ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-9139/2025

г. Челябинск

31 октября 2025 года

Дело № А47-18185/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 27 октября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 31 октября 2025 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Волковой И.В., судей Забутыриной Л.В., Ковалевой М.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Колосовой Т.Е., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 11.07.2025 по делу № А47-18185/2022 об исключении из конкурсной массы жилого помещения.  

В судебном заседании, проведенном на основании статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в режиме веб- конференции, приняли участие представители:  

ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 19.04.2023);  

ФИО1 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 24.05.2023).  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 07.12.2022 на основании заявления ФИО6 возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) должника - ФИО1 (ИНН 

<

***>).  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.02.2023 (резолютивная часть от 14.02.2023) требование кредитора признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждена ФИО2, член межрегиональной Северо-Кавказской саморегулируемой организации профессиональных арбитражных управляющих «Содружество».  

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликовано в официальном издании  

газеты «Коммерсантъ» № 38(7483) от 04.03.2023.  

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 18.05.2023 (резолютивная часть от 15.05.2023) в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО2, член межрегиональной Северо-Кавказской саморегулируемой организации профессиональных арбитражных управляющих «Содружество».  

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» № 88(7533) от 20.05.2023.  

Должник 04.04.2025г. обратился в суд с ходатайством об исключении из конкурсной массы жилого помещения, площадью 123,9 м.кв., кадастровый номер 56:44:0232010:63, расположенного по адресу: 

<

...>.  

К участию в споре привлечены орган опеки и попечительства в лице Управления образования Администрации г. Оренбурга и Прокуратура Оренбургской области.  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 11.07.2025 (резолютивная часть от 04.07.2025) заявленные требования удовлетворены, из конкурсной массы должника исключено жилое помещение, площадью 123,9 кв.м., кадастровый номер 56:44:0232010:63, расположенное по адресу адрес: 

<

...>.  

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 11.07.2025.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы финансовый управляющий ФИО2 указывает, что Должник проживал в жилом помещении по адресу: 

<

...>, был прописан по этому адресу. Жилое помещение, кадастровый номер 56:44:0232010:145, площадью 123.9 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, зарегистрировано за должником 03.02.2023г. Как следует из материалов дела, 12 января 2007 года указанная квартира была передана должнику по акту приема-передачи, 20.03.2014 года должнику отказано в государственной регистрации права собственности. С указанного времени должник никаких действий по регистрации за собой указанного права не предпринимал. Таким образом, должник умышленно бездействовал и сознательно не предпринимал никаких мер по регистрации за собой права собственности на спорную квартиру. Финансовый управляющий не согласен с выводами суда относительно того, что избранный должником способ защиты своих прав и законных интересов сам по себе не мог причинить вреда кредиторам. Действия должника свидетельствуют о его намерении уклониться от погашения долга и сокрыть имущество, из которого возможно удовлетворение требований кредиторов. Реестр требований кредиторов сформирован в общей сумме 34 967 960,50 рублей. Целью процедуры реализации имущества гражданина является удовлетворение требований  

кредиторов за счет принадлежащего должнику имущества. Доход от реализации имущества повлияет на удовлетворение требований кредиторов, что, в свою очередь, способствует решению задач и достижению цели процедуры банкротства. ФИО7 не является супругой ФИО1, обратного в материалах дела не имеется. В связи с чем, ФИО7 не является членом семьи собственника жилого помещения. Учитывая доводы должника, в том числе документы, на которые он ссылается, законные основания для исключения жилого помещения отсутствуют. Собственником жилого помещения является ФИО1, иных собственников, в том числе несовершеннолетних, не имеется. Продажа имущества права несовершеннолетних не затронет, учитывая наличие иного жилого помещения в собственности должника. Таким образом, жилое помещение по адресу: 

<

...>, составляет конкурсную массу и подлежит реализации в рамках процедуры банкротства, за счет которого возможно погашение задолженности кредиторов, требования которых включены в реестр требований кредиторов.  

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 27.10.2025.  

Судом на основании статей 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв на апелляционную жалобу, поступивший от должника (вх. № 54242 от 15.10.2025); в приобщении к материалам дела отзывов на апелляционную жалобу, письменных пояснений с приложенным приговором суда, поступивших от ФИО3, ОАО «Орьрегионинвестхолдинг», отказано, так как не представлено доказательств заблаговременного направления в адрес лиц, участвующих в деле, приговор суда о привлечении должника к ответственности имеется в материалах дела (вх. № 54846 от 20.10.2025, № 53246 от 09.10.2025).  

В судебном заседании 27.10.2025 представитель кредитора поддерживал доводы апелляционной жалобы финансового управляющего, просил отказать в удовлетворении заявленных требований.  

Представитель должника возражал по доводам апелляционной жалобы, просил оставить без изменения определение суда от 11.07.2025.  

Финансовый управляющий ФИО2, которой со стороны Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда была предоставлена возможность участия в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции, к каналу связи не подключилась, что свидетельствует о ее неявке.  

Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, финансовому управляющему обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не была реализована по причинам, находящимся в сфере его контроля, явка судом обязательной не признана, суд апелляционной инстанции не усмотрел предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отложения судебного заседания,  

судебное разбирательство проведено в его отсутствие.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе посредством размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.  

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в собственности должника имеется два жилых помещения:  

1. помещение жилое, площадью, 123,9 м.кв., кадастровый номер 56:44:0232010:63, адрес: 460014, 

<

...>;  

2. помещение жилое, площадью 57,9 м.кв., кадастровый номер 56:44:0236008:237, адрес: 460014, 

<

...>, общая долевая собственность, доля в праве 1/2.  

Указанные жилые помещения не являются предметом ипотеки. 

Должник обратился в суд с ходатайством об исключении из конкурсной массы жилого помещения, площадью 123,9 м.кв., кадастровый номер 56:44:0232010:63, адрес: 

<

...>. В обоснование заявленных требований должник указывает, что спорная квартира является единственным пригодным для жилья помещением для него самого, его гражданской жены и их детей.  

В настоящее время жилое помещение, площадью 123,9 м.кв., кадастровый номер 56:44:0232010:63, адрес: 460014, 

<

...>, реализуется финансовым управляющим с открытых торгов в форме публичного предложения. Вместе с тем, спорное жилое помещение использовалось ФИО1 и членами его семьи для постоянного проживания задолго до возникновения у него признаков несостоятельности.  

Гражданская жена должника - ФИО8 является сособственником жилого помещения площадью 57,9 м.кв., кадастровый номер 56:44:0236008:237, адрес: 460014, 

<

...>, общая долевая собственность, доля в праве 1/2. Другие члены семьи: ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, иного жилья не имеют, спорная квартира является единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением.  

При этом, квартира площадью 57,9 м.кв., кадастровый номер 56:44:0236008:237, адрес: 460014, 

<

...>, в которой ФИО1 с ФИО7 являются  

сособственииками, не может являться единственным пригодным для проживания помещением, так как жилая площадь данной квартиры не обеспечивает минимальную социальную норму для проживающих членов семьи.  

Вся семья проживает в квартире по адресу 

<

...>, с 2013 года. В связи с тем, что право собственности должника на указанную квартиру было зарегистрировано только 03.02.2023 года, все истцы зарегистрированы по фактическому месту жительства только в 2023 году. До указанной даты, сразу после фактического получения квартиры во владение, принимались меры по регистрации права собственности в судебном порядке.  

Доказательствами, подтверждающими фактическое проживание всей семьи по указанному адресу задолго до даты регистрации, являются:  

- документы об обучении детей в Гимназии № 1 г.Оренбурга с указанием адреса места жительства;  

- договор о дошкольном образовании от 09.07.2015 года (так как дом находится на пересечении улиц Ленинской и 8 марта, то имеет два адреса: ул.Ленинская, 53 и ул.8 марта, 23);  

- договор об оказании консультационных услуг № 08058 от 01.10.2022 года;  

- договор об организации отдыха № 0561-П от 08.06.2021 года;  

- медицинские документы детей с указанием адреса фактического проживания с 2013 года;  

- документами об оплате коммунальных услуг с 2013 года. Спорное жилое помещение не является роскошным.  

Удовлетворяя заявленные требования об исключении указанного жилого помещения из конкурсной массы, суд первой инстанции обоснованно руководствовался тем, что в материалы дела представлены доказательства фактического проживания семьи должника по адресу нахождения спорного объекта недвижимости, а не по адресу регистрации, пришел к выводу о том, что исключение данной квартиры из конкурсной массы направлено на обеспечение прав должника на сохранение за ним единственного пригодного для проживания жилья.  

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта в силу следующего.  

В соответствии со статьей 131 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.  

Конкурсную массу должника составляет все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения суда о признании его банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения (пункт 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.25 Закона о банкротстве по мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, арбитражный суд вправе исключить из конкурсной массы имущество гражданина, на которое в соответствии с федеральным законом может быть обращено взыскание по исполнительным документам и доход от реализации которого существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов. Общая стоимость имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы в соответствии с положениями настоящего пункта, не может превышать десять тысяч рублей.  

Перечень имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы в соответствии с положениями настоящего пункта, утверждается арбитражным судом, о чем выносится определение, которое может быть обжаловано.  

По правилам пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.  

Согласно статье 24 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) гражданин отвечает по своим обязательства всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание. Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским процессуальным законодательством.  

На основании пункта 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, и земельные участки, на которых расположены указанные объекты, за исключение указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.  

В Постановлении от 14 мая 2012 года N 11-П Конституционный Суд Российской Федерации признал положение абзаца второго части первой статьи 446 ГПК Российской Федерации не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку данное законоположение направлено на защиту конституционного права на жилище не только самого гражданина - должника, но и членов его семьи, а также на обеспечение указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав и в конечном счете - на реализацию обязанности государства охранять достоинство личности.  

Одновременно Конституционный Суд Российской Федерации указал, что имущественный (исполнительский) иммунитет должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам  

(параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения.  

Выраженные в названном Постановлении правовые позиции получили дальнейшее развитие в принятом на его основании Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 апреля 2021 года N 15-П, где среди прочего были уточнены обусловленные конституционно значимыми ценностями границы института исполнительского иммунитета в отношении жилых помещений и, в частности, установлено, что абзац второй части первой статьи 446 ГПК Российской Федерации не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета, поскольку отказ в применении этого иммунитета не оставит должника без жилища, пригодного для проживания самого должника и членов его семьи, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма, и в пределах того же поселения, где эти лица проживают.  

Таким образом, правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по применению института исполнительского иммунитета к единственному жилью заключаются в следующем:  

- сами по себе правила об исполнительском иммунитете не исключают возможность ухудшения жилищных условий должника и членов его семьи;  

- ухудшение жилищных условий не может вынуждать должника помимо его воли к изменению поселения, то есть предоставление замещающего жилья должно происходить, как правило, в пределах того же населенного пункта;  

- отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного для проживания, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма;  

- отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией за неисполненные долги или средством устрашения должника.  

Таким образом, исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно,  

но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.  

Как было установлено судом первой инстанции, 10 марта 2006 года между должником и ООО «Строительная компания «Квартал» заключен договор совместного долевого участия в жилом строительстве (л.д. 26-28).  

В соответствии с условиями договора, должник принимает участие в долевом строительстве четырехкомнатной квартиры № 18, общей площадью 128, 7 кв.м. (в том числе, жилой-80, 3 кв.м.), расположенной по адресу: 

<

...> Марта, дом 53, кв.18.  

12 января 2007 года, указанная квартира была передана должнику по акту приема-передачи (л.д. 29).  

Должник находится в гражданском браке с ФИО7 и имеет трех совместных детей (в том числе, двух несовершеннолетних)- ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.  

Помимо этого, гражданская жена должника-ФИО7 имеет сына от первого брака - ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.  

Все указанные лица зарегистрированы в спорном помещении в период с марта по август 2023 года (л.д. 12-18).  

Возражая против требований должника, финансовый управляющий и конкурсные кредиторы указывали, что должник и его гражданская супруга обладают по ½ доле в праве собственности на квартиру, площадью 57, 9 кв.м., расположенную по адресу: 

<

...>, в которой они и были зарегистрированы с тремя общими детьми до 2023 года.  

Гарантии жилищных прав членов семьи собственника жилого помещения закреплены в статье 31 Жилищного кодекса Российской Федерации.  

По общему правилу члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с самим собственником (часть 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации).  

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 N 14 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Для признания названных лиц, вселенных собственником в жилое помещение, членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении.  

В том случае, если гражданин на основании части 2 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации имеет право пользования (пользуется) жилым помещением, принадлежащим его родителю, наравне с собственником,  

обращение взыскания на жилые помещения такого гражданина, принадлежащие ему на праве собственности, возможно.  

Если должник в преддверии банкротства или в ходе рассмотрения дела о несостоятельности в ущерб интересам взыскателя совершает односторонние действия, направленные на изменение регистрации по месту жительства, с исключительной целью создания объекта, защищенного исполнительским иммунитетом, такие действия могут быть квалифицированы как злоупотреблением правом. В этом случае суд вправе применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления - отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Среди обстоятельств, которые имеют значение при оценке поведения должника на предмет добросовестности, помимо прочего, следует учесть и сопоставить, с одной стороны, моменты предъявления претензии, иска о взыскании долга, вынесения решения о присуждении, возбуждения исполнительного производства, дела о несостоятельности, а также извещения должника об этих событиях и, с другой стороны, причины изменения регистрации по месту жительства - было ли это изменение фиксацией положения дела, фактически сложившегося задолго до предъявления кредитором требования, или оно направлено на уклонение от погашения долга, имелись ли какие-либо особые объективные причины, побудившие должника сменить место жительства без намерения причинить вред кредитору (болезнь близкого родственника, повлекшая необходимость ухода за ним, закрытие расположенного в населенном пункте единственного образовательного учреждения, в котором обучались несовершеннолетние дети должника, прекращение деятельности градообразующего предприятия, на котором трудились должник и члены его семьи, и т.п.).  

При этом, местом жительства гражданина признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает (пункт 1 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации). Закон Российской Федерации "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" устанавливает, что под местом жительства гражданина понимается жилой дом, квартира, комната, жилое помещение специализированного жилищного фонда либо иное жилое помещение, в которых гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и в которых он зарегистрирован по месту жительства.  

Поскольку в Российской Федерации в силу уведомительного характера регистрационного учета граждан по месту жительства уполномоченные государственные органы лишь удостоверяют акт свободного волеизъявления гражданина о выборе им места жительства, предполагается, что такое место определяется данными регистрационного учета.  

Указанная презумпция является опровержимой. Должник, а также прочие заинтересованные лица не лишены возможности подтвердить данные о другом фактическом месте жительства гражданина совокупностью иных доказательств, что согласуется со сложившейся судебной практикой (постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" (абзац шестой пункта 11), от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (абзац третий пункта 17, абзац второй пункта 36)), Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2021 N 303-ЭС20-18761 по делу N А73-12816/2019 .  

Как следует из представленных заявителем документов, спорная квартира и до факта регистрации являлась местом проживания должника, его гражданской супруги и общих детей.  

Из представленных договоров на оказание образовательных услуг несовершеннолетним детям должника в учреждениях дошкольного, школьного и дополнительного образования, подписанных самим должником и его гражданской супругой ФИО7, адресом фактического проживания указан 

<

...> Марта, дом 53, кв.18.  

Указанные в договорах дошкольные и образовательные учреждения территориально расположены в том же районе, что и указанный адрес.  

Из медицинских карт общих несовершеннолетних детей должника и его гражданской супруги также следует, что фактическим адресом их проживания являлся адрес: 

<

...> Марта, дом 53, кв.18.  

Указанные медицинские учреждения территориально обслуживают район нахождения спорной квартиры.  

Все указанные документы датированы периодом с 2013 по 2020 годы (л.д. 39-76).  

На имя должника с 2013 года был оформлен лицевой счет на оплату коммунальных услуг по этому же адресу, по заявке должника осуществлялся ремонт и поверка приборов коммунального учета (л.д. 77-85).  

Согласно акту осмотра квартиры, проведенного финансовым управляющим 31 января 2024 года, в квартире обнаружены предметы детской мебели и детского обихода, что дополнительно подтверждает проживание в квартире несовершеннолетних детей должника (л.д. 134-135).  

Ни одно из представленных доказательств в ходе судебного разбирательства оспорено не было, об их фальсификации не заявлено.  

В силу вышеизложенного, суд пришел к выводу о том, что должником надлежащим образом опровергнута презумпция проживания по адресу регистрации и доказан факт проживания его самого, гражданской супруги и их трех общих детей по адресу: 

<

...> Марта, дом 53, кв.18.  

Таким образом, при вышеуказанных, фактических обстоятельствах спора, факт регистрации должником самого себя, своей гражданской супруги и общих детей по указанному адресу, в отсутствии каких-либо прямо установленных законодательных, судебных либо административных запретов, не может  

рассматриваться судом как признак злоупотребления правом, направленным на искусственное создание ситуации, в которой спорное жилое помещение приобретает признаки единственного пригодного для проживания.  

Сложившаяся судебная практика также ориентирует суды на необходимость учитывать место фактического проживания должника и членов его семьи (п. 17 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025).  

Какого-либо иного жилого помещения у детей должника не имеется (л.д. 132-133).  

По мнению суда, в случае искусственного создания ситуации, в которой спорное жилое помещение приобретает признаки единственного пригодного для проживания, ни должник, ни его гражданская супруга не имели бы никаких правовых и фактических препятствий для формального заключения брака, с целью получения необходимого для ФИО7 правового статуса члена семьи должника.  

С учетом вышеуказанных, фактических обстоятельств спора, суд посчитал, что отсутствие зарегистрированного брака между должником и ФИО7, не является принципиальным моментом, исключающим либо опровергающим факт длительной совместной семейной жизни, наличие и воспитание трех общих детей, исключающим необходимость, возможность и обязанность предоставления необходимой правовой защиты жилищным правам и законным интересам гражданской супруге и общим детям.  

Суд обоснованно согласился с доводами конкурсных кредиторов и финансового управляющего о том, что в действиях, а точнее в бездействии должника в отношении спорной квартиры могут иметь место признаки злоупотребления правом.  

Как следует из материалов дела, 12 января 2007 года, указанная квартира была передана должнику по акту приема-передачи, 20.03. 2014 года должнику отказано в государственной регистрации права собственности (л.д. 29-32).  

С указанного времени, должник никаких действий по регистрации за собой указанного права не предпринимал.  

При этом, в соответствии с вступившими в законную силу решениями Ленинского районного суда г. Оренбурга от 18.06.2012 года по делу № 2-2695/2012, от 25.06.2015 года по делу № 2-4002/2015, от 28.11.2017 года по делу № 2-7366/2017, от 17 июля 2019 года по делу № 2-4459/2019 было установлено, что 15 июня 2011 года, между Коммерческим банком «Альба Альянс» (ООО) и должником было заключено кредитное соглашение № КС 053/11.  

В соответствии с условиями указанного кредитного соглашения должнику предоставлен кредит в сумме 3 000 000 рублей на срок до 29.12.2011 года под 17% годовых.  

23.12.2013 года, между Коммерческим банком «Альба Альянс» (ООО) и ФИО3 было заключено соглашение об уступке прав требования по кредитному соглашению № КС 053/11 от 15 июня 2011 года, в соответствии с которым, к ФИО3 перешли права требования по указанному соглашению.  

Вышеуказанными судебными актами с должника в пользу банка и его правопреемника было взыскано:  

- по решению Ленинского районного суда г. Оренбурга от 18.06.2012 года по делу № 2-2695/2012: 3 000 000 рублей основного долга, основных процентов за период с 01.09.2011 года по 29.12.2011 года в сумме 105 493, 15 рублей, процентов на сумму просроченной задолженности по основному долгу за период с 01.10.2011 года по 31.03.2012 года в сумме 282 023, 36 рублей, неустойки за период с 01.10.2011 года по 31.03.2012 года в сумме 22 733, 81 рублей;  

-по решению Ленинского районного суда г. Оренбурга от 25.06.2015 года по делу № 2-4002/2015: процентов на сумму просроченной задолженности по основному долгу за период с 01.04.2012 года по 02.06.2014 года в размере 1 620 901, 63 рублей, неустойки за период с 01.04.2012 года по 02.06.2014 года в размере 897 493, 23 рублей;  

-по решению Ленинского районного суда г. Оренбурга от 28.11.2017 года по делу № 2-7366/2017: процентов на сумму просроченной задолженности по основному долгу за период с 03.06.2014 года по 01.06.2016 года в сумме 1 499 141 рубль, неустойки за период с 03.06.2014 года по 01.06.2016 года в сумме 100 000 рублей;  

- по решению Ленинского районного суда г. Оренбурга от 17.07.2019 года по делу № 2-4456/2019: процентов на сумму просроченной задолженности по основному долгу за период с 02.06.2016 года по 01.06.2018 года в размере 1 498 804, 18 рублей, неустойки за период с 02.06.2016 года по 01.06.2018 года в размере 50 000 рублей (определение суда от 23 января 2024 года по настоящему делу).  

Помимо этого, вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 15 октября 2012 года с должника в пользу открытого акционерного общества «Орьрегионинвестхолдинг» взыскано по договору купли-продажи № 8кв-9г-1/5 от 01 декабря 2009 года 14 000 000 рублей основного долга, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 3 693 363, 47 рублей, неустойку в сумме 422 002, 56 рублей, расходы по государственной пошлине в сумме 60 000 рублей.  

Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 24 декабря 2015 года с должника в пользу открытого акционерного общества «Орьрегионинвестхолдинг» взыскано по договору купли-продажи № 8кв-9г-1/5 от 01 декабря 2009 года проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 6 642 816 рублей, расходы по государственной пошлине в сумме 41 414 рублей (определение суда от 12 мая 2023 года по настоящему делу).  

Вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда г. Оренбурга от 11.12.2019 года должник признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ (злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности) в том числе и всей вышеуказанной.  

Регистрация права собственности за должником на спорную квартиру была произведена за должником только 03.02.2023 года на основании  

постановления судебного пристава-исполнителя от 25.01.2023 года в рамках исполнительного производства № 56044/21/1566306 (л.д. 21).  

Суд признал обоснованным довод конкурсных кредиторов о том, что должник умышленно бездействовал и сознательно не предпринимал никаких мер по регистрации за собой права собственности на спорную квартиру, поскольку в противном случае, на неё мог быть наложен арест и она могла быть реализована в ходе исполнительного производства.  

Вместе с тем, по мнению суда, избранный должником способ защиты своих прав и законных интересов, хотя и являлся неправомерным, сам по себе не мог причинить вреда кредиторам.  

Довод о необходимости предоставления исполнительского иммунитета спорной квартире мог быть заявлен должником и в рамках исполнительного производства о взыскании задолженности, а в случае отказа в его предоставлении судебным приставом-исполнителем, разрешен и в порядке иного судебного производства (а не только в рамках настоящего дела о банкротстве), при этом все вышеуказанные фактические обстоятельства дела оставались бы неизменными и дающими основания для вывода о необходимости предоставления исполнительского иммунитета.  

При этом суд учитывал, что подобное бездействие, направленное на сокрытие имущества, не было направлено на искусственное создание ситуации, в которой спорное жилое помещение приобретает признаки единственного пригодного для проживания. То есть, сама по себе неправомерность поведения должника, уклонявшегося от «опубличивания» принадлежащего ему имущества, не могла причинить вред конкурсным кредиторам.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 20 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025), не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если по результатам применения реституции оно будет защищено исполнительским иммунитетом.  

Правовые последствия сокрытия должником принадлежащего ему имущества, привлечения к уголовной ответственности за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности влекут иные правовые последствия в силу прямого указания Закона (п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).  

Применяя указанную правовую позицию п. 20 Обзора в порядке процессуальной аналогии, суд также не нашел оснований для отказа в предоставлении исполнительского иммунитета.  

Суд не согласился с доводами кредиторов о возможности проживания всех зарегистрированных членов семьи должника в квартире по адресу: 

<

...>, так как указанная квартира имеет общую площадь 57, 9 кв.м.  

Исходя из нормы предоставления площади жилого помещения по договору социального найма (14,0 кв. м), установленной постановлением Оренбургского городского совета от 19 мая 2005 г. № 119 необходимо  

представление жилого помещения площадью не менее пяти гражданам (сам должник, его гражданская супруга и трое общих детей) (14х5=70 кв.м.).  

При этом, для определения потребности в жилище учитываются члены семьи должника, постоянно проживающие с ним на момент рассмотрения спора об исполнительском иммунитете (п. 24 Обзора).  

Таким образом, вселение должника, в том числе и его несовершеннолетних детей в жилое помещение менее законодательно установленного минимума, недопустимо.  

В соответствии с правовыми позициями, изложенными в п.п. 22-23 того же Обзора, для цели отказа в предоставлении исполнительского иммунитета может быть учтено превышение площади объекта над нормативом предоставления, так и иные характеристики конкретного объекта: жилая площадь объекта, место расположения, конструктивные особенности, внешнее и внутреннее художественное оформление, уровень инфраструктуры в районе нахождения, техническое оснащение и другие.  

Само по себе, превышение общей площади жилого помещения над нормами предоставления жилья на условиях социального найма не свидетельствует о том, что такое жилье значительно превышает разумно достаточное для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище, поскольку существующие в жилищной сфере нормативы имеют иное целевое назначение, обусловленное в том числе финансовыми возможностями соответствующих публичных образований, и не могут быть использованы как единственно значимый критерий для определения рамок исполнительского иммунитета.  

При этом может быть принята во внимание только площадь, которая существенно (кратно) превышает разумную потребность должника и членов его семьи в жилище.  

В материалах спора отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о признаках роскошного жилья, норматив предоставления жилья по договору социального найма не более чем в 1,5 раза превышает общую площадь квартиры, что свидетельствует и об отсутствии критерия кратности.  

Помимо этого, в материалах спора не представлено никаких доказательств, свидетельствующих о том, что зарегистрированные в спорной квартире в настоящее время должник, его гражданская жена и их общие дети, имеют иное фактическое место жительства, чем адрес регистрации.  

Поскольку, в ходе судебного разбирательства суд пришел к выводу о возможности предоставления должнику исполнительского иммунитета на спорное помещение и, соответственно, отсутствие оснований для лишения исполнительского иммунитета, вопрос о возможности реализации спорной квартиры с целью приобретения замещающего жилья судом не рассматривался, как не имеющий правового значения и фактической возможности его реализации, при сделанных выводах.  

Вопреки доводам жалобы финансового управляющего судом первой инстанции установлено, что из представленных заявителем документов  

следует, что спорная квартира и до факта регистрации являлась местом проживания должника, его гражданской супруги и общих детей.  

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что отсутствие зарегистрированного брака между должником ФИО1 и ФИО7, не является принципиальным моментом, исключающим либо опровергающим факт длительной совместной семейной жизни, наличие и воспитание общих детей, исключающим необходимость, возможность и обязанность предоставления необходимой правовой защиты жилищным правам и законным интересам гражданской супруге и общим детям.  

Доводы апелляционной жалобы финансового управляющего ФИО2 сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, субъективному изложению фактических обстоятельств дела и толкованию норм материального права, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, однако, не могут являться основанием для отмены законного судебного акта.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.  

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 11.07.2025 по делу № А47-18185/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО2 - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий судья И.В. Волкова 

Судьи: Л.В. Забутырина 

М.В. Ковалева