АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А38-4918/2022

09 февраля 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 20224 года.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.

 

при участии представителей

от общества с ограниченной ответственностью «Глазовский комбикормовый завод»:

ФИО1 по доверенности от 23.06.2022

от открытого акционерного общества «Токаревская птицефабрика»:

ФИО2 по доверенности от 22.03.2023;

ФИО3 по доверенности от 01.11.2023 

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

общества с ограниченной ответственностью «Глазовский комбикормовый завод» 

 

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2023

по делу № А38-4918/2022 Арбитражного суда Республики Марий Эл,

 

по заявлению открытого акционерного общества 

«Токаревская птицефабрика» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 

о признании несостоятельным (банкротом)

закрытого акционерного общества «Марийское» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 

 

и   у с т а н о в и л : 

 

открытое акционерное общество «Токаревская птицефабрика» (далее – ОАО «Токаревская птицефабрика») обратилось в Арбитражный суд Республики Марий Эл с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества «Марийское» (далее – ЗАО «Марийское»).

Суд первой инстанции определением от 01.06.2023 признал заявление кредитора обоснованным, ввел в отношении ЗАО «Марийское» процедуру наблюдения, утвердил временным управляющим ФИО4.

Первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 03.10.2023 отменил определение, признал ЗАО «Марийское» несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, открыл в отношении него процедуру конкурсного производства, утвердил ФИО4 конкурсным управляющим, включил требование ОАО «Токаревская птицефабрика» в размере 920 945 488 рублей 52 копейки в реестр требований кредиторов должника.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, в Арбитражный суд Волго-Вятского округа обратился конкурсный кредитор должника – общество с ограниченной ответственностью «Глазовский комбикормовый завод» (далее – ООО «ГКЗ») с кассационной жалобой, в которой просит его отменить.

По мнению заявителя жалобы, банкротство ЗАО «Марийское» должно производиться по процедуре банкротства сельскохозяйственной организации, введение процедуры конкурсного производства по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника неправомерно. В материалы дела не представлено относимых и допустимых доказательств того, что собрание акционеров ЗАО «Марийское» приняло решение о добровольной ликвидации: на момент принятия такого решения были арестованы акции мажоритарного акционера должника общества с ограниченной ответственностью «Авиан» (более 74 процентов от уставного капитала), настаивающего на ликвидации должника; регистрирующий орган отказал во внесении сведений о процедуре добровольной ликвидации в Единый государственный реестр юридических лиц; отсутствуют подтверждения реального формирования ликвидационной комиссии, совершения ею каких-либо действий, проведения каких-либо мероприятий по ликвидации ЗАО «Марийское». Заявитель считает, что поскольку в настоящей ситуации имеется неопределенность в вопросе того, подлежит ли должник ликвидации либо реабилитации, суд должен был ввести в отношении ЗАО «Марийское» процедуру наблюдения.

ООО «ГКЗ» не согласно с утверждением конкурсным управляющим           ФИО4, ввиду отсутствия у нее ее достаточного опыта и компетенции для того, чтобы быть назначенной конкурсным управляющим в деле о банкротстве  крупного сельскохозяйственного предприятия, она слишком молода, впервые получила статус арбитражного управляющего и стала членом саморегулируемой организации, у нее отсутствует опыт работы в предприятиях данной отрасли экономики, а также стаж работы на руководящих должностях как таковой. Кредитор считает, что суду апелляционной инстанции надлежало сделать запрос в избранную посредством метода случайной выборки саморегулируемую организацию с целью получения не менее трех кандидатур арбитражных управляющих, обладающих соответствующим опытом и компетентностью.

Кредитор считает, что требования ОАО «Токаревская птицефабрика» должны быть понижены в реестре, поскольку по существу птицефабрика предоставила компенсационное финансирование ЗАО «Марийское». В отношении должника было подано заявление, но не была введена процедура банкротства на момент приобретения ОАО «Токаревская птицефабрика» по договору цессии права требования к ЗАО «Марийское». Кредитор считает, что в установлении требования заявителя к должнику надлежало отказать, поскольку он получил возмещение от взаимосвязанных с должником лиц за выкуп требования независимого кредитор (приобретение контроля над мажоритарным акционером должника – обществом с ограниченной ответственностью «Авиан», получение имущества должника по договору аренды через свое дочернее общество – общество с ограниченной ответственностью «Самарский бройлер»). 

ООО «ГКЗ» считает, что  требование кредитора ОАО «Токаревская птицефабрика» является мнимым и заявлено с противоправной целью оказания влияния на ход дела о банкротстве ЗАО «Марийское».

Лицо, подавшее жалобу, указывает на нарушение судом апелляционной инстанции норм процессуального права, выразившихся в необоснованном отказе в принятии дополнительных доказательств от заявителя, а также в принятии постановления незаконным составом суда (в связи с произведением замены судьи в составе для рассмотрения апелляционной жалобы председательствующим судьей).

Доводы заявителя подробно изложены в кассационной жалобе и поддержаны в судебном заседании окружного суда представителем заявителя. 

Конкурсный управляющий ФИО5 и ОАО «Токаревская птицефабрика» в письменных отзывах на кассационную жалобу, а также представители Токаревской птицефабрики в судебном заседании окружного суда возразили относительно приведенных в жалобе доводов и просили оставить состоявшийся по делу судебный акт без изменения, как законный и обоснованный.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Законность обжалованного постановления суда апелляционной инстанции проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационной жалобы. 

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, ознакомившись с отзывами на нее, а также заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, суд округа не нашел оснований для отмены принятого судебного акта в силу следующего.

В силу пункта 2 статьи 7 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора, работника, бывшего работника должника, уполномоченного органа по денежным обязательствам с даты вступления в законную силу решения суда, арбитражного суда или судебного акта о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда о взыскании с должника денежных средств.

Согласно статьям 3 и 33 названного Федерального закона заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику-юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей, и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны быть исполнены.

Сложившаяся правоприменительная практика исходит из того, что нахождение организации-должника в стадии ликвидации и работа ликвидационной комиссии не влекут за собой утрату кредитором права на обращение в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Если с заявлением о признании банкротом ликвидируемой организации обращается ликвидационная комиссия, то она обязана доказать, что стоимость имущества должника-юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов. Если с таким заявлением обращается кредитор, то он не обязан доказывать упомянутое обстоятельство, при этом в случае создания ликвидационной комиссии, дело о банкротстве такого должника рассматривается по правилам о банкротстве ликвидируемого должника, а в противном случае – по общим правилам (в том числе с введением наблюдения).

Дата начала ликвидации должника по отношению к дате возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) не имеет правового значения для введения упрощенной процедуры применительно к пункту 1 статьи 224 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 53 Закона о банкротстве решение о признании должника-юридического лица банкротом и об открытии в отношении него конкурсного производства принимается судом в случае установления признаков банкротства, предусмотренных статьей 3 названного Федерального закона, при отсутствии оснований для оставления заявления о признании должника банкротом без рассмотрения, введения финансового оздоровления, внешнего управления, утверждения мирового соглашения или прекращения производства по делу о банкротстве.

В ситуации, когда уполномоченным органом должника принято решение о его ликвидации, состоялось назначение ликвидационной комиссии, не предполагается дальнейшее осуществление ликвидируемой организацией обычной деятельности, характерной для нормального гражданского оборота.

В пункте 62 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что если в заседании арбитражного суда по проверке обоснованности требований заявителя к должнику установлено, что во исполнение решения суда учредителями (участниками) либо органом юридического лица, уполномоченным на то учредительными документами, образована ликвидационная комиссия и стоимость имущества должника недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, то к такому должнику судом применяется процедура банкротства ликвидируемого должника в порядке, предусмотренном параграфом 1 главы XI Закона о банкротстве.

В этом случае арбитражный суд принимает решение о признании ликвидируемого должника банкротом и об открытии конкурсного производства и утверждает конкурсного управляющего. Наблюдение, финансовое оздоровление и внешнее управление при банкротстве ликвидируемого должника не применяются.

По заявлению кредитора либо уполномоченного органа о банкротстве ликвидируемой организации, в которой действует ликвидационная комиссия, арбитражный суд мог принять одно их двух решений – о признании должника банкротом по упрощенной процедуре банкротства (параграф 1 главы XI Закона о банкротстве) или об отказе в признании должника банкротом (статья 55 Закона о банкротстве).

Возможность принятия решения об отказе в признании должника банкротом законодатель связывает с отсутствием признаков банкротства, предусмотренных статьей 3 Закона о банкротстве.

Суды апелляционной инстанций, проанализировав в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, установил, что внеочередное заочное общее собрание акционеров ЗАО «Марийское» 25.03.2023 (после возбуждения настоящего дела о банкротстве определением суда от 28.10.2022) приняло решение о добровольной ликвидации должника с назначением председателем ликвидационной комиссии ФИО6.

В судебном заседании ЗАО «Марийское» пояснило, что решение о ликвидации вызвано  тяжелым финансовым положением общества, вызванное дефолтом по кредитным обязательствам, наложением арестов на все имущество, отсутствием контрактов, позволяющих получить прибыль, фактическим прекращением деятельности, массовым падежом КРС и птицы. 

Доказательств отмены указанного решения либо признания его недействительным в установленном законом порядке не представлено, равно как не доказано наличие оснований для отказа в признании ЗАО «Марийское» несостоятельным (банкротом).

При таких обстоятельствах, принимая во внимание отсутствие у участников должника намерения продолжать его хозяйственную деятельность, а также нецелесообразность в связи с этим введения в отношении ЗАО «Марийское» процедуры наблюдения, целью которой, по общему правилу, является выяснение наличия либо отсутствия возможности реабилитации должника, суд апелляционной инстанции верно признал ЗАО «Марийское» несостоятельным (банкротом) по признакам ликвидируемого должника и открыл в отношении него процедуру конкурсного производства.

Доводы заявителя жалобы о том, что банкротство должника должно производиться по процедуре банкротства сельскохозяйственной организации, не являются основанием для отмены судебного акта. Закон о банкротстве не содержит норм, запрещающих в рамках процедуры конкурсного производства должника, открытой по общим основаниям, применять впоследствии, при наличии к тому оснований,  специальные правила о банкротстве сельскохозяйственной организации (параграф 3 главы IX Закона о банкротстве).

 Предметом кассационного обжалования является вопрос об утверждении судом апелляционной инстанции кандидатуры конкурсного управляющего ФИО4

Закон о банкротстве отводит приоритет выбора кандидатуры нового арбитражного управляющего или иной саморегулируемой организации собранию кредиторов (пункт 6 статьи 45 названного Федерального закона).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Названная правовая позиция получила свое развитие в пункте 27.1 Обзора судебной практики, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016, где указано, что при подаче заявления как должником, так и его аффилированным лицом кандидатура арбитражного управляющего определяется посредством случайного выбора.

Равным образом на этой же идее о необходимости обеспечения независимости и беспристрастности в работе арбитражного управляющего базируется и разъяснение пункта 12 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, согласно которому голоса контролирующих должника лиц не учитываются на собрании кредиторов при определении кандидатуры арбитражного управляющего.

Такое регулирование направлено на обеспечение подлинной независимости управляющего, предотвращение потенциального конфликта интересов, то есть на устранение всяких сомнений по поводу того, что управляющий, предложенный должником, в приоритетном порядке будет учитывать интересы последнего, ущемляя тем самым права гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов. Поскольку должник и аффилированные с ним лица имеют общий интерес, отличный от интереса кредиторов, правила пункта 5 статьи 37 Закона о банкротстве подлежат применению по аналогии (пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) и в ситуации, когда кандидатура арбитражного управляющего, саморегулируемая организация предложены связанным с должником лицом-заявителем по делу о банкротстве.

Аналогичный подход применим и в ситуации, когда кандидатура арбитражного управляющего, саморегулируемой организации предложены лицом, которое при отсутствии формально юридических признаков аффилированности имеет возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

В рассмотренном случае суд первой инстанции в ходе рассмотрения вопроса об утверждении временного управляющего ЗАО «Марийское» установил, что ОАО «Токаревская птицефабрика» предложило утвердить временного управляющего из числа членов саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Авангард». Вместе с тем у суда первой инстанции возникли разумные сомнения в независимости предложенной кредитором саморегулируемой организации, поскольку из материалов дела следовало, что ОАО «Токаревская птицефабрика» имеет заинтересованность по отношению к ЗАО «Марийское». Суд посчитал, что выход из сложившейся ситуации возможен посредством назначения независимого арбитражного управляющего, представленного саморегулируемой организацией, определенной методом случайного выбора. Такой подход основан на содержательном анализе взаимоотношений сторон и направлен на обеспечение независимости и беспристрастности арбитражного управляющего, в связи с чем поддержан апелляционным судом после отмены определения суда первой инстанции.

Ассоциация арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих», выбранная судом первой инстанции, представила кандидатуру арбитражного управляющего ФИО4 соответствующую требованиям статей 20 и 20.2 Закона о банкротстве. При этом, как справедливо отметил суд апелляционной инстанции, суд предыдущей инстанции при направлении запроса не делал указаний относительно вводимой в отношении должника процедуры банкротства. Таким образом, учитывая согласие указанного лица, в том числе, подтвержденное в суде апелляционной инстанции, апелляционный суд применительно к обстоятельствам настоящего дела правомерно утвердил ФИО4 конкурсным управляющим ЗАО «Марийское».

Доводы заявителя о недостаточной компетенции ФИО4 для проведения процедуры конкурсного производства в отношении такого крупного предприятия как ЗАО «Марийское» не могут быть приняты во внимание. 

Закон относит вопрос об утверждении управляющего к компетенции суда, который при принятии соответствующего решения не связан исключительно волей кредиторов. 

В рассмотренной ситуации назначение независимого арбитражного управляющего, представленного саморегулируемой организацией, определенной на основе метода случайной выборки, обеспечивает баланс интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве. 

При этом необходимо отметить, что интерес конкурсного кредитора, статусом которого обладает ООО «ГКЗ», состоит в максимально возможном удовлетворении своих требований, включенных в реестр, а потому утверждение судом конкурсного управляющего посредством случайного выбора саморегулируемой организации его права и законные интересы не нарушает.

В материалах дела отсутствуют убедительные свидетельства того, что        ФИО4 не соответствует требованиям, предъявляемым Законом о банкротстве к ее компетенции, добросовестности и независимости, либо дополнительным требованиям, выдвинутым к ее опыту работы в порядке пункта 3 статьи 20.2 Закона о банкротстве. Следует отметить, что ООО «ГКЗ» не наделено правом установления дополнительных условий к конкурсному управляющему, в случае несогласия с трудовым стажем и стажем руководителя. Таким образом, отказ от утверждения ФИО4 в качестве конкурсного управляющего ЗАО «Марийское», исходя из обстоятельств, на которых настаивает ООО «ГКЗ», означал бы запрет на профессию не имеющим опыта начинающим арбитражным управляющим.

ООО «ГКЗ» как кредитор должника вправе получать сведения о ходе процедуры банкротства ЗАО «Марийское» и при наличии оснований обратиться в суд с заявлением о признании действий либо бездействия ФИО4 незаконными, а также потребовать ее отстранения от исполнения обязанностей конкурсного управляющего. Заинтересованные лица также вправе инициировать созыв собрания для выбора иной кандидатуры конкурсного управляющего и выдвижения дополнительных требований к ней применительно к пункту 7 «Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 11.10.2023.

Заявитель также не согласен с включением требований ОАО «Токаревская птицефабрика» в реестр требований кредиторов должника. По мнению ООО «ГКЗ», правовые основания для установления требований кредитора отсутствовали либо его требование подлежало субординации, поскольку имеет признаки корпоративного, а, кроме того, приобретено у независимого кредитора на собственные денежные средства ЗАО «Марийское».

Судебной практикой выработаны и объединены в «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), правовые подходы, раскрывающие правоотношения лиц, взаимосвязанных между собой не только с экономической, но и с корпоративной точки зрения.

Характер складывающихся в обороте правоотношений аффилированных (в том числе контролирующих) лиц предполагает их возникновение с различными, порой кардинально отличающимися друг от друга целями, ориентированность которых способна разниться от стандартных общепринятых до злостных.

Так, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса (пункт 3 Обзора от 29.01.2020).

В пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

При этом доказывание общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

О наличии такого рода аффилированности также может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В рассмотренном случае материалами дела подтверждено, что ЗАО «Марийское» и ОАО «Токаревская птицефабрика» имеют заинтересованность по отношению друг к другу. Лицами, участвующими в деле, этот факт не оспорен. 

Вместе с тем, следует учесть, что само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

Законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Суд апелляционной инстанции, проверив обстоятельства, при которых кредитор приобрел требование к ЗАО «Марийское» у независимого кредитора – акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» (договор цессии от 28.12.2022 заключен после возбуждения настоящего дела о банкротстве определением от 28.10.2022), не усмотрел отклонения действий ОАО «Токаревская птицефабрика» от критериев нормального поведения участника делового оборота.

ООО «ГКЗ» настаивало на понижении очередности удовлетворения требования ОАО «Токаревская птицефабрика», ссылаясь на то обстоятельство, что договор уступки права требования к ЗАО «Марийское» заключен кредитором до введения в отношении должника процедуры банкротства.

Основанием для применения разъяснений Обзора от 29.01.2020 и субординации требований кредиторов является нарушение обязанности контролирующими организацию лицами по публичному информированию третьих лиц об имущественном кризисе должника посредством подачи заявления о банкротстве (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Такие требования должны отвечать признакам компенсационного финансирования, то есть иметь целью возвращение подконтрольного общества, пребывающего в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности, с одновременным созданием ложного представления у независимых кредиторов о финансовом состоянии должника и избежанием обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве такого общества.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. 

В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

В отличие от обозначенной ситуации после возбуждения производства по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. В связи с этим выкуп задолженности у одного из независимых кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования.

Компенсационное финансирование (предоставление должнику денежных средств либо временное освобождение его от исполнения обязательств) прикрывает неплатежеспособность должника от независимых кредиторов и осуществляется до возбуждения дела о его банкротстве. После названного момента факт имущественного кризиса становится публично раскрытым, в силу чего утаивание сведений о неблагополучном финансовом положении должника становится невозможным. 

Таким образом, пункт 6.2 Обзора не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в условиях возбужденного в отношении должника дела о банкротстве. Иное привело бы к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем.

Следует отметить, что ООО «ГКЗ», заявляя о компенсационном финансировании, не указало независимых кредиторов, от которых должник и участвующие в споре лица скрывали истинное финансовое положение должника. Между тем, об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства ЗАО «Марийское» свидетельствует, в частности, факт их обращения с заявлениями о включений своих требований в реестр требований кредиторов должника.

В пункте 5 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда не подлежит удовлетворению заявление о включении в реестр требования аффилированного с должником лица, основанное на исполнении им обязательства должника внешнему кредитору, если аффилированное лицо получило возмещение исполненного на основании соглашения с должником.

Вместе с тем апелляционный суд не обнаружил бесспорных доказательств того, что ОАО «Токаревская птицефабрика» приобрело у акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» право требования к ЗАО «Марийское» на денежные средства, принадлежащие последнему (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Поскольку доказательства злоупотребления правом со стороны кредитора в материалы дела не представлены, основания для отказа во включении его требований в реестр отсутствовали. 

Суд округа проанализировал доводы кассационной жалобы и пришел к выводу, что ООО «ГКЗ» не сослалось на обстоятельства, которые не были проверены и учтены предыдущей судебной инстанцией при рассмотрении дела и влияли бы на обоснованность и законность обжалованного судебного акта. 

Иная оценка исследованных судом доказательств и установленных фактических обстоятельств дела либо иной, чем у суда, подход к их интерпретации в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Обжалованные судебные акты приняты при правильном применении норм материального права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам.

Кроме того, не нашли подтверждения ссылки заявителя на допущенные судом процессуальные нарушения.

В частности, аргумент ООО «ГКЗ» о том, что апелляционная инстанция необоснованно отказала ему в принятии новых доказательств, не является основанием для отмены обжалованных судебных актов.

В силу статьи 268 (части 1 и 2) Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело. Дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснил следующее.

При решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам. К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия арбитражным судом апелляционной инстанции.

Мотивированное принятие дополнительных доказательств арбитражным судом апелляционной инстанции в случае, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными, а также, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, не может служить основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. В то же время немотивированное принятие или непринятие судом новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, может в силу части 3 статьи 288 кодекса являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.

Ходатайство о принятии новых доказательств в силу требований части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно быть заявлено лицами, участвующими в деле, до начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Данное ходатайство должно соответствовать требованиям части 2 статьи 268 названного Кодекса, то есть содержать обоснование невозможности представления данных доказательств в суд первой инстанции, и подлежит рассмотрению арбитражным судом апелляционной инстанции до начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

В рассмотренном случае апелляционный суд отказал в удовлетворении ходатайства заявителя исходя из того, что им не доказана невозможность представления документов в суд первой инстанции по уважительным причинам. При таких обстоятельствах отказ является правомерным и не нарушает Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации. 

Кроме того, ООО «ГКЗ» представило дополнительные доказательства не с целью обоснования возражений относительно апелляционной жалобы ОАО «Токаревская птицефабрика», а в поддержку собственной апелляционной жалобы о необходимости субординации требования птицефабрики, ввиду наличия аффилированности между кредитором и должником. Однако доводы о наличии корпоративных связей, возникших после возбуждения дела о банкротстве должника, не отрицаются ОАО «Токаревская птицефабрика» и были учтены судом апелляционной инстанции. 

Не могут быть приняты во внимание и аргументы ООО «ГКЗ» о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции незаконным составом.

Незаконным состав суда будет считаться тогда, когда в него входят лица, не имеющие в силу закона права рассматривать дело в судебном порядке в данном судебном органе (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 03.04.2014 № 656-О).

По правилам статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело, рассмотрение которого начато одним судьей или составом суда, должно быть рассмотрено этим же судьей или составом суда (часть 2). Замена судьи производится также в случаях длительного отсутствия судьи, арбитражного заседателя ввиду болезни, отпуска, пребывания на учебе, нахождения в служебной командировке (часть 3).

В соответствии с пунктом 3.7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» определение о замене судьи выносится председателем судебного состава (председателем судебной коллегии, председателем арбитражного суда) без проведения судебного заседания. При этом признание сформированного состава суда незаконным, что в любом случае влечет отмену принятого им судебного акта (пункт 1 части 4 статьи 270, пункт 1 части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), возможно в том случае, если замена в составе суда, рассматривающем дело, произведена без наличия на то установленных процессуальным законодательством оснований (статья 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В данном случае в ходе рассмотрения спора в суде апелляционной инстанции произведена замена судьи Сарри Д.В. на судью Кузьмину С.Г. (определение от 02.08.2023) и судьи Белякова Е.Н. на судью Сарри Д.В. (определение от 20.09.2023) в связи с нахождением замененных судей в отпуске, что соответствует требованиям части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определения о замене судей вынесены председателем четвертого судебного состава Волгиной О.А. То обстоятельство, что судья Волгина О.А. является председательствующим судьей в рамках настоящего дела, не свидетельствует о формировании незаконного состава суда и не является безусловным основанием для отмены принятого им судебного акта по пункту 1 части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом следует отметить, что доказательств, позволяющих поставить под сомнение объективность, независимость и беспристрастность судей, а также свидетельствующих о нарушении прав лиц, участвующих в деле, заявитель не представил.

Иных нарушений норм процессуального права, в том числе, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины с кассационной жалобы не рассматривался, поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче кассационной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

П О С Т А Н О В И Л :

постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2023 по делу № А38-4918/2022 Арбитражного суда Республики Марий Эл оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Глазовский комбикормовый завод» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

С.В. Ионычева

 

 

Судьи

 

Л.В. Кузнецова

В.А. Ногтева