ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н ИЕ

Дело № А40-6812/19-181-45

г. Москва

04 июня 2019 года

резолютивная часть решения объявлена 28 мая 2019г.

полный текст решения изготовлен 04 июня 2019г.

Арбитражный суд в составе 

судьи Хабаровой К.М.,

при ведении протокола секретарем с/з ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 

дело по исковому заявлению

Акционерного общества «Лубянка-Девелопмент» (ОГРН 

<

***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью «АНН РИТЕЙЛ» (ОГРН 

<

***>)

о взыскании денежных средств в размере 66 026 395 руб. 80 коп.

при участии: 

от Истца: ФИО2 по доверенности № 421/2018 от 19.07.2018г.

От Ответчика: ФИО3 по доверенности № б/н от 21.01.2019 г., ФИО4 по доверенности № б/н от 04.03.2019г.

установил:

Акционерного общества «Лубянка-Девелопмент» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «АНН РИТЕЙЛ» о  взыскании убытков в сумме 66 026 395 руб. 80 коп. (с учетом заявления об уточнении исковых требований, принятого судом в порядке ст.49 АПК РФ).

Ответчик против удовлетворения иска возражает по основаниям, изложенным в отзыве, дополнении к отзыву на иск и выступлениях представителя.

Заслушав представителей сторон, изучив материалы дела, суд установил, что между истцом и ответчиком был заключен Договора доверительного управления имуществом от 27.01.2016 г., по условиям которого ответчик взял на себя обязательства по доверительному управлению имуществом, предусмотренным п. 1.2. Договора и приложением № 1 к Договору. В составе имущества, переданного в доверительное управление ответчику, было здание площадью 35 860,2 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>, в котором размещен Центральный детский магазин (далее – ЦДМ). Выгодоприобретателем по Договору являлся истец как учредитель доверительного управления.

Договор был заключен на срок с 27.01.2016 г. по 26.01.2021 г. Впоследствии истец досрочно в одностороннем порядке расторг с ответчиком Договор с 31.07.2017 г.

Согласно п. 4.4. Договора расходы, понесенные доверительным управляющим в результате осуществления доверительного управления имуществом за отчетный период в соответствии с условиями приложения № 2 к Договору, компенсируются учредителем управления путем их ежемесячного удержания доверительным управляющим из сумм Поступлений и Прочих поступлений, определяемых в приложении № 2 к Договору.

Истец обращаясь с настоящим исковым заявлением, указывает, что объем компенсированных (удержанных) ответчиком расходов в размере 65 553 437,55 руб. документально не подтвержден и эти расходы не соответствуют критериям для признания их расходами доверительного управляющего, указанным в приложении № 2 к Договору, в связи с чем истец указывает, что ответчик необоснованно удержал из суммы доходов от доверительного управления ЦДМ, подлежащих перечислению учредителю управления, денежные средства в размере 65 553 437,55 руб., в связи с чем обратился с настоящим иском о  взыскании с ответчика неосновательного обогащения в указанном размере.

В обоснование исковых требований, истец указывает, что расходы на оплату услуг ФИО5, привлеченного ответчиком по Договору оказания услуг от 01.02.2016 г., в размере 30 965 947,18 руб. являются необоснованными.

 Истец указывает, что в соответствии со ст. 1 Приложения № 2 к Договору размер основного ежемесячного вознаграждения доверительного управляющего за период с 01.02.2016 г. по 31.12.2016 г. составляет 4 720 000,00 руб., включая 720 000,00 руб. НДС, и стороны определили, что  любое основное ежемесячное вознаграждение доверительного управляющего за любой период действия Договора состоит из затрат доверительного управляющего на оплату вознаграждений сотрудникам/работникам по трудовым договорам, а также страховых взносов в Пенсионный Фонд РФ, Фонд социального страхования, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования.

Расходы доверительного управляющего на оплату вознаграждений сотрудникам/работникам по трудовым договорам, а также страховых взносов в Пенсионный Фонд РФ, Фонд социального страхования, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, включены в статью «Административные расходы» Бизнес-плана, утвержденного сторонами в приложении № 6 к настоящему Договору, и подлежат компенсации за счет основного ежемесячного вознаграждения учредителем управления и дополнительно доверительным управляющим к оплате не предъявляются.

Истец указывает, что расходы, понесенные ответчиком на оплату услуг ФИО6, не подлежат учету в расходах, необходимых для управления ЦДМ по Договору, поскольку, перечень оказываемых Партмой ответчику услуг содержит выполнение им услуг в том числе для третьих лиц и не связан с доверительным управлением имуществом по Договору, а также что Договор оказания услуг от 01.02.2016 г. с Партмой содержит признаки трудового договора и Партма фактически являлся работником доверительного управляющего, а сумма вознаграждения по Договору оказания услуг от 01.02.2016 г. – заработной платой, а также, что отчеты по договору с Партмой, подтверждающие оказание услуг, не переданы учредителю управления. В связи с этим расходы на услуги ФИО6 должны быть учтены ответчиком в ежемесячном вознаграждении доверительного управляющего, которое составляет 4 720 000,00 руб., и дополнительной компенсации управления не подлежат.

Также Истец считает не подлежащими компенсации расходы по НДФЛ в размере 4 187 438,00 руб., уплаченному ответчиком в бюджет в связи с заключением Договора оказания услуг от 01.02.2016 г. с Партмой, а также расходы на оплату ответчиком услуг ООО «ПАТРОНУМ» в размере 56 962,37 руб. на оформление разрешения на работу в Российской Федерации Партме и услуг ООО «Паритет Консалтинг» в размере 5 800,00 руб. на оформление приглашения жены ФИО6 на территорию Российской Федерации.

Суд, изучив доводы истца и возражения ответчика в части указанного требования и представленные в материалы дела доказательства, приходит к выводу о том, что основания для взыскания с ответчика 35 216 147,55 руб. в качестве неосновательного обогащения в связи с заключением ответчиком Договора оказания услуг от 01.02.2016 г. с Партмой отсутствуют в связи со следующим.

В соответствии со ст. 1023 ГК РФ доверительный управляющий имеет право на возмещение необходимых расходов, произведенных им при доверительном управлении имуществом, за счет доходов от использования этого имущества.

Для выполнения Договора по доверительному управлению ЦДМ ответчик на основании Договора оказания услуг от 01.02.2016 г. привлек высококвалифицированного иностранного специалиста по управлению торговой недвижимостью – Партму. Договор оказания услуг от 01.02.2016 г. предусматривал, что ответчик действует именно в качестве доверительного управляющего. Ответчик осуществлял оплату услуг ФИО6 за счет доходов, поступавших от сдачи в аренду помещений ЦДМ, и относил эти затраты на расходы по управлению объектом на основании п. 4.4. Договора.

Доказательств, что Партма оказывал услуги третьим лицам, а также оказывал услуги, не связанные с доверительным управлением по Договору Истцом в материалы дела не представлено.

Как следует из условий договора, Договор оказания услуг от 01.02.2016 г. не предусматривал оказание услуг иным лицам и услуг не связанных с управлением ЦДМ. Так преамбула Договора оказания услуг от 01.02.2016 г. ограничивала предмет договора только теми услугами, которые были направлены на управление ЦДМ:

 (А) Компания самостоятельно и/или черед своих Аффилированных лиц находится в процессе организации деятельности по управлению объектом недвижимого имущества (далее «Бизнес»), расположенного по адресу: город Москва, Театральный проекзд, дом 5/1 (далее «Проект»).

(В) Компания планирует привлечь Консультанта как высококвалифицированного специалиста на позицию внешнего консультанта для оказания информационных и консультационных услуг в отношении Проекта, а Консультант принял предложения об оказании таких услуг в соответствии с условиями настоящего договора.

Пункт 2.1. Договора оказания услуг от 01.02.2016 г. содержит описание услуг ФИО6, которые во всех случаях ограничены управлением ЦДМ (через категории Бизнес и Проект, которые раскрыты в преамбуле Договора оказания услуг от 01.02.2016 г.). 

Так Партма обязался оказать следующие услуги:

2.1.1. – обеспечить развитие Бизнеса Компании в соответствии с Бизнес-Планом и обеспечить достижение Показателей Эффективности, прежде всего показателя чистого операционного дохода; 

2.1.2. – обеспечить получение Компанией (если применимо) всех сертификатов, лицензий, разрешений и/или иных одобрений или согласий Государственных Органов, необходимых для ведения Бизнеса на территории Российской Федерации в соответствии с Применимым правом;

2.1.3. – оказывать помощь в привлечении высококвалифицированных консультантов для целей организации и ведения Бизнеса;

2.1.4. – организовать деятельность персонала Компании;

2.1.5. – обеспечить соблюдение Компанией всех норм и правил, применимых к Компании, для целей реализации Проекта; и

2.1.6. по запросу Компании оказывать иные услуги в отношении Бизнеса.

Приложением № 1 к Договору оказания услуг от 01.02.2016 г. для ФИО6 были установлены показатели эффективности ЦДМ, т.е. тот результат, к которому он должен был стремиться в ходе оказания услуг. Эти показатели эффективности представляли собой размеры доходов, расходов и чистых операционных доходов от ЦДМ. Данные показатели полностью совпадали с показателями, установленными истцом для деятельности ответчика по Договору. 

Относительно довода о том, что Договор оказания услуг от 01.02.2016 г. по своей правовой природе является трудовым договором и что Партма фактически являлся работником ответчика по трудовому договору, вследствие чего затраты на его услуги не подлежат компенсации, суд приходит к следующему выводу.

Согласно п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» к характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года).

Вместе с тем Договор оказания услуг от 01.02.2016 г. с Партмой не имеет вышеуказанных характерных признаков трудовых отношений, а имеет гражданско-правовой характер, что вытекает из следующих обстоятельств и формулировок договора: деятельность исполнителя была направлена на достижение определенного результата, а не на выполнение трудовой функции;  услуги по Договору оказания услуг от 01.02.2016 г. оказывались только в связи с управлением ЦДМ, т.е. были привязаны к конкретному объекту (п. А Преамбулы и п. 2.1.1. Договора оказания услуг от 01.02.2016 г.); перед Партмой были установлены определенные задачи, которые были выражены в минимальном показателе доходов, которые должен был приносить ЦДМ, и в максимальном показателе расходов, которые можно было понести на управление ЦДМ – Приложение № 1 к Договору оказания услуг от 01.02.2016 г. и п. 2.1.1. указанного договора; по условиям Договора оказания услуг от 01.02.2016 г. Партма самостоятельно определял, каким образом он будет обеспечивать достижение этих показателей.

Согласно п. 2.2.5. Договора оказания услуг от 01.02.2016 г. исполнитель обязался «посвящать столько времени, опыта и усилий оказанию Услуг, сколько требуется для надлежащего оказания таких Услуг. Во избежание сомнений, Стороны пришли к соглашению, что Консультант самостоятельно организует деятельность по оказанию Услуг, в частности самостоятельно определяет материально-технические и иные условия оказания Услуг, планирует время, необходимое для оказания Услуг, характер и содержание оказываемых в соответствующий период времени Услуг, согласно настоящему договору.

Также, отсутствовал устойчивый, стабильный характер отношений, присущий трудовым правоотношениям: договор с Партмой был заключен 01.02.2016 г., расторгнут по инициативе ответчика в одностороннем порядке 09.01.2017 г.; Партма оказывал услуги по запросу ответчика: согласно п. 2.1.6. Партма обязался «по запросу Компании оказывать иные услуги в отношении Бизнеса…»; согласно п. 2.2.4. исполнитель обязался «оказывать Компании помощь в отношении Услуг, запрашиваемую Компанией время от времени»;

Кроме того,  Партма не был подчинен внутреннему трудовому распорядку ответчика, был свободен в определении времени, места оказания услуг, что следует из п. 2.2.1. Договора оказания услуг от 01.02.2016 г., а также п. 2.2.5 Договора оказания услуг от 01.02.2016 г. Ответчик имел право по своему усмотрению в одностороннем порядке отказаться от Договора оказания услуг от 01.02.2016 г. Согласно п. 5.4., Компания также вправе отказаться от настоящего договора (путем направления письменного уведомления Консультанту) при том что настоящий договор прекращается по истечении 6 мес. (в 1-ый год действия договора) или по истечении 9 мес. (во 2-ой и последующий годы) со дня получения Консультантом письменного  уведомления с сохранением за Компанией обязательства полностью возместить Консультанту понесенные им расходы, а также не выплаченное на момент расторжения договора Консультационное вознаграждение пропорционально отработанному времени». 

Также, Партма не был интегрирован в организационную структуру Ответчика: согласно преамбуле (В) «Компания планирует привлечь Консультанта как высококвалифицированного специалиста на позицию внешнего консультанта для оказания информационных и консультационных услу». Согласно п. 2.4., в рамках отношений с компанией Консультант представлен в качестве независимого поставщика услуг, и ни одно положение настоящего договора не представляет Консультанту возможность действовать в качестве работника, агента или партнера Компании, Компаний Группы или их Аффилированных лиц, и Консультант обязуется не представлять себя перед Третьими Лицами в таком качестве. Оплата по Договору оказания услуг от 01.02.2016 г. осуществлялась на основании счета один раз месяц (п. 3.1.1.-3.1.3.), а не два раза в месяц, как это установлено для трудовых отношений (ст. 136 ТК РФ). Договор оказания услуг от 01.02.2016 г. не предусматривал дополнительных гарантий исполнителю, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (оплачиваемый отпуск, оплачиваемые выходные дни, оплату в период временной нетрудоспособности и т.д.).

Исходя из положений Договора оказания услуг от 01.02.2016 г. суд приходит к выводу о том, что отношения ответчика с Партмой не носили трудовой характер, а договор ответчика с Партмой является договором возмездного оказания услуг, который имеет гражданско-правовую природу.

Истец также ссылается на то, что расходы по договору с Партмой не подтверждены документально, а именно, что истцу не предоставлены отчеты о результатах работ ФИО6. Однако данный довод истца не соответствует обстоятельствам дела, поскольку представленные в материалы дела акты оказанных Партмой услуг не содержат указание на отчеты. Отчетным документом исполнителя по Договору оказания услуг от 01.02.2016 г. являлись акты оказания услуг. Договор оказания услуг от 01.02.2016 г. не предусматривал обязанность исполнителя составлять отчеты, акты оказания услуг содержали подробное описание оказанных в отчетном периоде услуг. Акты составлялись Партмой ежемесячно, и были предоставлены истцу. 

Кроме того, судом учтено, что размер расходов на оплату услуг ФИО6 вместе с иными расходами ответчика на управление ЦДМ не превысил предельно допустимый показатель по Договору, а напротив благодаря усилиям ответчика фактический общий размер расходов на управление ЦДМ был гораздо меньше запланированного по Договору.

Согласно п. 4.6. Договора размер ежеквартальных расходов, понесенных доверительным управляющим и подлежащих компенсации учредителем управления, не может превышать соответствующих показателей за квартал, указанных в приложении № 6 к Договору в графе «Операционные расходы» таблицы «Ключевые показатели квартального Согласованного бизнесплана ЦДМ на 2016 год», а также иных ежеквартальных показателей расходов в иных бизнеспланах, согласованных сторонами в установленном порядке. 

Следовательно, привлечение ответчиком ФИО6 для оказания услуг по управлению ЦДМ не причинило истцу имущественного ущерба.

Истец также просит взыскать с ответчика 4 187 438 руб., уплаченных в качестве НДФЛ в связи с исполнением Договора об оказании услуг от 01.02.2016 г. с Партмой. 

Суд приходит к выводу, что указанные требования истца также не подлежат удовлетворению, поскольку оплата НДФЛ являлась обязанностью ответчика, в связи с тем, что Ответчик  в силу закона выступал налоговым агентом во взаимоотношениях с Партмой.

Согласно п. 1 ст. 24 НК РФ налоговыми агентами признаются лица, на которых в соответствии с НК РФ возложены обязанности по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению налогов в бюджетную систему Российской Федерации.

В соответствии с пп.1) п. 3 ст. 24 НК РФ налоговые агенты обязаны правильно и своевременно исчислять, удерживать из денежных средств, выплачиваемых налогоплательщикам, и перечислять налоги в бюджетную систему Российской Федерации на соответствующие счета Федерального казначейства. 

В силу п. 5 ст. 24 НК РФ за неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на него обязанностей налоговый агент несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 224 НК РФ российские организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 224 настоящего Кодекса с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей. В соответствии с п. 1 ст. 224 НК РФ налоговая ставка по НДФЛ составляет 13 %.

Таким образом, на основании приведенных норм права ответчик как налоговый агент в отношении ФИО6 был обязан удержать и обоснованно удержал из доходов ФИО6 НДФЛ и уплатил его в бюджет Российской Федерации.

Суд также признает обоснованными и необходимыми расходы ответчика на оплату услуг ООО «ПАТРОНУМ» в размере 56 962,37 руб. на оформление разрешения на работу в Российской Федерации Партме и услуг ООО «Паритет Консалтинг» в размере 5 800,00 руб. на оформление приглашения жены ФИО6 на территорию Российской Федерации в связи со следующим.

Партма является гражданином Королевства Швеция. В соответствии с п. 4 ст. 13 Федерального закона от 25.07.2002 N 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» иностранный гражданин имеет право осуществлять трудовую деятельность на территории Российской Федерации при наличии разрешения на работу или патента.

Статьей 13.2. ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» установлены особенности осуществления трудовой деятельности иностранными гражданами высококвалифицированными специалистами. Партма являлся высококвалифицированным специалистом для целей применения ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», поскольку размер его ежемесячного вознаграждения составлял не менее 167 тыс. руб. (пп. 3) п. 1 ст. 13.2. и п. 3.2. Договора оказания услуг от 01.02.2016 г.).

В соответствии с установленным ст. 13.2 ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» порядком ответчик как заказчик услуг ФИО6 был обязан обратиться в уполномоченный территориальный орган с ходатайством о привлечении высококвалифицированного специалиста. Для целей подготовки указанного ходатайства и взаимодействия с уполномоченным территориальным органом ответчик привлек ООО «Патронум». 

По смыслу пп. 1.1, 12.1, 14 и 27 ст. 13.2. ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» члены семьи высококвалифицированных специалистов, привлеченных для работы на территории Российской Федерации, также имеют право на пребывание и на осуществление трудовой деятельности на территории Российской Федерации.

В соответствии с действовавшим в период оформления соответствующих правоотношений Приказом ФМС России от 30.11.2012 № 390 «Об утверждении Административного регламента предоставления Федеральной миграционной службой государственной услуги по оформлению и выдаче приглашений на въезд в Российскую Федерацию иностранных граждан и лиц без гражданства» (далее – Приказ № 390) в отношении иностранных граждан -высококвалифицированных специалистов и членов их семей приглашающей стороной могут выступать работодатели или заказчики работ (услуг), являющиеся российскими коммерческими организациями, каковой является Ответчик (пункт 2 Приказа № 390).

В соответствии с п. 35 Приказа № 390 для оформления приглашения членам семьи высококвалифицированного специалиста приглашающей стороной документы, указанные в пунктах 32.1, 32.2, 32.3, 32.4 Административного регламента, представляются в уполномоченное подразделение ФМС России или уполномоченный территориальный орган одновременно с подачей ходатайства о привлечении, либо в территориальный орган ФМС России в порядке, установленном абзацами третьим и шестым пункта 3 Административного регламента.

Поскольку приглашение на въезд в Российскую Федерацию супруги ФИО6 оформлялось позже, чем для самого ФИО6, для целей подготовки пакета документов для оформления соответствующего приглашения для супруги ФИО6 и взаимодействия с уполномоченным территориальным органа ответчик привлек ООО «Паритет Консалтинг» по договору от 06.07.2016г.

Таким образом, расходы на услуги по оформлению разрешения на работу в Российской Федерации для ФИО6 и на оформление приглашения на въезд супруги ФИО6 в Российскую Федерацию были необходимыми расходами ответчика, указанные расходы понесены в разумных пределах.

Истец также просит взыскать с ответчика в качестве неосновательного обогащения 30 337 290,00 руб. вознаграждения доверительного управляющего за июнь и июль 2017 г., которые, по мнению истца, необоснованно удержаны ответчиком из суммы доходов, полученных от доверительного управления имуществом по Договору.

В соответствии со ст. 1 Приложения № 2 к Договору размер основного ежемесячного вознаграждения доверительного управляющего за период с 01.02.2016 г. по 31.12.2016 г. составляет 4 720 000,00 руб., включая 720 000,00 руб. НДС. Стороны пришли к соглашению, что размер ежемесячного основного вознаграждения может быть изменен начиная с 01.01.2017 г., при условии внесения соответствующих изменений в Бизнес-План путем подписания дополнительного соглашения к настоящему Договору.

На основании вышеизложенного, Истец указывает, что поскольку дополнительное соглашение истцом и ответчиком не подписывалось, то удержание ответчиком из суммы доходов полученных от доверительного управления имуществом по Договору, денежных средств в размере 30 337 290 руб. представляет собой изменение ответчиком в одностороннем порядке размера вознаграждения доверительного управляющего по Договор, что условиями Договора не допускается.

Ответчик представил свои возражения по указанному требованию истца, из которых следует, что 30 337 290,00 руб. удержаны ответчиком из суммы доходов, полученных от доверительного управления имуществом по Договору, в качестве компенсации понесенных ответчиком необходимых расходов, связанных с доверительным управлением по Договору.

В соответствии со ст. 1023 ГК РФ доверительный управляющий имеет право на вознаграждение, предусмотренное договором доверительного управления имуществом, а также на возмещение необходимых расходов, произведенных им при доверительном управлении имуществом, за счет доходов от использования этого имущества.

Согласно п. 4.4. Договора расходы, понесенные доверительным управляющим в результате осуществления доверительного управления имуществом за отчетный период в соответствии с условиями Приложения № 2 к Договору, компенсируются учредителем управления путем их ежемесячного удержания доверительным управляющим из сумм поступлений и прочих поступлений, определяемых в Приложении № 2 к Договору.

Как следует из материалов дела, Ответчиком была разработана концепция развития ЦДМ, которая была принята истцом.

Данная концепция предполагала увеличение штата ответчика для целей исполнения Договора (стр. 44 концепции). Таким образом, затраты на привлечение дополнительного персонала были необходимы для выполнения согласованной сторонами концепции развития ЦДМ.

Реализация концепции предполагала замену, перемещение существующих арендаторов и привлечение новых, что требовало увеличения персонала в отделе аренды. Также в связи с началом активной фазы развития бренда ЦДМ, снижением покупательской активности посетителей ЦДМ возникла необходимость в усилении дополнительными сотрудниками отдела маркетинга и гостевого сервиса. Одновременно ответчик сокращал расходы на услуги внешних специалистов, оказывавших маркетинговые услуги на основании договоров на оказание данных .услуг

Таким образом, Ответчик указал, что для эффективного управления ЦДМ и, соответственно, выполнения условий Договора в 2017 году ответчик увеличил штат своих сотрудников, дополнительно были наняты следующие сотрудники: управляющий директор ФИО7, руководитель дирекции арендных отношений и брокериджа ФИО8, менеджер по брокериджу ФИО9, директор по маркетингу и коммерциализации ФИО10, директор по маркетингу ФИО11, брендменеджер ФИО12, креативный директор ФИО13 , заместитель креативного директора ФИО14 и операционный директор ФИО15 (в материалы дела представлены трудовые договоры с указанными лицами).

Истец полагает, что оплата деятельности указанного перечня лиц должна была производиться только за счет вознаграждения доверительного управляющего, размер которого составлял 4 720 000,00 руб. и согласован в Приложении № 2 к Договору, поскольку, только указанная сумма могла использоваться на расходы ответчика по оплате вознаграждений сотрудникам/работникам по трудовым договорам, в связи с чем истец считает, что удержание из доходов от управления ЦДМ сумм расходов на оплату труда вышеприведенных лиц представляет собой изменение ответчиком в одностороннем порядке размера вознаграждения доверительного управляющего.

Из условий Договора с учетом Приложения № 2 следует, что ежемесячное вознаграждение ответчика как доверительного управляющего в размере 4 720 000,00 руб. полностью направляется на оплату вознаграждений сотрудникам/работникам ответчика. 

Однако данное условие не ограничивало право Ответчика, при наличии к тому необходимости, наем дополнительных сотрудников для целей исполнения Договора. При этом очевидно, что привлечение дополнительных работников увеличивало размер затрат ответчика, которые уже не покрывались за счет вознаграждения ответчика. Расходы на оплату труда этих лиц являлись необходимыми расходами доверительного управляющего по смыслу ст. 1023 ГК РФ.

О необходимости таких расходов для целей управления ЦДМ свидетельствует тот факт, что все дополнительно нанятые ответчиком сотрудники были приняты в штат ответчика исключительно под конкретный проект, то есть для управления ЦДМ и повышения его доходности. Так из трудовых договоров с указанными сотрудниками следует, что они осуществляли свою трудовую деятельность по месту нахождения ЦДМ. Наем указанных сотрудников исключительно для целей развития ЦДМ следует также из должностных инструкций каждого из сотрудников.

Трудовые договоры со всеми нанятыми в штат ответчика в 2017 г. сотрудниками были расторгнуты с 31.07.2017 г., когда прекратил действие Договор истца с ответчиком на управление ЦДМ, что также дополнительно свидетельствует о том, что все указанные лица были наняты исключения для обеспечения деятельности ЦДМ. 

К необходимым расходам ответчика также относятся расходы на компенсационные выплаты в связи с досрочным расторжением трудовых договоров по соглашению с сотрудниками ответчика, поскольку расторжение трудовых договоров с этими лицами было вынужденным и вызванным действиями самого истца, расторгшим Договор с ответчиком. Поскольку ответчик после расторжения истцом Договора с ним больше не осуществлял деятельность по управлению ЦДМ и не нуждался в услугах этих сотрудников, нанятых исключительно для развития ЦДМ, ответчик был вынужден расторгнуть договоры с этими сотрудниками и выплатить им компенсацию в соответствии с условиями соглашений о расторжении трудового договора и исходя из требований трудового законодательства (ст. 181.1 ТК РФ).

Таким образом, расходы на выплату заработной платы указанным сотрудникам в общем размере 30 337 290,00 руб. являлись необходимыми расходами ответчика, все дополнительно нанятые работники были заняты исключительно развитием ЦДМ. Истец не доказал, что расходы ответчика не были направлены на обеспечение интересов истца. Соответственно, указанные затраты на дополнительный персонал правомерно были возмещены ответчиком за счет доходов, полученных в июне и июле 2017 года, что полностью соответствует ст. 1023 ГК РФ. 

Кроме того, удержав из суммы доходов от доверительного управления имуществом по Договору сумму 30 337 290,00 руб. в качестве компенсации необходимых расходов доверительного управляющего, ответчик при этом не превысил предельный размер операционных расходов, который был установлен Приложением № 6 к Договору.

Истец также просит взыскать с ответчика убытки в размере 472 958,25 руб., причиненные ответчиком в связи с утратой части имущества, переданного по Договору доверительному управляющему.

Истец передал ответчику в доверительное управление имущество согласно перечню, указанному в акте приема-передачи имущества от 28.01.2016 г. Согласно п. 2.4.4. Договора стороны определили, что после прекращения Договора учредитель управления обязан принять имущество, возвращаемое доверительным управляющем, в порядке, установленном Договором.

В связи с прекращением 31.01.2017 г. Договора ответчик возвратил переданное ему истцом имущество, что подтверждается актом приема-передачи от 31.07.2017 г. Истец указывает, что после прекращения Договора ответчик вернул ему имущество не в полном объеме: ответчик не возвратил навигационную информационную стойку на смотровой площадке, планшет Samsung в подзорной трубе, съемное устройство Power NT универсальное для всех типов датчиков (18 шт.), деактиватор одноканальный (антикражное оборудование) в зоне безвитринного пространства (17шт.).

Довод Ответчика, что что в течение всего периода действия Договора все указанное имущество находилось у арендаторов помещений ЦДМ, оно было передано им истцом ранее при заключении договоров аренды (еще до заключения Договора с ответчиком), а акт приема-передачи имущества от 28.01.2016 г. носил формальный характер, был составлены для целей постановки имущества на баланс в бухгалтерском учете ответчика, однако физически имущество, о невозврате которого заявляет истец, никогда ответчику не передавалось и, соответственно, оно им не могло быть возвращено, подлежит отклонению, в связи с тем, что Ответчиком не представлено в материалы дела доказательств того, что фактически спорное имущество ответчику никогда не передавалось, что оно находилось и до настоящего момента находится у арендаторов и что истец как собственник и арендодатель помещений ЦДМ имеет реальную возможность истребовать это имущество у конкретных арендаторов.

Согласно п. 1 ст. 1022 ГК РФ доверительный управляющий, не проявивший при доверительном управлении имуществом должной заботливости об интересах выгодоприобретателя или учредителя управления, возмещает выгодоприобретателю упущенную выгоду за время доверительного управления имуществом, а учредителю управления убытки, причиненные утратой или повреждением имущества, с учетом его естественного износа, а также упущенную выгоду.

В соответствии с п. 8.6. Договора стороны определили, что при прекращении Договора в случае, если какая-либо часть имущества будет отсутствовать, за исключением возможных изменений в имуществе, если таковые будут произведены по согласованию с учредителем правления в соответствии с условиями Договора, доверительный управляющий возмещает учредителю управления его стоимость по рыночной стоимости, а также возмещает все иные убытки.

Вместе с тем, при определении размера убытков необходимо учитывать, что согласно п. 1 ст. 1022 ГК РФ убытки, причиненные утратой или повреждением имущества, переданного в доверительное управление, подлежат возмещению с учетом его естественного износа.

По утверждению ответчика следующие не возвращенные им объекты – съемное устройство Power NT универсальное для всех типов датчиков (18 шт.), деактиватор одноканальный (антикражное оборудование) в зоне безвитринного пространства (17 шт.)) – являются малоценными, поскольку их стоимость за единицу ниже 40 тыс. руб. В соответствии с действующими стандартами бухгалтерского учета такого рода объекты должны быть списаны на расходы истца, т.к. полностью амортизированы (приказ Минфина России от 30.03.2001 N 26н "Об утверждении Положения по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01" (Раздел I, пункт 5)). Однако в подтверждение данного довода ответчиком  в материалы дела не представлены документы, подтверждающие фактическое списание этого имущества в расход и получение ответчиком в соответствии с п. 8.6. Договора согласия на внесение таких изменений в состав имущества, переданного в управление по Договору.

Однако суд принимает во внимание, что представленный истцом расчет размера убытков в связи с утратой имущества не учитывает, что эти объекты (навигационная информационная стойка на смотровой площадке, планшет Samsung в подзорной трубе, съемное устройство Power NT универсальное для всех типов датчиков (18 шт.), деактиватор одноканальный (антикражное оборудование) в зоне безвитринного пространства (17 шт.)) подвергались износу в период действия Договора и нахождения этого имущества у ответчика, в связи с чем их стоимость следует рассчитывать с учетом амортизации на основании п. 1 ст. 1022 ГК РФ. 

В свою очередь ответчиком в материалы дела представлен контррасчет по размеру убытков, в соответствии с которым сумма остаточной стоимости всех этих объектов с учетом износа составляет 196 907,78 руб. 

На основании вышеизложенного суд соглашается с представленным контррасчетом ответчика, истцом возражений по расчету ответчиком размера убытков также не заявлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ответчиком подлежат возмещению истцу убытки в размере 196 907,78 руб. в связи с утратой части переданного по Договору в доверительное управление имущества.

На основании вышеизложенного, исковые требования подлежат частичному удовлетворению в сумме 196 907,78 руб.

Государственная пошлина распределяется в соответствии со ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

Руководствуясь ст.ст.12, 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации,  ст.ст. 4,65, 71,110, 123, 167 - 171, 176, 180,182 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «АНН РИТЕЙЛ» (ОГРН 

<

***>) в пользу Акционерного общества «Лубянка-Девелопмент» (ОГРН 

<

***>) 196 907руб. 78коп. (сто девяносто шесть тысяч девятьсот семь рублей 78коп.) убытков, а также 18 774 руб. (Восемнадцать тысяч семьсот семьдесят четыре рубля) – государственной пошлины.

В остальной части иска – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Решение направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет". По ходатайству копии решения на бумажном носителе могут быть направлены в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд  заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

 

Судья                                                                                      К.М.Хабарова