ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-16845/2021

Дело № А40-92890/20

г. Москва

17 мая 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 17 мая 2021 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                    Суминой О.С., 

судей:

Марковой Т.Т., ФИО1,

при ведении протокола              

секретарем судебного заседания ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО Управляющая

компания «РФЦ-Капитал»

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 16.02.2021 по делу № А40-92890/20

по иску АО Управляющая компания «РФЦ-Капитал»

к Государственному учреждению – Пенсионному фонду Российской Федерации

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - Акционерное общество ВТБ Специализированный депозитарий

о взыскании вознаграждения управляющей компании в размере 856 083,45 руб.

при участии:

от истца:

ФИО3 по доверенности от 28.08.2019;

от ответчика:

ФИО4 по доверенности от 11.01.2021, ФИО5 по доверенности от 20.08.2019;

от третьего лица:

ФИО6 по доверенности от 11.01.2021, ФИО7 по доверенности от 12.05.2021;

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2021 в удовлетворении требований Акционерного общества Управляющая компания «РФЦ-Капитал» к Государственному учреждению – Пенсионному фонду Российской Федерации о взыскании вознаграждения управляющей компании в размере 856 083,45 руб. – отказано.

Не согласившись с принятым решением, истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Заявитель полагает, что судом не полностью выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела.

В судебном заседании арбитражного апелляционного суда представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представители ответчика, третьего лица в судебном заседании возражали против апелляционной жалобы, просили решение оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции проверены на основании статей 266 и 268 АПК РФ.

Девятый арбитражный апелляционный суд, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, проверив все доводы апелляционной жалобы, повторно рассмотрев материалы дела, приходит к выводу о том, что отсутствуют правовые основания для отмены или изменения решения Арбитражного суда г. Москвы, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и обстоятельствами дела.

Как усматривается из материалов дела, между истцом и ответчиком был заключен договор доверительного управления средствами пенсионных накоплений № 22-03У024 от 08.10.2003 г. (далее – Договор) в редакции дополнительного соглашения № 11 от 24.01.2020г.

Абзацем пятым пункта 17 статьи 18 Федерального закона от 24 июля 2002 г. № 111-ФЗ «Об инвестировании средств для финансирования накопительной пенсии в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 111-ФЗ) установлено, что договор доверительного управления средствами пенсионных накоплений прекращается вследствие отказа Пенсионного фонда Российской Федерации от договора по требованию Центрального банка Российской Федерации в случаях, установленных Федеральным законом № 111-ФЗ.

Банк России в письме от 27.01.2020 № 54-2-1/178 сообщил ПФР, что истец нарушил требования, установленные пунктом 3 статьи 22 Федерального закона № 111-ФЗ (несоответствие требованиям главы 3 Положения Банка России от 01.03.2017 № 580-П    «Об    установлении    дополнительных   ограничений   на   инвестирование   средствпенсионных накоплений негосударственного пенсионного фонда, осуществляющего обязательное пенсионное страхование, случаев, когда управляющая компания, действуя в качестве доверительного управляющего средствами пенсионных накоплений, вправе заключать договоры репо, требований, направленных на ограничение рисков, при условии соблюдения которых такая управляющая компания вправе заключать договоры, являющиеся производными финансовыми инструментами, дополнительных требований к кредитным организациям, в которых размещаются средства пенсионных накоплений для жилищного обеспечения военнослужащих, а также дополнительного требования, которое управляющая компания обязана соблюдать в период действия договора доверительного управления средствами пенсионных накоплений для финансирования накопительной пенсии», в части требования к размеру стоимости активов, находящихся в доверительном управлении), что является основанием для расторжения договора доверительного управления, заключенного между ПФР и истцом.

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, пояснения истца, ответчика и третьего лица, пришел к выводу о том, что после 29.01.2020 истец не осуществлял и был не вправе осуществлять в силу закона доверительное управление средствами пенсионных накоплений, предназначенными для финансирования накопительной пенсии в Российской Федерации.

Таким образом, после получения уведомления ответчика о прекращенииДоговора действия истца не могут быть классифицированы как доверительноеуправление имуществом, так как являются действиями, направленными на реализациюактивов, приобретенных в процессе доверительного управления и на возвратучредителюдоверительногоуправлениясредствпенсионныхнакоплений.

Следовательно, у ответчика отсутствует обязанность по оплате указанных выше действий истца. В связи с чем, требование истца о взыскании суммы вознаграждения управляющей компании в размере 856 083,45 руб. удовлетворению не подлежали.

Довод апелляционной жалобы истца, о том, чтовывод суда первой инстанции о прекращении Договора с 29 января 2020 г. противоречит законодательству Российской Федерации и договору, отклоняется апелляционной коллегией по следующим основаниям.

Согласно пункту 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в случае правомерного одностороннего отказа от исполнения договорного обязательства полностью или частично договор считается соответственно расторгнутым или измененным.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» разъясняется, что разрешая споры, связанные с расторжением договоров, суды должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора.

Вместе с тем условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора, либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения (например, об условиях возврата предмета аренды после расторжения договора, о порядке возврата уплаченного аванса и т.п.), сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон.

Согласно пункту 17 статьи 18 Федерального закона № 111 -ФЗ" договор доверительного управления средствами пенсионных накоплений прекращается вследствие отказа Пенсионного фонда Российской Федерации от договора по требованию Центрального банка Российской Федерации в случаях, установленных настоящим Федеральным законом.

Судом установлено, что Банк России уведомил ПФР о несоответствии истца требованиям, предъявляемым к управляющим компаниям, в связи с чем 29 января 2020 г. ПФР было обосновано реализовано право на одностороннее расторжение Договора. При этом, несмотря на прекращение обязательств, вытекающих из предмета Договора, с 30 января 2020 г. сторонами Договора исполнялись обязательства по возврату имущества и осуществлению расчетов в соответствии с частями 32 и 37 Договора.

Отклоняется судом апелляционной инстанции довод истца о том, что выводсуда первой инстанции о неосуществлении истцом после 29 января 2020 г. доверительного управления основан на неверном толковании закона и Договора.

Исходя из буквального содержания пункта 18 статьи 18 Федерального закона № 111 -ФЗ, а также части 37 Договора следует, что при прекращении договора доверительного управления  имущество,  входящее  в состав средств пенсионных накоплений, подлежит продаже на возможно более выгодных условиях с последующей передачей ПФР денежных средств, вырученных от продажи такого имущества.

В этой связи деятельность истца после 30 января 2020 г. судом обосновано квалифицирована не как доверительное управление, а как реализация активов, приобретенных в процессе доверительного управления.

С учетом положений пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ после получения истцом уведомления ПФР о прекращении Договора было прекращено исполнение обязательств, являющихся предметом Договора - управление средствами пенсионных накоплений, в связи с чем с 30 января 2020 г. истец не осуществлял доверительного управления средствами пенсионных накоплений.

Судом установлен факт того, что с 30 января 2020 г. истец не осуществлял деятельность по инвестированию средств пенсионных накоплений.

Принимая во внимание, что согласно подпункту 2 статьи 3 Федерального закона № 111 -ФЗ инвестированием средств пенсионных накоплений является деятельность управляющей компании по управлению средствами пенсионных накоплений, судом сделан обоснованный вывод, что следствием прекращения истцом деятельности по инвестированию является прекращение доверительного управления.

Судом установлено, что истец по состоянию на 30 января 2020 г. не соответствовал требованиям, предъявляемым статьей 22 Федерального закона № 111 -ФЗ, к управляющим компаниям.

В этой связи, исходя из взаимосвязи пункта 4 статьи 18 и пункта 2 статьи 22 Федерального закона № 111-ФЗ, следует, что с 30 января 2020 г. истец не имел правовых оснований на осуществление инвестирования и доверительного управления средствами пенсионных накоплений.

Довод апелляционной жалобы истца, изложенный о том, что после 30 января 2020 г. истец продолжил осуществлять фактическое управление, неправомерен в силу следующего.

Согласно пункту 4 статьи 18 Федерального закона № 111 -ФЗ доверительным управляющим по договору доверительного управления средствами пенсионных накоплений может являться только управляющая компания, соответствующая требованиям, установленным статьей 22 настоящего Федерального закона.

Из содержащегося в материалах дела письма Банка России от 27.01.2020 №54-2-2-1/178 следует, что по состоянию на 31 декабря 2019 г. истец перестал соответствовать установленным требованиям, предъявляемым к доверительным управляющим средствами пенсионных накоплений.

Таким образом, истец осуществлял фактическое управление средствами пенсионных накоплений в период с 31 декабря 2019 г. по 29 января 2020 г., а с 30 января 2020 г. по 20 февраля 2020 г. истец осуществлял деятельность по продаже активов и передаче в ПФР полученных от такой продажи денежных средств.

Доводы апелляционной жалобы истца, о наличии у него права на вознаграждение за период после 30 января 2020 г. необоснован в силу следующего.

Согласно пункту 7 статьи 18 Федерального закона № 111 -ФЗ к Договору доверительного управления средствами пенсионных накоплений не применяются положения статьи 1023 Гражданского кодекса Российской Федерации о порядке выплаты вознаграждения доверительному управляющему.

Таким образом, судом обоснованно применены специальные нормативные положения, определяющие правила расчета при расторжении настоящего Договора.

Так, по смыслу положений пунктов 1 и 2 статьи 16 Федерального закона № 111 -ФЗ вознаграждение доверительному управляющему выплачивается за счет доходов от инвестирования переданных ему средств пенсионных накоплений. Размер вознаграждения управляющей компании, порядок и сроки его начисления и удержания устанавливаются договором доверительного управления средствами пенсионных накоплений.

Согласно части 30 Договора для целей расчета вознаграждения размер дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений определяется на 31 декабря отчетного периода или на дату прекращения (расторжения) Договора.

Принимая во внимание, что после 29 января 2020 г. деятельность по инвестированию средств пенсионных накоплений истцом не осуществлялась, истцу обосновано отказано в выплате вознаграждения за период с 30 января 2020 г. по 20 февраля 2020 г.

Кроме того, согласно части 37 Договора в случае прекращения (расторжения) настоящего Договора денежные средства, входящие в состав средств пенсионных накоплений, передаются управляющей компанией Фонду в течение 3 рабочих дней с даты, указанной в уведомлении об отказе от настоящего Договора, или с даты наступления события, указанного в части 36 настоящего Договора.

Активы, в которые инвестированы средства пенсионных накоплений, подлежат продаже на возможно более выгодных условиях с последующей передачей Фонду полученных от продажи денежных средств в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 9 и 10 Положения о продаже имущества, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 2003 г. № 395 «О мерах по организации управления средствами пенсионных накоплений» (далее -Положение о продаже имущества) средства, полученные от продажи имущества, перечисляются Пенсионному фонду Российской Федерации на указанный им банковский счет в течение 3 рабочих дней с даты завершения продажи имущества.

Расходы по продаже имущества в связи с прекращением (расторжением) Договора доверительного управления   средств   пенсионных   накоплений   возмещаются   за   счет   средств, выделенных на оплату необходимых расходов управляющей компании.

Таким образом, Положением о продаже имущества предусмотрено, что истец обязан передать в ПФР все денежные средства, полученные от продажи имущества.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, являлись предметом тщательного рассмотрения судом первой инстанции, где получили надлежащую правовую оценку.

То обстоятельство, что в судебном акте не отражены все имеющиеся в деле доказательства либо доводы участвующих в деле лиц, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной оценки и проверки (Определения ВС РФ от 05.07.2016 N 306-КГ16-7326, от 06.10.2017 N 305-КГ17-13953, от 19.10.2017 N 305-КГ17-14817).

Таким образом, отсутствует правовая необходимость наиподробнейшей оценки абсолютно всех доводов, приведенных обществом в апелляционной жалобе.

По совокупности собранных доказательств и по существу спора судом первой инстанции принято законное и обоснованное решение.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не основаны на нормах права и фактических обстоятельствах дела. 

Безусловных оснований для отмены оспариваемого решения суда первой инстанции, предусмотренных ч.4 ст.270 АПК РФ, апелляционным судом не установлено. 

Расходы по госпошлине распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л :

решение Арбитражного суда г.Москвы от 16.02.2021 по делу № А40-92890/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу– без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:  О.С. Сумина 

Судьи:  Т.Т. Маркова 

 Д.Е. Лепихин

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.