АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №  А65-22322/2020

г. Казань

02 ноября 2021 года

Дата оглашения резолютивной части решения – 26 октября 2021 года

Дата изготовления решения – 02 ноября 2021 года

Арбитражный суд Республики Татарстан 

в составе председательствующего судьи Сотова А.С., 

при ведении протокола судебного заседания и аудиопротоколирования помощником судьи Ефремовой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

истца - публичного акционерного общества "Туполев", г.Москва, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к ответчику - закрытому акционерному обществу "Дробмаш", г. Выкса, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о взыскании 70 524 312 рублей 86 копеек неустойки (пени),

с участием: 

от истца – ФИО1, по доверенности от 19.03.2020г., 

от ответчика – ФИО2, по доверенности 11.04.2019г.,

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество "Туполев" (далее истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к закрытому акционерному обществу "Дробмаш" (далее ответчик)  о взыскании 70 524 312 рублей 86 копеек неустойки (пени).

В судебном заседании 26 октября 2021г. истец исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Ответчик иск не признал по основаниям, изложенным в отзыве и дополнительных пояснениях на исковое заявление.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения представителей сторон, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 23 декабря 2016г. между истцом (заказчик) и ответчиком (исполнитель) был заключен договор № 347-471-2016/1200/257/2016 (далее договор), по условиям которого ответчик взял на себя обязательства выполнить работы по изготовлению оснастки в соответствии с утверждаемыми ведомостями исполнения, а истец – выполненную работу приять и оплатить (т.1 л.д. 14-27).

Дополнительными соглашениями №1-2017 от 18 декабря 2017г., №2-2017 и №3-2017 от 19 февраля 2017г., №5 от 01 марта 2017г., №11-2017 от 28 августа 2017г., №15 от 20 марта 2018г., №19 от 02 ноября 2018г., №17 от 11 июля 2018г. и №21 от 11 ноября 2019г. в договор сторонами вносились различные изменения и уточнения его условий (т.1 л.д. 31-39, 143).

В рамках этого договора и применительно к рассматриваемому спору между сторонами в ведомостях исполнения №2 от 18 февраля 2017г., №3 от 19 февраля 2017г., №4 от 19 февраля 2017г. и №5 от 01 марта 2017г. была достигнута договоренность на изготовление ответчиком соответствующих изделий, их стоимости и сроков изготовления (пеоставки) (т.1 л.д. 41, 47, 50, 72).

Из искового заявления и правовой позиции истца по делу следует, что ответчик выполнил работы по изготовлению изделий, но с нарушением установленных договором (ведомостями) сроков. 

В подтверждение выполнения работ и их сроков истец представил двухсторонние акты сдачи-приемки по спорным этапам работ и ведомостям исполнения (т.1 л.д. 42-46, 48-49, 51-71, 74-96, т.5 л.д. 61-70).

В связи с изложенными обстоятельствами истец обратился с рассматриваемым исковым заявлением о взыскании с ответчика договорной неустойки (пени) за просрочку выполнения работ в размере 70 524 312 рублей 86 копеек. Расчет неустойки приведен в исковом заявлении.

Возражая против иска ответчик свою позицию по делу обосновывал тем, сроки выполнения работ, предусмотренные ведомостями исполнения, дополнительным соглашением №5 от 01 марта 2017г. были отменены, а новые сроки не согласованы. Изготовление изделий по представленной истцом конструкторской документации было невозможно, поскольку она была некорректной и представлена не в полном объеме. На уточнение и переработку документации потребовалось время, в связи с чем для выполнения работ потребовалось дополнительное время, просрочка произошла по вине самого истца. Акты приемки работ истцом подписывались со значительной задержкой и при начислении неустойки истец исходит из этой даты, что неверно. 

По смыслу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательств и требованиями закона.

Рассматриваемый договор и сложившиеся между сторонами правоотношения суд квалифицирует как договор подряда, регулируемый положениями главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Как указывалось выше, по условиям рассматриваемого договора (пункты 2.1 – 2.3 договора) ответчик взял на себя обязательства в согласованный срок выполнить работы по изготовлению оснастки в соответствии с утверждаемыми ведомостями исполнения, а истец – выполненную работу приять и оплатить.

Пунктом 3.2.1. договора предусмотрено, что исполнитель (ответчик) обязан выполнить работы и передать оснастку в сроки согласно ведомости исполнения.

Предметом рассмотрения является выполнение работ на изготовление изделий по ведомостям исполнения №2 от 18 февраля 2017г., №3 от 19 февраля 2017г., №4 от 19 февраля 2017г. и №5 от 01 марта 2017г.

Так, ведомость исполнения №2 от 18 февраля 2017г. предусматривала выполнение работ в феврале, марте и апреле 2017г., ведомость исполнения №3 от 19 февраля 2017г. – в феврале, марте и апреле 2017г., ведомость исполнения №4 от 19 февраля 2017г. – феврале, марте, апреле и мае 2017г. и ведомость исполнения №5 от 01 марта 2017г. – апреле, мае, июле, сентябре, октябре и ноябре 2017г.

Однако, 01 марта 2017г. сторонами было заключено дополнительное соглашение к договору №5, которым стороны изменили сроки выполнения работ (т.1 л.д. 143). 

В частности, стороны пришли к соглашению добавить в ведомости №2 от 18 февраля 2017г., №3 от 19 февраля 2017г., №4 от 19 февраля 2017г. и №5 от 01 марта 2017г. пункт следующего содержания: «Сроки поставки продукции будут определены сторонами дополнительно, путем подписания соглашения после выполнения следующих условий: согласования заказчиком технической документации, разработанной исполнителем согласно переданной документации; поставки материала заказчика на склад исполнителя, при условии согласования сторонами изготовления из материала заказчика».

Истец факт подписания этого дополнительного соглашения не отрицал, стороны подписание иных дополнительных соглашений, уточняющих или изменяющих каким-либо образом сроки выполнения работ отрицали.

Исходя из содержания рассматриваемого дополнительного соглашения №5 от 01 марта 2017г. суд приходит к выводу, что стороны действительно отменили существовавшие в соответствующих ведомостях исполнения сроки выполнения работ, а новые сроки, путем заключения соответствующего дополнительного соглашения  – не установили.

Нарушения сроков выполнения работ до заключения этого дополнительного соглашения не было.

В пользу указанного довода также свидетельствует то обстоятельство, что в актах сдачи-приемки этапов по ведомости исполнения, о которых будет указано ниже, стороны констатируют, что изготовление продукции выполнено в полном объеме и установленные сроки. При этом, в качестве согласованного срока выполнения указана дата (месяц) выполнения (подписания акта) ответчиком, а не дата (месяц) выполнения, как это предусмотрено соответствующей ведомостью исполнения.

Таким образом, «старые», указанные в ведомостях исполнения сроки по соглашению сторон были отменены, а новые - фактически были согласованы в соответствующих актах сдачи-приемки этапов. Указанные акты представил в материалы дела сам истец, полномочия лиц их подписавших не оспаривал.

Как указывалось выше, в подтверждение выполнения работ истец представил двухсторонние акты сдачи-приемки этапов работ и изготовления и поставки продукции и при определении конечной даты приемки работ и поставки продукции истец исходит из даты подписания им соответствующих актов, а исходя из правовой позиции ответчика, истец подписывал эти акты со значительной задержкой.

Пунктом 6.1. (в редакции допсоглашения №11-2017 от 28.08.2017г.), 6.2. и 6.3. рассматриваемого договора предусмотрено, что техническая приемка результатов работ осуществляется ОТК исполнителя (ответчика) по каждой отдельной позиции ведомости исполнения, по резульататм которой ОТК исполнителя подписывается технический акт, на основании которого заказчик (истец) утверждает акт сдачи-приемки одной или нескольких позиций по ведомости исполнения по форме, утвержденной в приложении №3 к договору. Исполнитель (ответчик) предоставляет заказчику (истцу) подписанный со своей стороны технический акт и акт сдачи-приемки этапа работ по ведомости исполнения в трех экземплярах, а заказчик в течение 20 рабочих дней со дня получения акта сдачи-приемки этапов по ведомости исполнения, обязан направить исполнителю подписанный акт или мотивированный отказ от его подписания и приемки работ.

Таким образом, ответчик (исполнитель) считается исполнившим свои обязательства по выполнению соответствующего этапа работ с момента предъявления истцу (заказчику) соответствующего акта сдачи-приемки, после чего в течении 20 рабочих дней истец предъявленные к приемке акты либо подписывает, либо в тот же срок должен представить мотивированный отказ от приемки работ, а в случае отсутствия в указанный срок мотивированных возражений, предъявленные по акту работы будут считаться принятыми, что влечет соответствующие правовые последствия для заказчика (истца).

Из содержания представленных актов следует, что акты действительно подписаны представителями истца (заказчика) и ответчика (исполнителя) с большой временной разницей, а в подтверждение направления этих актов в адрес истца ответчик представил соответствующие почтовые документы и документы делопроизводства (реестр исходящей корреспонденции) (т.5 л.д. 4-10, 28-33). 

Доказательства направления (предъявления) актов в иные сроки (даты) чем указывает ответчик (т.5 л.д. 23-27), истец не представил.

Так, по ведомости исполнения №2 от 18 февраля 2017г. (т.1 л.д. 41) срок подписания и направления актов следующий: 

шифр 63552/1098 - акт №5 был подписан ответчиком 29 сентября 2017г. и был им направлен в адрес истца 11 октября 2017г., а ответчиком был подписан 27 марта 2018г. (т.1 л.д. 42);

шифр 63552/1091 – акт №9 был подписан ответчиком 31 октября 2017г., направлен в адрес истца 31 октября 2017г., а ответчиком был подписан 27 марта 2018г. (т.1 л.д. 43);

шифр 63552/1105 – акт №20 был подписан ответчиком и направлен истцу 31 октября 2017г., а истцом был подписан 02 апреля 2018г. (т.1 л.д. 44);

шифр 63552/1096 – акт №21 был подписан ответчиком 28 сентября 2017г., направлен в адрес истца 11 октября 2017г., а истцом подписан 27 марта 2018г. (т.1 л.д. 45);

шифр 63552/1036 – акт №58 подписан ответчиком и направлен в адрес ответчика 31 октября 2017г.,  а истцом подписан 02 апреля 2018г. (т.1 л.д. 46).

По ведомости исполнения №3 от 19 февраля 2017г. (т.1 л.д. 47):

шифр 63535/7428 -  акт №13 был подписан сторонами 31 августа 2018г. (т.1 л.д. 48);

шифр 63535/7433 – акт №82 был подписан ответчиком 27 апреля 2018г., а истцом – 11 марта 2018г. (т.1 л.д. 49);

шифр 63535/7509 – акт №22 подписан ответчиком 30 октября 2017г., 31 октября 2017г. направлен истцу, а истцом был подписан 02 апреля 2018г.;

шифр 63535/7396 – акт №7 ответчиком подписан 30 июня 2017г., а истцом – 02 апреля 2018г.;

шифр 63535/7424 – акт №66 ответчиком подписан 30 декабря 2017г., 27 января 2017г. был направлен в адрес истца и истцом был подписан 06 апреля 2018г.;

шифр 63535/7499 – акт №38 ответчиком был подписан 30 сентября 2017г., 11 октября 2017г. был направлен в адрес истца, а истцом подписан 02 апреля 2018г.:

шифр 63535/50015 – акт №43 ответчиком был подписан 30 октября 2017г., 31 октября 2017г. был направлен в адрес истца, а истцом подписан 02 апреля 2018г.;

шифр 63535/7399 – акт №49 ответчиком был подписан 30 октября 2017г., 31 октября 2017г. направлен в адрес истца, а истцом подписан 09 августа 2018г.;

шифр 63535/7510 – акт №56 ответчиком был подписан 30 декабря 2017г., а истцом – 27 марта 2018г.;

шифр 63535/7433 – акт №82 ответчиком был подписан 27 апреля 2018г.. 

По ведомости исполнения №4 от 19 февраля 2017г. (т.1 л.д. 50):

шифр 53535/7512 - акт б/н подписан ответчиком 03 августа 2018г., передан истцу 09 августа 2018г. и истцом был подписан 07 июля 2019г. (т.1 л.д. 51);

шифр 63535/7699 – акт б/н был подписан ответчиком 03 августа 2018г., а истцом – 09 августа 2018г. (т.1 л.д. 52);

шифр 63535/7925  - акт б/н был подписан ответчиком 03 августа 2018г., а истцом – 27 августа 2018г. (т.1 л.д. 53);

шифр 63535/7589 – акт №12 был подписан ответчиком 31 июля 2017г., передан истцу в августе 2017г., а истцом был подписан 14 февраля 2018г. (т.1 л.д. 54);

шифр 63535/7635 – акт №23 ответчиком подписан 31 августа 2017г., передан истцу 31 августа 2017г., а истцом был подписан 14 февраля 2018г. (т.1 л.д. 55);

шифр 63535/7496 – акт №24 был подписан ответчиком 28 декабря 2017г., 27 января 2018г. был направлен в адрес истца и истцом был подписан 27 марта 2018г. (т.1 л.д. 56);

шифр 63535/7698 – акт №40 ответчиком подписан и направлен истцу - 31 октября 2017г. и 27 марта 2018г. был подписан истцом (т.1 л.д. 57);

шифр 63535/7575 – акт №42 был подписан ответчиком 28 сентября 2017г., 11 октября 2017г. был направлен истцу и 14 февраля 2018г. акт был подписан истцом (т.1 л.д. 58);

шифр 63535/7544 – акт №45 подписан ответчиком 28 сентября 2017г., был направлен истцу 11 октября 2017г. и истцом был подписан 27 августа 2018г. (т.1 л.д. 59);

шифр 63535/7137 – акт №51 подписан ответчиком 30 ноября 2017г., 01 декабря 2017г. передан истцу, а истцом был подписан 02 апреля 2018г. (т.1 л.д. 60);

шифр 63535/7409 – акт №53 подписан ответчиком и направлен в адрес истца 31 октября 2017г., а истцом был подписан 14 февраля 2018г. (т.1 л.д. 61);

шифр 63535/7514 – акт №55 подписан ответчиком и направлен в адрес истца 31 октября 2017г., а истцом был подписан 14 ноября 2018г. (т.1 л.д. 62);

шифр 63535/7393 – акт №59 подписан ответчиком 28 декабря 2017г., направлен 27 января 2018г. в адрес истца, а истцом был подписан 23 октября 2018г. (т.1 л.д. 63);

шифр 63535/7578 – акт №79 подписан ответчиком 27 апреля 2018г., в мае 2018г. был передан истцу и истцом был подписан 02 июля 2019г. (т.1 л.д. 64);

шифр 63535/7511 – акт №83 ответчиком подписан 27 апреля 2018г., в мае 2018г. передан истцу и истцом был подписан 09 августа 2018г. (т.1 л.д. 65);

шифр 63535/7536 – акт №85  ответчиком подписан 30 апреля 2018г., а истцом 11 мая 2018г. (т.1 л.д. 85);

шифр 63535/7894 – акт №86 ответчиком подписан 30 апреля 2018г., , а истцом – 11 мая 2018г. (т.1 л.д. 67);

шифр 63535/7534 – акт №90 ответчиком был подписан и направлен в адрес истца 24 апреля 2017г., а истцом акт был подписан лишь 15 апреля 2020г. (т.1 л.д. 68);

шифр 63535/7684 – акт №91 ответчиком был подписан и направлен в адрес истца 18 мая 2017г., а истцом был подписан 12 декабря 2019г. (т.1 л.д. 69);

шифр 63535/7593 – акт №96 ответчиком был подписан и направлен в адрес истца 26 апреля 2017г., а истцом был подписан 09 августа 2018г. (т.1 л.д. 70);

шифр 63535/7669 – акт №102 ответчиком подписан и направлен 18 мая 2017г., а истцом был подписан 12 декабря 2019г. (т.1 л.д. 71);

По ведомости исполнения №5 от 01 марта 2017г. (т.1 л.д. 72):

шифр 63552/1046 - акт б/н ответчиком был подписан 03 августа 2018г., 09 августа 2018г. был передан истцу и истцом был подписан 18 июля 2019г. (т.1 л.д. 74);

шифр 63552/1048 – акт б/н был подписан ответчиком 03 августа 2018г. и 09 августа 2018г. – истцом (т.1 л.д. 75);

шифр 63552/1080 – акт №6 подписан ответчиком 10 января 2018г., сведения о дате подписания ответчиком и направлении истцу отсутствуют (т.1 л.д. 76);

шифр 63535/7518 – акт №8 в июне 2017г. был подписан ответчиком передан истцу, истцом подписан 02 июля 2019г. (т.1 л.д. 77);

шифр 63552/1059 – акт №39 был подписан ответчиком 28 декабря 2017г., 27 января 2018г. был направлен истцу и истцом был подписан 09 августа 2018г. (т.1 л.д. 78);

шифр 63552/1108 – акт №46 был подписан ответчиком 28 сентября 2017г., 11 октября 2017г. был направлен истцу, а истцом подписан 02 апреля 2018г. (т.1 л.д. 79);

шифр 63552/1054 – акт №48 подписан ответчиком 28 сентября 2017г., 11 октября 2017г. был направлен истцу, а истцом подписан 02 апреля 2018г. (т.1 л.д. 80);

шифр 63552/1101 – акт №52 подписан ответчиком и направлен истцу 31 октября 2017г., а истцом подписан 02 апреля 2018г. (т.1 л.д. 81);

шифр 63552/1077 – акт №60 ответчиком подписан 30 ноября 2017г., 01 декабря 2017 г. был направлен истцу, а истцом подписан 02 апреля 2018г. (т.1 л.д. 82);

шифр 63552/1053 – акт №61 ответчиком подписан и направлен истцу 31 октября 2017г., а истцом был подписан 22 сентября 2018г. (т.1 л.д. 83);

шифр 63535/7519 – акт №63 был ответчиком подписан и направлен истцу 31 октября 2017г., а истцом подписан 02 апреля 2018г. (т.1 л.д. 84);

шифр 63535/7317 – акт №65 ответчиком подписан 29 ноября 2017г., 01 декабря 2017г. был направлен в адрес истца, а истцом подписан 27 марта 2018г. (т.1 л.д. 85);

шифр 63552/1067 – акт №70 ответчиком был подписан 30 ноября 2017г., 01 декабря 2017г. был направлен в адрес истца, а истцом подписан 27 марта 2017г. (т.1 л.д. 86);

шифр 63552/1035 – акт №71 ответчиком был подписан 29 ноября 2017г., 01 декабря 2017г. направлен в адрес истца, а истцом подписан 02 апреля 2018г. (т.1 л.д. 87);

шифр 63552/1094 – акт №72 ответчиком был подписан 30 ноября 2017г., 01 декабря был направлен в адрес истца, а истцом подписан 02 апреля 2018г. (т.1 л.д. 88);

шифр 63552/1095 – акт №73 ответчиком был подписан 30 ноября 2017г., 01 декабря 2017г. направлен в адрес истца, а истцом подписан 02 апреля 2018г. (т.1 л.д. 89);

шифр 63552/1107 - акт №74 ответчиком был подписан 29 декабря 2017г., 27 января 2018г. направлен истцу, а истцом подписан 11 мая 2018г. (т.1 л.д. 90);

шифр 63552/1052 – акт №77 ответчиком был подписан 27 апреля 2018г. и 11 мая 2018г. – истцом (т.1 л.д. 91);

шифр 63552/1100 – акт №78 был подписан сторонами 27 апреля 2018г. (т.1 л.д. 92);

шифр 63552/1102 – акт №84 ответчиком подписан 31 марта 2018г. и 02 апреля 2018г. был подписан истцом (т.1 л.д. 93);

шифр 63535/7546 – акт №87 был подписан ответчиком 30 апреля 2018г., в мае 2018г. был передан истцу и был им подписан 02 июля 2019г. (т.1 л.д. 94);

шифр 63552/1103 – акт №95 был направлен ответчиком в адрес истца 01 декабря 2017г., а истцом был подписан 22 октября 2018г. (т.1 л.д. 95).

Таким образом, из представленных актов следует, что дата подписания акта ответчиком, дата его направления истцу и дата подписания актов истцом в подавляющем большинстве случаев превышает предусмотренный пунктом 6.3. договора 20 - дневный срок приемки работ.

Доводы истца о том, что предъявляемые ответчиком к приемке изделия имели недостатки и после их предъявления ответчик эти недостатки устранял, суд находит необоснованными, поскольку они не подтверждаются материалами дела.

Так, в обоснование этих доводов истец ссылается на ведомости замечаний (т.2 л.д. 36-87), однако эти ведомости покрывают не все из рассматриваемых изделий, а из их содержания не следует, что ответчик был извещен об указанных недостатках.

В любом случае, порядок приемки изделий, регламентированный положениями пунктов 6.1. – 6.3. истцом был нарушен, сведения о составлении мотивированного отказа от приемки и подписания актов истцом не представлены, а ответчик их существование отрицает.

В соответствии с пунктом 2.4. договора, работы по изготовлению оснастки должны выполнятся ответчиком на основании конструкторской и иной документации, переданной ему истцом. 

Ответчик, обосновывая невозможность выполнения работ к установленному договором сроку, ссылался на то, что представленная истцом конструкторская документация была некорректной и представлена не в полном объеме, на уточнение и переработку документации потребовалось дополнительное время и привлечение третьих лиц (общество с ограниченной ответственностью «Волжская проектная компания»).

Таким образом, между сторонами возник спор относительно соответствия  представленной истцом ответчику конструкторской документации соответствующим требованиям и возможности изготовления на основании этой документации предусмотренных договором (ведомостями исполнения) изделий. 

В связи с этим, по ходатайству ответчика определением от 01 февраля 2021г. судом была назначена по делу судебная экспертиза, производство которой было поручено экспертам федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт – Республиканский исследовательский научно-консультационный центр экспертизы» ФИО3 и/или ФИО4.

Перед экспертами были поставлены следующие вопросы: возможно ли изготовление по договору № 347-471-2016/1200/257/2016 от 23.12.2016г. по ведомостям №№ 2, 3, 4, 5 изделия заданного качества на основании конструкторской документации, переданной заказчиком ПАО "Туполев" исполнителю ЗАО "Дробмаш" (1); является ли переработка исполнительной переданной для производства работ заказчиком конструкторской документации существенной по техническим требований и затратной по срокам (2) и возможно ли изготовление изделия заданного договором № 347-471-2016/1200/257/2016 на выполнение работ по изготовлению и на поставку оснастки от 23.12.2016г. по ведомостям №№ 2, 3, 4, 5 качества на основании переработанной исполнительной конструкторской документации (3).

Эксперты ФИО3 и ФИО4 в своем заключение №258 от 09 апреля 2021г. пришли к выводу, что изготовление изделий заданного качества на основании конструкторской документации переданной заказчиком (истцом) исполнителю (ответчику) без ее переработки невозможно; переработка этой конструкторской документации является существенной и затратной по срокам; на основании исправленной исполнителем (ответчиком) конструкторской документации изготовление изделий заданного качества возможно (т.4 л.д. 2-133).

Учитывая возражения истца, в порядке части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) эксперты ФИО3 и ФИО4 были опрошены в судебном заседании 05 июля 2021г. относительно своего заключения и представил письменные пояснения на возражения ответчика (т.4 л.д. 156-158).

Суд находит выводы экспертов суд находит полными ясными и обоснованными, основания сомневаться в профессионализме и объективности экспертов у суда отсутствуют, в связи с чем суд принимает экспертные заключения № 258 от 09 апреля 2021г. в качестве надлежащих доказательств.

Таким образом, из выводов экспертов следует, что переданная истцом ответчику для выполнения работ конструкторская документация не является корректной, полной и изготовление продукции только по указанной конструкторской документации, без ее переработки невозможно и иные основания для изготовления продукции, кроме переданной конструкторской документации и переработанной конструкторской документации отсутствуют, а ее переработка является существенной и затратной по срокам.

При этом при ответе на вопрос о трудоемкости переработки конструкторской документации (второй вопрос определения) эксперты пришли к выводу, что для переработки конструкторской документации необходимо затратить 3039, 4 часов (что соответствует 127 дням).

Из указанного следует, что изготовление изделий по рассматриваемым ведомостям исполнения на основании только переданной истцом ответчику конструкторской документации, без ее переработки было невозможно и действия ответчика по переработке этой конструкторской документации являются обоснованными. Время, необходимое для переработки документации (3039, 4 часов) в любом случае должно исключатся из общего срока выполнения работ, поскольку задержка ее выполнения на этот период, является обоснованной и уважительной.

По смыслу статьи 309 и 329 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательств и требованиями закона и надлежащее их исполнение может обеспечиваться, в том числе, неустойкой.

Согласно части 1 статьи 330 и статье 331 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения и соглашение о неустойке должно быть согласовано в письменной форме.

Согласно части 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

В рассматриваемом случае ненадлежащее исполнение ответчиком своих договорных обязательств отсутствует, предусмотренная договором работа выполнена в установленный срок, в надлежащем объеме и с надлежащим качеством, обратное истцом не доказано, в связи с чем основания для привлечения ответчика к ответственности в виде договорной неустойки отсутствуют, исковые требования являются необоснованными, иск удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 106 и 110 АПК РФ судебные расходы истца по государственной пошлине в размере 200 000 рублей и судебные расходы ответчика по оплате судебной экспертизы в размере 250 000 рублей относятся на истца.

Кроме этого, от экспертного учреждения поступило ходатайство о выплате дополнительного вознаграждения экспертам ФИО3 и ФИО4 за явку в суд в размере 50 366 рублей 47 копеек.

Ходатайство мотивировано тем, что в соответствии с определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 мая 2021г. эксперты ФИО3 и ФИО4 участвовали в судебном заседании 05 июля 2021г. с использованием видеоконференц-связи, при содействии Арбитражного суда Московской области, в котором давали пояснения относительно выполненного им экспертного заключения.

Суд, не находит оснований для удовлетворения этого ходатайства по следующим основаниям.

В соответствии с частью 6 статьи 110 АПК РФ неоплаченные или не полностью оплаченные расходы на проведение экспертизы подлежат взысканию в пользу эксперта или государственного судебно-экспертного учреждения с лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Согласно частям 1 и 2 статьи 107 АПК РФ экспертам возмещаются понесенные ими в связи с явкой в арбитражный суд расходы на проезд, расходы на наем жилого помещения и дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные), также эксперты получают вознаграждение за работу, выполненную ими по поручению арбитражного суда, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей как работников государственных судебно-экспертных учреждений.

На основании части 1 статьи 109 АПК РФ денежные суммы, причитающиеся экспертам, специалистам, свидетелям и переводчикам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей.

Согласно Федеральному закону Российской Федерации от 31.05.2001г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее Федеральный закон №73-ФЗ) задачей государственной судебно-экспертной деятельности является оказание в процессе судопроизводства государственными судебно-экспертными учреждениями и государственными судебными экспертами содействия  в установлении обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, посредством разрешения вопросов, требующих специальных знаний.  (статья 1).

В соответствии со статьей 41 Федерального закона №73-ФЗ судебная экспертиза согласно нормам процессуального законодательства Российской Федерации может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами. 

В силу статьи 16 настоящего Закона эксперт исполняет обязанности, предусмотренные, в том числе, соответствующим процессуальным законодательством. 

В соответствии со статьей 16 АПК РФ, судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации. 

Требования суда о представлении доказательств, сведений и других материалов, даче объяснений, разъяснений, заключений и иные требования, связанные с рассматриваемым делом, являются также обязательными и подлежат исполнению органами, организациями и лицами, которым они адресованы. 

Неисполнение судебных актов, а также невыполнение требований арбитражного суда влечет за собой ответственность, установленную АПК РФ и другими федеральными законами. 

В силу пункта 2 статьи 55 АПК РФ лицо, которому поручение проведение экспертизы, обязано по вызову арбитражного суда явиться в суд и дать объективное заключение по поставленным вопросам. 

Согласно части 3 статьи 86 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание. 

Эксперт после оглашения его заключения вправе дать по нему необходимые пояснения, а также обязан ответить на дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, и суда. 

Исходя из системного анализа указанных правовых норм, явка эксперта в судебное заседание по вызову суда для целей содействия правосудию, является  обязательной.

Таким образом, явка экспертов в судебное заседание и написание им пояснений вызвана необходимостью устранения сомнений в правильности выводов эксперта, уточнения расчетов экспертизы. В такой ситуации эксперт лишь выполняет свои обязанности в рамках уже сделанной им работы - проведенной экспертизы, которая предусматривает возможность вызова эксперта, что связано с необходимостью ответить на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением.

В рассматриваемом случае в ходе рассмотрения дела у истца возникли вопросы относительно выводов судебной экспертизы и в целях их разрешения в порядке части 3 статьи АПК РФ суд и определил опросит экспертов ФИО3 и ФИО4

Учитывая, что эксперты постоянно проживает и осуществляет деятельность в городе Москве, в целях минимизации судебных расходов сторон и трудозатрат самих экспертов и экспертного учреждения и дополнительных транспортных расходов Арбитражный суд Республики Татарстан счел необходимым произвести опрос экспертов посредством видеоконференц – связи¸ проведение которой было поручено Арбитражному суду Московской области также находящемуся в г.Москве.

В судебном заседании, проведенном посредством видеоконференц-связи 05 июля декабря 2021г. эксперты ответили на вопросы представителей сторон, чем исполнил свои процессуальные обязанности. 

Принимая во внимание в совокупности указанные обстоятельства суд не находит оснований для выплаты экспертам дополнительного вознаграждения за явку в суд и дачу пояснений по проведенной им судебной экспертизы, в связи с чем соответствующее ходатайство экспертного учреждения удовлетворению не подлежит.

В связи с изложенным, руководствуясь статьями 110, 112, 167-169, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан

РЕШИЛ:

в иске отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества "Туполев", г.Москва, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу закрытого акционерного общества "Дробмаш", г. Выкса, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 250 000 рублей судебных расходов по оплате судебной экспертизы.

В удовлетворении ходатайства экспертной организации - федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт –  Республиканский исследовательский научно-консультационный центр экспертизы» о выплате дополнительного вознаграждения экспертам ФИО3 и ФИО4 в размере 50 366 рублей 47 копеек – отказать.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

Председательствующий судья                                                                                А.С. Сотов