ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-44899/2023; 09АП-44900/2023

Дело № А40-240380/20

г. Москва

21 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 21 августа 2023 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Вигдорчика Д.Г., 

судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Шведко О.И., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы к/у КБ «РОСЭНЕРГОБАНК» (АО) - ГК АСВ, к/у ООО «Спецфинлизинг» - ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2023 по делу № А40- 240380/20,

об отказе конкурсному управляющему ООО «Спецфинлизинг» в удовлетворении заявления о признании недействительными Договора поручительства № П221 от 11.05.2016 к инвестиционному договору № 2/28/01- 2014, Договора поручительства № П221 от 11.05.2016 к инвестиционному договору № 1/28/01- 2014 от 11.05.2016 и применении последствий недействительности сделок,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Спецфинлизинг»,

при участии в   судебном заседании: 

от к/у ООО «Спецфинлизинг» - ФИО2: ФИО3 по дов. от 02.12.2022

от ФИО4: ФИО5  по дов. от 09.02.2023

от ООО «ТСП»: ФИО6 по дов. от 20.02.2023

от ГК АСВ: ФИО7 по дов. от 31.05.2023 

от ФИО8: ФИО9 по дов. от 03.10.2022

от к/у КБ «РОСЭНЕРГОБАНК» (АО) - ГК АСВ: ФИО10 по дов. от 17.03.2022

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2022 Общество с ограниченной ответственностью «Спецфинлизинг» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден член Союза СРО АУ «Стратегия» БагаутдиновАбакарБагавдинович (адрес для направления корреспонденции: 368000, 

<

...>). 

В Арбитражный суд города Москвы 22.12.2022, согласно штампу канцелярии, от конкурсного управляющего поступило заявление, согласно которому он просил: 

Признать недействительными (ничтожными) сделками: 

1. Договор поручительства № П221 от 11.05.2016 к инвестиционному договору № 2/28/01- 2014, заключенный между ООО «Спецфинлизинг» (ИНН 

<

***>) и ООО «Пелотон» (ИНН 

<

***>). 

2. Договор поручительства № П221 от 11.05.2016 к инвестиционному договору № 1/28/01- 2014 от 11.05.2016, заключенный между ООО «Спецфинлизинг» (ИНН 

<

***>) и ООО «Пелотон» (ИНН 

<

***>). 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2023 г. суд отказал конкурсному управляющему ООО «Спецфинлизинг» в удовлетворении заявления о признании недействительными Договора поручительства № П221 от 11.05.2016 к инвестиционному договору № 2/28/01- 2014, Договора поручительства № П221 от 11.05.2016 к инвестиционному договору № 1/28/01- 2014 от 11.05.2016 и применении последствий недействительности сделок.

Не согласившись с указанным определением, к/у КБ «РОСЭНЕРГОБАНК» (АО) – ГК АСВ, к/у ООО «Спецфинлизинг» – ФИО2 поданы апелляционные жалобы. 

В обоснование требований апелляционных жалоб заявители указывают, что у должника отсутствовал экономический смысл заключения договоров поручительства; приводят возражения в отношении выводов об отсутствии аффилированности; к моменту заключения договоров поручительства уже имелась информация о неисполнении АО «УКС ФИО11» своих обязательств по инвестиционным договорам; судом неправомерно отказано в назначении экспертизы в рамках проверки заявления о фальсификации договоров поручительства; полагают, что отсутствует преюдициальность судебного акта по делу А40-23852/21.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В отношении процессуальных действий суда первой инстанции по рассмотрению заявления о фальсификации, а также ходатайства о назначении экспертизы, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно ст. 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры. 

Согласно п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» исходя из положений части 1 статьи 64, части 2 статьи 65, статьи 67 АПК РФ не подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, которое заявлено в отношении доказательств, не имеющих отношения к рассматриваемому делу, а также если оно подано в отношении документа, подложность которого, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства. 

Кроме того, данные договоры были предметом рассмотрения по делу А40-104437/17, им дана правовая оценка. Кроме того у ООО «ТСП» не сохранилось оригиналов договоров с учетом давности их составления (более 5 лет). 

На основании вышеизложенного, суд, воспользовавшись своими полномочиями по принятию мер для проверки достоверности доказательств путем сопоставления их с другими документами, имеющимися в материалах дела, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о фальсификации доказательств. 

Апеллянт полагает, что суд должен был осуществить проверку заявления о фальсификации исключительно посредством проведения экспертизы, доводы конкурсного управляющего сводятся к тому, что иными способами установить относимость, допустимость и достоверность Договоров поручительства якобы не было возможно, в связи с чем суд допустил процессуальное нарушение.

Из обстоятельств дела также следует, что после заявления ходатайства о фальсификации доказательства в судебном заседании присутствовал лично ФИО12, из пояснений которого устанавливалось, что подпись на Договорах похожа на его (из содержания его пояснений не следовал факт отличия подписи от его реальной подписи и не следовал в какой бы то ни было степени вывод о возможности подделки подписи), при этом также им даны пояснения о том, что печать не выбывала из владения общества.

По смыслу положений абзаца второго пункта 3 части 1 статьи 161 АПК РФ наличие заявления о фальсификации доказательства не является безусловным основанием для назначения судебной экспертизы с учетом того, что достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем его оценки в совокупности с иными доказательствами в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ.

Необходимость назначения экспертизы в порядке статьи 82 АПК РФ для разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, исходя из тех возражений, которые заявлены сторонами процесса, и представленных ими доказательств.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 29.09.2016 N 2130-О, арбитражный суд в силу части 3 статьи 9 АПК РФ, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом и создает условия для установления фактических обстоятельств при рассмотрении и разрешении дел, а в случае возникновения в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний, - назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле (часть 1 статьи 82 АПК РФ), что является необходимым для достижения такой задачи судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (пункт 1 статьи 2 АПК РФ). Предусмотренное статьей 82 АПК РФ полномочие арбитражного суда по назначению экспертизы вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. Гарантией процессуальных прав лиц, участвующих в деле, выступают обязанность суда мотивировать отклонение ходатайства о назначении экспертизы, а также установленные данным Кодексом процедуры проверки судебных постановлений вышестоящими судами и основания для их отмены или изменения.

В данном случае суд первой инстанции, исходя из достаточного объема доказательств, имеющихся в материалах дела, в результате исследования и оценки которых на основании статьи 71 АПК РФ подлежал вынесению судебный акт по существу рассматриваемых требований, а также отсутствия доказательств, подтверждающих необходимость назначения судебной экспертизы (статья 65 АПК РФ), правомерно и исчерпывающим образом принял меры для проверки достоверности доказательств путем сопоставления их с другими документами, имеющимися в материалах дела, и в результате обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о фальсификации доказательств.

Судом апелляционной инстанции, учитывая данные обстоятельства, также отказано в назначении судебной экспертизы.

Судебная экспертиза проводится арбитражным судом в случаях, порядке и по основаниям, предусмотренным процессуальным законом.

В соответствии с частью 1 статьи 82, частью 2 статьи 64, частью 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд назначает экспертизу для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний. Заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

В настоящем случае, исходя из предмета спора и доказательств, имеющихся в материалах дела, суд полагает, что каких-либо специальных познаний с учетом обстоятельств дела для принятия решения не требуется, в связи с чем ходатайство отклонено судом.

Как усматривается из материалов дела, 28.01.2014 между ЗАО «УКС ФИО11» (Инвестор) и ООО «Пелотон» (Застройщик) заключен инвестиционный договор № 2/28/01-2014. 

В соответствии с условиями инвестиционного договора (пункт 1.2) под Инвестиционным проектом (Проект) понимается - совокупность организационно-технических мероприятий по проектированию, строительству и вводу в эксплуатацию многоквартирного дома, связанных с ним внутриплощадочных инженерных сетей и сооружений, а также объектов инженерной и транспортной инфраструктуры, с благоустройством прилегающей территории по строительному адресу: 

<

...> корпус №7, в форме проведения проектных, подготовительных, строительных и пусконаладочных работ, а также других действий, связанных с вводом объекта в эксплуатацию, с использованием вложений капитала (инвестиций), привлекаемого из различных источников. 

Согласно п. 1.3 Договора, Инвестиционный объект (Объект) - пятисекционный, семнадцатиэтажный, 384-квартирный жилой дом, с нежилыми помещениями на первом этаже и с автостоянкой на 100 машиномест, транспортные и инженерные сети и сооружения, объекты благоустройства по строительному адресу: 

<

...> корпус №7, и связанные с ним объекты инженерной инфраструктуры, транспортной инфраструктуры (дороги, внутриквартальные проезды), на создание которых Застройщик направляет собственные или привлеченные средства в рамках реализации Проекта. 

В соответствии с п. 1.5 договора Инвестор - Общество с ограниченной ответственностью «ПЕЛОТОН», осуществляющее инвестирование Проекта с использованием собственных и (или) привлеченных средств в соответствии с законодательством и Договором с целью приобретения имущественных прав на часть Объекта после завершения строительства. Права Инвестора на участие в Инвестиционном проекте и на получение после его завершения имущественных прав на часть Объекта в виде конкретных квартир подтверждаются Договором и актами об исполнении обязательств по Договору. В соответствии с п. 2.1,2.2,2.3 предметом договора является взаимодействие Сторон при реализации Инвестиционного проекта в порядке и на условиях, предусмотренных Договором, с целью приобретения Инвестором по окончании строительства имущественных прав на часть Объекта в соответствии со статьей 4 Договора. 

Результатом деятельности Сторон в рамках Договора является возникновение у Инвестора имущественных прав на часть объекта в виде конкретных квартир, в объеме, определяемом в соответствии со статьей 4 Договора. 

Как указано в 5.1, 5.2 Договора Инвестор обязуется уплатить Застройщику инвестиционный взнос в срок не позднее 5 (пяти) рабочих дней с момента заключения настоящего Договора в размере 214 668 000 (двести четырнадцать миллионов шестьсот шестьдесят восемь тысяч) рублей. 

Согласно п. 4.1 по итогам реализации Инвестиционного проекта Инвестор получает в собственность Квартиры в Объекте общей площадью ориентировочно 4 770, 4 квадратных метров. 

В соответствии с п. 6.1.1. Инвестор обязуется принять участие в инвестировании строительства Объекта путем внесения инвестиционного взноса в объеме и на условиях, установленных Договором. 

ООО «Пелотон» денежные средства в счет оплаты по инвестиционному договору № 2/28/01- 2014 от 28.01.2014 в размере 214 668 000 руб. были перечислены 29.01.2014 на расчетный счет ЗАО «УКС ФИО11». 

11.05.2016 между ООО «СпецФинЛизинг» (Поручитель) в лице генерального директора ФИО12., действующего на основании Устава и ООО «ПЕЛОТОН» в лице конкурсного управляющего ФИО13. (Кредитор), действующего на основании решения Арбитражного суда г. Москвы от 04.12.2015 г. по деду № А40-42350/2015 был заключен договор поручительства №П221 к Инвестиционному договору №2/28/01-2014 от 28.01.2014г. 

В соответствии с пунктом 1 Договора поручительства Поручитель выдает Кредитору безотзывное поручительство за следующее предприятие ЗАО «УКС ФИО11». 

В соответствии с п. 1 Договора поручительства Поручитель выдает Кредитору безотзывное поручительство за следующее предприятие ЗАО «УКС ФИО11». В соответствии с п.2 Договора поручительства Поручитель обязуется отвечать перед Кредитором солидарно с Должником, в том же объеме, как и Должник, за исполнение Должником следующих обязательств: 

- обязательств Застройщика по Инвестиционному договору № 2/28/01-2014 от 28.01.2014 г.;

- обязательств должника по передаче Кредитору в собственность квартир в Объекте общей площадью ориентировочно 4 770,40 квадратных метров, в случае неисполнения должником своих обязательств (п. 4.1 Инвестиционного договора № 2/28/01-2014). 

В соответствии с п. 8 Договора поручительства в случае просрочки исполнения Должником обязательств перед Кредитором, Кредитор вправе по своему выбору потребовать исполнения обязательств у Должника или Поручителя либо осуществить в установленном законом порядке осуществить принудительное взыскание долга с Поручителя или Должника. 

В соответствии с п.п. 9, 10 Договора поручительства платеж в пользу Кредитора должен быть произведен Поручителем в течение 7 (семи) рабочих дней со дня получения от Кредитора письменного Требования об оплате с указанием суммы просроченной задолженности Должника и даты ее оплаты. Требование считается полученным Поручителем, если оно было направлено по адресу Поручителя, указанному в Договоре, курьером, почтовым ведомством с 5 уведомлением о вручении или иным способом, дающим возможность фиксирования доставки на момент такого фиксирования либо нарочно под роспись Поручителя. 

Застройщик условия инвестиционного договора № 2/28/01-2014 от 28.01.2014 не выполнил, строительство многоквартирного дома не велось. 

18.08.2016 конкурсный управляющий ООО «Пелотон» обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ЗАО «УКС ФИО11» о взыскании суммы задолженности в размере 214 668 000 руб. 

Решением Арбитражного суда города от 22.11.2016 по делу №А40-186191/16 исковые требования полностью удовлетворены. С АО «УКС ФИО11» взыскана сумма задолженности в размере 214 668 000 руб. 

01.03.2017 года Поручителю была направлена претензия об уплате суммы задолженности по инвестиционному договору № 2/28/01-2014 от 28.01.2014 г., задолженность в размере 214 668 000 руб. оплачена не была. 

28.01.2014 между ЗАО «УКС ФИО11» и ООО «Пелотон» заключен инвестиционный договор № 1/28/01-2014. 

В соответствии с условиями инвестиционного договора (пункт 1.2) под Инвестиционным проектом (Проект) понимается - совокупность организационно-технических мероприятий по проектированию, строительству и вводу в эксплуатацию многоквартирного дома, связанных с ним внутриплощадочных инженерных сетей и сооружений, а также объектов инженерной и транспортной инфраструктуры, с благоустройством прилегающей территории по строительному адресу: 

<

...> корпус №5-6, в форме проведения проектных, подготовительных, строительных и пусконаладочных работ, а также других действий, связанных с вводом объекта в эксплуатацию, с использованием вложений капитала (инвестиций), привлекаемого из различных источников. 

Согласно п. 1.3 Договора, Инвестиционный объект (Объект) - девятисекционный, семнадцатиэтажный, 752-квартирный жилой дом, с нежилыми помещениями на первом этаже и с автостоянкой на 186 машиномест, транспортные и инженерные сети и сооружения, объекты благоустройства по строительному адресу: 

<

...> корпус №5-6, и связанные с ним объекты инженерной инфраструктуры, транспортной инфраструктуры (дороги, внутриквартальные проезды), на создание которых Застройщик направляет собственные или привлеченные средства в рамках реализации Проекта. 

В соответствии с п. 1.5 договора -Инвестор - Общество с ограниченной ответственностью «ПЕЛОТОН», осуществляющее инвестирование Проекта с использованием собственных и (или) привлеченных средств в соответствии с законодательством и Договором с целью приобретения имущественных прав на часть Объекта после завершения строительства. 

В соответствии с п. 2.1,2.2,2.3 предметом договора является взаимодействие Сторон при реализации Инвестиционного проекта в порядке и на условиях, предусмотренных Договором, с целью приобретения Инвестором по окончании строительства имущественных прав на часть Объекта в соответствии со статьей 4 Договора. 

Инвестор участвует в инвестировании строительства Объекта в порядке и на условиях, установленных Договором, а Застройщик аккумулирует собственные денежные средства, денежные средства Инвестора и третьих лиц и направляет их на цели реализации Инвестиционного проекта. 

Результатом деятельности Сторон в рамках Договора является возникновение у Инвестора имущественных прав на часть объекта в виде конкретных квартир, в объеме, определяемом в соответствии со статьей 4 Договора. 

Согласно п. 4.1 по итогам реализации Инвестиционного проекта Инвестор получает в собственность Квартиры в Объекте общей площадью ориентировочно 10 785, 3 (десять тысяч семьсот восемьдесят пять целых три десятых) квадратных метров. 

В соответствии с п. 6.1.1. Инвестор обязуется принять участие в инвестировании строительства Объекта путем внесения инвестиционного взноса в объеме и на условиях, установленных Договором 

ООО «Пелотон», денежные средства в счет оплаты по инвестиционному договору №1/28/01- 2014 от 28.01.2014 в размере 485 338 500 руб. были перечислены 29.01.2014 на расчетный счет ЗАО «УКС ФИО11». После чего, частично денежные средства в размере 207 813 500 руб. были возращены на расчетный счет ООО «Пелотон». 

11.05.2016 между ООО «СпецФинЛизинг» (Поручитель) в лице генерального директора ФИО12., действующего на основании Устава и ООО «ПЕЛОТОН» в лице конкурсного управляющего ФИО13. (Кредитор), действующего на основании решения Арбитражного суда г. Москвы от 04.12.2015 г. по деду № А40-42350/2015 был заключен договор поручительства № П221 к Инвестиционному договору № 1/28/01-2014 от 28.01.2014. 

В соответствии с п. 1 договора поручительства поручитель выдает кредитору безотзывное поручительство за предприятие ЗАО «УКС ФИО11». 

В соответствии с п.2 Договора поручительства Поручитель обязуется отвечать перед Кредитором солидарно с Должником, в том же объеме, как и Должник, за исполнение Должником следующих обязательств: 

- обязательств Застройщика по Инвестиционному договору № 1/28/01-2014 от 28.01.2014 г.; 

- обязательств должника по передаче Кредитору в собственность квартир в Объекте общей площадью ориентировочно 10 785,3 квадратных метров, в случае неисполнения должником своих обязательств (п. 4.1 Инвестиционного договора № 1/28/01-2014). 

В соответствии с п. 8 Договора поручительства в случае просрочки исполнения Должником обязательств перед Кредитором, Кредитор вправе по своему выбору потребовать исполнения обязательств у Должника или Поручителя либо осуществить в установленном законом порядке осуществить принудительное взыскание долга с Поручителя или Должника. 

В соответствии с п.п. 9, 10 Договора поручительства платеж в пользу Кредитора должен быть произведен Поручителем в течение 7 (семи) рабочих дней со дня получения от Кредитора письменного требования об оплате с указанием суммы просроченной задолженности Должника и даты ее оплаты. Требование считается полученным Поручителем, если оно было направлено по адресу Поручителя, указанному в Договоре, курьером, почтовым ведомством с уведомлением о вручении или иным способом, дающим возможность фиксирования доставки на момент такого фиксирования либо нарочно под роспись Поручителя. 

В свою очередь Застройщик ЗАО «УКС ФИО11» условия инвестиционного договора №1/28/01-2014 от 28.01.2014 не выполнило, строительство многоквартирного дома не велось. 

19.08.2016 конкурсный управляющий ООО «Пелотон» обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ЗАО «УКС ФИО11» о взыскании суммы задолженности в размере 277 525 000 руб. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.01.2017 по делу №А40- 186195/16 исковые требования ООО «Пелотон» полностью удовлетворены. С АО «УКС ФИО11» взыскана сумма задолженности в размере 277 525 000 руб. 

01.03.2017 Поручителю была направлена претензия об уплате суммы задолженности по инвестиционному договору №1/28/01- 2014 от 28.01.2014. 

На основании вышеизложенного, решением Арбитражного суда города Москвы от 31.07.2017 по делу № А40-104437/2017 с ООО «СпецФинЛизинг» в пользу ООО «Пелатон» взыскано 492 193 000 руб. Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07 декабря 2017 года от 07 декабря 2017 года решение оставлено без изменения. 

06.08.2018 года между ООО «Пелотон» и ООО «ТСП» (ОГРН 

<

***>) заключен договор уступки права требования (цессии), согласно п. 1.1. передаваемое по настоящему договору право требования на момент заключения настоящего договора включает в себя: сумму долга в размере 492 193 000 руб.; права, обеспечивающие исполнения обязательства. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07 декабря 2018 г. по делу №А40- 104437/2017 произведена замена истца ООО «Пелотон» на ООО «ТСП» (ОГРН 

<

***>) по делу № А40-104437/17-112-1005. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2021 по делу № А40-240380/20- 175-287Б в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов Общества с ограниченной ответственностью «Спецфинлизинг» включено требование Общества с ограниченной ответственностью «ТСП» в размере 492 193 000 руб. основного долга. 

Конкурсный управляющий должника считал, что договор поручительства № П221 от 11.05.2016 к инвестиционному договору № 2/28/01-2014, и договор поручительства № П221 от 11.05.2016 к инвестиционному договору № 1/28/01- 2014 от 11.05.2016, заключенные между ООО «Спецфинлизинг» и ООО «Пелотон», являются недействительными (ничтожными) сделками на основании ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ. Согласно позиции конкурсного управляющего, оспариваемые сделки являются мнимыми, а также совершенными с целью причинения вреда кредиторам, такой вред причинен кредиторам. Так, конкурсный управляющий указывал на то, что ООО «ТСП» являлось аффилированным по отношению к ООО «СФЛ» лицом в рамках договоров уступки прав требований по договорам поручительства в 2018 году, при этом в результате заключения оспариваемых договоров поручительства 11.05.2016 были нарушены права кредитора КБ «РОСЭНЕРГОБАНК» (АО), неисполненные обязательства перед которым у должника возникли в 2019 году (с учетом дополнительного соглашения о продлении сроков исполнения обязательств). Нарушение прав КБ «РОСЭНЕРГОБАНК» (АО) выразилось, как указывает конкурсный управляющий, в том, что Договоры поручительства могли быть подписаны позднее их реальной даты подписания, а также в том, что ООО «ТСП» не принимает участия в собрании кредиторов и самим фактом наличия своего требования уменьшает права КБ «РОСЭНЕРГОБАНК» (АО) на получение удовлетворения его требований. 

Суд первой инстанции указал, что в материалах дела не имеется каких-либо доказательств того, что стороны сделок имели противоправную цель при их заключении, учитывая, что на момент заключения оспариваемых договоров поручительства у должника отсутствовали кредиторы, которым мог быть причинен вред. Стороны на момент заключения сделки не отвечали признакам заинтересованных и (или) аффилированных лиц, что, в отсутствие доказательств недобросовестности сторон сделки, признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника на момент совершения сделки, исключает такое квалифицирующее обстоятельство ничтожной сделки как направленность воли сторон на злоупотребление правом в целях причинения вреда кредиторам. 

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, не усматривает оснований для отмены судебного акта.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы. 

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. 

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63). 

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения выходят за рамки признаков подозрительной сделки, предусмотренных п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве. 

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя. 

Аналогичная позиция отражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016, в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15- 20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886. 

В ходе рассмотрения дела конкурсным управляющим не представлено доказательств, очевидно свидетельствующих о том, что оспариваемые сделки выходили за пределы признаков недействительных сделок, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, которые можно квалифицировать по признакам недействительных сделок предусмотренных ст. 10, 168, 170 ГК РФ. 

Как следует из материалов дела о банкротстве должника, в реестр требований кредиторов ООО «Спецфинлизинг» включено требование ООО «ТСП», а также определением Арбитражного суда города Москвы от 21.10.2021 по делу № А40-240380/2020 в третью очередь реестра кредиторов должника включено требование КБ «РОСЭНЕРГОБАНК» (АО) в размере 206 719 823,36 руб. основного долга и процентов, а также в размере 764 219,34 руб. пени - в третью очередь отдельно с удовлетворением после погашения основной задолженности и причитающихся процентов. 

Указанное требование КБ «РОСЭНЕРГОБАНК» (АО) основано на неисполнении должником обязательства по кредитному договору от 29.07.2016 № 

<

***> на сумму 124 810 000,00 руб., срок исполнения кредита наступал 31.10.2017, но в редакции дополнительного соглашения срок исполнения продлен до 31 октября 2019 года. 

В силу п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. 

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Согласно п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ N 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве, в силу которых под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества (активов), а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

Согласно абз. 7 п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ N 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Поскольку конкурсное оспаривание (статьи 61.2, 189.40 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 ГК РФ), посредством которого в деле о банкротстве могут быть нивелированы негативные последствия поведения должника, предпринимающего действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр, объективно причиняющие вред кредиторам, снижая вероятность погашения их требований, направлено на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать, то такое конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем, тогда как при отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206 по делу № А40-61522/2019). (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206 по делу № А40-61522/2019). 

Таким образом, для признания сделки недействительной необходимо доказать, что в результате ее совершения был причинен вред кредиторам должника, при том, что при отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить вред им у должника возникнуть не может. 

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что намерения одного участника заключить мнимый договор недостаточно для вывода о ничтожности сделки на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ. Данная норма подлежит применению при установлении порока воли всех сторон договора (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2005 N 10505/04, от 05.04.2011 N 16002/10, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.07.2020 N 306-ЭС19-2986(7,8) по делу N А65- 27205/2017). 

При установлении обстоятельств совершения мнимой сделки должно быть доказано, что противоправная цель сделки преследовалась обеими сторонами, а преследуемый ими противоправный умысле существовал на момент совершения сделки. 

Из фактических обстоятельств дела и представленных в материалы дела доказательств следует, что на момент заключения оспариваемых договоров поручительства от 11.05.2016 у должника отсутствовали не только неисполненные обязательств, но и в целом отсутствовали принятые на себя обязательства перед какими-либо кредиторами, требования которых были бы включены в реестр требования кредиторов, равно как и отсутствовали неисполненные обязательства, которые могли возникнуть в обозримом будущем. Из материалов дела следует, что неисполненное обязательство перед Банком возникло только 31.10.2019, то есть спустя 3 года после заключения договоров поручительства. 

В соответствии со ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ воля обеих сторон мнимой сделки, равно как сделки, совершенной со злоупотреблением правом при её совершении, должна быть направлена на причинение имущественного вреда кредиторам Должника и должна исходить от обеих сторон мнимой сделки. Иными словами, на момент заключения оспариваемых сделок стороны должны осознавать, что в результате их действий кредиторам будет причинен имущественный вред. 

Исходя из п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ N 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При этом само по себе наличие признака аффилированности сторон сделки не является безусловным основанием для признания сделки недействительной. 

В данном случае суд не усмотрел наличие признаков аффилированности ООО «Спецфинлизинг» и ООО «Пелотон» при совершении оспариваемых сделок. 

По смыслу Постановления Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 1795/11 по делу N А56-6656/2010 для квалификации сделок как ничтожных в связи со злоупотреблением правом необходимо доказать наличие либо сговора между сторонами сделки, либо осведомленности одного контрагента по сделке о злоупотреблении правом (недобросовестности действий) второго контрагента в сделке. 

В соответствии с п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки. 

Факт злоупотребления правом предполагается, в случае сели сделка заключена с аффилированным и заинтересованным лицом. Поскольку предполагается осведомленность о наличии цели причинения вреда. 

Пунктом 1 статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено, что в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: 

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; 

лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" (далее - Закон N 948-1) аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. В частности, аффилированными лицами юридического лица являются лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо (абзац 5 (29) статьи 4 Закона N 948-1). 

В силу части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон о защите конкуренции) группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков, в том числе: 

- юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо (пункт 2 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции); 

- лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции признаку входит в группу с одним и тем же лицом (пункт 8 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции). 

Из обстоятельств дела следует, что оспариваемые договоры поручительства заключены между ООО «СпецФинЛизниг» и ООО «Пелотон» 11.05.2016. 

По состоянию на 11.05.2016 генеральным директором и единственным участником ООО «Спецфинлизинг» являлся ФИО12 

При этом по состоянию на 11.05.2016 в отношении ООО «Пелотон» была введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим ООО «Пелотон» являлся ФИО13 

Таким образом, ООО «Пелотон» и ООО «Спецфинлизинг» на момент совершения оспариваемых сделок не являлись друг по отношению к другу аффилированными лицами по смыслу п.1 ст. 19 Закона о банкротстве. 

Учитывая изложенное, в отсутствие аффилированности между ООО «Спецфинилизинг» и ООО «Пелотон», конкурсным управляющим не доказано наличии между сторонами сговора при заключении Договоров поручительства, направленных на злоупотребление правом и причинения вреда кредиторам Должника. В отсутствие доказательств недобросовестности сторон, нет оснований полагать, что оспариваемые договоры заключены лишь для вида без намерения создать соответствующие этому договору гражданско-правовые последствия, со злоупотреблением правом. 

Факт последующего приобретения прав требований к ООО «Спецфинлизинг» по договору уступки, заключенному между ООО «Пелотон» и ООО «ТСП», не свидетельствует о ничтожности договоров поручительства, и не может являться основанием для применения презумпции осведомленности другой стороны о противоправной цели совершения сделки непосредственно на момент её совершения. 

Доводы конкурсного управляющего о заключении Договоров поручительства в более позднюю дату не нашли своего подтверждения при исследовании обстоятельств дела, и не были подтверждены относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами. 

Природа обеспечительных обязательств состоит в том, что кредитор, должник и поручитель заранее осознают возможность неисполнения должником основного обязательства. Выдавая обеспечение, поручитель принимает на себя все риски неисправности должника, в том числе связанные, с банкротством последнего, данная позиция отражена в определении Верховного Суда РФ от 20.04.2017 № 305-ЭС16- 19525. 

При этом невозможность исполнить договор поручительства при его заключении не свидетельствует о мнимости этой сделки и не означает, что у стороны договора и в дальнейшем не будет возможности удовлетворить требования кредитора (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17.05.2016 № 2-КГ16-2, определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26.01.2016 № 57-КГ15-15, Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26.01.2016 № 57-КГ15-14). 

Обстоятельства, указывающие на отсутствие аффилированности между Должником и ООО «Пелотон», отсутствие осведомленности ООО «Пелотон» о наличии обязательств должника и отсутствие у ООО «Спецфинлизинг» обязательств перед кредиторами на момент заключения договора поручительства, а также отсутствие у Должника признаков неплатежеспособности на момент заключения сделки, учитывая характер обязательства из Договоров поручительства, как обязательства, не предполагающего непосредственного встречного исполнения, в своей совокупности свидетельствуют о том, что основания для признания недействительной сделкой Договоров поручительства отсутствуют. 

Более того, в отсутствие ООО «Спецфинлизинг» на момент заключения оспариваемых сделок кредиторов, указывает на то, что стороны не намеревались создать искусственную кредиторскую задолженность в ущерб интересам остальных кредиторов, так как таких кредиторов не было, следовательно в действиях сторон отсутствовал и противоправный умысел, направленный на причинение вреда кредиторам должника. В отсутствие доказательств, указывающих на то, что сделка была совершена в иную дату – дату, когда у должника имелись кредиторы, также говорит о том, что оспариваемые сделки не отвечают признакам мнимых сделок, направленных на создание искусственной кредиторской задолженности, нарушающей баланс интересов кредиторов должника. 

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

Пунктом 3 данной нормы предусмотрено, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. 

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

Пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок должника по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

По смыслу приведенных положений законодательства для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, что должник и другая сторона по сделке имели между собой сговор, и последняя знала о неправомерных действиях должника. 

Как указано в Определении ВС РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. 

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя. 

В силу изложенного, заявление по данному обособленному спору со ссылкой на положения ст. 10 ГК РФ может быть удовлетворено только в том случае, если заявители докажут наличие в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886). 

Суд первой инстанции верно указал, что в материалах дела не имеется каких-либо доказательств того, что стороны сделок имели противоправную цель при их заключении, учитывая, что на момент заключения оспариваемых договоров поручительства у должника отсутствовали кредиторы, которым мог быть причинен вред. Стороны на момент заключения сделки не отвечали признакам заинтересованных и (или) аффилированных лиц, что, в отсутствие доказательств недобросовестности сторон сделки, признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника на момент совершения сделки, исключает такое квалифицирующее обстоятельство ничтожной сделки как направленность воли сторон на злоупотребление правом в целях причинения вреда кредиторам. 

Принимая во внимание, отсутствие оснований квалифицировать спорные сделки по ст. 10, 168, 170 ГК РФ следует учесть, что оспариваемые сделки заключены за пределами периода подозрительности сделки, установленного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку оспариваемые сделки совершены 11.05.2016 тогда как дело о банкротстве должника возбуждено определением от 19.01.2021, то есть спустя 4 года и 8 месяцев после заключения сделки. 

В обоснование необходимости признания сделки недействительной конкурсный управляющий указал, что в результате ее совершения был причинен вред АО КБ «Росэнергобанк», требование которого возникли из кредитного договора № 

<

***> заключенного 29.07.2016 и включено в реестр требований кредиторов. 

В соответствии Положением о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности № 254-П, утвержденным Банком России от 26.03.2004 № 254-П (далее - Положение Банка России 26.03.2004 254-П), кредитная организация обязана оценивать финансовое положение заемщика, риски по выданным ссудам и формировать резервы на возможные потери по ссудам. 

Согласно пункту 3.1.3 данного Положения вся информация о заемщике, включая информацию о рисках заемщика, фиксируется в досье заемщика. Информация, использованная кредитной организацией для оценки качества ссуды, включая оценку финансового положения заемщика, должна быть доступна органам управления, подразделениям внутреннего контроля кредитной организации, аудиторам и органам банковского надзора. 

Согласно пунктам 3.1 - 3.1.2, 3.5 Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П оценка кредитного риска по каждой выданной ссуде (профессиональное суждение) должна проводиться кредитной организацией на постоянной основе. Профессиональное суждение выносится по результатам комплексного и объективного анализа деятельности заемщика с учетом его финансового положения, качества обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в распоряжении кредитной организации информации о любых рисках заемщика. Кредитная организация должна обеспечить получение информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчетного резерва, учитывать вероятность недостоверности представленной заемщиками информации. 

Для оценки финансового положения заемщиков целесообразно использовать информацию, рекомендуемую Банком России в соответствии с п. 2 Приложения 2 к Положению 254-П, к которой отнесены, в частности, отчетность заемщиков, бизнес-планы и иные сведения о различных аспектах деятельности заемщика. 

Из приведенных положений следует, что Банк является профессиональным участником рынка финансовых услуг и при заключения кредитных договоров обязан проявлять должную заботливость и осмотрительность в отношении заемщика. 

На момент заключения кредитного договора у должника имелись обязательства, возникшие из оспариваемых договора поручительства. 

При этом, исходя из финансового положения Должника, стороны дополнительным соглашение продлили срок возврата денежных средств по кредитному договору с 31.10.2017 до 31.10.2019. При указанных обстоятельствах Банк, как профессиональный участник оборота, также исходил из отсутствия предполагаемых фактов нарушения его прав, при этом осознавал и принимал, тот факт, что у должника на момент заключения кредитного договора имелось обязательство по договору поручительства и, продлевая сроки возврата кредита, исходил из платежеспособности должника. 

Тем самым, Банк, реализуя свои права на выдачу кредита и продляя сроки его возврата, даже в период, когда в отношении Должника уже был принят судебный акт о взыскании с него задолженности по Договорам поручительства, исходил из отсутствия фактов причинения вреда его имущественным правам. 

При таких обстоятельствах, напротив, возникновение требования Банка происходило в период уже имевших место обязательств Должника, при том, что Банк обязан был осуществлять проверку контрагента на наличие иных обязательств. 

Суд также отметил, что решением Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2022 по делу № А40-238252/2021-104-1787 отказано в удовлетворении заявления ФИО8 к ООО «Спецфинлизинг», ООО «ТСП» о признании недействительным договора поручительства от 11.05.2016 № П221, заключенного между ООО «СФЛ» и ООО «Пелотон» в обеспечение обязательств ЗАО «УКС ФИО11» по инвестиционным договорам от 28.01.2014 № 1/28/01-2014 и от 28.01.2014 № 2/28/01-2014 и применении последствий недействительности сделок – признании отсутствующим требования к ООО «СФЛ» в размере 492 192 000 руб. на основании ст. ст. 10, 168, ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В ходе рассмотрения дела суд указал, что не нашли своего подтверждения доводы о том, что спорные сделки были заключены с целью формирования искусственной задолженности. 

Кредитором в материалы настоящего дела представлена копия материалов дела №А40- 238252/2021 по иску ФИО8 о признании недействительными сделками оспариваемых в настоящем деле договоров поручительства. Несмотря на то, что конкурсный управляющий не являлся участником данного дела, однако сопоставив обстоятельства №А40-238252/2021 и представленные в материалы указанного дела доказательства суд учитывал, что иных обстоятельств, которые не были предметом рассмотрения в рамках дела по делу № А40-238252/2021-104-1787, и которым суд не дал правовой оценки, заявление конкурсного управляющего по настоящему делу не содержит. Иных доказательств в обоснование своих требований, которые бы подтверждали заявленные конкурсным управляющим доводы, в материалы настоящего дела не представлено. 

Таким образом, ни в рамках дела по оспариванию договоров поручительства, рассмотренном ранее судом, ни в рамках рассмотрения заявления о включении требования ООО «ТСП» в реестр требования кредиторов должника по настоящему делу, не были установлены обстоятельства, указывающие на недействительность договоров поручительства. 

Доводы апелляционных жалоб подлежат отклонению в силу следующего.

Суд первой инстанции правильно применил нормы материального права, установив, что конкурсным управляющим не доказано пороков сделки, выходящей за пределы дефектов подозрительных сделок, и также установив отсутствие оснований для признания оспариваемых сделок ничтожными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ.

Как следует из обстоятельств дела, при оспаривании Договоров поручительства конкурсный управляющий ссылался на следующие обстоятельства:

-на заключение Договоров поручительства с целью причинения вреда кредиторам (которая, по мнению конкурсного управляющего, заключалась в искусственном увеличении задолженности ООО «СФЛ»);

-на причинение такого вреда (в результате искусственного увеличения задолженности ООО «СФЛ»);

-на заключение Договоров поручительства между аффилированными лицами (в то время как ООО «СФЛ» и ООО «Пелотон», в отношении которого на момент заключения Договоров поручительства была введена процедура конкурсного производства, аффилированными лицами не являлись).

Из содержания всех заявленных доводов конкурсного управляющего следует, что им фактически указывались основания подозрительности сделки, установленные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (согласно разъяснениям, приведенным в пункте 5 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63  «О некоторых вопросах, связанных с применением  главы  III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

При этом поскольку заявление о признании Должника банкротом было принято к производству Арбитражного суда 19.01.2021, а оспариваемые сделки совершены 11.05.2016, то есть более чем за 4,5 года до принятия к производству суда заявления о признании оспариваемых сделок недействительными, совершение указанных взаимосвязанных сделок выходит за период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем оспариваемые сделки не могут быть признаны недействительными по основаниям, заявленным конкурсным управляющим (в соответствии с их буквальным изложением и смыслом), учитывая, что доводы конкурсного управляющего о признании сделок недействительными сводятся исключительно к установлению обстоятельств, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции обоснованно учтено, что нормы гражданского законодательства о ничтожности сделок не могут быть использованы заявителем для преодоления правил о периоде подозрительности совершенной сделки, при том, что заявителем не доказано наличие обстоятельств, выходящих за пределы квалификации сделки в соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве

В то же время правовая позиция конкурсного управляющего по существу сводится к тому, что целью совершенной сделки, которую осознавали и желали достичь обе стороны, являлся создание обязательства посредством заключения заведомо невыгодной сделки в ущерб должнику и его кредиторам.

Обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, заявителем не указывались и не доказаны. На момент совершения оспариваемой сделки кредиторы у должника отсутствовали.

При условии отсутствия кредиторов на момент совершения оспариваемых сделок, которым мог бы быть причинён вред, конкурсным управляющим не исполнено бремя доказывания наличия у должника цели причинения вреда при заключении договоров поручительства с ООО «Пелотон», все доводы конкурсного управляющего сводятся к предположениям, в то время, как им не доказаны основания ничтожности сделки на момент заключения оспариваемых договоров поручительства от 11.05.2016 у должника в принципе не существовало не только неисполненных обязательств, но и вообще обязательств перед какими-либо кредиторами, требования которых были бы включены в реестр требования кредиторов. Неисполненное обязательство перед Банком возникло 31.10.2019, при этом принято на себя обязательство было должником 29.07.2016, то есть спустя три месяца после заключения договоров поручительства.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий дополнительно ссылается на то, что на момент заключения Договоров поручительства имело место просрочка основного должника ЗАО «УКС ФИО11» перед ООО «Пелотон» по основному обязательству, а ЗАО «УКС ФИО11» якобы находилось в предбанкротном состоянии, поскольку 20.02.2017 было подано заявление о признании его банкротом.

Тем самым, конкурсный управляющий объясняет имевшую место, по его предположению, мнимость оспариваемых сделок согласно ст. 170 Гражданского кодекса РФ.

Вместе с тем, конкурсным управляющим также не доказано наличие оснований для признания оспариваемых сделок мнимыми.

Как обоснованно учтено судом первой инстанции, в многочисленной судебной практике разъяснено, что невозможность исполнить договор поручительства при его заключении не свидетельствует о мнимости этой сделки и не означает, что у стороны договора и в дальнейшем не будет возможности удовлетворить требования кредитора (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17.05.2016 № 2-КГ16-2, определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26.01.2016 № 57-КГ15-15, Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26.01.2016 № 57-КГ15-14).

Верховный суд обращал внимание на то, что неисполнимость сделки не свидетельствует о ее мнимости, поскольку возможность исполнения не связана с волеизъявлением сторон. Если исполнить обязательство в момент заключения сделки невозможно, это не означает, что сторона не сможет удовлетворить требования кредитора в будущем (определение Верховного Суда РФ от 24.11.2015 № 89-КГ15-13).

Равным образом, тот факт, что другая сторона не исполнила своих обязательств, сам по себе не свидетельствует о мнимом характере сделки (постановление Президиума ВАС РФ от 08.02.2005 № 10505/04 по делу № А56-19090/03).

При этом факт неотражения в бухгалтерском балансе должника сведений о сделках поручительства может свидетельствовать о нарушении должником правил ведения бухгалтерского учета, но не свидетельствует об отсутствии задолженности и не указывает на недействительность договоров поручительства.

Таким образом, довод конкурсного управляющего об искусственном создании задолженности по договорам поручительства не нашел своего подтверждения в ходе исследования обстоятельств дела в суде первой инстанции, более того, конкурсный управляющий ссылается на создание задолженности ООО «ТСП», в то время как даже этот довод заявлен управляющим некорректно - 000 «ТСП» выкупило права требования по договорам поручительства, а не являлось участником сделки по принятию ООО «СФЛ» на себя обязательств за ЗАО «УКС ФИО11» перед ООО «Пелотон».

При этом даже сам по себе выкуп прав требования аффилированным лицом, если считать таковым ОО «ТСП», не значит создания именно искусственной задолженности по договорам, заключенным между ООО «СФЛ» и ООО «Пелотон», что полностью проигнорировано конкурсным управляющим.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2022 по делу № А40-238252/2021-104-1787 отказано в удовлетворении заявления ФИО8 к 000 «Спецфинлизинг», ООО «ТСП» о признании недействительным договора поручительства от 11.05.2016 № П221, заключенного между 000 «СФЛ» и 000 «Пелотон».

Указанное решение оставлено в силе постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 08.08.2022 по делу № А40-238252/2021.

Судом кассационной инстанции также отмечена правильность выводов о специфике договоров поручительства, которые обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу предоставившего обеспечение лица, в связи с чем не имеется оснований ожидать, что кредитор должен был заботиться о выгодности спорных сделок для поручителя.

Как указывал конкурсный управляющий, судебные акты по делу № А40-238252/2021 якобы не могут быть приняты во внимание как имеющие преюдициальное значение для дела, поскольку:

-конкурсный управляющий не участвовал при рассмотрении указанного дела;

-при рассмотрении дела также не был привлечен АО КБ «РЭБ».

Согласно статье 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Однако, суд не ссылался на преюдицию судебных актов согласно ст. 69 АПК РФ, суд лишь учел факт рассмотрения соответствующего заявления об оспаривании Договоров поручительства.

Это означает, что конкурсный управляющий, а также банк, не лишены были возможности представить иные доказательства в обоснование тех доводов, которые ранее суд уже исследовал в рамках судебного дела А40-238252/2021.

Между тем, судом первой инстанции были в полном объёме исследованы все доводы подателей апелляционных жалоб, отраженные им в ходе рассмотрения настоящего дела в суде первой инстанции.

В заявлении и в апелляционной жалобе в обоснование позиции об аффилированности сторон Договоров поручительства - ООО «СФЛ» и ООО «Пелотон», конкурсный управляющий ссылается на два довода:

1)на то, что определением Арбитражного суда города Москвы по делу о банкротстве ООО «Спецфинлизинг» от 27.04.2021 судом якобы установлена аффилированность ООО «ТСП», ООО «СФЛ» и ООО «Пелотон».

Однако судом в указанном определении рассматривалась обоснованность заявления ООО «ТСП» о признании ООО «СФЛ» банкротом, в связи с чем предметом исследования суда являлось установление аффилированности именно кредитора-заявителя и должника (ООО «ТСП» как лица, которое приобрело права требования по Договору поручительства на основании Договора уступки, заключенного с ООО «Пелотон», и ООО «СФЛ», как лица, обязанного по договорам поручительства).

В рамках рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом достаточным основанием для назначения процедуры случайной выборки кандидатуры арбитражного управляющего является не сама по себе доказанность аффилированности кредитора-заявителя и должника, а наличие сомнений относительно независимости кредитора-заявителя и должника, что и имело место в указанном случае.

Тем самым, указанный судебный акт не предопределяет вывод об аффилированности ООО «Пелотон» и ООО «ТСП» для целей оспаривания Договоров поручительства.

Более того, суд исследовал аффилированность в более поздний период, чем заключение оспариваемых Договоров поручительства.

2)на то, что ФИО4, ООО «Инжстрой», ФИО14, ООО «СФЛ», ООО «ТСП» являются аффилированными лицами.

В этой цепочке отсутствует ООО «Пелотон», конкурсным управляющим, в нарушение принципа относимости доказательств, объясняется аффилированность сторон Договоров поручительства неотносимыми к ООО «Пелотон» юридическими лицами.

Вместе с тем, из обстоятельств дела следует, что оспариваемые договоры поручительства заключены между ООО «СпецФинЛизниг» и ООО «Пелотон» 11.05.2016.

ООО «Пелотон» и ООО «Спецфинлизинг» не являлись друг по отношению к другу аффилированными лицами по смыслу п.1 ст. 19 Закона о банкротстве, п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

Судебный акт, принятый ранее в рамках настоящего дела о банкротстве, не устанавливал аффилированности сторон оспариваемой сделки ООО «СФЛ» и ООО «Пелотон» в принципе, и тем более на 11.05.2016, а исследовали аффилированность исключительно ООО «ТСП» по отношении к ООО «Спецфинлинзг», в более поздний период.

Судом первой инстанции обоснованно принята во внимание вся совокупность доказательств и сведений, представленных по делу, и обоснованно учтено отсутствие аффилированности между ООО «СФЛ» и ООО «Пелотон» по состоянию на момент заключения Договоров поручительства (11.05.2016).

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 07.06.2023 по делу № А40- 240380/20 оставить без изменения, а апелляционные жалобы к/у КБ «РОСЭНЕРГОБАНК» (АО) - ГК АСВ, к/у ООО «Спецфинлизинг» - ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья: Д.Г. Вигдорчик 

Судьи: Е.Ю. Башлакова-Николаева 

О.И. Шведко 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.