﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-3896/2021

Дело № А57-20076/2019

г. Казань

26 мая 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 мая 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Гильмановой Э.Г.,

судей Топорова А.В., Савкиной М.А.,

при участии представителей:

истца – Шапкиной О.В., доверенность от 20.05.2019 № 191,

ответчика – директора Вильданова А.А., лично (паспорт), Приказ от 25.01.2019 № 1,

в отсутствие:  

третьего лица – извещено надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Богородскнефть»

на решение Арбитражного суда Саратовской области от 23.12.2020 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2021

по делу № А57-20076/2019

по исковому заявлению публичного акционерного общества «Богородскнефть» (ОГРН 1026403352546, ИНН 6454040855) к обществу с ограниченной ответственностью «Московская компания «Ойл Плюс» (ОГРН 1191690007816, ИНН 1632017522) о взыскании 9 355 498,87 руб.,

и по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Московская компания «Ойл Плюс» (ОГРН 1191690007816, ИНН 1632017522) к публичному акционерному обществу «Богородскнефть» (ОГРН 1026403352546, ИНН 6454040855) о взыскании 5 415 180,20 руб.,

с участием третьего лица: общества с ограниченной ответственностью «Торгово-производственная компания «Современные сервисные технологии»,

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество «Богородскнефть» (далее – ПАО «Богородскнефть», истец) обратилось в Арбитражный суд Саратовской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Московская компания «Ойл Плюс» (далее – ООО «МК «Ойл Плюс», ответчик) о взыскании 8 741 456,51 руб., в том числе 5 880 353,43 руб. убытков, понесенных в связи с ликвидацией последствий повреждения буровой установки 1600/100, 154 759,25 руб. неустойки за просрочку выполнения работ по договору на строительство скважины от 29.03.2019 № 29-03/1ПД-2019 за период с 20.04.2019 по 14.05.2019 на основании пункта 8.10.1 названного договора, 2 706 343,83 руб. неосновательного обогащения, составляющего стоимость неотработанного аванса по названому договору (с учетом приятых судом уточнений по иску).

ООО «МК «Ойл Плюс», в свою очередь, обратилось в Арбитражный суд Саратовской области со встречным иском к ПАО «Богородскнефть» о взыскании 5 730 182,49 руб. задолженности по оплате выполненных работ по договору на строительство скважины от 29.03.2019 № 29-03/1ПД-2019 (с учетом принятых судом уточнений по иску).

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 23.12.2020, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2021, в удовлетворении первоначального иска отказано.

Встречный иск удовлетворен частично. С ПАО «Богородскнефть» в пользу ООО «МК «Ойл Плюс» взыскано 4 326 593,36 руб. задолженности по оплате выполненных работ по договору на строительство скважины от 29.03.2019 № 29-03/1ПД-2019.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, истец обратился в арбитражный суд с кассационной жалобой, в которой просит принятые по делу судебные акты отменить в части отказа в удовлетворении первоначального иска и частичного удовлетворения встречного иска, направить дело в указанной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области.

Заявитель в кассационной жалобе ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Проверив законность принятых по делу судебных актов по правилам главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее ? АПК РФ), изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не находит правовых оснований к их отмене.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 29.03.2019 ПАО «Богородскнефть» (генеральный подрядчик) и ООО «МК «Ойл Плюс» (субподрядчик) заключили договор на строительство скважины № 29-03/1ПД-2019, в соответствии с условиями которого субподрядчик принял на себя обязательства выполнить по заданию генерального подрядчика работы по строительству поисково-оценочной скважины № 1 Ильинской площади. Работы по строительству поисково-оценочной скважины № 1 Ильинской площади производятся с применением собственного оборудования и материалов, а также материалов и оборудования, принадлежащих субподрядчику, субподрядчик обладает необходимым персоналом и производственным опытом для выполнения работ по строительству скважины, поэтому стороны договорились: а) общее руководство работами по договору осуществляет генеральный подрядчик. Субподрядчик выполнит работы по строительству, указанные в геолого-техническом наряде и/или в техническом задании генерального подрядчика в соответствии с условиями договора, исполнительной и проектной документации;  б) генеральный подрядчик обеспечит субподрядчику необходимые условия, предусмотренные настоящим договором, и оплатит надлежащим образом выполненные работы.

Согласно пункту 1.5 договора сроки выполнения работ согласуются сторонами и закрепляются в графике выполнения работ по строительству скважины (Приложение № 2).

На основании пункта 1.6 договора субподрядчик обязан приступить к выполнению работ в соответствии с графиком выполнения работ (Приложение № 2) не позднее 3 рабочих дней со дня выполнения одновременно следующих условий: поступления авансового платежа в соответствии с пунктом 3.3.1. договора; передачи по акту приема-передачи проектной документации на производство работ (Приложение № 4); передачи по акту приема ? передачи бурового станка и оборудования (Приложение № 5); передачи по акту приема-передачи площадки для производства работ (Приложение № 6).

Стоимость выполняемых работ по договору согласована и утверждена сторонами договора в Приложении № 1, являющемся неотъемлемой частью договора.

На основании пункта 3.3.1 договора генеральный подрядчик перечислил субподрядчику авансовый платеж в размере 3 608 543,03 руб., что подтверждается платежными поручениями.

Согласно акту приема-передачи буровой установки, бурового и энергетического оборудования и жилого городка от 09.04.2019 субподрядчик принял от генерального подрядчика буровую установку БУ-1600/100 ДГУ, заводской номер 69. Из данного акта следует, что по состоянию на 09.04.2019, буровая установка БУ-1600/100 ДГУ, заводской номер 69, не была укомплектована полностью, поэтому субподрядчик, руководствуясь пунктом 5.19 договора, направил в адрес генерального подрядчика письмо с просьбой доукомплектовать буровую установку, что подтверждается письмами от 12.04.2019 № 8, от 30.04.2019 № 17.

Таким образом, субподрядчик смог приступить к бурению только через 12 дней с даты заключения договора.

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, в том числе из суточных сводок, следует, что работы по договору выполнялись следующим образом: представители сторон договора составили акт от 12.04.2019 о начале бурения. Спуск эксплуатационной 426 мм обсадной колонны в скважину был произведен 13.04.2019, произведены заливка (цементирование) и ее крепление. Бурение ствола скважины под 324 мм обсадную колонну начато 14.04.2019. Окончено бурение под обсадную колонну при глубине 107 м 25.04.2019, произведена подготовка ствола скважины к спуску обсадной колонны. Спуск 324 мм обсадной колонны на глубину 107 м произведен 26.04.2019, но обсадная колонна не дошла 5 м до глубины проектного забоя (107 м) из-за осыпания стенок скважины, что является геологическим осложнением.

Представитель генерального подрядчика инженер-технолог Суринский М.И. принял решение произвести полный подъем 324 мм обсадной колонны, о чем в вахтовом журнале от 27.04.2019 свидетельствует его запись, выполненная собственноручно.

Затем полный подъем 324-мм обсадной колонны произведен 27.04.2019, собрана КНБК для переподготовки ствола. При подъеме компоновки низа бурильной колонны (далее – КНБК) с глубины 107 м 28.04.2019 на глубине 97,5 м был получен прихват бурильного инструмента, о чем составлен акт о прихвате бурильного инструмента на скважине № 1 Ильинской площади.

План работ по ликвидации прихвата бурильного инструмента на скважине № 1 Ильинской площади составлен 29.04.2019. Данный план был согласован с представителем генерального подрядчика ? начальником производственно-технического отдела Земляновым А.А.

Бригада субподрядчика с 27.04.2019 по 04.05.2019 занималась ремонтом бурильного оборудования.

В ходе выполнения работ, согласно вышеуказанному плану, в процессе расхаживания бурильного инструмента (при ликвидации прихвата КНБК) 04.05.2019 произошла деформация I и III секции бурильной установки 1600/100.

Согласно акту об инциденте с наземным буровым оборудованием на скважине от 04.05.2019 дальнейшие работы по скважине были приостановлены для комиссионного разбора произошедшего инцидента.

Представители сторон 05.05.2019 провели расследование по выявлению деформирования третьей верхней и первой нижней левой секции бурового станка БУ-1600/100, по результатам расследования составлен протокол по расследованию и выявлению причин производственной аварии на скважине от 05.05.2019 и акт по расследованию и выявлению причин производственной аварии на скважине от 05.05.2019. В ходе расследования было установлено, что на буровой установке имеется несоответствие заводского исполнения и присутствие приваренных пластин с левой стороны первой секции, отсутствуют ребра жесткости по бокам и верхней части, а также видны следы проведения сварочных работ (нерегламентированный ремонт). Комиссия пришла к выводу, что для установления причины аварии следует провести экспертизу.

Между тем, представители генерального подрядчика отказались от подписания протокола, но Якуповым А.Х. (заместителем директора по бурению ПАО «Богородскнефть») собственноручно были занесены замечания в протокол, что подтверждает участие представителей генерального подрядчика, как при проведении расследования по выявлению деформирования третьей верхней и первой нижней левой секции бурового станка БУ 1600/100, так и при составлении протокола по расследованию и выявлению причин производственной аварии на скважине от 05.05.2019 и акта по расследованию и выявлению причин производственной аварии на скважине от 05.05.2019.

На основании совместного осмотра был составлен и согласован с представителем генерального подрядчика план работ по скважине от 08.05.2019, согласно которому субподрядчик обязан был 13.05.2019 приступить к выполнению работ по демонтажу буровой установки с помощью автокрана «Либхекр» грузоподъемностью 160 тонн.

ООО «СМУ ВПМ» (специализированная организация по предоставлению услуг спецтехники) и ООО «МК «Ойл Плюс» (субподрядчик) заключили договор об оказании услуг специализированной автотранспортной техники от 08.05.2019. Субподрядчик подал заявку на предоставление автокрана «Либхекр» грузоподъемностью 160 тонн на период с 14.05.2019 по 15.05.2019.

ООО «МК «Ойл Плюс» на основании счета от 08.05.2019 № 254 осуществило предоплату в сумме 322 200 руб. на счет ООО «СМУ ВПМ», что подтверждается платежным поручением от 13.05.2019№ 55.

Письмом от 13.05.2019 № 23 генеральному подрядчику было направлено письменное уведомление о предоставлении автокрана.

Вместе с тем, 14.05.2019 в районе выполнения работ пошли проливные дожди, и заезд автокрана грузоподъемностью 160 тонн до объекта производства работ по полевой дороге (12 км) стал невозможен, о чем ООО «СМУ ВПМ» письменно уведомило субподрядчика.

Письмом от 15.05.2019 № 24 субподрядчик просил генерального подрядчика согласовать экспертную организацию (ООО «НТЦ» ЭКОПРО») для установления причин аварии (деформирования буровой установки).

Однако, 15.05.2019 вместо согласования экспертной организации, субподрядчик получил от генерального подрядчика уведомление о расторжении договора на строительство скважины от 29.03.2019 № 29-03/1ПД-2019, в качестве основания сославшись на пункт 2.9 договора: если во время выполнения работ станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, генеральный подрядчик вправе назначить субподрядчику разумный срок для устранения недостатков, и при неисполнении субподрядчиком в назначенный срок этого требования генеральный подрядчик вправе отказаться от договора либо поручить исправление работ другому лицу за счет субподрядчика, а также потребовать возмещения убытков.

ПАО «Богородскнефть» в обоснование первоначального иска указывает, что инцидент по прихвату бурового инструмента, а также повреждение буровой установки 1600/100 произошли по вине субподрядчика, поскольку явились результатом некачественного выполнения работ ООО «МК «Ойл Плюс» и как следствие ПАО «Богородскнефть» понесло убытки, а именно: на приобретение вышки буровой установки, на транспортировку вышки буровой установки, на оплату работы буровой бригады по ликвидации последствий повреждения буровой установки и по ликвидации прихвата.

ООО «МК «Ойл Плюс», возражая против удовлетворения иска, указало, что инцидент по прихвату бурового инструмента, а также повреждение буровой установки 1600/100 произошли не по вине субподрядчика, следовательно, убытки не подлежат возмещению субподрядчиком. Кроме того, ответчик заявил встречный иск о взыскании с истца задолженности по оплате выполненных работ по спорному договору.

Разрешая спор, суды предыдущих инстанций руководствовались положениями статей 12, 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 1 – 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» и исходили из следующего.

В ходе рассмотрения дела судом по делу была назначена комиссионная судебная экспертиза, производство которой поручено ООО «Научно-исследовательский институт экспертизы», обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственная экспертная компания «ОРТИС», по результатам которой были представлены отдельные заключения.

Оценив выводы экспертов ООО «Научно-исследовательский институт экспертизы» по правилам статьи 71 АПК РФ, суды пришли к выводу о том, что экспертами не в полном объеме и недостаточно ясно раскрыты поставленные на разрешение вопросы.

Экспертное заключение ООО «Научно-производственная экспертная компания «ОРТИС» признано судами соответствующим требованиями статей 82, 83, 86 АПК РФ, так как в нем отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения.

Проанализировав представленные в материалы дела заключения экспертов в совокупности с имеющимися в материалах дела доказательствами, суды пришли к выводу, что причиной инцидента по прихвату бурового инструмента на скважине № 1 Ильинской площади, произошедшего 28.04.2019, явился обвал горных пород со стенок скважины. Это подтверждается тем, что инцидент произошел во время подъема инструмента из скважины на расстоянии 25 м от забоя, после полного поглощения бурового раствора. В результате полного поглощения бурового раствора гидростатическое давление в скважине снизилось, а, следовательно, снизилось и противодавление бурового раствора на стенки скважины, это и привело к обвалу горных пород.

Поглощение бурового раствора возникают по причине превышения гидродинамического и гидростатического давления столба жидкости в скважине над пластовым давлением. Устойчивость стенок скважины так же зависит от гидростатического давления в скважине, которое создается буровым раствором соответствующей плотности. Другими словами, в данных условиях снижение плотности бурового раствора будет приводить к обвалообразованию, а увеличение плотности приведет к его поглощению. На устойчивость стенок скважины в таких условиях существенное влияние оказывает временной фактор: именно сокращение времени на бурение скважины играет решающую роль в условиях одновременного поглощения и обвалообразования.

В рассматриваемом случае на бурение в интервале 35-107 м сложенного, в основном, мягкими породами (песок 50%, суглинок 30%, глина 20%) было затрачено 11 суток (при плановой продолжительности бурения и крепления интервала 35-107 м 7 суток, из них более 120 часов составили простои по различным причинам, что, несомненно, повлияло на устойчивость стенок скважины и обрушению горной породы.

Устанавливая причины простоев в работе буровой бригады, суды указали следующее.

Субподрядчик пояснил суду, что согласно пунктам 1.6, 5.10 договора генеральный подрядчик передает субподрядчику оборудование надлежащего качества, работоспособное, прошедшее дефектоскопию. Ресурс наработки на отказ оборудования и бурильного инструмента должен соответствовать сроку строительства скважины.

Вместе с тем, с 01.04.2019 по 10.04.2019 буровая бригада субподрядчика, находясь на скважине, занималась подготовительными работами, в том числе ремонтом, чисткой оборудования, которое было передано генеральным подрядчиком субподрядчику, при том, что к работам по бурению ствола скважины субподрядчик еще не приступал. В момент приемки оборудования субподрядчик не мог проверить его полную работоспособность в связи с тем, что работоспособность некоторого оборудования возможно проверить только при наличии создания определенных условий (давления, нагрузки, мощность и т. п.), а это возможно сделать только в ходе выполнения работ. Данный факт подтверждается соответствующими записями в буровом журнале субподрядчика, а также в суточных сводках, переданных субподрядчиком в адрес генерального подрядчика за периоды с 01.04.2019 по 10.04.2019, с 29.04.2019 по 03.05.2019.

Согласно акту от 20.04.2019 о выходе из строя дизельной электростанции – 200 (далее ? ДЭС-200), акту приема-передачи ДЭС-200 от 20.04.2019, акту от 21.04.2019 о выходе из строя ДЭС-200, накладной от 21.04.2019 на получение ДЭС-200 субподрядчиком, сводок за период с 20.04.2019 по 21.04.2019 ? генеральный подрядчик передавал субподрядчику ДЭС-200 два раза, при этом, оба раза ненадлежащего качества, в результате чего, субподрядчик по вине генерального подрядчика с 20.04.2019 по 21.04.2019 находился в простое.

В этой связи, суд указал на ненадлежащее исполнение генеральным подрядчиком своих обязательств в части обеспечения субподрядчика оборудованием надлежащего качества.

Судами также приняты во внимание вывода эксперта о том, что к причине полного поглощения, и, как следствие, к обвалообразованию, нужно отнести то, что как кондуктор не дошел до проектной глубины, он был поднят на поверхность. При проведении подобной операции происходит механическое удаление фильтрационной корки муфтами обсадной колонны, которая образовывается во время бурения, а значит и поглощение бурового раствора неизбежно.

Вместе с тем, судами установлено, что в материалах дела имеется буровой журнал, где согласно записи от 27.04.2019, сделанной ведущим инженером-технологом публичного акционерного общества «Богородскнефть» Суринским М.И., буровой бригаде рекомендовано поднять ОК-324, проработать ствол скважины к повторному спуску ОК-324 мм.

Довод ПАО «Богородскнефть» о том, что причиной инцидента по прихвату бурильного инструмента стало несоответствие параметров рабочего бурового раствора требованиям проектной документации для скважины, отклонен судами, как опровергающийся материалами дела, в том числе экспертным заключением (ООО «Научно-производственная экспертная компания «ОРТИС»), согласно которому используемые ООО «МК «Ойл Плюс» на скважине № 1 Ильинской площади, отличались от указанных в проекте, но эти отклонения (уменьшение плотности раствора) способствовали снижению интенсивности поглощения бурового раствора, но, как уже указывалось выше, не смогли исключить его полностью. Интервал 35-107 м не удалось пробурить ни при проектных параметрах бурового раствора, ни при сниженных значениях плотности. Изменение параметров бурового раствора не могло явиться причиной инцидента по прихвату бурового инструмента.

Довод ПАО «Богородскнефть» об отсутствии шаблонирования ствола скважины перед спуском обсадной колонны диаметром 324 мм, что явилось одной из причин инцидента по прихвату бурового инструмента, также отклонен судами, поскольку в материалах дела имеется акт о готовности к спуску ОК-324 от 26.04.2019, составленный и подписанный инженером по бурению ООО «ЮКОЛА-нефть» Котельниковым Л.В., в котором указано, что перед спуском ОК-324 отсутствуют механические ключи для крепления обсадной трубы диаметром 324 мм и неисправна вспомогательная лебедка.

Кроме того, ПАО «Богородскнефть» представило в материалы дела служебную записку ведущего инженера-технолога Суринского М.И., в которой он указывает, что при спуске ОК-324 мм было допущено нарушение технического регламента, а именно недокрепление двух резьбовых соединений и заваривание их электросваркой.

Судами принято во внимание, что согласно суточной сводке от 25.04.2019 скважина была пробурена до глубины 106,7 м и сделан подъем КНБК; суточной сводке от 26.04.2019 был произведен спуск с добавлением в КНБК калибратора КЛС 393, что увеличило жесткость КНБК в целом. Спуск КНБК с КЛС 393 прошел без посадок. Данный спуск не отмечен в сводке, как шаблонировка, но включение в КНБК калибратора 393 мм на это указывает. Подбуривание скважины до глубины 107 м было произведено 26.04.2019 после спуска, т.е. было пробурено всего 30 см. Бурение 30 см заняло 1 час 15 минут, после чего была произведена промывка в течение 45 минут. Этого времени (2 часа) достаточно для удаления шлама выбуренной породы с интервала 106,7-107 м. Подъем КНБК также прошел без затяжек. Кроме того, посадка при спуске ОК 324 мм произошла на глубине 97,5 м, что гораздо выше бурения последнего интервала (106,7 – 107 м).

Таким образом, данный факт свидетельствует о том, что в части «чистоты» ствол скважины был готов к спуску обсадной колонны 324 мм, о чем свидетельствует и то обстоятельство, что после посадки колонны на глубине 102 м она была поднята «чисто», без затяжек.

Отклоняя довод ПАО «Богородскнефть» о том, что на площадке буровых работ не было в достаточном количестве химических реагентов, как того требуют правила, установленные пунктом 217 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности в нефтяной и газовой промышленности» (ФНИ ПБНГП), в связи с чем субподрядчиком большое количество времени тратилось на завоз химических реагентов на скважину, суды, с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, указали, что по состоянию на 17.04.2019 (первый простой по причине отсутствия химических реагентов) объем бурового раствора, находящийся у субподрядчика, соответствовал объему бурового раствора, указанному в проектной документации, программе по буровым растворам ООО «ТПК ССТ» и требованиям, установленным пунктами 217, 295 ФНИ ПБНГП.

Последующий простой субподрядчика в связи с отсутствием химических реагентов был из-за полного поглощения бурового раствора и невозможностью его ликвидировать способами, предусмотренными проектной документацией. Данный вывод также содержится в экспертном заключении ООО «Научно-производственная экспертная компания «ОРТИС».

Довод ПАО «Богородскнефть» о том, что по вине субподрядчика буровая бригада находилась в простое в связи с ожиданием химических реагентов для приготовления бурового раствора и ремонтом оборудования, что усугубило ситуацию и аварию, отклонен судами со ссылкой на экспертное заключение, которым установлено, что отсутствие станции ГТИ не позволило контролировать процесс бурения, что также явилось причиной инцидента. Несмотря на то, что станция ГТИ предусмотрена проектной документацией в интервале 619-1425 м, это не отменяет действие и соблюдение пункта 181 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности в нефтяной и газовой промышленности». Причиной деформации секций вышки буровой установки БУ-1600/100 ДГУ № 69 явился износ элементов вышки больше допустимого.

Оценив материалы дела и представленные в него доказательства, с учетом возражений лиц, участвующих в деле, а также выводов экспертного заключения ООО «Научно-производственная экспертная компания «ОРТИС», суды пришли к выводу о том, что генеральный подрядчик не представил доказательства того, что в результате неправомерных действий субподрядчика ему были причинены убытки.

Напротив, экспертное заключение и доказательства, представленные в материалы дела, подтверждают отсутствие вины субподрядчика в причинении истцу убытков.

Судами также принято во внимание, что генеральный подрядчик, ссылаясь на вину субподрядчика в причинении ему убытков, не обратился с ходатайствами о вызове экспертов в судебное заседание или о назначении по делу повторной или дополнительной судебной экспертизы.

В этой связи, принимая во внимание, что истец вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не доказал наличие и размер убытков, факт ненадлежащего исполнения договорных обязательств субподрядчиком (вину субподрядчика), причинно-следственную связь между наступлением убытков и ненадлежащим исполнением обязательств субподрядчиком, суды отказали во взыскании с субподрядчика в пользу генерального подрядчика убытков и неустойки за просрочку выполнения работ по спорному договору.

Истец также просил взыскать с ответчика 2 706 343,83 руб. неосновательного обогащения, составляющего стоимость неотработанного аванса по названому договору.

Согласно пункту 3.5 договора оплата за дополнительные работы, не предусмотренные сметой, выполняемые субподрядчиком, включая, но, не ограничиваясь осложнениями по геологическим причинам, работы по ликвидации скважины и т. д.) производятся, на основе посуточной оплаты, исходя из расчета стоимости суток работы буровой бригады (Приложение № 3 к договору).

В соответствии с пунктом 5.39 договора субподрядчик имеет право, если встречается одно или более условий, не предусмотренных проектной документацией (водопроявления, аномальное давление, уголь, осыпание стенок скважины, естественное искривление и т. д.), что делает проведение работ сложным или опасным, субподрядчик, уведомив об этом генерального подрядчика, получает право приостановить проведение работ, или, по согласованию с генеральным подрядчиком, обеспечить выполнение работ, не предусмотренных проектной документацией, которые обеспечат наиболее безопасные условия.

Абзац 2 пункта 6.5 договора предусматривает, что генеральный подрядчик обязан в полной мере возместить субподрядчику затраты, связанные с ликвидацией осложнений, вызванных геологическими условиями вскрываемых горных пород, при выполнении работ по строительству скважины, не предусмотренных проектной документацией.

Согласно пункту 3.11.1 договора без ущерба иным положениям настоящего договора стороны договариваются, что виновная за простой буровой бригады сторона определяется комиссией, которая состоит из представителей генерального подрядчика (2 человека) и субподрядчика (2 человека), с составлением акта и подписанием его всеми членами комиссии. Отказ от подписания акта не допускается.

Пунктом 3.12 договора предусмотрено, что простой буровой бригады по вине генерального подрядчика оплачиваются за счет генерального подрядчика.

В соответствии с пунктом 13.7 договора генеральный подрядчик оплачивает субподрядчику фактические затраты всех работ, проводимых под руководством генерального подрядчика, предъявленных субподрядчиком за аварийный период, на основании соответствующих доказательств, за исключением тех случаев, когда все эти работы или часть таких работ были вызваны по вине субподрядчика.

Согласно представленному субподрядчиком расчету, общая стоимость фактических выполненных работ и затрат по заключенному договору составила 9 338 725,52 руб., с учетом авансового платежа генерального подрядчика в сумме 3 608 543,03 руб. (платежное поручение от 02.04.2019 № 606 на сумму 2 000 000 руб., платежное поручение от 04.04.2019 № 614 на сумму 1 608 543,03 руб.). Остаток задолженности составляет 5 730 182,49 руб.

Письмом от 22.05.2019 субподрядчик направил генеральному подрядчику финансовые документы по выполнению работ на строительство скважины за период с 30.03.2019 по 15.05.2019: акт от 22.05.2019 № 7 на сумму 12 067 646,44 руб., акт о приемке выполненных работ от 15.05.2019 № 1 по форме № КС-2, справку о стоимости выполненных работ и затрат от 15.05.2019 № 2 по форме № КС-3, счет на оплату от 22.05.2019 № 7 на сумму 8 459 103,41 руб., счет-фактуру от 22.05.2019 № 7 на сумму 12 067 646,44 руб.

Генеральный подрядчик не принял вышеуказанные документы к оплате, ссылаясь на нарушение субподрядчиком договорных обязательств по первому этапу строительства скважины, что подтверждается письмом от 27.05.2019 № 367.

Субподрядчик заявил требование о взыскании задолженности за выполненные работы по первому этапу в сумме 2 486 228,17 руб., в том числе 1 082 639,04 руб. за подготовительные работы к бурению, бурение и крепление под 426 мм направление 35 м, 1 403 589,13 руб. (в том числе НДС) за иные работы по выполнению первого этапа.

Субподрядчик настаивает на том, что объем работ по первому этапу, выполненный им в соответствии с условиями договора, имеет для генерального подрядчика «Богородскнефть» потребительскую ценность, скважина была добурена и используется по функциональному ее назначению.

Оценив и исследовав материалы дела, суды установили, что стороны заключили договор подряда с фиксированной (твердой) ценой. Твердая цена включает в себя все затраты подрядчика, в том числе: на буровой раствор, дизельное топливо, работу техники, простои и т.д. Стоимость работ складывается, исходя из сметного расчета (Приложение № 1), составленного на основании технического задания, проектной документации и является фиксированной (пункт 3.1.1 договора).

Согласно пункту 1.3 договора сторонами может быть согласована дополнительная потребность в выполнении работ, не предусмотренных сметным расчетом стоимости строительства (Приложение № 1).

Перечень, объемы и стоимость дополнительных работ, сроки их выполнения согласуются сторонами путем подписания дополнительного соглашения к настоящему договору.

Рассчитанные субподрядчиком дополнительные затраты на выполнение первого этапа работ противоречат условиям договора. Стоимость первого этапа работ установлена в твердой сумме. Перечисленные субподрядчиком в уточнении к встречному исковому заявлению работы по первому этапу не являлись дополнительными работами, соответственно к ним не применяется Приложение № 3 договора. Иной расчет стоимости фактически выполненных работ по первому этапу за монтаж ПВО, бурение и крепление под 324 мм кондуктор, соответствующий условиям договора, субподрядчиком не представлен.

С учетом изложенного, суды пришли к выводу о том, что подлежат оплате субподрядчику работы за выполнение первого этапа работ по договору в размере 1 082 639,04 руб. (в том числе НДС) за ? подготовительные работы к бурению, бурение и крепление под 426 мм направление 35 м.

Кроме того, субподрядчиком заявлены требования о взыскании дополнительных расходов при выполнении работ по договору в размере 6 852 497,35 руб.

Письмом от 22.04.2019 № 12 субподрядчик уведомил генерального подрядчика о полном поглощении БУ в интервале бурения на глубине 102 м и попросил рассмотреть возможность дальнейшего бурения на технической воде.

Письмом от 22.04.2019 № 282 генеральным подрядчиком было дано указание о продолжении бурения на буровом растворе.

Программой по буровым растворам, утвержденной торгово-производственной компанией «Современные Сервисные Технологии» в смету (Приложение № 1 к договору) был заложен объем бурового раствора в количестве 210 м3, с учетом возможных осложнений по скважине (т.е. максимально возможный объем).

Ввиду данных обстоятельств, из-за геологических осложнений, выразившихся в полном поглощении бурового раствора, из-за указаний заказчика по дальнейшему бурению скважины на буровом растворе субподрядчиком были понесены дополнительные затраты на приобретение химических реагентов для приготовления дополнительного объема бурового раствора в количестве 500 м3 на дизельное топливо, за дежурство автокрана и бульдозера.

Согласно пункту 8.7 договора генеральный подрядчик несет ответственность и производит дополнительную оплату за простои буровой бригады в ожидании субподрядчиком нанятых генеральным подрядчиком других субподрядчиков, а также поставки материалов, оборудования или распоряжений генерального подрядчика, на проведение дальнейших работ по скважине.

В соответствии с пунктом 8.8 договора генеральный подрядчик в случае аварии или простоя, вызванных неисправностью его оборудования или применением некачественных материалов, предоставляемых генеральным подрядчиком, оплачивает субподрядчику в соответствии с условиями договора работы (происшедшие в результате применения вышеуказанного оборудования или материалов) по ликвидации аварии или время простоя в ожидании поступления оборудования или материалов генерального подрядчика.

Пункт 3.12 договора предусматривает, что простой буровой бригады по вине генерального подрядчика оплачиваются за счет генерального подрядчика.

В соответствии с пунктом 13.5 договора все аварии, когда их причиной не является какое-либо нарушение со стороны субподрядчика, что подтверждается двухсторонним актом (субподрядчик строго выполнял все требования проекта строительства скважин), оформляются и оплачиваются генеральным подрядчиком, также как и осложнение.

На основании пункта 13.7 договора генеральный подрядчик оплачивает субподрядчику фактические затраты всех работ, проводимых под руководством генерального подрядчика, предъявленных субподрядчиком за аварийный период, на основании соответствующих доказательств, за исключением тех случаев, когда все эти работы или часть таких работ были вызваны по вине субподрядчика.

Согласно Приложению № 3 к договору стоимость 1-х суток работы буровой бригады составляет 103 728,68 руб., в том числе НДС (20 %).

Буровая бригада субподрядчика находилась на скважине 45 дней (заехала 01.04.2019, съехала 15.05.2019), из них 11 дней выполняла работы по первому этому, указанные и согласованные в Приложении № 1 к договору, 34 дня из них: 8 дней выполняла дополнительные работы, возникшие из-за геологического осложнения в скважине (поглощение), 15 дней выполняла работы, связанные с ремонтом некачественного оборудования генерального подрядчика, переданного субподрядчику, простоем бригады в ожидании доукомплектации генеральным подрядчиком оборудования (с 01.04.2019 по 10.04.2019, с 29.04.2019 по 03.05.2019), 11 дней выполняла работы, связанные с ликвидацией аварии от 04.05.2019.

Таким образом, заработная плата буровой бригады составила 3 526 775,12 руб.

Согласно акту об инциденте с наземным буровым оборудованием на скважине от 04.05.2019 дальнейшие работы по скважине были приостановлены для комиссионного разбора произошедшего инцидента.

В связи с расторжением договора генеральным подрядчиком субподрядчик также понес дополнительные затраты в размере 1 474 971,71 руб., возникшие в связи с простоем тампонажной техники, прибывшей на скважину для выполнения работ по цементированию обсадной колонны (324 мм), что подтверждается договором на выполнение тампонажных работ от 12.04.2019 № СБК/ТР/40/19, заключенным субподрядчиком и ООО «СБК-ТЕХНОСЕРВИС», Приложением № 1 к договору, универсальным передаточным документом от 30.04.2019 № 160 на сумму 1 176 576,35 руб., универсальным передаточным документом от 07.05.2019 № 173 на сумму 298 395,36 руб., актами № 281 за период с 25.04.2019 по 30.04.2019, № 320 за период с 01.05.2019 по 03.05.2019.

Учитывая, что из материалов дела и заключения экспертизы следует отсутствие вины субподрядчика в прихвате бурового инструмента и разрушении секций вышки БУ, суды пришли к выводу, что затраты на устранение аварии подлежат оплате генеральным подрядчиком субподрядчику.

Стоимость дополнительных затрат составила 6 852 497,35 руб. с НДС. Генеральный подрядчик не представлен контррасчет дополнительных затрат субподрядчика, произведенный в соответствии с условиями договора.

Поскольку работы были частично оплачены генеральным подрядчиком в составе аванса (платежное поручение от 02.04.2019 № 606 на сумму 2 000 000 руб. и платежное поручение от 04.04.2019 № 614 на сумму 1 608 543,03 руб.), суды признали встречный иск подлежащим частичному удовлетворению в размере 4 326 593,36 руб., указав на отсутствие оснований для удовлетворения первоначального искового требования о взыскании с субподрядчика неосновательного обогащения, составляющего стоимость неотработанного аванса по договору на строительство скважины от 29.03.2019 № 29-03/1ПД-2019.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что заключение судебной экспертизы не является надлежащим доказательством по делу, судом округа не принимаются, поскольку из материалов дела не следует, что ПАО «Богородскнефть», не соглашаясь с выводами эксперта, заявляло ходатайство о проведении повторной или дополнительной экспертизы.

В силу статьи 9 АПК РФ участвующие в деле лиц несут риск совершения или не совершения процессуальных действий.

Фактически доводы, изложенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о незаконности обжалованных судебных актов, не опровергают выводов судебных инстанций, противоречат представленным в материалы дела доказательствам, направлены на иную оценку доказательств по делу и переоценку выводов судов, что не отнесено процессуальным законодательством к полномочиям суда округа.

При изложенных выше обстоятельствах, судебной коллегией суда округа правовые основания для удовлетворения поданной по делу кассационной жалобы не установлены.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 23.12.2020 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2021 по делу № А57-20076/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                              Э.Г. Гильманова

 

Судьи                                                                                                                      А.В. Топоров

 

                                                                                                                      М.А. Савкина