ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А61-1224/2018

25 февраля 2019 года

г. Ессентуки

 Резолютивная часть постановления объявлена 18 февраля 2019 года.

Постановление в полном объёме изготовлено 25 февраля 2019 года.

 Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Казаковой Г.В.,

судей: Луговой Ю.Б., Марченко О.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференцсвязи при содействии Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания, апелляционную жалобу открытого акционерного общества «Электроцинк» на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 12.12.2018 по делу №А61-1224/2018 (судья Базиева Н.М.),

по заявлению открытого акционерного общества «Электроцинк» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) о включении в реестр требований кредиторов открытого акционерного общества «Кристалл» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) задолженности в размере 39 480 560 руб. 56 коп.,

при участии в судебном заседании представителей: временного управляющего открытого акционерного общества «Кристалл» ФИО2  –  лично; 

от открытого акционерного общества «Электроцинк» - ФИО3 (по доверенности от 31.01.2019 № 50/01-137), ФИО4 (по доверенности от 15.02.2019 № 50/01-189/1),

от открытого акционерного общества «Кристалл» - ФИО5 (по доверенности от 07.08.2018), ФИО6 (по доверенности от 07.08.2018).

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, 

УСТАНОВИЛ:

определением от 11.04.2018 в отношении открытого акционерного общества «Кристалл» введена процедура наблюдения сроком до 15.10.2018. Временным управляющим утвержден ФИО2.

Сведения о введении в отношении открытого акционерного общества «Кристалл» процедуры наблюдения опубликованы в Едином Федеральном реестре сведений о  банкротстве 13.04.2018, номер сообщения 2608505 и в Газете «Коммерсантъ» №70 от 21.04.2018, стр. 20.

Открытое акционерное общество «Электроцинк» (далее  –  общество) обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Кристалл» требований в сумме 39 480 560 руб. 56 коп. Требования обоснованы ненадлежащим исполнением обязательств:

- по договору поставки от 15.06.2012 № 121 в размере 32 445 474,07 рублей;

- по договору займа от 15.11.2014 № 997 в размере 5 000 000 рублей;

- по договору поставки от 07.07.2016 № 639 в размере 2 029 752,49 рублей.

Заявитель также просит взыскать расходы по уплате госпошлины в рамках дела №А61-622/2018 в размере 5 334 рублей.

 Определением Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 12.12.2018 по делу №А61-1224/2018  открытому акционерному обществу «Электроцинк»  в удовлетворении требований отказано. 

Не согласившись  с определением  суда от 12.12.2018 по делу №А61-1224/2018,   общество  обратилось  в   Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой  просит  определение суда первой инстанции от 12.12.2018 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить  заявленные  требования в полном объёме.  

Определением  апелляционного суда  от  14.01.2019  апелляционная жалоба принята к производству суда и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 18.02.2019.

В судебном заседании 18.02.2019 представители открытого акционерного общества «Электроцинк», открытого акционерного общества «Кристалл» поддержали  доводы апелляционной жалобы, просили определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить, принять новый судебный акт о включении требований ОАО «Электроцинк» в реестр требований кредиторов должника ОАО «Кристалл» в полном объеме. 

Временный управляющий открытого акционерного общества «Кристалл» ФИО2  против доводов апелляционной  жалобы возражал, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представители иных лиц, участвующие  в деле, извещённые надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не явились, о причинах неявки суд не известили. Конкурсный кредитор ФИО7 направил в суд отзыв на апелляционную жалобу, в которой просит определение суда  оставить без изменения,  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба по делу рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле. 

Проверив определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 12.12.2018 по делу №А61-1224/2018 в апелляционном порядке в соответствии со статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд пришел к выводу, что определение суда первой инстанции следует оставить без изменения по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  ОАО «Кристалл» создано в 2001 году, зарегистрировано в Едином государственным реестре юридических лиц  03.08.2002 с присвоением основного государственного регистрационного номера 

<

***> по адресу: 

<

...> основным видом деятельности  общества является аренда грузового автомобильного транспорта с водителем, дополнительными видами деятельности являются: обработка отходов лома черных и цветных металлов,  научные исследования и разработки в области естественных и технических наук, директор общества ФИО8

Судом первой инстанции установлено и не отрицается представителями  ОАО «Кристалл», лицами, участвующими в деле, что с 2007 года ОАО «Кристалл» хозяйственную деятельность не осуществляет, производственные помещения сдаются в аренду различным юридическим и физическим лицам, в том числе  ОАО «Электроцинк».

ОАО «Электроцинк» создано в 1996 году, зарегистрировано в Едином государственным реестре юридических лиц  01.08.2002 с присвоением основного государственного регистрационного номера 

<

***>, по адресу: 

<

...>, основным видом деятельности  общества является производство свинца, цинка и олово, дополнительными видами деятельности являются: добыча руд и пескойдрагоценных металлов, добыча и обогащение руд редких металлов, добыча и обогащение свинцово – цинковой руды, производство меди, драгоценных металлов и прочих цветных металлов, обработка отходов лома черных и цветных металлов, а также иной деятельности в количестве 57 наименований. 

Учредителями ОАО «Электроцинк»  являются ООО «Эстрон», Акционерное общество открытого типа «СГ», Государственный комитет РеспубликиСеверная Осетия-Алания по управлению имуществом, ЗАО «Стройметресурсы», директор общества ФИО9

15.06.2012 между ОАО «Электроцинк» (поставщик) и ОАО «Кристалл» (покупатель) заключён договор поставки № 121 (далее - договор № 121), в соответствии с п.1.1., 1.2. которого поставщик обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить продукцию в соответствии со спецификациями, содержащими информацию об ассортименте, количестве, цене, сроках и условиях поставки.

Согласно спецификации № 1 от 15.06.2012 поставщик обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить продукцию общей стоимостью 14 502 574,52 руб. 

15.06.2012 ОАО «Электроцинк» передало ОАО «Кристалл» указанный в спецификации товар в полном объеме, что подтверждается актом приёма-передачи основных средств и материальных ценностей.

Согласно спецификации № 2 от 01.12.2012 поставщик обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить продукцию общей стоимостью 16 131 663,13 рублей.

01.12.2012 ОАО «Электроцинк» передало ОАО «Кристалл» указанный в спецификации товар в полном объёме, что подтверждается актом приёма-передачи основных средств и материальных ценностей.

Согласно спецификации № 3 поставщик обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить продукцию общей стоимостью 1 822 898,22 рублей. 

В соответствии с накладной № 27 от 05.02.2013 на отпуск материалов на сторону ОАО «Электроцинк» передало ОАО «Кристалл» товар на сумму 847 921,66 рублей, в соответствии с накладной № 30 от 07.02.2013 - на сумму 963 314,76 рублей, всего на общую сумму 1 811 236,42 рублей.

Дополнительным соглашением № 1 от 29.12.2014 к договору № 121 стороны согласовали оплату продукции, полученной должником в соответствии со спецификациями № 1, № 2, №3 до 31.12.2015 года.

Обязательства по оплате в соответствии с условиями договора №1 21 должником не исполнены, таким образом задолженность по договору №121 от 15.06.2012 составила 32 445 474,07 рублей.

15.11.2014 между ОАО «Электроцинк» (заимодавец) и ОАО «Кристалл» (заёмщик) заключён договор займа № 997, по условиям которого заимодавец передаёт заёмщику беспроцентный заем в размере 5 000 000 рублей.

Платёжными поручениями № 6625 от 19.12.2014, № 197 от 16.01.2015, № 286 от 20.01.2015 и № 360 от 23.01.2015 на расчетный счет должника было перечислено 5 000 000 рублей.

В соответствии с п. 2.2. договора № 997 от 15.11.2014 возврат суммы займа должен быть произведён в течение 30 дней после письменного обращения.

ОАО «Электроцинк» письмом №01-1/46 от 22.03.2018 потребовало у должника возвратить полученные денежные средства в полном объеме, однако в установленный срок долг не был погашен.

07.07.2016 между ОАО «Электроцинк» (поставщик) и ОАО «Кристалл» заключён договор поставки № 639  (далее - договор № 639), в соответствии с п.1.1., 1.2. которого поставщик обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить продукцию в соответствии со спецификациями, содержащими информацию об ассортименте, количестве, цене, сроках и условиях поставки.

Согласно спецификации № 1 от 07.07.2016 поставщик обязался поставить, а покупатель принять и оплатить продукцию - никель катодный HI на общую сумму 633 363,45 руб. 

11.07.2016 ОАО «Электроцинк» передало ОАО «Кристалл» указанный в спецификации товар в полном объеме, что подтверждается по товарной накладной № 1131 от 11.07.2016.

Согласно спецификации № 2 от 30.09.2016 поставщик обязан поставить, а покупатель принять и оплатить продукцию общей стоимостью 1 646 389,04 руб. 

30.09.2016 ОАО «Электроцинк» передало ОАО «Кристалл» указанный в спецификации товар в полном объёме, что подтверждается актом приёма-передачи к спецификации № 2, а также товарными накладными № 1773 от 30.09.2016, № 1774 от 30.09.2016; № 1775 от 30.09.2016, №1781 от 30.09.2016, №1782 от 30.09.2016, №1783 от 30.09.2016, №1787 от 30.09.2016.

Всего по договору № 639 от 07.07.2016 должнику  передано продукции на сумму 2 029 752,49 рублей.

В соответствии с пунктом 2 Спецификации № 1 покупатель принял обязательство  произвести оплату товара в течение 10 дней с момента поставки. 

Во исполнение договорных обязательств от покупателя поступил платёж на сумму 200 000 рублей по платёжному поручению №198 от 15.07.2016. 

В связи с направлением ОАО «Электроцинк» в адрес ОАО «Кристалл» претензии об оплате задолженности должник платёжным поручением № 25 от 08.02.2018 перечислил 50 000 руб.

Судебным приказом арбитражного суда  РСО-Алания от 16.02.2018 по делу № А61-622/2018 за поставленный по спецификации № 1 к договору поставки № 639 товар взыскана с ОАО «Кристалл» в пользу ОАО «Электроцинк» задолженность в размере 383 363,45 рублей и 5 334 рубля в возмещение расходов по уплате государственной пошлины (388 697,45 рублей) и выдан судебный приказ.

Определением от 11.04.2018 по делу №А61-1224/2018 в отношении открытого акционерного общества «Кристалл» введена процедура наблюдения сроком до 15.10.2018. 

10.05.2018 открытое акционерное общество «Электроцинк» в деле о банкротстве должника обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Кристалл» требований в сумме 39 480 560 руб. 56 коп.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее также - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта  6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Согласно пункту 1 статьи 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения, требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, срок исполнения по которым наступил на дату введения наблюдения, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного настоящим Федеральным законом порядка предъявления требований к должнику. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда. Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд не позднее чем через пятнадцать дней со дня истечения срока для предъявления требований кредиторов должником, временным управляющим, кредиторами, предъявившими требования к должнику, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия (пункт 2 статьи 71 Закона о банкротстве).

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление от 22.06.2012 № 35) разъяснено о том, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

В Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005 N 12-П указано о том, что процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). 

 В рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Суд первой инстанции, отказывая ОАО «Электроцинк» во включении требований в реестр требований кредиторов должника в сумме 39 480 560 руб. 56 коп., исходил из следующих установленных обстоятельств и норм действующего законодательства. 

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, для целей Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника.

При этом критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 изложена следующая правовая позиция, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно списку аффилированных лиц ОАО «Кристалл» по состоянию на 31.03.2018  - информации, предоставляемой должником в соответствии с Положением о раскрытии информации эмитентами эмиссионных ценных бумаг (утв. Банком России 30.12.2014 № 454-П, зарегистрированного в Минюсте России 12 февраля 2015 г. № 35989) -в состав аффилированных лиц должника входит ОАО «Электроцинк», так как лицо принадлежит к той группе лиц, к которой принадлежит акционерное общество, при этом в кчест оснований указано, что более 50% акций ОАО «Электроцинк» принадлежит ОАО Уральскому Горно-металлургическому комбинату (УГМК (пункт 36), (том 1, л.д. 98 - 117).

Аффилированным к должнику лицом является и руководитель ОАО «Электроцинк»  ФИО9,  так  как  является  членом  совета  директоров  ОАО «Кристалл» (пункт 7) и принадлежит к той группе лиц, к которой принадлежит акционерное общество (пункт 37). 

Аффилированными к должнику лицами являются члены совета директоров ОАО «Электроцинк»: ФИО10, ФИО11,, ФИО12, поскольку являются членами Совета директоров должника ОАО «Кристалл» (пункты 1, 3, 5).

Уральский Горно-металлургический комбинат (УГМК) является акционером ОАО «Электроцинк» (более 50% акций) и акционером должника.

Более того, согласно сведениям официального сайта УГМК (http://realty.ugmk.com/ru/offer/g-vladikavkaz/20304), им объявлено о продаже своих непрофильных активов - завода ОАО «Кристалл».

Руководитель ОАО «Кристалл» должника - ФИО8, является сотрудником ОАО «Электроцинк», что им не оспаривается.

Таким образом, судом первой инстанции установлено, что ОАО «Электроцинк» и должник ОАО «Кристалл» являются юридически и фактически аффилированными лицами.

Отклоняя доводы ОАО «Кристалл» о том, что в данном списке аффилированных лиц ОАО «Электроцинк» ошибочно указан в качестве аффилированного лица, и данная ошибка исправлена, представив список аффилированных лиц от 30.06.2018 без указания ОАО «Электроцинк» (том 6, л.д. 91), суд первой инстанции указал о том, что внесение изменений в список аффилированных лиц должника в части исключения из него ОАО «Электроцинк», не меняет выводов суда о наличии аффилированных связей между должником и заявителем по иным основаниям, установленных судом.

Судом первой инстанции также учтено,  что указанные исправления были внесены в список аффилированных лиц только после обращения ОАО «Электроцинк» в суд с настоящим заявлением о включении в реестр требований должника долга и после подачи кредитором ФИО7 и временным управляющим должника возражений на заявленное требование 13.06.2018 и 20.06.2018, соответственно, в которых заявлялось об аффилированности должника и заявителя.

С учетом установленных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу, что  договор займа и договоры поставки заключены между аффилированными лицами.

Следовательно, с учетом наличия признаков заинтересованности между лицами, вступившими в спорные правоотношения, к ним применяется повышенный стандарт доказывания.

Судом первой инстанции установлено, подтверждается материалами дела, не оспаривается временным управляющим и руководителем должника, что ОАО «Кристалл» не осуществляет хозяйственную деятельность с 2007 года, а денежные средства, полученные по договору займа № 997 от 15.11.2014, были направлены должником на погашение задолженности перед бюджетом по налогам и обязательным платежам.

Обращаясь в суд с заявлением о включении в реестр требований должника 5 000 000 рублей по договору займа № 997 от 15.11.2014, ОАО «Электроцинк», являясь  коммерческой организацией, деятельность которой в силу статьи 2 Гражданского кодекса РФ направлена на систематическое получение прибыли, не представило суду обоснованных мотивов и доказательств экономической целесообразности предоставления должнику, который не осуществляет хозяйственную деятельность, беспроцентного займа денежных средств в размере 5 000 000 рублей с возвратом денежных средств в течение 30- ти дней с момента письменного обращения. 

В данном случае ОАО «Электроцинк» потребовало от должника возвратить полученные денежные средства по истечении более 3-х лет письмом №01-1/46 от 22.03.2018, то есть после поступления в суд заявления о признании ОАО «Кристалл» несостоятельным (банкротом).  

Доказательств того, что заключение договора займа носило гражданско-правовую природу,  в материалы дела не представлено. 

Отклоняя доводы ОАО «Электроцинк» о том, что выдача беспроцентных займов является для него обычной практикой, в подтверждение чего представлены договоры беспроцентных займов, заключенные с ГП завод «Эмальпровод», судом первой инстанции указано, что предоставление беспроцентного займа одному лицу, не подтверждает факта того, что для общества это обычная практика, более того, подобное предоставление денежных средств противоречит целям предпринимательской деятельности.

Кроме того, ОАО «Электроцинк» не привело разумных объяснений о том, по какой причине не требовало возврата денежных средств с 2015 года до  марта 2018 года. 

При этом судом первой инстанции правомерно отклонен довод ОАО «Электроцинк» о том, что общество не требовало от должника возврата денежных средств, так как знало о его финансовом состоянии и рассчитывало получить свои денежные средства после реализации ОАО «Кристалл» металлопрокатного цеха, указав о том, что выведение из оборота значительных денежных средств на длительное время без получения процентов, не соответствует обычаям делового оборота и противоречит целям предпринимательской деятельности  ОАО «Электроцинк».

Таким образом, суд первой инстанции, учитывая установленные обстоятельства и проанализировав характер правоотношений сторон по договору займа № 997 от 15.11.2014, пришел к выводу о том, что правоотношения по передаче заемных денежных средств кредитором должнику следует квалифицировать как имеющий корпоративный характер отношений, что исключает возможность включения данных требований в реестр требований кредиторов должника.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив правоотношения ОАО «Электроцинк» и ОАО «Кристалл» по договорам поставки от 15.06.2012 №121 и от 07.07.2016 №639 пришел к следующим выводам.

Судом первой инстанции установлено и не оспаривается лицами, участвующими в деле, что   ОАО «Кристалл» не ведет хозяйственную деятельность с 2007 года, однако сдает принадлежащие на праве собственности производственные помещения в аренду. 

ОАО «Электроцинк» арендовало у ОАО «Кристалл» помещения, а именно металлопрокатный цех и оснастил арендованные помещения оборудованием для осуществления своей производственной деятельности, в том числе построил для этого коммуникационные системы.

После расторжения договора аренды все оборудование и коммуникационные системы были проданы должнику по договору поставки от 15.06.2012 №121 на общую сумму 32 445 474,07 рублей, которое передавалось в период с 2012 года по 2015 год по актам приема передаче в соответствии со спецификациями к договору № 121.

Из представленных спецификаций и актов приёма-передачи следует, что по указанному договору поставки были проданы должнику оборудование и системы: газоснабжения, водоснабжения и электроснабжения.

Как установлено судом первой инстанции и не оспаривается сторонами сделки, должником оборудование и коммуникационные системы были приобретены для последующей продажи, поскольку имелся инвестор, который хотел приобрести данный цех как имущественный комплекс, полностью оснащенный для ведения производственной деятельности.

Вместе с тем, ни ОАО «Электроцинк», ни ОАО «Кристалл» не представили суду доказательств того, что  металлопрокатный цех не имел коммуникаций.

Более того, ОАО «Электроцинк» не представило доказательств приобретения оборудования, которое впоследствии было продано должнику, не представило доказательств о строительстве систем газоснабжения, водоснабжения и электроснабжения и стоимости указанных объектов при осуществлении строительства и с учетом износа оборудования, а также на каком основании и по каким документам осуществлялось  строительство на территории должника.

При этом акт приема-передачи основных средств и материальных ценностей к договору №121 от 15.06.2012 и спецификации №1 от 15.06.2012 не содержит индивидуально-определенных признаков, позволяющих идентифицировать системы: газоснабжения, водоснабжения и электроснабжения (позиции 64, 66, 67), в том числе местонахождение сооружений, протяженность коммуникаций, точки раздела коммуникаций и т.д., то есть фактически невозможно определить какое именно имущество передавалось должнику и место нахождение имущества (том 1, л.д. 16-17).

Доказательств экономически обоснованных мотивов совершения сделок по поставке оборудования должнику в 2012 году в условиях прекращения должником производственно-хозяйственной деятельности в 2007 году, суду первой инстанции также не представлено,  

Представленные суду договоры №1 от 06.12.2012 и №1 от 25.09.2013 судом первой инстанции не приняты в качестве доказательств и отклонены судом с указанием о том, что указанные договоры не являются документальным подтверждением об экономической целесообразности совершения сделок поставки оборудования, поскольку связаны с приобретением акций и не содержат условий о необходимости укомплектования металлопрокатного цеха спорным оборудованием.

Судом первой инстанции также учтено, что ОАО «Электроцинк» не является предприятием, торгующим оборудованием, не приведено суду разумного обоснования не истребования от должника оплаты за поставленное оборудование в течение длительного времени с 2012 года, то есть более 5-ти лет, при этом доводы о том, что  ОАО «Электроцинк» рассчитывало получить оплату за поставленное оборудование после продажи металлопрокатного цеха, судом первой инстанции отклонен как необоснованный, поскольку в данном случае доводы о намерении продажи имущество имеют продолжительный срок более 5-ти лет, в течение которого как объект недвижимого имущества, так и оборудование утрачивают свои потребительские качества в связи с неиспользованием по назначению. 

Как следует из договора поставки от 07.07.2016 №639 и спецификаций к договору, предметом поставки является – Никель катодный-Н 1, в общем количестве 701,0 кг, а также товар, используемой в хозяйственной деятельности 78 наименований. 

Вместе с тем, ни должник, ни  ОАО «Электроцинк» не представили суду доказательства о том, для какой деятельности должником указанный товар приобретался в отсутствие ведения какой либо хозяйственной деятельности и неплатежеспособности должника. 

Доказательств того, как указанный товар по договору   поставки от 07.07.2016 №639 должником использовался и в каком состоянии находится в настоящее время, в материалы дела не представлено.  

Отклоняя доводы и ссылку на вступивший в законную силу судебный приказ от 16.02.2018 по делу №А61-622/2018, которым с ОАО «Кристалл» в пользу ОАО «Электроцинк» взыскано 383 363 рублей 45 копеек задолженности по договору поставки №639 от 07.07.2016 и 5334 рубля в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, судом первой инстанции правомерно указано о том, что при выдаче судебного приказа обстоятельства поставки товара не были предметом судебного разбирательства и оценки судом доказательств реальности поставки товара. 

В пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2018), утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 4 июля 2018 г., разъяснено, что при обжаловании решения суда о взыскании задолженности с должника,  признанного банкротом, арбитражный управляющий и кредиторы должника должны заявить доводы и (или) указать на доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и истцом в обоснование наличия задолженности.

По объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному «дружественным» кредитором и должником, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы.

Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем, причём, это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

По смыслу Определения Верховного Суда РФ от 05.03.2018 № 309-ЭС18-299 (2) по делу № А71-5815/2015, отсутствие экономической целесообразности в заключении договора для должника, влечёт недопустимость необоснованного увеличения размера денежных обязательств должника перед аффилированным лицом с целью получения последним контроля над процедурой банкротства.

Указанная позиция также отражена в Определении Верховного Суда РФ от 22.02.2017 N 306-ЭС16-21108.

С учетом установленных обстоятельств, указанных выше норм права и разъяснений Верховного Суда РФ,  суд первой инстанции  пришел к правильному выводу о том, что для должника ОАО «Кристалл» отсутствовала экономическая целесообразность в  заключении договоров поставки от 15.06.2012 № 121 в размере 32 445 474,07 рублей, договора займа от 15.11.2014 № 997 в размере 5 000 000 рублей, договор поставки от 07.07.2016 № 639 в размере 2 029 752,49 рублей, сомнения иных кредиторов, временного управляющего и суда ОАО «Электроцинк» не опровергло надлежащими доказательствами. 

Следовательно, в данном случае недопустимо необоснованное увеличение размера денежных обязательств должника перед аффилированным лицом с целью получения последним контроля над процедурой банкротства.

Отклоняя доводы ОАО «Электроцинк» и должника о том, что представленные ими документы, а именно договоры поставки и займа, товарные накладные, акты приема передачи имущества, свидетельствуют об осуществлении реальных сделок, суд первой инстанции правомерно указал о том, что должником хозяйственная деятельность не осуществляется с 2007 году и должник является неплатежеспособным в течение длительного времени. 

Доводы участвующих в деле лиц о получении должником экономической выгоды от приобретения имущества и денег по договору займа, также отклонены судом первой инстанции, поскольку осуществление таких операций, исходя из заявленных требований, не привело к возврату должником денежных средств кредитору и улучшение его платежеспособности. 

В абзаце 2 пункта 86 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. 

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путём анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

В определении Верховного суда РФ от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411 указано, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Согласно абзацу 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами признаются кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несёт ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причинённого в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определённую денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию (абзац четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

Из приведённых норм следует, что возможность признания лица конкурсным кредитором в деле о банкротстве обусловлена существом обязательства, лежащего в основании требования к должнику. При этом учредители (участники) юридического лица (должника) по обязательствам, вытекающим из такого участия, не могут являться его конкурсными кредиторами.

Согласно статье 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно  для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главыФедерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Суд первой инстанции, исследовав вопрос о фактических основаниях заключения указанных выше сделок, оценив представленные доказательства и установленные обстоятельства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ в совокупности и взаимосвязи, учитывая факт взаимозависимости должника и заявителя, способность оказывать взаимное влияние как на финансово-хозяйственную деятельность (в том числе и самого должника), так и на процессуальное поведение друг друга в ходе дела о банкротстве, пришел к правильному выводу о наличии корпоративного характера спорных правоотношений, направленных на формальное наращивание подконтрольной кредиторской задолженности с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, что исключает возможность включения требований ОАО «Электроцинк» в реестр требований кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласен и учитывает следующие разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 308-ЭС17-1556(2).. 

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатёжеспособности (либо недостаточности имущества) должника, исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации), на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на гражданско-правовых договорах требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и контрагентом, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств (в том числе на льготных условиях) может при определённых обстоятельствах свидетельствовать о намерении лица, предоставляющего данные денежные средства, временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации гражданско-правовой договор может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учётом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать гражданско-правовые отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При представлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции гражданско-правовой сделки, предоставления финансирования на нерыночных условиях.

В условиях банкротства должника и высокой вероятности нехватки его имущества для погашения требований всех кредиторов между последними объективно возникает конкуренция по поводу распределения конкурсной массы, выражающаяся, помимо прочего, в доказывании обоснованности своих требований. Во избежание злоупотреблений в этой части законодательством установлено, что по общему правилу требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов должника только после судебной проверки, в ходе которой в установленном законом процессуальном порядке проверяется их обоснованность, состав и размер (пункт 6 статьи 16, статьи 71, 100 Закона о банкротстве). При этом установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 (ред. от 21.12.2017) «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее -постановление № 35).

Судом первой инстанции установлено, что ОАО «Кристалл» и ОАО «Электроцинк» принадлежат к одной группе взаимосвязанных обществ подконтрольных ОАО Уральскому Горно-металлургическому комбинату. 

Аффилированным к должнику лицом является и руководитель ОАО «Электроцинк»  ФИО9,  так  как  является  членом  совета  директоров  ОАО «Кристалл», а директор ОАО «Кристалл» ФИО8 являлся ранее директором и работником ОАО «Электроцинк». 

Следовательно, доводы об отсутствии аффилированности между ОАО «Кристалл» и ОАО «Кристалл» материалами дела не подтверждается, доказательств обратного суду не представлено. 

Таким образом, судом первой инстанции правильно применены положения статьи 19 Закона о банкротстве, сделан правомерный вывод об аффилированности должника и потенциального кредитора. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что имущество по договорам поставки было снято с баланса ОАО «Электроцинк» и поставлено на баланс ОАО «Кристалл» не могут свидетельствовать о реальности сделок при  отсутствии экономического обоснования совершения указанных сделок между двумя подконтрольными обществами.  

В данном случае  ОАО «Электроцинк», передавая имущество ОАО «Кристалл», фактически осуществило докапитализацию в целях выгодной продажи имущества ОАО «Кристалл» как производственного комплекса, что подтверждается пояснениями представителей и тем фактом, что Уральский Горно-металлургический комбинат (УГМК) на своем сайте (http://realty.ugmk.com/ru/offer/g-vladikavkaz/20304) разместило объявление о продаже своих непрофильных активов - завода ОАО «Кристалл».

При этом суд апелляционной инстанции также учитывает, что длительность не востребования долгов в течение продолжительного периода времени до процедуры банкротства должника, свидетельствуют о том, что кредитор действовал с намерением безвозмездно в силу аффилированности и внутрикорпоративных отношений финансировать должника и не имел цели получения встречного предоставления.

Кроме того, передавая денежные средства по договору займа для того, чтобы ОАО «Кристалл» рассчиталось с долгами по обязательным платежам,  ОАО «Электроцинк» должно осознавать, что предоставляя подобное финансирование в тяжелый период для подконтрольного общества, не осуществляющего хозяйственную деятельность,  существует повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что требование  ОАО «Электроцинк» путём включения в реестр требований кредиторов денежных средств в заявленной сумме не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала, а денежные средства не подлежат возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами.

Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 305-ЭС17-17208).

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что в процедуре наблюдения требования к должнику предъявлены кредитором ФИО7 на сумму 11 030 395 руб., которые включены в реестр требований кредиторов определением от 11.04.2018, следовательно, включение в реестр требований кредиторов должника задолженности перед ОАО «Электроцинк» позволит «дружественному кредитору» принять на первом собрании кредиторов решения по вопросам судьбы должника для проведения в дальнейшем контролируемой процедуры в ущерб интересам кредитора ФИО7, иных кредиторов и Российской Федерации в лице уполномоченного органа, что свидетельствует о злоупотреблении правом кредитора (статья 10 ГК РФ).

Совокупность установленных обстоятельств свидетельствует о том, что договор займа и договоры поставки заключены кредитором и должником не как независимыми участниками гражданского оборота, а в силу аффилированности указанных лиц и наличия между ними внутрикорпоративных взаимоотношений.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 в абзаца 4 пункта 4 разъяснено, что наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр.

Таким образом, суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции полностью согласен и считает, что судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении заявления ОАО «Электроцинк» во включении в реестр требований кредиторов  ОАО «Кристалл» долга в сумме 39 480 560,56 руб., поскольку само по себе наличие договора займа и договоров поставки не является в деле о банкротстве безусловным основанием для признания денежного требования кредитора обоснованным. 

Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанций в соответствии с положениями статей 71, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса РФ дал правовую оценку всем доводам кредитора, должника, и, исходя из строгого стандарта доказывания обоснованности требований в деле о банкротстве, установил нецелесообразность заключения договора займа и договоров поставки, указав, что действия аффилированных лиц совершены со злоупотреблением правом. 

При установлении противоправной цели по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) суд обоснованно отказал во включении требований кредитора в реестр требований кредиторов должника, учитывая, что это привело бы к получению последнему  контроля за ходом проведения процедуры банкротства.

Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции правильно распределил бремя доказывания обстоятельств по делу, указав, что при наличии согласия должника по заявленному аффилированным лицом требованию о включении в реестр, подлежит доказыванию гражданско-правовая природа обязательства  кредитором и должником, доводы апелляционной жалобы являлись предметам судебного разбирательства, им дана надлежащая оценка, несогласие с которой не опровергают установленные по делу обстоятельства и не ставят  под сомнение правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права. 

При установленных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что заявителем жалобы не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своих доводов, доводы апелляционной жалобы основаны на неправильном толковании норм материального права и судебной практики, а также правовой позиции Верховного Суда РФ, тем самым не нашли подтверждения в судебном заседании суда апелляционной инстанции и подлежат отклонению за необоснованностью.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и влекущих безусловную отмену определения суда первой инстанции, при проверке дела в апелляционном порядке не установлено.

На основании изложенного, исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом оценки представленных доказательств, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что судом первой инстанции правильно применены нормы материального и процессуального права, вынесено законное и обоснованное определение, поэтому у арбитражного апелляционного суда отсутствуют основания для отмены или изменения определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 12.12.2018 по делу №А61-1224/2018.   

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 12.12.2018 по делу №А61-1224/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд первой инстанции. 

Председательствующий Г.В. Казакова 

Судьи Ю.Б. Луговая

 О.В. Марченко