﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9795/19 

Екатеринбург

02 июня 2020 г.

Дело № А50-23228/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 июня 2020 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Плетневой В.В., Соловцова С.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Профит» (далее – общество «Профит», кредитор) на определение Арбитражный суд Пермского края от 02.09.2019 по делу № А50-23228/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель конкурсного управляющего обществом «Профит» – Михайлов М.С. (доверенность                от 20.12.2019).

20.07.2018 в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление акционерного коммерческого банка «ФОРА-БАНК» (акционерное общество) (далее – АКБ «Фора-Банк», заявитель) о признании общества с ограниченной ответственностью «Бриг-Девелопмент» (далее – общество «БРИГ-Девелопмент», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 26.07.2018 указанное заявление принято к производству Арбитражного суда Пермского края, возбуждено производство по делу о банкротстве общество «БРИГ-Девелопмент».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 25.09.2018 заявление АКБ «Фора-Банк» признано обоснованным, в отношении общества «БРИГ-Девелопмент» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Леваков Сергей Валерьевич.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 27.03.2019 общество «БРИГ-Девелопмент» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Леваков С.В.

28.05.2019 общество «Профит» в лице конкурсного управляющего Дементьева Евгения Владимировича обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 57 791 107 руб. 42 коп.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 22.07.2019 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общества с ограниченной ответственностью «Капитал Эстейт», «ВИТУС Эстейт», «ИнвестСтройСтандарт». 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 02.09.2019 в удовлетворении заявления общества «Профит» о включении требования в сумме 57 791 107 руб. 42 коп. в реестр требований кредиторов общества «БРИГ-Девелопмент» отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда         от 22.11.2019 определение Арбитражного суда Пермского края от 02.09.2019 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «Профит» просит указанные судебные акты отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, а также нарушение норм материального и процессуального права.

Заявитель кассационной жалобы указывает, что суды не исследовали доводы о том, что спорное соглашение об уступке права требования от 03.06.2013 № ПФ/Ц/1, на основании которого обществом «Профит» заявлено требование, являлось завершением цепочки сделок, направленных на вывод активов кредитора, совершенных с целью исключения возврата обществу «Профит» денежных средств в сумме 89 000 000 руб., ранее перечисленных в пользу одного из участников группы компаний. По мнению заявителя жалобы, указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии признаков злоупотребления правом в действиях общества «БРИГ-Девелопмент» и бывшего руководства как должника, так и кредитора и направленности согласованных действий всей группы компаний на освобождение общества «БРИГ-Девелопмент» от задолженности перед обществом «Профит» в преддверие банкротства последнего в целях недопущения обращения взыскания на денежные средства и воспрепятствование расчетам с кредиторами общетва «Профит». Заявитель жалобы указывает, что суды, делая вывод о недоказанности факта злоупотребления правом, допустили нарушение норм статей 2, 6, 7, пункта 3 статьи 9, статей 65, 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). Суд первой инстанции неправомерно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства с целью представления дополнительных доказательств, а суд апелляционной инстанции отказал в приобщении таких доказательств.

Кроме того, общество «Профит» полагает, что при наличии признаков злоупотребления правом имеются основания для исчисления срока исковой давности с момента, когда у кредитора появилась реальная возможность реализовать право требования, то есть с даты утверждения конкурсного управляющего как первого независимого лица, имеющего право действовать от имени кредитора.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника  просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы (статья 286 АПК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судами, должником и кредитором было заключено соглашение об уступке права требования               от 03.06.2013 № ПФ/Ц/1, по условиям которого общество «Профит» (цедент) передает, а общество «Бриг-Девелопмент» (цессионарий) принимает на себя право требования суммы по векселю общества «ВИТУС Эстейт» от 01.07.2011 № 00001 от векселедателя – общества «Капитал Эстейт» в сумме           40 308 709 руб. 70 коп.

Пунктом 3 соглашения предусмотрено, что в счет уступки прав требования, указанных в пункте 1 договора, цессионарий обязуется перечислить на расчетный счет цедента денежные средства в размере 40 308 709 руб. 70 коп. в срок до 31.07.2013, если иной порядок оплаты не будет установлен соглашением сторон.

Ссылаясь на наличие задолженности общества «БРИГ-Девелопмент» перед обществом «Профит» по оплате уступленного по указанному соглашению права требования, кредитор обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 57 791 107 руб.   42 коп., в том числе 40 308 709 руб. 70 коп. основного долга, 17 482 397 руб.    72 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из пропуска обществом «Профит» срока исковой давности.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, признав их законными и обоснованными.

Проверив обоснованность доводов кассационной жалобы, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

В силу пунктов 1, 2 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В соответствии с пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление № 43) истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве. Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ имеющиеся доказательства, проверив обоснованность возражений о пропуске кредитором срока исковой давности обращения с настоящим требованием, установив, что срок оплаты за уступленное право был установлен до 31.07.2013, заявителем не представлено доказательств перерыва срока исковой давности или приостановления течения срока исковой давности, суды пришли к обоснованному выводу, что срок исковой давности по указанному выше обязательству истек 31.07.2016.

Исходя из вышеизложенных обстоятельств, по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, установив, что с рассматриваемым требованием общество «Профит» обратилось 28.05.2019, то есть с пропуском трехлетнего срока исковой давности, и иное не доказано, исходя из того, что данное обстоятельство, в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований, суды отказали в удовлетворении заявленных обществом «Профит» требований.

Таким образом, при вынесении обжалуемых судебных актов суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела пропуска заявителем срока исковой давности по настоящему требованию, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Доводы кредитора о необходимости исчисления срока исковой давности с момента, когда конкурсному управляющему обществом «Профит» стало известно о задолженности, обоснованно отклонены судами, исходя из разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления № 43, согласно которым течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ); изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Кроме того, судебная практика исходит из того, что под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица (пункт 1 постановления № 43). Наличие или отсутствие нарушенного субъективного гражданского права или законного интереса имеет существенное значение для ответа на вопрос о применении срока исковой давности к тому или иному требованию.

Субъективную исковую давность по общему правилу запускает соотношение (совокупность) двух элементов, когда лицо знает или должно знать: а) о нарушении своего права и б) о личности нарушителя. Двухэлементный состав субъективных элементов задавнивания, состоящий из знания о фактах, порождающих требование, и о лице, ответственном по требованию, является широко признанным подходом к определению начала исчисления давности (статья III.-7:301 Модельных правил европейского частного права).

В настоящем обособленном споре суды установили, что срок исполнения по обязательству по оплате уступленного права начал течь с 31.07.2013, с этого момента обществом «Профит» не были предприняты действия по принудительной защите своего права, при этом в соответствии с данными бухгалтерского учета должника на 01.01.2014 задолженность перед обществом «Профит» по соглашению об уступке прав требования отсутствовала, что, в свою очередь, объясняет отсутствие активных действий по взысканию долга в судебном порядке.

Кроме того, сам заявитель признавал, что значительной части документов по спорным правоотношениям, раскрывающих всю цепочку взаимоотношений между участниками соглашений об уступке прав, опосредующих передачу должнику прав по векселю, начиная с векселедателя, и подтверждающих действительность переданного права, в силу давности у него не имеется, как не имеется таких документов и у должника.

Суд округа считает необходимым отметить, что институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 № 3-П).

Аналогичной позиции придерживается и Европейский Суд по правам человека, указывая, что установленные в законе сроки исковой давности защищают потенциальных ответчиков от просроченных требований и освобождают суды от необходимости выносить решения, основанные на доказательствах, которые со временем приобрели свойства неопределенности и неполноты; право на защиту своих прав в суде было бы скомпрометировано, если бы суды выносили решения, основываясь на неполной в силу истекшего времени доказательственной базе (Постановления от 22 июня 2000 года по делу «Коэм (Coeme) и другие против Бельгии» и от 7 июля 2009 года «Станьо (Stagno) против Бельгии»).

При таких обстоятельствах, учитывая установленные сроки оплаты по соглашению об уступке, отсутствие в бухгалтерской отчетности должника сведений о задолженности перед кредитором, необращение в связи с этим за принудительным взысканием долга, отсутствие у должника и кредитора всего объема документов, объективно раскрывающих их реальные взаимоотношения по спорным соглашениям, ввиду длительности истекшего с момента их составления периода времени, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований ввиду пропуска срока исковой давности.

Доводы общества «Профит» о том, что судами проигнорирована оплата по соглашению, были предметом оценки суда апелляционной инстанции и обоснованно отклонены, поскольку суды установили, что в назначении платежа от 17.11.2014 указано «оплата по договору уступки права требования от 31.01.2013», в то время как соглашение об уступке, на котором основано требование заявителя, датировано 03.06.2013, а доказательств того, что указанный платеж относится именно к соглашению от 03.06.2013 № ПФ/Ц/1 в материалы дела кредитором не представлено. Таким образом, судами верно указано, что доказательств  перерыва срока исковой давности не имеется.

Довод кассационной жалобы о наличии злоупотребления правом со стороны общества «Бриг-Девелопмент» и бывшего руководителя общества «Профит», выразившегося в том, что денежные средства во исполнение сделок, связанных с правом требования по векселю общества «Витус Эстейт» от 01.07.2011 № 00001, перечислялись между аффилированными лицами, при этом руководитель общества «Профит» не предпринимал никаких действий по возврату спорных денежных средств от общества «Бриг-Девелопмент» по соглашению от 03.06.2013 № ПФ/Ц/1 к выгоде последнего, делая невозможным их использование в предпринимательской деятельности общества «Профит», в качестве санкции за которое в реализации права на применение срока исковой давности надлежало отказать, рассмотрен судом округа и отклонен на основании следующего.

Действительно, срок исковой давности не применяется по правилам пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, которая запрещает пользоваться правами исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, а также злоупотребления правом.

Вместе с тем необходимо учитывать, что такой вид санкции, как отказ в применении срока исковой давности, должен использоваться в крайних случаях, когда судом непосредственно установлено, что в результате недобросовестных действий такого лица стало невозможным либо затруднительным своевременное обращение в суд за защитой своих прав. К таким действиям можно отнести умышленное сокрытие совершенной сделки, предоставление недостоверной информации о дате ее совершения и т.д.

Таким образом, неприменение истекшей и заявленной должником исковой давности возможно в порядке исключения и только в случае особых обстоятельств явного злоупотребления, что нашло отражение в судебной практике (Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.11.2011 № 17912/09, от 24.05.2012 № 17802/11, от 24.09.2013 № 10715/12, от 26.02.2013 № 12913/12).

В данном случае кредитором не приведено доводов, свидетельствующих о наличии препятствий для своевременного обращения в суд за защитой своих прав, которые возникли именно в результате действий общества «БРИГ-Девелопмент». 

Суды двух инстанций, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что, указывая на злоупотребление правами как должником, так и обществом «Профит», кредитор ссылался лишь на аффилированность указанных лиц, наличие действительной заинтересованности указанных лиц в намеренном уклонении от исполнения обязательств по соглашению от 03.06.2013 он не доказал, с учетом того, что в соответствии с данными бухгалтерского учета должника на 01.01.2014 задолженность перед обществом «Профит» по соглашению об уступке прав требования отсутствовала, информации относительно использования обществом «Бриг-Девелопмент» в своей хозяйственной деятельности векселя общества «ВИТУС Эстейт»  от 01.07.2011 № 00001 не имелось; учитывая, что совершение сделок с аффилированными лицами в рамках осуществления и должником, и обществом «Профит» своей деятельности являлось обычной практикой (в частности, само общество «Профит» приобрело права требования по векселю общества «ВИТУС Эстейт» у аффилированного лица – общества с ограниченной ответственностью «ИнвестСтройСтандарт»), пришли к выводу об отсутствии оснований для вывода о злоупотреблении правами должником и кредитором и, как следствие, отсутствии оснований для неприменения срока исковой давности.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Заявленные доводы кассационной жалобы были предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанций и получили правильную правовую оценку. Переоценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу главы 35 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Обжалованные судебные акты соответствуют нормам материального права, а содержащиеся в них выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом округа не выявлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 02.09.2019 по делу № А50-23228/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Профит» – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий							Ю.В. Кудинова 

Судьи							В.В. Плетнева 

                                             						С.Н. Соловцов