крана. Лица, ответственные за допущенные нарушения, комиссией не установлены. Вышеуказанный акт технического расследования ответчиком не оспаривался. Истец и ООО «Строительное управление № 7» не привлекались Ростехнадзором к административной ответственности за нарушение техники безопасности при производстве работ.  

При таких обстоятельствах подпункт «в» пункта 4.1.3 Правил страхования к настоящему событию не применим, т.к. нарушение техники безопасности со стороны лиц, производящих работы, отсутствовало.  

С учетом положений абзаца второго пункта 1 статьи 963 ГК РФ, поскольку, повреждение (гибель) застрахованного имущества в результате нарушения страхователем правил техники безопасности, правил эксплуатации, правил дорожного движения и т.п. вследствие грубой неосторожности при отсутствии умысла может быть основанием освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения исключительно в случаях, предусмотренных законом, то включение в Правила страхования условия о том, что нарушения соответствующих правил в любом случае, т.е. вне зависимости от формы вины страхователя, не составляют застрахованного риска, не являются страховыми случаями и освобождают страховщика от выплаты страхового возмещения, прямо противоречит указанному в абзаце втором пункта 1 статьи 963 ГК РФ императивному регулированию правоотношений из договора имущественного страхования.  

В этой связи условия, указанные в Правилах страхования, по отношению к случаям повреждения застрахованного имущества вследствие грубой неосторожности страхователя не могут быть расценены иначе чем как ничтожные.  

Машинист крана не мог предвидеть, что предоставленная площадка будет содержать дефект, приведший к провалу опоры крана. Ответчик не предоставил каких-либо данных, которые могут свидетельствовать об умысле машиниста крана в повреждении застрахованного имущества. Машинист крана при должной степени заботливости и осмотрительности не мог предвидеть наступление указанного события и предотвратить его.  

Учитывая, что сформулированные в Правилах страхования оговорки об исключении из страхового покрытия связаны с действиями самого страхователя и установлении его вины, под видом исключения из перечня страховых случаев в данном деле согласованы дополнительные основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.  

В рассматриваемом деле судом не установлено, что спорное событие наступило вследствие умысла страхователя. Напротив, материалы дела, в том числе судебное экспертное заключение, свидетельствуют о том, что произошедшее событие стало следствием совокупности обстоятельств, а именно: недостаточной несущей способности грунта, нарушения крановщиком правил эксплуатации крана.  

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Дельтализинг», ООО «Строительное управление № 7», ООО «Стальной канат», ФИО4, ИП ФИО5.  

От ООО «ДельтаЛизинг» поступили пояснения о том, что в данном случае страхователем является лизингополучатель; лизингодатель передал право собственности лизингополучателю 26.01.2024. Просит рассмотреть дело в отсутствие своего представителя; вопрос удовлетворения иска оставило на усмотрение суда.  

От ООО «Строительное управление № 7» поступили пояснения, согласно которым машинист ФИО4, который управлял автокраном в день инцидента, имеет достаточный опыт работы, прошел повышение квалификации в учебном центре. Он неоднократно производил погрузочно-разгрузочные работы на данной площадке, в связи с чем был уверен в надежности несущей способности грунта. ООО «Строительное управление № 7» не нарушало требований техники безопасности при эксплуатации строительного крана и не должно было проводить исследование прочностных характеристик площадки на объекте. Умысел на причинение ущерба или грубая неосторожность отсутствовали.  

ООО «Стальной канат» представило пояснения, согласно которым оно не имеет отношение к погрузочно-разгрузочным работам. Выгрузка балок производилась силами ООО «Строительное управление № 7».  

ИП ФИО5 представил отзыв, согласно которому к нему, как к собственнику земельного участка, каких-либо вопросов, касающихся его разрешенного  

использования, характеристик грунта или иных вопросов от лиц, участвующих в деле, не поступало.  

ООО «Стальной канат» и ИП ФИО5 после судебной экспертизы представили пояснения, в которых указано на то, что экспертами даны пояснения в ходе их допроса, которые противоречат изложенным ими выводам в заключении по вопросам 1 и 2, следовательно, ответы на указанные вопросы являются недостоверными. Более подробно возражения указаны в письменных пояснениях.  

В судебном заседании был допрошен эксперт; представители сторон и ООО «Стальной канат» на ранее заявленных доводах настаивали. Представители сторон судебное заключение не оспорили.  

Иные третьи лица явку в судебное заседание не обеспечили. Уведомлены о проведении судебного разбирательства в соответствии со статьями 121-123 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ).  

В порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся лиц.  

Из материалов дела следует, что 29.08.2022 между ООО «Кемеровоспецстрой» (Страхователь, Лизингополучатель) и АО «СОГАЗ» заключен договор страхования специальной техники № 4522 MS 0090 от 29.08.2022 (Договор страхования) на условиях, изложенных в Полисе, а также в Правилах страхования спецтехники в редакции от 15.07.2015 (далее – Правила страхования).  

Договором страхования установлено, что Лизингодателем является ООО «ЛК «Сименс Финанс» (пункт 3 Договора страхования). Застрахованным имуществом по Договору страхования является автокран ZOOMLION ZAT2000V VIN 

<

***> (далее – Застрахованное имущество, автокран).  

Страховая стоимость и страховая сумма на 1-й год страхования составляет 69 846 325,45 рублей, 2-й год – 55 877 060,80 рублей.  

В соответствии с пунктом 6 договора страхования лицами, допущенными к управлению имуществом, является любое лицо, допущенное к управлению на законных основаниях.  

На основании договора аренды техники № 22-09-06 от 01.09.2022 имущество передано истцом в пользование ООО «Строительное управление № 7».  

ООО «Строительное управление № 7» (клиент) в целях разгрузки железобетонных балок, поставляемых последнему железнодорожным транспортом, заключило с ООО «Стальной канат» (исполнитель) договор на оказание услуг от 05.07.2022 № 35-07/2022, в соответствии с которым исполнитель оказывает услуги клиенту по приему груженых ж/д платформ на реквизиты исполнителя, раскредитовку, и возврату порожних ж/д платформ перевозчику.  

В свою очередь, ООО «Стальной канат» получило от ИП ФИО5 в аренду земельный участок, расположенный по адресу: 

<

...> по договору аренды от 29.12.2022 № 9.  

23.08.2023 по адресу 

<

...> произошло событие – опрокидывание Застрахованного имущества, в результате чего оно получило механические повреждения.  

Разгрузочные работы с использованием застрахованного имущества производило ООО «Строительное управление № 7».  

Истец уведомил АО «СОГАЗ» о наступлении события, имеющего признаки страхового случая.  

17.01.2024, рассмотрев представленные истцом документы, АО «СОГАЗ» направило в адрес истца уведомление об отказе в признании заявленного события страховым случаем.  

В претензии от 11.03.2024 истец указал, что заявленный случай является страховым и необходимо произвести страховую выплату в размере 33 198 174 руб. 27 коп., представил экспертное заключение от 06.03.2024 № 243/24.  

В ответе от 26.03.2024 ответчик повторно отказал в выплате страхового возмещения.  

Истец, посчитав отказ незаконным, обратился в суд с настоящим иском. 

Оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные доказательства и фактические обстоятельства дела в их совокупности и взаимосвязи, суд руководствуется следующим.  

В силу ст. ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.  

Как следует из нормы статьи 3 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее – Закон № 4051-1), целью организации страхового дела является обеспечение защиты имущественных интересов физических и юридических лиц, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований при наступлении страховых случаев.  

Пунктом 1 статьи 929 ГК РФ предусмотрено, что по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).  

Согласно пункту 1 статьи 942 ГК РФ при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение, в том числе о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).  

В статье 9 Закона № 4051-1 страхового дела закреплены условия, при наступлении которых страхователь вправе претендовать на получение предусмотренной договором выплаты (страхового возмещения). Так, страховым риском признается предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.  

Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам (пункты 1, 2 статьи 9 Закона № 4015-1).  

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).  

Учитывая положения указанных выше норм, при заключении договора страхования стороны должны достичь соглашения по ряду вопросов, в том числе: какие события будут являться страховыми случаями; особенности квалификации таких событий в качестве страхового случая; порядок выплаты страхового возмещения при наступлении страхового случая.  

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (статья 431 Гражданского кодекса).  

При этом согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской  

Федерации о заключении и толковании договора", по смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, страховщик по договору страхования и т.п.).  

Как следует из материалов дела, в заключенном между сторонами договоре страхования определены существенные условия, включая перечень страховых случаев, от наступления которых в своем интересе истцом и приобретался полис.  

Из пункта 7.1. договора страхования следует, что страховым случаем являются: гибель или повреждение застрахованного имущества (специальной техники, а также дополнительного оборудования, если оно застраховано) в результате: (п.3.3.1.1.б Правил); (п.3.3.1.1.в Правил); (п.3.3.1.1.г Правил); (п.3.3.1.1.д Правил); (п.3.3.1.1.е Правил); (п.3.3.1.1.ж Правил); (п.3.3.1.1.э Правил); (п.3.3.1.1.и Правил); (п.3.3.1.1.к Правил); (п.3.3.1.1.л Правил); (п.3.3.1.1.р Правил). 2. хищение установленных на специальной технике отдельных частей, деталей, узлов, агрегатов, а также дополнительного оборудования (п.3.3.1.2. Правил) 3. Кража, грабеж, разбой или угон застрахованной специальной техники (п.3.3.2. Правил).  

Иных уточнений, позволяющих ограничить возможность признания страховым случаем договор страхования не содержит.  

В подпункте «г» пункт 3.3.1.1. Правил страхования предусмотрено, что при заключении договора страхования на условии "С ответственностью за поименованные риски" договором страхования могут предусматриваться страховые выплаты при наступлении страховых случаев по риску "Ущерб": гибель или повреждение застрахованного имущества (специальной техники, а также дополнительного оборудования, если оно застраховано) в результате просадки грунта, провала дорог или мостов, обвала тоннелей.  

Подпункт «ж» предусматривает - обрушения, падения, опрокидывания застрахованного имущества, а также его частей, узлов и агрегатов, повреждения обваливающимися или падающими частями застрахованного имущества.  

Ответчик, возражая относительно удовлетворения иска, указывает на подпункт «в» пункта 4.1.3 Правил страхования, и полагает, что имущество, указанное в договоре страхования, не является застрахованным на случай его утраты, гибели, повреждения, произошедших вследствие нарушения лицом, использующим застрахованное имущество, техники безопасности, предусмотренной инструкцией по эксплуатации соответствующей специальной техники, действующим законодательством, внутренними документами Страхователя. Поскольку материалами дела подтверждается, что заявленное событие произошло вследствие допущенных лицом, эксплуатирующим застрахованное имущество, нарушений по эксплуатации застрахованного имущества при производстве работ, оно не относится к страховым случаям, наступление которых влечет обязательства страховщика по выплате страхового возмещения.  

Оценивая позицию страховой компании, суд пришел к следующим выводам. 

Так, судом установлено, что в соответствии с подпунктом «в» пункта 4.1.3 Правил страхования, имущество, указанное в договоре страхования, не является застрахованным на случай его утраты, гибели, повреждения, произошедших вследствие нарушения лицом, использующим застрахованное имущество, техники безопасности, предусмотренной инструкцией по эксплуатации соответствующей специальной техники, действующим законодательством, внутренними документами Страхователя.  

Между тем, в силу пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 № 19 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества" (далее - постановление Пленума № 19) условия  

договора определяются по усмотрению сторон договора страхования имущества и могут включать перечень случаев, не являющихся страховыми (статья 421 ГК РФ).  

Однако необходимо разграничивать исключения из страхового покрытия (из числа страховых случаев) и основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.  

По смыслу статьи 929 ГК РФ, статьи 9 Закона № 4051-1 под страховым случаем понимается именно объективные события, относящиеся, в частности, к событиям внешнего мира либо к действиям (бездействию) лиц, не являющихся участниками страховых отношений.  

В то же время совершение страхователем действий, способствовавших наступлению страхового случая, может послужить основанием для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.  

Так, в соответствии со статьей 963 ГК РФ страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи (абзац первый пункта 1 статьи 963 ГК РФ).  

Законом могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя (абзац второй пункта 1 статьи 963 ГК РФ).  

Таким образом, учитывая, что сформулированные в подпункте «в» пункта 4.1.3 Правил страхования оговорки об исключении из страхового покрытия связаны с действиями самого страхователя и установлением его вины, под видом исключения из перечня страховых случаев в данном деле согласованы дополнительные основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.  

Однако положения действующего законодательства не предусматривают в подобных случаях освобождение страховщика от обязанности по выплате возмещения. Более того, нормы ГК РФ содержат императивное указание на то, что освобождение страховщика от обязанности по выплате страхового возмещения возможно, только если это прямо предусмотрено законом (абзац второй пункта 1 статьи 963 ГК РФ).  

Такие разъяснения содержатся в пункте 49 постановления Пленума № 19 и безосновательно не были учтены ответчиком.  

Федеральный закон, освобождающий страховщика от выплаты страхового возмещения вследствие несоблюдения лицом, эксплуатирующим рассматриваемое застрахованное имущество, техники безопасности и правил его эксплуатации, отсутствует.  

Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы (пункт 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").  

Следовательно, соответствующие оговорки, освобождающие страховщика от выплаты страхового возмещения в случае наступления страхового случая вследствие неосторожных действий (бездействия) страхователя, являются ничтожными.  

В рассматриваемом деле судом не установлено, что спорное событие наступило вследствие умысла страхователя.  

Напротив, с учетом оценки всей совокупности имеющихся в материалах дела доказательств суд установил, что со стороны истца (его контрагента) отсутствует намеренное игнорирование техники и правил эксплуатации.  

Так, из акта технического расследования причин аварии на опасном производственном объекте, гидротехническом сооружении, произошедшей 23.08.2023, следует, что причиной инцидента является разрушение асфальтобетонного покрытия  

под левой задней опорой крана. Акт был подписан истцом и ООО «Строительное управление № 7».  

В материалах дела имеется электронная переписка, из которой следует, что ответчик 31.08.2023 указал, что акт внутреннего расследования подписываться страховщиком не может; страховщик проводит собственное расследование (т. 3 л.д.22).  

Таким образом, ответчик имел возможность проверить причины произошедшего события, что и было сделано ответчиком в последующем.  

Указанное опровергает и довод ответчика о том, что о заявленном событии ответчик узнал только 11.09.2023.  

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.08.2023 следует, что дознавателем ОД отдела полиции «Заводский» Управления МВД России по г. Кемерово младшим лейтенантом полиции ФИО6 не получено информации о том, что выявленные повреждения в результате опрокидывания крана произошли от умышленных действий.  

Из объяснений машиниста автокрана ФИО4 и акта технического расследования от 23.08.2023 следует, что 23.08.23 по ул. Шатурская 10к.1 ФИО4 производил погрузку ж/б балок, управляя а/краном. Кран был установлен на штатные подпятники на ½ опорного контура. Первая балка была успешно погружена на трал (в 10-40). Никаких отклонений от нормальных значений эксплуатации не было. Проседание грунта во время осмотра ФИО4 рабочей площадки не наблюдалось. При погрузке второй балки (в 13-20), подняв ее и заведя над тралом, ощутил колебания и заметил резкую просадку грунта под задней левой опорой. Что-либо сделать для предотвращения опрокидывания крана не представлялось возможным. Причиной падения крана явилось обрушение асфальтобетонной площадки под левой задней опорой.  

Далее следует указать, что ответчик проводил собственное расследование причин опрокидывания крана, в том числе, запрашивая различную документацию у истца.  

По поручению ответчика ООО «ЭКЦ «Независимость» подготовлено заключение специалиста № 27-07-10/23 от 05.10.2023, которым установлено что, заявленное событие произошло в результате провала задней левой выносной опоры в асфальтобетонное покрытие дорожного полотна рабочей площадки. Единственно возможной причиной произошедшего провала задней левой опоры автокрана является недостаточная несущая способность асфальтобетонного основания и грунта под ним. Организационной причиной повреждения стрелового самоходного крана послужили неквалифицированные действия должностных лиц, связанные с выбором рабочей площадки и установкой выносных опор автокрана на поверхность, не имеющую достаточные прочностные характеристики.  

В заключении специалиста указано, что в результате выполнения работ краном и приведших к возникновению аварийно-опасной ситуации были нарушены следующие предписания техники безопасности, предусмотренной инструкцией по эксплуатации соответствующей техники, действующим законодательством, внутренними документами предприятия эксплуатирующим специальную технику страхователя и иными нормативно-правовыми актами, а именно: «Руководства по эксплуатации «Стрелового самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V»; Приказа Ростехнадзора от 26 ноября 2020 г. N 461 об утверждении федеральных норм и правил в области промышленной безопасности "Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения"; Инструкции по охране труда для машиниста (крановщика) автомобильного крана № 11, утверждённой в апреле 2019г. директором ООО «Строительное управление № 7»; Раздела 2 «Организация и технология производства работ» Технологической карте Разгрузочно-погрузочных работ и складирования балок пролетных строений длиной: 33м, 28м, 24м, 21м, 18м, 11.9м; ВСН 274-88 «Правила  

техники безопасности при эксплуатации стреловых самоходных кранов» в части пунктов 2.2, 2.3, 2.5 и 2.7 раздела 2 «Требования к площадке для эксплуатации кранов».  

Все указанные в заключении нарушения фактически сводятся к одному – к необходимости проверки рабочей площадки/грунта (их несущей способности). Более подробно содержание нарушенных предписаний изложено и в ответе ответчика от 17.01.2024 № СГа-00032106 на претензию истца.  

Оценив заключение, суд пришел к выводу, что оно соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам данного вида. Является мотивированным. Каких-либо неясностей в выводах экспертов судом не установлено.  

С целью установления действительных причин опрокидывания застрахованного имущества судом была назначена судебная экспертиза (определение суда от 21.01.2025).  

Согласно выводам, содержащимся в заключении ООО Сибирский межрегиональный центр «Судебных экспертиз» № 1318-2025:  

Несущая способность асфальтобетонного покрытия, на момент произошедшего, в результате которого произошло опрокидывание стрелкового самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V для обеспечения нормальной эксплуатации, была недостаточная.  

Причиной провала асфальтобетонного покрытия под задней левой опорной стойкой самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V при производстве погрузо-разгрузочных работ с учетом собственного веса крана и веса поднимаемой/опускаемой балки, вероятно явилось совокупность факторов: нарушена технология по устройству асфальтобетонного основания на этапе устройства подстилающих слоев (щебеночных, бутовых) и/или вымывание грунта с образованием воздушной прослойки и/или предельного водонасыщенные грунты.  

При эксплуатации поврежденного самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V, на момент произошедшего, в результате которого произошло его опрокидывания, были допущены нарушения требований 2.4.2, 2.4.2.3 и 2.4.3 Руководства по эксплуатации «Стрелкового самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V», пп. 9(е), 22(б, е), 30, 32, 35, 39, 108 Правил безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения, пп. 1.3, 2.2. Инструкции по охране труда для машиниста (крановщика)автомобильного крана № 11, утвержденной в апреле 2019г. директором ООО «Строительное управление № 7, а также отступления от технологической карте (тк), Разгрузочно-погрузочные работы и складирования балок пролетных строений длинной: 11,9 м, 12,0 м, 18,0 м, 21,0 м, 24,0 м, 28,0 м, 33,0м., разработанного ПТО «СУ № 7».  

Имеется причинно-следственная связь между допущенными нарушениями требований 2.4.2, 2.4.2.3 и 2.4.3 Руководства по эксплуатации «Стрелкового самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V», пп. 9(е), 22(б, е), 30, 32, 35, 39, 108 Правил безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения, пп. 1.3, 2.2. Инструкции по охране труда для машиниста (крановщика)автомобильного крана № 11, утвержденной в апреле 2019г. директором ООО «Строительное управление № 7, а также отступления от технологической карты (тк), Разгрузочно-погрузочные работы и складирования балок пролетных строений длинной: 11,9 м, 12,0 м, 18,0 м, 21,0 м, 24,0 м, 28,0 м, 33,0м., разработанного ПТО «СУ № 7» и опрокидыванием самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V.  

Оценив экспертное заключение, суд пришел к выводу, что оно соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам данного вида (статья 86 АПК РФ). Экспертное заключение является полным, мотивированным, обоснованным, содержит в себе полное описание хода проведенного исследования. Оснований не доверять выводам экспертов, обладающих специальными познаниями и давшим подписку об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется. Каких-либо  

неясностей в выводах экспертов судом не установлено. Указанное судебное экспертное заключение находится в соответствии с иными имеющимися в деле доказательствами (внесудебной экспертизой ответчика, актом внутреннего расследования и т.д.).  

Также суд дважды допрашивал экспертов, которые пояснили, что территория была обследована экспертами, но характерных повреждений уже не было, они устранены. В актах указано на асфальтобетонное покрытие, которое имело место в спорный момент; фотографии тоже указывают на это. Что сейчас, эксперты не устанавливали. Точное место на местности не смогли установить, так как не было координата. Указанное нашло свое отражение и в самом экспертном заключении. При осмотре участвовал ФИО5, однако, эксперты упустили и не указали на это в заключении.  

Провал был один, который привел к опрокидыванию (иллюстрация № 13 заключения). На иллюстрации № 12 заключения видно продавливание другой опорой поверхности по этой же оси справа (но провала не было); на иллюстрации № 13 - провал опоры слева по этой же оси. Сначала была нагрузка на опору справа (иллюстрация № 12) и поверхность выдержала, а потом – на опору слева и поверхность не выдержала. Усилие было одинаковое на две опоры, а правильно должно было быть – одинаковое усилие на все четыре опоры. Если бы противовеса было бы больше, то нагрузка на эти две опоры была бы меньше.  

Судом установлено, что указанные пояснения эксперта согласуются с протоколом осмотра места инцидента, актом технического расследования, фотографиями. В связи с чем доводы ФИО5 и ООО «Стальной канат» о необоснованном указании экспертов на асфальтобетонное покрытие - не нашло своего подтверждение материалами дела. Учитывая, что ФИО5 указал на его присутствие при осмотре и данный факт подтвердил эксперт, не указание в заключении на присутствующих при проведении осмотра лиц не является существенным нарушением.  

Далее ФИО5 и ООО «Стальной канат» указали на то, что эксперты необоснованно пришли к выводу о том, что разрушение покрытия образовалось из-за недостаточной несущей способности асфальтобетонного покрытия, поскольку экспертами не проводились испытания грунтов при помощи специальных инструментов. Вероятные выводы о причине провала асфальтобетонного покрытия ничем не подтверждены.  

Оценивая данные возражения, суд пришел к следующим выводам. 

Так, эксперты в ходе допроса пояснили, что к выводам о недостаточности несущей способности покрытия пришли из трасологической точки зрения и совокупности факторов. Расчета несущей способности нет, так как следовая картина места инцидента не сохранена, эксперт не может провести лабораторные исследования.  

В экспертном заключении указано, что при анализе механизма опрокидывания, можно констатировать следующе. Согласно фотоматериалам (Иллюстрация № 5, № 11; № 18), на момент опрокидывания башня самоходного автокрана была повернута в сторону левой задней опоры, при этом исходя из характера повреждения асфальтобетонного покрытия (Иллюстрация № 13), можно констатировать, что разрушение произошло с верху вниз, что характеризуется как вдавливание, кроме того, имеются следы продавливания под опорными подпятниками с правой стороны автокрана (Иллюстрация № 12). Также исходя из фотоматериалов (Иллюстрация № 14) залом стрелы, исходя из локализации и характера повреждения, образовался из-за удара о землю. Таким образом, можно констатировать, что опрокидывание крана сопровождалось провалом грунта под задней левой опорной стойкой автокрана. Следует отметить, что в материалах дела отсутствует информация о техническом состоянии опорной поверхности (асфальтобетона, подстилающих слоев и грунта) на участке выполнения работ на момент произошедшего опрокидывания. При этом, исходя из характера образовавшихся повреждений асфальтобетонного покрытия (разрушение под левой задней стойкой и продавливание под правой стойкой автокрана), можно  

констатировать, что они образовались из-за недостаточной несущей способности асфальтобетонного покрытия, в том числе подстилающих слоев основания.  

Далее исходя из фотоматериалов (Иллюстрация № 13) усматривается, что задняя левая стойка автокрана углубилась в землю до левого бока автокрана на глубину 1,26м, при этом повреждения самой левой задней опоры не зафиксированы, следовательно, можно констатировать, что возможной причиной провала асфальтобетонного покрытия под задней опорной левой стойкой автокрана при производстве разгрузочно-погрузочных работ с учетом собственного веса крана и веса поднимаемой/опускаемой балки, могло послужить совокупность факторов: нарушена технология по устройству асфальтобетонного основания на этапе устройства подстилающих слоев (щебеночных, бутовых) и/или вымывание грунта с образованием воздушной прослойки и/или предельное водонасыщенные грунты.  

Таким образом, эксперты в рассматриваемом случае не могли получить какие-либо образцы почвы, а также провести лабораторные исследования, поскольку спорное место уже было видоизменено (устранены последствия провала).  

В свою очередь, эксперты свои выводы по первым двум вопросам обосновали как в экспертном заключении, так и в ходе судебного разбирательства. Такие выводы не противоречат иным имеющимся в материалах дела доказательствам, в том числе представленному ответчиком заключению специалиста ООО «ЭКЦ «Независимость» № 27-07-10/23 от 05.10.2023.  

Далее ФИО5 и ООО «Стальной канат» указали, что подпятника под спорной опорой не было, поскольку при его наличии размер провала был бы намного больше.  

Между тем, эксперты пояснили, что подпятник выскочил из-за неравномерной нагрузки и изменении вектора давления с вертикального на давление под углом к поверхности, а только потом произошел провал. Согласно материалам дела, а также объяснениям водителя, а так же характеру повреждений, вероятность подпятника имеет место быть.  

Иные предположения указанных третьих лиц в отношении подпятника не нашли своего подтверждения лицами, обладающими специальными познаниями в соответствующей области.  

Действительно, как верно указано ФИО5 и ООО «Стальной канат», машинист допустил нарушения при проводимых работах (как в части проверки площадки, так и в части выбора высоты стрелы и противовеса). Указанное следует из судебной экспертизы.  

Указывая на противоречие в вопросе № 2 и ответе на данный вопрос (в части предлога «перед» и «под»), третьи лица не учитывают то, что ответ на данный вопрос дан экспертами исчерпывающим образом и каких-либо противоречий судом не установлено. Существо вопроса экспертами было понято правильно.  

ФИО5 и ООО «Стальной канат» в своих пояснениях указали, что поскольку эксперты при первом допросе пояснили, что при отсутствии нарушений со стороны машиниста крана несущая поверхность нагрузку бы выдержала, следовательно, данные лица посчитали, что имеются противоречия в выводах экспертов, суд повторно вызвал экспертов в судебное заседание.  

Так, эксперт, резюмируя все ранее изложенное, представил письменные пояснения и указал на то, что в ходе экспертных исследований было установлено, что имела место аварийная ситуация - опрокидывание автокрана, которая сопровождалась провалом асфальтобетонного основания под задней левой опорной стойкой автокрана.  

Пустота в грунте может быть локальной, что и было в рассматриваемом случае (под спорной опорой – пустота и произошел провал опоры; а под не спорной – не было пустоты и там произошло просто продавливание грунта). И, если бы машинист и проверил территорию (площадку для погрузки/разгрузки), то локальный дефект (пустоту) площадки нельзя было бы установить.  

При этом, в ходе проведения судебной экспертизы было установлено и отражено в заключении, что причиной провала асфальтобетонного основания под задней левой опорной стойкой автокрана является совокупность следующих факторов: недостаточная несущая способность асфальтобетонного покрытия, вследствие наличия образования воздушной прослойки в подстилающем слое асфальтобетонного покрытия, которая образовалась в связи с нарушением технологи по устройству асфальтобетонного основания и/или предельного водонасщенные грунты, при приложении в этом месте внешней локальной неравномерной механической нагрузки (воздействия) от автокрана при неправильной его эксплуатации.  

Эксперт также указал, что причиной приложения неравномерной механической нагрузки (воздействия) от автокрана являются нарушения эксплуатационных требований (конкретный перечень приведен в заключении). В связи с чем, можно констатировать, что в причинно-следственной связи опрокидывания автокрана находится совокупность факторов, а именно: недостаточная несущая способность асфальтобетонного покрытия (наличие воздушной прослойки в подстилающем слои асфальтобетонного покрытия под задней левой опорной стойки автокрана) и приложение в этом месте внешней локальной неравномерной механической нагрузки (воздействия) от автокрана при неправильной его эксплуатации.  

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.  

Между тем, в данном случае сторонами и третьими лицами не представлено надлежащих доказательств, опровергающих выводы экспертов, изложенные в экспертном заключении, оценив которое, суд приходит к выводу об отсутствии нарушений, позволяющих признать выводы экспертов недостоверными, а указанное доказательство недопустимым.  

В силу статьи 7 Закона № 73-ФЗ при производстве судебной экспертизы эксперт независим, он не может находиться в какой-либо зависимости от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела. Эксперт дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями.  

Принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений предполагает его самостоятельность в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с его точки зрения, для выяснения поставленных вопросов и решения экспертных задач.  

Более того, суд предлагал сторонам и третьим лицам рассмотреть вопрос о заявлении ходатайства о назначении повторной/дополнительной судебной экспертизы, однако, явившиеся в судебное заседание лица указали, что указанное ходатайство заявлять не будут.  

В силу части 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.  

Принцип состязательности предполагает создание судом участвующим в деле лицам условий для беспристрастного и объективного рассмотрения дела, равных возможностей для предоставления и исследования доказательств, а также активность самих участвующих в деле лиц в сборе и представлении суду доказательств в обоснование своих доводов и возражений.  

Согласно части 1 статьи 9, частям 2 и 3 статьи 41 АПК РФ, участвующие в деле лица, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий; и должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами и нести процессуальные обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом и другими федеральными законами или возложенные на них арбитражным судом в соответствии с настоящим Кодексом, а неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующим и в деле, влечет за  

собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом последствия.  

Таким образом, лица, будучи заинтересованными в реализации права на справедливое судебное разбирательство, проявив необходимую осмотрительность и не пренебрегая своими правами, имели возможность представить все документы в обоснование своих доводов, как и заявить определенного рода ходатайства.  

Нежелание представить доказательства, подтверждающие позицию и опровергающие доводы процессуального оппонента, представившего доказательства, должно быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно указывает процессуальный оппонент (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/2011, от 08.10.2013 № 12857/12, от 13.05.2014 № 1446/14, определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС-923, от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805).  

Негативные последствия, наступление которых законодатель связывает с неосуществлением лицом, участвующим в деле своих процессуальных прав и обязанностей (статья 41, статья 65 АПК РФ), для сторон следуют в виде рассмотрения судом первой инстанции спора по существу на основании имеющихся в материалах дела доказательств.  

Таким образом, в отсутствие доказательств, опровергающих судебную экспертизу, суд признает судебное заключение экспертов обоснованным и надлежащим доказательством.  

Само по себе несогласие ФИО5 и ООО «Стальной канат» с результатами экспертизы (по двум первым вопросам) не может свидетельствовать о недостоверности сделанных экспертами выводов.  

Далее следует указать, что, действительно, ООО «Строительное управление № 7» не проводило исследование прочностных характеристик площадки до начала погрузочно-разгрузочных работ и не запрашивало у ФИО5 и ООО «Стальной канат» сведения о характеристике площадки и грунта под ней.  

Между тем, как следует из пункта 2.4.2.3 «Давление опор на грунт» Руководства по эксплуатации «Стрелового самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V», если есть вопросы о несущей способности грунтов рабочей площадки, необходимо производить испытание грунтов при помощи специальных инструментов.  

Так, из договора на оказание услуг от 05.07.2022 № 35-07/2022 и дополнительных соглашений № 1, № 2, технологической карты «Разгрузочно-погрузочные работы и складирования балок пролетных строений» следует, что рассматриваемая территория связана с деятельностью по погрузке-разгрузке ж/д вагонов, в том числе и балок весом более 9 тонн и длиной более 13 метров.  

Машинист автокрана ФИО4, который имеет опыт в подобных работах (примерно 30 лет), а также иные машинисты неоднократно на спорном участке производили погрузочно-разгрузочные работы (в том числе работы по разгрузке аналогичного по весу груза; в том числе и в спорный день), что следует из пояснений самого ФИО4, многочисленных путевых листов, ж/д квитанций о приеме груза, писем Подпорожского завода мостовых железобетонных конструкций, ж/д транспортных накладных.  

Вследствие указанного выше оснований сомневаться в несущей способности площадки/грунта у ФИО4 не было и умысла в наступлении спорного события не было.  

Более того, эксперт в судебном заседании пояснил, что, если бы машинист и проверил территорию (площадку для погрузки/разгрузки), то локальный дефект (пустоту) площадки можно было бы и не установить.  

При этом суд, оценивая причины опрокидывания крана, не устанавливает лицо, к которому могут быть предъявлены регрессные требования, а лишь оценивает такие  

причины с точки зрения поведения истца (его контрагентов) при выполнении погрузочно-разгрузочных работ и при опрокидывании.  

Учитывая изложенное выше, судом не установлено, что спорное событие наступило вследствие умысла страхователя.  

С учетом оценки всей совокупности имеющихся в материалах дела доказательств суд установил, что со стороны истца (его контрагента) отсутствует намеренное игнорирование техники и правил эксплуатации.  

Напротив, опрокидывание автокрана произошло в связи с наличием совокупности факторов: недостаточная несущая способность асфальтобетонного покрытия и приложение в этом месте внешней локальной неравномерной механической нагрузки (воздействия) от автокрана при неправильной его эксплуатации.  

Страховая компания, выступая профессиональным участником рынка страхования и экономически более сильной стороной данных правоотношений, посредством включения в полис-оферту упомянутых оговорок фактически минимизирует свой предпринимательский риск, связанный с выплатой страхового возмещения, ставя возможность выплаты страхового возмещения в зависимость от любых действий страхователя, а не от факта наступления страхового случая как объективно произошедшего события.  

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данного запрета суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.  

Как указано в пунктах 8, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 "О свободе договора и ее пределах" в случаях, когда будет доказано, что сторона злоупотребляет своим правом, вытекающим из условия договора, отличного от диспозитивной нормы или исключающего ее применение, либо злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).  

В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.  

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.  

Таким образом, при наличии возражений стороны, не являющейся профессиональным участником страховых правоотношений, относительно применения явно обременительных для нее условий договора суд не вправе отклонить эти возражения только по той причине, что при заключении договора в отношении спорного условия не были высказаны возражения.  

Определив гибель или повреждение застрахованного имущества страховым случаем, страховщик включил в раздел 4 Правил страхования такое количество причин,  

когда выплата страхового возмещения невозможна в результате различного рода явлений и действий независимо от формы вины лица, их совершивших, что страховой случай переведен из разряда события (факта) в разряд условий, освобождающих от ответственности, что не соответствует положениям статьей 929, 963 ГК РФ и разъяснениям, содержащимся в пункте 33 постановления Пленума № 19.  

С учетом изложенного довод ответчика, в соответствии с которым отказ в выплате страхового возмещения основан на положениях пункта 1 статьи 963 ГК РФ, является ошибочным. В рассматриваемом деле произошедшее событие не могло быть отнесено к исключениям, установленным в разделе 4 Правил страхования, поскольку иное (в силу отсутствия установленного факта умысла со стороны истца) противоречит положениям статей 1, 963 ГК РФ и разъяснениям высших судебных инстанций.  

Аналогичное изложено в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.02.2025 № 306-ЭС24-19744, от 02.06.2025 № 305-ЭС25-842, от 06.06.2025 № 307-ЭС24-24190; постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 10.05.2018 по делу № А75-10365/2017.  

Поскольку суд признал спорное событие страховым случаем, суд переходит к проверке заявленной истцом суммы.  

Ранее истец заявлял к взысканию страховую сумму в размере, определенном на основании экспертного заключения ООО «Прайс-Сервис», - 33 198 174 руб. 27 коп.  

Ответчик, в свою очередь, опровергал данную сумму, предоставив заключение специалиста ООО «РАВТ-Эксперт».  

Однако, поскольку застрахованное имущество было отремонтировано, истец заявил о взыскании фактически понесенных ООО «Строительное управление № 7» расходов на запасные части в размере 14 682 717 руб. 51 коп.  

Сопоставив возникшие повреждения в результате страхового случая с представленными истцом 19.09.2024 доказательствами, суд не установил каких-либо несоответствий. Истец исключил из заявленной суммы НДС.  

Ответчик указал, что возражений по заявленной сумме не имеется. 

При изложенных обстоятельствах, оценив доказательства, представленные каждой из сторон и третьих лиц в обоснование своих доводов и возражений, установив имеющие существенное значение для дела обстоятельства, исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд удовлетворяет иск в полном объеме.  

Расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на ответчика и подлежат взысканию в пользу истца. Излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возврату истцу из федерального бюджета.  

Понесенные ответчиком расходы в сумме 96 000 руб. на оплату судебной экспертизы относятся на ответчика.  

Руководствуясь статьями 110, 170, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

р е ш и л :

удовлетворить исковые требования. 

Взыскать с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (г. Москва, ИНН 

<

***>) в пользу акционерного общества «Кемеровоспецстрой» (г. Кемерово, ИНН 

<

***>) 14 682 717 руб. 51 коп. страховой выплаты, 96 414 руб. расходов по уплате государственной пошлины.  

Возвратить акционерному обществу «Кемеровоспецстрой» (г. Кемерово, ИНН 

<

***>) из федерального бюджета 92 577 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 28.05.2024 № 6125.  

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия. Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение двух  

месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.  

 Судья С.В. Гисич