ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-6119/2019

г. Челябинск

10 июня 2019 года

Дело № А76-23860/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 июня 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Тихоновского Ф.И., 

судей Поздняковой Е.А., Хоронеко М.Н.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кожевниковой Е.Н., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Новые технологии взрыва» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 11.03.2019 по делу № А76-23860/2018 (судья Скрыль С.М.).

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Новые технологии взрыва» - ФИО2 (доверенность от 20.08.2018);

ФИО3 - ФИО4 (доверенность от  07.08.2018).

Общество с ограниченной ответственностью «Новые технологии взрыва», г. Челябинск (далее – истец, ООО «НТВ») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с иском к ФИО3 (далее – ответчик, ФИО3) о взыскании убытков в сумме 13 936 500 руб. с начислением пени в размере 0,1% на сумму 4 500 000 руб. за период с 30.03.2017 по день фактического исполнения обязательства (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: ФИО5 (далее – третье лицо, ФИО5), ФИО6 (далее – третье лицо, ФИО6), общество с ограниченной ответственностью «Промтехвзрыв» (далее – третье лицо, ООО «Промтехвзрыв»), Межрайонная инспекция федеральной налоговой службы №17 по Челябинской области (далее – третье лицо, ИФНС №17).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 11.03.2019 в удовлетворении требований отказано. 

Не согласившись с указанным судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Новые технологии взрыва» (далее также - податель жалобы, апеллянт) обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт, требования удовлетворить. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель настаивает на причинении убытков действиями директора ФИО3, которые заключались в совершении несогласованных крупных сделок. Выражает несогласие с выводами суда о том, что не требуется устанавливать обстоятельства одобрения сделок. Обращает внимание суда, на то, что представленные в подтверждение выполнения работ по договорам подряда акты не отражены в балансе общества, следовательно, работы не приняты. Считает, что  проектирование не могло производиться, так как общество не имело земельного участка, денежные средства, направленные в счет уплаты по договору, переводились на иные цели. Апеллянт отмечает порочность заключенного договора подряда, отсутствие обоснования необходимости заключения такого договора. Не согласен с выводом суда о том, что ответчиком выполнялись условия соглашения о строительстве завода, поскольку свои действия директор с учредителями не согласовывал. Отмечает неверное исчисление срока исковой давности, который следовало исчислять с 05.05.2018.

 От ФИО3 в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ответчик против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на обоснованность обжалованного решения суда первой инстанции. Отзыв приобщён судом к материалам дела.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет; в судебное заседание явились представители общества с ограниченной ответственностью «Новые технологии взрыва», ФИО3, с учетом их мнения и в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании представитель общества с ограниченной ответственностью «Новые технологии взрыва» настаивал на доводах, изложенных в апелляционной жалобе, представитель ФИО3 возражал против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве на нее.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ООО «Новые технологии взрыва» зарегистрировано в качестве юридического лица 13.09.2006 за основным государственным регистрационным номером 1067453071465.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – выписка из ЕГРЮЛ) от 07.03.2019, участниками общества являются: ФИО3 с долей в уставном капитале 10%, ФИО5 с долей в уставном капитале 45%, ФИО6 с долей в уставном капитале 45%.

 На основании решения общего собрания участников ООО «НТВ», оформленного протоколом № 1 от 06.09.2006, на должность директора общества был избран ФИО3 (т.4, л.д. 171-172). 

27.11.2017 на общем собрании участников ООО «НТВ», оформленном протоколом б/н, полномочия директора общества ФИО3 были прекращены, на этом же собрании директором общества назначен ФИО7 (т.4, л.д. 10-11).

Исковые требования мотивированы тем, что в период руководства обществом ФИО3 были совершены сделки по договорам займа и подряда, которые, по мнению истца, принесли убытки обществу.

Указывая на недобросовестность действий ответчика, совершенных вопреки интересам общества, истцы обратились с иском в суд о взыскании в директора - ФИО3 убытков. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу, что факты недобросовестности и неразумности действий (бездействий) директора ФИО3, которые причинили бы убытки обществу, не нашли своего подтверждения.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные в материалы дела доказательства и проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Аналогичное требование к деятельности единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью содержится в статье 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». 

В силу пунктов 2 и 3 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Федеральный закон № 14-ФЗ) единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). 

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. 

Таким образом, в предмет требований о взыскании убытков входят следующие обстоятельства, подлежащие доказыванию: противоправность действий (бездействий) ответчика, факт и размер понесенного ущерба, причинная связь между действиями ответчика и возникшими убытками истца, вина причинителя вреда. При недоказанности одного из условий наступления ответственности, исковые требования удовлетворению не подлежат.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к ответственности в форме возмещения убытков.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление Пленума № 62) разъяснено, что лицо, входящее в состав органов управления общества (директор), обязано действовать в интересах общества добросовестно и разумно. При этом, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

В пункте 2 Постановления Пленума № 62 указано, что при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации), также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решении органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Согласно пункту 4 Постановления добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

Добросовестность и разумность в данном случае означают такое поведение лица, которое характерно для обычного «заботливого хозяина» или «добросовестного коммерсанта». Соответственно, для определения недобросовестности и неразумности в действиях (бездействии) конкретного лица его поведение нужно сопоставлять с реальными обстоятельствами дела, в том числе с характером лежащих на нем обязанностей и условиями оборота и с вытекающими из них требованиями заботливости и осмотрительности, которые, во всяком случае, должен проявлять любой разумный и добросовестный участник оборота. 

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Отклоняя доводы заявителя об экономической нецелесообразности заключения сделок, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Так, истец указывал на убыточность и экономическую нецелесообразность двух сделок: договора займа, заключённого с обществом «Уральская недвижимость», и договора подряда, заключённого с обществом «Промтехвзрыв».

Судом первой инстанции было при этом установлено, что на момент создания общества в 2006 году основным видом деятельности являлось производство взрывчатых веществ, для чего предполагалось начать строительство завода по их производству. 

При этом, между участниками общества ФИО8, ФИО9, ФИО3 было заключено соглашение от 25.07.2006, из которого следует, что участники общества определили условия совместной деятельности, связанной с организацией производства эмульсионных взрывчатых веществ. Участники определили ориентировочную стоимость проекта, необходимость проектирования строительства завода, закуп техники, согласовали объемы инвестиций каждого участника как инвестора проекта, согласовали инвестиционную схему бизнеса (т.1, л.д. 56,57).

Между тем, как пояснил ФИО3, свои договорённости по финансированию проекта участники общества не выполнили, в связи с чем ФИО3 было принято решение привлечь заёмные средства. С указанной целью обществом «НТВ» был заключён договор займа от 16.10.2006 с обществом «Уральская недвижимость» (л.д. 122, т. 1), в соответствии с которым ООО «НТВ» получило заем в размере 4 500 000 руб. Денежные средства были перечислены в названном размере на счет заемщика, что подтверждается платежным поручением № 41 от 17.10.2006 (т.3, л.д. 105).

Таким образом целью получения займа являлось привлечение денежных средств для финансирования проекта по строительству завода - во исполнение условий соглашения от 25.07.2006.

ФИО3 также пояснил, что денежные средства, полученные в виде займа (4 500 000 руб.), были перечислены обществу «Промтехвзрыв» во исполнение своих обязательств по договору на выполнение работ по экспертизе промышленной безопасности, являющейся первым этапом работ по строительству завода по производству взрывчатых веществ.

Следует отметить, что займодавцем по договору займа выступало общество с ограниченной ответственностью «Уральская недвижимость». Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 16.10.2006, предоставленной в материалы дела Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 14 по Тюменской области, ООО «Уральская недвижимость» зарегистрировано в ЕГРЮЛ 18.11.2005 за основным государственным регистрационным номером 1057423640482 и организовано путем реорганизации в форме преобразования. При этом, как следует из той же выписки из ЕГРЮЛ, участниками ООО «Уральская недвижимость» на момент его создания с долей участия в уставном капитале общества по 50% каждый являлись: ФИО5 (участник ООО «НТВ» в настоящее время с долей 45%) и ФИО8 (учредитель ООО «НТВ» при создании с долей 45%, в настоящее время участником не является), директором общества является ФИО7, который с 27.11.2017 по настоящее время является директором ООО «НТВ».

Таким образом, фактически займодавцем выступало лицо, прямо контролируемое лицами, являвшимися и являющимися участниками общества «НТВ».

Названный факт привёл суд первой инстанции к убеждению, что подобным образом участники общества «НТВ», заключившие соглашение о намерении от 25.07.2006, фактически исполнили свои договорённости по финансированию проекта, пусть и в иной форме - в форме займа. 

В последующем ООО «Уральская недвижимость» прекратило деятельность в качестве юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129- ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», о чем в ЕГРЮЛ сделана запись 14.05.2014.

Задолженность по займу, выданному обществу «НТВ», была уступлена обществом «Уральская недвижимость» обществу «Памир» на основании договора уступки прав и перевода долга от 08.07.2011, участником которого с 2010 года является ФИО5 с долей в уставном капитале 100%. 

Впоследствии решением Арбитражного суда Челябинской области от 29.06.2017 по делу А76-9578/17 задолженность по договору займа в сумме 4 500 000 руб., а также пени в сумме 4 936 500 руб. 61 коп. была взыскана с общества «НТВ» в пользу общества «Памир».

Названные обстоятельства исключают возможность причинения ФИО3 убытков обществу «НТВ», поскольку денежные средства, предоставленные в виде займа, были взысканы впоследствии в судебном порядке.

Суд апелляционной инстанции при этом предлагал подателю жалобы пояснить, в чём именно заключаются убытки общества, коль скоро названные денежные средства представляли собой заём (т.е. не собственные средства общества), который был впоследствии взыскан в судебном порядке, однако вразумительных объяснений от общества получено не было.

Необходимость же и целесообразность привлечения заёмных средств в полной мере подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами.

Суд первой инстанции при этом обоснованно отметил, что, выдав заем в 2006 году, ООО «Уральская недвижимость» не обращалось к ООО «НТВ» с требованием о его возврате. И только лишь в 2011 году (по истечении 5 лет с даты выдачи займа за пределами 3-х летнего срока исковой давности) право требования займа на основании договора уступки прав и перевода долга по договору займа от 08.07.2011 было уступлено ООО «Памир». При этом, как уже было указано, в указанный период времени директором ООО «Уральская недвижимость» и ООО «Памир» являлось одно и то же лицо - ФИО7, то есть договор уступки подписан от цедента и от цессионария одним и тем же лицом. 

Изложенное выше позволило суду сделать вывод о том, что, заключая договор займа, ФИО3 действовал разумно и осмотрительно в рамках достигнутых участниками общества договоренностей.

Доказательств того, что ФИО3 преследовал противоправную цель, заключая договор займа, в материалы дела не представлено. 

Более того, настоящий иск подан от лица общества «НТВ», в настоящее время контролируемого в том числе ФИО5, в то время как названное лицо являлось участником общества «Уральская недвижимость» и является участником общества «Памир».

Указанные обстоятельства указывают на то, что истинной целью обращения в суд с иском о взыскании убытков являлись некие иные обстоятельства, не связанные с целью восстановления нарушенного права общества «НТВ».

В отношении договора на выполнение работ по экспертизе промышленной безопасности № П-4166-Д от 27.09.2006, заключённого обществом «НТВ» с обществом «Промтехвзрыв», суд отмечает следующее.

В названном договоре ООО «НТВ» выступало заказчиком, ООО «Промтехвзрыв» - подрядчиком (т.1, л.д. 16-17). В соответствии с условиями договора, подрядчик принял на себя обязательства выполнить работы по экспертизе промышленной безопасности по теме: «Комплексное экспертное сопровождение строительства стационарного пункта производства компонентов эмульсионных взрывчатых веществ (СПП КЭВВ), проведения контрольных, предварительных и приемочных испытаний эмульсионных взрывчатых веществ и смесительнозарядных машин – предназначенных для механизированного заряжания скважин на открытых горных разработках горнодобывающих предприятий в регионе г. Учалы, Республики Башкортостан, России». 

Стоимость работ по договору составляет 9 000 000 рублей 00 копеек, в т.ч. НДС 18% (пункт 3.1. договора). 

Согласно п. 3.2. договора оплата за выполненную работу производится 50% предоплатой каждого этапа работ в соответствии с календарным планом. Первый платеж производится в сумме 50% от общей стоимости работ и по мере выполнения каждого этапа и подписания акта сдачи-приемки и как следствие окончание суммы первой оплаты, дальнейшие платежи производятся в соответствии с данным пунктом. 

В соответствии с п. 4.3 заключенного договора установлена обязанность Заказчика в течение 10 (десяти) дней со дня получения актов сдачи-приемки выполненных работ подписать их и возвратить Подрядчику, либо направить мотивированный отказ. 

Согласно п. 4.5 договора в случае отсутствия со стороны Заказчика мотивированного отказа в течение 10 (десяти) дней с момента получения акта с дачи-приемки выполненных работ, работы считаются выполненными с надлежащим качеством. 

17 октября 2006 года заказчик произвел оплату аванса в размере 4 500 000 рублей. Ответчик своевременно приступил к выполнению работ. 

В договоре предусмотрена поэтапная приемка и оплата выполненных работ на условиях 50% предоплаты каждого этапа работ. 

23 октября 2006 года стороны подписали акт сдачи-приемки работ № 65 без замечаний и возражений со стороны Заказчика. Стоимость выполненных работ по акту сдачи-приемки работ № 65 от 23.10.2006 г. составила 3 700 000 рублей. 

03 июня 2009 года стороны подписали акт сдачи-приемки работ № 36 без замечаний и возражений со стороны Заказчика. Стоимость выполненных работ по акту сдачи-приемки работ № 36 от 03.06.2009 г. составила 800 000 рублей. Таким образом, Заказчик принял работы на общую сумму 4 500 000 рублей, акты подписаны уполномоченными представителями сторон, скреплены печатями организаций. 

По условиям договора для выполнения очередного этапа работ Заказчик обязан произвести предоплату в размере 50% от стоимости этапа работ. Таким образом, начало выполнения очередного этапа работ поставлено в зависимость от получения от Заказчика предоплаты. Доказательств того, что Заказчик производил предоплату за очередные этапы работ не представлено.

Впоследствии общество «НТВ» обратилось Арбитражный суд города Москвы с иском к обществу «Промтехвзрыв» о взыскании неосновательного обогащения в сумме 4 500 000 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2018 по делу № А40-23075/2018 в удовлетворении требований отказано. Суд установил при этом, что перечисленная на счет ООО «Промтехвзрыв» предоплата в сумме 4 500 000 руб. освоена подрядчиком, в подтверждение чего в рамках названного дела судом исследовались акты сдачи-приемки выполненных работ № 65 от 23.10.2006 на сумму 3 700 000 руб., № 36 от 03.06.2009 на сумму 800 000 руб. Как следует из судебного акта, названные акты подписаны заказчиком и подрядчиком без замечаний, работы заказчиком приняты (т.1, л.д. 14 оборот-15). 

Указанное решение оставлено без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2018. 

Таким образом, судом первой инстанции верно отклонены доводы истца о наличии убытков в размере предоплаты в сумме 4 500 000 руб., поскольку за указанные денежные средства были выполнены подрядные работы. 

Несогласие истца с вынесенным Арбитражного суда города Москвы решением по делу № А40-23075/2018 не является исчерпывающим аргументом для вывода о наличии у общества убытков по вине директора.

Ссылки апеллянта на порочность договора подряда, фиктивность актов приемки также отклоняются, поскольку подтверждены вступившим в законную силу решением суда. Также судом верно указано на отсутствие противоправных действий, ввиду того, что директор действовал  согласно достигнутой между участниками общества договоренности о строительстве завода по производству эмульсионных взрывчатых веществ. При таких обстоятельствах, вывод суда об отсутствии причинно-следственной связи между действиями директора по перечислению предоплаты в рамках договора подряда № П-4166-Д от 27.09.2006 и возникшими, как полагает истец, убытками, является правильным.

Не доведение до логического конца проекта строительства завода не может быть принято в качестве вины, так как действия участников общества были согласованы, доказательства выполнения договоренностей иными инвесторами в материалы дела не представлены. Заключение договора подряда не было направлено на вывод денежных средств,  поскольку денежные средства были перечислены на расчетный счет общества «Промтехвзрыв», взаимозависимость которого с ФИО3 не подтверждена. Последний не является ни участником, ни директором данного общества.

Отклоняя доводы о том, что судом не исследовались обстоятельства одобрения сделок, судебная коллегия руководствуется следующим. 

В пунктах 2 и 3 Постановление Пленума № 62 приведен перечень, когда недобросовестность и неразумность действий директора считается доказанной, в частности, когда директор совершил сделку: 

- без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 

- после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 

- а также знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.); 

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

Согласно абзацу 7 пункта 2 Постановление Пленума № 62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения

Судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что установление обстоятельств одобрения (неодобрения) сделок не входит в предмет доказывания по иску о взыскании убытков с директора, так как отсутствие одобрения имеет иные правовые последствия. 

С иском о признании названных сделок недействительными ни общество, ни его участники не обращались.

Оценивая доводы подателя жалобы о том, что директор ФИО3 не занимался хозяйственной деятельностью общества, коллегия судей исходит из того, что не участие директора в деятельности общества одновременно с тем обстоятельством, что общество на протяжении длительного времени не вело хозяйственную деятельность, сдавая «нулевую» отчетность, не доказывает и не опровергает ни одного из составляющих элементов деликта убытков.

Кроме того, участники общества ФИО5 (45%) и ФИО6 (45%), как следует из фактических обстоятельств, также не интересовались хозяйственной деятельностью общества, в то время как могли в любой момент избрать другого директора, однако сделали это, как следует из материалов дела, лишь 27.11.2017.

Материалы дела не содержат доказательств того, что участники общества с той долей ответственности и осмотрительности, учитывая, что Законом об обществах с ограниченной ответственностью участники общества обладают не только правами, но несут и корпоративные обязанности, интересовались деятельностью общества на протяжении 12 лет. Общие собрания участниками не проводились, доказательств того, что кто-то из участников, обладающих долей 45%, обращался к директору с инициативой о проведении общего собрания, истребовании документов общества, совершал иные действия, представляющие собой корпоративный контроль, материалы дела не содержат. Участники общества при этом все это время занимали пассивную позицию и не проявляли должного интереса к деятельности ООО «НТВ».

В такой ситуации возложение ответственности в виде убытков на директора при одновременном нежелании остальных участников интересоваться деятельностью общества, в частности, своевременно избрать такого директора, который бы занимался деятельностью общества, проводить ежегодные собрания (в то время как обязанность их проведения установлена законом) является злоупотреблением правом.

Судом первой инстанции указано также на пропуск срока исковой давности. 

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Возражая против применения срока исковой давности, апеллянт полагает, что такой срок следует исчислять с момента назначения нового директора общества - с 27.11.2017.

Суд первой инстанции, отклоняя указанные доводы, обоснованно исходил из того, что настоящий иск относится к корпоративным спорам, предусматривающим специальный субъектный состав участников процесса и специальные основания для привлечения к ответственности. Исходя из этого, право на иск о взыскании убытков с директора общества предоставлено Законом об обществах с ограниченной ответственностью не только вновь назначенному директору общества. Как следует из пункта 5 статьи 44 Законом об обществах с ограниченной ответственностью, с иском о возмещении убытков, причиненных обществу вправе обратиться в суд общество или его участник. 

Участники общества, проявив должную добросовестность и осмотрительность, с учетом предоставленных им прав корпоративного контроля за деятельностью общества имели возможность инициировать настоящий иск с момента образования задолженности, а именно: в отношении договора займа - с той даты когда заем должен быть возвращен -17.10.2006, в отношении договора подряда – в соответствии с планом и графиком выполнения работ. 

То обстоятельство, что решение по взысканию долга по договору займа было внесено 29.06.2017 (дело № А76-9578/2017) не изменяет течения срока исковой давности по иску к директору общества о взыскании убытков, поскольку момент, с которого начинает течь срок исковой давности, законодатель определил как момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. 

Учитывая, что займодавцем выступало лицо, прямо контролируемое лицами, являющимися участниками и общества «НТВ», доводы апеллянта о том, что участники общества и само общество не знали о выдаче займа, являются очевидно надуманными.

Кроме того, в деле №А40-23075/2018 ответчиком было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности, и суд пришел к выводу о пропуске этого срока. Суд исходил при этом из того, что предъявление претензий за выполненные работы по истечении 9 лет с даты подписания актов приемки является злоупотреблением истцом своими правами. Недостатки могли быть выявлены истцом в разумный срок (в том числе гарантийный срок), что им сделано не было. 

Действия истца по созданию искусственной видимости соблюдения сроков исковой давности, таких как, предъявление исков о взыскании задолженности, образовавшейся в 2006-2007 годах, только лишь в 2017 и 2018 годах обоснованно расценены судом как злоупотребление правом и недобросовестное поведение со стороны истца.

Таким образом, истцом пропущен срок исковой давности для обращения с иском о взыскании убытков с директора общества.

Доводы подателя жалобы о том, что акты приёмки-сдачи выполненных работ не были отражены в бухгалтерской отчётности общества, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Учитывая последовательность процессуального поведения директора - получение займа, необходимого для выполнения первого этапа работ по строительству завода, и одновременное направление заёмных денежных средств для выполнения работ по разработке проектной документации (хронологически последовательное и совершённое в короткий промежуток времени) - с учётом того, что участники общества были осведомлены о подобных действиях директора и очевидно их одобряли (обратное опровергается содержанием заключённого между ними соглашения) - исключает отсутствие осведомленности у них о подобных действиях директора.

Отсутствие у общества земельного участка, на котором должно было быть организовано строительство завода, также не может свидетельствовать о неразумности действий директора, заключившего договор на разработку проектной документации, поскольку, заключая вышеупомянутое соглашение, участники не могли не понимать, что указанное производство должно где-то располагаться.

Аналогичным образом отклоняются доводы подателя жалобы о том, что в ситуации, когда инвесторы отказались от реализации проекта, ФИО3 обязан был прекратить дальнейшие управленческие действия. Доказательств того, что соглашение от 25.07.2006 расторгнуто, либо иные доказательства того, что у инвесторов утрачен интерес к проекту, в материалы дела не представлено.

Более того, исходя из содержания соглашения от 25.07.2006, именно на ФИО3 лежала обязанность осуществить ввод завода в эксплуатацию.

Все последующие действия директора свидетельствуют о предпринимавшихся им попытках действовать в рамках возложенных на него данным соглашением обязанностях.

 Доводы об отсутствии фактического выполнения работ обществом «Промтехвзрыв» опровергаются выводами, сделанными судами при рассмотрении дела № А40-23075/18, имеющими преюдициальное значение. 

Исходя из изложенного, истцом в ходе судебного разбирательства не представлено достаточных документальных доказательств, однозначно свидетельствующих о причинении действиями ФИО3 убытков ООО «НТВ», равно как и доказательств того, что начало реализации инвестиционного проекта по строительству завода противоречило интересам общества либо интересам его участников, которые как установлено судом сами приняли решение об организации производства эмульсионных взрывчатых веществ и строительстве завода.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что истинной причиной подачи настоящего иска является личный конфликт между участниками общества и ФИО3, который такие участники пытаются перенести в плоскость взыскания убытков путём использования инструментов гражданско-правового регулирования. 

С учетом изложенного, истцом в материалы не представлено доказательств, достоверно подтверждающих факт причинения убытков действиями ответчика.

Поскольку не доказана совокупность условий, необходимых для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, постольку правовых оснований для удовлетворения иска не имеется.

Оснований для изменения правильных выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах решение суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в связи с отказом в её удовлетворении относятся на её подателя.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

П О С Т А Н О В И Л :

решение Арбитражного суда Челябинской области от 11.03.2019 по делу № А76-23860/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Новые технологии взрыва» - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судья Ф.И. Тихоновский 

 

Судьи: Е.А. Позднякова

М.Н. Хоронеко