ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-23804/2019

город Ростов-на-Дону

16 февраля 2022 года

15АП-336/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 16 февраля 2022 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Долговой М.Ю., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 01.10.2020

от ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от  24.11.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.12.2021 по делу № А32-23804/2019 по заявлению ФИО2 об изменении очередности требований ФИО4 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Капитал» (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Капитал» (далее - должник) ФИО2 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительными договор займа № В061015/1 от 06.10.2012 и договор № В061015/1 от 06.12.2015, исключить из реестра требования ФИО4 в суммарном размере 39 908 480,03 руб., в том числе 22 620 000 руб. задолженности и 10 468 795,10 руб. процентов за пользование суммой займа по договору № В061015/1 от 06.10.2015, 5 609 000 руб. задолженности и 1 210 684,93 руб. процентов за пользованием займом по договору В060215/1 от 06.02.2015

От ФИО2 поступило заявление об уточнении заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об исключении из третьей очереди реестра требований кредиторов должника требований ФИО4 в суммарном размере 39 908 480,03 руб., в том числе 22 620 000 руб. задолженности и 10 468 795,10 руб. процентов за пользование суммой займа по договору № В061015/1 от 06.10.2015, 5 609 000 руб. задолженности и 1 210 684,93 руб. процентов за пользованием займом по договору В060215/1 от 06.02.2015, и признании указанных требований подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (уточненные требования).

Определением от 10.12.2021 суд удовлетворил  заявление ФИО2.

Суд исключил требования ФИО4 в суммарном размере 39 908 480 руб. 03 коп., в том числе: 22 620 000 руб. - долг и 10 468 795 руб. 10 коп. - проценты за пользование займом по договору № В061015/1 от 06.10.2015, 5 609 000 руб. -долг и 1 210 684 руб. 93 коп. - проценты за пользование займом по договору № В060215/1 от 06.02.2015, из третьей очереди реестра требований кредиторов Общества с ограниченной ответственностью «Капитал».

Суд признал требования ФИО4 в суммарном размере 39 908 480 руб.03 коп., в том числе: 22 620 000 руб. - долг и 10 468 795 руб. 10 коп. - проценты за пользование займом по договору № В061015/1 от 06.10.2015, 5 609 000 руб. -долг и 1 210 684 руб. 93 коп. - проценты за пользование займом по договору № В060215/1 от 06.02.2015, подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

ФИО4 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый.

В судебном заседании суд огласил, что от ФИО2 через канцелярию суда поступил отзыв на апелляционную жалобу для приобщения к материалам дела. 

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить отзыв на апелляционную жалобу к материалам дела.

Представитель ФИО4 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2020 ликвидируемый должник - общество с ограниченной ответственностью «Капитал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура, применяемая в деле о банкротстве – конкурсное производство. Конкурсным управляющим общества утвержден ФИО6.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2020 требования ФИО4 признаны обоснованными, ООО «Капитал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении ликвидируемого должника открыта процедура конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6, требования ФИО4 в размере 39 908 480 руб. 03 коп., в том числе: 22 620 000 руб. - долг и 10 468 795 руб. 10 коп. - проценты за пользование займом по договору №В061015/1 от 06.10.2015, 5 609 000 руб. - долг и 1 210 684 руб. 93 коп. - проценты за пользование займом по договору №В060215/1 от 06.02.2015, включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

При открытии конкурсного производства учредители должника наделяются правами лиц, участвующих в деле (ст. 34, п. 3 ст. 126 Закона о банкротстве).

ФИО2, являющийся ликвидатором и участником должника - ООО «Капитал», обратившись в суд с настоящим заявлением, полагает, что займы по договорам №В060215/1 от 06.02.2015 и №В061015/1 от 06.10.2015 предоставлены должнику аффилированным лицом в условиях имущественного кризиса должника, являются компенсационным финансированием, о чем также свидетельствует и длительное непринятие ФИО4 мер по его взысканию. Требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям иных кредиторов и, по мнению заявителя, подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Возражая против требований ФИО2 , ФИО4 ссылается на то, что заявитель фактически оспаривает вступивший в законную силу судебный акт, им избран неверный способ защиты права; уточнение не подлежит принятию судом, поскольку заявителем одновременно изменены предмет и основание заявления; доводы заявителя об аффилированности, о финансировании должника путем не истребования задолженности по договором займа не соответствуют действительности.

Доводы ФИО4 о том, что заявителем одновременно изменены предмет основания иска, судом первой инстанции рассмотрены и отклонены, поскольку вопрос о принятии заявления об уточнении требований уже разрешен судом ранее. Соответствующее определение занесено в протокол судебного заседания от 28.06.2021 без вынесения определения в виде отдельного судебного акта.

Суд первой инстанции указал, что в данном случае заявителем изменен лишь предмет требования, то есть, произведена замена одного требования (признать договор займа № В061015/1 от 06.10.2015 и договор займа № В060215/1 от 06.02.2015, заключённые между должником и ФИО4, недействительными сделками) на другое (понизить очередность удовлетворения требования ФИО4), основанием же явились первоначально приведенные факты.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, руководствуясь нормами ст.ст. 71, 100, 16, 19 Закона о банкротстве, Обзором судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), ст. 4 Закон РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках", ч.1 ст. 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите конкуренции", пришел к выводу о фактической аффилированности должника и ФИО4

Суд первой инстанции установил, что требования ФИО4 к ООО «Капитал» основаны на неисполнении обязательств по возврату денежных средств по договорам займа №В060215/1 от 06.02.2015 и №В061015/1 от 06.10.2015. По указанным договорам должнику предоставлены займы в общей сумме 60 000 000 руб.

Судом первой инстанции учтены разъяснения, изложенные в абзаце 5 пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которым при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции указал, что по смыслу указанной нормы недостаточность имущества представляет собой превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Суд первой инстанции отметил, что согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309 -ЭС17-1801 признаки неплатежеспособности, объективное банкротство наступает в критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей. Во всяком случае наличие задолженности должника перед отдельными кредиторами не свидетельствует о неплатежеспособности должника.

В данном случае из данных бухгалтерского баланса, судом первой инстанции установлено, что выручка у должника за 2015 года отсутствовала, чистый убыток за 2015 год составил 1 410 000 рублей, основными средствами должник не обладал.

Судом первой инстанции учтено бездействие ФИО4 в отношении защиты собственных имущественных интересов. Так, срок возврата займа по договору № В060215/1 от 06.02.2015 - 06.01.2016, по договору № В061015/1 от 06.10.2015 - 05.09.2016, однако за судебной защитой нарушенного права заявитель обратился лишь в марте 2019 года (поданы исковые заявления в Арбитражный суд города Москвы). При этом суд принимает во внимание доводы ФИО4 о том, что с 05.07.2017 ООО «Капитал» прекратило свою деятельность посредством ликвидации и только решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.10.2018 по делу № А32-26905/2018 запись от 05.07.2017 об исключении ООО «Капитал» из ЕГРЮЛ в связи с ликвидацией была признана недействительной и отменена. Однако и до внесения в ЕГРЮЛ записи о ликвидации должника ФИО4 было допущено длительное существование значительной суммы задолженности в размере 39 908 480 руб. 03 коп. при истечении договорных сроков возврата денежных средств.

Суд первой инстанции указал, что данное поведение ФИО4 не является нормальным для хозяйственного оборота, поскольку независимый кредитор незамедлительно обратился бы за соответствующей судебной защитой нарушенного права.

Суд первой инстанции отметил, что такие доверительные отношения между двумя контрагентами не свойственны обычным участникам гражданского оборота, целью которых является извлечение прибыли из своей деятельности.

Обычный кредитор, осуществивший действительное предоставление должнику денежных средств путем расходования своих финансовых и прочих ресурсов на такие значительные суммы, имеет причину без промедления требовать уплаты долга, в противном случае такая сумма становится для него самого причиной несостоятельности.

Суд первой инстанции указал, что экономическая целесообразность такого бездействия в условиях очевидного длительного неисполнения должником своих обязательств ФИО4 не обоснована.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что природа требований ФИО4 не позволяет отнести их к требованиям независимых кредиторов; спорное обязательство относится к компенсационному финансированию с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства (пункт 3.2 обзора судебной практики). В связи с этим указанные требования не подлежат удовлетворению в составе реестровых требований третьей очереди.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу, что требования ФИО4 следует признать подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Довод ФИО4 о том, что требование о субординации является попыткой пересмотра вступившего в законную силу судебного акта, отклонен судом первой инстанции, поскольку в настоящем обособленном споре рассматривается вопрос не об обоснованности требования кредитора к должнику, а лишь вопрос об очередности удовлетворения такого требования.

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее. 

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Вопросы очередности удовлетворения требований кредиторов по текущим платежам урегулированы пунктами 1, 2 статьи 134 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве установлена следующая очередность удовлетворения требований кредиторов по текущим платежам:

- в первую очередь удовлетворяются требования по текущим платежам, связанным с судебными расходами по делу о банкротстве, выплатой вознаграждения арбитражному управляющему, взысканием задолженности по выплате вознаграждения лицам, исполнявшим обязанности арбитражного управляющего в деле о банкротстве, требования по текущим платежам, связанным с оплатой деятельности лиц, привлечение которых арбитражным управляющим для исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве в соответствии с Законом является обязательным, в том числе с взысканием задолженности по оплате деятельности указанных лиц;

- во вторую очередь удовлетворяются требования об оплате труда лиц, работающих или работавших (после даты принятия заявления о признании должника банкротом) по трудовому договору, требования о выплате выходных пособий;

- в третью очередь удовлетворяются требования об оплате деятельности лиц, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе о взыскании задолженности по оплате деятельности этих лиц, за исключением лиц, указанных в абзаце втором настоящего пункта;

- в четвертую очередь удовлетворяются требования по эксплуатационным платежам (коммунальным платежам, платежам по договорам энергоснабжения и иным аналогичным платежам);

- в пятую очередь удовлетворяются требования по иным текущим платежам.

Требования кредиторов по текущим платежам, относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очередности.

Согласно п. 6 ст. 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

При этом, в соответствии с п. 10 ст. 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

В соответствии с п. 3 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

В силу п. 1 ст. 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно материалов дела, постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2020 требования ФИО4 в размере 39 908 480 руб. 03 коп., в том числе: 22 620 000 руб. - долг и 10 468 795 руб. 10 коп. - проценты за пользование займом по договору №В061015/1 от 06.10.2015, 5 609 000 руб. - долг и 1 210 684 руб. 93 коп. - проценты за пользование займом по договору №В060215/1 от 06.02.2015, включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника общества с ограниченной ответственностью "Капитал".

Названным постановлением установлено, что наличие и размер неисполненных обязательств должника перед индивидуальным предпринимателем ФИО4 подтверждается решениями Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2019 по делу № А40-56763/2019 и от 03.06.2019 по делу № А40-55382/2019, в соответствии с которыми с должника в пользу ФИО4 взыскано 22 620 000 руб. долга и 10 468 795 руб. 10 коп. процентов за пользование займом по договору № В061015/1 от 06.10.2015, а также 5 609 000 руб. долга и 1 210 684 руб. 93 коп. процентов за пользование займом по договору № В060215/1 от 06.02.2015.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление об исключении требования ФИО4 из реестра требований кредиторов ООО «Капитал» в порядке ст. 16 Закона о банкротстве, фактически пересмотрел установленные вступившими в законную силу судебными актами обстоятельства, в частности право кредитора на удовлетворение его требования в порядке третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Капитал». 

Между тем, для подобного рода оспаривания законодательно предусмотрен иной правовой механизм, а именно пересмотр судебных актов в судах апелляционной и кассационной инстанций, а также пересмотр вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам в случае наличия таких обстоятельств. 

Судом неверно применены положения ст. 16 Закона о банкротстве.

Согласно части 1 статьи 60 Закона о банкротстве, заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

По результатам рассмотрения указанных заявлений, ходатайств и жалоб арбитражный суд выносит определение.

Правилами названной статьи определены особенности порядка рассмотрения заявлений и ходатайств арбитражных управляющих, жалоб кредиторов, должников и иных лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве.

В соответствии с пунктом 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия, возникающие между конкурсными кредиторами, уполномоченными органами и арбитражным управляющим, о составе, о размере и об очередности удовлетворения требований кредиторов по денежным обязательствам или об уплате обязательных платежей, рассматриваются арбитражным судом в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Таким образом, статьей 60 Закона о банкротстве установлен особый порядок защиты прав лиц, участвующих в деле и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, позволяющий им урегулировать разногласия в рамках дела о банкротстве, т.е. в упрощенном, по сравнению с исковым производством, порядке. 

Вместе с тем, статья 60 Закона о банкротстве не должна применяться расширительно, за счет использования предусмотренного ей механизма для целей разрешения споров, в которые вовлечены иные, помимо участников дела и арбитражного процесса по делу о банкротстве, лица.

Законом о банкротстве не предусмотрена возможность разрешения разногласий по статье 60 Закона о банкротстве лицом, не участвующим в деле.

Механизм разрешения разногласий, предусмотренный статьей 60 Закона о банкротстве, допускается в исключительном случае в ситуации, когда требования кредиторов включены в реестр требований кредиторов, а иные кредиторы, являющиеся лицами, участвующими в деле, просят разрешить разногласия и понизить очередность удовлетворения ранее включенных требований кредитора.

Таким образом, по смыслу названных норм механизм разрешения разногласий в порядке статьи 60 Закона о банкротстве может использоваться в исключительных случаях и только лицами, участвующими в деле. 

Кроме того, в данном случае в суд с заявлением о разрешении разногласий в порядке статьи 60 Закона о банкротстве и изменении очередности удовлетворения требования кредитора обратился ФИО2, являющийся единственным участником ООО «Капитал», в то время как прерогатива подачи подобных заявлений принадлежит независимым (не аффилированным) кредиторам, к числу которых ФИО2 в силу своего статуса в качестве участника должника не относится.

В силу ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий должен доказать суду неправомерность дальнейшего нахождения требований кредиторов в реестре требований кредиторов должника после включения в реестр данного кредитора в связи с наличием таких оснований, которые исключают возможность нахождения требований кредитора в реестре.

При этом данные основания (доказательства) должны иметь бесспорный характер, безусловно свидетельствовать о неправомерности нахождения в реестре требований кредитора, поскольку обоснованность требований кредитора была проверена судом при рассмотрении вопроса о включении данных требований в реестр.

Возможность исключения требования из реестра требований кредиторов, предусмотренная п. 6 ст. 16 Закона о банкротстве, реализуется в исключительных случаях, в частности, в результате отмены в предусмотренном процессуальным законодательством порядке судебного акта, на основании которого требование было включено в реестр, признания в установленном порядке недействительным решения налогового органа о взыскании недоимки, в случае замены кредитора, по заявлениям кредиторов об исключении их собственных требований из реестра кредиторов (пункт 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 №  29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Действующим законодательством о несостоятельности (банкротстве) (в том числе ст. 16 Закона о банкротстве) вообще не предусмотрена возможность понижения очередности удовлетворения требований кредитора после установления такой очередности в судебном акте иным способом, кроме как путем обжалования соответствующего судебного акта.

Из приведенных выше норм видно, что в порядке ст. 16 Закона о банкротстве возможно только исключение требования из реестра требований кредиторов, основанное на обстоятельствах, возникших после включения данного требований в реестр требований кредиторов, и свидетельствующих об отсутствии оснований для дальнейшего его нахождения там. Например, задолженность была погашена, в связи с чем дальнейшее нахождение требования в реестре неправомерно, однако правомерность нахождения требования в реестре требований кредиторов (и в соответствующей очереди реестра в том числе) до момента погашения задолженности не оспаривается.

В рассматриваемом случае заявитель не указывал на такие обстоятельства. 

Более того, представитель заявителя в судебном заседании от 20.10.2021 подтвердил, что оснований для полного исключения требования ФИО4 из реестра требований кредиторов ООО «Капитал» не имеется, указывал на формальный подход суда первой и апелляционной инстанции, на не выяснение судами правовой природы задолженности ООО «Капитал» перед ФИО4, что, по его мнению, привело к необоснованному включению задолженности ФИО4 в третью очередь реестра требований кредиторов должника, т.е. указывает на наличие судебной ошибки.

При этом постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2020 г., которым требования ФИО4 включены в реестр требований кредиторов Должника, вступило в законную силу, в установленном порядке не обжаловалось.

В соответствии с ч. 1 ст. 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Доводы, приведенные заявителем в рассматриваемом заявлении, не свидетельствуют о возникновении в порядке, предусмотренном п. 6 ст. 16 и ст. 60 Закона о банкротстве, каких-либо обстоятельств, позволяющих впоследствии исключить требование кредитора из реестра; фактически указанные доводы свидетельствуют о его несогласии со вступившим в законную силу судебным актом и о необходимости, с его точки зрения, вынесения по рассмотренному вопросу иного судебного решения с использованием механизма, предусмотренного пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве, что не соответствует положениям данной нормы, а также недопустимо с позиции части 1 статьи 16 АПК РФ. 

Предлагаемый заявителем порядок исключения требования, основанного на вступившем в законную силу судебном акте, посредством исключения из реестра требований кредиторов в порядке ст. 16 Закона о банкротстве направлен на преодоление вступившего в законную силу судебного акта и установленного действующим законодательством порядка их пересмотра.

Таким образом, требования заявителя изначально были основаны на неправильном толковании нормы п. 6 ст. 16 Закона о банкротстве, что привело к выбору им неверного способа защиты права.

Истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения.

В случае выбора ненадлежащего способа защиты нарушенного или оспариваемого права основным последствием, которое наступает в соответствии с действующим законодательством, является отказ в удовлетворении исковых требований и вынесение соответствующего решения судом. Кроме того, избрание ненадлежащего способа защиты права является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований (Определение Верховного Суда РФ от 22.10.2020 N 308-ЭС20-16542 по делу N А32-27793/2019).

Верховный Суд РФ в своем определении от 15.09.2020 N 308-ЭС19-18388(2) по делу № А32-34374/2012 указал, что суды руководствовались статьей 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абзацем 1 пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве и исходили из того, что изложенные представителем акционеров должника доводы и обстоятельства не являются основанием для исключения требования общества "Степлайн" из реестра требований кредиторов должника, поскольку направлены на пересмотр вступившего в законную силу судебного акта, которым установлена обоснованность данного требования кредитора.

По смыслу абз. 8 подп. 3.1 п. 3 Обзора компенсационное финансирование -финансирование, представленное в любой форме контролирующим должника лицом в условиях имущественного кризиса Должника с целью предотвращения подачи Должником заявления о собственном банкротстве.

Кроме того, в рамках настоящего обособленного спора ФИО2 не опроверг доводы подателя жалобы о том, что ФИО4 не является контролирующим должника лицом. Факт контроля над деятельностью должника судом первой инстанции не установлен.

Суд пришел к выводу о наличии фактической аффилированности между ФИО4 и ООО «Капитал» на основании выписки из ЕГРЮЛ, подтверждающей нахождение ФИО4 и ФИО7 (бывшего директора должника) в составе участников ООО «ЭСК» до 15.01.2015 (т.е. до выдачи займов должнику и, тем более, задолго до «финансирования путем не истребования задолженности», на которое ссылается заявитель).

В судебном акте также указано, что на следующий день после выдачи займа, полученные денежные средства были переведены должником на расчетный счет ООО «ЭСК». 

Однако в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие данный факт. 

В рамках настоящего обособленного спора ФИО2 не опроверг доводы подателя жалобы о том, что выписка, имеющаяся в материалах основного дела о банкротстве, содержит сведения лишь по операциям за период с 15.02.2016 по 12.04.2018, соответственно, ссылка представителя заявителя на указанную выписку является необоснованной; указанной выпиской не может быть надлежащим образом подтвержден транзитный характер движения денежных средств, поскольку займы выдавались в феврале и октября 2015 года. 

Также как видно из материалов дела, ФИО2 в своем заявлении ссылается на то, что между должником и ООО «ЭСК» на момент перечисления денежных средств имелись договорные отношения. При этом заявитель не указывает на мнимый характер указанных отношений. Соответственно, в данном конкретном случае, ФИО2 не опроверг доводы подателя жалобы о том, что если и имели место перечисления денежных средств от должника в адрес ООО «ЭСК», то они обусловлены исполнением обязательств самого должника и не могут свидетельствовать о транзитном характере движения денежных средств по договорам займа с ФИО4

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требовании кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требовании аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющихся корпоративными (п. 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020)).

Очередность аффилированного лица может быть понижена только в случае, если финансирование осуществлялось под влиянием контролирующего лица (п. 4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 (далее - Обзор)). 

Заявляя о компенсационном характере финансирования, ФИО2 не указывает на лицо, обладающее контролем над деятельностью как должника, так и ФИО4, подменяя понятия «контролирующее должника лицо» и «аффилированное лицо». Между тем отсутствие контроля над деятельностью должника само по себе исключает возможность квалификации действий, как компенсационного финансирования.

В соответствии со ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Также заявитель с учетом того, что он же являлся генеральным директором и единственным участником должника не указывает с какого момента наступил имущественный кризис должника, в условиях которого потребовалось предоставление «компенсационного финансирования».

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие нахождение должника в условиях имущественного кризиса в момент предоставления финансирования, которое, по мнению заявителя, имело место в период с конца 2016 по начало 2019.

Более того, ФИО4 является единственным кредиторов должника. Информация о наличии задолженности перед иными кредиторами в период с 2015 по момент возбуждения дела о банкротстве отсутствует.

Из толкования п. 3.1 Обзора следует, что необходимость понижения очередности удовлетворения требования о возврате компенсационного финансирования продиктовано невозможностью его противопоставления требованиям иных независимых кредиторов. В условиях отсутствия иных кредиторов данная мера лишается смысла.

Довод ФИО2 о длительности неистребования задолженности, суд апелляционной инстанции признает необоснованным, поскольку вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.10.2018 по делу № А32-26905/2018, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2019 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 23.04.2019 установлены следующие обстоятельства.

Между ФИО4 и ООО «Капитал» были заключены договоры займа от 04.02.2015№В0402215/3 на сумму 20 000 000рублей, от 06.02.2015№В060215/1 на сумму 10 000 000рублей и от 06.10.2015 № В061015/1 на сумму 50 000 000рублей.

Срок возврата займа по договору от 06.02.2015 № В060215/1 - до 06.01.2016.

Срок возврата займа по договору от 06.10.2015 № В061015/1 - до 05.09.2016.

Срок возврата займа по договору от 04.02.2015 № В0402215/3 - до 04.01.2016.

Во исполнение условий договоров заявитель предоставил обществу денежные средства в размере 44 620 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями от 06.02.2015 № 24 на сумму 10 000 000рублей, от 04.02.2015 № 23 на сумму 20 000 000 рублей, от 08.10.2015 № 106 на сумму 5 620 000рублей, от 07.10.2015 № 162 на сумму 9 000 000 рублей.

Заемщик, в свою очередь, частично осуществил возврат займа, что подтверждается платежными поручениями от 27.11.2015 № 556 на сумму 500 000рублей, от 25.11.2015 № 555 на сумму 500 000рублей, от 11.08.2015 № 488 на сумму 800 000рублей, от 11.03.2015 № 373 на сумму 20 000 000рублей, от 26.09.2016 № 89 на сумму 2 670 000 рублей, а также от 30.03.2017 № 32 на сумму 251 000 рублей.

27.10.2016 единственный участник ООО «Капитал» ФИО2 (далее - ликвидатор) принял решение № 7 о ликвидации общества и назначении себя ликвидатором.

По данным Единого государственного реестра юридических лиц, ООО «Капитал» с 05.07.2017 прекратило свою деятельность посредством ликвидации; запись о прекращении деятельности ООО «Капитал» внесена Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 16 по Краснодарскому краю 05.07.2017 за ГРН 61723755446612.

Суды указали, что материалами дела подтверждается, что при ликвидации общества допущены нарушения требований статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации - на государственную регистрацию были представлены недостоверные сведения, содержащиеся в ликвидационном балансе общества (ликвидатор безусловно знал о наличии задолженности перед ИП ФИО4, что подтверждается его действиями по погашению части долга), что в соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.10.2011 № 7075/11 подлежит квалификации как непредставление необходимых для государственной регистрации документов.

Суды указали, что поскольку при ликвидации ООО «Капитал» установленный статьями 61 - 64 Гражданского кодекса Российской Федерации порядок ликвидации юридического лица нарушен и для государственной регистрации прекращения деятельности этого лица в связи с ликвидацией необходимые документы в регистрирующий орган не представлены, какие-либо правовые основания для отказа в удовлетворении требования заявителя, чьи права как кредитора были нарушены, отсутствуют.

Из решения Арбитражного суда Краснодарского края от 10.10.2018 по делу № А32-26905/2018 следует, что погашение представленных ФИО4 займов прекратилось только в 2017 году.

В этом же 2017 году должник был ликвидирован.

Доказательства уведомления ФИО4 об этом обстоятельстве в материалы дела не представлены. 

Таким образом, кредитор по объективным причинам был лишен возможности своевременно обратиться за взысканием имеющейся задолженности.

С целью восстановления нарушенного права ФИО4 обратился в Арбитражный суд с исковым заявлением о признании недействительным решения о государственной регистрации в связи с ликвидацией ООО «Капитал» и записи в ЕГРЮЛ от 05.07.2017 ГРН 61723755446612.

Только после этого кредитор смог обратиться в Арбитражный суд г. Москвы с заявлениями о взыскании с ООО «Капитал» задолженности по договору займа № В061015/1 от 06.10.15 (дело № А40-55382/2019) и по договору займа № В060215/1 от 06.02.2015 (дело № А40-56763/2019).

Довод о том, что неистребование займа в период с момента ликвидации ООО «Капитла» до момента взыскания задолженности с ООО «Капитал» в 2019 являлось формой компенсационного финансирования в данном случае не имеет значения, поскольку предприятие было ликвидировано, хозяйственную деятельность не вело.

При таких обстоятельствах определение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.12.2021 по делу № А32-23804/2019 следует отменить, ввиду несоответствия выводов суда обстоятельствам дела, в удовлетворении заявления ФИО2 отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.12.2021 по делу № А32-23804/2019 отменить. 

В удовлетворении заявления ФИО2 отказать.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Д.В. Николаев

СудьиМ.Ю. Долгова

Н.В. Сулименко