ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 443070, 

<

...>, тел. 

<

***> www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 апелляционной инстанции по проверке законности и обоснованности определения

Дело № А65-2192/2019

г. Самара

10 октября 2025 года

11АП-9025/2025  

Резолютивная часть постановления объявлена 02 октября 2025 года Постановление в полном объеме изготовлено 10 октября 2025 года  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

Председательствующего судьи Александрова А.И., судей Поповой Г.О., Серовой Е.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания Горянец Д.Д., с участием: 

от ФИО1 - представитель ФИО2 по доверенности  

от 20.03.2022; иные лица не явились, извещены, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 2, апелляционную жалобу  

ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики  

Татарстан от 15 июля 2025 года об отказе в удовлетворении заявления о признании  

недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки по делу  

 № А65-2192/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, ИНН  

166010979404, 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04 февраля 2019 г. принято к производству заявление ФИО3 о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом).  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06 марта 2019 г. ФИО4 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура реализации имущества сроком на четыре месяца. Финансовым управляющим утвержден ФИО5, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо - Запада», ИНН 

<

***>, регистрационный номер в сводном реестре арбитражных управляющих 16528, почтовый адрес: 420021, г. Казань, а/я 150.  

В Арбитражный суд Республики Татарстан 24.01.2024 поступило заявление ФИО1 о признании сделки по отчуждению имущества, а именно: права собственности на 1/3 доли в квартире площадью 67,7 кв.м. по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 16:50:250217:226, по договору купли-продажи, заключенному между должником и ФИО6 недействительной и применении последствий недействительности сделки (вх.4477).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.03.2024 заявление принято к производству, назначено судебное заседание.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.04.2024 производство по заявлению приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по результатам рассмотрения жалобы ФИО1 о признании действия (бездействия) финансового управляющего ФИО5 незаконными (вх.58979).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.11.2024 производство по заявлению возобновлено.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.07.2025 отказано в удовлетворении заявления.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11 августа 2025 года апелляционная жалоба оставлена без движения.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08 сентября 2025 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 02 октября 2025 года на 12 час. 30 мин.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

В судебном заседании 02 октября 2025 года представитель ФИО1 апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15 июля 2025 года отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.  

В силу пункта 1 статьи 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  

В соответствии с разъяснениями данными в п. 9 Постановления Пленума № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Как разъяснено в п. 5 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63) пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Исходя из пункта 5 Постановления Пленума № 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Как указано в пункте 6 Постановления Пленума № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

Согласно указанным нормам, недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Пунктом 7 Постановления Пленума № 63 предусмотрено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Доказательств о том, что сторона могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств в материалы дела не представлено.  

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

Исходя из материалов дела, каких-либо доказательств заинтересованности ответчика по отношению к должнику не представлено.  

В силу пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.  

Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств:  

гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил;  

более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены;  

размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования;  

наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.  

В рассматриваемом случае судом первой инстанции правомерно применён повышенный стандарт доказывания, предусмотренный законодателем для таких случаев, в том числе принятие мер по проверке наличия реальной финансовой возможности ответчика приобрести квартиру, выяснения цели приобретения жилья, а также проверки наличия признаков подозрительности сделки, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

В своей апелляционной жалобе, а также в тексте заявления об устранении замечаний и в дополнениях к апелляционной жалобе ФИО1 указывает на то, что по итогам проведенного ею анализа имеющихся доказательств, с учётом экспертного исследования ( № 03-25/НФ от 31 января 2025 г.) было установлено отсутствие у ответчика по настоящему обособленному спору финансовой возможности для приобретения 1/3 доли в квартире. Также кредитором указанно на то, что доказательства подтверждающие наличие денежных средств в размере достаточном для оплаты по оспариваемому договору на момент его заключения, в материалах настоящего обособленного спора отсутствуют и не были представлены ответчиком по настоящему обособленному спору.  

Суд апелляционной инстанции, с учётом совокупности установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, а также с учётом постановления Арбитражного суда Поволжского округа от 07 сентября 2023 г. Ф06-65202/2020 по делу № А65-2192/2019, приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной жалобы и соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, исходя из следующего.  

Из материалов настоящего обособленного спора следует, что между должником ФИО4 и ответчиком ФИО6 была заключена сделка по отчуждению имущества, а именно права собственности на 1/3 доли в квартире площадью 67,7 кв.м. по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 16:50:250217:226, что подтверждается копией договора купли-продажи от 31.10.2016 г.  

По мнению заявителя, данная сделка является недействительной, поскольку была совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, а именно: сделка была совершена в пользу гр. ФИО6, который является родным племянником должника, сыном его родной сестры, что установлено, в том числе в этом же деле о банкротстве ФИО4 № А65-2192/2019 в ходе производства по делу об оспаривании сделки от 20.10.2016 г. (зарегистрированной 31.10.2016 г.) по отчуждению ФИО4 в пользу ФИО6 трехкомнатной квартиры по адресу 

<

...>.  

Кроме того, данная сделка совершена одновременно с датой переоформления должником на того же племянника ФИО6 трехкомнатной квартиры по адресу 

<

...> - что также, согласно позиции заявителя, указывает на цель умышленного сокрытия имущества и нанесения вреда имущественным правам кредиторов.  

Вред, по мнению заявителя, имущественным правам кредиторов безусловно нанесен: на день подачи заявления на вторичном рынке недвижимости г. Казани стоимость жилья, подобного квартире по адресу 

<

...>  

составляет порядка 120 000 руб. за кв.м. То есть стоимость отчужденного имущества (67,7 кв.м. / 3) составляет 2 млн. 700 тыс. рублей.  

Также заявителем указано на то, что если исходить из договора купли-продажи, то цена сделки составляла всего 850 000 рублей, однако у заявителя есть все основания для утверждения: сделка безденежная, без встречного исполнения. Кроме того, как указал заявитель, ответчик знал о последствиях совершенной с должником сделки, свидетельствует то, что ответчик является племянником должника (ст. 19 Закона о банкротстве).  

В рамках иного обособленного спора в деле о банкротстве должника был установлен ряд обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего обособленного спора.  

Так, должником, помимо оспариваемой в настоящем обособленном споре, был заключён договор купли-продажи от 09.10.2016г. в соответствии с которым должник реализовал ответчику (ФИО6) квартиру по адресу: 

<

...>, общей площадью 103, 3 кв.м. Цена квартиры согласно договору составила 6 380 000 руб.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.02.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2023, постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.09.2023, в удовлетворении заявления финансового управляющего было отказано.  

При повторном рассмотрении указанного спора (после отмены и направления на новое рассмотрение постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 16.08.2022) судами было установлено: цель реализации квартиры, отсутствие задолженности перед кредитными учреждениями на дату договора, отсутствие обращения за возвратом долга ФИО1, отсутствие признаков неплатежеспособности должника и недостаточности имущества должника, предоставление ответчиком достаточных доказательств в подтверждение своей финансовой состоятельности для приобретения квартиры.  

Оспариваемая сделка по данному спору совершена в тот же промежуток времени (09.10.2016 и 31.10.2016) между теми же лицами.  

Судебными актами, учитывая применения правил о повышенном стандарте доказывания, установлены все обстоятельства, предшествующие совершению сделки (отсутствие признаков неплатежеспособности ФИО4, ответчиком ФИО6 представлены доказательства в своей финансовой возможности для приобретения недвижимого имущества), а также судами дана оценка обстоятельствам расходования денежных средств должником на основании представленных банковских выписок по счетам ФИО4 после совершения сделок по отчуждению недвижимого имущества.  

Так, приведен расчет по суммам внесения ФИО4 на свои банковские счета наличных средств для погашения кредитных обязательств.  

В указанный период (с 31.10.2016 до 30.10.2018) сумма внесений должником наличных средств и расходов за счет них включает:  

- 4 968 200 руб. по счетам в АО «Райффайзенбанк», - 5 760 847,99 руб. – по счетам в Банке ВТБ (ПАО), - 396 000 руб. – по счету в ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк», 

- 497 000 руб. – по счету № 40817810301439031540 в ПАО «БАНК УРАЛСИБ», - 304 000 руб. – по счету № 40817810300109351991 в ПАО «БАНК УРАЛСИБ», - 206 200 руб. – по счету в АО «КБ «Ситибанк».  

По расчету ФИО4, на банковские счета в период 31.10.2016 до 30.10.2018 внесено не менее 12 132 247,99 руб., из которых 9 019 227,63 руб. направлены на погашение кредитных обязательств.  

Сопоставление сумм внесения должником наличных средств на банковские счета период с 31.10.2016 по 30.10.2018 в размере 12 132 247,99 руб., расходования должником внесенных средств только на кредитные обязательства в тот же период в сумме  

9 019 227,63 руб. и сторонние источники поступления денежных средств, подтверждает доводы должника ФИО4 о расходовании наличных денежных средств.  

Заявитель для разрешения возникших разногласий о доходах расходах ФИО4 и ФИО6 в спорный период ходатайствовал о назначении финансово-экономической экспертизы. Судом в удовлетворении ходатайства отказано. Представленное в материалы дела экспертного исследования № 03-25/НФ судом исследовано, при этом установлено, что оно проведено на основании части документов, полученных заявителем из материалов другого обособленного спора.  

Экспертное исследование № 03-25/НФ от 31.01.2025, составлено дипломированным аудитором ФИО7, к которому приложены частично нижеуказанные банковские выписки на должника и ответчика. Исследуемый период: с 16.10.2016г. по 22.05.2019г.  

Однако, экспертное исследование не содержит исследования всех банковских счетов должника – ФИО4, что в свою очередь свидетельствует о невозможности принятия данного экспертного заключения в качестве относимого и допустимого доказательства подтверждающего доводы ФИО1  

В п. 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.  

Таким образом, отсутствие в объекте экспертизы экспертного исследования № 03-25/НФ от 31.01.2025 всех банковских счетов должника, не позволяет однозначно определить движение денежных средств должника, в связи, с чем результаты такого исследования не могут иметь исключительного доказательственного значения, выводы специалиста являются не полными.  

Совокупность доказательств обосновывает факт наличия у ответчика финансовой возможности приобретения недвижимого имущества в материалы, в связи с чем довод заявителя в данной части отклоняется.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции, а именно в судебном заседании от 16.04.2025 представитель ответчика поддержал своё ходатайство о пропуске годичного срока исковой давности по оспариванию сделки, с ссылкой на то, что 27.12.2021 кредитор ознакомился с документацией финансового управляющего.  

Согласно выписке из ЕГРН от 20.11.2018, приложенной к отзыву кредитору в рамках рассмотрении иного обособленного спора, в ней содержится информация в отношении всего недвижимого имущества ФИО4  

В данной выписке также содержатся сведения о праве собственности на 1/3 долю в жилом помещении, расположенном по адресу: 

<

...>, являющимся предметом сделки по настоящему спору.  

Таким образом, не позднее 24.11.2022 у кредитора ФИО1 была информация о факте отчуждения должником спорного объекта недвижимости.  

Кредитор ФИО1 возражая в отношении довода о пропуске срока, указала на то, что она не могла и не должна была знать о наличии спорного недвижимого имущества, но доказательств в материалы дела представлено не было.  

Согласно п.32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 (ред. от 17.12.2024) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).  

В соответствии с п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 (ред. от 22.06.2021) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).  

Как уже было указано выше, постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2021 рассмотрено требование ФИО1 о включении задолженности в реестр требований кредиторов, включено требование в размере 4 817 991,41 руб., в том числе 3 324 323 руб. основного долга, 1 493 668,41 руб. процентов в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО4.  

27.12.2021 представитель ФИО1 ФИО2 ознакомилась с документацией финансового управляющего.  

24.11.2022 ФИО1 обращается в арбитражный суд с отзывом (Приложение 1) в материалы обособленного спора по настоящему делу по заявлению финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 09.10.2016, заключенного между должником и ФИО6 по которому Должник реализовал ответчику квартиру по адресу: 

<

...>. К данному отзыву (кредитором 24.11.2022) приложена выписка из ЕГРН от 20.11.2018 в отношении всего недвижимого имущества ФИО4 (Приложение 2), принадлежавшего (принадлежащего) в период с 01.01.2000 по 19.11.2018. В пункте 3 на странице 3 указанной выписки содержатся сведения о праве собственности на долю 1/3 в жилом помещении, расположенном по адресу: 

<

...>, общей площадью 67,7 кв.м, право собственности на которое прекращено у Должника 01.11.2016. Указанная доля в жилом помещении является предметом сделки по настоящему спору.  

Таким образом, не позднее 24.11.2022 кредитор ФИО1 обладала информацией о факте отчуждения должником спорного объекта недвижимости.  

Согласно п. 9 ст. 62 ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» сведения, содержащиеся в ЕГРН, предоставляются в срок не более трех рабочих дней со дня получения публично-правовой компанией, указанной в части 1 статьи 3.1 настоящего Федерального закона, запроса о предоставлении сведений.  

Таким образом, времени у кредитора для того, чтобы определить приобретателя прав по оспариваемому договору купли-продажи с 24.11.2022 было достаточно.  

Тем самым, довод должника и ответчика о том, что заявитель знал или мог знать об отчуждении недвижимого имущества с 2022 года, обоснован и подтверждён надлежащими доказательствами.  

Руководствуясь положениями ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) суд первой инстанции пришёл к верному и обоснованному выводу о том, что в рассматриваемом случае заявителем не доказана необходимая совокупность условий для признания оспариваемой сделки недействительной.  

Исходя из установленных обстоятельств возникновения у должника признаков неплатежеспособности следует, что банкротство должника вызвано банкротством группы лиц (обществ «Энергостройснаб», Энергострой», ФИО2, ФИО8) по кредитным обязательствам общества «Энергостройснаб» перед Банком ВТБ, обеспеченных поручительством и залогом имущества группы лиц.  

При этом на дату заключения оспариваемого договора задолженность перед кредиторами отсутствовала, основные обязательства заемщиками исполнялись и были обеспечены залогом имущества в размере, достаточном для погашения задолженности. Аналогичная факты установлены судом в определении Арбитражного суда Республики  

Татарстан от 06.02.2023 и постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2023 по делу № А65-2192/2019.  

Таким образом, на дату совершения оспариваемой сделки у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

Также совокупность установленных обстоятельств достоверно подтверждает наличие у ответчика финансовой возможности для оплаты приобретаемого объекта недвижимости.  

Отклонение цены продажи квартиры (850 000 руб.) от её рыночной стоимости, определенной на основании информации размещённой в электронном сервисе «Авито» в размере 1 300 00 руб., с учётом того что стоимость размещаемая в объявлениях по продаже объектов недвижимости является лишь ценой предложения, а не конечной ценой по которой заключается договор купли-продажи, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что такая разница является несущественной ввиду отсутствия признака кратности. Более того, заявителем приведена рыночная стоимость на момент подачи заявления (24.01.2024), а не на момент продажи недвижимого имущества 31.10.2016).  

Тем самым доводы заявителя об отсутствии финансовой возможности для приобретения квартиры, необходимость учитывать только кредитные денежные средства ФИО4, а также то, что оспариваемая сделка не имеет встречного исполнения, обоснованно отклонены судом первой инстанции.  

Отклоняя довод о том, что сделка носит сомнительный характер, ввиду родственных связей покупателя и продавца, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что доказательств осведомленности ответчика о наличии у должника занимающегося предпринимательской деятельности признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества, и не исполненными обязательствами на дату совершения сделки доказательств не представлено. Доказательств и фактов наличия цели причинения вреда продажей квартиры в материалы дела не представлено, в связи, с чем такой довод заявителя подлежит отклонению.  

С учетом недоказанности обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, либо свидетельствующих, что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, суд первой инстанции пришёл к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления по вышеуказанному основанию.  

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.  

Пунктом 1 статьи 10 названного кодекса установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.  

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.  

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.  

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.  

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.  

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.  

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.  

Поскольку спорные платежи оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  

Из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 следует, что для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 ГК РФ, требуется, чтобы пороки выходили за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.  

Вместе с тем, в рассматриваемом случае, заявитель не представил в материалы дела доказательств наличия признаков злоупотребления правом при совершении оспариваемой сделки.  

С учетом изложенного, оснований для квалификации сделки как совершенной с злоупотреблением правом по ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не усматривается.  

При решении вопроса об осведомленности об указанных обстоятельствах во внимание принимается разумность и осмотрительность стороны сделки, требующиеся от нее по условиям оборота (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). Однако указанная совокупность судом не установлена.  

Само по себе родство должника и ответчика, тем более проживающих отдельно, не создает признаков осведомленности у другой стороны сделки не только о финансовых обязательствах (срочных или просроченных) одной из сторон, но и о цели этой стороны скрыть имущество от правопритязаний кредиторов.  

Аналогичная позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2025 № 305-ЭС23-24052(3) по делу № А40-231308/2020.  

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.  

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.  

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15 июля 2025 года по делу № А65-2192/2019 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15 июля 2025 года по делу № А65-2192/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий А.И. Александров 

Судьи Г.О. Попова  

Е.А. Серова