ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-123/2022

15 декабря 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 декабря 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 15 декабря 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе 

председательствующего Ракчеевой М.А., 

судей Изотовой С.В., Тарасовой М.В.,                     

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Сантан Вуд» ФИО2 (доверенность от 22.02.2022), от общества с ограниченной ответственностью «Комплексное автотехобслуживание» ФИО3 (доверенность от 01.02.2022),

рассмотрев 08.12.2022 в открытом судебном заседании апелляционную жалобу на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.05.2022 по делу № А56-123/2022, 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Сантан Вуд», адрес: 190121, Санкт-Петербург, Мастерская ул., д. 9, лит. А, оф. 106, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ООО «Комплексное автотехобслуживание», адрес: 196084, Санкт-Петербург, Малая Митрофаньевская ул., д. 3, корп. 1, лит. А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), о взыскании 7 354 937 67 коп. ущерба, причиненного в результате пожара, а также 105 016 руб. 13 коп. излишне оплаченной арендной платы. 

Решением от 05.05.2022 в иске отказано. 

Не согласившись с названным судебным актом, Общество обратилось в апелляционный суд с жалобой на решение суда первой инстанции, в которой оно просило полностью отменить данный судебный акт и удовлетворить заявленные требования.

Как указывает податель жалобы, то обстоятельство, что ангар использовался истцом для хранения и обработки пиломатериалов, не доказывает, что пожар возник именно по причине противоправных действий истца; деятельность, для ведения которой истец использовал ангар, не привела к пожару, что однако не было учтено судом первой инстанции; также суд первой инстанции не принял во внимание, что при приемке ангара истцом проводился лишь его наружный осмотр, тогда как документы, подтверждающие надлежащее состояние электропроводки в здании, ответчиком не представлялись; вина ответчика за произошедший пожар подтверждается также и тем, что до указанного происшествия он неоднократно привлекался к ответственности за несоблюдение правил пожарной безопасности; также именно по вине ответчика в пожарных гидрантах была отключена вода, что не позволило быстро потушить пожар в момент возгорания, когда на место происшествия прибыли работники подразделения пожарной охраны; помимо прочего судом первой инстанции не учтено также и то обстоятельство, что договор аренды ангара неоднократно перезаключался сторонами в течение длительного периода времени, при этом у ответчика не имелось каких-либо нареканий по поводу использования истцом спорного имущества под ведение конкретной деятельности; изложенное также указывает на то, что арендодателю заранее было известно о том, какие товары будут находиться в сдаваемом им в аренду ангаре; более того, истец не превышал расход электроэнергии, а значит, повышенная нагрузка на электросеть отсутствовала; в дополнение к этому податель жалобы отметил, что ответственным за электрохозяйство был штатный работник ответчика, а не истца, поскольку по условиям договора аренды ангара истец не брал на себя обязательств по обеспечению правил электрической безопасности на объекте; также сама электропроводка находилась в границах зоны ответственности ответчика в недоступном для истца месте, следовательно, ее недостатки не могли быть объективно обнаружены последним; относительно размера ущерба податель жалобы отмечает, что ответчиком не были представлены доказательства того, что указанный размер составляет иную сумму, нежели заявлена истцом. 

Помимо этого податель жалобы отметил, что судом первой инстанции не указаны основания для отказа в иске о взыскании излишне внесенной арендной платы по договору в связи с объективной невозможностью дальнейшего использования сгоревшего на тот момента ангара. 

Также судом первой инстанции было допущено нарушение норм процессуального права при приобщении к материалам дела отзыва на исковое заявление подателя жалобы и оглашении в том же судебном заседании резолютивной части обжалуемого судебного акта в отсутствие представителя истца, что фактически лишило последнего ознакомиться с позицией ответчика и заявить свои возражения несмотря на его ходатайство об отложении судебного разбирательства на иную дату, необоснованно отклоненное судом первой инстанции.

Распоряжением председателя суда от 17.08.2022 настоящее дело передано в производство судьи Ракчеевой М.А. в связи с ежегодным отпуском судьи Баженовой Ю.С. 

В ходе апелляционного производства в одном из судебных заседаний суда апелляционной инстанции по факту произошедшего 13.08.2021 пожара в спорном металлическом ангаре были допрошены старший инспектор Отдела надзорной деятельности и профилактической работы Адмиралтейского района Управления по Адмиралтейскому району ГУ МЧС России по г. Санкт-Петербургу ФИО4, старший эксперт сектора судебных экспертиз ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по городу Санкт-Петербургу ФИО5 и технический директор истца ФИО6

В настоящем судебном заседании представитель ответчика ходатайствовал о приобщении к материалам дела переписки сторон, опровергающей доводы истца относительно учета ранее ошибочно начисленной электроэнергии, не соответствующей показателям приборов учета, в счет других периодов. Представитель ответчика настаивал на том, что какой-либо ошибки в начисленной истцу электроэнергии в действительности не было, как таковая переписка о зачете этой электроэнергии с ним не велась. Апелляционный суд, посовещавшись на месте, отказывает в приобщении данных документов ввиду того, что они не отвечают признаку относимого доказательства, в том числе ввиду того периода, когда указанная переписка велась сторонами, который не имеет отношения к спорному.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Компания (арендодатель) и Общество (арендатор) 18.12.2019 заключили сроком до 30.11.2020 договор № 05/су6-19 аренды крытой складской площадки в виде металлического ангара площадью 336 кв. м, расположенной на земельном участке с кадастровым номером 78:32:0007507512 по адресу: Санкт-Петербург, Малая Митрофаньевская ул., д. 3, корп. 1, лит. А, арендуемом Компанией по договору от 12.11.2004 № 11/ЗД-02195, для использования под осуществление складской деятельности.

Из материалов дела следует, что спорный объект является арочным ангаром полусферической формы, обшит металлическими листами по деревянной обрешетке, установлен на бетонном основании, имеет два выхода – со стороны Парфеновской ул. и со стороны Московского пр., разделен перегородками на три помещения, связанные между собой сквозным проходом без дверей, с правой стороны (со стороны Митрофаньевской ул.) имеет пристройку, также обшитую металлическими листами.

В силу пункта 1.6 договора передача арендуемого объекта по акту приема-передачи осуществляется арендодателем 31.12.2019, в связи с чем первым днем аренды считается 01.01.2020.

В подпунктах 2.1.2 и 2.1.5 договора установлено, что с момента передачи объекта арендатору и до окончания срока аренды площадки арендодатель обязуется для целей разрешенного использования объекта обеспечить его электроснабжением в необходимом объеме, а также устранять в технически возможные и разумные сроки собственными силами и за счет собственных средств неисправности, аварии и их последствия в сети электроснабжения и иных системах, обеспечивающих нормальную эксплуатацию объекта, в соответствии с границами ответственности в случаях, если такие неисправности или аварии произошли не по вине арендатора.

Подпунктом 3.1.4 договора предусмотрено, что в обязанности арендатора входит содержание складской площадки в технически исправном состоянии, соответствующем, в том числе противопожарным нормам, правилам техники безопасности, правилам пожарной безопасности, а также отраслевым правилам и нормам, действующим в отношении видов деятельности арендатора, самостоятельно и за свой счет устранять нарушения, вызванные его действиями или бездействием. 

В соответствии с подпунктом 3.1.7 договора в случае аварий внутренних и внешних сетей по вине арендатора последний обязан принимать все необходимые меры к их устранению за свой счет, а равно немедленно извещать арендодателя о всяком повреждении, аварии или ином событии, нанесшим или грозящем нанести арендуемому объекту ущерб и своевременно принимать все возможные меры по предотвращению угрозы разрушения или повреждения арендуемого объекта.

Согласно подпункту 3.1.8 договора арендатор обязан самостоятельно и за свой счет устранять последствия аварий и повреждений объекта, произошедших по его вине, а равно по вине его клиентов, посетителей, работников, контрагентов, в том числе самостоятельно и за свой счет немедленно устранять неисправности в работе оборудования и инженерных сетей в пределах акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности, а в случае, если таковой не был подписан сторонами, - устранять неисправности в работе оборудования и инженерных сетей, поврежденных из-за деятельности арендатора.  

Подпунктом 3.1.20 договора на арендатора возложена обязанность за свой счет осуществлять текущий ремонт арендуемого объекта, а равно инженерных сетей и коммуникаций.

По акту от 31.12.2019 спорный ангар передан Обществу, в этом же акте его стороны подтвердили, что передаваемая площадка соответствует требованиям эксплуатации, а равно условиям договора ее аренды и на момент подписания данного акта не требует проведения капитального ремонта, в связи с чем арендатор не имеет претензий к арендодателю относительно состояния указанной площадки. 

Дополнительным соглашением от 30.11.2020 № 1 к договору его стороны продлили срок действия договора до 31.10.2021 (включительно).

Из представленного в материалы настоящего дела постановления старшего инспектора ОНДПР Адмиралтейского р-на управления по названному р-ну ГУ МЧС России по Санкт-Петербургу от 10.09.2021 об отказе в возбуждении уголовного дела, ответственность за которое предусмотрена статьей 168 Уголовного кодекса РФ (уничтожение или повреждение чужого имущества в крупном размере, совершенные путем неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности), следует, что 13.08.2021 в утреннее время (до 6 час. 10 мин.) в арендуемом ангаре произошел пожар, в результате которого выгорела внутренняя обстановка данной крытой площадки по всей ее площади. 

В ходе проведения проверочных действий по факту случившегося пожара, включая проводившиеся федеральным государственным бюджетным учреждением «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по городу Санкт-Петербургу» две экспертизы по вопросам: имеются ли на изъятых на месте пожара медных проводах следы аварийного, пожароопасного режима работы, какому виду аварийного, пожароопасного режима работы они соответствуют; где располагался очаг пожара и что послужило непосредственной причиной пожара (заключение эксперта от 07.09.2021 № 295 и техническое заключение от 09.09.2021 № 630), уполномоченным органом установлено следующее:

- в ангаре, который использовался Обществом под складские цели, а равно для производства в нем работ по распилу, шлифовке и покраске древесины, находились пиломатериалы, деревянные изделия, деревообрабатывающие и столярные станки (форматно-раскроечный, шлифовально-калибровочный, рейсмусовый, фуговальный, токарный), которые, за исключением одного (токарного), расположенного в помещении № 1, были размещены преимущественно в помещении № 2, в нем же были установлены система фильтрации воздуха вместе с аспирационной установкой (стружкоотсосом), в пристройке к ангару находились кислородные (8 шт.) и пропановые баллоны (3 шт.);

- ангар был подключен к электричеству, внутри него имелось два электрических щитка, первый из которых был расположен в помещении № 1 (ближе к Парфеновской ул.), а второй – в помещении № 3 (ближе к Московскому пр.);

- со слов директора Общества оборудование, которое имелось в ангаре, за одну смену длительностью 8 часов потребляло около 25 кВт; чтобы не перегружать электрическую сеть, арендатором было принято решение об использовании станков в разные смены, то есть посменно;

- накануне произошедшего пожара в ангаре находилось 7 человек (директор Общества и 6 его работников), которые вели работы по обработке пиломатериалов, завершившиеся в 21 час. 00 мин., после чего ими было отключено электричество и освещение в электрощите в помещении № 1;

- следы наибольшего термического воздействия по результатам осмотра места происшествия обнаружены в центральной и южной частях помещения № 1 в непосредственной близости от расположенного в нем электрощитка, рядом с которым были найдены медные одножильные приплавленные проводники электроэнергии с полностью выгоревшей изоляцией, не имеющие по результатам проведенной экспертизы признаков аварийного, пожароопасного режима работы;

- очаговая зона пожара согласно выше упомянутому техническому заключению охватывала юго-восточную часть помещения № 1 и юго-западную часть помещения № 2, наиболее вероятной причиной пожара послужило воспламенение сгораемых материалов при тепловом проявлении электроэнергии при аварийном режиме работы электрооборудования либо участка электросети, то обстоятельство, что найденные медные провода, имеющие обрывы на концах, не имеют признаков аварийного, пожароопасного режима работы, данный вывод не опровергает, так как часть фрагментов электрооборудования со следами такого аварийного режима работы могла быть утеряна в процессе активной фазы горения или во время тушения пожара;

- в отсутствие схемы электроснабжения и распределения электропотребителей строения ангара исключение факта нахождения в очаговой зоне пожара скрытой электропроводки и электрических осветительных приборов невозможно.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящими требованиями, Общество указало, что в результате пожара ему был причинен значительный материальный ущерб, поскольку в ходе него полностью выгорело принадлежавшее ему оборудование в виде трех станков: форматно-раскроечного, рейсмусового и двухбарабанного шлифовально-калибровального на общую сумму 815 705 руб. 66 коп., а также были уничтожены материалы, используемые в производстве, на общую сумму 6 539 232 руб. 01 коп. (планкены, доски, масла, лаки и пр.), что подтверждается ведомостью амортизации и инвентаризацией запасов.

Также Общество отметило, что 27.08.2021 оно направило в адрес Компании уведомление о расторжении договора аренды ангара в связи с фактической утратой арендуемого объекта по причине произошедшего 13.08.2021 пожара, а также возврате излишне внесенных в качестве арендной платы денежных средств в размере 105 016 руб. 13 коп. 

Поскольку требования о компенсации стоимости утраченного имущества в виде оборудования и материалов, изложенные в направлявшейся в адрес Компании в ноябре 2021 года досудебной претензии, равно как и требование о возврате арендной платы, были оставлены без удовлетворения, Общество обратилось в арбитражный суд с настоящим иском со ссылкой на то, что замена электропроводки, ненадлежащее техническое состояние которой привело к возгоранию внутри ангара, относится к работам по капитальному ремонту, который по смыслу подпункта 2.1.6 договора аренды крытой площадки обязан был выполнять именно арендодатель, тогда как арендатор должен был осуществлять лишь текущий ремонт арендуемого объекта.

Возражая против заявленных требований, Компания указала, что ответственность за пожарную безопасность арендованной складской площадки в рамках заключенного сторонами договора была возложена на Общество, поскольку по смыслу положений подпунктов 3.1.4 и 3.2.20 упомянутого договора содержание спорной площадки в технически исправном состоянии, соответствующем противопожарным нормам и правилам пожарной безопасности, входило в обязанности арендатора, более того, в акте приема-передачи ангара от 31.12.2019 прямо указано, что он соответствует требованиям эксплуатации и не требует проведения капитального ремонта на момент его передачи во владение арендатора. 

Помимо прочего Компания отметила, что Общество документально не подтвердило расчет стоимости ущерба, так как представленные им документы в виде инвентаризации запасов и ведомости инвентаризации не свидетельствуют о реальном нахождении указанного оборудования и материалов в зоне пожара в ангаре по спорному адресу, изложенное подтверждается также постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором отсутствует указание на то, что среди пожарного мусора имелись остатки сгоревшего оборудования истца и прочих используемых им при производстве материалов.

В дополнение к этому Компания отметила, что Обществом были нарушены условия пользования ангаром, так как фактически последний использовался не только в складских целях, но и в целях обработки древесины, что подтверждается материалами проверки по факту пожара, размещение оборудования в виде различных станков для обозначенной цели на территории крытой площадки производилось арендатором без согласия арендодателя вопреки требованиям подпункта 3.1.16 договора, а также без установки дополнительных либо замены имеющихся автоматов защиты на электрощитах с нарушением Правил противопожарного режима в РФ, утвержденных постановлением Правительства РФ от 16.09.2020 № 1479, указанная в экспертном заключении в составе постановления об отказе в возбуждении уголовного дела причина возгорания свидетельствует о том, что спорное оборудование не было обесточено истцом по окончании рабочей смены. 

Относительно требования о взыскании излишне внесенной арендной платы ответчик указал, что оно также не подлежит удовлетворению по той причине, что лицом, ответственным за возникновение пожара, в данном случае с учетом вышеизложенных обстоятельств является именно Общество, а значит, оснований полагать, что обязательство прекратилось в связи с невозможностью его исполнения, не имеется, так как гибель объекта аренды была вызвана обстоятельством, за которое отвечает Общество, следовательно, положения статьи 416 ГК РФ не подлежат применению в рассматриваемой ситуации.

Не соглашаясь с позицией ответчика, истец представил возражения на его отзыв, в которых указал, что именно Компания не выполнила свою обязанность по предоставлению в аренду объекта, отвечающего действующим правилам пожарной безопасности, несмотря на осведомленность о том, какого рода имущество будет храниться на территории складской площадки (легковоспламеняющаяся древесина), имеющиеся у электропроводки в ангаре недостатки не были оговорены Компанией при его передаче в аренду Обществу и объективно не могли быть обнаружены последним при приеме объекта во владение и пользование. Помимо прочего Общество указало, что ангар не был оборудован пожарной сигнализацией и системой пожаротушения, также к нему не был подведен водопровод для обеспечения возможности тушения пожара, тогда как изложенное полностью подпадает под содержание понятия капитального ремонта, обязанность по проведению которого лежала всецело на Компании как арендодателе ангара. На данные недостатки сданного в аренду имущества неоднократно указывалось в актах проверки, которые проводились должностными лицами МЧС, в связи с чем Компании начиная с 2017 года выдавались предписания об устранении выявленных нарушений, которые так и не были ею исполнены, что подтверждается мероприятиями по контролю от 14.06.2016, 10.07.2017, 19.02.2018, 16.07.2018, 02.09.2019, 22.06.2020, 29.03.2021, 22.11.2021. В упомянутых предписаниях ответчику указывалось на необходимость оборудования ангаров системой оповещения о пожаре, системой эвакуации людей при пожаре, системой вытяжной противодымной вентиляции для удаления продуктов горения, внутренней системой противопожарного водопровода, а также недопустимость отсутствия у элементов бесчердачных покрытий в виде незащищенных деревянных настилов требуемого предела огнестойкости и класса конструктивной пожарной опасности. Фактически ответчик поставил истца как арендатора спорного имущества в опасное положение, предоставив в аренду ангар, который изначально не отвечал требованиям пожарной безопасности, скрыв от Общества данную информацию.

Общество полагает, что само по себе то обстоятельство, что ангар использовался им под обработку пиломатериалов, не свидетельствует о том, что пожар возник вследствие каких-либо противоправных действий истца и никоим образом не снимает ответственности с Компании за ненадлежащее качество электропроводки и неисполнение предписаний ГУ МЧС. По мнению истца, ссылки ответчика на характеристику хранившегося в ангаре имущества не имеют никакого отношения к произошедшему пожару. 

Также истец подчеркнул, что арендует ангар у ответчика на протяжении более 7 лет, в течение которых последнему предоставлялся доступ на спорную территорию площадки для снятия показаний счетчиков, следовательно, Компании было известно о том, что ангар используется для обработки древесины с учетом нахождения в нем станков и прочего оборудования, предназначенного для указанных целей. Однако каких-либо нареканий или замечаний по поводу обработки пиломатериалов в ангаре со стороны Компании в течении указанного периода времени не имелось, что исключает возможность ссылки на данные обстоятельства в ходе настоящего судебного разбирательства.

Относительно факта нахождения на территории ангара пострадавшего имущества истца последний отметил, что данное обстоятельство может быть подтверждено генеральным директором Общества.

По поводу излишне внесенной арендной платы Общество указало, что предъявленная в иске сумма перечислялась им на основании платежных поручений от 07.07.2021 № 416 и от 09.08.2021 № 499. 

В дополнение к ранее представленному отзыву Компания в ходе дальнейшего судебного разбирательства указала, что из технического заключения № 630 следует, что выявленная экспертом причина произошедшего пожара названа им в качестве наиболее вероятной, следовательно, однозначная причина пожара экспертом не установлена, что исключает возможность удовлетворения требований истца о возмещении причиненного ему ущерба, само по себе то обстоятельство, что ангар находится в собственности ответчика, не является доказательством того, что причинителем вреда в данном случае является именно Компания. Более того, при подписании акта приема-передачи спорной крытой складской площадки у Общества не имелось претензий к ее состоянию. Помимо прочего Компания отметила, что грубая неосторожность Общества в данной ситуации фактически содействовала возникновению на стороне последнего вреда его же имуществу. 

Также Компания указала, что немаловажным обстоятельством является и то, что, как следует из акта осмотра места происшествия в составе материалов проверки по факту пожара, в правом ко входу в первое помещение ангара углу была расположена металлическая печь, из чего, по мнению ответчика, можно сделать вывод о том, что арендатор производил отапливание складской площадки посредством данной печи, которая находилась в р-не возникновения очага пожара. 

В своих дополнениях к отзыву на исковое заявление Компания также отметила, что хранение лакокрасочных жидкостей и баллонов, посредством которых осуществлялся обжиг древесины и ее окрашивание, осуществлялось также с нарушением требований действующего законодательства.

Что касается представленных истцом универсально-передаточных документов (далее – УПД) в отношении сгоревших материалов и оборудования, то они, по мнению ответчика, не свидетельствуют о нахождении данного имущества в ангаре на момент пожара, поскольку не содержат конкретного адреса, при этом акты об уничтожении имущества или его списании в результате пожара, первичные документы и карточки складского учета Обществом не представлены.

Впоследствии ответчик представил письменную правовую позицию, в которой сослался на то, что арендованная истцом складская площадка не имела каких-либо недостатков вопреки доводам последнего, который пользовался ей около полутора лет и не предъявлял ответчику каких-либо претензий по поводу препятствий в эксплуатации данного ангара; в настоящий момент однозначно утверждать, что неисправность электропроводки существовала на момент заключения договора аренды с истцом, невозможно, так как ее повреждение могло возникнуть в результате активной эксплуатации истцом складской площадки посредством подключения к сети своего оборудования в количестве 8 единиц; Общество должно было поддерживать ангар в исправном состоянии и не допускать его ухудшения; статьей 38 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» предусмотрено, что ответственность за нарушение требований пожарной безопасности несут не только собственники имущества, но и лица, уполномоченные владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом.

Также Компания отметила, что в материалы настоящего дела Обществом не представлены доказательства, подтверждающие степень повреждения спорного имущества, находившегося в ангаре на момент пожара, и его полное уничтожение, равно как и документы, свидетельствующие о приглашении Компании явиться на место пожара для осмотра поврежденных материалов и оборудования. В представленных Обществом УПД указан один и тот же адрес грузополучателя: Санкт-Петербург, Мастерская ул., д. 9 либо Новорощинская ул., д. 4.

Суд первой инстанции, изучив материалы дела, отказал в иске, посчитав, что в договоре аренды ангара его стороны определили лицом, ответственным за соблюдение правил пожарной безопасности на арендованной складской площадке именно арендатора, а не арендодателя.

Апелляционный суд, проанализировав обстоятельства спора, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта ввиду следующего.

Из материалов настоящего дела следует, что обращаясь в арбитражный суд за защитой своего нарушенного права с требованием взыскать с ответчика стоимость утраченного имущества, Общество ссылалось на ненадлежащее исполнение Компанией своего договорного обязательства по предоставлению в аренду пригодного для эксплуатации объекта, поскольку наиболее вероятной причиной возгорания, приведшего к полному выгоранию оборудования и материалов истца, как это было определено по результатам экспертизы, стала аварийная работа электрической проводки внутри ангара.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статья 1082 ГК РФ в качестве одного из способов возмещения вреда указывает возмещение причиненных убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Под убытками понимаются, в том числе расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

При этом право на возмещение убытков возникает у кредитора как в случае нарушения договорного обязательства (статья 393 ГК РФ), так и при отсутствии договорных отношений с лицом, причинившим вред, то есть из деликта (статья 1064 ГК РФ).

Согласно статье 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Таким образом, в случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, такой вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного между сторонами.

Из пункта 1 статьи 611 ГК РФ следует, что арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

В соответствии со статьей 612 ГК РФ арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках. При обнаружении таких недостатков арендатор вправе по своему выбору: потребовать от арендодателя либо безвозмездного устранения недостатков имущества, либо соразмерного уменьшения арендной платы, либо возмещения своих расходов на устранение недостатков имущества; удержать сумму понесенных им расходов на устранение данных недостатков из арендной платы, предварительно уведомив об этом арендодателя; потребовать досрочного расторжения договора.

В то же время пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что арендодатель не отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, которые были им оговорены при заключении договора аренды или были заранее известны арендатору либо  договора или передаче имущества в аренду.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, апелляционный суд полагает необходимым остановиться на следующих значимых для разрешения спора обстоятельствах.

Во-первых, как подтверждается материалами дела и сторонами в ходе судебного разбирательства не оспаривается, спорный ангар арендовался истцом у ответчика длительное время. В частности, самим истцом при рассмотрении дела в апелляционном суде был представлен заключенный сторонами договор аренды указанной крытой площадки 2014 года. Таким образом, по состоянию на момент произошедшего пожара в данном ангаре он эксплуатировался истцом уже в течение 7 лет. Следовательно, арендные отношения между сторонами носят длительный характер.

Во-вторых, в ходе судебного разбирательства было установлено, что ангар, к которому было подведено электричество, использовался истцом для обработки древесины, то есть для иной отличной от определенной в договоре цели (складская деятельность), в связи с чем на территории данной площадки Общество разместило деревообрабатывающие электростанки, работа которых обеспечивалась посредством их включения в сеть. В частности, материалами дела подтверждается, что в одном из двух помещений ангара, в которых преимущественно было размещено все оборудование истца, на стене был установлен электрощиток, посредством которого подаваемая на площадку электрическая мощность распределялась для дальнейшей конечной подачи потребителю. Также в материалы дела представлены документы (пояснения технического директора истца), свидетельствующие о том, что электрической мощности, которой был обеспечен ангар, со слов самого Общества, не хватало для одновременной работы всего размещенного на площадке оборудования, в связи с чем в 2019 году им было принято решение о посменной эксплуатации станков.

В-третьих, в обязанности арендатора по смыслу заключенного с ответчиком в 2019 году договора в спорный период входили текущий ремонт имущества и содержание складской площадки в технически исправном состоянии, соответствующем, в том числе противопожарным нормам, правилам техники безопасности, правилам пожарной безопасности, а также отраслевым правилам и нормам, действующим в отношении видов деятельности, осуществляемых арендатором, которое в акте приема-передачи ангара от 31.12.2019 было оценено Обществом как надлежащее с учетом указания в нем на то, что на момент подписания такого акта площадка не требует капитального ремонта, в связи с чем Общество не имеет каких-либо претензий к ее состоянию.

Таким образом, стороны не изменили в договоре 2019 года сформулированное в пункте 2 статьи 616 ГК РФ общее правило, согласно которому именно арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды.

Изложенное в своей совокупности указывает на то, что используя переданный в аренду объект не по целевому назначению, а именно эксплуатируя его не как складскую площадку, а для размещения в нем фактически производства с использованием специального электрооборудования, требующего определенной мощности для его нормальной работы и нормальной работы всей электросети, к которой оно подключено, а равно с применением легковоспламеняющихся материалов в виде древесины, лакокрасочных изделий и баллонов с газом, Общество, будучи добросовестным участником гражданского оборота, в условиях возложения на него вышеупомянутой обязанности должно было особенно тщательно следить за эксплуатационными показателями электросети и поддерживать ее работоспособность.

Между тем в материалы дела не представлено доказательств того, что Общество как субъект, длительное время эксплуатировавший спорный ангар под цели, которые объективно требовали иных показателей электросети (большей мощности) несмотря на условия подпункта 3.1.3 договора, проводило периодические осмотры, контрольные проверки и (или) мониторинг сетей инженерно-технического обеспечения в целях оценки состояния их конструктивных и других характеристик надежности и безопасности, а также соответствия указанных характеристик требованиям действующего законодательства.

При этом ссылка Общества на то, что ранее в 2019 году Компания сообщила ему об отсутствии у нее информации о вводе силового кабеля в ангар в ответ на обращение к Общества по вопросу возможности отключения упомянутого кабеля от имеющегося в помещении № 1 электрощитка в целях замены существующих автоматов защиты и размещения большего количества станков, обоснованно не принята судом первой инстанции во внимание, поскольку изложенное не свидетельствует о том, что Общество воспользовалось предоставленным ему в пункте 1 статьи 612 ГК РФ правом, как и о том, что Компания не дала своего согласия на переоборудование сетей на объекте в соответствии с подпунктом 3.1.6 договора, в связи с чем Общество объективно не имело возможности увеличить мощность и предположительно, по его мнению, избежать аварийного режима работы сети. 

Ссылка Общества на то, что им не допускалось превышения количества потребляемой энергии, а оборудование использовалось сотрудниками в разные смены во избежание перегрузки сети, не опровергает того факта, что, будучи осведомленным о недостатке мощности электросети под конкретные производственные нужды, ему было достоверно известно о том, что спорный ангар с точки зрения его инженерных коммуникаций был изначально не предназначен для электропитания установленного в нем оборудования, а значит, фактически о состоянии электросетей, которые не могли принять соответствующую нагрузку. 

В связи с этим доводы Общества о наличии у электросетей скрытых недостатков, которые не могли быть выявлены им при передаче ангара в его владение и пользование по акту в конце 2019 года, что, в свою очередь, послужило препятствием для обращения к Компании с требованием о выполнении капитального ремонта, признаются апелляционным судом несостоятельными как ввиду обладания Обществом достаточной информацией о состоянии таких сетей с учетом наличия сведений об их мощности, так и в связи с длительным периодом использования ангара, что также подразумевает осведомленность любого добросовестного арендатора о характеристиках сдаваемого в аренду имущества.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд полагает, что поскольку пригодность ангара и его надлежащее состояние с точки зрения его оснащения достаточной электрической мощностью не может оцениваться в отрыве от той цели, под которую он сдавался в аренду, у суда первой инстанции в условиях представленной совокупности доказательств не имелось оснований для вывода о доказанности неисполнения Компанией своей обязанности по предоставлению в аренду имущества в надлежащем состоянии и по его своевременному капитальному ремонту, а значит, и для взыскания с ответчика убытков, понесенных истцом в результате гибели его имущества.

Сама по себе осведомленность ответчика о целях, под которые истец использовал сданное ему в аренду имущество, не свидетельствует о том, что в такой ситуации именно Компания должна нести ответственность за гибель находящегося в арендуемом ангаре имущества в условиях распределения договорных обязанностей относительно его содержания.

При этом апелляционный суд отмечает также и то, что Общество не доказало размер требуемых к возмещению ответчиком убытков с учетом наличия в материалах проверки по факту произошедшего пожара справки, составленной самим Обществом, о стоимости сгоревшего имущества, оцененного на тот момент им в размере 150 000 руб.

Что касается требования Общества о возврате ранее внесенной за август и сентябрь арендной платы, то апелляционный суд не находит оснований считать его не рассмотренным и полагает, что в его удовлетворении судом первой инстанции было также верно отказано ввиду следующего.

В подтверждение перечисления арендной платы, которую Общество просило возвратить как излишне внесенную с учетом произошедшего в ангаре пожара, что свидетельствует о полном уничтожении предмета аренды и невозможности его дальнейшего использования, истец представил два платежных поручения от 07.07.2021 и 09.08.2021. Вместе с тем из первого платежного поручения видно, что на его основании была произведена оплата аренды ангара за июль 2021 года, тогда как пожар на площадке произошел только 13.08.2021. Следовательно, с ответчика не подлежат взысканию 65 110 руб. арендной платы за месяц, в течение которого Общество исправно пользовалось спорным ангаром. 

При этом оснований для взыскания с ответчика оставшейся суммы в размере 39 906 руб. суд апелляционной инстанции также не усматривает в условиях непредставления Обществом доказательств внесения при подписании договора обеспечительного платежа, обязанность по перечислению которого предусмотрена в пункте 4.7, а также ввиду недоказанности обстоятельств, позволяющих применить к рассматриваемой ситуации положения статьи 416 ГК РФ, на которую ссылается в данном случае Общество. Апелляционный суд полагает, что в условиях возложения договором на обеих сторон обязанностей, связанных с поддержанием технического состояния сетей в ангаре, так, как это предусмотрено в подпунктах 2.1.2, 2.1.5, 3.1.4, 3.1.7, 3.1.8 и 3.1.20 договора, а также с учетом наиболее вероятностной причины пожара на площадке, определенной экспертом, достаточных оснований считать, что невозможность исполнения договора была вызвана с очевидностью обстоятельством, за которое ни одна из сторон не должна отвечать, не имеется. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.05.2022 по делу № А56-123/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа  в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.А. Ракчеева

Судьи

С.В. Изотова 

М.В. Тарасова