/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-71116/2017

30 июля 2018 года

г. Санкт-Петербург

/тр.7

Резолютивная часть постановления объявлена     26 июля 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  30 июля 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Аносовой Н.В.

судей  Зайцевой Е.К., Масенковой И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Потаповой А.В.

при участии:  

от ООО «Арагон»: представитель Латышева Е.Б. по доверенности от 26.03.2018

от ООО «Аквапарк Билдинг»: представители Ли С.В., Лосик М.Д. по доверенности от 04.12.2017

Макаровская Н.В. по паспорту

Ромашов А.П. по паспорту

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-15761/2018)  ООО «Арагон»

на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.05.2018 по делу № А56-71116/2017/тр.7 (судья Шевченко И.М.), принятое

по заявлению ООО «Арагон» о включении требования в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Аквапарк «Питерлэнд» 

 

установил:

Решением от 08.11.2017 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области признал общество с ограниченной ответственностью «Аквапарк «Питерлэнд» (далее – ООО «Аквапарк «Питерлэнд», Должник) несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него конкурсное производство и утвердил в должности конкурсного управляющего Бадикову Диану Данисовну. Сведения об этом опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 18.11.2017 № 215.

Общество с ограниченной ответственностью «Арагон» (далее – ООО «Арагон», Общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов требования в сумме 79 642 237 руб. 45 коп., в том числе 61 926 103 руб. 38 коп. основного долга и 17 716 134 руб. 07 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Протокольным определением от 03.04.2018 к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований привлечено закрытое акционерное общество «Стремберг» (далее - ЗАО «Стремберг»).

Общество с ограниченной ответственностью «Аквапарк Билдинг» (далее – ООО «Аквапарк Билдинг») представило возражения на требование, в которых указало на то, что ООО «Арагон» входит в одну группу лиц с Должником и его аффилированными лицами, действия которых направлены на контроль над процедурой банкротства ООО «Аквапарк «Питерлэнд».

Определением от 18.05.2018 суд отказал ООО «Арагон» во включении требования в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Аквапарк «Питерлэнд».

ООО «Арагон» не согласилось с вынесенным определением и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило отменить определение суда и вынести по настоящему обособленному спору новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования Общества.

По мнению подателя апелляционной жалобы,  вывод суда первой инстанции о злоупотреблении правом со стороны кредитора, выраженном в заявлении им своего требования в рамках настоящего дела о банкротстве с противоправной целью - для обеспечения контроля должника за ходом дела о собственном банкротстве, противоречит фактическим обстоятельствам настоящего обособленного спора и прямо опровергается имеющимися в материалах дела доказательствами. 

Общество также ссылалось на то, что первоначальным кредитор по обязательству о внесении арендной платы по договору аренды от 27.03.2012 - ЗАО «Стремберг», привлеченное к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, при этом, суду были представлены исчерпывающие доказательства, опровергающие наличие аффилированности в отношениях между ним и должник на момент заключения договора аренды от 27.03.2012.

Кроме того, как полагало Общество, судом первой инстанции не принято во внимание, что в период с 27.03.2012 до 27.02.2015 между ним и должником никакой связи на почве корпоративных отношений не существовало, в связи чем, вывод суда первой инстанции о принадлежности должника к группе организаций, контролируемых компанией «Лиджорио Лимитед» и, как следствие, об аффилировнности арендодателя ЗАО «Стремберг» и Должника, общности их экономических интересов на момент вступления в правоотношения по договору аренды от 27.03.2012 безоснователен, противоречит фактическим обстоятельствам и опровергается представленными в материалы настоящего обособленного спора доказательствами.

Вместе с тем, податель жалобы указал, что судебными актами по делу № А56-4545/2014 установлена реальность правоотношений между Должником и Кредитором по договору аренды от 27.03.2012, в том числе в тот период времени, за который у Должника возникла задолженность перед Кредитором по арендной плате. Поэтому ни у суда первой инстанции, ни у конкурсного кредитора ООО «Аквапарк Билдинг» не было никаких оснований утверждать о фиктивности данного договора аренды и возникшей из него задолженности.

Таким образом, Общество полагало, что суд первой инстанции необоснованно применил к спорным правоотношениям положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, отказав кредитору во включении его требования в реестр требований кредиторов по причине отказа в судебной защите принадлежащего кредитору права требования к должнику.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель Общества доводы апелляционной жалобы поддержал, а также поддержал ранее заявленное ходатайство о привлечении к участию в деле ООО «Проект-Д», в качестве третьего лица и переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Представитель ООО «Аквапарк Билдинг» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы и против удовлетворения ходатайства Общества.

Макаровская А.П. согласилась с доводами апелляционной жалобы, а также поддержала заявленное Обществом ходатайство.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123, абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, своих представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Рассмотрев ходатайство Общества, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В последнем абзаце части 1 статьи 35 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", указано, что перечень лиц, участвующих в арбитражном процессе в деле о банкротстве, не является закрытым: в арбитражном процессе по делу о банкротстве участвуют иные лица в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и настоящим Федеральным законом.

К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт, то есть указание на них содержится в мотивировочной и/или резолютивной части оспариваемого судебного акта, а также лица, в отношении прав и обязанностей которых хотя и отсутствует указание в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, но права и обязанности которых непосредственно затрагиваются принятым судебным актом, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Согласно пункту 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом. Целью участия в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, является предотвращение неблагоприятных для него последствий.

В данном случае, податель жалобы не обосновал, каким образом судебный акт по существу настоящего спора может повлиять на его права или обязанности, притом, что права и обязанности ООО «Проект-Д» непосредственно в рамках настоящего обособленного спора не затрагиваются.

Само по себе указание  суда первой инстанции в обжалуемом определении на том, что генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Проект-Д», единственный участник которого – адвокат Ромашов Андрей Петрович, который являлся поручителем ООО «Аквапарк Питерлэнд» при заключении договора аренды нежилого здания не образует условий, указанных в части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

При таких обстоятельствах, апелляционный суд отказал в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в деле ООО «Проект-Д», в качестве третьего лица.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены вынесенного судебного акта, апелляционным судом не установлено.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ЗАО «Стремберг» (арендодатель) и ООО «Аквапарк «Питерлэнд» (арендатор) заключили договор аренды от 27.03.2012, по которому арендодатель обязался предоставить арендатору во временные владение и пользование нежилое помещение с размещенным на его территории инженерным гидротехническим сооружением, расположенное в торгово-развлекательном комплексе «Питер Лэнд», включая инженерные коммуникации и оборудование, связанные с функциональным назначением сооружения в качестве водного развлекательного аттракциона (аквапарка) по адресу: Санкт-Петербург, Приморский пр., д. 72, лит. А, общей площадью 25 000 кв. м, а арендатор – уплачивать арендатору арендную плату в размере 45 000 000 руб. ежемесячно.

ЗАО «Стремберг» (цедент) и ООО «Арагон» (цессионарий) заключили договор от 03.04.2017 уступки права (требования), по которому цедент передал цессионарию право (требование) к ООО «Аквапарк «Питерлэнд» на сумму 61 926 103 руб. 38 коп.

Определением от 16.05.2018 по делу № А56-71116/2017/тр.5 арбитражный суд отказал ЗАО «Стремберг» в признании обоснованным его требования, возникшего на основании в том числе договора аренды от 27.03.2012.

Ссылаясь на наличие у ООО «Аквапарк Питерлэнд» задолженности по внесению арендной платы по договору аренды от 27.03.2012, а также по уплате процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму 79 642 237 руб. 45 коп., ООО «Арагон» обратилось в арбитражный суд с заявлением по настоящему делу.

Применив нормы гражданского и процессуального законодательства, исследовав представленные доказательства,  суд первой инстанции счел заявленные требования необоснованными.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в конкурсном производстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. Такие возражения предъявляются в течение тридцати дней с даты включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведений о получении требований соответствующего кредитора. Лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов (пункт 3 статьи 100 Закона о банкротстве).

В силу пунктов 4 и 5 статьи 100 Закона о банкротстве требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов независимо от наличия или отсутствия возражений относительно указанных требований.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление N 35), в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Как отмечено Верховным Судом Российской Федерации в определении от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, о котором заявляет возражающее против требований лицо, имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

По смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС-16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Следует отметить, что сама по себе аффилированность должника и кредитора не свидетельствует об отсутствии у должника обязательств перед правопредшественниками кредитора. Наличие аффилированности у кредитора и должника не может указывать на безусловный факт злоупотребления правами и отсутствие намерения исполнять обязательства по первоначальным обязательствам (при их надлежащей подтвержденности и доказанности), в том случае, если сделка совершалась в обычных условиях гражданского оборота и впоследствии исполнялась сторонами. Соответственно, экономический интерес у лица, приобретающего право требования к должнику и имеющего с должником признаки заинтересованности (аффилированности, внутригрупповой заинтересованности в рамках общих экономических интересов) может быть установлен, с учетом достижения последующей договоренности между указанными лицами, как хозяйствующими субъектами либо участниками гражданского оборота, относительно порядка и сроков исполнения взаимных обязательств и их объема, связанных с достижением общих экономических целей.

В свою очередь, применительно к процедуре банкротства, такого рода отношения между заинтересованными лицами могут быть подвергнуты дополнительной оценке со стороны суда, исходя из наличия соответствующих возражений иных участвующих в деле о банкротстве лиц, в том числе, применительно к установлению злоупотребления правами, позволяющими отказать лицу в защите права.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 названного Кодекса никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

При названных выше обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заявитель и должник злоупотребили правом путем оформления экономически нецелесообразной сделки с целью создания искусственной кредиторской задолженности. Включение такого требования в реестр требований кредиторов имеет целью контроль за проведением банкротства должника. Такой интерес не подлежит защите.

Указанные действия являются злоупотреблением правом.

В рамках настоящего обособленного спора суд первой инстанции исходил из того, что ЗАО «Стремберг» и ООО «Аквапарк Питерлэнд» относятся к группе лиц, обладающих общими экономическими интересами, а сам договор аренды лишен экономического смысла и заключен с единственной целью – обеспечить контроль самого должника за ходом дела о банкротстве.

Так, судом установлено, что Единственным участником ООО «Арагон» является Рязанов Александр Геннадьевич, который, в свою очередь, является генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Проект-Д», единственный участник которого – Ромашов Андрей Петрович.

При этом, Ромашов А.П. являлся поручителем ООО «Аквапарк Питерлэнд» при заключении договора аренды нежилого здания с кадастровым номером 78:06:002239:2, указанные обстоятельства установлены при рассмотрении его требования к должнику определением от 22.03.2018 по обособленному спору № А56-71116/2017/тр.2 и не подлежат доказыванию вновь в порядке статьи 69 АПК РФ, а также является представителем ЗАО «Стремберг»  в рамках рассмотрения дел № А56-39459/2013 и № А56-35677/2017.

Таким образом, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что имеются косвенные доказательства того, что ООО «Арагон» и ООО «Аквапарк Питерлэнд» являются фактически аффилированными лицами.

ЗАО «Стремберг» (Цедент) и ООО «Арагон» (Цессионарий) заключили Договор от 03.04.2017 уступки права (требования), по которому цедент передал цессионарию право (требование) к ООО «Аквапарк «Питерлэнд» на сумму 61 926 103 руб. 38 коп.

В соответствии с условиями Договора цессии, задолженность была уступлена Обществу  по номиналу, то есть за 61 926 103 руб. 38 коп. 

Указанные условия уступки нельзя признать рыночными, так как приобретение задолженности лица, находящегося в сложном экономическом положении, за номинальную стоимость задолженности объективно не может привести к какой-либо выгоде на стороне ООО «Арагон».

При этом, ООО «Арагон» в соответствии с пунктом 26 Постановления № 35, статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не раскрыл, в чем состоят разумные экономические причины приобретения права (требования) к ООО «Аквапарк Питерлэнд».

Указанное свидетельствует о заключении договоров цессии исключительно для целей включения требования в реестр требований кредиторов и получения контроля за процедурой банкротства.

Следует также отметить, что в момент заключения договора цессии основным видом деятельности ООО «Арагон», указанным в ЕГРЮЛ, была «деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам», то есть, не имеется оснований полагать, что ООО «Арагон» профессионально занималось приобретением прав (требований) к хозяйствующим субъектам с целью получения прибыли.

Таким образом, ЗАО «Стремберг» уступило часть своего требования ООО «Арагон» для создания видимости заявления требования независимым кредитором с учетом наличия доказательств аффилированности ЗАО «Стремберг» и Должника.

Суд апелляционной инстанции с учетом разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления N 35, и исходя из фактических обстоятельств дела, поведения сторон сделок, считает недоказанным экономическую целесообразность заключения Обществом Договора цессии при неудовлетворительном состоянии ООО  «Аквапарк Питерлэнд», о чем достоверно было известно Обществу в силу аффилированности с ним.

Таким образом, суд первой инстанции обосновано отказал ООО «Арагон» во включении требования в реестр требований кредиторов ООО «Аквапарк «Питерлэнд».

При этом, доводы подателя жалобы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые бы влияли на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в силу чего отсутствуют основания для его отмены и удовлетворения апелляционной жалобы. 

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено.

Руководствуясь статьями 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 18.05.2018 по делу №  А56-71116/2017/тр.7 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.В. Аносова

Судьи

 

Е.К. Зайцева

 И.В. Масенкова