ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

20.09.2023                                                                                 Дело № А40-297160/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13.09.2023

Полный текст постановления изготовлен 20.09.2023

 

            Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Перуновой В.Л.,

судей: Дербенева А.А., Уддиной В.З.

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего должника – ФИО1, доверенность от 19.12.2022, 

ООО «БК-3» - ФИО2, доверенность от 19.06.2023,

от ОАО «ПРБ» в лице ГК «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО3 доверенность от 21.12.2022,

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы

конкурсного управляющего должника и ООО «БК-3»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2023

по заявлению о включении требований ООО «БК-3» в реестр требований кредиторов должника,

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ИФК Метрополь»,  

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2022 ООО «ИФК Метрополь» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, определением Арбитражного суда города Москвы от 08.08.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО4

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022, отказано в удовлетворении требования ООО «БК-3» о включении требований в размере 26 976 964 руб. в реестр требований кредиторов должника.

            Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 08.06.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.10.2022 отказано в удовлетворении требования ООО «БК-3» о включении требований в размере 26 976 964 руб. в реестр требований кредиторов должника.

            Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 12.10.2022 отменено, требования ООО «БК-3» в размере 26 976 964 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после удовлетворения требований включенных в реестр, но до распределения ликвидационной квоты.

            Не согласившись с принятым судебным актом суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника и ООО «БК-3» обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят:

            конкурсный управляющий должника – судебный акт суда апелляционной инстанции отменить и оставить в силе судебный акт суда первой инстанции,

            ООО «БК-3» – судебный акт суда апелляционной инстанции отменить в части удовлетворения требований, подлежащими удовлетворению за реестром, до распределения ликвидационной квоты и принять новый судебный акт, которым включить удовлетворенные требования в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

            В кассационных жалобах заявители указывают на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

            В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте https://kad.arbitr.ru/.

            В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ООО «БК-3», конкурсного управляющего должника и конкурсного управляющего ОАО «ПРБ» выступили по доводам кассационных жалоб.

            Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационных жалоб, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

            Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационные жалобы рассматриваются в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 АПК РФ.

            Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

            Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            Согласно пункту 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

            При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

            Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности.

            Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений.

            Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).

            В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу. Кроме того, в сохранении имущества банкрота за собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений.

            Как следствие, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

            По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц либо являются по отношению к нему аффилированными. Следовательно, критерии заинтересованности в делах о банкротстве, указанные в тексте Закона посредством соответствующей отсылки, сходны с установленными антимонопольным законодательством критериями. Однако судами не устанавливалась заинтересованность конечного покупателя по отношению к должнику, к продавцу и к первоначальному продавцу - директору должника по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

            Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо через подтверждение аффилированности не только юридической, но и фактической. О наличии аффилированности такого рода может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее исполнение их на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

            В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 3, 3.1, 3.2, 3.3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020,  лицо, которое пытается вернуть общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, либо путем предоставления контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной законом, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)). При банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

            Как установлено судами, 02.07.2007 между заявителем (клиент) и должником (брокер) заключен договор комиссии на совершение должником по поручению клиента сделок с ценными бумагами.

            В последующем соглашением от 21.11.2018 № 2111/7 обязательства должника по возврату сумм комиссий, оставшихся на счетах должника (брокер) после расторжения договора комиссии от 02.07.2007 на оказание услуг брокера, новировав в заем со сроком возврата суммы займа 21.11.2021.

            Судом первой инстанции установлено, что должник и заявители ООО «БК-3», ООО «Аудитавиатраст», АО «Гамбит ФИО5» и ООО «Астория-Групп недвижимость» являются аффилированными лицами в контексте, придаваемой этому значению сложившейся судебно-арбитражной практикой.

            При этом суд первой инстанции обратил внимание на необходимость для целей применения положений статьи 10 ГК РФ принятия во внимание совокупность предъявления тождественных по форме и содержанию требований лиц - ООО «БК-3», ООО «Аудитавиатраст», АО «Гамбит ФИО5» и ООО «Астория-Групп недвижимость».

            В связи с чем, отказывая во включении требования в реестр, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что сделка по новации фактически представляет собой компенсационное финансирование, предоставленное должнику в состоянии имущественного кризиса, а действительной целью заявления требования является установление контроля «дружественного» кредитора над банкротством должника исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, то есть злоупотребление правом, что исключает возможность субординации требования в силу положений статьи 10 ГК РФ.

            Суд апелляционной инстанции, не соглашаясь с выводами суда первой инстанции, указал следующее.

            Как установлено судом апелляционной инстанции, должник и ООО «БК-3» являются аффилированными лицами, что подтверждалось информацией из открытых источников систем СПАРК, Контур.Фокус, а также ответом Росфинмониторинга и позицией Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

            Также суд апелляционной инстанции принял во внимание то, что заявителем, имеющим право требования к должнику по состоянию на 2018 год, не предпринималось попыток по взысканию задолженности, даже после наступления сроков возврата.

            Что было бы невозможным без аффилированности ООО «БК-3» и должника исходя и обычной практики правоотношений независимых участников хозяйственного оборота.

            Суд апелляционной инстанции также верно пришел к выводу о том, что заявителем предоставлено должнику финансирование в состоянии имущественного кризиса должника.

            Так, судом апелляционной инстанции проанализирована деятельность должника на момент заключения соглашения о новации обязательства и продлении срока возврата новированных в заем комиссионных задолженностей (21.11.2018) на предмет наличия или отсутствия имущественного кризиса, и установлено следующее.

            На 2018 год активы должника уменьшились на 2 833 658 тыс. руб. (на 42,2%); собственный капитал уменьшился на 2,6%.

            С критической стороны финансовое положение и результаты деятельности организации в 2018 году характеризовали такие показатели:

            существенно ниже нормы коэффициент абсолютной ликвидности;

            отрицательная динамика рентабельности продаж (-3,6 процентных пункта от рентабельности 2,3% за аналогичный период года, предшествующего отчётному);

            за последний год получен убыток от продаж (-32 470 тыс. руб.), более того наблюдалась отрицательная динамика по сравнению с аналогичным периодом прошлого года (-320 410 тыс. руб.);

            убыток от финансово-хозяйственной деятельности за 2018 год составил -32 487 тыс. руб.

            В ходе анализа также были получены следующие показатели, неудовлетворительно характеризующие финансовое положение и результаты деятельности организации:

            высокая зависимость организации от заемного капитала (собственный капитал составляет только 32%);

            коэффициент покрытия инвестиций ниже нормы (доля собственного капитала и долгосрочных обязательств составляет только 73% от общего капитала организации);

            значительное падение прибыли до процентов к уплате и налогообложения (EBIT) на рубль выручки организации (-0,1 коп. от аналогичного показателя рентабельности за аналогичный период года, предшествующего отчётному).

            С хорошей стороны финансовое положение организации характеризовали следующие показатели:

            чистые активы превышают уставный капитал, однако за весь анализируемый период произошло снижение величины чистых активов;

            положительная динамика собственного капитала относительно общего изменения активов организации.

            Далее, в 2019 году также имело место уменьшение активов организации (на 10,5%) и собственного капитала.

            Снижение активов организации суд апелляционной инстанции связал, в основном, со снижением показателя по строке «дебиторская задолженность» на 3 762 221 тыс. руб. (или 99,8% вклада в снижение активов).

            Одновременно, в пассиве баланса наибольшее снижение наблюдалось по строкам: краткосрочные заемные средства – 412 814 тыс. руб. (70,7%) и кредиторская задолженность – 164 700 тыс. руб. (28,2%).

            Из «Отчета о финансовых результатах» следовало, что за 2019 год организация получила убыток от продаж в размере 48 817 тыс. руб., что составляет 12,4% от выручки.

            По сравнению с аналогичным периодом 2018 года убыток от продаж вырос на 16 347 тыс. руб., или на 50,3%.

            По сравнению с прошлым периодом в текущем уменьшилась как выручка от продаж, так и расходы по обычным видам деятельности (на 2 199 972 и 2 183 625 тыс. руб. соответственно).

            Причем в процентном отношении изменение выручки (-84,8%) опережает изменение расходов (-83,1%).

            Несмотря на наличие положительных показателей в анализе, в 2019 году были выявлены отрицательные и отсутствующие в 2018 году критические значения.

            Так, суд апелляционной инстанции обратил внимание на низкую величину собственного капитала относительно общей величины активов (36%); убыток от финансово-хозяйственной деятельности за 2019 год составил -6 181 тыс. руб. (+26 306 тыс. руб. по сравнению с аналогичным периодом прошлого года).

            Критические показатели: падение рентабельности продаж (-11,1 процентных пункта от рентабельности -1,3% за аналогичный период года, предшествующего отчётному); за 2019 год получен убыток от продаж (-48 817 тыс. руб.), причем наблюдалась отрицательная динамика по сравнению с аналогичным периодом прошлого года (-16 347 тыс. руб.).

            На основании изложенного суд апелляционной инстанции обоснованно констатировал, что заявитель, будучи аффилированным лицом по отношению к должнику, предоставил финансирование должнику в виде отсрочки возврата оставшихся на счете брокера денежных средств, их последующее новирование в заем и отказ от принятия мер к истребованию задолженности в ситуации имущественного кризиса должника.

            Одностороннее исполнение обязательств по соглашениям о расторжении договоров комиссии и новации долга в заемные обязательства, не принятие мер по взысканию задолженности по договору комиссии по существу правомерно признана судом апелляционной инстанции формой финансирования должника, осуществляемого в период имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность.

            Судом апелляционной инстанции установлено, что в материалы обособленного спора представлены письмо Банка России от 2008.2021 исх. № ТЦ 47-2-79-4-11 «О направлении информации», а также отчетность по форме 0420424 «Справка о требованиях и обязательствах, связанных с осуществлением профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг, подлежащих прекращению в течение срока, предусмотренного решением об аннулировании лицензии профессионального участника рынка ценных бумаг» по состоянию на 05.03.2018, доказывающих наличие задолженности должника перед кредитором.

             Так, в строке 19 раздела 1 справки указан договор на брокерское обслуживание заключенный с кредитором. Обязательства должника в отношении кредитора по этому договору составляли 27 091 964 руб.

            В связи с чем суд апелляционной инстанции верно констатировал, что согласно справке на дату 05.03.2018 сумма задолженности должника перед ООО «БК-3» составила 27 091 964 руб.

            Судом апелляционной инстанции установлено, что требование ООО «БК-3» возникло на основании следующего.

            02.07.2007 между должником (брокер) и ЗАО «БК-3» (клиент) был заключен договор комиссии № 1465.

            В соответствии с условиями пункта 1.1 договора клиент поручает, а брокер обязуется совершить сделки от своего имени и за счет клиента.

            Право собственности на приобретенные по поручению клиента ценные бумаги, а также на неизрасходованные средства клиента, находящиеся на расчетном счете брокера, принадлежали клиенту.

            У ЗАО «БК-3»  расчетный счет был открыт только в одном банке - Эс-Би-Ай банк ООО (прежние наименования КБ «ОБИБАНК», ООО КБ «ЯР-Банк»).

            Из выписок по расчетным счетам суд апелляционной инстанции установлено, что денежные средства поступают брокеру и периодически выводятся с брокерского счета исключительно в рамках договора комиссии.

            Суммы, которые перечислялись должником по договору комиссии № 1465 от 02.07.2007, включали:

            сумма в размере 62 500 000 руб. и сумма в размере 62 400 000 руб. были внесены на расчетный счет в КБ «ОБИБАНК» единственным участником ЗАО «БК-3» - ООО «Холдинговая компания «МЕТРОПОЛЬ» и являлись внесением вклада в уставной капитал ЗАО «БК-3». С расчетного счета ЗАО «БК-3» эти суммы были перечислены должнику в рамках договора комиссии;

            сумма в размере 490 000 руб. - свободные денежные средства с расчетного счета ООО «БК-3»;

            сумма в размере 26 842 072 руб. - денежные средства, причитающиеся ООО «БК-3» как продавцу векселей от контрагента. На основании письма от 31.03.2017 денежные средства в счет оплаты купленных векселей были перечислены не на расчетный счет ООО «БК-3», а на брокерский счет.

            Таким образом, суд апелляционной инстанции обоснованно констатировал, что источником происхождения денежных средств являлись взносы в уставной капитал ЗАО «БК-3», свободные денежные средства с расчетного счета общества, а также денежные средства, полученные ООО «БК-3» в счет взаиморасчетов с контрагентами.

            Приход денежных средств и их переводы с расчетного счета общества на брокерский счет были отражены в выписках по счетам, карточках счетов 76.05 и 55.04, подтверждались соответствующими платежными поручениями, а также полностью соответствовали данным, указанным в отчетах должника по сделкам и операциям, совершенным в интересах клиента, которые составлялись в соответствии с требованиями законодательства.

            Соответственно судом апелляционной инстанции верно указано, что сумма заявленных ООО «БК-3» требований (26 976 964 рублей) составляет разницу между суммой денежных средств, перечисленных на брокерский счет за период действия договора, и суммой денежных средств, выведенных клиентом с брокерского счета.

            Судом апелляционной инстанции установлено, что 21.11.2018 между должником и ООО «БК-3» было заключено соглашение № 2111/7 о расторжении договора комиссии и новации долга в заемное обязательство, в соответствии с которым стороны договорились расторгнуть договор комиссии от 02.07.2007№ 1465.

            В указанном соглашении стороны установили, что на момент заключения соглашения о расторжении у сторон нет взаимных неисполненных обязательств, возникших из договора комиссии, за исключением обязательства брокера по возврату клиенту денежных средств, возникающего вследствие расторжения договора комиссии, в сумме, указанной в пункте 4 соглашения о расторжении.

            Согласно пункту 4 соглашения о расторжении, в связи с расторжением договора комиссии и на момент заключения соглашения о расторжении брокер обязывался вернуть клиенту ранее полученные брокером по договору комиссии денежные средства в размере 26 976 964 руб.

            При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции правомерно признал обоснованными требования кредитора к должнику о возврате компенсационного финансирования, но подлежащим удовлетворению за реестром, в очередности предшествующей распределению ликвидационной квоте.

            Доводы кассационной жалобы конкурсного управляющего должника подлежат отклонению, так как они не опровергают факт перечисления кредитором должником денежных средств по платежным поручениям, ввиду чего суд апелляционной инстанции обоснованно отменил судебный акт суда первой инстанции об отказе во включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

            Доводы кассационной жалобы кредитора также подлежат отклонению как не опровергающие установленный судом апелляционной инстанции факт предоставления отсрочки по взысканию задолженности, ввиду чего суд апелляционной инстанции обоснованно усмотрел признаки компенсационного финансирования и признал требования подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты

            Учитывая изложенное, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта, предусмотренных в части 1 статьи 288 АПК РФ.

            Доводы кассационных жалоб изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судом фактических обстоятельств дела. 

            Иная оценка заявителями кассационных жалоб установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

            На основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационных жалоб по заявленным в них доводам не имеется.

            Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2023 по делу № А40-297160/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

Председательствующий-судья                                 В.Л. Перунова

 

Судьи:                                                                        А.А. Дербенев

 

                                                                                    В.З. Уддина