АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МАРИЙ ЭЛ

424002, Республика Марий Эл, г. Йошкар-Ола, Ленинский проспект 40

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

«

Дело № А38-5826/2019

г. Йошкар-Ола

26» декабря 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 19 декабря 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 26 декабря 2019 года.

Арбитражный суд Республики Марий Эл 

в лице судьи Петуховой А.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело 

по иску акционерного общества «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ответчику обществу с ограниченной ответственностью «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании неосновательного обогащения

третьи лица индивидуальный предприниматель ФИО2, общество с ограниченной ответственностью охранное предприятие «Триада», ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Компания «Тензор», федеральное бюджетное учреждение «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Республике Марий Эл», общество с ограниченной ответственностью «Завод имени Фрунзе «ТД», Приволжское управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, общество с ограниченной ответственностью «Промбезопасность», общество с ограниченной ответственностью «Марийский центр сертификации и энергосбережения», акционерное общество «ВТБ-лизинг», общество с ограниченной ответственностью «МАРТО», общество с ограниченной ответственностью «Металлсервис-Москва», публичное акционерное общество Страховая компания «Росгосстрах», Министерство внутренних дел по Республике Марий Эл, общество с ограниченной ответственностью «СЕНСУМ-ПФО», общество с ограниченной ответственностью «Волго-Вятский топливно-энергетический комплекс», индивидуальный предприниматель ФИО4

с участием представителей:

от истца – не явился, заявил о рассмотрении дела в его отсутствие,

от ответчика – не явился, извещен по правилам статьи 123 АПК РФ,

от третьих лиц – не явились, извещены по правилам статьи 123 АПК РФ

УСТАНОВИЛ:

Истец, акционерное общество «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие», обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с исковым заявлением, уточненным по правилам статьи 49 АПК РФ, к ответчику, обществу с ограниченной ответственностью «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие», о взыскании неосновательного обогащения в сумме 2 115 754 руб.

В исковом заявлении и дополнениях к нему изложены доводы о том, что в 2016 году истец на основании писем ответчика перечислил третьим лицам денежные средства в счет погашения долгов ответчика по различным гражданско-правовым договорам. Поскольку в силу статьи 313 ГК РФ третьи лица были обязаны принять исполнение за должника, у последнего возникло неосновательное обогащение за счет акционерного общества.  

Исковое требование обосновано правовыми ссылками на статьи 307, 310, 313, 387, 1102, 1104, 1107 ГК РФ (т. 1, л.д. 12-22, т. 2, л.д. 1, 4, 80, т. 3, л.д. 9, 56). 

В судебное заседание истец не явился, письменно известил арбитражный суд о возможности рассмотрения дела в его отсутствие (т. 3, л.д. 60). 

Ответчик, надлежащим образом по правилам статьи 123 АПК РФ извещенный о времени и месте судебного разбирательства по последнему известному и зарегистрированному в едином государственном реестре адресу, в судебное заседание не явился, письменный отзыв на иск и документальные доказательства по предложению арбитражного суда не представил. 

По правилам частей 2 и 3 статьи 156 АПК РФ арбитражный суд рассмотрел спор в отсутствие истца и ответчика по представленным доказательствам.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц индивидуальный предприниматель ФИО2, общество с ограниченной ответственностью охранное предприятие «Триада», ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Компания «Тензор», федеральное бюджетное учреждение «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Республике Марий Эл», общество с ограниченной ответственностью «Завод имени Фрунзе «ТД», Приволжское управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, общество с ограниченной ответственностью «Промбезопасность», общество с ограниченной ответственностью «Марийский центр сертификации и энергосбережения», акционерное общество «ВТБ-лизинг», общество с ограниченной ответственностью «МАРТО», общество с ограниченной ответственностью «Металлсервис-Москва», публичное акционерное общество Страховая компания «Росгосстрах», Министерство внутренних дел по Республике Марий Эл, общество с ограниченной ответственностью «СЕНСУМ-ПФО», общество с ограниченной ответственностью «Волго-Вятский топливно-энергетический комплекс» и индивидуальный предприниматель ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом по правилам статьи 123 АПК РФ.

На основании части 5 статьи 156 АПК РФ арбитражный суд рассмотрел дело в отсутствие третьих лиц по имеющимся в деле доказательствам.

В письменном отзыве на иск третье лицо, Приволжское управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, пояснило, что никакие договоры с истцом или ответчиком им не заключались. Между тем акционерное общество «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» в 2016-2018 году неоднократно привлекалось к административной ответственности. Информация об уплате штрафов у третьего лица отсутствует, сведениями о поступлении от истца денежных средств управление не располагает (т. 2, л.д. 6-8). 

В письменном отзыве на иск третье лицо, ООО «Завод имени Фрунзе «ТД», указало, что на протяжении 2015-2016 года поддерживало с истцом и ответчиком хозяйственные отношения. За указанный период третьим лицом поставлен ответчику товар на сумму 5900 руб. Оплата за товар была произведена истцом в полном объеме. На сегодняшний день обязательства сторон друг перед другом выполнены, взаиморасчеты завершены (т. 2, л.д. 82). 

В письменном отзыве на иск третье лицо, ООО «Марийский центр сертификации и энергосбережения», пояснило, что между ним и ответчиком заключен договор № 10587-ТР ТС от 17.10.2016 на оказание услуг по подтверждению соответствия продукции путем регистрации двух деклараций о соответствии продукции требованиям Технических регламентов Таможенного союза. Услуги оказаны ответчику в полном объеме. В счет их оплаты от истца поступили денежные средства в сумме 10 700 руб. по платежному поручению № 220 от 19.10.2016 (т. 2, л.д. 90-91).

В письменном отзыве на иск третье лицо, общество с ограниченной ответственностью охранное предприятие «Триада», заявило о заключении с ответчиком договора № ТС-02/16-МАР от 01.03.2016 на оказание услуг по централизованной пультовой охране. Услуги оказаны ответчику, однако оплаты от него не поступало. В связи с этим ООО ОП «Триада» было вынуждено обратиться в суд с требованием о принудительном взыскании долга. Решением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 02.04.2018 по делу № А38-1226/2018 и судебным приказом от 06.08.2018 по делу № А38-7370/2018 с ООО «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» взысканы долг и неустойка, однако до настоящего момента ни от ответчика, ни от истца денежные средства в счет исполнения судебных актов не поступали (т. 2, л.д. 110-111). 

Рассмотрев материалы дела, исследовав доказательства, арбитражный суд считает необходимым удовлетворить иск по следующим правовым и процессуальным основаниям.

Из материалов дела следует, что между ООО «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» и третьими лицами, индивидуальным предпринимателем ФИО2, обществом с ограниченной ответственностью охранное предприятие «Триада», ФИО3, обществом с ограниченной ответственностью «Компания «Тензор», федеральным бюджетным учреждением «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Республике Марий Эл», обществом с ограниченной ответственностью «Завод имени Фрунзе «ТД», Приволжским управлением Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, обществом с ограниченной ответственностью «Промбезопасность», обществом с ограниченной ответственностью «Марийский центр сертификации и энергосбережения», акционерным обществом «ВТБ-лизинг», обществом с ограниченной ответственностью «МАРТО», обществом с ограниченной ответственностью «Металлсервис-Москва», публичным акционерным обществом Страховой компанией «Росгосстрах», Министерством внутренних дел по Республике Марий Эл, обществом с ограниченной ответственностью «СЕНСУМ-ПФО», обществом с ограниченной ответственностью «Волго-Вятский топливно-энергетический комплекс» и индивидуальным предпринимателем ФИО4, в различные периоды заключен ряд гражданско-правовых договоров: поставки, подряда, возмездного оказания услуг, разовые сделки по купле-продаже.

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

Во исполнение своих обязательств по договорам третьи лица передали ответчику товар, оказали услуги и выполнили работы в соответствии с условиями заключенных договоров. 

В силу статей 314, 516, 711, 781 ГК РФ у ответчика возникла встречная обязанность оплатить товар, оказанные услуги и выполненные работы, в связи с чем ООО «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» на протяжении 2016 года обращался к истцу с письмами о перечислении третьим лицам денежных средств в счет оплаты его задолженности (т. 1, л.д. 37-99). 

Истец в 2016 году платежными поручениями перечислил за ответчика денежные средства в общей сумме 2 318 254 руб. 14 коп., что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями, письмами, подписанными ООО «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие», не оспаривается ответчиком, подтверждено третьими лицами и признается арбитражным судом по правилам статей 65, 70, 71 АПК РФ доказанным.

Судом также установлено, что денежные средства в общей сумме 2 318 254 руб. 14 коп. перечислены истцом третьим лицам за ответчика в целях исполнения обязанности последнего по оплате товара, работ и услуг в рамках договоров. Исполнение указанных обязательств письменно возложено ответчиком на истца.

Следовательно, к истцу, исполнившему обязательство должника перед третьими лицами, в силу закона перешло право кредиторов требовать от должника оплаты товара, работ и услуг в соответствующей части. 

Доказательства того, что со стороны ответчика имелось встречное предоставление истцу либо был совершен зачет встречных однородных требований сторон, в материалы дела не представлены.

АО «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» направило ответчику претензионное письмо № 454 от 23.05.2019, в котором просило возвратить ему уплаченные третьим лицам денежные средства (т. 1, л.д. 100-101). Однако ООО «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» исполнило денежное обязательство частично в сумме 202 500 руб. путем уступки акционерному обществу права денежного требования (т. 3, л.д. 57-58).

Наличие задолженности послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с требованием о принудительном взыскании неосновательного обогащения.

Позиция акционерного общества признана судом законной и обоснованной в силу следующего.

По правилам статьи 313 ГК РФ кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса. Если права кредитора по обязательству перешли к третьему лицу в части, они не могут быть использованы им в ущерб кредитору, в частности такие права не имеют преимуществ при их удовлетворении за счет обеспечивающего обязательства или при недостаточности у должника средств для удовлетворения требования в полном объеме (пункт 5 статьи 313 ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце 4 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – постановление Пленума № 54), кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 ГК РФ).

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 21 постановления Пленума № 54, если исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо, то последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними. Согласно пункту 5 статьи 313 ГК РФ при отсутствии такого соглашения к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3 статьи 382 ГК РФ исполнение, совершенное должником первоначальному кредитору до момента получения уведомления об уступке, считается предоставленным надлежащему лицу. В этом случае новый кредитор вправе требовать от первоначального кредитора передачи всего полученного от должника в счет уступленного требования и возмещения убытков в соответствии с условиями заключенного между ними договора (статьи 15, 309, 389.1, 393 ГК РФ) (пункт 22 постановления Пленума № 54).

Вместе с тем на основании статьи 10 ГК РФ суд может признать переход прав кредитора к третьему лицу несостоявшимся, если установит, что, исполняя обязательство за должника, третье лицо действовало недобросовестно, исключительно с намерением причинить вред кредитору или должнику по этому обязательству, например, в случаях, когда третье лицо погасило лишь основной долг должника с целью получения дополнительных голосов на собрании кредиторов при рассмотрении дела о банкротстве без несения издержек на приобретение требований по финансовым санкциям, лишив кредитора права голосования.

Из анализа положений приведенных норм следует, что гражданское законодательство исходит из презумпции допустимости исполнения обязательства третьим лицом, в соответствии с которой такое исполнение является недопустимым только в случае, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.

При этом положения пункта 1 статьи 313 ГК РФ предусматривают, что должник вправе, не запрашивая согласия кредитора, возложить исполнение на третье лицо. Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять исполнение. При этом закон не наделяет кредитора, не имеющего материального интереса ни в исследовании сложившихся отношений между третьим лицом и должником, ни в установлении мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение своего обязательства другому лицу, полномочиями по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо.

Следовательно, не может быть признано ненадлежащим исполнение кредитору, принявшему как причитающееся с должника предложенное третьим лицом, если кредитор не знал и не мог знать об отсутствии факта возложения исполнения обязательства на предоставившего исполнение лицо, и при этом исполнением не были нарушены права и законные интересы должника.

Статьей 313 ГК РФ не предусматривается обязательное наличие соглашения для исполнения третьим лицом обязательств за должника, более того, кредитор обязан принять платеж по просроченному денежному долгу от любого третьего лица, даже если ни возложения, ни угрозы утраты права на имущество должника нет.

Поэтому не имеет правового значения отсутствие либо наличие каких-либо правоотношений у кредитора с третьим лицом, производящим исполнение, так как кредитор, принимая исполнение от третьего лица, не должен проверять наличие и действительность правового основания такого возложения.

Исполнение обязательства должника третьим лицом в силу пункта 5 статьи 313 ГК РФ влечет такое последствие как переход к нему в порядке суброгации прав кредитора. С учетом положений пункта 21 постановления Пленума № 54 суд может отказать в защите права на суброгацию только при использовании третьим лицом своего права на погашение долга за должника в недобросовестных целях, а также в целях причинить вред интересам кредитора или должника.

Исследовав и оценив по правилам статей 71 и 162 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд признает доказанным наличие задолженности ответчика перед истцом, к которому в соответствии с положениями пункта 5 статьи 313 ГК РФ в порядке суброгации перешли права требования указанной суммы.

Таким образом, с ООО «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» в пользу АО «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» подлежит взысканию основной долг в сумме 2 115 754 руб.

Довод третьего лица, ООО ОП «Триада», о неполучении им от истца денежных средств отклонен арбитражным судом как противоречащий письменным доказательствам, поскольку факт перечисления денежных средств истцом и их зачисления на расчетный счет ООО ОП «Триада» подтверждается выпиской банка с лицевого счета третьего лица за период с 20.06.2016 по 03.11.2016 (т. 2, л.д. 128-202, 130, 152, 156, 201, т. 3, л.д. 30-54).

Нарушенное право истца подлежит судебной защите. Кредитор в денежном обязательстве вправе требовать от должника исполнения его обязанности (статья 307 ГК РФ) с вынесением решения арбитражного суда о принудительном взыскании с ответчика основного долга (статьи 11, 12 ГК РФ).

На основании статей 102, 110 АПК РФ и статьи 333.17 НК РФ в связи с удовлетворением иска государственная пошлина за рассмотрение дела в арбитражном суде первой инстанции, отсрочка уплаты которой была предоставлена истцу, в сумме 33 579 руб. подлежит взысканию в доход федерального бюджета с ответчика, не в пользу которого принят судебный акт. 

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 19 декабря 2019 года. Решение в полном объеме изготовлено 26 декабря 2019 года, что согласно части 2 статьи 176 АПК РФ считается датой его принятия.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу акционерного общества «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) основной долг в сумме 2 115 754 руб.

2. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мари-Турекское ремонтно-техническое предприятие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 33 579 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Судья                                                                                                     А. В. Петухова