Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А24-7470/2019

г. Владивосток

17 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июня 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 июня 2021 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Ревы,

судей А.В. Ветошкевич, М.Н. Гарбуза,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего  ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-2882/2021 

на определение от 05.04.2021 

судьи А.С.Павлова

по делу № А24-7470/2019 Арбитражного суда Камчатского края 

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 

к муниципальному образованию Усть-Камчатское сельское поселение Усть-Камчатского муниципального района в лице Администрации Усть-Камчатского муниципального района, Управлению имущественных и земельных отношений Администрации Усть-Камчатского муниципального района – муниципальному казенному учреждению о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, 

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Меридиан Трейд» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Коммунэнерго УстьКамчатского муниципального района» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии:

от конкурсного управляющего ФИО2: ФИО3, удостоверение адвоката, доверенность от 25.05.2021 сроком действия 1 год;

от Администрации Усть-Камчатского муниципального района: ФИО4, паспорт, доверенность от 10.01.2021 сроком до 30.12.2022 года;

от Управления имущественных и земельных отношений Администрации Усть-Камчатского муниципального района МКУ: ФИО4, паспорт, доверенность от 20.08.2020 сроком до 30.12.2021 года,

иные лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились, извещены,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Меридиан Трейд» (далее – ООО «Меридиан Трейд») обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Коммунэнерго Усть-Камчатского муниципального района» (далее – должник, ООО «Коммунэнерго УКМР», общество). 

Определением суда от 18.10.2019 указанное заявление принято, возбуждено производство по делу.

Определением суда от 13.01.2020 (дата объявления резолютивной части) заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения сроком на три месяца, временным управляющим должника утверждена ФИО2.

Решением суда от 16.07.2020 (дата объявления резолютивной части решения) ООО «Коммунэнерго УКМР» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. 

Определением суда от 16.07.2020 (дата объявления резолютивной части определения) конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2 (далее – конкурсный управляющий, апеллянт).

В рамках указанного дела о банкротстве конкурсным управляющим оспорена сделка, оформленная распоряжением Администрации Усть-Камчатского сельского поселения от 13.12.2017 № 75р «О передаче муниципального имущества ООО «Коммунэнерго УКМР» на праве безвозмездного пользования», и заявлено о применении последствий недействительности сделки в виде истребования от Администрации Усть-Камчатского муниципального района изъятого на основании распоряжения № 75р от 13.12.2017 имущества путем возложения обязанности по передаче имущества ООО «Коммунэнерго УКМР» на Управление имущественных и земельных отношений администрации Усть-Камчатского муниципального района – муниципальное казенное учреждение либо в виде взыскания с Администрации Усть-Камчатского муниципального района денежных средств в размере балансовой стоимости имущества – 129 261 366 рублей 11 копеек без права восстановления требования к должнику (с учетом уточнения, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Протокольным определением от 29.03.2021 судом произведена замена ответчика – Администрации Усть-Камчатского муниципального района на муниципальное образование Усть-Камчатское сельское поселение Усть-Камчатского муниципального района в лице Администрации Усть-Камчатского муниципального района.

Определением суда от 05.04.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано, с чем не согласился конкурсный управляющий, обжаловав судебный акт в апелляционном порядке.

Обосновывая требования апелляционной жалобы, её податель счел доказанной совокупность обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) для признания оспариваемой сделки недействительной. По мнению апеллянта, на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку включенная в реестр требований кредиторов должника задолженность конкурных кредиторов (Администрации Усть-Камчатского муниципального района, ООО «Дельта Ойл», ООО «Меридиан Трэйд») образовалась с декабря 2017 года и в дальнейшем должником не погашалась. О том, что должник испытывал финансовые трудности уже в 2016 году, по мнению апеллянта, свидетельствуют решение о привлечении к ответственности должника за совершение налогового правонарушения от 25.01.2016 № 13-21/00780 в части неуплаты обязательственных платежей на сумму более 50 млн.руб., подготовленным по итогам проверки за 2012-2014 годы, отзывы лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, обращения руководителя должника в 2016, в 2017 годы в Администрацию Усть-Камчатского муниципального района с просьбами предоставить денежные средства по причине их нехватки. Также апеллянт настаивал на наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), как совершенной со злоупотреблением Администрацией Усть-Камчатского муниципального района правом, выразившемся в том, что в преддверии банкротства должника Администрация Усть-Камчатского муниципального района изъяла имущество, которое изначально в 2012 передала должнику с нарушением норм действующего законодательства. Считает, что передача имущества в пользу должника не являлась приватизацией, поскольку корпоративный контроль над должником осуществляли Администрация Усть-Камчатского муниципального района и другие муниципальные образования, то есть имущество не перешло в частную собственность. Податель жалобы полагает, что ссылки Администрации Усть-Камчатского муниципального района на ничтожность решений и действий по передаче должнику имущества не могут быть приняты во внимание суда в силу правового принципа эстоппеля.

В письменном отзыве на апелляционную жалобу Администрация Усть-Камчатского муниципального района на доводы апелляционной жалобы возразила, указав, что передача имущества должнику на праве хозяйственного ведения была осуществлена в нарушение положений норм действующего законодательства, поскольку право хозяйственного ведения может возникнуть только у унитарного предприятия, в то время как должник является обществом с ограниченной ответственностью. Отмечает, что действия ответчика, принявшего решение о передаче муниципального имущества должнику на праве хозяйственного ведения, фактически носят  характер ничтожной сделки, поскольку данные сделки нарушают требования действующего законодательства и при этом посягают на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Настаивает на том, что незаконная передача в 2012 году муниципального имущества должнику является ничтожной сделкой, соответственно, не порождает каких-либо прав и обязанностей Общества по пользованию, владению и распоряжению муниципальным имуществом и не лишают собственника в лице органа местного самоуправления прав собственности на имущество, которое временно находилось фактически в незаконном пользовании должника. В этой связи считает, что у должника не было правовых оснований для учета полученных от участников основных средств на собственном балансе и его амортизации. В пользу вывода о ничтожности сделки по передаче должнику имущества на праве хозяйственного ведения, по мнению апеллянта, свидетельствует совершение сделки с нарушением требований Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 21.12.2001 № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» (далее - Закон о приватизации), Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО), Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции), Федерального закона от 07.12.2011 № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении», Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении», Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (далее – Закон № 131-ФЗ). По мнению ответчика, факт изъятия имущества из незаконного хозяйственного ведения и передачи в последующем для продолжения деятельности по договору безвозмездного пользования, не мог повлиять на платежеспособность должника и привести к иным негативным последствиям.

В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы в  полном объеме, настаивая на отмене обжалуемого судебного акта. 

Представитель Администрации Усть-Камчатского муниципального района, Управления имущественных и земельных отношений Администрации Усть-Камчатского муниципального района МКУ на доводы апелляционной жалобы возразил по основаниям письменного отзыва на жалобу. 

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 30.12.2012 между Комитетом по управлению муниципальным имуществом, вопросам территориального планирования и строительства администрации Усть-Камчатского муниципального района и ООО «Коммунэнерго УКМР»  заключен договор № 16-11-12 о закреплении муниципального имущества за ООО «Коммунэнерго УКМР» (далее – Договор от 30.12.2012), согласно  которому комитет на основании статей 114, 294 ГК РФ закрепляет за  ООО «Коммунэнерго УКМР» на праве хозяйственного ведения муниципальное имущество в соответствии с приложением № 1 к настоящему договору.

Согласно приложению № 1 к Договору от 30.12.2012 в перечень имущества вошли: 57 зданий, 63 сооружения, 102 машины и оборудования, 31 транспортное средство, а также производственный и хозяйственный инвентарь и другие основные средства общей балансовой стоимостью 70 570 903 рубля 03 копейки. 

Кроме того, как указано конкурсным управляющим в заявлении и не оспорено участвующими в деле лицами, 6 зданий, 9 сооружений, 76 машин и оборудования (общей балансовой стоимостью 64 671 266 рублей 33 копейки)  переданы ООО «Коммунэнерго УКМР» под материальную ответственность ФИО5; еще 6 объектов общей стоимостью 19 829 186 рублей 80 копеек были переданы без указания материально ответственного лица. 

Указанное выше имущество общей стоимостью 155 071 356 рублей 16 копеек поставлено на баланс ООО «Коммунэнерго УКМР», которое владело и распоряжалось имуществом до 2017 года. 

Распоряжением администрации Усть-Камчатского сельского поселения от 13.12.2017 № 75-р (далее – Распоряжение от 13.12.2017) ранее  переданное должнику, в том числе по Договору  от 30.12.2012, муниципальное имущество, перечень которого приведен в приложении к настоящему распоряжению, балансовой стоимостью 129 261 366,11 руб. по состоянию на 01.08.2017 изъято, руководителю должника указано на необходимость снять имущество с баланса предприятия, передать его в казну Усть-Камчатского сельского поселения. Кроме того, в этом же Распоряжении от 13.12.2017 указано на то, что имущество, поименованное в приложении к настоящему распоряжению, подлежит передаче ООО «Коммунэнерго УКМР» на праве безвозмездного пользования.

По договору от 14.12.2017 № 02 Комитет по управлению муниципальным имуществом, вопросам территориального планирования и строительства администрации Усть-Камчатского муниципального района передал изъятое имущество должнику в безвозмездное пользование.

Данное имущество было отражено на забалансовом счете должника.

Заключенным в дальнейшем соглашением от 28.09.2018 договор безвозмездного пользования имуществом от 14.12.2017 № 02 в части объектов теплоснабжения расторгнут; 09.01.2019 между Управлением имущественных и земельных отношений Администрации Усть-Камчатского муниципального района – муниципальное казенное учреждение и ООО «Коммунэнерго УКМР» заключен договор аренды муниципального имущества Усть-Камчатского сельского поседения, согласно которому управление передало ООО «Коммунэнерго УКМР» за плату во временное владение муниципальное имущество в соответствии с приложением № 1 к договору: 6 объектов водоснабжения и 9 объектов водоотведения общей стоимостью 385 448 000 рублей.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на наличие оснований для признания  Распоряжения от 13.12.2017 недействительной сделкой как подозрительной (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) и как совершенной со злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ), обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции, установив отсутствие совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной, отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Повторно рассмотрев дело, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Право конкурсного управляющего и уполномоченного органа на подачу в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, закреплено в пункте 3 статьи 129 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

В пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

Порядок оспаривания подозрительных сделок должника установлен в статье 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

С учетом принятия заявления о признании ООО «Коммунэнерго УКМР» несостоятельным (банкротом) арбитражным судом 18.10.2019, к спорной сделке, совершенной 13.12.2017 подлежит применению пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с разъяснениями Пленума ВАС РФ, приведенными в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность должника - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Конкурсный управляющий в подтверждение  позиции о наличии при совершении оспоренной сделки совокупности условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  сослался на то, что в результате ее совершения произошло уменьшение имущества должника на сумму более 120  млн. руб., что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов, на наличие у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности и отчуждение по сделке всех ликвидных активов должника, за счет которых могли быть погашены требования кредиторов, что свидетельствует о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также на осведомленность второй стороны сделки как заинтересованного лица о названой цели.

Коллегия находит позицию конкурсного управляющего ошибочной, исходя из следующего.

Из обстоятельств настоящего обособленного спора следует, что в соответствии с учредительным договором от 12.07.2012 Усть-Камчатским муниципальным районом, Усть-Камчатским, Козыревским и Ключевским сельскими поселениями создано общество с ограниченной ответственностью «Коммунэнерго Усть-Камчатского муниципального района».

В соответствии с пунктом 2.2 учредительного договора участники формируют уставный капитал Общества на момент регистрации в размере 10 000 рублей.

Согласно пункту 2.2 Устава ООО «Коммунэнерго УКМР» (далее - Устав) целью деятельности общества является удовлетворение общественных потребностей юридических и физических лиц в работах, товарах и услугах.

Проанализировав перечисленные в пункте 2.3 Устава виды деятельности общества, коллегия установила, что к основным видам деятельности Общества относилось производство и оказание услуг по водоснабжению и водоотведению; организация транспортного обслуживания населения; организация сбора и вывоза бытовых отходов и мусора; организация ритуальных услуг и содержание мест захоронения; содержание и ремонт автомобильных дорог, организация утилизации и переработки бытовых и промышленных отходов и пр.

Впоследствии Козыревский и Ключевское сельские поселения, а также администрация Усть-Камчасткого муниципального района, исполняющая полномочия администрации Усть-Камчатского сельского поселения, вышли из состава участников ООО «Коммунэнерго УКМР».

В соответствии с Договором от 30.12.2012 обществу передано муниципальное имущество, перечисленное в Приложении № 1 к договору, для эксплуатации в соответствии с определенными Уставом видами деятельности общества.

При рассмотрении настоящего обособленного спора коллегия сочла заслуживающими внимания доводы ответчика о передаче муниципальной собственности на баланс ООО «Коммунэнерго УКМР» с нарушением норм действующего законодательства.

Так, согласно статье 294 ГК РФ государственное или муниципальное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 299 ГК РФ право хозяйственного ведения имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника.

Исходя из положений статьи 113 ГК РФ, пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», унитарным предприятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на закрепленное за ней собственником имущество. В организационно-правовой форме унитарных предприятий действуют государственные и муниципальные предприятия. Имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления. От имени муниципального образования права собственника имущества унитарного предприятия осуществляют органы местного самоуправления в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Из указанных норм права следует, что на праве хозяйственного ведения государственное и муниципальное имущество может быть закреплено только за государственным или муниципальным унитарным предприятием.

Как следует из материалов дела, фактическим владельцем спорных объектов недвижимости с момента заключения Договора от 30.12.2012 вплоть до вынесения оспоренного Распоряжения от 13.12.2017 являлось общество, что подтверждается представленными в дело документами и не оспаривается участвующими в деле лицами. 

Исходя из положений пунктов 1 и 2 статьи 299 ГК РФ и разъяснений, изложенных в пункте 5 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», право хозяйственного ведения на имущество возникает на основании акта собственника о закреплении имущества за унитарным предприятием или учреждением, а также в результате приобретения унитарным предприятием или учреждением имущества по договору или иному основанию.

Вместе с тем, должник, будучи стороной по Договору от 30.12.2012, действующий в организационно-правовой форме общества с ограниченной ответственностью, таковым не является.

Согласно статье 168 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения Договора от 30.12.2012) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Соответственно, поскольку Договор от 30.12.2012 заключен с нарушением указанных выше норм права, он является ничтожным в силу статьи 168 ГК РФ.

Согласно части 2 статьи 51 Закона № 131-ФЗ органы местного самоуправления вправе передавать муниципальное имущество во временное или в постоянное пользование физическим и юридическим лицам, органам государственной власти Российской Федерации (органам государственной власти субъекта Российской Федерации) и органам местного самоуправления иных муниципальных образований, отчуждать, совершать иные сделки в соответствии с федеральными законами.

Заключение договоров аренды, договоров безвозмездного пользования, договоров доверительного управления имуществом, иных договоров, предусматривающих переход прав владения и (или) пользования в отношении государственного или муниципального имущества, не закрепленного на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, может быть осуществлено только по результатам проведения конкурсов или аукционов на право заключения этих договоров (часть 1 статьи 17.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»).

Учитывая, что муниципальное имущество было передано ООО «Коммунэнерго УКМР», находилось в его владении и пользовании, что лицами, участвующими в деле, не оспорено, коллегия сочла обоснованными доводы Администрации о том, что спорное имущество было передано должнику на безвозмездной основе. 

В соответствии с частью 1 статьи 689 ГК РФ по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

В соответствии со статьей 695 ГК РФ ссудополучатель обязан поддерживать вещь, полученную в безвозмездное пользование, в исправном состоянии, включая осуществление текущего и капитального ремонта, и нести все расходы на ее содержание, если иное не предусмотрено договором безвозмездного пользования.

При передаче имущества по договору безвозмездного пользования в силу статей 689 - 701 ГК РФ право собственности на это имущество не переходит.

Таким образом, изъятие собственником в 2017 году спорного имущества у должника, которое находилось в его фактическом безвозмездном пользовании с 2012 года, не могло причинить вред кредиторам должника, так как прав по распоряжению этим имуществом у должника не возникло.

Занятую апеллянтом позицию об отсутствии оснований для вывода о передаче спорного имущества в безвозмездное пользование должнику, поскольку имущество передано должнику в виде вклада в имущество общества в соответствии с пунктом 1 статьи 27 Закона об ООО, коллегия признала необоснованной в силу следующего.

Исходя из положений статьи 27 Закона об ООО и разъяснений высших судебных инстанций, приведенных в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 90, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 09.12.1999 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», внесение вкладов в имущество общества отнесено к правомочиям участников, и соответствующая обязанность возникает лишь в случаях, когда она предусмотрена в уставе общества и принято соответствующее решение общего собрания участников общества о внесении таких вкладов.

Конкурсным управляющим не представлено суду соответствующее решение общего собрания участников о внесении вклада в имущество должника. В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего подтвердил, что такое решение в его распоряжении отсутствует.

Также коллегия отмечает, что передача спорного имущества должнику в 2012 году не может быть расценена в качестве вклада в уставный капитал обществ, поскольку, исходя из статьи 213 ГК РФ, статьи 17 Закона об ООО,  имущество, переданное в качестве взноса учредителя в увеличение ранее сформированного уставного капитала общества, фактически переходит в собственность общества, что имеет характер приватизации муниципального имущества.

В соответствии со статьей 217 ГК РФ имущество, находящееся в государственной или муниципальной собственности, может быть передано его собственником в собственность граждан и юридических лиц в порядке, предусмотренном законами о приватизации государственного и муниципального имущества.

В пункте 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21 февраля 2001 года № 60 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением арбитражными судами Федерального закона «О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества в Российской Федерации» разъяснено, что внесение государственного (муниципального) имущества (объектов приватизации) в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных обществ допускается только в порядке, установленном законодательством о приватизации, законодательством о приватизации не допускается внесение государственного (муниципального) имущества в уставный капитал хозяйственных обществ, не созданных в процессе приватизации.

Вместе с тем, статья 13 Закона о приватизации, содержащая исчерпывающий перечень способов приватизации, не предусматривает такой способ приватизации муниципального имущества как внесение данного имущества в качестве вклада в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью.

При таких обстоятельствах, поскольку спорное имущество не передавалось должнику на праве собственности или каком-либо ином законном вещном праве, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что изъятие этого имущества собственником на основании оспариваемого Распоряжения от 13.12.2017,  не свидетельствует ни о причинении вреда должнику и его кредиторам, ни о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, так как данное имущество не подлежало включению в конкурсную массу должника, следовательно,  требования кредиторов должника не могли быть удовлетворены за счет этого имущества.

С учетом изложенного, коллегия пришла к выводу о недоказанности совокупности условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимых для признания Распоряжения от 13.12.2017 недействительным как подозрительной сделки.

В этой связи, доводы конкурсного управляющего о наличии признаков неплатежеспособности у должника на момент заключения оспариваемого распоряжения, не могут быть признаны достаточными для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

При этом коллегия отмечает, что вывод суда первой инстанции об отсутствии  у должника  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества по состоянию на 13.12.2017 обусловлен тем, что задолженность перед названными заявителем кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника (АО «ЮЭСК», ООО «Меридиан Трейд», ООО «Дельта Ойл» и т.д.), возникла после 13.12.2017, размещенные в открытом доступе на сайте Федеральной службы судебных приставов сведения свидетельствуют только о наличии задолженности по исполнительным производствам, которые были возбуждены после 06.06.2018, доказательств наличия у должника на момент совершения оспариваемой сделки неисполненных впоследствии обязательств конкурсным управляющим не представлено. Также суд указал на наличие у должника по состоянию на 31.12.2017 согласно бухгалтерскому балансу иных активов, в том числе существенной дебиторской задолженности в размере 400 миллионов рублей.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы указанные выше выводы суда первой инстанции не опровергают. Так, апеллянт ссылается на требования кредиторов, включенные в реестр, задолженность перед которыми возникла после совершения оспоренной сделки от 13.12.2017, а также на наличие у должника обязательств перед кредиторами на момент совершения оспоренной сделки, в том числе перед бюджетом, при этом доказательств того, что данные требования остались не погашенными и включены в реестр требований кредиторов должника, конкурсным управляющим не представлено. Ссылки апеллянта на пояснения лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,  на заявления должника о выделении преференций и предоставление должнику субсидий в 2016-2017 гг, коллегией отклоняются, учитывая  характер осуществляемой должником хозяйственной деятельности (ресурсоснабжающая организация, предоставляющая услуги теплоснабжения, водоснабжения и водоотведения, электроснабжения населению и юридическим лицам), для которой является обычным наличие  непогашенной кредиторской задолженности одновременно с дебиторской задолженностью, а также данные бухгалтерских балансов должника и отчетов о финансовых результатах за 2017-2018 гг, согласно которым у должника имелась значительная по размеру дебиторская задолженность (более 400  млн. руб.), чистая прибыль. 

В отношении доводов заявителя о недействительности  оспоренной сделки на основании статьи 10 ГК РФ апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в названной статье пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, исходя из пункта 5 статьи 10 ГК РФ о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Вместе с тем, в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).

В рассматриваемом случае, конкурсный управляющий, квалифицируя оспариваемую сделку, как совершенную в условиях неплатежеспособности должника с целью причинения имущественного вреда кредиторам, не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В этой связи оснований для признания Распоряжения от 13.12.2017 недействительным как заключенного со злоупотреблением правом не имеется.

Позиция апеллянта о том, что ссылки ответчика на ничтожность решений и действий по передаче должнику спорного имущества не могут быть приняты во внимание в силу правового принципа эстоппеля (с учетом того, что Администрация Усть-Камчатского муниципального района на протяжении более 5 лет своими действиями подтверждала, что сделка по передаче спорного имущества должнику является законной, в результате должник полагался на действительность передачи имущества, отразив его на своем балансе, контрагенты должника  считали, что у должника имеется достаточно имущества и вступали с ним в правоотношения), коллегией отклоняется по следующим основаниям.

Принцип эстоппеля предполагает утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства (заявлять возражения) в рамках гражданско-правового спора, если данные возражения существенно противоречат его предшествующему поведению (Обзор практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017)).

Вместе с тем, применительно к данному спору судом не могут быть проигнорированы вопросы действительности сделки по передаче имущества должнику в 2012 году, поскольку в противном случае, допускается возможность констатации судом положения, противоречащего основам гражданского законодательства. В частности следование позиции конкурсного управляющего приведет к  возможности констатации факта принадлежности муниципального имущества на праве хозяйственного ведения обществу с ограниченной ответственностью.

В этой связи апелляционной инстанции считает не подлежащей применению статью 10 ГК РФ к сделке по передаче муниципального имущества должнику.

При изложенных обстоятельствах определение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для его отмены и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе на основании статьи 110 АПК РФ относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Камчатского края от 05.04.2021 по делу №А24-7470/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца.

Председательствующий

Т.В. Рева

Судьи

А.В. Ветошкевич

ФИО6