АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А45-23369/2011

Резолютивная часть постановления объявлена 11 мая 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 мая 2022 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                    Куклевой Е.А.,

судей Жирных О.В. -

           ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств видеоконференц-связи и веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) при введении протокола помощником судьи Глушковой Е.М. кассационные жалобы ФИО2, конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ИнтерСтройИнвест» ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8 на постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2021 (судьи Иващенко А.П., Кудряшева Е.В., Сбитнев А.Ю.) по делу № А45-23369/2011 Арбитражного суда Новосибирской области о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ИнтерСтройИнвест» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятые по заявлению конкурсных кредиторов: закрытого акционерного общества «КонсультантПлюс в Новосибирске» (правопредшественник общества с ограниченной ответственностью «КонсультантПлюс в Новосибирске»), общества с ограниченной ответственностью «СЗЛК», индивидуального предпринимателя ФИО4, закрытого акционерного общества «СМВБ» о привлечении ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Третьи лица: арбитражные управляющие ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО3.

До перерыва в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Новосибирской области в судебном заседании обеспечена явка представителей: ФИО2 - ФИО13 по доверенности от 11.03.2022, конкурсного управляющего ФИО3 - ФИО14 по доверенности от 01.07.2021 и ФИО15 по доверенности от 10.11.2021; ФИО7 – ФИО16 по доверенности от 23.09.2019; закрытого акционерного общества «СМВБ» - ФИО17 по доверенности от 10.01.2022.

Путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Обского городского суда Новосибирской области (судья Бражникова А.Е.) в судебном заседании обеспечена явка: индивидуального предпринимателя ФИО4, представителя закрытого акционерного общества «СМВБ» - ФИО18 по доверенности от 10.01.2022.

В судебном заседании в режиме веб-конференции (онлайн-заседание) посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» приняла участие представитель ФИО6 – ФИО19 по доверенности от 16.04.2021. 

В помещении Арбитражного суда Западного-Сибирского округа принял участие представитель ФИО20 – ФИО21 по доверенности от 12.07.2021.

После перерыва: 

в судебном заседании в режиме веб-конференции (онлайн-заседание) посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» приняли представители: закрытого акционерного общества «СМВБ» - ФИО18 и ФИО17 по доверенности от 10.01.2022; конкурсного управляющего ФИО3 - ФИО14 по доверенности от 01.07.2021; ФИО2 - ФИО13 по доверенности от 11.03.2022; ФИО7 – ФИО16 по доверенности от 23.09.2019; представитель ФИО6 техническое подключение не обеспечил.

 В помещении Арбитражного суда Западного-Сибирского округа принял участие представитель ФИО20 – ФИО21 по доверенности от 12.07.2021.

Суд установил:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 14.03.2012 общество с ограниченной ответственностью «ИнтерСтройИнвест» (далее – общество «ИнтерСтройИнвест», должник) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО8, после отстранения которого определением суда от 29.12.2012 утвержден ФИО10

Определением суда от 03.08.2015 конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – управляющий) в связи с отстранением ФИО10 определением суда от 20.03.2014 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определениями суда для совместного рассмотрения объединены заявления конкурсных кредиторов: 

закрытого акционерного общества «КонсультантПлюс в Новосибирске» (заявление поступило 05.12.2013, далее – общество «КонсультантПлюс»), общества с ограниченной ответственностью «СЗЛК» (заявление поступило 05.12.2013, далее - общество «СЗЛК»), индивидуального предпринимателя ФИО4 (заявление поступило 11.08.2014, далее - ИП ФИО4) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (далее – ФИО2, первый участник),  

требования мотивированы совершением должником ряда сделок по указанию Анохина Н.В. и в его пользу, которые привели к неблагоприятным финансовым последствиям в виде неплатежеспособности должника;

ИП ФИО4 (заявление поступило 06.09.2017) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 (далее – ФИО5, бывший директор), взыскании с него и Анохина Н.В. в солидарном порядке в пользу должника 314 657 532 руб. 28 коп.;

закрытого акционерного общества «СМВБ» (заявления поступилo 19.12.2017, 17.01.2018, далее - общество «СМВБ») о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО6 (далее – ФИО6, второй участник),

в обоснование требования указано, что второй участник в 2007-2008 годах активно участвовал в деятельности общества «ИнтерСтройИнвест», осуществлял фактическое управление и контроль над проектом по добыче камня, бывший директор заключил ряд невыгодных сделок, не подал заявление о банкротстве в суд в октябре 2007 года, погасил требования одних кредиторов в ущерб другим, не сохранил бухгалтерские документы;

ИП ФИО4 (заявление поступило 28.04.2018) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 солидарно с другими ответчиками со ссылкой на то, что участник бездействовал, зная о совершении незаконных сделок другим участником, что противоречит принципам разумности и добросовестности.

Исходя из консолидированной позиции кредиторов следует, что в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности участников Анохина Н.В., ФИО6 и бывшего руководителя должника ФИО5 по пункту 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) кредиторами заявлены сделки, совершенные их совместными действиями, которые также можно разделить на три вида:

1. Сделки, направленные на увеличение обязательств должника перед ФИО2 либо аффилированными с ним лицами, а именно финансирование деятельности   должника на условиях кредитования под нерыночные проценты, создавшее условия для наращивания размера кредиторской задолженности должника перед ФИО2 и приобретения последним доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Инвестгрупп» (далее – общество «Инвестгрупп») на условиях зачета без оплаты;

2. Сделки, совершенные в 2010 году и направленные на вывод активов должника в пользу Анохина Н.В. либо аффилированных с ним лиц, а именно: 

а) договор от 27.08.2010  по  реализации должником обществу с ограниченной ответственностью «Гларус» (далее – общество «Гларс») аффилированному с ФИО2 по признаку корпоративного участия бывшей супруги ФИО22 в уставном капитале четырех объектов недвижимости в селе Лекарственное ФИО31 ского района (зданий конторы, спального корпуса, столовой и гаража легковых автомобилей), ранее сдававшихся в аренду обществу с ограниченной ответственностью «Инвестгрупп-Искитим» (далее – общество «Инвестгрупп-Искитим») и использовавшихся для осуществления производственной деятельности, в оплату приобретенного имущества обществом «Гларус» должнику переданы собственные векселя по акту от 30.09.2010;

б) договор от  09.12.2010  по отчуждению принадлежавшей должнику доли  99 процентов участия в уставном капитале общества «Инвестгрупп», совершенный при непосредственном участии  Анохина Н.В., владевшего 50 процентов доли уставного капитала должника, в результате которой последний передал ФИО2 и аффилированным с ним лицам статус мажоритарного участника и корпоративный контроль над деятельностью данного общества, а через него – над деятельностью общества «Инвестгрупп-Искитим» и общества с ограниченной ответственностью «ФИО29» (далее – общество «ФИО29»), непосредственно занимавшихся деятельностью по добыче и переработке щебня. 

в) сделки по передаче имущества в залог и внесудебному обращению взыскания на заложенное имущество в пользу общества «СМВБ».

3. Сделки, совершенные в 2011 году, направленные на преимущественное удовлетворение требований одних кредиторов перед другими, в том числе: приобретение имущества, обремененного залогом в пользу общества «СМВБ» (высоковольтной линии по договору от 01.07.2010), приобретение 37 единиц имущества с последующим обременением залогом (по договору от 15.01.2010); дополнительное заключение договора залога от 25.07.2011 № 4 во исполнение кредитного договора от 19.05.2008, по которому в залог переданы вагончики, эстакада и оборудование (всего 39 позиций),  приобретение обществом «СМВБ» статуса залогового кредитора и обращение им взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке на основании уведомлений от 27.07.2011 № 182/1-182/12, и актов от 09.08.2011, дополнительных соглашений от 29.04.2011 к договорам залога от 19.05.2008 № 3200-021/00115/0301, 3200-021/00115/0302, 3200 021/00115/0310, 3200-021/00115/0311, 3200-021/00115/0312, 3200-021/00115/0313, 3200-021/00115/0315, дополнительных соглашений от 22.07.2011 к договорам залога от 21.01.2010 № 1, от 23.04.2010, от 25.07.2011 к договорам залога.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности только бывшего руководителя ФИО5 заявлены совершенные им от имени должника сделки:

- в 2007- 2008 годах по приобретению строительного камня у аффилированного общества «Инвестгрупп-Искитим» (договор от 01.06.2008), за который должник не смог рассчитаться и образовалась задолженность в размере 44 730 580 руб. 52 коп.;

- договоров займа от 04.12.2007, 07.02.2008 со ФИО23 и ФИО24, по условиям которых должник, осуществлявший свою деятельность за счет заемных средств, предоставил ФИО25 займы в сумме 4 712 184 руб. 30 коп. на 84 месяца под 10 процентов годовых и 500 000 руб. на 4 месяца под 10 процентов годовых соответственно. Заем не возвращен, в счет оплаты передан вексель номинальной стоимостью 8 927 009 руб. 49 коп. от 10.05.2011, выданный закрытым акционерным обществом «Форум-Н», не обеспеченный активами векселедателя;

- совершение в период с 2009 - 2011 годы расчетов с аффилированными кредиторами, входившими в одну с ним группу лиц (обществами с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Коенский Щебень» (далее – торговый дом), «Сибирская лаборатория дорожного и строительного контроля», «ИнвестгруппФИО31») в ущерб интересам независимых кредиторов: общества с ограниченной ответственностью «СЗЛК» по договору от 21.12.2007 поставки дробильно-сортировочного комплекса, общества «КонсультантПлюс» по договору от 04.05.2010 об оказании информационных услуг.

Кроме того, общество «СМВБ» в качестве основания для привлечения ФИО5 указывало, что в период с 2007 года по ноябрь 2011 года не исполнена обязанность, установленная статьей 9 Закона о банкротстве, не передана в полном объеме бухгалтерская и иная документация должника.

Привлечение ФИО6 к субсидиарной ответственности касается эффективности принятия им управленческих решений и организации управления, в том числе: неэффективное ведение финансово-хозяйственной деятельности, разработка и реализация нерентабельного проекта производства и производственной программы группы предприятий, изготовление и реализация готовой продукции по ценам ниже себестоимости, приобретение дорогостоящего оборудования по договору поставки от 21.12.2007 № 174/030, заключенному с обществом «СЗЛК».

В ходе рассмотрения обособленного спора ответчиками заявлено о применении срока исковой давности.

Определением суда от 25.09.2018 (в редакции определений об исправлении опечатки от 26.09.2018, 15.10.2018, от 01.11.2018, от 17.12.2018) приняты отказы и прекращено производство по обособленному спору в части привлечения к субсидиарной ответственности: по заявлению кредитора ИП ФИО4 в отношении ФИО5 и ФИО6; по заявлению общества «СМВБ» в отношении ФИО6 Заявления конкурсных кредиторов ИП ФИО4 и обществ «СЗЛК»,  «КонсультантПлюс» удовлетворены, ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с него в конкурсную массу взыскано 55 625 798 руб. 29 коп.

Постановлением апелляционного суда от 19.02.2019 определение суда от 25.09.2018 изменено в части указания суммы, взысканной в порядке субсидиарной ответственности, с Анохина Н.В. в конкурсную массу взыскано 65 034 626 руб. 63 коп.

Постановлением суда округа от 21.05.2019 судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение с учетом необходимости указания мотивов и основания определения размера субсидиарной ответственности Анохина Н.В., применения материально-правовых норм, действующих в момент совершения правонарушений (2008-2011 годы), включения в предмет исследования при исчислении срока исковой давности вопроса о моменте осведомленности заявителей о недостаточности активов у должника для удовлетворения требований кредиторов, а также того обстоятельства, что принятие отказа конкурсных кредиторов от заявления о привлечении ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и прекращение производства по данному обособленному спору в отношении указанных лиц является незаконным, поскольку такой отказ может причинить ущерб интересам остальных кредиторов при формировании конкурсной массы.

При повторном рассмотрении спора кредитор - общество «СМВБ» и ФИО2 дополнительно обратились с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего главного бухгалтера ФИО9 (далее - ФИО9) в связи с неверным оформлением первичных учетных документов и недостоверным ведением бухгалтерской отчетности.

Определением суда от 28.10.2019 ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ИнтерСтройИнвест», с него в конкурсную массу взыскано 18 319 419 руб. 36 коп. В удовлетворении остальной части заявлений кредиторов отказано. 

Постановлением апелляционного суда от 25.02.2020 определение суда от 28.10.2019 изменено в части определения размера субсидиарной ответственности. ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ИнтерСтройИнвест» путем взыскания в конкурсную массу 14 502 908 руб. 88 коп. В остальной части определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением суда округа от 13.07.2020 определение суда от 28.10.2019 и постановление апелляционного суда от 25.02.2020 отменены в части привлечения Анохина Н.В. к субсидиарной ответственности, отказа в удовлетворении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО6, в отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Судебные акты в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9 оставлены без изменения.

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд округа отметил.

При рассмотрении обособленного спора судами правильно применены нормы материального права при установлении оснований привлечения к ответственности, исчислении срока исковой давности и установлении статуса главного бухгалтера как ненадлежащего ответчика по спорам о привлечении к субсидиарной ответственности за правонарушения, совершенные в 2008 - 2010 годах.

Обоснованно применив при исчислении срока исковой давности положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и Закона о банкротстве в редакциях Законов № 127-ФЗ, № 73-ФЗ, не предусматривавших специальный порядок исчисления срока исковой давности для споров о привлечении к субсидиарной ответственности, суды первой и апелляционной инстанций с учетом правовой позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.06.2012 № 219/12 по делу № А21-10191/2005, пришли к правильному выводу о том, что срок исковой давности заявителями не пропущен, поскольку в данном случае его следует исчислять с момента субъективной осведомленности кредиторов о недостаточности имущества должника для погашения их требований.

В рассматриваемом случае судами установлено, что реализация имущества должника завершена в августе 2016 года, в связи с чем с учетом приведенной выше правовой позиции о порядке исчисления срока исковой давности, данный срок не пропущен в отношении требований о привлечении к субсидиарной ответственности, заявленных в период с декабря 2013 года до 23.07.2019.

Суды не установили момент возникновения объективного банкротства должника, не выяснили причины прекращения расчетов с кредиторами в 2009 году, не дали оценку доводам сторон о том, что на момент совершения сделок у должника имелись неисполненные обязательства по уплате обязательных платежей и санкций. Однако, применительно к данным основаниям это не может быть признано существенным нарушением норм материального и процессуального права, поскольку основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Законов № 127-ФЗ, № 73-ФЗ) является как совершение сделок, повлекших банкротство, так и совершение сделок после его наступления в условиях неплатежеспособности, при условии их существенности для должника, которая применительно к перечисленным сделкам судами была установлена, в связи с чем они обоснованно признали доказанным наличие оснований для привлечения Анохина Н.В. к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве за совершение сделок по выводу активов посредством реализации должником обществу «Гларус» 27.08.2010 четырех объектов недвижимости в селе Лекарственное ФИО31 ского района, а также отчуждения 09.12.2010 принадлежавшей должнику доли 99 процентов участия в уставном капитале общества «Инвестгрупп».

По результатам проведенного анализа данных сделок суды пришли к обоснованному выводу о наличии у Анохина Н.В. статуса фактического руководителя должника и бенефициара по сделкам отчуждения имущества в 2010 году, поскольку имущество и доля участия в уставном капитале по сделкам отчуждены в пользу Анохина Н.В. либо аффилированных с ним лиц, при этом адекватного встречного исполнения должник не получил (за имущество передан неликвидный вексель, обязательства по оплате доли прекращены зачетом встречных требований Анохина Н.В. к должнику по возврату займов).

Освобождая от субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства его бывшего руководителя ФИО5, суды неверно применили положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), поскольку указанные сделки по выводу активов должника совершены совместными действиями ФИО5, представлявшего в них сторону продавца, и Анохина Н.В. либо аффилированных с ним лиц - покупателей по сделкам.

Действительно ФИО5 в данном случае сам бенефициаром по таким сделкам не являлся, но своими осознанными действиями он реализовал волю бенефициара на вывод ликвидных активов должника, чем причинил ему ущерб в том же размере, что и бенефициар ФИО2, а значит, по общему правилу к субсидиарной ответственности за совершение таких сделок подлежат солидарному привлечению оба ответчика, принимавшие непосредственное участие в выводе ликвидных активов должника, степень вины бывшего руководителя может являться основанием для уменьшения размера субсидиарной ответственности подконтрольного лица, но не для полного освобождения от нее.

При рассмотрении вопроса о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве суды не дали оценки сделкам по получению должником займов у Анохина Н.В. и аффилированных с ним лиц под проценты до мая 2008 года, которые, заявлены кредиторами в качестве оснований привлечения к субсидиарной ответственности Анохина Н.В. и ФИО5, а также сделкам, совершение которых вменялось кредиторами только бывшему руководителю должника ФИО5 (по приобретению строительного камня у общества «Инвестгрупп-Искитим» по договору от 01.06.2008, заключению договоров займа от 04.12.2007, 07.02.2008 с С-выми и получению от них в качестве исполнения обязательств по возврату займа вместо денежных средств неликвидного векселя, преимущественному удовлетворению в 2009-2011 годах требований аффилированных кредиторов перед независимых кредиторами - обществ «СЗЛК», «КонсультантПлюс»).

Поддерживав выводы судов об отсутствии у ФИО5 как бывшего руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве по состоянию на 01.10.2007, суд округа вместе с тем отметил, что момент субъективной осведомленности бывшего руководителя должника о наличии признаков объективного банкротства судами не установлен и не принято во внимание его непосредственное в совершении сделок по выводу активов должника в 2010 году, которые признаны судами повлекшими неплатежеспособность должника, а также сделок по преимущественному удовлетворению требований одних кредиторов перед другими, о совершении которых бывший руководитель не мог не знать, поскольку лично принимал в них участие, а значит, момент его субъективной осведомленности об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не мог наступить позднее даты совершения сделок с его участием, приведших, по мнению судов, к банкротству должника.

Получившие судебную оценку сделки по выводу активов должника повлекшие его неплатежеспособность совершены в августе и декабре 2010 года, кроме того совершены сделки по преимущественному удовлетворению требований одних кредиторов перед другими, о совершении которых бывший руководитель не мог не знать, поскольку лично принимал в них участие, а значит, момент его субъективной осведомленности об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не мог наступить позднее даты совершения сделок с его участием, приведших, по мнению судов, к банкротству должника, в то время как заявление о банкротстве должника подано в арбитражный суд 05.12.2011, в связи с указанными обстоятельствами у судов не имелось достаточных правовых и фактических оснований для вывода об отсутствии оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности за несвоевременную подачу заявления о банкротстве по мотиву его неосведомленности о неплатежеспособности должника.

Отказывая в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности второго участника общества ФИО6, суды первой и апелляционной инстанций ограничились указанием на то, что данное лицо никогда не принимало никаких управленческих решений и не совершало противоправных действий в отношении должника, не дав при этом оценки доводам Анохина Н.В. и общества «СМВБ» о наличии у ФИО6 статуса не только участника должника, но и председателя Совета директоров общества «СМВБ», что предполагает как минимум наличие его осведомленности о совершении сделок с участием должника и указанного общества: по реализации доли участия в уставном капитале общества «Инвестгрупп», в том числе в пользу общества «СМВБ», и по обращению общества «СМВБ» к внесудебному взысканию на заложенное имущество.

Наличие у ФИО6, владеющего 50 процентов долей в уставном капитале должника, статуса контролирующего лица, а также его осведомленность как равноправного участника должника и председателя Совета директоров второй стороны сделки (общества «СМВБ») о совершении крупных сделок и сделок с заинтересованностью и вина в их совершении по общему правилу презюмируются, а обязанность опровергать указанные презумпции возложена на ФИО6 В цепочке сделок по обращению взыскания на заложенное имущество в пользу общества «СМВБ» ФИО6 принял непосредственное участие на этапе расчетов по обязательствам должника перед банком и трансформации требований банка в требования общества «СМВБ». Указанные обстоятельства судами не исследованы, оценка им не дана.

В отношении иных нарушений, вменяемых ФИО6: неэффективное ведение финансово-хозяйственной деятельности, разработке и реализации нерентабельного проекта производства и производственной программы, совершению сделки по приобретению дорогостоящего оборудования по договору поставки от 21.12.2007 № 174/030, заключенному с обществом «СЗЛК», судам следовало установить, насколько перечисленные сделки и действия имеют отношение к банкротству должника и выходили ли они за пределы его обычного делового риска либо являлись обычными экономическими решениями, неэффективность либо низкая эффективность которых не влечет привлечение к субсидиарной ответственности с учетом установленного пунктом 18 Постановления № 53 принципа защиты делового решения.

При последующем рассмотрении обособленного спора определением суда от 12.02.2021 (с учетом определения об исправлении опечатки от 12.02.2021) к субсидиарной ответственности по обязательства должника привлечены ФИО2, ФИО6, с указанных лиц в солидарном порядке в конкурсную массу должника взыскано 323 063 487 руб. 49 коп.

Суд апелляционной инстанции, установив нарушение судом первой инстанции при формировании суда требований статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), определением от 20.09.2021 перешел к рассмотрению спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции. 

Постановлением апелляционного суда от 10.12.2021, определение суда от 12.02.2021, от 01.04.2021 об исправлении описки, от 10.06.2021 об отказе в принятии дополнительного решения отменены. По спору принят новый судебный акт о привлечении к субсидиарной ответственности Анохина Н.В., ФИО5, ФИО6 в виде взыскания в солидарном порядке в пользу общества «ИнтерСтройИнвест» 128 315 595 руб. 91 коп. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2, управляющий, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8 обратились с кассационными жалобами.

ФИО2 просит постановление суда от 10.12.2021 отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности, ссылаясь на то, что ФИО4, ФИО8 и ФИО7 реализована противоправная схема по обогащению указанных лиц за счет процедуры банкротства должника; судом апелляционной инстанции неверно определены причины и дата объективного банкротства, не учтено, что причиной наступления имущественного кризиса должника явились многочисленные нарушения ФИО5 порядка введения хозяйственной деятельности, бухгалтерского и налогового учета, что в дальнейшем привело к хищению имущества должника,  совершение безвозмездных сделок по реализации товаров должника в пользу фирм-однодневок, выдача займов в условиях отсутствия экономической выгоды для должника, а также наступлению экономического кризиса в 2008-2009 годах, что в совокупности свидетельствовало о тяжелом финансовом состоянии должника и возникновении на стороне ФИО5 обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом не позднее 03.11.2019; выводы о нерыночных условиях предоставления займов опровергаются представленными в материалы дела доказательствами, не отвечают критерию разумности, учитывая, что основным займодавцев должника являлся кассатор; вменяемые ФИО2 сделки не являются убыточными, что подтверждается несколькими заключениями специалистов.

В кассационной жалобе управляющий просит обжалуемый судебный акт изменить и привлечь к субсидиарной ответственности Анохина Н.В., ФИО5, ФИО6 взыскать с них в солидарном порядке 129 924 633 руб. 27 коп. с учетом размера текущих обязательств должника в размере 1 609 037 руб. 36 коп., указав на то, что исключение указанных требований нарушает права и законные интересы текущих кредиторов должника, поскольку иные источники пополнения конкурсный массы должника отсутствуют.

ФИО4 просит постановление апелляционного суда от 10.12.2021 отменить и оставить в силе определение суда от 12.02.2021.

По мнению ФИО4 выводы апелляционного суда о внутрикорпоративном характере договора поставки от 01.06.2008 являются ошибочными, опровергаются представленными в материалы дела документами (товарные накладные, анализ финансового состояния должника, свидетельствующий об отсутствии у должника на момент совершения сделки признаков финансового кризиса, требования по указанному договору включены в реестр), свидетельствующими о реальности указанного договора; суд апелляционной инстанции применил не подлежащие применению положения абзаца третьего пункта 11 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 об ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», в том время как вменяемые действия совершены до момента вступления  силу указанной нормы, следовательно, из размера субсидиарной ответственности необоснованно исключены приобретенные кассатором посредством торгов требования к должнику, одновременно не подлежали включению требования аффилированного по отношению к должнику общества «СМВБ»; необоснованно перешел к рассмотрению настоящего обособленного спора по правилам первой инстанции, поскольку замена судьи Кальяк А.М. произведена на судью Шахову А.А. только для проведения судебного заседания назначенного на 13.11.2020, в последующем же, рассмотрение спора осуществлялось в первоначальном составе суда.

ФИО5 в кассационной жалобе просит постановление апелляционного суда от 10.12.2021 отменить и оставить в силе определение суда от 12.02.2021.

По мнению кассатора, суд апелляционной инстанции нарушил нормы процессуального права, вышел за пределы заявленных требований относительно оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, указав на совершение совместных с ФИО2 и ФИО6 сделок, в результате которых наступило банкротство должника; датой субъективной осведомленности кредиторов о недостаточности имущества должника для погашения требований следует считать завершение первых торгов и утверждение отчета о завершении конкурсного производства, то есть декабрь 2013 года, вместе с тем, проведение последующих торгов не может является основанием для прерывания течения срока исковой давности, в связи с чем в отношении заявленных после декабря 2016 года требований следует признать пропущенным срок исковой давности; апелляционным судом не учтено, что ФИО5 не мог принимать самостоятельных решений и полностью находился под контролем Анохина Н.В., что подтверждается представленными в материалы дела документами, при этом учитывая, что подписание договора от 09.12.2010 совершено по влияем обмана Анохина Н.В., судом необоснованно учтено требование аффилированного по отношению к должнику общества «СМВБ» и как следствие возложена обязанность по погашению данного требования, поскольку в рамках иного обособленного спора действия в том числе указанного кредитора признаны незаконными, а совершенные с его участием сделки недействительными, как причиняющие вред кредиторам должника.

В кассационной жалобе с учетом  дополнений ФИО6 просит постановление апелляционного суда от 10.12.2021 отменить и оставить в силе определение суда от 12.02.2021, указывая на неверное применение норм материального и процессуального права, отсутствие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, совершение каких-либо сделок с учетом принадлежности 49,5 процента доли в уставном капитале должника, а также плохого состояния здоровья (отсутствует зрение) не может свидетельствовать о наличии у него статуса конечного бенефициара; совершение сделок ФИО2, а также предоставление невыгодных для должника займов, привело к банкротству должника.

ФИО7 просит постановление апелляционного суда от 10.12.2021, отменить в части определения размера субсидиарной ответственности, взыскать с Анохина Н.В., ФИО5 и ФИО6 в солидарном порядке в пользу должника в размере 310 315 427 руб. 49 коп.

В обоснование кассационной жалобы ссылается на то, что в части установления размера субсидиарной ответственности судом не применены нормы права, действующие в период с 2008 по 2011 года; исключение требований ФИО7, ФИО8 и ФИО4 противоречат положениям абзаца второго пункта 8 статьи 10 Закона о банкротства, согласно которой наличие требований аффилированных лиц само по себе не является основанием для такого исключения, обоснованность заявленного требования подтверждена судебными актами, одновременно судом апелляционной инстанции включено в размер субсидиарной ответственности требование аффилированного по отношению к должнику – общества «СМВБ»,

По мнению ФИО8, отсутствуют доказательства его аффилированности по отношению к должнику, что привело к необоснованному выводу суда апелляционной инстанции об исключении его требования из общего размера субсидиарной ответственности, свидетельствует о наличии оснований для отмены постановления апелляционного суда от 10.12.2021, принятия судебного акта о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в размере, определенном с учетом включенных в реестр требований кредиторов должника, в том числе текущих требований; одновременно суд апелляционной инстанции включил в размер субсидиарной ответствнности требования аффилированного по отношению к должнику лица – общества «СМВБ».

К материалам дела приобщены отзывы на кассационные жалобы Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 23 по Новосибирской области, общества «СМВБ», Анохина Н.В., конкурсного управляющего ФИО3, ФИО4, а также возражения Анохина Н.В. на отзыв ФИО4

В судебном заседании представители лиц, участвующих в обособленном споре, поддержали доводы кассационных жалоб и отзывов на них.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в настоящем обособленном споре, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационные жалобы рассмотрены в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ в пределах доводов кассационных жалоб законность обжалуемого судебного акта суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует и судами установлено, что общество «ИнтерСтройИнвест» создано 23.06.2005 в результате преобразования одноименного закрытого акционерного общества, его участниками стали ФИО2 и ФИО6, имевшие по 50 процентов доли участия в уставном капитале каждый, указанные лица разработали бизнес-проект «Разработка Коенского карьера».

Руководителем должника в период с 23.06.2005 по 03.11.2011 (введена процедура ликвидации) являлся ФИО5

Реализация бизнес-проекта «Разработка Коенского карьера» предполагалась в несколько этапов: 

- добыча камня обществом «Инвестгрупп-Искитим», которое имело лицензию до 31.12.2030 на разработку Верх-Коенского месторождения строительного камня, расположенного в селе Лекарственное ФИО31 ского района Новосибирской области,

- переработка камня обществом «ФИО29»,

- продажа продукции обществом с ограниченной ответственностью торговый дом «Коенский щебень» (далее – торговый дом).

Перечисленные выше организации являлись взаимосвязанными (заинтересованными) по отношению друг к другу лицами, поскольку единственным участником обществ «Инвестгрупп-Искитим» и «ФИО29» являлось общество «Инвестгрупп», 99 процентов доли в уставном капитале которого принадлежали должнику; торговый дом также принадлежал должнику.

Финансирование деятельности должника до 01.05.2008 осуществлялось исключительно путем предоставления займов, полученных должником от Анохина Н.В. (по договорам от 29.08.2007, 21.11.2007, 16.01.2008, 01.04.2008), либо аффилированных с ним непосредственно или через иных лиц организаций (по договорам от 29.08.2007, 18.02.2008, заключенным с закрытым акционерным обществом «АРКА Технолоджиз», далее – общество «АРКА Технолоджиз», финансовым директором которого являлся ФИО2), акционерным обществом «Энкер» (далее - общество «Энкер»),  закрытым акционерным обществом «ВесТа» (далее - общество «ВесТа»). 

Аффилированность лиц, предоставлявших должнику займы, с ФИО2 по признаку непосредственного либо опосредованного корпоративного участия через ФИО26, ФИО27, закрытого акционерного общества «Форум-Н» (далее – общество «Форум-Н»), общество с ограниченной ответственностью «Кверти» (далее – общество «Кверти»), участником которого являлось закрытое акционерное общество «СМВБ» (далее – общество «СМВБ»), единоличным исполнительным органом которогос 29.10.1992 по 15.05.2012 был также ФИО2, ФИО6 с ноября 2007 по август 2011 года - председателем Совета директоров.

По условиям договоров займа денежные средства  предоставлялись должнику ФИО2 и аффилированными с ним лицами под 12 процентов или 15 процентов годовых, возврат заемных средств частично произведен обществам «Энкер»  и «ВесТа» 13.09.2010 и 24.09.2010 путем заключения соглашения об отступном с передачей должником векселей  аффилированного с ФИО2 по признаку корпоративного участия бывшей супруги ФИО22, общества «Гларус» на сумму 4 600 000 руб. (обществу «Энкер»),   3 613 023 руб. (обществу «Веста»).

Из выписки открытого акционерного общества Банк «Сибконтакт» всего на расчетный счет должника за период с 01.11.2007 по 01.04.2008 поступило 197 000 000 руб. заемных средств, которые направлены на докапитализацию (пополнение активов) должника, то есть имели корпоративный характер, что подтверждается лицензионным соглашением от 28.12.2005, которое является неотъемлемой частью лицензии на право пользования недрами серия НОВ № 01683.

Указанное лицензионное соглашение предусматривало обязанность участников по финансированию разработанного бизнес-проекта, так и ответственность за ее неисполнение в форме штрафных санкции и возможности отзыва лицензии.

Позднее, должником с открытым акционерным обществом «Банк УралСиб» (далее – Банк) заключен кредитный договор от 19.05.2008, по условиям которого должнику предоставлен кредит на сумму 150 000 000 руб., исполнение обязательств перед Банком обеспечивалось залогом и поручительством.

Обязательства Банка как залогового кредитора в результате погашения долга поручителями и передачи части права требования от ФИО6 получило аффилированное с ФИО2 и ФИО6 лицо – общество «СМВБ», которое, встав на место Банка по кредитным обязательствам, в том числе в отношениях залога имущества должника, и заключило ряд дополнительных соглашений по уточнению и расширению перечня заложенного имущества, обратило взыскание на заложенное имущество во внесудебном порядке на основании уведомлений от 27.07.2011 и актов от 09.08.2011.

Деятельность общества «ИнтерСтройИнвест» являлась убыточной с самого начала. Несмотря на наличие современного оборудования и высокое качество производимого продукта, спрос на щебень в Новосибирской области не был настолько высоким, чтобы за счет осуществления уставной деятельности покрывать все понесенные расходы.

В период осуществления полномочий директора должника ФИО5 заключен ряд сделок, в том числе: 

01.06.2008 договор поставки строительного камня с обществом «Инвестгрупп-Искитим» на сумму 72 739 920 руб. 13 коп., из которых должником оплачено 28 009 339 руб. 61 коп. (определением суда от 10.07.2013 задолженность включена в реестр требований кредиторов должника в размере 44 730 580 руб. 52 коп.);

04.12.2007 и 07.02.2008 договоры займа с ФИО23 и ФИО24 на суммы 4 712 184 руб. 30 коп. под 10 процентов годовых на 84 месяца и 500 000 руб. под аналогичный процент на 4 месяца (займы не возвращены, предоставлен вексель номинальной стоимостью 8 927 009 руб. 49 коп. от 10.05.2011 в пользу закрытого акционерного обществ «Форум-Н» с совершенным на нем индоссаментом в пользу ФИО23);

21.12.2007 договор поставки дробильно-сортировочного комплекса с обществом «СЗЛК»;

04.05.2010 договор об оказании информационных услуг с обществом «КонсультантПлюс»;

27.08.2010 по реализации должником обществу «Гларус» четырех объектов недвижимости, расположенных в селе Лекарственное ФИО31 ского района Новосибирской области (здание спального корпуса, столовой, конторы, гаража легковых автомобилей); отчуждение объектов недвижимости не повлекло поступление денег должнику и лишила его возможности получать доход по основному виду его деятельности (сдачи имущества в аренду); после совершения сделок объекты использовались в прежних целях, права арендаторов сохранены, но доход от аренды получал уже новый собственник. Объекты сохранены ФИО2 в составе подконтрольного ему всего имущественного комплекса по разработке карьера, что подтверждается отчетом от 31.01.2011, составленным по заказу общества «СМВБ».

В период с 2009 года по 2011 годы ФИО5 от имени должника осуществлял расходование денежных средств, в том числе в счет погашения требований: торгового дома, обществ «Инвестгрупп-Искитим», «Сибирская лаборатория дорожного и строительного контроля», «ФИО29» при наличии неисполненных обязательств перед обществами «СЗЛК», «КонсультантПлюс».

ФИО5 занимался формированием штата сотрудников, без одобрения участников приобретал основные активы должника, распоряжался его денежными средствами, заключал договоры, визировал документацию, представлял интересы должника в иных организациях и государтсвенных органах.

На совместных совещаниях группы компаний, в которых участвовал ФИО2, ФИО5, принимались управленческие решения на основании предоставленных последним сведений о текущем положении дел, что подтверждается протоколами совещаний.

По прошествии трехлетней деятельности (до 01.08.2010) должник стал собственником имущественного комплекса по добыче строительного камня на Коенском месторождении, в состав которого входили: 99 процентов долей участия в обществе «Инвестгрупп», которое в свою очередь являлось обладателем лицензии на добычу камня, право аренды земельных участков, объекты недвижимости, оборудование и техника

Стоимость указанного комплекса по состоянию на 12.01.2011 независимым оценщиком оценивалась в размере 1 016 221 000 руб. 

В течении 2008 - 2010 годов обществу «ИнтерСтройИнвест» создана возможность для осуществления руководства всей текущей деятельностью группы компаний, связанной с реализацией проекта по разработке месторождения, включая добычу и переработку сырья, продажу готовой продукции, регулирование денежных потоков с целью своевременного погашения кредиторской задолженности и оплаты текущих расходов участников проекта.

Конечными бенефициарами группы компаний, в том числе и должника являлись президент общества «СМВБ» ФИО2 и председатель Совета директоров общества «СМВБ» - ФИО6, которые руководили всей текущей деятельностью, связанной с реализацией проекта/

Одновременно ФИО2 являлся председателем Совета директоров общества «Арка – Текнолоджиз» и ее финансовым директором.

Полный контроль со стороны Анохина Н.В. обусловлен тем, что он лично и через подконтрольных ему лиц (обществ «СМВБ», «ВесТа», «Энкер», «Арка-Текнолоджиз»), осуществлял инвестирование проекта на протяжении 2007-2010 годов.

Именно им определялись основные условия предоставления должнику заемных средств.

С мая 2010 года финансирование проекта ФИО2 прекращено.

ФИО2 оставался лицом, контролировавшим деятельность должника и после 01.04.2011 года, имел возможность давать обязательные для общества указания, включая и порядок расходования средств вплоть до осени 2011 года, что не оспаривалось последним.

 В период с 01.07.2010 по 09.08.2011 должником осуществлены сделки, направленные на вывод всех своих активов, на сумму 107 000 000 руб.

В декабре 2010 года с одобрения Анохина Н.В. между должником в лице ФИО5, обществом «СМВБ» в лице президента Анохина Н.В. и обществом «Арка-Технолоджиз» в лице директора ФИО28 заключен договор купли-продажи доли в размере 99 процентов, принадлежащей должнику в уставном капитале общества «Инвестгрупп», по условиям которого ФИО2 передана доля в размере 75,975 процента стоимостью 30 390 000 руб., обществу «СМВБ» - 15, 258 процента стоимостью 6 112 000 руб. и обществу «Арка - Технолоджиз» - 7,74 процента стоимостью 3 096 000 руб., общая цена сделки составила 40 000 000 руб.

Согласно отчету общества с ограниченной ответственностью «Оценка и Право Финансовые консультации» от 31.01.2011, рыночная стоимость 100 процентов доли общества Инвестгрупп-Искитим» составила 228 319 000 руб.

Первоначальное дело о банкротстве должника возбуждено 16.02.2011 по заявлению налогового органа, которое, в связи с оплатой задолженности за счет заемных средств, предоставленных обществом «СМВБ» в лице Анохина Н.В. на сумму 3 800 000 руб., прекращено.

В дальнейшем на основании заявления должника 10.01.2012 возбуждено дело о банкротстве.

Из анализа, проведенного в 2013 году, следует, что по состоянию на 01.10.2010 коэффициент текущей ликвидности был равен - 0,33, по состоянию на 01.01.2011 этот показатель стал равным 0,28.

В рамках дела о банкротстве определением суда от 25.12.2014, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 25.03.2015 и постановлением суда округа от 15.06.2015, признаны недействительными сделки: 

- общества «СМВБ» по обращению взыскания на предмет залога путем оставления за собой имущества должника, произведенные на основании уведомлений от 27.07.2011 № 182/1-182/12, и актов от 09.08.2011; 

- дополнительные соглашения от 29.04.2011 к договорам залога от 19.05.2008; от 22.07.2011 к договорам залога от 21.01.2010 № 1, от 23.04.2010, от 25.07.2011 к договорам залога от 19.02.2010 № 2, от 24.03.2010 № 3; 

- договор залога от 25.07.2011 № 4, указано имущество, подлежащее возврату в конкурсную массу (всего 82 позиции).

Рыночная стоимость имущества, изъятого обществом «СМВБ», составила 148 000 000 руб.

Указанные сделки признаны ничтожными в силу статей 10, 168 ГК РФ.

Оценивая поведение сторон по заключению и исполнению оспариваемых сделок с учетом имеющихся в материалах дела доказательств в совокупности, судами сделан вывод о том, что совершение сделок направлено исключительно на причинение вреда должнику и его кредиторам.

Злоупотребление правом имело место со стороны общества «СМВБ», которое, действуя в преддверии банкротства должника и зная о наличии признаков неплатежеспособности, предприняло действия по выводу активов должника по заниженной стоимости, что привело к причинению вреда имущественным интересам должника и его кредиторов.

 Определением суда от 12.01.2015 удовлетворено заявление Анохина Н.В. об исключении его требования в размере 70 200 000 руб. из реестра требований кредиторов.

Ссылаясь на наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, кредиторы обратились в суд с указанными заявлениями.

Удовлетворяя заявление кредиторов и оценивая действия ответчиков как недобросовестные, включающие в себя совершение ими сделок, в результате которых должник стал неспособен осуществлять свою производственную деятельность и рассчитываться с кредиторами, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Отчуждение объектов недвижимости обществу «Гларус» по договору от 27.08.2010 совершено на условиях, не соответствующих рыночным, лишила возможности должника получать доход по основному виду его деятельности - сдачи имущества в аренду, ухудшила его платежеспособность и, в составе иных аналогичных сделок, привела к банкротству.

Сделка по отчуждению доли привела к утрате корпоративного контроля должника над деятельностью группы компаний по разработке Коенского месторождения щебня, адекватного встречного исполнения по ней должник не получил, поскольку согласованная сторонами по данной сделке стоимость доли участия в уставном капитале общества «Инвестгрупп» занижена в 5,65 раз по сравнению с рыночной стоимостью, вместо оплаты произведен зачет собственных требований Анохина Н.В. к должнику по частичному погашению задолженности по договорам займа.

В результате совершения сделок по передаче имущества в залог и внесудебному обращению взыскания на заложенное имуществ в пользу общества «СМВБ» должник полностью утратил возможность осуществлять хозяйственную деятельность, так как одним из основных видов деятельности была сдача имущества в аренду. После изъятия оборудования должник уже не мог не только рассчитаться по обязательствам, но и просто существовать как действующее предприятие. 

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что именно с прекращением производственного процесса, невозможностью ведения хозяйственной деятельности в результате передачи имущества наступил имущественный кризис должника, после передачи имущества залоговому кредитору - обществу «СМВБ» наступили признаки объективного банкротства должника (09.08.2011).

До совершения этих сделок имели место неисполненные обязательства перед кредиторами, однако общая стоимость имущества должника позволяла рассчитаться с ними, выборочно реализовав какие-либо активы.

 Так, стоимость права недропользования оценена в 228 319 000 руб. (отчет от 31.01.2011, оборудования - 148 937 697 руб. (определение суда от 25.12.2014).

Оценивая действия ответчиков и роль каждого в деятельности общества «ИнтерСтройИнвест», суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

ФИО5, как фактический руководитель должника, являлся непосредственным исполнителем спорных сделок от имени общества «ИнтнерСтройИнвест», доказательств номинального руководства не представлено.

При рассмотрении обособленного спора ФИО5 подтвердил, что за весь период деятельности в качестве единоличного исполнительного органа он осуществлял непосредственное руководство деятельностью должника, в том числе: нанимал сотрудников, руководил хозяйственной деятельностью, заключал от имени должники сделки, распределял денежные средства среди предприятий группы компаний; на совместных  совещаниях группы компаний, в которых участвовал ФИО5, принимались управленческие решения на основании предоставленных им сведений о текущем положении дел, что следует из представленных протоколов совещаний, а также подтверждает обстоятельства принятия им непосредственного участия в производственной и финансовой деятельности всех предприятий группы компаний по разработке месторождения, координации их деятельности. 

То обстоятельство, что участники принимали активное участие в управлении обществом «ИнтерСтрйИнвест», не свидетельствует о том, что ФИО5 в какой-либо момент исполнения обязанностей директора должника приобрел статус его номинального руководителя, для которого обычным поведением является подписание документов без понимания их содержания. 

Из материалов дела следует, что ФИО5 осуществлял непосредственное руководство деятельностью как должника, так и группы компаний в целом, выполняя все возложенные на него уставом и внутрикорпоративными документами обязанности руководителя, в том числе: возглавлял основной управленческий орган группы компаний - штаб по сбыту, на заседаниях которого определялись основные направления деятельности, ценовая политика, объемы добычи, продажи, а также цена и условия продажи готовой продукции, что подтверждается имеющимися в материалах дела протоколами от 30.10.2008, от 05.11.2008, от 10.11.2008; без одобрения участников общества приобретал основные активы должника - в частности горнодобывающее оборудование стоимостью 268.796,41 долларов США путем заключения с обществом «СЗЛК» и последующего исполнения договора поставки от 21.12.2007 № 174/030, а также с обществами «Инвестгрупп-Искитим» и «ФИО29» договоры аренды оборудования; распоряжался денежными средствами должника, в том числе заключал договоры займа от 15.06.2007, от 26.04.2007, от 26.11.2007 на общую сумму 73 200 000 руб., в последующем пролонгируя указанные договоры; самостоятельно представлял интересы должника, а также обществ «Инвестгрупп-Искитим» и «ФИО29» во взаимоотношениях с правоохранительными органами, Банком по вопросу погашения просроченной задолженности, что, в частности, подтверждается представленными в материалы дела пояснениями ФИО5 в прокуратуру ФИО31 ского района Новосибирской области от 01.09.2010; выдавал доверенности от имени должника главному бухгалтеру ФИО9 и другим лицам на получение денежных средств от других компаний группы, в том числе от торгового дома; был уполномочен разрабатывать финансовые планы группы компаний, которые в последующем реализовывал;  согласно пункту 6 решения участников общества «ИнтерСтройИнвест» от 21.01.2009 после утверждения финансового плана группы компаний визировал все расходы по группе предприятий.

Довод Анохина Н.В. и общества «СМВБ» о том, что бенефициаром указанных сделок является ФИО6, как второй участник должника и председатель Совета директоров общества «СМВБ», нашел свое подтверждение материалами дела и позицией ФИО6, не опровергающего допустимыми доказательствами и способами доказывания при рассмотрении данного спора презумпции.

ФИО6 являлся равноправным участником должника и предпринимал действия, послужившие основанием для увеличения его неплатежеспособности, а именно: являлся автором проекта по разработке Коенского месторождения, разрабатывал производственную программу группы предприятий, перед третьими лицами выступал организатором проекта, осуществлял постановку основных задач и устанавливал контакты с контрагентами по сбыту готовой продукции, решал вопросы перевозки, отгрузки, ценовой политики, организовывал встречи с конкурентами, вел переговоры с кредиторами, контролировал пусконаладку дробильно-сортировочного комплекса и его ввод в эксплуатацию в 2009 году, визировал своей подписью расходы должника на сумму свыше 30 000  руб., выступал поручителем перед банком, контролировал производственный процесс группы компаний, был осведомлен о неэффективности ее деятельности, представлял интересы должника при заключении договора поставки от 21.12.2007 № 174/030 дорогостоящего оборудования с обществом «СЗЛК», в результате неисполнения обязательств по которому должник не был способен рассчитаться и у него образовалась задолженность в сумме 11 319 000 руб. 02 коп., взысканная решением суда и включенная в реестр требований кредиторов; в период с ноября 2007 года по август 2011 года являлся председателем Совета директоров общества «СМВБ», то есть лицом, также заинтересованным по отношению к указанному обществу в соответствии с положениями статьи 19 Закона о банкротстве, а значит, бенефициаром по совершенным с участием обществом «СМВБ» сделкам по продаже долей общества «Инвестгрупп» и по обращению взыскания на заложенное имущество, которые признаны судами недействительными, направленными на вывод ликвидных активов должника (обратного не доказано).

В цепочке сделок по обращению взыскания на заложенное имущество в пользу общества «СМВБ» ФИО6 принял непосредственное участие на этапе расчетов по обязательствам должника перед Банком и трансформации требований Банка в требования общества «СМВБ».

ФИО6 знал о совершении сделок, получив обязательства по возврату денежных средств в размере 82 000 000 руб. по договору займа третьему лицу, и передав права обществу «СМВБ», ФИО6 не потребовал компенсации.

Доказательств возмездности, наличия соглашения о покрытии, содержащего условия о выплате плательщику вознаграждения за погашение чужого долга, не представлено. Кроме того, поручительство являлось солидарным, выдано аффилированными с заемщиком лицами, следовательно, ФИО6, как поручитель, исполнивший обязательства за заемщика, вправе был предъявить требования к солидарному с ним поручителю, определив долю каждого и предъявив суброгационные требования. Таких доказательств, не представлено.

Следовательно, общность экономических интересов участников должника - Анохина Н.В. и ФИО6 на дату сделок по отчуждению доли в уставном капитале общества, владеющего лицензией, а также на дату погашения задолженности поручителем ФИО6 (за счет средств третьего лица), за должника, как заемщиком и на дату заключения соглашения о внесудебном порядке обращения, а также ФИО5, как руководителя должника, очевидно прослеживается и не опровергнута.

Оценивая доводы кредиторов относительно сделок по приобретению камня от 01.06.2008, суд, приняв во внимание определение от 10.07.2013 о включении требования общества «Инвестгрупп-Искитим» в реестр требований кредиторов должника, пришел к выводу о том, что договор от 01.06.2008 заключен в процессе обычной хозяйственной деятельности, в спорный период должник приобретал строительный камень у иных поставщиков, необходимость осуществления поставки вызвана целями реализации проекта по развитию месторождения.

В отношении заключенных со С-выми договоров займа от 04.12.2007, от 07.02.2008, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии ущерба должнику и его кредиторам, поскольку данная дебиторская задолженность реализована на открытых торгах в деле о банкротстве должника, а доход от ее продажи поступил в конкурсную массу. 

Договоры займа с дочерними компаниями заключены на незначительные суммы, оплата производилась по указанию Анохина Н.В. с целью проведения необходимых расчетов по заработной плате работникам компаний. 

Относительно совершения ФИО5 с 2009 по 2011 годы от имени должника расчетов с аффилированными кредиторами, входившими в одну с ним группу лиц,  суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что все действия были согласованы с ФИО2, а по ключевым вопросам бывший директор получал от него прямые указания.

Отказывая в привлечении бывшего руководителя должника ФИО5 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве суд исходил из того, что по состоянию на указанную кредиторами дату (01.10.2007) у должника отсутствовали признаки банкротства, оснований для обращения в суд с таким заявлением не имелось, кроме того, дата объективного банкротства не являлась для ФИО5 очевидной в связи с тем, что до 2011 года должник вел хозяйственную деятельность с учетом особенностей работы «в убыток».

Сведения, содержащиеся в анализах финансового состояния должника, выполненных конкурсными управляющими в 2013 и 2015 годах, подтверждают, что должник осуществлял свою деятельность как рабочее предприятие до конца второго квартала 2011 года.

В материалах дела также имеется книга продаж за первый квартал 2011 года, из содержания которой видно, что должник продолжал свою работу и в 2011 году.

После 03.11.2011 ФИО5 не являлся директором должника.

Отклоняя доводы ответчиков о применении срока исковой давности, суд апелляционной инстанции установил, что в период с 23.05.2016 по 01.08.2016 проходили торги по реализации имущества должника путем публичного предложения, на которых реализовано оставшееся имущество, следовательно, срок исковой давности кредиторами не пропущен, поскольку первые требования предъявлены в декабре 2013 года (ранее продажи имущества должника, которая состоялась в мае - июле 2016 года и в августе 2014 года), а последние - 23.07.2019.

Исследуя статус покупателей прав требований аффилированных с должником лиц: обществ «Инвестгрупп-Искитим» и «ФИО29, суд апелляционной инстанции установил, что обстоятельства наличия корпоративной зависимости указанных юридических лиц от должника и контролирующих должника лиц подтверждается представленными в материалы дела реестрами платежей группы компаний, бухгалтерскими документами о постановке основных средств на баланс должника, решением участников должника от 21.01.2009, протоколами штаба по сбыту, договорами займа между должником и указанными обществами.

Все заключенные между должником и обществами «Инвестгрупп-Искитим», «ФИО29» договоры носили исключительно внутрикорпоративный характер, являясь инструментом в схеме передачи произведенной продукции от организации-производителя (общества «Инвестгрупп-Искитим») и организации-переработчика (общества «ФИО29») организации-продавца (торговый дом) под контролем должника.

Кроме того, в бухгалтерских документах общества «ИнтерСтройИнвест» о постановке на баланс основных средств общества «Инвестгрупп-Искитим» и «ФИО29» поименованы структурными подразделениями должника, по существу указанные общества наделялись имуществом и денежными средствами через должника, исполняя его распоряжения и заключенные им договоры.

Также обоснованным является довод о том, что имели место внутрикорпоративные отношения должника и обществ «Инвестгрупп-Искитим», «ФИО29», а также обстоятельства осведомленности кредиторов: ИП ФИО4, ФИО8 и ФИО7 относительно характера приобретенных ими прав требования к должнику, с учетом того, что ФИО4, приобретший право требования у общества «Инвестгрупп-Искитим» являлся юрисконсультом должника и группы компаний, оказывая им в дальнейшем как индивидуальный предприниматель юридические услуги по договору, а также являлся супругом главного бухгалтера должника ФИО9

ФИО8 в рассматриваемый период одновременно являлся конкурсным управляющим как должника, так и аффилированных кредиторов: обществ «Инвестгрупп-Искитим» и «ФИО29», а также являлся близким родственником ФИО30, реализовавшего права требования общества «ФИО29» к должнику ФИО7 и ФИО8

С учетом установленных обстоятельств суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что размер субсидиарной ответственности равен 128 315 595 руб. 91 копа: за вычетом требования Анохина Н.В. в размере 126 624 059 руб. 76 коп. и аффилированных по отношению к нему кредиторов: ФИО7 (правопреемник общества «Инвестгрупп – ФИО31») в размере 6 272 552 руб. 23 коп., ФИО4 (правопреемник общества «Инвеструпп – Искитим») в размере 43 849 088 руб. 86 коп., ФИО8 (правопреемник общества «Инвестгрупп – ФИО31») в размере 3 136 276 руб. 11 коп., к должнику, которые не должны противопоставляться контролируемому должника лицу, размер его субсидиарной ответственности, определенный на основании абзаца второго пункта 8 статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной редакции определяется по сумме долга независимых кредиторов: (общество «Консультант Плюс» - 85 929 руб. 41 коп., ФНС России - 3 097 979 руб. 45 коп., общество «СЗЛК» - 11 319 000 руб. 02 коп., общество «СМВБ» - 117 698 616 руб. 44 коп.

Суд округа с учетом установленных по обособленному спору обстоятельств считает правомерными выводы судов о наличии оснований для привлечения Анохина Н.В., ФИО6, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в первоначальной редакции Закона № 127-ФЗ, действовавшей в период совершения сделок 2007, 2008 года)  в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона  № 73-ФЗ, действовавшей в период с 05.06.2009 по 29.06.2013, контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. 

Субсидиарная ответственность наступает, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 1 практики применения положений законодательства о банкротстве Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, а также разъяснений, приведенных в пунктах 16, 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017  № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), поскольку процесс установления оснований привлечения к субсидиарной ответственности по статье 10 Закона о банкротстве (в редакциях Законов № 127-ФЗ, № 73-ФЗ) не имеет  принципиальных отличий от актуального правового регулирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), для установления оснований привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности имеют значения те действия (бездействия), которые либо явились необходимой причиной его банкротства, либо совершены в условиях неплатежеспособности должника, то есть после наступления объективного банкротства и при этом существенно ухудшили его финансовое положение, создали  условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств.

Для подтверждения презумпции доведения должника до банкротства суду следует установить, что такие сделки являются значимыми для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно существенно убыточными (пункт 23 Постановления № 53).

В силу пункта 20 Постановления № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности, суд в каждом конкретном случае  должен оценить, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно  в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности.

Исходя из разъяснений, приведенных в абзаце четвертом пункта 23 Постановления № 53, для применения презумпции вины контролирующего должника лица в доведении до банкротства в результате совершения существенно убыточной сделки наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

Вместе с тем, в отсутствие судебных актов о признании недействительными сделок, совершение которых вменяется контролирующим должника лицам в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за доведение до банкротства, в обязанности суда при рассмотрении спора о привлечении к субсидиарной ответственности входит установление существенной убыточности для должника сделки (совокупности сделок), причинно-следственной связи ее (их) совершения с наступлением банкротства должника либо факта совершения сделки после его наступления  в условиях неплатежеспособности должника.

В рассматриваемом случае, суд апелляционной инстанции, оценивая основания для привлечения контролирующих должника лиц должника – бывшего директора и участников к субсидиарной ответственности, учитывая роль каждого, юридического и фактического руководителя, пришел к выводу о том, что сделки по отчуждению имущества, доли и соглашение об обращении взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке, фактическая передача имущества являются теми действиями, которые привели к банкротству должника, поскольку по существу произошло изъятие единственных ликвидных активов должника, что повлекло прекращение его деятельности и возникновению неплатежеспособности должника, наступило объективное банкротство (09.08.2011), при этом существенно ухудшилось финансовое положение, созданы условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств.

Судом апелляционной инстанции установлено, что общество  «ИнтерСтройИнвест» не имело признаков банкротства до того момента пока не были совершены сделки по выводу активов, составляющих основную их стоимость - это право недропользования и техника, находящаяся в залоге у общества «СМВБ», после совершения сделки по продаже доли в уставном капитале общества «Инвестгрупп» (09.12.2010) должник утратил возможность осуществлять контроль над добычей, а после обращения взыскания на имущество, находящегося в залоге (09.08.2011) наступило его объективное банкротство.

Оценивая действия ответчиков и роль каждого суд апелляционной инстанции исходил из достаточности доказательств наличия у ответчиков статуса контролирующих должника лиц, а также у Анохина Н.В. и ФИО6 – статуса конечных бенефициаров, поскольку ликвидные активы должника в преддверии его банкротства выведены в пользу аффилированных лиц, в том числе общества «СМВБ», принятия ими активного участия в деятельности должника и ключевых решений, совершении действия, послуживших основанием для возникновения обстоятельств неплатежеспособности должника, осуществления ФИО5 непосредственного руководства деятельностью как должника, так и группы компаний в целом, спорных сделок от имени общества «ИнтнерСтройИнвест».

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции обоснованно удовлетворил требование кредиторов о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Доводы кассационных жалоб Анохина Н.В., ФИО6, ФИО5 об отсутствии у них статуса контролирующих должника лиц, оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности противоречат установленным судом апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам и подлежат отклонению.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 АПК РФ, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 АПК РФ, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

При определении размера субсидиарной ответственности суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из отсутствия оснований для включения сумм текущих обязательств должника.

Как указано выше, действия ответчиков по выводу активов должника совершены в 2010-2011 годах. В указанный период времени вопрос об объеме субсидиарной ответственности прямо урегулирован положениями абзаца второго пункта 5 статьи 129 Закона о банкротстве, согласно которому размер ответственности лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности определяется исходя из разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или замещения активов должника.

Таким образом, законодатель в тот период не включал сумму текущих платежей в объем субсидиарной ответственности. 

Аналогичный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3).

Суд округа считает правомерным вывод суда апелляционной инстанции о наличии оснований для исключения из размера субсидиарной ответственности требований аффилированных по отношению к должнику лиц в силу следующего.

Иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837 сформулирован правовой подход, согласно которому требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит только независимым от должника кредиторам и является исключительно их средством защиты. Именно поэтому в том числе абзац третий пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам.

По общему правилу участники группы компаний не могут получать удовлетворение своих требований друг от друга через институт субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случае не имеет правового значения основания приобретения права требования к должнику (на основании какого обязательства включено требование аффилированного лица в реестре требований кредиторов должника), поскольку значимым является субъект права, а не само основание (заключение с должником сделки или приобретение права в установленном законом прядке).

Суд апелляционной инстанции, установив обстоятельства аффилированности Анохина Н.В., приобретения ФИО7, ФИО4, ФИО8 требований аффлированных по отношению к должнику лиц, пришел к правильному выводу о том, что данные требования не могут противопоставляться независимым кредиторам должника и подлежат исключению из размера субсидиарной ответственности.

Вместе с тем установив аффилированность общества «СМВБ» по отношению к должнику, апелляционной суд пришел к ошибочному выводу о включении требования указанного общества (117 698 616 руб. 44 коп.) в размер субсидиарной ответственности ответчиков.

Таким образом, суд округа полагает, что требования заинтересованного лица общества «СМВБ» в указанном размере также подлежали исключению из размера субсидиарной ответственности, правильный размер субсидиарной ответственности, подлежащий взысканию с ответчиков, составляет 14 502 908 руб. 88 коп. (требования общества «Консультант Плюс» - 85 929 руб. 41 коп., ФНС России - 3 097 979 руб. 45 коп., общество «СЗЛК» - 11 319 000 руб. 02 коп.).

С учетом того, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены апелляционным судом, однако в части определения размера ответственности неправильно применены норм материального права, на основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ постановление апелляционного суда  подлежит изменению в части размера субсидиарной ответственности, с ответчиков в пользу общества «ИнтерСтройИнвест» в порядке субсидиарной ответственности подлежит взысканию 14 502 908 руб. 88 коп. 

Утверждения ответчиков о нарушении судом апелляционной инстанции норм процессуального права судом отклонены как противоречащие материалам дела.

В рассматриваемом случае апелляционным судом установлено, что после отложения заседаний распоряжением от 12.11.2020 фактически сформирован состав суда по рассмотрению обособленного спора в составе: председательствующая Красникова Т.Е., судей Бычковой О.Г., Шахова А.А., вместе с тем в дальнейшем определение по существу спора принято в коллегиальном составе судей: председательствующая Красникова Т.Е., судей Бычковой О.Г., Кальяк А.М. – определение от 12.02.2021.

Установив нарушение судом первой инстанции порядка формирования состава суд, апелляционный суд обоснованно перешел к рассмотрению спора по правилам первой инстанции.

Руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, статьями 288, 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2021 по делу № А45-23369/2011 Арбитражного суда Новосибирской области изменить в части определения размера субсидиарной ответственности, изложить резолютивную часть судебного акта в следующей редакции.

Взыскать с ФИО2, ФИО5, ФИО6 в солидарном порядке в пользу общества с ограниченной ответственностью «ИнтерСтройИнвест» 14 502 908 руб. 88 копеек.

В остальной части судебный акт оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий                                    Е.А. Куклева

Судьи                           О.В. Жирных

                           ФИО1