ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-30358/2021

город Ростов-на-Дону

30 января 2025 года

15АП-14939/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2025 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гамова Д.С.,

судей Димитриева М.А., Сулименко Н.В.,

при участии (онлайн):

от ФИО1 - представитель ФИО2 по доверенности,

от АО "ВЭБ-Лизинг" - представитель ФИО3 по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества "ВЭБ-Лизинг"  на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.08.2024 по делу  № А32-30358/2021 об отказе в удовлетворении заявления акционерного общества  "ВЭБ-Лизинг"  о включении требований в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "ТЕХНОЭЛЕКТРО",

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "ТЕХНОЭЛЕКТРО" (далее – должник) акционерное общество "ВЭБ-Лизинг" (далее – кредитор) обратилось в арбитражный суд с заявлением об установлении требований в реестре требований кредиторов должника в размере 963 144,11 рублей (с учетом уточнения заявленных требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.08.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, АО "ВЭБ-Лизинг" обжаловало определение суда первой инстанции от 28.08.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просило обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом первой инстанции незаконно и необоснованно определена цена изъятого предмета лизинга, а также сделан вывод о непредставлении АО "ВЭБ-Лизинг" надлежащих доказательств стоимости возвращенного имущества. Судом первой инстанции в качестве параметра сальдо встречных обязательств приняты данные сетевых торговых площадок, а также ответ Союза "Торгово-промышленной палаты Краснодарского края", которые не являются отчетом об оценке конкретного имущества, составленного в соответствии с Федеральными стандартами оценки, и не могут являться конкурирующим доказательством договору купли-продажи, заключенному по результатам проведения торгов. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие неразумность и недобросовестность кредитора при реализации транспортного средства, а также доказательства того, что у кредитора имелась  реальная возможность реализации предмета лизинга по более высокой цене или в иные сроки. 

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должника просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

АО "ВЭБ-Лизинг" представило ходатайство о назначении судебной оценочной экспертизы по определению рыночной стоимости транспортного средства по состоянию на 25.01.2018.

Представитель конкурсного управляющего должника в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, возражал против назначения судебной экспертизы.

Представитель кредитора поддержал ранее заявленное ходатайство о назначении экспертизы, просил определение суда отменить.

Рассмотрев ходатайство кредитора о назначении по делу оценочной экспертизы, суд апелляционной инстанции отказывает в его удовлетворении.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо, если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение экспертов является одним из доказательств по делу и оценивается наряду с другими доказательствами.

В силу статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда. Признав, что основания для назначения экспертизы отсутствуют либо проведение ее нецелесообразно, суд с учетом совокупности имеющихся в деле доказательств вправе отказать в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы по делу.

Кроме того, ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений частей 2 и 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными (пункт 5 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе").

Как следует из материалов дела, определениями Арбитражного суда Краснодарского края от 25.01.2024, 06.06.2024 суд первой инстанции неоднократно предлагал участникам обособленного спора обратиться в суд с ходатайством о назначении судебной экспертизы.

Между тем, в суде первой инстанции кредитором не было заявлено ходатайство о назначении по делу почерковедческой экспертизы.

На основании изложенного, учитывая, что кредитор надлежащим образом был извещен о рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции, ходатайство о назначении оценочной экспертизы в суде первой инстанции не заявил, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением суда от 27.06.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

07.11.2022 в Арбитражный суд Краснодарского края обратилось АО "ВЭБ-Лизинг" с заявлением об установлении требований в реестре требований кредиторов должника в размере 963 144,11 рублей.

В обоснование заявления АО "ВЭБ-Лизинг" указало следующие фактические обстоятельства.

21.12.2016 между АО "ВЭБ-Лизинг" и ООО "ТЕХНОЭЛЕКТРО" заключен договор лизинга № Р16-23684-ДЛ (далее – договор лизинга) по условиям которого лизингодатель на условиях согласованного с лизингополучателем договора купли-продажи принял на себя обязательство приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца имущество (предмет лизинга), указанное в спецификации предмета лизинга, которое обязался предоставить лизингополучателю за плату в лизинг с правом последующего приобретения права собственности.

Во исполнение договора лизинга АО "ВЭБ-лизинг" заключило договор купли-продажи от 21.12.2016 №Р16-23684-ДКП (далее - договор купли-продажи), по условиям которого приобрело в собственность автомобиль КамАз 65201-43, 2016 года выпуска, по цене 4.6 млн. руб. Автомобиль был передан должнику по акту приема-передачи от 26.12.2016.

26.09.2017 АО "ВЭБ-лизинг" уведомило ООО "ТЕХНОЭЛЕКТРО" о решении расторгнуть договор лизинга в связи с неуплатой лизингополучателем более двух лизинговых платежей подряд. В данном уведомлении лизингодатель установил перед лизингополучателем задолженность в размере 766 397,84 руб., а также указал на необходимость возврата предмета лизинга и оплаты задолженности не позднее пяти рабочих дней с момента расторжения договора.

25.01.2018 предмет лизинга возвращен АО "ВЭБ-лизинг", что подтверждается актом изъятия по договору лизинга от 25.01.2018 и был сдан на хранение согласно акту приема-передачи транспортного средства на хранение от 25.01.2018.

В дальнейшем предмет лизинга реализован АО "ВЭБ-лизинг" по договору купли-продажи от 29.03.2021 № Р16-23684-БУ по стоимости 1 760 000 руб.

Ссылаясь на то, что сальдо встречных обязательств по договору лизинга составило 963 144,11 руб. (с учетом заявленных уточнений) в пользу лизингодателя, АО "ВЭБ-лизинг" обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Возражая против заявленных АО "ВЭБ-лизинг" требований, конкурсный управляющий должника представил контррасчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга, согласно которого сальдо встречных обязательств рассчитано в пользу должника и составляет 1 688 627,74 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных АО "ВЭБ-лизинг" требований, суд первой инстанции руководствовался положениями статей  32, 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), 406, 614, 624, 655 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" (далее – Закон о лизинге), разъяснениями, изложенными в пунктах 3.1 - 3.5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее - Постановление № 17), правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2023 № 305-ЭС22-2015, принял во внимание контррасчет сальдо встречных обязательств, представленный конкурсным управляющим, указал отсутствие на стороне кредитора документально подтвержденных убытков, указав, что совокупность полученных от должника лизинговых платежей и стоимость возвращенного имущества превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором.

Проверка материалов дела показывает, что выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам и сделаны при правильном применении норм материального процессуального права, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, установленным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Согласно статье 142 Закона о банкротстве на стадии конкурсного производства установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 данного Закона. В силу названной нормы закона при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов. По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 и от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как разъясняется в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 № 40 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" (далее - постановление № 40), при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. При рассмотрении обособленного спора суд с учетом поступивших возражений проверяет требование кредитора на предмет мнимости или предоставления компенсационного финансирования. При осуществлении такой проверки суды вправе использовать предоставленные уполномоченным и другими органами данные информационных и аналитических ресурсов, а также сформированные на их основе структурированные выписки.

Как следует из материалов дела, настоящее требование кредитор основывает на факте ненадлежащего исполнения должником обязательств по договору лизинга № Р16-23684-ДЛ от 21.12.2016.

В соответствии с правовым подходом, отраженным в пункте 2 Постановления № 17, по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 3.1 Постановления № 17, расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (пункт 3.2 Постановления № 17).

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (пункт 3.3 Постановления № 17).

При этом, согласно пункту 4 Постановления Пленума № 17 указанная в пунктах 3.2 и 3.3 постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 Гражданского кодекса Российской Федерации - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон.

Если продажа предмета лизинга произведена по результатам торгов, цена его реализации предполагается рыночной, пока лизингополучателем не будет доказано нарушение порядка проведения торгов, в частности, непрозрачность их условий, отсутствие гласности, ограничение доступа к участию в торгах и т.д. (пункт 19 Обзора).

В соответствии с изложенным, а также с учетом установленной законом обязанности сторон действовать добросовестно при исполнении обязательства и после его прекращения (пункт 3 статьи 1, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), лизингодатель, реализуя предмет лизинга, должен учитывать интересы лизингополучателя, избегая причинения последнему неоправданных потерь, в том числе предоставляя необходимую информацию на стадии продажи имущества.

Надлежит также принимать во внимание, что с учетом пункта 1 статьи 6, пункта 3 статьи 340, абзаца третьего пункта 1 статьи 349 Гражданского кодекса Российской Федерации, лизинговая компания должна предпринимать разумные меры к наиболее выгодной реализации полученных предметов лизинга (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2023 № 305-ЭС22-20125, от 22.11.2022 № 305-ЭС22-10240, от 25.10.2022 № 308-ЭС21-16199, от 28.09.2022 № 305-ЭС22-9809, от 18.08.2022 № 305-ЭС22-6361, от 15.06.2022 № 305-ЭС22-356)

Руководствуясь всеми значимыми обстоятельствами, лизингодатель должен принять обоснованное и разумное с экономической точки зрения решение о том, какие действия приведут к минимальным потерям на стороне лизингополучателя.

При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 404 Гражданского кодекса суд вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Таким образом, неблагоприятные последствия не могут возлагаться только на одного должника (лизингополучателя), если судом будет установлено, что они возникли в определенной степени вследствие поведения кредитора (лизингодателя), имевшего возможность принять разумные меры по устранению причин возникновения или увеличения размера убытков, но не предпринявшего таких мер (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.08.2023 № 305-ЭС23-2969, от 29.05.2023 № 309-ЭС22-28921, от 21.04.2023 № 305-ЭС22-20125).

В ходе судебного разбирательства судом первой инстанции установлено, что изъятые предметы лизинга реализованы ответчиком спустя продолжительное время после изъятия предмета лизинга (более трех лет), что противоречит правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2023 № 305-ЭС22-2015, согласно, которой разумный срок на реализацию ликвидной, исправной коммерческой техники составляет не более 6 месяцев, поскольку этот период времени является достаточным для проведения оценки техники, ее предпродажной подготовки и выставления имущества на электронные торги.

Как следует из материалов дела, при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции, кредитор согласился с применением разумного срока на реализацию предмета лизинга и соразмерным уменьшением расходов на хранение в пределах 6 месяцев до суммы 27 000 руб., в связи с чем заявил уточнения заявленных требований и просил включить в реестр требований кредиторов должника задолженность в размере 963 144,11 руб., исходя из следующего расчета: C=(F+G+Z)-(P-O+R), где:. С – финансовый результат сделки (сумма задолженности); F – размер предоставленного Лизингодателю финансирования (цена предмета лизинга – авансовый платеж);. G – сумма платы за предоставленное финансирование, исходя из срока фактического периода финансирования;. Z – убытки Лизингодателя;. P – сумма, полученных Лизингодателем лизинговых платежей от Лизингополучателя; O – комиссия; R – сумма, вырученная за счет продажи предмета лизинга.

Согласно представленному кредитором уточненному расчету сальдо встречных обязательств по договору лизинга составляет 963 144,11 руб. (3 220 000 +1 610 442,86 + 209 442,86) – 2 316 741,73 + 1 760 000).

Как следует из материалов дела, возражая против удовлетворения уточненных требований, конкурсный управляющий указал, что предмет лизинга реализован кредитором по заниженной цене (1 760 000 руб.), в отсутствие на то объективных причин (транспортное средство находилось в рабочем состоянии), в подтверждение чего представил в материалы дела ответ Союза "Торгово-промышленной палаты Краснодарского края" № 01/1/2023-123 от 11.10.2023, согласно которому средняя рыночная стоимость транспортного средства КАМАЗ 65201-43, 2016 года выпуска, по состоянию на 2018 год составляла 4 409 000 руб.

Таким образом, стоимость предмета лизинга в период, в течение которого лизингодатель обязан был реализовать его, чтобы указанное действие считалось совершенным в разумный срок (25.07.2018), составляла 4 409 000 руб.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные сторонами в материалы дела документы, отражающие стоимость предмета лизинга, суд первой инстанции принял во внимание представленный конкурсным управляющим ответ Союза "Торгово-промышленной палаты Краснодарского края" о стоимости транспортного средства, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии у должника задолженности перед кредитором по договору лизинга. 

Оценивая приведенные в апелляционной жалобе доводы кредитора о том, что судом первой инстанции в качестве параметра сальдо встречных обязательств приняты данные сетевых торговых площадок, а также ответ Союза "Торгово-промышленной палаты Краснодарского края", которые не являются отчетом об оценке конкретного имущества, составленного в соответствии с Федеральными стандартами оценки, и не могут являться конкурирующим доказательством договору купли-продажи, заключенному по результатам проведения торгов, судебная коллегия исходит из следующего. 

Как указывалось ранее, транспортное средство было реализовано кредитором спустя три года после его изъятия у должника, что не может признаваться разумным сроком на реализацию предмета лизинга, и не могло не повлечь снижение стоимости, по которой он в конечном итоге был продан (с учетом увеличение возраста транспортного средства).

При этом судебная коллегия учитывает, что объективных причин столь длительного реализации транспортного средства кредитором в материалы дела не представлено.

Согласно представленным в материалы дела документам, следует, что транспортное средство было передано кредитору в исправном состоянии, что подтверждается актом изъятия предметом лизинга от 25.01.2018 (т.1 л.д. 31), согласно которому стороны указали, что предмет лизинга "на ходу". При этом отраженные в указанном акте повреждения: "отсутствие запасного колеса и разбитая передняя панель" не могут свидетельствовать о не ликвидности предмета залога, что в свою очередь также подтверждается ответом Союза "Торгово-промышленной палаты Краснодарского края".

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что транспортное средство приобретено лизингодателем по цене 4.6 млн. руб. находилось в пользовании должника 1 год и 1 месяц, передано кредитору в исправном состоянии, при этом реализовано на торгах по цене 1 760 000 руб., то есть по цене более чем в 2,5 раза менее, чем было приобретено.

В то же время, надлежащих доказательств столь низкой цены продажи транспортного средства, кредитором в материалы дела не представлено. 

Таким образом, судебная коллегия признает обоснованными доводы конкурсного управляющего о том, что предмет лизинга был реализован кредитором по заниженной цене. 

Суд апелляционной инстанции учитывает, что определениями суда первой инстанции от 25.01.2024, 06.06.2024 участникам обособленного спора было предложено рассмотреть вопрос о назначении в рамках обособленного спора судебной экспертизы. Представить суду сведения об экспертных учреждениях, эксперте (-ах) (Ф.И.О., сведения об образовании, специальности, стаже работы и занимаемой должности), которому суд может поручить проведение экспертизы по делу; о сроках проведения экспертизы; о стоимости экспертизы, а также иные необходимые суду сведения при разрешении заявленного ходатайства о назначении судебной экспертизы по делу, с приложением подтверждающих указанные сведения документов. Представить в суд вопросы, которые могут быть поставлены судом перед экспертом. В случае отказа от проведения экспертного исследования представить суду пояснения по данному вопросу.

Кредитором  определения суда от 25.01.2024, 06.06.2024 в части представления суду сведений об экспертных учреждениях, иных вопросов поставленных в определениях и связанных с назначениям экспертизы - проигнорированы, в связи с чем, суд обоснованно принял раннее представленные конкурсным управляющим данные сетевых торговых площадок, а также данные ответа Союза "Торгово-промышленной палаты Краснодарского края", поскольку доказательств иной рыночной стоимости предмета лизинга АО "ВЭБ-лизинг" представлено не было, ходатайств о назначении экспертизы - не заявлено, позиция АО "ВЭБ-Лизинг" в суде первой инстанции сводилась лишь к несогласию со стоимостью без приложения доказательств заявленных ими возражений.

Согласно пункту 2 статьи 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, АО "ВЭБ-лизинг" несло риск несовершения процессуальных действий в части предоставления доказательств относительно стоимости предмета лизинга, неоднократно игнорировало предложения суда в части представления суду сведений об экспертных учреждениях, где могла быть проведена оценка имущества, следовательно, принимало на себя риск отказа в удовлетворении требований, в свою очередь, суд первой инстанции руководствовался имеющимися материалами дела, принимал решения исходя из имеющихся доказательств, правильно применил позицию, согласовывающуюся с устоявшейся практикой отраженной в определении ВС РФ от 21.04.2023 года № 305-ЭС22-20125, и принял в качестве доказательства определения реальной рыночной стоимости предмета лизинга предложенные цены аналогов спорного транспортного средства, представленный в суд конкурсным управляющим.

Следовательно, доводы подателя жалобы об отсутствии в материалах дела отчета оценщика об определении рыночной стоимости предмета лизинга подлежат отклонению, поскольку препятствий в проведении АО "ВЭБ-лизинг" оценки, а именно представления таких ограничений как невозможность заявления ходатайства о проведении судебной экспертизы, либо же необоснованный отказ в ее проведении, в материалы дела не представлено, более того, АО "ВЭБ-лизинг" игнорировало определения суда от 25.01.2024, 06.06.2024 в части представления суду сведений об экспертных учреждениях где могла быть проведена такая оценка, что указывает на отсутствие нарушений права подателя жалобы на проведение такой оценки.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Доводы апелляционной жалобы, направленные на переоценку правильно установленных и оцененных судом первой инстанции обстоятельств и доказательств по делу, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права.

Иное толкование заявителем положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

При таких обстоятельствах основания к удовлетворению апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

В удовлетворении ходатайства о проведении судебной экспертизы отказать.

Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.08.2024 по делу  № А32-30358/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                                                  Д.С. Гамов

Судьи                                                                                                                М.А. Димитриев

Н.В. Сулименко