ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №  А75-7667/2018

02 июня 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  26 мая 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 июня 2022 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Дубок О.В.

судей Аристовой Е.В., Брежневой О.Ю.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-2990/2022) ФИО2, (регистрационный номер 08АП-3099/2022) ФИО4 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 02 марта 2022 года по делу № А75-7667/2018 (судья В.А. Бетхер), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании убытков с контролирующих должника лиц, при участии в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «НПО РуссИнтеграл» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строймашсервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 628600, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, 

<

...>, панель 25),

при участии в судебном  заседании представителя  ФИО4 –  ФИО5, по доверенности № 23АА9795138 от 24.12.2019 сроком действия три года, 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 29.10.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Строймашсервис» (далее - ООО «Строймашсервис») введена процедура банкротства - наблюдение. Временным управляющим утвержден член Ассоциация арбитражных управляющих «Межрегиональный центр экспертов и профессиональных управляющих» ФИО3 (далее - ФИО3).

Решением суда от 26.06.2019 ООО «Строймашсервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3

В Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры 01.06.2021 (система «Мой арбитр») поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о солидарном взыскании с бывшего руководителя должника ФИО2 (далее - ФИО2) и бывшего участника должника ФИО4 (далее - ФИО4) убытков в размере 17 026 400 руб.

Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 02 марта 2022 года (далее - обжалуемое определение) заявление конкурсного управляющего ФИО3 удовлетворено частично.

Взысканы солидарно с ФИО4 и ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Строймашсервис» убытки в размере 16 307 256 руб. 90 коп. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционными жалобами обратились ФИО4, ФИО2, просила обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 отказать в полном объеме.

В обоснование жалобы ФИО4 указала, что при вынесении оспариваемого постановления суд первой инстанции сослался на преюдицию в отношении обстоятельств, установленных определением Арбитражного суда ханты-Мансийского автономного округа Югры от 15.12.2020, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2021 по обособленному спору по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО4 о признании недействительной сделки, тогда как ФИО2 участия в рассмотрении вышеуказанного обособленного спора не принимал, в соответствии со статьей 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установленные данными судебными постановлениями обстоятельства для него преюдициального значения не имеют. Полагает, что при рассмотрении настоящего обособленного спора суду надлежало оценить решение единственного участника общества – ООО «НПО РуссИнтеграл» от 18.02.2016 о прекращении полномочий ФИО2 в качестве директора ООО «Строймашсервис». Заявитель также оспаривает направление ею писем ООО «КСМУ» с требованием обеспечить доступ к транспортным средствам и сварочному оборудованию, а также осуществлению ею предпринимательской деятельности до регистрации в качестве индивидуального предпринимателя. Указывает, что судом первой инстанции не установлены доказательства нахождения транспортных средств и сварочного оборудования в аренде у ООО «КСМУ»,  а также общности действий заявителя и ФИО2 по причинению убытков ООО «Строймашсервис». Обращает внимание, что ей, также как и ФИО2 не было известно о принятом ООО «Руссинтеграл» решении о прекращении полномочий ФИО2 Обращает внимание, что самоходную технику, указанную конкурсным управляющим в заявлении о взыскании убытков, она не получала, техника осталась на территории ООО «Строймашсервис». А кроме того, заявитель не может быть отнесена к контролирующим должника лицам. Полагает, что судом первой инстанции не дана надлежащая оценка ее доводам о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, применении последствий пропуска такого срока в виде отказа в удовлетворении заявления.

В обоснование доводов жалобы ФИО2 также указал, что не принимал участия при рассмотрении обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО4 о признании недействительной сделки, в связи с чем, обстоятельства, установленные определением Арбитражного суда ханты-Мансийского автономного округа Югры от 15.12.2020, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2021, не имеют для него преюдициального значения. В настоящее время им оспаривается решение ООО «Руссинтеграл» о прекращении полномочий заявителя в качестве директора ООО «Строймашсервис». Обращает внимание, что им также было заявлено ходатайство о применении последствий пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности при обращении с заявлением о взыскании убытков. Полагает, что судом первой инстанции не установлен объем полномочий заявителя и ФИО4, вывод о том, что они являются лицами, контролирующими должника, не обоснован. Указывает, что 4 единицы самоходной техники ФИО4 фактически не получала, в отношении сварочного оборудования и еще 1 единицы техники, заявителю не известны обстоятельства их утраты.

В судебном заседании 26.05.2022 представитель  ФИО4 –  ФИО5 доводы кассационной жалобы поддержала, полагала ее подлежащей удовлетворению.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, не явились, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. 

На основании статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 15.09.2002 ФИО2 и ФИО4 зарегистрировали брак.

ФИО2 являлся руководителем общества «Строймашсервис», ФИО4 занимала должность финансового директора.

Участниками общества «Строймашсервис» являлись общество «НПО Руссинтеграл» с размером доли в уставном капитале 50,1 %, ФИО4 с размером доли 49,9 %.

Основной источник дохода должника составляла арендная плата от сдачи в аренду производственных площадей; иной деятельности предприятие не осуществляло.

ФИО2, будучи единоличным исполнительным органом должника, снял с учета ООО «Строймашсервис» пять специальных транспортных средств в целях дальнейшей  реализации, а именно:

1.            Трубоукладчик марки Д85С-21, заводской номер 37235, Двигатель № 75292, цвет желтый, год выпуска 1998, государственный регистрационный знак 

<

***>.

2.            Бульдозер марки ДЗ-27/Т-170 № двигателя 339331, № основного моста 909127, цвет желтый, 1990 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***>.

3.            Трубоукладчик марки ТГ-126/Т-170Б.00, заводской № 53757HG86, № двигателя 315960, номер основного моста 901890, цвет желтый, 1990 г.в., государственный регистрационный знак 4254ХС86.

4.            Трубоукладчик марки ТО-1224г, заводской номер 143850, № основного моста 8492073, цвет желтый, 1984 г.в., государственный регистрационный знак 

<

***>.

5.            Экскаватор марки HITACHI ZX230, заводской номер HCM1HD00A00010512, номер двигателя 147575, цвет оранжевый, 2002 г.в., государственный регистрационный знак 

<

***>.

Датой снятия с учета транспортных средств значится 30.03.2016.

Помимо вышеуказанной техники на балансе предприятия согласно представленного счета № 01 числились сварочные агрегаты DLW-400ESW в количестве 7 штук с заводскими номерами 3778837, 3778835, 3768105, 3750386, 3750387, 5655182, 5655125.

Стоимость одного сварочного агрегата в среднем составляет от 400 000 до 650 000 руб. на вторичном рынке.

Исходя из балансовой стоимости имущества всего ФИО2 отчуждено имущество на сумму 17 026 400 руб.

Денежных средств на расчетный счет ООО «Строймашсервис» за отчужденное имущество не поступило.

Как указывает конкурсный управляющий ФИО3, фактически ФИО2 осуществлено безвозмездное завладение техникой и сварочными агрегатами.

На основании решения единственного участника общества - ООО «НПО РуссИнтегралл» от 18.02.2016      полномочия ФИО2 в качестве директора ООО «Строймашсервис» были прекращены с 18.02.2016 (т. 19 л.д. 122).

Соответственно, на 30.03.2016 ФИО2 не имел права подписи за ООО «Строймашсервис» и отчуждения вышеуказанной техники.

Как установлено судами в ходе судебного разбирательства по обособленному спору по заявлению заявления конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО4 о признании недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки (определение суда от 15.12.2020, постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2021 по делу № А75-7667/2018), имеются письма ФИО4 от 26.07.2016, то есть составленные уже после отчуждения спорного имущества, в которых ответчик требует от ООО «КСМУ» (арендатор спорного здания) обеспечить беспрепятственный доступ к пяти единицам транспортных средств и сварочному оборудованию. Ответчик так и не пояснил, на каком основании и по какой причине ФИО4 направила иному лицу письма-требования, касающиеся имущества ООО «Строймашсервис».

На момент проведения инвентаризации основных средств вышеуказанного имущества на базе должника не обнаружено.

Более того, в соответствии с ответом, полученным конкурсным управляющим должником из Гостехнадзора по г. Нижневартовску (исх. № 437/17-04-20 от 26.02.2020), снятая с учета техника до настоящего времени не поставлена на учет, договоры купли - продажи отсутствуют.

Исходящим б/н от 10.07.2020 конкурсный управляющий направил запрос ФИО2, в соответствии с которым просил предоставить в адрес конкурсного управляющего ООО «Строймашсервис» документы (договоры купли-продажи, доказательство оплаты), либо известить конкурсного управляющего о дате, месте и времени возврата имущества из незаконного владения.

Также исходящим б/н от 10.07.2020 конкурсный управляющий направил в адрес ФИО4 претензию, в соответствии с которой просил в течение 7 (семи) календарных дней с даты получения претензии предоставить документы, подтверждающие законность владения указанным имуществом (договоры купли-продажи, доказательства оплаты и др.) либо известить конкурсного управляющего о дате, месте и времени возврата имущества из незаконного владения.

Однако направленные конкурсным управляющим запрос и претензия остались без ответа.

До настоящего времени требования конкурсного управляющего соответчиками не исполнены, документов, подтверждающих получение денежных средств за отчужденное имущество, не представлено.

В связи с данными обстоятельствами конкурсный управляющий ФИО3 обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

В представленном отзыве от 27.10.2021 (т. 20 л.д. 90) ФИО2 указал, что в отношении четырех единиц специальной техники были составлены и подписаны договоры от 30.03.2016 о передаче имущества в счет погашения действительной стоимости доли вышедшего участника ФИО4, однако фактически передача спецтехники не состоялась.

Вся указанная техника находилась на территории ООО «Строймашсервис», ни ФИО2, ни ФИО4 технику не вывозили. Судьба данного имущества ответчику не известна.

Сварочные агрегаты ответчиком никому не отчуждались и не передавались.

Кроме того, оба ответчика настаивают на пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по заявленным требованиям.

В силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Согласно пункту 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

В рассматриваемом случае ФИО2 и ФИО4 вменяется причинение убытков за совершение действий, имевших место в марте-июле 2016 года, то есть до вступления в силу Закона № 266-ФЗ (30.07.2017), в связи с чем, подлежат применению положения Закона о банкротстве, действовавшие в спорный период - в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134.

Пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве в указанной редакции предусмотрено, что в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, что заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), может быть подано в ходе конкурсного производства, внешнего управления конкурсным управляющим, внешним управляющим, учредителем (участником) должника, а в ходе конкурсного производства также конкурсным кредитором или уполномоченным органом.

Одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков, применяемое в качестве меры гражданско-правовой ответственности и направленное на восстановление имущественных прав потерпевшего лица (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Согласно пункту 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В Федеральном законе от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Федеральный закон № 14-ФЗ) также указано, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно и несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием). При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника.

В пункте 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику -- юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона № 14-ФЗ и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

По общему правилу общество, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие убытков, причинно-следственную связь между поведением ответчика и наступившими у юридического лица неблагоприятными последствиями.

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (пункты 1, 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62)).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 Постановления № 62).

Как следует из пунктов 1, 3, 5 Постановления № 62, арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В рассматриваемом случае указанная совокупность условий имеет место быть.

Из представленных Отделом Гостехнадзора по городу Нижневартовску сведений следует, что спорные 5 единиц специальной техники были сняты с регистрационного учета за ООО «Строймашсервис» 30.03.2016, основанием для осуществления действий по снятию имущества с учета послужило обращение ООО «Строймашсервис» в лице его руководителя ФИО2

Однако ФИО2 был снят с должности директора ООО «Строймашсервис» решением участника от 18.02.2016, по состоянию на 30.03.2016 ФИО2 не имел права действовать от имени должника.

Тем не менее, в представленных в орган Гостехнадзора заявлениях о снятии специальной техники с регистрационного учета ФИО2 указал себя не только в качестве руководителя предприятия, но и главного бухгалтера, что не соответствовало действительности.

При установленных обстоятельствах суд первой инстанции согласился с доводами конкурсного управляющего о незаконном отчуждении ответчиком принадлежащего обществу имущества.

В указанный период, как единицы специальной техники, так и сварочное оборудование находились в аренде у ООО «КСМУ».

Данное обстоятельство подтверждается претензионными письмами ФИО2 (как единоличного исполнительного органа) в адрес ООО «КСМУ», в которых ответчик требовал от арендатора возврата техники.

Письма датированы 14.03.2016 и были представлены ФИО4 в рамках дела №     А75-294/2017, в котором рассматриваются исковые требования ООО «Строймашсервис», и ООО «НПО РуссИнтеграл» к ФИО4 о признании договора о передаче имущества в счет погашения действительной доли вышедшего участника от 04.02.2016 недействительной (ничтожной) сделкой и применении последствий недействительности сделки.

Обстоятельство нахождения у ФИО4 указанных документов подтверждает общность действий ФИО4 и ФИО2, на что обоснованно указано конкурсным управляющим и третьим лицом.

В последующем 26.07.2016 ФИО4 обратилась к ООО «КСМУ» с двумя письмами, в которых требовала от общества обеспечения беспрепятственного доступа к сварочному оборудованию и специальной техники в целях их передислокации, а также предоставления оригиналов паспортов на сварочное оборудование. Требования были мотивированы наличием у ФИО4 «законных оснований», сами основания раскрыты не были.

Затем, 07.04.2016, ФИО4 обратилась в Отдел Гостехнадзора Нижневартовского района и города Радужный с заявлениями (т. 19 л.д. 59-78) о постановке на регистрационный учет за собой 4 единиц самоходной техники, сведений о постановке ответчиком на учет трубоукладчика марки ТГ-126/Т- 170Б.00 регистрирующим органом не представлено.

Однако, как верно отмечено ООО «НПО РуссИнтеграл», учитывая, что ФИО4 распорядилась четырьмя единицами техники по своему усмотрению, а в письмах в адрес ООО «КСМУ» фигурировали все пять единиц техники, и ФИО2 было снято с учета в целях реализации пять единиц техники, оснований полагать, что вышеуказанная единица техники не поступала в распоряжение ФИО4, не имеется. В любом случае ответчики распорядились вышеуказанной техникой по своему усмотрению.

Данный вывод,  по мнению суда первой инстанции обоснован и в отношении сварочных аппаратов.

В качестве основания для постановки техники на учет ФИО4 были представлены договоры о передаче имущества от 04.03.2016, передаточные акты от 04.03.2016 к договорам.

Все указанные документы подписаны от лица ООО «Строймашсервис» ФИО2

Ранее в ходе судебного разбирательства по рассмотрению заявления об оспаривании договора передачи имущества в счет погашения действительной доли вышедшего участника от 04.03.2016 ФИО4, как и в настоящем споре, заявлялся довод о том, что имущество было предоставлено ей в качестве выплаты действительной стоимости ее доли в уставном капитале общества. Причем в указанном споре ответчик настаивал на дате заключения договора 04.02.2016.

Суд критически оценил все доводы ответчика, а также ФИО2

Так, договор был подписан самой ФИО4 и ФИО2, указанным в качестве директора ООО «Строймашсервис».

Вместе с  тем, на основании решения единственного участника общества - ООО «НПО РуссИнтегралл» от 18.02.2016 полномочия ФИО2 в качестве директора ООО «Строймашсервис» были прекращены с 18.02.2020. Соответственно, на 04.03.2020 ФИО2 не имел права подписи за ООО «Строймашсервис».

ФИО4 утверждала, что не обладала сведениями о принятом ООО «НПО РуссИнтегралл» решении, однако суд первой инстанции критически отнесся к указанному доводу, поскольку, ФИО2 и ФИО4 являлись супругами. Оснований полагать, что супруг не сообщил ответчику о своем смещении с должности директора общества, у суда не имелось.

Оснований предполагать, что ФИО2 сам не обладал соответствующей информацией, также не имелось, поскольку представлялось очевидным, что с 18.02.2016 по 04.03.2016 он, позиционируя себя руководителем общества, должен был посещать ООО «Строймашсервис» для осуществления своих служебных обязанностей.

Кроме того, Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» императивно установлен запрет на выплату обществом действительной стоимости доли или части доли в уставном капитале общества либо на выдачу в натуре имущества такой же стоимости, если на момент этих выплаты или выдачи имущества в натуре оно (общество) отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с Законом о банкротстве, либо в результате этих выплаты или выдачи имущества в натуре указанные признаки появятся у общества (абзац четвертый пункта 8 статьи 23 Закона).

В этой связи, в настоящем случае ответчик не имел права на получение стоимости своей доли путем принятия спорного имущества.

Кроме того, в представленном отзыве ФИО2 и ФИО4 утверждают, что несмотря на заключение договоров от 30.03.2016 (на самом деле договоры датированы 04.03.2016), сама техника ФИО4 не передавалась.

Однако, как уже устанавливалось судом выше, 07.04.2016, то есть практически сразу после снятия ФИО2 единиц техники с регистрационного учета (30.03.2016), ФИО4 обратилась с заявлениями о регистрации техники за собой.

Более того, несмотря на утверждение ответчиков о стоимости техники в размере 0 руб., и ФИО2, и ФИО4 уклонились от ответа на вопрос суда о том, каким образом тогда, такая техника могла передаваться ФИО4 в счет выплаты действительной стоимости доли, ведь задолженность ООО «Строймашсервис» перед ФИО4 в таком случае не уменьшалась.

Ответчики уклонились от раскрытия обстоятельств снятия с учета спорной техники, передачи ее ФИО4 по нулевой стоимости, экономической целесообразности подобных действий бывшего руководителя для должника.

Таким образом, доводы ответчиков противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам и объективной действительности.

Довод ФИО4 о том, что она не являлась единоличным исполнительным органом общества, был отклонен судом первой инстанции, как не имеющий правового значения для рассматриваемого спора.

Как указывалось судом, ФИО4 являлась участником должника и его финансовым директором.

Действовавшим на момент спорных отношений законодательством участник общества был отнесен к контролирующим должника лицам, которые могут быть привлечены к ответственности в виде возмещения должнику убытков (пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ).

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о том, что скоординированными действиями ФИО2 и ФИО4 из имущественной сферы должника без законных на то оснований было выведено ликвидное имущество, которым ответчики в последующим распорядились по своему усмотрению.

Судом первой инстанции дана оценка доводам ответчиков о пропуске управляющим срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на дату обстоятельств, вменяемых ответчику, заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), в ходе конкурсного производства, внешнего управления может быть подано конкурсным управляющим, внешним управляющим, учредителем (участником) должника, а в ходе конкурсного производства также может быть подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом.

Данная применяемая норма содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ (когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для взыскания убытков);

трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

В рассматриваемом случае ООО «Строймашсервис» признано несостоятельным (банкротом) решением суда от 26.06.2019. Тогда же конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3, с рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий обратился в суд 31.05.2021 (поступило электронно через систему «Мой арбитр»), то есть в пределах трехлетнего объективного срока.

Относительно субъективного срока в один год конкурсным управляющим отмечено, что о наличии оснований для взыскания с ответчиков убытков ему стало известно в ходе судебного разбирательства по обособленному спору об истребовании документации и имущества должника у бывшего руководителя ФИО6 (обособленный спор № А75-7667-9/2018).

Оценивая приведенные доводы, суд отмечает, что в Арбитражный суд Ханты- Мансийского автономного округа - Югры 30.07.2020 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 об обязании бывшего руководителя должника ФИО6 передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности (перечень из 41 позиций).

Судом в рамках обособленного спора № А75-7667-9/2018 было установлено, что с 13.04.2017 и до даты признания общества несостоятельным (банкротом) директором должника являлся ФИО6

В представленном отзыве ФИО6 пояснил, что все находящиеся у него документы общества были переданы конкурсному управляющему по акту приема-передачи.

Также ФИО6 сообщил, что иными документами общество не располагало по причине произошедшего корпоративного конфликта, ФИО4 вместе с ФИО2 забрали все ключевые бухгалтерские и учредительные документы, печать организации, оригиналы ПТС и СТС на транспортные средства и самоходную технику, оригиналы свидетельств о регистрации прав на недвижимое имущество.

При этом из материалов обособленного спора, а также тех пояснений, которые представлены участниками спора, усматривалось, что последующие руководители не осозновали всей необходимости совершения данных действий и наступления возможных негативных последствий своего бездействия, в то время как ФИО2 очевидно уклонился от представления объяснений, что не позволило констатировать фактическое наличие истребуемой документации, сведений, материальных ценностей у ФИО2 в той степени подтвержденности, которая минимально необходима для удовлетворения рассматриваемого заявления.

В связи с изложенным суд соглашается с доводами конкурсного управляющего о том, что о необходимости обращения в суд с заявлением о взыскании с ответчиков убытков ему стало известно в ходе судебного разбирательства по обособленному спору № А75-7667-9/2019, в ходе которого выяснились вышеуказанные обстоятельства. До указанного времени конкурсным управляющим велась работа по инвентаризации имущества должника, поиску имущества, документации должника, истребованию указанного у бывших руководителей и т.п.

Коль скоро производство по данному спору было возбуждено определением суда от 06.08.2020, а с рассматриваемым заявлением управляющий обратился 31.05.2021, годичный срок исковой давности конкурсным управляющим не пропущен.

Оснований для констатации иных выводов у суда не имеется.

При этом судом первой инстанции установлено, что стоимость отчужденного имущества по данным оборотно-сальдовой ведомости, переданной конкурсному управляющему последним руководителем ФИО7 составила 16 307 256 руб. 90 коп.

При этом на всем протяжении судебного разбирательства судом выносился вопрос о рыночной стоимости утраченного имущества, ответчикам неоднократно предлагалось представить контррасчет убытков, чего сделано не было.

Согласно абзацу первому статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Оснований для освобождения ответчиков от возмещения причиненных убытков (часть 2 статьи 1064 ГК РФ) не установлено.

В связи с изложенным с ответчиков в пользу должника подлежат взысканию в солидарном порядке убытки в размере 16 307 256 руб. 90 коп.

При этом суд  первой инстанции указал, что превышение размера взыскиваемых убытков над размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, не является основанием для снижения размера убытков либо отказа в их взыскании, поскольку речь идет именно об убытках, причиненных должнику противоправными действиями ответчиков.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, изложенными в обжалуемом судебном постановлении, поскольку они являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на верном применении норм материального права, на представленных сторонами доказательствах, которым  дана надлежащая оценка.

Приведенные в кассационной жалобе доводы о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности повторяют правовую позицию заявителей, ранее изложенную в ходе рассмотрения дела судом, были предметом проверки и оценки суда, которым правомерно отвергнуты, как несостоятельные, основанные на неверном толковании норм материального права.

Не подлежат удовлетворению и доводы апелляционных жалоб заявителей о необоснованном применении положений статьи 69 АПК РФ в части ссылки суда первой инстанции на преюдициальность обстоятельств, установленных определением суда от 15.12.2020, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2021 по делу № А75-7667/2018.

При вынесении оспариваемого судебного постановления суд первой инстанции на преюдициальность,  каких-либо обстоятельств, установленных вышеуказанными актами, не ссылался. Обжалуемого определение суда первой инстанции содержит самостоятельные выводы относительно всех обстоятельств, имеющих значение при разрешении настоящего обособленного спора, которые сделаны на основе анализа представленных сторонами доказательств.

Выводы суда первой инстанции   относительно осуществления ФИО4 предпринимательской деятельности до регистрации в качестве индивидуального предпринимателя на правильность оспариваемого судебного постановления не влияют.

Судом первой инстанции дана надлежащая и обоснованная оценка доказательствам нахождения транспортных средств и сварочного оборудования в аренде у ООО «КСМУ»,  а также общности действий ФИО4  и ФИО2 по причинению убытков ООО «Строймашсервис», ФИО4 отнесена к контролирующим должника лицам с учетом того обстоятельства,  что она являлась участником ООО. 

То обстоятельство, что в настоящее время ФИО2 оспаривается решение ООО «Руссинтеграл» о прекращении его полномочий заявителя в качестве директора ООО «Строймашсервис» также не имеет правового значения при рассмотрении настоящего обособленного спора, в рамках его рассмотрения судом первой инстанции такие требования ФИО2 заявлены не были. 

У суда апелляционной инстанции не имеется оснований для переоценки выводов суда первой инстанции (пункт 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда.

Руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 02 марта 2022 года по делу № А75-7667/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно- Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий                                                                                                                        О.В. Дубок

 

Судьи                                                                                                                                                       Е.В. Аристова

 

  О.Ю. Брежнева