﻿Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-22081/2020

14 сентября 2021 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 сентября 2021 года.

В полном объеме постановление изготовлено 14 сентября 2021 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе

председательствующего судьи Качукова С.Б.,

судей Кореневой Т.И., Кушнаревой Н.П.

при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью «Байкальская региональная теплоэнергетическая компания»      Смирнова О.В. (доверенность от 09.02.2021 № 1),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Байкальская региональная теплоэнергетическая компания» на решение Арбитражного суда Иркутской области от 25 марта 2021 года по делу № А19-22081/2020 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 17 июня 2021 года по тому же делу,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Байкальская региональная теплоэнергетическая компания» (ОГРН 1153850027649, ИНН 3812114060, адрес юридического лица: г. Иркутск, далее также – ООО «БРТЭК», общество) и Селедцов Евгений Васильевич (далее также – Селедцов Е.В.) обратились в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании не соответствующими действительности и порочащими их честь, достоинство и деловую репутацию сведений, изложенных в видеоролике под названием «Бывший министр ЖКХ уничтожает коммуникации Качуга», размещенном 09.11.2020 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на видеохостинге YouTube по адресу: https://wvvw.youtube.com/watch?v=eBLB7PA-ldY.

К участию в деле в качестве заинтересованного лица судом привлечено управление Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Иркутской области.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 25 марта 2021 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 17 июня 2021 года, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ООО «БРТЭК» обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просило их отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В поданной жалобе заявитель сослался на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам и, как следствие, на ошибочность их выводов об отсутствии оснований для признания оспариваемых сведений не соответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ООО «БРТЭК» и Селедцова Е.В. В частности, заявитель указал на необоснованность выводов судов о недоказанности факта распространения оспариваемых сведений, на неправильную оценку судами характера распространенных сведений и на неправильное распределение обязанности по доказыванию соответствия (несоответствия) действительности этих сведений.

В судебном заседании представитель общества «БРТК» поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Селедцов Е.В. и управление Роскомнадзора по Иркутской области своих представителей в заседание не направили, о времени и месте его проведения в соответствии со статьями 123 и 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считаются извещенными надлежащим образом.

Определение о принятии кассационной жалобы к производству и назначении судебного заседания по ее рассмотрению от 09 июля 2021 года выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, и направлено участвующим в деле лицам посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» (kad.arbitr.ru).

На основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие представителей Селедцова Е.В. и управления Роскомнадзора по Иркутской области.

Проверив в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в кассационной жалобе, правильность применения судом первой инстанции и апелляционным судом норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

В рамках настоящего дела ООО «БРТЭК» и Селедцов Е.В. в порядке пункта 8 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации просили признать не соответствующими действительности и порочащими их честь, достоинство и деловую репутацию сведения, изложенные в видеоролике под названием «Бывший министр ЖКХ уничтожает коммуникации Качуга», размещенном 09.11.2020 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на видеохостинге YouTube по адресу: https://wvvw.youtube.com/watch?v=eBLB7PA-ldY, а именно – следующие сведения:

1) «Еще недавно занималась отоплением компания «ККС», общество с ограниченной ответственностью «Качугские коммунальные системы», которое впоследствии переименовалось и стало называться «Байкальская региональная теплоэнергетическая компания». Руководит этим предприятием Дорожкина Елена Васильевна, а учредителем является бывший министр ЖКХ Селедцов Евгений Васильевич, по совместительству брат Дорожкиной. Семья плотно пустила корни в энергетическую систему Качуга, оказывая услуги низкого качества, при этом по достаточно высокой стоимости. На деятельность предприятия регулярно поступали жалобы от жителей и абонентов юридических лиц, садов и школ, районной больницы. Дорожкину и Селедцова это вообще не беспокоило. Работали они, не вкладывая денег в развитие предприятия, обновление оборудование, а чисто извлекали прибыль при минимальных затратах»;

2) «Селедцов имеет связи также и в правоохранительных органах, в частности в управление экономической безопасности и противодействия коррупции. Одно время туда даже хотел пристроить одного из бывших директоров «Качугских коммунальных систем» Аланова Мурада Магомедовича, но разобравшись в принципах работы картеля, Аланов от такого предложения отказался, так как понял, что его задачей будет регулярно прикрывать деятельность брата и сестры. Селедцов долго и упорно работал над устройством Аланова, да так активно, что тот даже, под давлением, вынужден был бежать обратно домой, так и не реализовав потенциал в Иркутской области»;

3) «Из трех контор создали фактически преступный картель из многократной аффилированности. «Байкальская региональная теплоэнергетическая компания». Генеральный директор Дорожкина Елена Васильевна, учредитель Селедцов Евгений Васильевич. «Качугские коммунальные системы». Генеральный директор Дорожкина, учредитель некто Сорвачева Екатерина Дмитриевна, которая, к слову, раньше была учредителем «Байкальской региональной теплоэнергетической компании». «Сибтеррастрой». Генеральный директор Селедцов. Учредитель Селедцов сам и ООО «Интер-Кран СМ». Подход интересный, потому что в «Интер-Кран СМ» генеральный директор и единственный учредитель сам Селедцов. Поставляли друг другу сырье. Разыгрывали конкурсы по цене какой захотят, инфраструктуру не развивали, тарифы на тепло и воду вообще выставили бешеные»;

4) «Для того чтобы котельные отошли МУПу брат с сестрой даже не явились передать ключи от помещения. Повесили замки, тем самым создавая препятствия для работы МУПа. После вскрытия оказалось, что многое оборудование отсутствует, на что Селедцов и Дорожкина заявили: «А что вы у нас забрали котельные? Раз так, покупайте у нас оборудование»;

5) «Пользуясь этим фактом, брат с сестрой, взяв с собой специалистов определенного профиля приехали к начальнику участка котельных, своему бывшему работнику и долго уговаривали его произвести диверсию, взорвать и вывести из строя три объекта, при этом очевидно, что в такой катастрофе будут утеряны все доказательства по ущербу. Единственное, что пока спасло поселение от катастрофы, позиция начальника участка, который от такого преступления против жителей Качуга отказался. За что ему поступают угрозы от Селедцова. Бывший министр продолжает давить, причем приезжает угрожать не один, а вместе с ребятами, эти ситуации заканчивались лишь конфликтом между начальником участка бывшим владельцем. Но кто знает, что еще может придумать потерявший голову Селедцов. Сейчас МУП зная, что его деятельности постоянно угрожает картель брата и сестры, вынужден постоянно выставлять работников на дежурство по охране объекта, чтобы в случае чего защититься от этих бандитов, сохранить деятель и сохранить спокойствие и комфорт жителей Качуга».

В обоснование предъявленного заявления ООО «БРТЭК» и Селедцов Е.В. сослались на то, что изложенные в этом видеоролике сведения порочат деловую репутацию общества как субъекта предпринимательской деятельности, добросовестно работающего на рынке оказания коммунальных услуг, а также учредителя этого общества – Селедцова Е.В. По утверждению заявителей, данные сведения не соответствуют действительности, поскольку жалобы от потребителей в отношении осуществляемой обществом «БРТЭК» деятельности не поступали, проверки качества оказываемых им услуг со стороны контролирующих органов не проводились, актов и предписаний, устанавливающих факт ненадлежащего осуществления обществом своей деятельности, также не составлялось, равно как и отсутствуют предупреждения, предписания, требования и решения управления Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области в отношении деятельности общества.

В доказательство распространения вышеуказанных сведений заявители представили в материалы дела протокол осмотра доказательств от 30.11.2020, составленный и удостоверенный нотариусом Иркутского нотариального округа Иркутской области Хохловой М.А., с приложенным к нему диском с видеозаписью видеоролика. При этом заявители указали, что установить лицо, распространившее оспариваемые сведения, не представляется возможным, в связи с чем они обратились с заявлением в порядке особого производства.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции и подержавший его выводы апелляционный суд руководствовались положениями статей 12, 150, 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 7, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» и пункте 5 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016, и исходили из недоказанности заявителями факта распространения оспариваемых сведений и несоответствия их действительности, а также из того, что эти сведения являются оценочными суждениями, не подлежащими проверке.

Между тем принятые судом первой инстанции и апелляционным судом решение и постановление подлежат отмене в связи со следующим.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Согласно пункту 5 этой статьи, если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети «Интернет».

В силу пункта 8 этой статьи, если установить лицо, распространившее сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, невозможно, гражданин, в отношении которого такие сведения распространены, вправе обратиться в суд с заявлением о признании распространенных сведений не соответствующими действительности.

Пунктом 11 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правила указанной статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются и к защите деловой репутации юридического лица.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во времени, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В пункте 9 указанного постановления обращено внимание на то, что в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, они не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Из приведенных положений закона и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что право на свободу мысли, слова и выражения мнений, в том числе в сети «Интернет», не должно ограничивать право граждан (юридических лиц) на защиту доброго имени и деловой репутации от распространения сведений, не соответствующих действительности.

При разрешении требований о защите чести, достоинства и деловой репутации судам необходимо проверять, имело ли место в данном случае выражение оценочного мнения, суждения или взглядов либо имело место утверждение о фактах, а если имели место утверждения о фактах, являются ли они порочащими заявителя и соответствуют ли они действительности.

Пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации                   от 24.02.2005 № 3 предусмотрено, что в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

При этом согласно пункту 2 этого постановления судебная защита чести, достоинства и деловой репутации лица, в отношении которого распространены не соответствующие действительности порочащие сведения, не исключается также в случае, когда невозможно установить лицо, распространившее такие сведения (например, при направлении анонимных писем в адрес граждан и организаций либо распространении сведений в сети Интернет лицом, которое невозможно идентифицировать). В соответствии с пунктом 6 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (в настоящее время – пунктом 8 этой статьи) суд в указанном случае вправе по заявлению заинтересованного лица признать распространенные в отношении него сведения не соответствующими действительности порочащими сведениями. Такое заявление рассматривается в порядке особого производства (подраздел IV Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Отказывая в удовлетворении предъявленного заявления, суды исходили из того, что заявителями не представлены доказательства, подтверждающие факт распространения сведений, порочащих их честь, достоинство и деловую репутацию. В частности, суд первой инстанции указал, что в настоящее время спорный видеоролик недоступен для просмотра по указанному заявителями адресу в сети «Интернет» в связи с его блокировкой, при этом представленный ими в материалы дела протокол осмотра доказательств от 30.11.2020, составленный нотариусом, является неотносимым доказательством, поскольку в нем отсутствуют дословные формулировки оспариваемых заявителями сведений, а приложенный к протоколу диск с записью видеоролика сам по себе не подтверждает факт распространения изложенных в нем сведений.

Между тем указанные выводы противоречат буквальному содержанию имеющегося в материалах дела протокола осмотра доказательств от 30.11.2020, где в текстовой форме отражены сведения, которые заявители просят признать не соответствующими действительности и порочащими их честь, достоинство и деловую репутацию. В частности, в данном протоколе нотариусом по результатам просмотра видеоролика, размещенного в открытом доступе на видеохостинге YouTube по указанному выше адресу, зафиксированы сведения, содержащиеся в нем, при этом к протоколу приложен диск с записью самого видеоролика.

В этой связи выводы судов о недоказанности факта распространения оспариваемых сведений не соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам.

Принимая обжалуемые судебные акты, суды также пришли к выводу о том, что оспариваемые заявителями сведения являются оценочными суждениями, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности. Однако указанные выводы являются неверными, так как часть оспариваемых сведений могут быть признаны именно утверждениями о фактах – о конкретных действиях, совершенных заявителями или иными лицами и характеризующих заявителей при осуществлении хозяйственной деятельности с негативной стороны (в частности, сведения о регулярном поступлении жалоб на деятельность общества от потребителей – граждан, юридических лиц, садов, школ, районной больницы; о недобросовестном поведении общества и его учредителя при передаче имущества муниципальному унитарному предприятию – уклонении от передачи имущества и отсутствии части оборудования при передаче имущества; об обращении к начальнику участка котельных с просьбой совершить противоправные действия и вывести из строя три источника теплоснабжения). Данные сведения могут являться предметом судебной проверки и оспаривания в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды также сослались на непредставление заявителями доказательств, подтверждающих несоответствие действительности оспариваемых сведений.

Оценивая данные выводы, суд кассационной инстанции исходит из следующего.

В соответствии с частью 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Исходя из содержания указанной нормы, а также положений части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в целях создания условий для правильного рассмотрения дела арбитражный суд определяет обстоятельства, имеющие значение для этого, устанавливает и разъясняет, какая сторона должна доказывать соответствующие обстоятельства, содействует участникам процесса в получении отсутствующих у них доказательств при невозможности их самостоятельного получения.

Как указано выше, по общему правилу в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике, истец же обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В данном случае с учетом рассмотрения настоящего дела в порядке особого производства (ввиду отсутствия ответчика по причине невозможности его установления) и связанной с этим специфики распределения бремени доказывания, отличающейся от аналогичных дел, рассматриваемых в порядке искового производства, обязанность по доказыванию несоответствия действительности оспариваемых сведений лежит на заявителях. При этом, учитывая соответствующую специфику, с целью исключения неопределенности в правильном понимании распределения бремени доказывания суд должен был вынести на обсуждение участвующих в деле лиц этот вопрос и предложить заявителям представить необходимые доказательства.

Между тем при рассмотрении настоящего дела суд первой инстанции, основываясь на выводе о том, что оспариваемые сведения являются оценочными суждениями и не подлежат проверке, не вынес на обсуждение участвующих в деле лиц вопрос о распределении бремени доказывания и не предлагал заявителям представить соответствующие доказательства (ни в определении от 15 декабря 2020 года о принятии заявления к производству, ни в определении от 08 февраля 2021 года о назначении дела к судебному разбирательству не содержится предложение заявителям представить такие доказательства; исходя из аудиозаписи судебного заседания, вопрос о распределении бремени доказывания судом не поднимался и заявителям не разъяснялось о возложении на них обязанности по представлению доказательств несоответствия действительности оспариваемых сведений). В этой связи в нарушение названных выше норм судом не были созданы условия для правильного рассмотрения дела.

Оценивая соответствующие выводы, суд кассационной инстанции также учитывает, что в данной ситуации, связанной с рассмотрением дела в порядке особого производства, процедура доказывания факта несоответствия действительности оспариваемых сведений для заявителя объективно затруднена, соответственно, невозможно возлагать на него бремя предоставления суду тех доказательств, которыми он объективно не мог владеть и не владеет в силу действующего законодательства и обычаев делового оборота (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28 марта 2018 года № 305-ЭС17-19225).

На основании изложенного, обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда нельзя признать законными и обоснованными, как того требует часть 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 и частями 1 и 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации они подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное выше, исследовать и оценить все имеющиеся в материалах дела доказательства, установить обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, по результатам чего применить подлежащие применению нормы материального права и рассмотреть поданное заявление.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Иркутской области от 25 марта 2021 года по делу № А19-22081/2020 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда                от 17 июня 2021 года по тому же делу отменить.

Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном             статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                С.Б. Качуков

Судьи                                                                                              Т.И. Коренева

 

                  Н.П. Кушнарева