ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-52667/2018

город Ростов-на-Дону

14 сентября 2022 года

15АП-14245/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 сентября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 сентября 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Деминой Я.А.,

судей Николаева Д.В., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от публичного акционерного общества Банка «Первомайский» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»: представитель ФИО2 по доверенности от 01.10.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества Банка "Первомайский" в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов"на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.07.2022 по делу № А32-52667/2018 по заявлению ФИО3 о включении требований в реестр требований кредиторов согласно уточненным требованиям, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Банка "Первомайский" (ПАО) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Банка "Первомайский" (ПАО) (далее – должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратилась ФИО3 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 3 761 207,40 рублей неустойки и 6 515 665,99 рублей штрафа, 30 000,00 рублей морального вреда (с учетом уточнений).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.07.2022 по делу № А32-52667/2018 уточнение требований принято. Разрешены разногласия. Требования ФИО3 в размере 2 283 743,99 рублей неустойки, 6 515 665,99 рублей штрафа, 30 000 руб. морального вреда признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества Банка «Первомайский» (ПАО), оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, предъявленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов должника. В остальной части требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, публичное акционерное общество Банк "Первомайский" в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжаловало определение от 12.07.2022, просило его изменить в части суммы штрафа.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что сумма штрафа была исчислена без учета постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2021, оставленного без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 23.09.2021.

Представитель публичного акционерного общества Банка  «Первомайский» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда изменить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя конкурсного управляющего, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, Банк России (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) на основании статьи 189.61 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 24.12.2018 заявление принято к рассмотрению.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.01.2019 (резолютивная часть от 28.01.2019) должник признан банкротом, конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов" (далее - управляющий).

Сообщение о введении процедуры опубликовано на официальном источнике (газета "КоммерсантЪ") от 09.02.2019 N 24, в ЕФРСБ - 09.02.2019.

В обоснование заявленных требований ФИО3 указывает, что 17.10.2012 между заявителем и должником в лице дополнительного офиса "Геленджикский" заключен договор N 00891-00011627/17 о банковском вкладе "Индивидуальный" от 10.10.2011 на сумму 1 172 000 руб., дополнительное соглашение от 22.06.2012 к договору о срочном банковском вкладе N 00891-00011929/17 от 15.05.2012 (евро) на сумму 64 995 евро, приходный кассовый ордер N 1957 от 22.06.2012 на сумму 49 995 евро, договор N 00891-000117239/17 о банковском вкладе "Индустриальный" от 24.09.2012 на сумму 1 100 000 руб.

Заявителем для зачисления во вклад были переданы в кассу банка денежные средства в размере 1 100 000 руб., что подтверждается приходным кассовым ордером от 24.09.2012 N 79528.

В марте 2013 года заявитель обратился в банк с целью закрытия договоров банковского вклада и снятия денежных средств, однако ему было отказано в получении вклада на том основании, что заключенные с банком договоры отсутствовали в реестре договоров, а денежная сумма в кассу банка не поступала.

Вступившим в законную силу приговором Геленджикского городского суда Краснодарского края от 30.05.2018 по делу № 1-1/18 установлен размер ущерба, причиненный ФИО3 на сумму 64 996,20 евро (страница 144 приговора).

В силу статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве в рамках дела о банкротстве рассматриваются заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами.

Согласно пункту 1 статьи 189.85 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявлять свои требования к кредитной организации в любой момент в ходе конкурсного производства, а также в порядке, установленном статьей 189.32 настоящего Федерального закона, в период деятельности в кредитной организации временной администрации по управлению кредитной организацией. Указанные требования предъявляются конкурсному управляющему наряду с приложением вступивших в силу решений суда, арбитражного суда, определений о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решений третейского суда или иных судебных актов, а также подлинных документов либо их надлежащим образом заверенных копий, подтверждающих обоснованность этих требований.

В пункте 5 статьи 189.85 Закона о банкротстве указано, что возражения по результатам рассмотрения конкурсным управляющим требования кредитора могут быть заявлены в арбитражный суд кредитором не позднее чем в течение пятнадцати календарных дней со дня получения кредитором уведомления конкурсного управляющего о результатах рассмотрения этого требования. К указанным возражениям должны быть приложены уведомление о вручении конкурсному управляющему копии таких возражений или иные документы, подтверждающие направление конкурсному управляющему копии возражений и приложенных к возражениям документов.

Согласно пункту 7 статьи 189.85 Закона о банкротстве требования кредиторов, по которым заявлены возражения, рассматриваются арбитражным судом в порядке, установленном статьей 60 настоящего Федерального закона. По результатам такого рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении таких требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность удовлетворения этих требований. Определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано.

Требование кредитора, установленное соответствующим определением арбитражного суда, включается конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов не позднее дня, следующего за днем получения копии указанного определения конкурсным управляющим, о чем кредитор уведомляется конкурсным управляющим в течение трех дней со дня внесения соответствующей записи в реестр требований кредиторов.

Согласно пункту 10 статьи 189.85 Закона о банкротстве требование кредитора, предъявленное кредитной организации в период деятельности в ней временной администрации по управлению кредитной организацией и внесенное в реестр требований кредиторов в порядке, установленном статьей 189.32 настоящего Федерального закона, считается установленным в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены временной администрацией по управлению кредитной организацией, если в течение шестидесяти рабочих дней со дня опубликования сообщения о признании кредитной организации банкротом и об открытии конкурсного производства конкурсный управляющий с учетом положений подпункта 1 пункта 3 настоящей статьи не направит кредитору уведомление о полном или частичном исключении указанного требования из реестра требований кредиторов.

Возражения по содержанию уведомления, указанного в пункте 10 настоящей статьи, могут быть заявлены кредиторами, а также рассмотрены арбитражным судом в порядке, установленном настоящей статьей. Требования кредиторов, по которым не заявлены указанные возражения в срок, предусмотренный пунктом 5 настоящей статьи, считаются установленными в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены конкурсным управляющим.

Согласно пункту 11 статьи 189.96 Закона о банкротстве требования кредиторов, предъявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет имущества кредитной организации, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, предъявленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов.

Расчеты с кредиторами по указанным требованиям производятся конкурсным управляющим в порядке, установленном настоящей статьей.

Согласно пункту 12 статьи 189.96 Закона о банкротстве требования кредиторов первой очереди, предъявленные после закрытия реестра требований кредиторов, но до завершения расчетов со всеми кредиторами, после завершения расчетов с кредиторами первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок, подлежат удовлетворению до удовлетворения требований кредиторов последующей очереди. До полного удовлетворения указанных требований кредиторов первой очереди удовлетворение требований кредиторов последующей очереди приостанавливается.

В случае, если указанные требования были предъявлены до завершения расчетов с кредиторами первой очереди, они подлежат удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок, при наличии денежных средств на их удовлетворение.

Разногласия между конкурсным управляющим и заявителем заключаются в том, что управляющим отказано заявителю в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов должника.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.10.2015 N 28-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.С. Билера, ФИО4, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8" указано следующее.

Исходя из того, что пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации допускает подтверждение соблюдения письменной формы договора банковского вклада выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, установленным банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, то есть, перечень документов, которые могут удостоверять факт заключения договора банковского вклада, не является исчерпывающим, внесение денежных средств на счет банка гражданином-вкладчиком, действующим при заключении договора банковского вклада разумно и добросовестно, может доказываться любыми выданными ему банком документами.

Что касается неблагоприятных последствий несоблюдения требований к форме договора банковского вклада и процедуры его заключения, то их несение возлагается на банк, поскольку как составление проекта такого договора, так и оформление принятия денежных средств от гражданина во вклад осуществляются именно банком, который, будучи коммерческой организацией, самостоятельно, на свой риск занимается предпринимательской деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли (абзац третий пункта 1 статьи 2 и статья 50 Гражданского кодекса Российской Федерации), обладает специальной правоспособностью и является - в отличие от гражданина-вкладчика, не знакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота, - профессионалом в банковской сфере, требующей специальных познаний.

В частности, если из обстоятельств дела следует, что договор банковского вклада, одной из сторон которого является гражданин, был заключен от имени банка неуполномоченным лицом, необходимо учитывать, что для гражданина, проявляющего при заключении договора необходимые разумность и добросовестность, соответствующее полномочие представителя может явствовать из обстановки, в которой он действует (абзац второй пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, когда договор оформляется в кабинете руководителя подразделения банка, то у гражданина имеются основания полагать, что лицо, заключающее этот договор от имени банка, наделено соответствующими полномочиями. Подобная ситуация имеет место и в случае, когда договор банковского вклада заключается уполномоченным работником банка, но вопреки интересам своего работодателя, т.е. без зачисления на счет по вкладу поступившей от гражданина-вкладчика денежной суммы, притом что для самого гражданина из сложившейся обстановки определенно явствует, что этот работник действует от имени и в интересах банка.

Соответственно, суды, которые при рассмотрении споров между гражданами и кредитными организациями по поводу банковских вкладов самостоятельно осуществляют гражданско-правовую квалификацию отношений сторон, в том числе определяют, могут ли эти правоотношения считаться установленными, какова их природа, юридические факты, их порождающие, должны учитывать различный уровень профессионализма сторон в данной сфере правоотношений, отсутствие у присоединившейся стороны - гражданина реальной возможности настаивать на изменении формы договора и на проверке полномочий лица, действующего от имени банка, и т.д.

Определяя пределы осуществления гражданских прав, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5). Разъясняя это законоположение, Верховный Суд Российской Федерации указал, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

С учетом неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации позиции, согласно которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным, это означает, что суд не вправе квалифицировать, руководствуясь пунктом 2 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с его статьей 166, как ничтожный или незаключенный договор банковского вклада с гражданином на том лишь основании, что он заключен неуполномоченным работником банка и в банке отсутствуют сведения о вкладе (об открытии вкладчику счета для принятия вклада и начисления на него процентов, а также о зачислении на данный счет денежных средств), в тех случаях, когда - принимая во внимание особенности договора банковского вклада с гражданином как публичного договора и договора присоединения - разумность и добросовестность действий вкладчика (в том числе применительно к оценке предлагаемых условий банковского вклада) при заключении договора и передаче денег неуполномоченному работнику банка не опровергнуты. В таких случаях бремя негативных последствий должен нести банк, в частности создавший условия для неправомерного поведения своего работника или предоставивший неуправомоченному лицу, несмотря на повышенные требования к экономической безопасности банковской деятельности, доступ в служебные помещения банка, не осуществивший должный контроль за действиями своих работников или наделивший полномочиями лицо, которое воспользовалось положением работника банка в личных целях, без надлежащей проверки.

Действия банков, работники которых принимали у вкладчиков дополнительные денежные суммы для внесения во вклад (со ссылкой на подписанный договор) и выдавали денежные суммы в качестве процентов по вкладу, в силу статьи 402 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника, должны расцениваться с учетом предписаний пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливающего, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действовало недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Приведенное правило, по сути, лишь нормативно подтверждает необходимость добросовестного поведения участников регулируемых гражданским правом отношений (в том числе возникших до его формальной имплементации в текст Гражданского кодекса Российской Федерации), которое должно отвечать критерию определенности, однозначности и точности.

При этом на гражданина-вкладчика, не обладающего профессиональными знаниями в сфере банковской деятельности и не имеющего реальной возможности изменить содержание предлагаемого от имени банка набора документов, необходимых для заключения данного договора, возлагается лишь обязанность проявить обычную в таких условиях осмотрительность при совершении соответствующих действий (заключить договор в здании банка, передать денежные суммы работникам банка, получить в подтверждение совершения операции, опосредующей их передачу, удостоверяющий этот факт документ). Поэтому с точки зрения конституционных гарантий равенства, справедливости и обеспечения эффективной судебной защиты необходимо исходить из того, что гражданин-вкладчик, учитывая обстановку, в которой действовали работники банка, имел все основания считать, что полученные им в банке документы, в которых указывается на факт внесения им денежных сумм, подтверждают заключение договора банковского вклада и одновременно удостоверяют факт внесения им вклада. Иное означало бы существенное нарушение прав граждан-вкладчиков как добросовестных и разумных участников гражданского оборота.

Таким образом, пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, позволяющей подтверждать соблюдение письменной формы договора "иным выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, предусмотренным для таких документов законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота", не противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку в этой части его положения, закрепляющие требования к форме договора банковского вклада, по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не препятствуют суду на основании анализа фактических обстоятельств конкретного дела признать требования к форме договора банковского вклада соблюденными, а договор -заключенным, если будет установлено, что прием от гражданина денежных средств для внесения во вклад подтверждается документами, которые были выданы ему банком (лицом, которое, исходя из обстановки заключения договора, воспринималось гражданином как действующее от имени банка) и в тексте которых отражен факт внесения соответствующих денежных средств, и что поведение гражданина являлось разумным и добросовестным.

При разрешении спора суд обоснованно исходил из того, что заявитель не является профессиональным участником в спорных правоотношениях, в свою очередь, банком допущены существенные нарушения прав и интересов потребителя.

В соответствии с пунктом 2 статьи 837 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору вклада любого вида, заключенному с гражданином, банк в любом случае обязан выдать по первому требованию вкладчика сумму вклада или ее часть и соответствующие проценты (за исключением вкладов, внесение которых удостоверено сберегательным сертификатом, условия которого не предусматривают право вкладчика на получение вклада по требованию).

К отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (глава 45), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы или не вытекает из существа договора банковского вклада (пункт 3 статьи 834 ГК РФ).

В силу статьи 856 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях несвоевременного зачисления банком на счет клиента поступивших клиенту денежных средств либо их необоснованного списания со счета, а также невыполнения или несвоевременного выполнения указаний клиента о перечислении денежных средств со счета либо об их выдаче со счета банк обязан уплатить на эту сумму проценты в порядке и в размере, которые предусмотрены статьей 395 настоящего Кодекса, независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 852 настоящего Кодекса.

Применение положений статьи 856 Гражданского кодекса Российской Федерации к договору банковского вклада обусловлено как в силу прямого указания статьи 834 (пункт 3) Кодекса, так и тем, что заключение такого договора оформляется открытием клиенту депозитного счета, являющегося разновидностью банковского счета.

Таким образом, последствия нарушения банком обязанности по возврату вклада вследствие невыдачи денежных средств со счета состоят в обязанности уплаты банком процентов по ставке рефинансирования.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2008 N 17, если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

Таким образом, к возникшим правоотношениям не применяются положения Закона о защите прав потребителей в части уплаты неустойки, а подлежат применению нормы Гражданского кодекса Российской Федерации за нарушение обязанности по возврату вклада по первому требованию вкладчика (статьи 856, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 7 Обзора судебной практики по делам, связанным с защитой прав потребителей финансовых услуг, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.09.2017).

Суд первой инстанции проверив расчет неустойки на сумму 2 283 743,99 рублей признал его обоснованным и требования заявителя подлежащими удовлетворению в данной части.

В соответствии со статьями 151 и 1099 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда (статья 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей»; далее - Закон о защите прав потребителей).

При решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом в каждом конкретном случае с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", далее - Постановление № 17).

ФИО3 предъявила требование о включении в реестр морального вреда в размере 30 000,00 рублей. Рассмотрев заявленное требование, суд пришел к выводу о его обоснованности в размере 30 000,00 рублей.

В данной части суд апелляционной инстанции не содержит доводов в связи с чем не подлежит оценке в суде апелляционной инстанции.

Как следует из материалов дела, ФИО3 также предъявила требование о включении в реестр штрафа в размере 6 515 665,99 руб. на основании Закона о защите прав потребителей.

Суд первой инстанции признал требования ФИО3 в размере 5 989 520,81 рублей штрафа обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества Банка "Первомайский" (ПАО), оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, предъявленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов должника.

Согласно пункту 6 статьи 13 Закона N 2300-1 "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Указанной нормой определен субъектный состав лиц, которые вправе обратиться в суд с требованием о взыскании с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 при рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу абзаца первого пункта 2 указанного постановления Пленума, если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона "О защите прав потребителей").

В данном случае правоотношения сторон возникли из договора банковского вклада, соответственно, на них распространяется действие Закона о защите прав потребителей в части, не урегулированной нормами гражданского законодательства.

Суд первой инстанции посчитал подлежащими удовлетворению требования об установлении штрафа в размере 6 515 665,99 рублей.

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено, что ранее в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Банка "Первомайский" (ПАО) (далее - должник) Арбитражным судом Краснодарского края рассматривалось заявление ФИО3, в котором заявитель просит восстановить в реестре обязательства должника 7 575 167 руб. задолженности; выплатить страховое возмещение в размере 1 400 000 руб.; внести в первую очередь реестра требований кредиторов должника 6 175 167 руб. задолженности.

Заявитель обратился в суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов задолженности в размере 10 825 266,02 руб.

Согласно уточненным требованиям, принятым судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявитель просил восстановить в реестре обязательств должника 13 079 226,37 руб. задолженности; внести в первую очередь реестра требований кредиторов должника 11 679 226,37 руб. задолженности; увеличить в реестре кредиторов первой очереди должника объем общих требований на сумму 1 400 000 руб. и выплатить страховое возмещение в указанной сумме.

Фактически воля заявителя была направлена на включение 11 679 226,37 руб. в реестр требований кредиторов должника и получение 1 400 000 руб. страхового возмещения.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.06.2020 требования заявителя удовлетворены в части; обособленный спор по делу N А32-52667/2018-68/52-Б-64-УТ в части требований по 1 400 000 руб. задолженности выделен и объединен с обособленным спором N А32-52667/2018-68/52-Б-813-УТ для совместного рассмотрения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.12.2020 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.06.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2020 по делу N А32-52667/2018 отменены в части признания требований ФИО3 в размере 3 445 103 рублей 64 копеек подлежащими удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди должника, предъявившими требования в установленный срок, в этой части дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края. В остальной части определение от 22.06.2020 и постановление от 19.08.2020 оставлены без изменения.

Суд кассационной инстанции указал на необходимость выяснения вопроса об условиях договора от 15.05.2012 в части, касающейся размера процентов при досрочном истребовании вклада; при отсутствии названного договора у заявителя и банка, - определить размер процентов с учетом ставок по вкладам до востребования.

Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 24.10.2019 по делу N 33-39321/2019 определение Ленинского районного суда г. Краснодара от 15.08.2019 отменено, дело по иску ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного преступлением передано на рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.01.2021 заявление ФИО3 (обособленный спор 64-УТ) принято к совместному рассмотрению с заявлением ФИО3 (обособленному спору присвоен номер 813-УТ,64-УТ).

Определением от 25.02.2021 суд отказал в удовлетворении ходатайств об истребовании доказательств, об оставлении части требований без рассмотрения.

Суд разрешил разногласия.

Восстановил в реестре обязательств Банка "Первомайский" (ПАО) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) денежные обязательства перед ФИО3 в размере 8 487 253,69 руб.

Суд включил требования ФИО3 в размере 7 087 253,69 руб. задолженности в первую очередь реестра требований кредиторов Банка "Первомайский" (ПАО) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Взыскал с Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" в пользу ФИО3 1 400 000 руб. страхового возмещения.

В остальной части требований суд отказал.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2021 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.02.2021 по делу N А32-52667/2018 изменено.

Резолютивная часть судебного акта изложена в следующей редакции:

"Признать требования ФИО3 в размере 3 445 103 руб. 64 коп. обоснованными и подлежащими удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди должника - Банка "Первомайский" (ПАО) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), предъявившими требования в установленный срок. Взыскать с Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" в пользу ФИО3 1 400 000 руб. страхового возмещения".

Таким образом, в первую очередь реестра требований кредиторов Банка «Первомайский» (ПАО) включены требования ФИО3 в размере 7 133 937,98 руб., требования в размере 3 445 103,64 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди Банка «Первомайский» (ПАО), с государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» взыскано 1 400 000 руб. страхового возмещения.

Исходя из указанных судебных актов, общий размер задолженности Банка перед ФИО3 по договорам банковского вклада №00891-00011627/17 от 10.10.2011, №00891-000117239/17 от 24.09.2012, №00891-00011929/17 (евро) от 15.05.2012, установленный судами, составляет 11 979 041,62 руб.

Следовательно, в силу пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. Таким образом, сумма штрафа должна составлять 5 989 520,81 руб. (50% от 11 979 041,62 руб.).

При указанных обстоятельствах, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.07.2022 по делу № А32-52667/2018 надлежит изменить в части размера штрафа.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.07.2022 по делу № А32-52667/2018 изменить в части размера штрафа.

Изложить абзац третий резолютивной части судебного акта в следующей редакции:

"Признать требования ФИО3 в размере 2 283 743,99 рублей неустойки, 5 989 520,81 рублей штрафа, 30 000,00 рублей морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества Банка "Первомайский" (ПАО), оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, предъявленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов должника".

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                               Я.А. Демина

 

Судьи                                                                                             Д.В. Николаев

 

Н.В. Сулименко